Апелляционное определение № 33-145/2026 33-4337/2025 от 19 января 2026 г.

КИРОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 20 января 2026 года по делу № 33-145/2026 (№ 33-4337/2025)

судья Тимкина Л.А. Дело № 2-1180/2025

43RS0002-01-2025-001163-35

Судебная коллегия по гражданским делам Кировского областного суда в составе председательствующего судьи Бакиной Е.Н.,

судей Катаевой Е.В., Обуховой С.Г.,

при секретаре Хадеевой Е.С.,

с участием прокурора Блиновой А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Кирове дело по апелляционным жалобам КОГКБУЗ «Центр травматологии, ортопедии и нейрохирургии», ФИО1 на решение Октябрьского районного суда г.Кирова от 04 сентября 2025 года, которым постановлено:

Исковые требования ФИО1 к Кировскому областному государственному клиническому бюджетному учреждению здравоохранения «Центр травматологии, ортопедии и нейрохирургии» о компенсации морального вреда, причиненного в результате ненадлежащего оказания медицинской помощи, - удовлетворить частично.

Взыскать с Кировского областного государственного клинического бюджетного учреждения здравоохранения «Центр травматологии, ортопедии и нейрохирургии» (№) в пользу ФИО1 (№) компенсацию морального вреда, причиненного в результате ненадлежащего оказания ему медицинской помощи в размере 200 000 руб.

В удовлетворении остальной части заявленных требований (в ином размере компенсации морального вреда), - отказать.

Заслушав доклад судьи Бакиной Е.Н., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском к Кировскому областному государственному клиническому бюджетному учреждению здравоохранения «Центр травматологии, ортопедии и нейрохирургии» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате ненадлежащего оказания медицинской помощи. В обоснование указал, что <дата> ему была проведена операция по эндопротезированию ортопедического левого тазобедренного сустава, в результате проведенной операции левая нога истца оказалась удлиненной на 1,5 см, из-за этого он стал хромать. Вследствие данных обстоятельств истец испытывает физические и нравственные страдания, обращался за помощью к психотерапевту, имеет противопоказания к управлению автотранспортом. Просил взыскать с ответчика компенсацию морального вреда, причиненного в результате ненадлежащего оказания медицинской помощи, в размере 950000 руб.

Октябрьским районным судом г.Кирова 04.09.2025 постановлено решение, резолютивная часть которого приведена выше.

Представитель КОГКБУЗ «Центр травматологии, ортопедии и нейрохирургии» по доверенности ФИО2 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда отменить, принять по делу новое решение, которым в удовлетворении требований отказать. Определенный размер морального вреда мотивирован судом наличием установленных экспертами КОГБСЭУЗ «Кировское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» при проведении судебно-медицинской экспертизы двух недостатков в оказании медицинской помощи, а именно: до операции истцу не произведены замеры длины обеих конечностей со ссылкой на нарушения Клинических рекомендаций (не конкретизировано каких); в заключительный диагноз не внесены данные об удлинении левой нижней конечности, каких-либо рекомендаций в связи с этим при выписке не дано. Ответчик считает, что указанные недостатки не имеют научно-методического обоснования, не подтверждены объективными данными медицинской документации, либо основаны на неверной интерпретации данных медицинской документации, а значит, установлены необоснованно. Обращает внимание, что медицинская помощь ФИО1 была оказана в августе 2021г. В действующих на тот период Клинических рекомендациях «Консартроз», одобренных научно-практическим советом Минздрава России в 2021г., а также действующих в настоящее время (2024г.), не установлено требование - измерять длину нижних конечностей перед эндопротезированием и после. Между тем, эксперт ФИО9, в судебном заседании пояснила, что указывая на данный недостаток, эксперты имели в виду Клинические рекомендации «Осложнения, связанные с внутренними ортопедическими протезными устройствами, имплантатами и трансплантатами тазобедренного сустава». Представитель обращает внимание, что данные Клинические рекомендации не опубликованы на сайте Минздрава России и в справочно-правовой системе «Консультант Плюс», то есть доступ к ним для медицинских работников ограничен. Указанные Клинические рекомендации научно-практическим советом Минздрава России не одобрялись, что указывает на их необязательный характер. Эксперты подтвердили правильность выбранной тактики хирургического лечения (п.п. 5, 6 стр. 29 заключения), указали, что удлинение явилось вынужденной мерой, так как при стандартной длине невозможно было стабилизировать сустав. Восстановление симметричной длины нижних конечностей привело бы к нестабильности сустава и как следствие к вывихам сустава. Эксперты указали, что существующие у истца заболевания в виде хронических дегенеративных заболеваний поясничного отдела позвоночника, полинейропатии нижних конечностей, пареза стоп могли вызвать хромоту. Указывает, что при выписке из стационара лечение еще не было завершено, пациент был выписан на амбулаторное лечение с явкой в травматологическую поликлинику КОГКБУЗ «Центр травматологии, ортопедии и нейрохирургии», согласно рекомендаций нагрузка на операционную нижнюю конечность была исключена до 3 мес. Обращает внимание, что на контрольном осмотре <дата> рекомендации по поводу удлинения выданы: рекомендованы ортопедические стельки, вкладыши. Далее за медицинской помощью истец не обращался. Полагает, что судом первой инстанции неверно дана правовая оценка положенному в основу решения заключению эксперта №. Причинно-следственная связь между действиями медицинских работников и ухудшением состояния здоровья истца не установлено.

ФИО1 также обратился с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда изменить, взыскать с ответчика в его пользу 950000 руб. Считает, взысканная судом сумма компенсации морального вреда в размере 200000 руб., является заниженной. Суд при вынесении решения не учел постановление Пленума ВС РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», понесенные им моральные и физические страдания. После операции он стал испытывать тревогу, беспокойство, снижение настроения, нарушение сна, изменился его привычный образ жизни, по состоянию здоровья он не может принимать участие в Парадах Победы (из-за хромоты ходит с тростью). Считает, что консилиум не проводился. Не согласен с заключением судебно-медицинской экспертизы, которая не выявила причину удлинения левого сустава на 1,5 см. Отмечает, что в суде первой инстанции заявлял ходатайство о проведении экспертизы качества оказания медицинской помощи, однако судом была назначена судебно-медицинская экспертиза. Считает, что врачи ответчика провели операцию по эндопротезированию левого тазобедренного сустава без учета операции эндопротезирования правого тазобедренного сустава, проведенной ФГБУ «Федеральный центр травматологии, ортопедии и эндопротезирования» Минздрава России г.Чебоксарыв 2013г.

В возражениях представитель КОГКБУЗ «Центр травматологии, ортопедии и нейрохирургии» по доверенности ФИО2 просит оставить на жалобу ФИО1 без удовлетворения.

В возражениях на жалобу третье лицо ФИО15 указал, что медицинская помощь истцу была оказана правильно, считает, что в иске должно быть полностью отказано.

В суд апелляционной инстанции не явились: представители министерства здравоохранения Кировской области, филиала ООО «Капитал МС» в Кировской области, Кировского областного территориального фонда обязательного медицинского страхования, СПАО «Ингосстрах», ФИО19 представитель ФГБУ «Федеральный центр травматологии, ортопедии и эндопротезирования» Минзрава России в г.Чебоксары, извещены о времени и месте судебного разбирательства своевременно и надлежащим образом. Судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, выслушав представителя КОГКБУЗ «Центр травматологии, ортопедии и нейрохирургии» по доверенности ФИО2, поддержавшую доводы и требования своей жалобы, ФИО1, его представителя ФИО3, возражавших против удовлетворения жалобы ответчика и настаивавших на удовлетворении своей жалобы, заслушав заключение прокурора, полагавшей решение оставлению без изменения, судебная коллегия приходит к следующему.

В части 1 статьи 41 Конституции РФ закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулируются Федеральным законом от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Статьей 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» предусмотрено, что к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

В пункте 21 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе, как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов), так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности медицинской организации за причиненный при оказании медицинской помощи вред являются: причинение вреда пациенту; противоправность поведения причинителя вреда (нарушение требований законодательства (порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов) действиями (бездействием) медицинской организации (его работников); наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда; вина причинителя вреда - медицинского учреждения или его работников.

Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и причиненным вредом, в том числе моральным, означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде причиненного потерпевшему вреда. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить вред только прямую причинную связь. Характер причинной связи может влиять на размер подлежащего возмещению вреда (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 02.08.2021 № 57-КГ21-11-К1).

Из содержания искового заявления ФИО1 усматривается, что основанием для обращения в суд с требованием о компенсации причиненного морального вреда послужило ненадлежащее оказание ему медицинской помощи, а именно в результате операции по эндопротезированию ортопедического левого тазобедренного сустава, левая нога истца оказалась удлиненной на 1,5 см, из-за этого он стал хромать.

В соответствии с п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ («Обязательства вследствие причинения вреда») и ст. 151 ГК РФ.

Статьей 151 ГК РФ предусмотрено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

В соответствие с п. 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 под нравственными страданиями следует понимать страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, беспомощности, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, невозможностью продолжать активную общественную жизнь).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда; последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (п. 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33).

Установлено, что с <дата> по <дата> ФИО1 находился на стационарном лечении в КОГКБУЗ «Центр травматологии, ортопедии и нейрохирургии» с диагнозом: <данные изъяты>

<дата> ФИО1 было проведено плановое оперативное лечение: ортопедическое эндопротезирование левого тазобедренного сустава. При осмотре заведующим травматологическим отделением от <дата> зафиксировано удлинение левой нижней конечности на 1,5 см.

После проведения лечения <дата> ФИО1 был выписан из стационара на амбулаторное лечение с необходимыми рекомендациями.

<дата> ФИО1 был осмотрен врачом травматологом-ортопедом взрослого амбулаторного травматолого-ортопедического отделения КОГКБУЗ «Центр травматологии, ортопедии и нейрохирургии» с жалобами на боли в тазобедренном суставе. <дата> пациенту были сняты швы. На основании жалоб, анамнеза заболевания, данных объективного осмотра установлен диагноз: <данные изъяты> Объективных сведений о наличии у пациента удлинения левой нижней конечности при осмотре врачом не зафиксировано.

В дальнейшем <дата> ФИО1 был осмотрен в динамике врачом травматологом-ортопедом взрослого амбулаторного травматолого-ортопедического отделения КОГКБУЗ «Центр травматологии, ортопедии и нейрохирургии» с жалобами на боли в левом тазобедренном суставе. При объективном осмотре врачом установлено следующее: послеоперационные рубцы нормотрофичные, пальпация мягких тканей левого бедра умеренно болезненная, движения в левом тазобедренном суставе ограничены, дистальные отделы конечности теплые, чувствительных расстройств нет, хромает при ходьбе, левая нижняя конечность +1,5 см. Даны рекомендации.

<дата> решением врачебной комиссии КОГКБУЗ «Центр психиатрии и психического здоровья им.академика ФИО4» № ФИО1 был установлен диагноз: <данные изъяты> определены противопоказания к управлению автотранспортом.

<дата> при осмотре в динамике решением врачебной комиссии № каких-либо психических заболеваний не было установлено, противопоказаний к управлению автотранспортом не определено.

ФИО1 обращался в различные инстанции с жалобам по качеству оказанной медицинской помощи, нарушений при оказании медицинской помощи не выявлено.

В ходе рассмотрения дела, по ходатайству сторон, определением суда от <дата> назначена судебная медицинская экспертиза (т. 2 л.д. 35-46).

Согласно экспертному заключению КОГБСЭУЗ «Кировское областное бюро судебно-медицинских экспертиз» № от <дата>: у ФИО1, <дата> при поступлении в КОГКБУЗ «Центр травматологии, ортопедии и нейрохирургии» <дата> были установлены следующие диагнозы: <данные изъяты>

Сопутствующие заболевания в виде хронических дегенеративных заболеваний поясничного отдела позвоночника, полинейропатии нижних конечностей, пареза стоп, состояния после проведенного тотального эндопртезирования правого тазобедренного сустава (2013г.) по поводу правостороннего коксартроза 3 стадии могли вызвать хромоту у ФИО1

При оказании медицинской помощи ФИО1 в КОГКБУЗ «Центр травматологии, ортопедии и нейрохирургии» с <дата> по <дата> установлены следующие недостатки (нарушение Приказа Министерства здравоохранения РФ от 10 мая 2017г. № 203н, Клинических рекомендаций): до проведения операции ФИО1 не были определены размеры нижних конечностей. Согласно Клиническим рекомендациям перед оперативным лечением рекомендовано измерение длины конечности, поскольку при ревизии нередко требуется коррекция длины, а оценка разницы длины конечностей только по обзорным рентгенограммам таза может быть недостаточно точной. В связи с этим решить вопрос о причине удлинения левой нижней конечности после операции не представляется возможным. В послеоперационном периоде при осмотре врачом травматологом-ортопедом <дата> было установлено наличие удлинения левой нижней конечности на 1,5 см, однако в заключительный диагноз данное состояние не вынесено, каких-либо рекомендаций пациенту в связи с этим не было дано. В протоколе проведения операции от <дата> сведений о проекционном удлинении конечности не имеется: «...При тестировании на короткой головке - склонность вывиха. Насажена металлическая головка 32 мм. Головка вправлена в тазобедренном суставе». Применение данной металлической головки было необходимо для стабильности эндопротеза, что и было достигнуто. К удлинению конечности установка данной головки не приводит.

При проведении тотального эндопротезирования левого тазобедренного сустава врачами травматологами-ортопедами КОГКБУЗ «Центр травматологии, ортопедии и нейрохирургии» была учтена замена правого тазобедренного сустава (2013г., г.Чебоксары) - имеются указания в данных анамнеза заболевания, рентгенологического исследования. Выбор размера формы протеза, угол установки, положение компонентов протеза было осуществлено правильно, в соответствии с предоперационным обследованием, планом операции и интраоперационной ситуацией. В представленном протоколе операции объективных данных, свидетельствующих о недостаточном удалении костного материала, не содержится.

Решением врачебной комиссии КОГКБУЗ «Центр психиатрии и психического здоровья им.академика ФИО4» № от <дата> ФИО1 был установлен диагноз: «Органическое эмоционально лабильное (астеническое) расстройство в связи со смешанными заболеваниями (сосудистое, соматическое, радиационное)», определены противопоказания к управлению автотранспортом. Какой-либо связи между проведенным оперативным лечением, удлинением левой нижней конечности у ФИО1 и установлением врачом-психиатром противопоказаний к управлению автотранспортом, нет.

Ухудшение состояния здоровья ФИО1 не связано исключительно с проведенным оперативным лечением: тотальным эндопротезированием левого тазобедренного сустава. В данном случае ухудшение состояния здоровья у ФИО1 возможно в результате совокупности факторов: наличие множественной сопутствующей патологии внутренних органов и систем (см. пункты 1, 2 выводов), которые оказывают негативное, утяжеляющее действие друг на друга. Поэтому решить вопрос о связи ТЭП левого тазобедренного сустава, удлинением левой нижней конечности и наличием болей в правом коленном суставе, позвоночнике, правой стопе, шейном отделе позвоночника, плечевых суставах, неустойчивости при ходьбе, нарушение осанки нельзя. В данном случае болевой синдром у пациента обусловлен множеством факторов (ответы на вопросы № 4, 4.1, 4.2) (т. 2 л.д. 119-121).

Суд первой инстанции, руководствуясь положениями Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», ст.ст. 151, 1099, 1101 ГК РФ, оценив по правилам ст. 67 ГПК РФ представленные доказательства, в том числе заключение КОГБСЭУЗ «Кировское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» № от <дата>, пояснения экспертов ФИО12, ФИО14, установил наличие недостатков оказания медицинской помощи КОГКБУЗ «Центр травматологии, ортопедии и нейрохирургии» ФИО13, выразившихся непроведении пациенту всех необходимых диагностических и лечебных мероприятий, что причиняет истцу физические и нравственные страдания, пришел к выводу об удовлетворении требований истца, определил ко взысканию компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб.

При определении суммы компенсации морального вреда суд первой инстанции учел, что оперативное вмешательство было обоснованным, достигнута стабильная фиксация протеза в правильном положении, функция сустава восстановлена, два недостатка оказания медицинской помощи, установленных судебно - медицинской экспертизой, ухудшение состояния здоровья не связано исключительно с проведенным оперативным лечением, форму и степень вины причинителя вреда, отсутствие прямой причинно- следственной связи между имеющимися недостатками при оказании медицинской помощи и удлинением левой конечности истца, в результате удлинения конечности истец переживает, испытывает тревогу, беспокойство, снижение настроения, нарушение сна, врачом-психиатром был поставлен диагноз «другие реакции на стресс», из-за выставленного диагноза психиатром имел противопоказания к управлению транспортным средством, на момент подачи заявления в суд водительское удостоверение получил, не может вести привычный образ жизни.

Вопреки доводам жалобы истца, судом первой инстанции при определении суммы компенсации морального вреда учтены все конкретные обстоятельства по делу, определенная судом сумма компенсации морального вреда является разумной и справедливой, обеспечивающей баланс прав и законных интересов сторон. Данная денежная компенсация будет способствовать восстановлению баланса между последствиями нарушения прав истца и степенью ответственности, применяемой к указанному ответчику. Оснований для изменения взысканной судом суммы компенсации морального вреда, судебная коллегия не усматривает.

Доводы жалобы истца о несогласии несогласия с заключением судебно-медицинской экспертизы не могут повлечь отмены решения суда, поскольку доказательств, одновременно отвечающих требованиям относимости, допустимости и достоверности, указывающих на недостоверность заключения судебной экспертизы либо ставящих под сомнение ее выводы, в материалах дела не имеется, в связи с чем судебная коллегия не усматривает оснований сомневаться в правильности выводов судебного эксперта, соглашаясь с оценкой этого доказательства судом первой инстанции как относимого, допустимого и достоверного.

В суде апелляционной инстанции истцом ФИО1 и его представителем ФИО3 было заявлено ходатайство о назначении дополнительной экспертизы в связи с тем, что истец прошел дополнительные медицинские исследования после принятого судебного акта, на разрешение просили поставить вопросы: какие недостатки оказания медицинской помощи имеются с учетом дополнительно полученных документов, какова причина удлинения сустава на 1,5 см? Учитывая, что судом первой инстанции при назначении судебно - медицинской экспертизы ставился вопрос имеются ли недостатки оказания медицинской помощи пациенту, в том числе и является ли удлинение конечности истца следствием оперативного вмешательства, суд апелляционной инстанции руководствуясь положениями ст. 79, 327-1 ч.2 ГПК РФ в удовлетворении заявленного ходатайства отказал.

Доводы апелляционной жалобы представителя КОГКБУЗ «Центр травматологии, ортопедии и нейрохирургии» сводятся к несогласию с заключением судебной медицинской экспертизы, указанные доводы судебная коллегия отклоняет, поскольку заключение судебной экспертизы отвечает требованиям ч. 2 ст. 86 ГПК РФ. Экспертное заключение получило судебную оценку, признано надлежащим доказательством, судом первой инстанции были опрошены эксперты ФИО9, ФИО14, которые подтвердили выводы своего заключения, несогласие в апелляционной жалобе с результатом экспертизы само по себе не свидетельствует о недостоверности заключения. Следует также отметить, что доводы, по которым представитель ответчика не согласен с заключением судебной экспертизы, носят субъективный характер и не содержат доказательств, опровергающих данное заключение, или обстоятельств, которые бы могли повлиять на иную оценку данного заключения.

То обстоятельство, что заключением судебной экспертизы не была установлена прямая причинно-следственная связь между дефектами оказания медицинской помощи и наступившими неблагоприятными последствиями, удлинения левой нижней конечности на 1,5 см, в силу положений статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, не является основанием для освобождения ответчика от обязанности по возмещению вреда. Относимых, допустимых и достоверных доказательств того, что дефекты оказания медицинской помощи никаким образом не могли повлиять на результат наступления неблагоприятных последствий, указанным ответчиком, в нарушение положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не представлено.

Судебная коллегия полагает отметить, что в данном случае юридическое значение может иметь и косвенная (опосредованная) причинная связь, если дефекты (недостатки) оказания медицинским персоналом КОГКБУЗ «Центр травматологии, ортопедии и нейрохирургии» могли способствовать ухудшению состояния здоровья ФИО1 и ограничить его право на получение своевременного и отвечающего установленным стандартам лечения. При этом ухудшение состояния здоровья человека вследствие ненадлежащего оказания ему медицинской помощи, в том числе по причине таких дефектов ее оказания как непроведение пациенту всех необходимых диагностических и лечебных мероприятий, причиняет страдания, то есть причиняет вред пациенту, что является достаточным основанием для компенсации такого вреда.

Иные доводы апелляционных жалоб по существу сводятся к изложению обстоятельств, являющихся предметом исследования и оценки суда первой инстанции и к выражению несогласия с произведенной судом оценкой представленных по делу доказательств, оснований для которой судебная коллегия не находит.

Нарушений процессуальных норм, которые могут повлечь отмену обжалуемого решения, судом также не допущено.

Таким образом, судебная коллегия считает, что обжалуемое решение, постановленное в соответствии с установленными в суде обстоятельствами и требованиями закона, подлежит оставлению без изменения, а апелляционные жалобы, - оставлению без удовлетворения.

Руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Октябрьского районного суда г.Кирова от 04 сентября 2025 года оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Председательствующий: Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 23.01.2026