Постановление № 1-65/2020 от 9 ноября 2020 г. по делу № 1-65/2020

Дело № 58RS0022-01-2020-000804-82

Производство № 1-65/2020


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10 ноября 2020 года р.п. Мокшан

Мокшанский районный суд Пензенской области в составе: председательствующего судьи Никина А.В.,

при секретаре Кошкиной А.В.,

с участием государственного обвинителя ст. помощника прокурора Мокшанского района Пензенской области Астаниной А.В.,

подсудимого ФИО1, его защитника адвоката Ольхова С.Г., предъявившего удостоверение № 945 от 30 марта 2018 года, ордер № 1763 от 14 октября 2020 года,

подсудимой ФИО2, ее защитника адвоката Рыбальченко С.В., предъявившего удостоверение № 832 от 06 апреля 2015 года, ордер № 2020-21 от 13 октября 2020 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании в задании Мокшанского районного суда Пензенской области материалы уголовного дела в отношении:

ФИО2, <данные изъяты>, не судимой, находящейся под подпиской о невыезде и надлежащем поведении,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ,

ФИО3, <данные изъяты>, не судимого, находящегося под подпиской о невыезде и надлежащем поведении,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ,

установил:

в Мокшанский районный суд поступило уголовное дело по обвинению ФИО2 и ФИО1 в совершении кражи, то есть тайного хищения чужого имущества, совершенной группой лиц по предварительному сговору.

В ходе рассмотрения данного уголовного дела подсудимые ФИО2 и ФИО1 вину признали полностью, от дачи показаний отказались.

В судебном заседании судом инициирован вопрос о возвращении уголовного дела прокурору Мокшанского района Пензенское области в порядке п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом, поскольку обвинение ФИО1, изложенное в обвинительном заключении, не соответствует обвинению, изложенному в постановлении о привлечении лица в качестве обвиняемого.

Государственный обвинитель Астанина А.В. возражала относительно возращения уголовного дела прокурору Мокшанского района, поскольку, по её мнению, в данном случае допущенные нарушения устранимы в ходе рассмотрения дела судом.

Подсудимая ФИО2 и её защитник адвокат Рыбальченко С.В. разрешение вопроса о возвращении уголовного дела прокурору оставили на усмотрение суда.

Подсудимый ФИО1 и его защитник адвокат Ольхов С.Г. разрешение вопроса о возвращении уголовного дела прокурору оставили на усмотрение суда.

Представитель потерпевшего АО «<данные изъяты>» по доверенности ФИО4 в судебное заседание не явился, в суд представил заявления о рассмотрении уголовного дела в его отсутствие.

Выслушав мнение участников процесса, проверив материалы уголовного дела, суд приходит к следующим выводам.

Обвинительное заключение является процессуальным документом, которым оформляется итоговое для предварительного расследования решение и в котором сформулировано окончательное обвинение, подлежащее рассмотрению в суде. Указанные в обвинительном заключении сведения и обстоятельства имеют существенное правовое значение, поскольку содержащееся в обвинительном заключении утверждение о совершении лицом деяния, запрещенного уголовным законом, определяет пределы предстоящего судебного разбирательства. Отсутствие в обвинительном заключении представленного в суд дела надлежащего обвинения, которое по существу является основным предметом судебного разбирательства, лишает суд возможности принять решение, то есть препятствует рассмотрению дела по существу.

В соответствии со ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении должны быть указаны, в числе прочих, существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного дела.

В соответствии с ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения, в случае если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основании данного заключения.

Как указано в Постановлении Конституционного Суда РФ № 18-П от 08 декабря 2003 года, положения ч. 1 ст. 237 УПК РФ не исключают по своему конституционно-правовому смыслу в их взаимосвязи правомочие суда по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвратить дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях существенных нарушений уголовно-процессуального закона, не устранимых в судебном производстве, если возвращение дела прокурору не связано с восполнением неполноты произведенного дознания или предварительного следствия.

Согласно п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 05.03.2004 года "О применении судами норм УПК РФ" в тех случаях, когда существенное нарушение закона, допущенное в досудебной стадии и являющееся препятствием к рассмотрению уголовного дела, выявлено при судебном разбирательстве, суд, если он не может устранить такое нарушение самостоятельно, по ходатайству сторон или по своей инициативе возвращает дело прокурору для устранения указанного нарушения при условии, что оно не будет связано с восполнением неполноты произведенного дознания или предварительного следствия. Существенным нарушением уголовно-процессуального законодательства, влекущим направление дела прокурору, признается такое нарушение, которое суд не может устранить самостоятельно и которое, как повлекшее лишение или стеснение гарантируемых законом прав участников уголовного судопроизводства, исключает возможность постановления законного и обоснованного приговора и фактически не позволяет суду реализовать возложенную на него Конституцией РФ функцию осуществления правосудия; такие процессуальные нарушения не касаются ни фактических обстоятельств, ни вопросов квалификации и доказанности вины обвиняемых.

Как следует из обвинительного заключения и постановления о привлечении в качестве обвиняемого, ФИО1о органами предварительного следствия обвиняется в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ, - в краже, то есть в совершении тайного хищения чужого имущества, совершенной группой лиц по предварительному сговору со ФИО2, которой так же предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ.

20 августа 2020 года (т.2 л.д. 111-115) органом предварительного расследования ФИО2 предъявлено обвинение в совершении преступлении, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ, в краже, то есть в совершении тайного хищения чужого имущества, совершенной группой лиц по предварительному сговору с ФИО1, вместе с тем, в обвинении и обвинительном заключении имеется указание на то обстоятельство, что она 07 апреля 2020 года, 08 апреля 2020 года, 11 апреля 2020 года и 12 апреля 2020 года «действуя совместно с ФИО1, находясь за кассой магазина, передала последнему принадлежащие АО «<данные изъяты>» упаковку фасовочных пакетов стоимостью 237 рублей 60 коп. в пакете-майке стоимостью 5 рублей 30 коп., тайно похитив их». Обвинение, предъявленное ФИО1 20 августа 2020 года (т. 2 л.д. 121-125) аналогично обвинению, предъявленному ФИО2, оно фактически перенесено на бумажный носитель с обвинения ФИО2, описывая действия подсудимых, следователем в обвинении ФИО1 указано на квалификацию действий ФИО2 по п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ. Таким образом, обвинение ФИО1 не предъявлялось.

Судебное разбирательство судом проводится в соответствии с требованиями части 1 статьи 252 УПК РФ в пределах предъявленного лицу обвинения.

В соответствии с п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2002 № 29, исходя из смысла ч. 2 ст. 35 УК РФ уголовная ответственность за кражу, совершенную группой лиц по предварительному сговору, наступает и в тех случаях, когда согласно предварительной договоренности между соучастниками непосредственное изъятие имущества осуществляет один из них. Если другие участники в соответствии с распределение ролей совершили согласованные действия, направленные на оказание непосредственного содействия исполнителю в совершении преступления (например, лицо не проникало в жилище, но участвовало во взломе дверей, запоров, решеток, по заранее состоявшейся договоренности вывозило похищенное, подстраховывало других соучастников от возможного обнаружения совершаемого преступления), содеянное ими является соисполнительством и в силу ч. 2 ст. 34 УК РФ не требуется дополнительной квалификации по ст. 33 УК РФ.

В соответствии со ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении должно быть указано существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, формулировка обвинения, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела. По смыслу этой же нормы закона, обоснованным обвинительное заключение признается в том случае, если выводы, изложенные в нем, соответствуют фактическим обстоятельствам расследованного преступления, подтверждаются объективными доказательствами, полученными в порядке, предусмотренном уголовно-процессуальным законом.

В соответствии с п. 5 ч. 2 ст. 171 УПК РФ указанным требованиям должно отвечать и постановление о привлечении лица в качестве обвиняемого.

Таким образом, суд установил несоответствие постановления от 20 августа 2020 года о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого требованиям п. 5 ч. 2 ст. 171 УПК РФ и, соответственно, обвинительного заключения требованиям п. 4 ч. 1 ст. 220 УПК РФ.

Суд полагает, что уголовное дело подлежит возвращению на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, которые не могут быть восполнены в судебном заседании, поскольку обвинение, изложенное в обвинительном заключении, не соответствует обвинению, изложенному в постановлении о привлечении лица в качестве обвиняемого, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного обвинительного заключения.

Данные нарушения являются последствиями нарушений, допущенных органами следствия в ходе составления итогового обвинения ФИО1 по настоящему делу, и вместе с тем являются препятствием для вынесения справедливого и обоснованного решения, такое нарушение является существенным. Устранение этого нарушения необходимо для защиты прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства, в частности, обвиняемого ФИО1

Устранить выявленные обстоятельства по настоящему уголовному делу на стадии судебного следствия не представляется возможным, так как это нарушит право подсудимого на защиту и превысит установленные законом полномочия суда по рассмотрению уголовного дела, связанные с тем, что судебное разбирательство проводится лишь по предъявленному обвинению.

Судебная функция разрешения уголовного дела и функция обвинения должны быть строго разграничены. Возбуждение уголовного преследования, формулирование обвинения и его поддержание перед судом обеспечиваются указанными в законе органами и должностными лицами. Суд, осуществляющий судебную власть на основании состязательности и равноправия сторон, в ходе производства по делу не может становиться ни на сторону обвинения, ни на сторону защиты, подменять стороны, принимая на себя их процессуальные правомочия.

В соответствии с ч. 3 ст. 15 УПК РФ суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты. Суд создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Приведенные выше обстоятельства, лишают суд возможности постановления приговора или вынесения иного решения на основании имеющегося обвинительного заключения.

В соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона никто не может быть признан виновным в совершении преступления иначе как по приговору суда, который должен быть законным, обоснованным, основанным на правильном применении уголовного закона.

Таким образом, суд приходит к выводу о необходимости возвращения уголовного дела в отношении ФИО2 и ФИО1 прокурору Мокшанского района Пензенской области для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Оснований для изменения или отмены меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО2 и ФИО1 у суда не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 237, 256 УПК Российской Федерации, суд

постановил:

возвратить прокурору Мокшанского района Пензенской области уголовное дело по обвинению ФИО2 и ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ, для устранения препятствий рассмотрения его судом на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК Российской Федерации.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО2 и ФИО1 оставить без изменения.

Настоящее постановление может быть обжаловано в Пензенский областной суд через Мокшанский районный суд Пензенской области в течение 10 суток со дня его вынесения.