Решение № 2-214/2019 2-214/2019~М-174/2019 М-174/2019 от 17 июня 2019 г. по делу № 2-214/2019

Дело № 2-214/2019


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

р.п. Каргаполье 17 июня 2019 года

Каргапольский районный суд Курганской области в составе:

председательствующего судьи Гончарука С.Е.,

при секретаре судебного заседания Шестаковой Г.А.,

с участием истцов ФИО1, ФИО2 и ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 и ФИО3 к ФИО4 и ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного при ДТП,

установил:

Истцы ФИО1, ФИО2 и ФИО3 обратились в суд с иском к ФИО4 и ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного при дорожно-транспортном происшествии (ДТП). В обоснование иска указали, что 08.08.2018 около 02 часов 45 минут ФИО4, управляя автомобилем ВАЗ-21060, №*, двигаясь со скоростью не менее 81,6 км/ч около дома №150 по ул. Крупской в р.п. Каргаполье, проявив небрежность и невнимательность, не убедился в безопасности своего движения, в нарушение п. 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации (ПДД РФ) допустил наезд на пешехода Г., двигавшегося по проезжей части дороги на полосе движения автомобиля. В результате нарушения ФИО4 ПДД РФ пешеходу Г. были причинены тяжкие телесные повреждения, повлекшие его смерть 01.09.2018. Вина ФИО4 установлена приговором Каргапольского районного суда Курганской области от 28.11.2018, вступившим в законную силу 11.12.2018. Собственником автомобиля ВАЗ-21060, №* является ФИО5 В результате смерти отца им причинены нравственные страдания - моральный вред, размер компенсации которого оценивают в 1000000 руб. в пользу каждого. Между ними и отцом всегда существовали тёплые родственные отношения и в результате его гибели они перенесли глубокое потрясение, появились проблемы со здоровьем, нарушение сна. Полагали, что управление ФИО4 автомобилем по устному поручению собственника не даёт оснований считать его законным владельцем источника повышенной опасности, поэтому оба ответчика должны отвечать солидарно по их требованиям. Просили взыскать в их пользу солидарно с ФИО4 и ФИО5 компенсацию морального вреда в размере по 1000000 руб. в пользу каждого.

В судебном заседании истцы ФИО1, ФИО2 и ФИО3 поддержали заявленные требования и просили их удовлетворить в размерах по усмотрению суда.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явился, отбывает наказание по приговору Каргапольского районного суда Курганской области от 28.11.2018, извещался надлежащим образом, возражений против иска не представил.

Ответчик ФИО5 в судебное заседание не явился, надлежащим образом извещался судом. В возражении на иск от 27.05.2019 исковые требования не признал, указав, что в момент ДТП принадлежащим ему автомобилем на законном основании с его согласия управлял ФИО4, которому он доверил право управление указанным автомобилем. Полагал, что он является ненадлежащим ответчиком по делу, что ФИО4 являлся титульным владельцем указанного транспортного средства, при этом он имел водительское удостоверение соответствующей категории и был включен в полис ОСАГО. Вина ФИО4 установлена приговором суда. Просил в удовлетворении заявленных к нему требований отказать.

Дело рассмотрено в отсутствие ответчиков ФИО4 и ФИО5 в порядке ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (ГПК РФ).

Заслушав пояснение истцов ФИО1, ФИО2 и ФИО3, изучив письменные материалы дела, суд находит иск в части обоснованным и подлежащим частичному удовлетворению.

Если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (статья 151 ГК РФ).

Вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред (статья 1064 ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Согласно разъяснениям, указанным в п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», если владельцем источника повышенной опасности будет доказано, что этот источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц (например, при угоне транспортного средства), то суд вправе возложить ответственность за вред на лиц, противоправно завладевших источником повышенной опасности, по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 1079 ГК РФ. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность по возмещению вреда может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности, в долевом порядке в зависимости от степени вины каждого из них (например, если владелец транспортного средства оставил автомобиль на неохраняемой парковке открытым с ключами в замке зажигания, то ответственность может быть возложена и на него).

Суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учётом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинён действиями, совершенными умышленно (п. 3 ст. 1083 ГК РФ).

Согласно ст. 1100 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинён жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

При определении размера компенсации морального вреда судом принято во внимание положение ст. 1101 ГК РФ, устанавливающей, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинён моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников. Из разъяснений, содержащихся в п. 8 указанного постановления, следует, что размер компенсации морального вреда зависит от характера и объёма причиненных истцу нравственных и физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимание обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

В соответствии с п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учётом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 08.08.2018 около 02 часов 45 минут ФИО4, управляя автомобилем ВАЗ-21060, №*, двигаясь со скоростью не менее 81,6 км/ч около дома №150 по ул. Крупской в р.п. Каргаполье, проявив небрежность и невнимательность, не убедился в безопасности своего движения, в нарушение п. 10.1 и 10.2 ПДД РФ не учёл особенности и состояние, а также скорость движения своего транспортного средства, дорожные условия, ночной период времени, не выбрал скорость и траекторию движения, обеспечивающие безопасность движения на данном участк дороги, поэтому своевременно не принял возможным мер к снижению скорости транспортного средства и допустил наезд на пешехода Г., двигавшегося по проезжей части дороги на полосе движения автомобиля. В результате нарушения ФИО4 вышеуказанных пунктов ПДД РФ и наезда пешеходу Г. были причинены тяжкие телесные повреждения, повлекшие его смерть в условиях стационара ГБУ «Курганская больница № 2» 01.09.2018.

Вина ФИО4 установлена приговором Каргапольского районного суда Курганской области от 28.11.2018, вступившим в законную силу 11.12.2018, согласно которого ФИО4 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, и ему назначено наказание в виде лишения свободы на срок 2 года с отбыванием в колонии-поселении с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 2 года.

Вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом (ч. 4 ст. 61 ГПК РФ).

Собственником автомобиля ВАЗ-21060, №* является ответчик ФИО5, что подтверждается свидетельством о регистрации транспортного средства <данные изъяты>. Гражданская ответственность ФИО5 была застрахована в <данные изъяты> на срок с 10.08.2017 по 09.08.2018 в отношении неограниченного количества лиц, допущенных к управлению данным транспортным средством (страховой полис <данные изъяты>). Его вина в совершении данного ДТП материалами дела не подтверждается.

ФИО4 в момент ДТП управлял автомобилем ВАЗ-21060, №* с согласия его собственника ФИО5 и имел соответствующее водительское удостоверение <данные изъяты> (справка МО МВД РФ «Каргапольский» от 23.11.2018), согласно вышеуказанного страхового полиса был допущен к управлению транспортным средством, пользовался автомобилем по своему усмотрению, суд приходит к выводу о том, что автомобиль находился в пользовании у ФИО4 на законных основаниях и в момент ДТП он являлся титульным владельцем данного автомобиля и ответственным за причинённый вред.

Поскольку ФИО4 в момент ДТП являлся законным владельцем автомобиля ВАЗ-21060, №* суд считает, что ФИО5 является ненадлежащим ответчиком по делу и поэтому требования истцов о взыскании с ФИО5 компенсации морального вреда в сумме по 1000000 руб. в пользу каждого удовлетворению не подлежат.

Истцы являются близкими родственниками погибшего Г., {дата} года рождения: ФИО1 и ФИО3 – его дочерьми, что подтверждается свидетельствами об их рождении №* и №* соответственно, свидетельствами о заключении ими брака соответственно <данные изъяты> и <данные изъяты>, а ФИО2 – его сыном, что подтверждается повторным свидетельством о рождении №*.

Смерть их отца явилась причиной тяжелых нравственных страданий истцов. Факт гибели Г. от полученных телесных повреждений, причинённых по вине ФИО4 вследствие воздействия источника повышенной опасности, подтверждается материалами дела, и ответчиком ФИО4 не опровергнут.

Решая вопрос о размере компенсации морального вреда в пользу истцов, суд принимает во внимание характер и степень нравственных страданий всех истцов, для которых утрата их отца явилась душевной трагедией, вызванной преждевременной утратой родного и близкого им человека, то, что они совместно с отцом Г. не проживали, каждый из них проживал со своей семьей, но они периодически навещали своего отца в силу его преклонного возраста, заботились о нём и помогали ему. ФИО2 и ФИО3 никаких доказательств о том, что в связи со смертью их отца они обращались в медицинские учреждения за медицинской помощью либо за психологической помощью в связи с ухудшением их состояния здоровья, суду не представлено. Доводы истца ФИО1 о том, что она обращалась к хирургу ГБУ «Каргапольская ЦРБ имени Н.А. Рокиной» 01.10.2018 по поводу <данные изъяты> и ей установлен диагноз «периатрит левого голеностопного сустава», подтверждаются заверенной копией её медицинской карты. Однако в записи от 01.10.2018 в её медицинской карте указано о том, что эти боли у неё длятся 2 месяца. Доказательств о том, что данное заболевание находится в причинно-следственной связи со смертью Г., ФИО1 не представлено, от проведения судебно-медицинской экспертизы она отказалась.

Суд также учитывает неосторожную форму вины ФИО4, его имущественное положение, поскольку он на момент ДТП являлся учащимся 3 курса <данные изъяты>, а также грубую неосторожность потерпевшего Г., который в момент ДТП находился в ночное время на проезжей части дороги на полосе движения автомобиля без светоотражающих элементов одежды.

С учётом указанных обстоятельств, а также требований разумности и справедливости, суд считает исковые требования обоснованными, но размер компенсации морального вреда, заявленный истцами, завышенным и подлежащим уменьшению с 1000000 руб. до 150000 руб. в пользу каждого из истцов. Таким образом, с ФИО4 подлежит взысканию компенсация морального вреда в пользу ФИО1 в размере 150000 руб., в пользу ФИО2 в размере 150000 руб., в пользу ФИО3 в размере 150000 руб.

Поскольку истцы освобождены от уплаты государственной пошлины, с ФИО4 в соответствии со ст. 103 ГПК РФ в доход муниципального образования Каргапольский район подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 руб.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1, ФИО2 и ФИО3 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО4 компенсацию морального вреда в пользу ФИО1 в размере 150000 рублей, в пользу ФИО2 в размере 150000 рублей, в пользу ФИО3 в размере 150000 рублей.

В остальной части иска ФИО1, ФИО2 и ФИО3 к ФИО4 и ФИО5 отказать.

Взыскать с ФИО4 в доход муниципального образования Каргапольский район государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Курганский областной суд через Каргапольский районный суд Курганской области в течение месяца.

Судья С.Е. Гончарук