Апелляционное постановление № 1-327/2025 22-5742/2025 от 7 июля 2025 г. по делу № 1-327/2025

САнкт-Петербургский городской суд

№ 1- 327/2025 Судья Исправникова Н.А.

№ 5742


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Санкт-Петербург 08 июля 2025 года

Судья судебной коллегии по уголовным делам Санкт-Петербургского городского суда ФИО1

при секретаре Абрамце В.С.

с участием прокурора отдела прокуратуры Санкт-Петербурга Плотникова Д.Н., лица, в отношении которого прекращено уголовное дело ФИО2, его защитника – адвоката Хазовой Л.Ф.

рассмотрев в судебном заседании от 08 июля 2025 года апелляционное представление государственного обвинителя – помощника прокурора Фрунзенского района Санкт-Петербурга ФИО3

на постановление Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга от 12 марта 2025 года, которым уголовное дело в отношении ФИО2 <...> несудимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ прекращено по основанию, предусмотренному ст. 25 УПК РФ в связи с применением сторон,

ФИО2 освобожден от уголовной ответственности за преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 264 УК РФ в связи с примирением с потерпевшим

Доложив дело, заслушав выступления прокурора Плотникова Д.Н., поддержавшего апелляционное представление, просившего постановление суда отменить, материалы дела направить на новое судебное разбирательство; лица, в отношении которого прекращено уголовное дело ФИО2, его защитника – адвоката Хазовой Л.Ф., возражавших против удовлетворения апелляционного представления, полагавших, что постановление суда является законным и обоснованным, и не подлежит отмене по доводам апелляционного представления,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 предъявлено обвинение в нарушении лицом, управляющим автомобилем правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека,

а именно, в том, что он <дата> около 13.16 управляя технически исправным автомобилем «КИА ДЖЕЙ ДИ СИД» государственный регистрационный номер №..., принадлежащим гр. Т., будучи обязанным знать и соблюдать относящиеся к нему требования Правил дорожного движения РФ и действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда, однако проявил преступное легкомыслие и невнимательность к дорожной обстановке и ее изменениям, а именно, следуя задним ходом (возобновив движение) по внутридворовой территории у <адрес> со скоростью 3-5 км/ч, не убедился в безопасности своего маневра, не прибегнул к помощи других лиц, в результате чего своевременно не обнаружил пешехода С., находившегося позади его автомобиля и на расстоянии 1,2 м от стены <адрес> и 34,0 м от угла указанного дома, совершил на него наезд,

в результате чего С. был причинен субкапитальный перелом шейки бедра правой бедренной кости, который по признаку значительной стойкой утраты трудоспособности не менее чем на одну треть, независимо от исхода и оказания медицинской помощи расценивается как причинивший тяжкий вред здоровью, а также ссадина правой локтевой области по наружной поверхности,

своими действиями допустил нарушение требований п.п. 1.3, 1.5, 8.1, 8.12 Правил дорожного движения РФ, которое находится в прямой причинной связи с наступившими последствиями, согласно которым: участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами; участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда; перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой, водитель обязан подать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны – рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения; движение транспортного средства задним ходом разрешается при условии, что маневр будет безопасен и не создаст помех другим участникам движения. При необходимости водитель должен прибегнуть к помощи других лиц.

Действия ФИО2 квалифицированы по ч. 1 ст. 264 УК РФ.

Постановлением Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга от <дата> уголовное дело в отношении ФИО2 прекращено по основанию, предусмотренному ст. 25 УПК РФ в связи с примирением сторон, ФИО2 освобожден от уголовной ответственности за преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 264 УК РФ в связи с примирением с потерпевшим.

В апелляционном представлении государственный обвинитель – помощник прокурора Фрунзенского района Санкт-Петербурга ФИО3 выражает несогласие с постановлением суда, считает его незаконным, необоснованным, просит постановление отменить, уголовное дело направить на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции в ином составе, полагает, что при вынесении постановления судом допущено существенное нарушение уголовно-процессуального закона.

Ссылаясь на ч. 4 ст. 7 УПК РФ, указывает, что постановление суда должно быть законным, обоснованным и мотивированным.

Ссылаясь на положения ст. 25 УПК РФ, указывает, что прекращение уголовного дела в связи с примирением сторон является правом, а не обязанностью суда.

Неоднократно указывает о том, что реализация положений ст. 76 УК РФ, 25 УПК РФ направлена на достижение конституционно значимых целей дифференциации уголовной ответственности и наказания, усиления их исправительного воздействия, предупреждение новых преступлений и тем самым защиты личности, общества и государства от преступных посягательств. Право суда, рассматривающего заявление о прекращении уголовного дела, не означает произвольного разрешения данного вопроса, поскольку суд не просто констатирует наличие или отсутствие указанных в законе оснований для этого, а принимает соответствующее решение с учетом всей совокупности обстоятельств, в том числе изменения степени общественной опасности деяния после заглаживания вреда. При этом вывод о возможности освобождения от уголовной ответственности должен быть обоснован ссылками на фактические обстоятельства, исследованные в судебном заседании. По смыслу закона, при разрешении вопроса о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон, суд должен установить предприняты ли подсудимым меры, направленные на восстановление именно тех законных интересов общества и государства, которые были нарушены в результате совершения преступления, и достаточны ли эти меры для того, чтобы расценить уменьшение общественной опасности содеянного как позволяющие освободить подсудимого от уголовной ответственности. В связи с этим суду необходимо также устанавливать, соблюдены ли предусмотренные ст. 76 УК РФ основания, согласно которым от уголовной ответственности может быть освобождение лицо, впервые совершившее преступление небольшой или средней тяжести, если оно примирилось с потерпевшим и загладило причиненный вред.

Указывает, что основным объектом преступного посягательства состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ является общественная безопасность, а дополнительным объектом – жизнь и здоровье человека.

Полагает, что суд надлежащим образом не выполнил требования закона, и принимая решение в отношении ФИО2 не учел ряд обстоятельств, имевших существенное значение для правильного разрешения уголовного дела.

Полагает, что судом не учтено, что условием освобождения лица от уголовной ответственности в связи с примирением сторон законодатель определил полное возмещение ущерба, причиненного преступлением или заглаживание вреда в результате преступления иным образом.

Указывает, что ФИО2 обвинялся в нарушении правил дорожного движения, повлекшего по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека и с учетом особенностей совершенного преступления, избранный им способ возмещения причиненного преступлением вреда, в виде принесения извинений потерпевшему и выплаты ему денежных средств в счет возмещения причиненного вреда, несоизмерим с тем вредом, который причинен в результате его противоправных действий.

Считает, предпринятые ФИО2 меры к возмещению вреда, причиненного преступлением в виде выплаты потерпевшему денежных средств, не свидетельствует о снижении общественной опасности содеянного и не дает оснований считать, что он полностью загладил вред, причиненный преступлением. Полагает, что указанные меры являются недостаточными для принятия решения об освобождении ФИО2 от уголовной ответственности по основанию, предусмотренному ст. 76 УК РФ.

Полагает, что судом нарушен принцип неотвратимости наказания.

Проверив материалы дела, заслушав участников уголовного судопроизводства, обсудив доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Исходя из положений ст. 25 УПК РФ суд вправе на основании заявления потерпевшего прекратить уголовное дело в отношении лица, обвиняемого в совершении преступления небольшой или средней тяжести, в случаях, предусмотренных ст. 76 УК РФ, если это лицо примирилось с потерпевшим и загладило причиненный ему вред.

Согласно ст. 76 УК РФ лицо, впервые совершившее преступление небольшой или средней тяжести, может быть освобождено от уголовной ответственности, если оно примирилось с потерпевшим и загладило причиненный потерпевшему вред.

Исходя из положений ст. 76 УК РФ освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим возможно при выполнении двух условий: примирения лица, совершившего преступление, с потерпевшим и заглаживания причиненного ему вреда. При разрешении вопроса об освобождении от уголовной ответственности судам следует также учитывать конкретные обстоятельства уголовного дела, включая особенности и число объектов преступного посягательства, их приоритет, наличие свободно выраженного волеизъявления потерпевшего, изменение степени общественной опасности лица, совершившего преступление, после заглаживания вреда и примирения с потерпевшим, личность совершившего преступление, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание.

Под ущербом следует понимать имущественный вред, который может быть возмещен в натуре (в частности, путем предоставления имущества взамен утраченного, ремонта или исправления поврежденного имущества), в денежной форме (например, возмещение стоимости утраченного или поврежденного имущества, расходов на лечение) и т.д.

Под заглаживанием вреда понимается имущественная, в том числе денежная, компенсация морального вреда, оказание какой-либо помощи потерпевшему, принесение ему извинений, а также принятие иных мер, направленных на восстановление нарушенных в результате преступления прав потерпевшего, законных интересов личности, общества и государства.

При этом под заглаживанием вреда для целей ст. 76 УК РФ следует понимать возмещение ущерба, а также иные меры, направленные на восстановление нарушенных в результате преступления прав и законных интересов потерпевшего. Способы заглаживания вреда, а также размер его возмещения определяются потерпевшим. (постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2013 г. N 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности»)

Таким образом, законом указан исчерпывающий перечень оснований, необходимых для освобождения лица от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим.

Несмотря на особенности, число объектов преступного посягательства, их приоритет, уголовный закон не содержит запрета на применение ст. 25 УПК РФ и ст. 76 УК РФ в отношении лиц, обвиняемых в совершении преступлений, предусмотренных ст. 264 УК РФ, о чем свидетельствуют разъяснения п. 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09.12.2008 N 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения».

Уголовный закон, устанавливая преступность и наказуемость общественно опасных деяний, учитывает степень их распространенности, значимость охраняемых законом ценностей, на которые они посягают, и существенность причиняемого ими вреда. И поскольку различные уголовно наказуемые деяния причиняют вред разного характера, его заглаживание, предусмотренное ст. 76 УК РФ и ст. 25 УПК РФ, направленное на снижение общественной опасности лица и нейтрализацию вредных последствий его деяния, может быть выражено в разных для каждого случая действиях в зависимости от конкретных обстоятельств, включая усмотрение потерпевшего и соглашение сторон о состоявшихся способах загладить причиненный вред.

Как следует из материалов уголовного дела, ФИО2 не судим, впервые совершил преступление, которое хотя и направлено против безопасности дорожного движения, однако является неосторожным, относится к категории небольшой тяжести, последствием которого явилась полученная потерпевшим травма - субкапитальный перелом шейки бедра правой бедренной кости, которая расценивается как тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты трудоспособности не менее чем на одну треть. ФИО2 не судим, на учетах в психоневрологическом и наркологическом диспансерах не состоит, как ранее, так и в настоящее время трудоустроен в ООО «Гринлайт» водителем, вину в инкриминируемом преступлении признал, не оспаривал, что управляя автомобилем, двигаясь задним ходом по дворовой территории совершил наезд на пешехода – потерпевшего С. не убедившись в безопасности своего маневра, раскаялся в содеянном, возместил потерпевшему причиненный преступлением вред, передав ему в счет возмещения вреда 400000 рублей, принес ему свои извинения, отягчающие наказание обстоятельства, предусмотренные ст. 63 УК РФ отсутствуют.

В материалах уголовного дела не представлены сведения о том, что ФИО2 привлекался к административной ответственности за правонарушения в области дорожного движения, является лицом подвергнутым административному наказанию, государственный обвинитель в судебное заседание суда первой инстанции таких сведений также не представил, в апелляционном представлении не ссылается на привлечение ФИО2 к административной ответственности за такие правонарушения.

Представленные прокурором в судебном заседании суда апелляционной инстанции сведения из базы МВД РФ о привлечении ФИО2 к административной ответственности, содержат информацию о десяти нарушениях, за которые ФИО2 в период с <дата> годы привлекался к административной ответственности за правонарушения в области дорожного движения, к административным наказаниям в виде штрафов, которые им были исполнены, и за одно из правонарушений административное производство было прекращено за малозначительностью.

При этом с учетом представленных сведений и давности совершения ФИО2 указанных административных правонарушений, исполнения им административных наказаний в виде штрафов и отсутствия сведений о привлечении его к административной ответственности по ст. 20.25 КоАП РФ, с учетом положений ст. 4.6 КоАП РФ на момент совершения преступления – <дата>, осужденный являлся лицом, подвергнутым административному наказанию только лишь за одно административное правонарушение, предусмотренное ч. 2 ст. 12.12 КоАП РФ (невыполнение правил дорожного движения об остановке перед стоп-линией, обозначенной дорожными знаками или разметкой при запрещающем сигнале светофора, жесте регулировщика) совершенное <дата> года к административному штрафу в размере 800 рублей, который им исполнен. Сведения о привлечении ФИО2 к административной ответственности за остальные административные правонарушения, отраженные в базе МВД, не несут для него никакие правовые последствия.

Указанные выше сведения о количестве административных правонарушений, их виде и характере, давности привлечения ФИО2 к административной ответственности, об исполнении им административных наказаний, вопреки довода прокурора в судебном заседании суда апелляционной инстанции не позволяют оценить ФИО2 как лицо, выработавшее устойчивое пренебрежительное отношение к закону. Доводы прокурора о том, что ранее допущенные ФИО2 административные правонарушения в области дорожного движений сведения о которых представлены, послужили причиной совершения им преступления, являются предположением.

Факт привлечения ФИО2 к административной ответственности по ч. 2 ст. 12.12 КоАП РФ в 2023 году не относится к предусмотренным ст. 63 УК РФ обстоятельствам отягчающим наказание, а также не является обстоятельством не позволяющим освободить лицо от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим.

ФИО2 его права и последствия прекращения уголовного дела по нереабилитирующему основанию были разъяснены, он сообщил о том, что понимает последствия прекращения уголовного дела по указанному основанию, поддержал ходатайство потерпевшего о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон.

Потерпевший С., принимавший участие в судебном разбирательстве суда первой инстанции, с участием своего представителя Ш., заявил ходатайство о прекращении уголовного дела в отношении ФИО2, указав о достигнутом с ним примирении. Сообщил, что ФИО2 принес ему свои извинения, которые он принял, а также в счет возмещения вреда причиненного преступлением передал ему 400000 рублей, которые он определил как достаточные для полного возмещения ему вреда, причиненного преступлением. Сообщил об отсутствии претензий как материальных, так и моральных к ФИО2 Представитель потерпевшего Ш. такую позицию своего доверителя поддержал.

Суд убедился, что ходатайство о прекращении уголовного дела в отношении ФИО2 в связи с примирением сторон, потерпевшим заявлено добровольно, без какого либо оказанного на него воздействия, что сам потерпевший С. подтвердил в судебном заседании в присутствии своего представителя, при этом как потерпевшему, так и его представителю были разъяснены права предусмотренные ст.ст. 42, 45 УПК РФ. Потерпевшему было разъяснено, что прекращение уголовного дела в отношении ФИО2 подразумевает то, что ему не будет назначено наказание за совершенное преступления и потерпевший указал, что данное обстоятельство осознает, возражений не высказал.

Также суд убедился, в достоверности представленных сведений о получении потерпевшим от ФИО2 денежных средств в размере 400000 рублей в счет возмещения вреда, причиненного преступлением, потерпевший в судебном заседании с участием своего представителя указанные обстоятельства подтвердил.

Суду была представлена расписка потерпевшего о получении 400000 рублей в качестве компенсации вреда, причиненного ему совершенным ФИО2 преступлением, достоверность которой подтвердили потерпевший и его представитель, таким образом судом было проверено, каким образом потерпевшему был возмещен вред, причиненный преступлением.

Государственный обвинитель, выступая в судебном заседании и возражая против прекращения уголовного дела в отношении ФИО2 в связи с примирением сторон указанные выше обстоятельства о достигнутом между ФИО2 и потерпевшим С. примирении и то, что ФИО2 полностью возместил потерпевшему вред, причиненный преступлением, не оспаривал, ссылался только на двухобъектный состав преступления и на то, что ущерб был возмещен только потерпевшему, но не общественным отношениям в области безопасности дорожного движения.

В апелляционном представлении, государственный обвинитель не ставит под сомнение факт передачи ФИО2 денежных средств потерпевшему в счет возмещения вреда, причиненного преступлением, факт отсутствия у потерпевшего претензий к ФИО2, а также не оспаривает факт примирения достигнутого между потерпевшим С. и ФИО2

В судебном заседании суда апелляционной инстанции ФИО2 также подтвердил, что не оспаривает свою причастность к совершенному преступлению, раскаялся в содеянном, предпринял необходимые меры, чтобы загладить причиненный преступлением вред.

Таким образом, все условия, необходимые для освобождения ФИО2 от уголовной ответственности по указанным в ст. 25 УПК РФ и ст. 76 УК РФ основаниям, были выполнены.

При этом судом должным образом учтена вся совокупность данных, характеризующих особенности объекта преступного посягательства, обстоятельства совершения уголовно наказуемого деяния, конкретные действия, предпринятые ФИО2 для заглаживания, причиненного преступлением вреда, данные о его личности, проверен факт возмещения причиненного потерпевшему вреда, добровольность заявленного потерпевшим ходатайства о прекращении уголовного дела в связи с примирением.

Решение суда о прекращении уголовного дела в отношении ФИО2 в связи с примирением сторон надлежаще мотивировано, принято с учетом всей совокупности данных, характеризующих обстоятельства совершения преступления, характера и степени общественной опасности содеянного, данных о его личности, сведений о возмещении причиненного потерпевшему вреда, оснований ставить под сомнение выводы суда, не имеется.

Доводы апелляционного представления, согласно которым выплата ФИО2 денежных средств потерпевшему С. (400000 рублей) в счет возмещения вреда, причиненного преступлением, принесение им извинений потерпевшему, достигнутое примирение с потерпевшим не может свидетельствовать об устранении последствий в виде допущенных нарушений в сфере безопасности дорожного движения, не свидетельствует о заглаживании вреда причиненного общественным отношениям в сфере безопасности дорожного движения, довод о том, что жизнь и здоровье человека выступает лишь в качестве дополнительного объекта преступного посягательства по преступлению, предусмотренному ст. 264 УК РФ, а также довод прокурора в судебном заседании суда апелляционной инстанции о том, что освобождение ФИО2 от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим позволило избежать назначение ему наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, основаны на ошибочном толковании норм уголовного закона, не ставят под сомнение законность и обоснованность обжалуемого постановления.

Согласно ч. 1 ст. 2 УК РФ к задачам Уголовного Кодекса РФ относится охрана прав и свобод человека и гражданина, собственности, общественного порядка и общественной безопасности, окружающей среды, конституционного строя Российской Федерации от преступных посягательств, обеспечение мира и безопасности человечества, а также предупреждение преступлений и для осуществления этих задач УК РФ устанавливает основание и принципы уголовной ответственности, определяет, какие опасные для личности, общества или государства деяния признаются преступлениями, и устанавливает виды наказаний и иные меры уголовно-правового характера за совершение преступлений.

При этом согласно положениям ст.ст. 2, 18 Конституции РФ человек, его права и свободы являются высшей ценностью; признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства; права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими и определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечивается правосудием.

Ч. 1 ст. 264 УК РФ предусматривает уголовную ответственность за нарушение лицом, управляющим транспортным средством правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств, если это повлекло по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Из диспозиции данной нормы уголовного закона следует, что состав преступления, предусмотренный ч. 1 ст. 264 УК РФ, является материальным, уголовная ответственность за совершение данного преступления наступает вследствие такого нарушения лицом, управляющим транспортным средством правил дорожного движения, которое повлекло за собой наступление последствий в виде тяжкого вреда здоровью человека по неосторожности, которые отнесены законом к числу обязательных признаков объективной стороны состава преступления, при отсутствии которых, квалификация деяния по ч. 1 ст. 264 УК РФ невозможна.

Смысл, содержание и применение положений ст. 264 УК РФ определяют именно права человека и гражданина, положения указанной нормы направлены на охрану государством именно жизни и здоровья человека, гражданина от общественно опасных действий, связанных с нарушением водителем - лицом, управляющим источником повышенной опасности правил дорожного движения, являются одной из составных частей мер предпринимаемых государством для обеспечения общественной безопасности и общественного порядка. Интересы государства и общества в данной ситуации не могут быть отделены от интересов человека, его права на жизнь и здоровье, на безопасность в области дорожного движения.

В связи с этим принятые ФИО2 меры по заглаживанию причиненного вреда направлены на восстановление именно тех законных интересов общества и государства, которые были нарушены в результате совершения конкретного уголовно-наказуемого деяния, в котором он обвинялся. Суд обоснованно признал данные меры достаточными для уменьшения общественной опасности содеянного ФИО2 и позволяющие отказаться от его дальнейшего уголовного преследования.

Довод прокурора в судебном заседании суда апелляционной инстанции о том, что ФИО2 избежал назначения наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортных средств не является предусмотренным законом препятствием для освобождения от уголовной ответственности в соответствии со ст. 76 УК РФ, которая предусматривает возможность освобождения от уголовной ответственности лица впервые совершившего преступление небольшой или средней тяжести, если оно примирилось с потерпевшим и загладило причиненный потерпевшему вред.

Таким образом, возможность освобождения лица от уголовной ответственности по основанию, предусмотренному ст. 76 УК РФ зависит от категории преступления, впервые совершенного лицом, которая определяется в соответствии с положениями ст. 15 УК РФ, при выполнении указанным лицом двух условий: примирения с потерпевшим и заглаживания причиненного ему вреда, но не определяется видом дополнительного наказания, предусмотренного за совершенное преступление.

Освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением сторон, предусмотрено положениями главы 11 УПК РФ и является отказом государства от ее реализации в отношении лица, совершившего впервые преступление небольшой или средней тяжести, а именно от осуждения и наказания такого указанного лица.

Следует учесть, что санкция ч. 1 ст. 264 УК РФ не предусматривает безусловного лишения виновного лица права заниматься определенной деятельностью (в том числе, связанной с управлением транспортными средствами), позволяет принять решение о сохранении за лицом указанного права с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления и при его осуждении за данное преступление.

То, что преступление, в котором предъявлено обвинение ФИО2 посягает общественные отношения в сфере безопасности движения и эксплуатации транспортных средств, которые являются объектом преступного посягательства, и общественная опасность указанного преступления заключается еще и в причинении вреда интересам государства и общества в сфере эксплуатации транспортных средств, являющихся источником повышенной опасности, вопреки позиции автора апелляционного представления не исключает возможность освобождения ФИО2 от уголовной ответственности в связи с примирением сторон. Положения ст. 25 УПК РФ ст. 76 УК РФ устанавливают условия, соблюдение которых дает возможность освобождения лица от уголовной ответственности по указанному основанию, в том числе и лица, совершившего преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 264 УК РФ.

При этом, довод государственного обвинителя о том, что предпринятые ФИО2 меры по заглаживанию вреда, причиненного преступлением не свидетельствуют о заглаживании вреда, причиненного объекту преступного посягательства - общественным отношениям в сфере безопасности дорожного движения, с учетом особенности совершенного преступления, являются недостаточными для уменьшения общественной опасности совершенного преступления, является необоснованным, представляет собой общее формальное высказывание без ссылки на конкретные обстоятельства настоящего уголовного дела, на то, какие же конкретно действия должен был выполнить именно ФИО2 по восстановлению нарушенных им прав в сфере безопасности дорожного движения для бесспорного уменьшения степени общественной безопасности преступления, совершенного им.

Рассуждения государственного обвинителя в апелляционном представлении о том, что обязан сделать суд при разрешении заявления о прекращении уголовного дела, не указывают на нарушения, которые допустил суд именно по настоящему уголовному делу, при разрешении вопроса о прекращении уголовного дела именно в отношении ФИО2, какие именно фактические обстоятельства не были учтены судом.

Следует учесть и то, что в ходе судебного заседания, возражая против удовлетворения ходатайства потерпевшего С. о прекращении уголовного дела в отношении ФИО2 в связи с примирением сторон, указав, что преступление, совершенное ФИО2 является двухобъектным и вред, причиненный им общественным отношениям в сфере безопасности дорожного движения не был заглажен, не смотря на возмещение им вреда, причиненного потерпевшему, государственный обвинитель также не мотивировал свою позицию.

Возражая против прекращения уголовного дела в отношении ФИО2 в связи с примирением сторон, государственный обвинитель не указал, какие именно обстоятельства в силу своей значимости и социальной опасности, а также данные о личности обвиняемого исключают возможность прекращения уголовного дела по указанному основанию. Не сослался на такие обстоятельства и данные о личности ФИО2 государственный обвинитель и в апелляционном представлении. При этом, как уже указано выше предпринятые ФИО2 меры по возмещению вреда причиненного преступлением потерпевшему, которые потерпевший оценил как достаточные для достижения примирения, государственным обвинителем не оспаривались, и не признавались недостаточными для восстановления прав потерпевшего.

Довод апелляционного представления о том, что суд, приняв решение о прекращении уголовного дела в отношении ФИО2 в связи с примирением сторон, нарушил принцип неотвратимости наказания, не основаны ни на уголовном законе, ни на нормах уголовно-процессуального закона.

Так Уголовный Кодекс РФ, не содержит ссылки на такие задачу и принцип уголовного закона, как неотвратимость наказания, однако указывает, что задачами УК РФ являются: охрана прав и свобод человека и гражданина, собственности, общественного порядка и общественной безопасности, окружающей среды, конституционного строя РФ от преступных посягательств, обеспечение мира и безопасности человечества, а также предупреждение преступлений и для осуществления этих задач устанавливает основание и принципы уголовной ответственности, определяет, какие опасные для личности, общества или государства деяния признаются преступлениями, и устанавливает виды наказаний и иные меры уголовно-правового характера за совершение преступлений. Содержит главу 11 УК РФ, предусматривающую основания и условия для освобождения лица, совершившего преступления от уголовной ответственности, в том числе и в связи с примирением сторон.

При этом освобождение от уголовной ответственности является отказом государства от ее реализации в отношении лица, совершившего преступление (в частности, от осуждения и наказания такого лица). Посредством применения норм гл. 11 УК РФ реализуются принципы справедливости и гуманизма, предусмотренные ст.ст. 6,7 УК РФ) и исходя из этого по каждому уголовному делу надлежит проверять, имеются ли основания для применения к лицу, совершившему преступление, положений указанной главы УК РФ.

Также принципом неотвратимости наказания не руководствуется уголовно-процессуальное законодательство (ссылка на такой принцип в УПК РФ отсутствует).

Согласно ст. 6 УПК РФ уголовное судопроизводство имеет своим назначением: защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений; защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод. Уголовное преследование и назначение виновным справедливого наказания в той же мере отвечают назначению уголовного судопроизводства, что и отказ от уголовного преследования невиновных, освобождение их от наказания, реабилитация каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию.

При этом глава 4 УПК РФ предусматривает основания для прекращения уголовного дела, уголовного преследования, в том числе по нереабилитурующему основанию.

Доводы прокурора в суде апелляционной инстанции со ссылкой на имеющееся в материалах дела исковое заявление потерпевшего о взыскании с ФИО2 500000 рублей в счет возмещения материального ущерба, причиненного преступлением и 1500000 рублей в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением, о том, что потерпевший лишился возможности получить большую сумму денежных средств в счет возмещения вреда, причиненного преступлением, основано исключительно на предположении, не свидетельствуют о незаконности и необоснованности обжалуемого постановления.

Как уже указано выше, под заглаживанием вреда для целей ст. 76 УК РФ следует понимать возмещение ущерба, а также иные меры, направленные на восстановление нарушенных в результате преступления прав и законных интересов потерпевшего (возмещение в натуре, в денежной форме, имущественная в том числе денежная компенсация морального вреда, оказание какой-либо помощи потерпевшему, принесение ему извинений, а также принятие иных мер, направленных на восстановление нарушенных в результате преступления прав потерпевшего). Способы заглаживания вреда, а также размер его возмещения определяются потерпевшим.

Согласно материалам дела, потерпевший С. в судебном заседании суда первой инстанции, с участием своего представителя Ш., заявил ходатайство о прекращении уголовного дела в отношении ФИО2, указав о достигнутом ним примирении, сообщил об определенных им способе заглаживания ему вреда, причиненного преступлением и размере возмещения. Сообщил, что ФИО2 принес ему свои извинения, которые он принял, а также в счет возмещения вреда причиненного преступлением передал ему 400000 рублей, которые он определил как достаточные для полного возмещения ему вреда, причиненного преступлением, сообщил что примирился с ФИО2 и об отсутствии к ФИО2 претензий как материальных, так и моральных. Указал, что требования, заявленные в исковом заявлении, не поддерживает. Представитель потерпевшего Ш. такую позицию своего доверителя поддержал.

Суд убедился, что потерпевший заявил о примирении с ФИО2 о полном возмещении ему вреда, причиненного преступлением, об отсутствии к нему претензий и ходатайствовал о прекращении уголовного дела в отношении ФИО2 в связи с примирением сторон добровольно, без какого либо оказанного на него воздействия, а также, в достоверности представленных сведений о получении потерпевшим от ФИО2 денежных средств в размере 400000 рублей в счет возмещения вреда, причиненного преступлением. Потерпевший в судебном заседании с участием своего представителя указанные обстоятельства подтвердил. Также указанные обстоятельства не оспаривал и государственный обвинитель.

При этом, возражая против прекращения уголовного дела, государственный обвинитель не ссылался на недостаточность действий ФИО2 по возмещению вреда, причиненного преступлением потерпевшему, не оспаривал определенные потерпевшим способ возмещения вреда, причиненного преступлением и размер возмещения. Не оспаривал позицию потерпевшего о том, что вред, причиненный ему совершенным преступлением, возмещен в полном объеме, не ссылался на его исковое заявление. В апелляционном представлении также не привел таких доводов.

Кроме того, в материалах дела отсутствуют какие либо сведения со ссылкой на квитанции, чеки, иные документы, подтверждающие то, что совершенным ФИО2 деянием потерпевшему был причинен материальный ущерб, в том числе в виде его затрат на произведенную на хирургическую операцию и на реабилитацию. Документы, подтверждающие указание в исковом заявлении о том, что потерпевший по медицинским показаниям нуждается в повторной хирургической операции, которая может быть произведена только платно, не представлены. В судебном заседании потерпевший на указанные обстоятельства не ссылался, требования искового заявления не поддержал. Следует также учесть, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда, с учетом требований разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

При таких обстоятельствах основания расценивать действия ФИО2 по заглаживанию вреда причиненного преступлением в виде денежной компенсации в размере 400000 рублей, то есть способом заглаживания вреда и в размере возмещения, определенными самим потерпевшим, как недостаточные для освобождении его от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим, отсутствуют.

Нарушений требований уголовно-процессуального закона, неправильного применения уголовного закона, допущенных судом первой инстанции при принятии обжалуемого решения не установлено. Постановление суда законно, обоснованно и мотивированно, отмене либо изменению не подлежит.

Принимая во внимание изложенной выше суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционного представления государственного обвинителя.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ,

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга от 12 марта 2025 года, которым уголовное дело в отношении ФИО2, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ прекращено в связи с примирением сторон, оставить без изменения.

Апелляционное представление государственного обвинителя – помощника прокурора Фрунзенского района Санкт-Петербурга ФИО3 оставить без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Кассационные жалобы, представление подлежащие рассмотрению в порядке, предусмотренном ст.ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ могут быть поданы в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции через суд, постановивший итоговое судебное решение- постановление в течение шести месяцев со дня его вступления в законную силу.

В случае пропуска указанного срока, или отказа в его восстановлении кассационные жалобы, представление на приговор могут быть поданы непосредственно в Третий кассационный суд общей юрисдикции.

Лицо, уголовное дело в отношении которого, прекращено, потерпевший вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Такое ходатайство им может быть заявлено в кассационной жалобе, либо в течение 3-х суток со дня получения им извещения о дате, времени и месте заседания суда кассационной инстанции, если уголовное дело было передано в суд кассационной инстанции по кассационному представлению прокурора или кассационной жалобе другого лица.

Судья