Решение № 2-519/2019 2-519/2019~М-332/2019 М-332/2019 от 19 августа 2019 г. по делу № 2-519/2019

Дело № 2-519/2019

УИД 26RS0015-01-2019-000651-47


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

19 августа 2019 года г. Ипатово

Резолютивная часть решения объявлена 19 августа 2019 года.

Полный текст решения изготовлен 23 августа 2019 года.

Ипатовский районный суд Ставропольского края в составе председательствующего судьи Куценко В.В.,

при секретаре Мирошниченко С.Н.,

с участием ответчиков ФИО1, ФИО2, третьего лица ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО1, ФИО5, ФИО2, ФИО6 о взыскании ущерба в размере 1070085 руб., расходов, понесенных на оплату услуг эксперта в размере 7500 руб., юридических услуг в размере 15000 руб., на уплату госпошлины в размере 13550 руб.,

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 (далее – истец, ФИО4) обратился в суд с иском к ФИО1 (далее – ФИО1), ФИО5 (далее – ФИО5), ФИО2 (далее – ФИО2), ФИО6 (далее – ФИО6) о взыскании ущерба в размере 1070085 руб., расходов, понесенных на оплату услуг эксперта в размере 7500 руб., юридических услуг в размере 15000 руб., расходов на уплату госпошлины в размере 13550 руб.

В письменных возражениях ФИО5 указал, что является ненадлежащим ответчиком по данному делу, поскольку ДД.ММ.ГГГГ Ипатовским районным судом по уголовному делу в отношении ФИО1, обвиняемой по ч. 1 ст. 164 УК РФ (в рамках данного дела ФИО5 признан потерпевшим) было вынесено постановление о прекращении уголовного дела в отношении ФИО1 по нереабилитирующим основаниям в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности по основаниям п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. Данным постановлением установлено, что за рулем автомобиля марки <данные изъяты> государственный регистрационный знак № находилась ФИО1, в результате виновных действий которой произошло ДД.ММ.ГГГГ ДТП. Просил в удовлетворении требований к нему отказать.

Определением от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО3.

В судебном заседании ФИО1 исковые требования не признала, пояснила, что за рулем автомобиля ВАЗ 21053 находился ФИО5, а не она, что подтверждается фотоматериалами из материалов уголовного дела, а также свидетельскими показаниями. Пояснила, что не согласна с выводами экспертных заключений, имеющихся в материалах уголовного дела, в части указания на то, что за рулем транспортного средства находилась она. Просила в удовлетворении исковых требований отказать.

ФИО2 исковые требования не признал, пояснил, что по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ продал автомобиль №, государственный регистрационный знак №, своей матери ФИО3, в связи с чем на момент ДТП не являлся собственником автомобиля. Просил в удовлетворении исковых требований, предъявленных к нему, отказать.

ФИО3 просила в удовлетворении исковых требований отказать, не отрицала факт того, что на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ приобрела у своего сына ФИО2 вышеуказанный автомобиль, добровольно передала автомобиль ФИО5 для того, чтобы последний потренировался в езде перед сдачей экзамена на получение водительского удостоверения. Пояснила, что виновником ДТП является ФИО5, не согласна с выводами экспертных заключений, имеющихся в материалах уголовного дела.

Истец, ответчики – ФИО5, ФИО6, надлежаще извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явились. От истца поступило ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие.

В порядке ст. 167 ГПК РФ суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Суд, выслушав пояснения явившихся в судебное заседание лиц, оценив и исследовав представленные в дело доказательства в их совокупности, приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ДД.ММ.ГГГГ в 13 час. 00 мин. на 475 км + 177,7 м автодороги Астрахань-Элиста-Ставрополь произошло дорожно-транспортное происшествие с участием двух автомобилей, в котором водитель ФИО1, управляя автомобилем марки №, регистрационный знак №, принадлежащим ФИО3, перевозя на переднем пассажирском сиденье ФИО5, двигаясь по проезжей части второстепенной дороги в направлении от <адрес> к пересечению с проезжей частью федеральной автодороги <адрес>, являющейся главной дорогой, то есть, осуществляя движение по второстепенной дороге, и проезжая указанный нерегулируемый перекресток неравнозначных дорог, грубо нарушила п.п. 1.3, п.1.5, п. 2.1.1, п. 2.1.2, п.13.9 Правил дорожного движения РФ, не имея при этом права управления транспортным средством соответствующей категории, не пристегнувшись ремнем безопасности, перевозила не пристегнутого ремнем безопасности пассажира, не уступила дорогу транспортному средству – автомобилю марки <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, под управлением собственника транспортного средства ФИО4, движущегося по главной дороге, допустила столкновение с указанным транспортным средством.

В результате данного ДТП автомобиль марки <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, получил следующие механические повреждения: <данные изъяты> (справка о ДТП от ДД.ММ.ГГГГ).

В данном ДТП ФИО1 и ФИО5 получили телесные повреждения, причем последний получил согласно заключению дополнительной комиссионной судебно-медицинской экспертизы <адрес> №, 844 от 29.03.-ДД.ММ.ГГГГ телесные повреждения, имеющие квалифицирующий признак опасности для жизни человека с созданием непосредственной угрозы жизни, указывающие на причинение тяжкого вреда здоровью.

Нарушение водителем легкового автомобиля марки №, государственный регистрационный знак № ФИО1 пунктов 1.3, 1.5, 2.1.1, 2.1.2, 13.9 Правил дорожного движения Российской Федерации находятся в прямой причинной связи с наступившими последствиями.

По факту данного ДТП сотрудниками следственного отделения ОМВД по <адрес> начата проверка (КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ) о наличии либо отсутствии в действиях ФИО5 признаков состава преступления по ч. 1 ст. 264 УК РФ.

В рамках данной проверки следователем была назначена судебно-медицинская экспертиза, по результатам проведения которой составлены заключения № и № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которых на момент ДТП ФИО1 находилась за рулем автомобиля №, а ФИО5 находился на переднем пассажирском сидении и он принял основной удар в момент столкновения двух транспортных средств.

По результатам данной проверки (КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ) постановлением следователя ОМВД по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ было возбуждено уголовное дело № в отношении несовершеннолетней на тот момент ФИО1 по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, а ФИО5 признан потерпевшим по данному уголовному делу (постановление от ДД.ММ.ГГГГ).

Вступившим в законную силу постановлением Ипатовского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемой в совершении преступления по ч. 1 ст. 264 УК РФ, прекращено на основании п. 3ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

Истец самостоятельно обратился к независимому оценщику с целью установления размера ущерба, причиненного его автомобилю марки <данные изъяты> в результате ДТП. Согласно заключению № от ДД.ММ.ГГГГ, произведенному экспертом ООО «АрмадаАвто», стоимость указанного неповрежденного транспортного средства на дату ДТП составляет 1448910 руб., стоимость годных остатков поврежденного в результате ДТП автомобиля составляет 421825 руб.

Согласно квитанции-договору № от ДД.ММ.ГГГГ истец понес расходы на оплату услуг эксперта в размере 7 500 руб.

Также в связи с ДТП истец понес расходы на оплату услуг эвакуатора поврежденного автомобиля в размере 25000 руб. и услуги такси в размере 18000 руб.

Поскольку причиненный истцу ущерб до настоящего времени не возмещен, последний обратился в суд с настоящим иском.

В силу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы (с. 2 ст. 15 ГК РФ).

Статьей 1064 ГК РФ предусмотрено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Пунктом 1 статьи 1079 ГК РФ закреплено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (в том числе использование транспортных средств), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность завред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности. Владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность завред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т.п.) третьим лицам по основаниям, предусмотренным пунктом 1 настоящей статьи.

Исходя из данной правовой нормы, законным владельцем источника повышенной опасности, на которого законом возложена обязанность повозмещениювреда, причиненного в результате использования источника повышенной опасности, является юридическое лицо или гражданин, эксплуатирующие источник повышенной опасности в момент причинениявредав силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, права оперативного управления, либо в силу иного законного основания. Таким образом, субъектом ответственности за причинениевредаисточником повышенной опасности является лицо, которое обладало гражданско-правовыми полномочиями по использованию соответствующего источника повышенной опасности и имело источник повышенной опасности в своем реальном владении, использовало его на момент причинениявреда.

Следовательно, для возложения на лицо обязанности повозмещениювреда, причиненного источником повышенной опасности, необходимо установление его юридического и фактического владения источником повышенной опасности. Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам,возмещаетсяна общих основаниях (статья 1064). Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 23.06.2005 № 261-О, такое регулирование представляет собой один из законодательно предусмотренных случаев возложения ответственности - в отступление от принципа вины - на причинителявреданезависимо от его вины, в основе которой лежит риск случайного причинениявреда.

Пунктом 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинениявредажизни и здоровью гражданина» разъяснено, что под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности). На лицо, исполнявшее свои трудовые обязанности на основании трудового договора (служебного контракта) и причинившеевреджизни или здоровью в связи с использованием транспортного средства, принадлежавшего работодателю, ответственность за причинениевредаможет быть возложена лишь при условии, если будет доказано, что оно завладело транспортным средством противоправно (пункт 2 статья 1079 ГК РФ).

На основании п. 6 ст. 4 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – Закон об ОСАГО) владельцы транспортных средств, риск ответственности которых не застрахован в форме обязательного и (или) добровольного страхования, возмещают вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в соответствии с гражданским законодательством.

Законом об ОСАГО предусмотрены следующие способы обращения потерпевшего в страховую компанию за страховой выплатой: к страховщику, застраховавшему гражданскую ответственность лица, причинившего вред (абз. 2 п. 1 ст. 12 Закона об ОСАГО), в порядке прямого возмещения убытков – к страховщику потерпевшего (п. 1 ст. 14.1 Закона об ОСАГО).

Материалами дела подтверждено, что гражданская ответственность виновника ДТП ФИО1 по договору ОСАГО на момент ДТП не была застрахована.

Таким образом, истец лишен возможности получить страховое возмещение и возместить ущерб, причиненный принадлежащему ему автомобилю в порядке, предусмотренном Законом об ОСАГО.

С учетом вышеприведенных норм права и установленных по делу обстоятельств, поскольку в ходе рассмотрения дела нашел свое подтверждение факт причинения вреда автомобилю истца в результате ДТП и взаимодействия с автомобилем, находившемся под управлением ФИО1, принадлежавшем ФИО3, суд приходит к выводу о том, что ответственность за вред, причиненный истцу в результате столкновения транспортных средств при установленных обстоятельствах ДТП, должна быть возложена на владельца источника повышенной опасности, каковым является непосредственный причинитель вреда ФИО1, управлявшая автомобилем ВАЗ 21053, государственный регистрационный знак <***> в момент ДТП и являющаяся виновником ДТП, в результате которого принадлежащий истцу автомобиль получил повреждения.

Довод ФИО1 о недоказанности ее вины в совершении ДТП и причинении вреда принадлежащему истцу транспортному средству подлежит отклонению.

В судебном заседании ФИО1 не оспаривала обстоятельства произошедшего ДД.ММ.ГГГГ ДТП, в частности факт выезда автомобиля ВАЗ 21053, регистрационный знак <***> движущегося по второстепенной дороге, на нерегулируемый перекресток неравнозначных дорог в нарушение п. 13.9 Правил дорожного движения, допустив столкновение с автомобилем <данные изъяты>, регистрационный знак № движущегося по главной дороге <адрес>. В рамках рассмотрения уголовного дела в отношении ФИО1 данный факт также никем не оспаривался.

Вместе с тем ФИО1 и третье лицо ФИО3 оспаривали факт нахождения за рулем автомобиля №, регистрационный знак № ФИО1, указывая на то, что за рулем автомобиля на момент ДТП находился ФИО5

Суд считает необоснованными доводы указанных лиц, поскольку они опровергаются выводами комиссионных судебно-медицинских экспертиз № и № от ДД.ММ.ГГГГ, проведенных в рамках уголовного дела в отношении ФИО1 по обвинению по ч. 1 ст. 264 УК РФ. Так, комиссией экспертов было установлено, что в момент ДТП ФИО1 находилась за рулем автомобиля №, а ФИО5 – на переднем пассажирском сидении и он принял основной удар в момент столкновения двух транспортных средств. Дополнительно проведенная в рамках уголовного дела комиссионная судебно-медицинская экспертиза (заключение №,№ от ДД.ММ.ГГГГ) подтвердила вывод ранее проведенных экспертиз в части того, что за рулем № на момент ДТП находилась ФИО1

Указанные заключения экспертов не оспорены и не признаны незаконными или проведенными с процессуальными нарушениями.

О проведении экспертизы в рамках настоящего дела стороны в установленном нормами ГПК РФ порядке не заявляли.

Суд также учитывает, что уголовное дело в отношении ФИО1 было прекращено, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

В силу положений ст. 27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации уголовное преследование в отношении подозреваемого или обвиняемого прекращается, в том числе, по основаниям, предусмотренным пунктами 1 - 6 части первой статьи 24 настоящего Кодекса.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное уголовное дело подлежит прекращению, в том числе, вследствие истечения сроков давности уголовного преследования.

Из положений ч. 2 ст. 27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации следует, что прекращение уголовного преследования в связи с истечением сроков давности уголовного преследования не допускается, если подозреваемый или обвиняемый против этого возражает. В таком случае производство по уголовному делу продолжается в обычном порядке.

Исходя из положений ст. 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, прекращение уголовного дела вследствие истечения сроков давности уголовного преследования не является реабилитирующим обстоятельством, а, следовательно, не свидетельствует о том, что обвиняемый (подозреваемый) не совершал инкриминируемого ему преступления.

Таким образом, при прекращении уголовного дела ФИО1 имела возможность отказаться от такого прекращения вследствие истечения сроков давности уголовного преследования и настаивать на рассмотрении уголовного дела по существу с целью установления ее невиновности, чего сделано ФИО1 не было, более того, уголовное дело было прекращено с согласия ФИО1 и ее защитника, о чем свидетельствует вступившее в законную силу постановление Ипатовского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ, оставленное без изменения апелляционным определением <адрес>вого суда от ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с абз. 2 п. 12 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.205 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

В абз. 1 п. 13 названного Постановления разъяснено, что при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества (абз. 2 п. 13 Постановления).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, отраженной в Постановлении от 10.03.2017 № 6-П, в силу закрепленного в ст. 15 ГК РФ принципа полного возмещения причиненных убытков лицо, право которого нарушено, может требовать возмещения расходов, которое оно произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, компенсации утраты или повреждения его имущества (реальный ущерб), а также возмещения неполученных доходов, которое это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Применительно к случаю причинения вреда транспортному средству это означает, что в результате возмещения убытков в полном размере потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы его право собственности не было нарушено, то есть ему должны быть возмещены расходы на полное восстановление эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного средства.

Согласно экспертному заключению № от ДД.ММ.ГГГГ, произведенному экспертом <данные изъяты>» ФИО9, стоимость неповрежденного транспортного средства истца <данные изъяты>, государственный знак № на дату ДТП составляет 1448910 руб., стоимость годных остатков поврежденного в результате ДТП автомобиля составляет 421825 руб. Материальный ущерб исчислен экспертом исходя из разницы стоимости неповрежденного автомобиля и стоимости годных остатков (1448910 руб. - 421825 руб.) и составил 1027085 руб.

В силу ст. 86 ГПК РФ заключение эксперта не имеет для суда заранее установленной силы и оценивается судом по правилам ст. 67 ГПК РФ как и все другие доказательства – по внутреннему убеждению, основанному на беспристрастном, всестороннем и полном рассмотрении имеющихся доказательств в их совокупности.

Проанализировав данное заключение, суд считает его соответствующим требованиям закона, оно проведено квалифицированным специалистом ФИО9, включенным в государственный реестр экспертов-техников (л.д. 103) и имеющим соответствующую квалификацию и образование (л.д. 99-102), выполнено методически правильно, с применением Положения о единой методике определения расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной Центральным банком Российской Федерации ДД.ММ.ГГГГ №-П). Сделанные экспертом выводы согласуются со всеми доказательствами по делу, ни в чем не противоречат, ничем не опорочены и ничем не опровергнуты.

Каких-либо возражений по поводу установленного экспертом размера материального ущерба ответчиками не заявлялось, не представлено суду никаких возражений относительно компетентности эксперта и размера установленного им ущерба, а также доказательств в опровержение представленных истцом доказательств.

С учетом изложенного суд считает, что заключение № от ДД.ММ.ГГГГ, которым установлен материальный ущерб, причиненный истцу в результате ДТП, является допустимым доказательством по делу и может быть положено в основу решения суда.

Таким образом, требование истца о взыскании с ФИО1 ущерба, причиненного автомобилю в результате ДТП, в виде разницы между стоимостью поврежденного транспортного средства и стоимостью годных остатков в размере 1027 085 руб. подлежит удовлетворению.

Рассматривая требование истца о взыскании убытков, понесенных в связи с оплатой такси в размере 18000 руб. и в связи с оплатой услуг эвакуатора в размере 25000 руб., суд считает, что данные требования подлежат удовлетворению частично.

Истцом в подтверждение факта несения убытков в виде оплаты услуг такси представлены квитанции на оплату пользования легковым такси № и 000079 от ДД.ММ.ГГГГ по маршруту <адрес> – <адрес> на общую сумму 18000 руб. Однако доказательств фактической оплаты истцом услуг такси в материалы дела не представлено, из указанных квитанций не следует, что услугами такси пользовался именно истец.

В подтверждение несения убытков в виде оплаты услуг эвакуатора истцом представлена квитанция № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ воспользовался услугами эвакуатора для эвакуации транспортного средства <данные изъяты>, регистрационный знак №, и оплатил данные услуги в размере 25000 руб.

Таким образом, суд считает подлежащими требования истца о взыскании убытков, понесенных на оплату услуг эвакуатора в размере 25000 руб., а в удовлетворении требования о взыскании убытков на оплату услуг такси в размере 18000 руб. отказывает.

Что касается требований истца о взыскании ущерба с ответчиков ФИО7, ФИО2, ФИО6, то суд отказывает в их удовлетворении, поскольку владельцем источника повышенной опасности в данном случае являлась именно ФИО1, фактически управлявшая автомобилем ВАЗ 21053, в связи с чем имущественная ответственность подлежит возложению только на указанного ответчика.

Как указано выше и подтверждено заключениями комиссионных судебно-медицинских экспертиз № и № от ДД.ММ.ГГГГ, №,№ от ДД.ММ.ГГГГ, проведенных в рамках уголовного дела в отношении ФИО1, на момент ДТП ФИО1 находилась за рулем автомобиля №, а ФИО5 – на переднем пассажирском сидении. Кроме того, виновником данного ДТП признана ФИО1 Указанные обстоятельства документально не оспорены и ничем не опровергнуты. Таким образом, ФИО5 является ненадлежащим ответчиком по данному делу.

Судом также установлено, что собственником автомобиля № на момент ДТП была ФИО3, что подтверждается договором купли-продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ, заключенным между ею и ФИО2, что не оспаривалось в судебном заседании самой ФИО3 и ФИО2, а также данный факт не оспаривался в ходе рассмотрения уголовного дела в отношении ФИО1

В материалы дела также представлен договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО6 (являющийся согласно карточке учета транспортного средства собственником автомобиля №, регистрационный знак № и ФИО2, на основании которого указанный автомобиль № был передан в собственность ФИО2

ФИО2 в судебном заседании не оспаривал факт заключения с ФИО6 указанного договора купли-продажи и факт передачи ему указанного автомобиля.

Согласно п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В силу п. 1 ст. 223 ГК РФ право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

Поскольку ФИО3 и ФИО2 не оспаривался факт передачи им автомобиля № по вышеуказанным договорам купли-продажи, суд считает данные договоры купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ заключенными, следовательно, собственником автомобиля является ФИО3

Тот факт, что ни ФИО2, ни ФИО3 не зарегистрировали данное транспортное средство в органах ГИБДД в установленный законом срок, не имеет правового значения, поскольку государственная регистрация автотранспортного средства является административным актом, носящим разрешительный характер, и не связана с возникновением или прекращением права собственности на него.

Таким образом, ФИО2 и ФИО6 являются ненадлежащими ответчиками по данному делу.

Статьей94 ГПК РФопределен перечень судебных издержек и указано, что к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся связанные с рассмотрением дела расходы, понесенные сторонами и признанные судом необходимыми расходы.

В силу разъяснений, данных в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее – Постановление № 1), перечень судебных издержек, предусмотренный ст.94 ГПК РФ, не является исчерпывающим. Так, расходы, понесенные истцом в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости. Например, истцу могут бытьвозмещенырасходы на проведение досудебного исследования состояния имущества, на основании которого впоследствии определена цена предъявленного в суд иска, его подсудность.

Поскольку оценка причиненногоущербаявлялась необходимым условием для обращения истца в суд с настоящим иском, проведена специалистом, обладающим соответствующими познаниями и имеющим соответствующую квалификацию, то есть отвечает требованиям относимости и допустимости доказательств, суд относит расходы истца на проведение независимого экспертного исследования в размере 7 500 руб., которые подтверждены документально (договор от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между истцом и <данные изъяты>», акт сдачи-приемки от ДД.ММ.ГГГГ, квитанция-договор № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой истец оплатил услуги эксперта в размере 7500 руб.), к судебным издержкам по данному делу.

Вместе с тем, поскольку исковые требования удовлетворены частично, в силу ст. 98 ГПК РФ расходы на оплату услуг эксперта относятся на стороны пропорционально размеру удовлетворенных требований: на истца в сумме 126 руб., на ответчика ФИО1 – 7374 руб.

Согласно ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Как следует из материалов дела, истец произвел оплату юридических услуг в сумме 15 000 руб., что подтверждается квитанцией-договором № от ДД.ММ.ГГГГ, договором возмездного оказания юридических услуг № № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенным между истцом и ИП ФИО11

Как следует из разъяснений, содержащихся в п.п. 11-13 Постановления № 1, разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых ввозмещениесудебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (ч. 4 ст. 1 ГПК РФ).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (ст.ст.2,35 ГПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер. Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (ч. 1 ст. 100 ГПК РФ).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. Исходя из конкретных обстоятельств дела, в частности, сложности спора, объема выполненной представителем истца работы, требований разумности и справедливости, суд признает обоснованными и разумными расходы истца на оплату услуг представителя в сумме 15 000 руб., поскольку не усматривает оснований для признания их явно чрезмерными, при том, что доказательств чрезмерности данных расходов ответчиком не представлено.

Поскольку исковые требования удовлетворены частично, в силу ст. 98 ГПК РФ расходы на оплату юридических услуг относятся на стороны пропорционально размеру удовлетворенных требований: на истца в сумме 252 руб., на ответчика ФИО1 – 14 748 руб.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ понесенные истцом судебные расходы по уплате госпошлины относятся на стороны пропорционально размеру удовлетворенных требований: на истца в сумме 228 руб., на ответчика ФИО1 – 13 222 руб.

Поскольку в удовлетворении исковых требований к ФИО5, ФИО2, ФИО6 отказано как заявленных к ненадлежащим ответчикам, требования истца о взыскании с указанных лиц расходов, понесенных на оплату услуг эксперта в размере 7500 руб., юридических услуг в размере 15000 руб., расходов на уплату госпошлины в размере 13550 руб. не подлежат удовлетворению.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО4 ущерба в размере 1052085 руб., расходов, понесенных на оплату услуг эксперта в размере 7374 руб., юридических услуг в размере 14748 руб., расходов на уплату госпошлины в размере 13222 руб.

В удовлетворении требования о взыскании убытков в размере 18000 руб. отказать.

В удовлетворении исковых требований о взыскании ущерба в размере 1070085 руб., расходов, понесенных на оплату услуг эксперта в размере 7500 руб., юридических услуг в размере 15000 руб., расходов на уплату госпошлины в размере 13550 руб. к ФИО5, ФИО2, ФИО6 отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ставропольский краевой суд через Ипатовский районный суд в течение месяца с момента его изготовления в окончательном виде.

Судья В.В. Куценко