Апелляционное определение № 22-354/2026 от 13 апреля 2026 г.

Дело 22-354/2026

Судья Гавриш С.А.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Тамбов 14 апреля 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Тамбовского областного суда в составе:

председательствующего Сесина М.В.,

судей Букатиной Е.В., Шигоревой Е.С.

при секретаре Катуниной А.И.

с участием

прокуроров Пудовкиной И.А., ФИО1, ФИО2,

оправданного К.А.А.,

адвокатов Одинцова А.А., Монакова В.Ю.

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционное представление прокурора *** Б.А.С. на приговор Староюрьевского районного суда Тамбовской области от 23 января 2026 года, которым

К.А.А., *** года рождения, уроженец ***, не судимый,

оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного *** УК РФ, на основании п. 3 ч.2 ст. 302 УПК РФ в связи с отсутствием состава преступления, с признанием за ним права на реабилитацию в порядке, установленном главой 18 УПК РФ.

Заслушав доклад судьи Сесина М.В., выслушав прокуроров Пудовкину И.А., ФИО1, поддержавших доводы апелляционного представления, оправданного К.А.А., адвокатов Одинцова А.А., Монакова В.Ю., находивших приговор законным и обоснованным, судебная коллегия

установила:

органами предварительного расследования К.А.А. обвиняется в совершении преступления, предусмотренного *** УК РФ, а именно в мошенничестве, то есть хищении чужого имущества путем обмана, совершенном лицом с использованием своего служебного положения, в крупном размере при обстоятельствах, изложенных в обвинительном заключении.

Обжалуемым приговором К.А.А. оправдан по предъявленному обвинению на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

В апелляционном представлении прокурор *** Б.А.С. выражает несогласие с приговором суда, находит его незаконным и необоснованным ввиду нарушений уголовно-процессуального закона, несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам. Указывает, что в ходе исполнения Контракта на выполнение работ по ремонту кровли здания, заключенного *** и ООО «ТК-*** все акты освидетельствования скрытых работ, акты выполненных работ, а также справки о стоимости выполненных работ составлялись им лично. В частности, ***, *** К.А.А. составлены и представлены Заказчику акты освидетельствования скрытых работ, приложением к которым являлись товарные накладные на приобретение строительных материалов, а также сертификаты соответствия, в том числе на не предусмотренные сметой к Контракту средство защитное для древесины «***», двухслойный гидроизоляционный тканый материал с ламинацией ***. Акты освидетельствования скрытых работ были подписаны К.А.А., С.А.С. и Г.Н.В. При этом дополнительное соглашение к Контракту, содержащее условия о замене материалов, предусмотренных сметой, другими материалами, между *** не заключалось. В связи с невыполнением части работ, предусмотренных сметой к Контракту, *** между *** в лице директора С.А.С. и ООО «***» в лице генерального директора К.А.А. было заключено соглашение *** о расторжении Контракта, в соответствии с которым стороны договорились об уменьшении объемов работ по Контракту на ***. Условие о частичной замене предусмотренных сметой к Контракту строительных материалов другими материалами, что соответствовало бы подписанным сторонами Контракта актам освидетельствования скрытых работ, в данное соглашение не было включено. Указывается, что К.А.А. в целях завладения в личных целях бюджетным средствами в акт о приемке выполненных работ по форме КС-2 и справку о стоимости выполненных работ и затрат по форме КС-3 были внесены сведения не о фактически выполненных работах, а о якобы выполненных работах в соответствии со сметой на их выполнение, то есть фактически внесены заведомо ложные сведения. В последующем указанные документы стали основанием для осуществления оплаты подрядчику по муниципальному контракту. В частности К.А.А. внес заведомо недостоверные сведения в акт о приемке выполненных работ *** от *** по форме КС-2, справку о стоимости выполненных работ и затрат *** от *** по форме КС-3. Так в акт о приемке выполненных работ *** от *** по форме КС-2 и справку о стоимости выполненных работ *** от *** по форме КС-3 были включены сведения о выполнении в период с *** по *** по Контракту работ на сумму *** рублей в точном соответствии со сметой к Контракту, в том числе внесены сведения об использовании в ходе ремонта крыши следующих материалов: состава огнебиозащитного «***» (жидкость) расход ***; пленки пароизоляционной марки «***»; профилированного листа оцинкованного окрашенного *** профилированного настила окрашенного ***. Однако, учитывая, что все документы составлялись К.А.А. лично, он должен был включить сведения о замене предусмотренных сметой материалов другими в Соглашение *** о расторжении Контракта от ***, а также включить достоверные сведения об использованных материалах в акт о приемке выполненных работ *** от *** по форме КС-2. Утверждает, что судом в нарушение уголовно - процессуального закона и разъяснений п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от *** *** «О практике применения судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих основания и порядок возвращения уголовного дела прокурору» оценка действиям К.А.А. по внесению недостоверных сведений в официальные документы, которые были им в последующем использованы для оплаты заказчиком контракта, не дана. Находит необоснованным вывод суда о недостоверности строительно-технической экспертизы *** (стр*** приговора). Указывает, что выводы проводивших ее экспертов свидетельствуют о фактическом невыполнении подрядчиком (К.А.А.) работ, предусмотренных локальным сметным расчетом к контракту от *** подрядчиком (К.А.А.) фактически не выполнены. Однако судом в основу оправдательного приговора принимается только заключение экспертизы *** *** *** от ***, согласно которому стоимость фактически выполненных работ с учетом контрактной стоимости материалов (без замены на фактически примененные материалы) при выполнении работ в рамках исполнения муниципального контракта от *** с учетом соглашения *** от *** о расторжении указанного контракта рассчитана в локальном сметном расчете *** и составляет ***. Указывает, что при явном противоречии выводов экспертиз судом приняты лишь выводы эксперизы *** *** от ***. Просит обжалуемый приговор отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции в ином составе суда.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, судебная коллегия приходит к следующему.

Делая вывод о виновности К.А.А., органы следствия в обвинительном заключении ссылаются на рапорт оперуполномоченного ЭБ и ПК У.М.Н. о возможном наличии признаков преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 160 УК РФ, протокол осмотра места происшествия - здание *** ***, копию контракта от *** на выполнение работ, заключенного между *** *** в лице директора С.А.С. и ООО «***» в лице генерального директора К.А.А., копию соглашения *** о расторжении контракта от ***, копию сметы на выполнение работ по ремонту кровли, копию платежного поручения от *** о перечислении денежных средств в сумме *** рублей за работы, указанные в акте о приемке выполненных работ по форме КС-2 *** от ***, показания представителя потерпевшего П.Ж.В., показания свидетелей С.А.С., Г.В.Н., Ш.М.В., Е.И.В., заключение строительно-технической экспертизы *** от *** о стоимости фактически выполненных видов и объемов работ, заключение бухгалтерской судебной экспертизы *** от *** о произведенной выплате по контракту денежных средств в сумме *** рублей.

Однако показания указанных лиц и приведенные документы сами по себе не свидетельствуют о хищении К.А.А. бюджетных денежных средств, а лишь подтверждают факт заключения контракта на выполнение работ между ***» и ООО «***», выполнение Подрядчиком (***) работ, в ходе проведения которых был изменен ряд строительных материалов и видов работ относительно указанных в контракте и смете, которые обсуждались и согласовывались К.А.А. с Заказчиком, а также проведение оплаты за выполненные Подрядчиком работы по ремонту кровли.

Допросив подсудимого, представителей потерпевшего, свидетелей, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что предъявленное К.А.А. обвинение не подтверждается как показаниями вышеуказанных лиц, так и иными представленными органами следствия доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Так, К.А.А. показал, что ***» было создано им в ***. *** между ООО «***», где он являлся учредителем и генеральным директором, был заключен контракт на выполнение работ по ремонту кровли здания *** ***». После заключения контракта он приехал на объект, предстояло выполнить замену кровли *** ***», частичный разбор стропильной системы, усиление стропильной системы, при необходимости - замена контробрешетки и гидроизоляции. После начала работ стало понятно, что стропильная система может быть только усилена, то есть те работы, которые были указаны в смете, технически выполнены быть не могли, так как в случае демонтажа старой стропильной системы была бы нарушена конструкция фасада, поскольку строение очень старое и стропильная система входила в фасад, была бы необходима новая крыша, которая не была заложена в смете. Оценить скрытые работы они могли только после демонтажа старой кровли. По согласованию с представителем заказчика пришли к единому решению частично оставить стропильную систему, какие-то части поменять, а в основном произвести усиление стропильной системы. Так как для производства данных работ не было необходимости использовать материал, заложенный по смете, объем этого материала вычли, с чем согласился заказчик. В связи с этим было составлено дополнительное соглашение об уменьшении цены контракта, подписанное сторонами. Все работы были выполнены в предусмотренный контрактом срок – до ***. В ходе выполнения работ была произведена замена ряда материалов, в частности, вместо предусмотренного сметой состава огнебиозащитного «***» было применено защитное средство «***». При замене материалов он руководствовался Федеральным законом «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» от *** № 44-ФЗ. Согласно данного закона товарные знаки, указанные в смете, являются лишь образцом. По стоимости «***» и «***» находятся в одной ценовой категории, замена данного строительного материала была им согласована с К.В.Ф., Г.В.Н. и С.А.С., которые против этого не возражали.

В дальнейшем до итоговой приемки, сведения о примененных им материалах были отражены в акте скрытых работ, с приложенными сертификатами. Вместо указанной в смете пароизоляции марки «*** им была применена гидропароизоляционная пленка «***», поскольку ремонтируемая крыша не являлась утепленной, поэтому по всем строительным нормам пароизоляцию применять было нельзя и должна применяться гидропароизоляция или гидроизоляция. Вопрос замены сданного стройматериала также предварительно согласовывался с заказчиком. Кроме того, вместо заложенного в смете профлиста *** был применен профлист ***. Профлист толщиной *** был применен в связи с отсутствием профлиста ***, который необходимо было ждать, в связи с чем нарушались бы сроки выполнения контрактных обязательств. Таким образом, при ремонте кровли был применен лучший по характеристикам материал, чем предусмотрен сметой. Замена данного материала также согласовывалась с заказчиком. Все вопросы, связанные с ремонтом крыши, обсуждались с С.А.С., Г.В.Н. и К.В.Ф. В актах освидетельствования скрытых работ были отражены материалы, которые использовались фактически, на что было обращено внимание Г.В.Н. и С.А.С., подписывавших эти акты. Акт приемки выполненных работ от *** по форме КС-2 и справка о стоимости выполненных работ по КС-3, составлялись им. В акте приемки выполненных работ были перечислены и зачтены как использованные при проведении ремонта материалы, предусмотренные сметой, а не фактически использованные, которые были указаны в актах освидетельствования скрытых работ, цена контракта также в нем остается твердая, изменения не вносятся. *** между ним и заказчиком также было подписано соглашение *** о расторжении контракта, в соответствии с которым, цена контракта была уменьшена на *** рублей. В данном соглашении не были отражены изменения, которые касались замены некоторых материалов на другие, так как соглашение было составлено после подписания актов скрытых работ. В соглашении о расторжении контракта были указаны те материалы, которые он не использовал. Во время исполнения контракта экономию подрядчика он не получил. По данному контракту он купил что-то дешевле, то есть на чем-то он сэкономил, то есть на металле, но по дереву вышло убыточно. Никого в заблуждение он не вводил, ничего не нарушал, все изменения согласовывались с заказчиком.

Представитель потерпевшего - администрации *** *** П.Ж.В. показала, что она не занималась контрактом на ремонт крыши *** В настоящее время объект, на котором проводились ремонтные работы, находится на гарантии, претензий по качеству проведенных работ к подрядчику не имеется.

Свидетель С.А.С., директор *** ***», показал, что он входил в состав комиссии по приему выполненных работ, осуществлял визуальный контроль выполнения работ, подписывал акт выполненных работ. Все работы по ремонту кровли были окончены *** и в тот же день им был подписан окончательный акт приемки выполненных работ. Документы подписывались после проверки Г.В.Н., имеющим специальное строительное образование. В связи с тем, что часть работ по ремонту крыши не выполнялись, с *** заключалось дополнительное соглашение, в котором было прописано, какие работы не были сделаны. Перед подписанием данного соглашения он с ним знакомился и был с ним согласен. Денежная сумма за невыполненные в соответствии с данным соглашением работы вычиталась из суммы контракта. Указанные в данном соглашении работы не были выполнены ввиду конструктивных особенностей крыши. Подрядчиком осуществлялась замена материалов на другие материалы, которые не были предусмотрены сметой, а именно была заменена противопожарная обработка пиломатериала, с чем он согласился, так как данная противопожарная обработка соответствовала характеристикам. На дату подписания акта выполненных работ они были выполнены, никаких нареканий к подрядчику не было. Контракт по ремонту кровли предусматривал замену материалов на аналогичные по своему качеству.

Свидетель К.В.Ф., занимавший в период проведения ремонтных работ кровли *** должность первого заместителя главы администрации ***, показал, что он был поставлен в известность подрядчиком о применении при ремонте кровли металла толщиной *** вместо предусмотренного сметой металла толщиной ***, поскольку такого металла не было. Технические характеристики фактически примененного металла значительно лучше характеристик металла, предусмотренного сметой. Изменения объемов, видов работ и материалов согласовывались с С.А.С. с его (К.В.Ф.) одобрения. Производимые замены материалов письменно не оформлялись. В состав комиссии по приемке выполненных работ входили Г. и С.А.С.. Те работы, которые не были подрядчиком выполнены, исключены дополнительным соглашением.

Свидетель Г.В.Н., главный специалист администрации *** ***, показал, что он, а также С.А.С. и К.В.Ф. осуществляли контроль за выполнением работ по ремонту кровли. По окончании ремонтных работ составлялся акт выполненных работ, с которым он был ознакомлен, никаких нареканий не было. Те виды работ, которые не выполнялись, были отражены в дополнительном соглашении, с которым он был ознакомлен, оплата за данные невыполненные работы не производилась.

Свидетель Ш.М.В. показала, что согласно контракта на выполнение работ по ремонту кровли *** стоимость работ и материалов составляла *** рублей. В соответствии с дополнительным соглашением о расторжении контракта в части невыполненных работ, стоимость контракта была снижена до *** рублей. Оплата по контракту была проведена *** в сумме *** рублей. Претензии по качеству выполненных работ на сегодняшний день к подрядчику не имеется, все функционирует, по гарантийным обязательствам администрация округу к подрядчику не обращалась.

Эксперт *** Е.И.В., проводивший строительно-техническую судебную экспертизу *** от ***, показал, что технические характеристики «***», заложенного в смете, и фактически примененного «***» соответствуют, стоимость «***» по товарным накладным на объем работ не повлияла. Подрядчик не скрывал, что им фактически был применен «***», а также иные материалы, указанные в смете, что отражено в акте освидетельствования скрытых работ, кроме того, он приложил соответствующие сертификаты, что также было отражено им в заключении.

Эксперт *** «***» К.Д.В, по существу данного им заключения *** от *** показал, что на объекте *** все виды и объемы работ были выполнены. Состав огнебиозащитный «***» по техническим характеристикам соответствует составу примененного подрядчиком материала - средство защитное для древесины «***», отраженному в акте освидетельствования скрытых работ *** от ***, в связи с чем подрядчик мог заменить «***» на «***». Поскольку крыша, на которой проводились ремонтные работы, была не утепленная, нельзя было применять пароизоляцию и необходимо применять дегидроизоляцию, что и было сделано подрядчиком. Фактически примененная подрядчиком пленка *** по своим техническим характеристикам в данном случае лучше пленки пароизоляционной марки «***», указанной в проектно-сметной документации. Согласно проектно-сметной документации должен был быть применен профилированный лист оцинкованный окрашенный ***, фактически был применен профилированный лист с полимерным покрытием *** толщиной ***, фактически примененный материал-это улучшенный аналог.

Специалист *** А.Ж.М. показал, что при проведении экспертного исследования *** от *** им установлено, что в смете ошибочно была указана пароизоляционная пленка, так как применение данной пленки в соответствии со строительными нормами и правилами допускается только на утепленной кровле. На кровле Заказчика в соответствии с требованиями строительных норм и правил должна была быть применена гидроизоляционной пленка. Подрядчиком на кровле применен улучшенный металл. Огнебиозащита «***» так же используется как «***», имеет то же назначение - обработка деревянных поверхностей, огнебиозащита.

Специалист В.А.М. показал, что металл, имеющий большую толщину, обладает лучшими геометрическими характеристиками с точки зрения прочности конструкции.

ФИО3 *** Л.К.В.., проводивший экспертное исследование *** от ***, показал, что средство защитное для древесины «***» превосходит огнебиозащитный состав «***», применение профнастила толщиной *** вместо профнастила толщиной *** мм допустимо. На кровле применен гидроизоляционный слой ***, необходимости применения на данной кровле пароизоляционной пленки марки «***» не было, так как данная кровля холодная.

На основании исследованных судом письменных материалов уголовного дела судом также было установлено следующее:

- между *** ***» в лице директора С.А.С. и ООО «***» в лице генерального директора К.А.А. *** был заключен Контракт на выполнение работ по ремонту кровли здания по адресу: ***. Цена контракта *** рублей;

- *** между *** ***» в лице директора С.А.С. и ***» в лице генерального директора К.А.А. было заключено соглашение *** о расторжении Контракта от *** на выполнение работ по ремонту кровли по соглашению сторон, заказчик принял работы на основании акта выполненных работ от *** на сумму *** рублей;

- согласно реестра приёма-передачи исполнительно-технической документации *** К.А.А. в актах освидетельствования скрытых работ указаны фактически примененные им материалы с приложением сертификатов соответствия фактически примененных материалов, акты освидетельствования скрытых работ от ***, ***, ***;

- в соответствии со справкой *** от *** (форма КС-3) стоимость выполненных работ составила *** рублей;

- осмотром здания ***» по адресу: *** установлено проведение строительных работ по ремонту кровли;

- в рамках исполнения контракта от *** на счет *** перечислены денежные средства в сумме *** рублей;

- из заключения строительно-технической судебной экспертизы *** *** от *** фактические виды и объемы выполненных работ не соответствуют видам и объемам работ, отраженным в акте о приемке выполненных работ *** по форме КС-2 от *** на сумму *** рублей по контракту от *** в части материала пароизоляции (фактически гидроизоляция), материала кровли, стоимости материала пароизоляции и профлиста.

- согласно заключению дополнительной строительно-технической судебной экспертизы *** *** от *** фактические виды, объемы и стоимость выполненных работ соответствует видам, объемам и стоимости работ, отраженных в актах выполненных работ по форме КС-2 - *** и *** от *** на сумму *** рублей;

- в соответствии с выводами экспертного исследования *** *** от *** стоимость видов и объемов работ, фактически выполненных Подрядчиком (***») по контракту от ***, указанная в Заключении эксперта *** от *** в сумме *** руб., не обоснована;

- согласно выводам заключения экспертизы *** *** *** от *** общая стоимость работ, фактически выполненных Подрядчиком (***») по контракту от *** составляет *** рублей.

Допросив указанных выше лиц, исследовав письменные материалы уголовного дела, суд пришел к обоснованному выводу об отсутствии в действиях К.А.А. состава инкриминируемого ему преступления.

Органами предварительного расследования К.А.А. обвиняется в мошенничестве, то есть хищении чужого имущества путем обмана, совершенном лицом с использованием своего служебного положения, в крупном размере.

Согласно п.2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от *** *** «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» обман как способ совершения хищения или приобретения права на чужое имущество может состоять в сознательном сообщении (представлении) заведомо ложных, не соответствующих действительности сведений, либо в умолчании об истинных фактах, либо в умышленных действиях (например, в предоставлении фальсифицированного товара или иного предмета сделки, использовании различных обманных приемов при расчетах за товары или услуги или при игре в азартные игры, в имитации кассовых расчетов и т.д.), направленных на введение владельца имущества или иного лица в заблуждение.

В соответствии с п. 26 указанного Постановления при решении вопроса о виновности лиц в совершении мошенничества, присвоения или растраты суды должны иметь в виду, что обязательным признаком хищения является наличие у лица корыстной цели, то есть стремления изъять и (или) обратить чужое имущество в свою пользу либо распорядиться указанным имуществом как своим собственным, в том числе путем передачи его в обладание других лиц, круг которых не ограничен.

Однако таких обстоятельств по делу не имеется.

Судом установлено, что выполнение Подрядчиком работ проверялось С.А.С. (директор *** ***»), Г.В.Н. (главный специалист администрации ***), обо всех изменениях в примененных материалах был уведомлен С.А.С., замена строительных материалов согласовывалась с К.В.Ф. (*** ***). Примененные строительные материалы являлись аналогами материалов, указанных в смете, вместе с тем обладающими улучшенными характеристиками.

Замена используемых при ремонте кровли материалов (товаров) на их аналоги, а также материалы, качество, технические и функциональные характеристики (потребительские свойства) которых являются улучшенными по сравнению с качеством и соответствующими техническими и функциональными характеристиками, указанными в Контракте, предусмотрена как самим Контрактом, так и ч. 7 ст. 95 Федерального закона от *** № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок, товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд».

В Актах освидетельствования скрытых работ ***, *** и *** Подрядчиком были отражены фактические примененные им материалы и к ним приложены соответствующие сертификаты на замененный материал.

Кроме того, К.А.А. проведены дополнительные работы стоимостью *** рублей.

Все работы по ремонту кровли в соответствии с условиями Контракта выполнены Подрядчиком в полном объеме, оплата произведена на основании Актов приемки выполненных работ от *** и справки от *** только за фактически выполненные работы.

Вопреки доводам апелляционного представления, суд мотивировал свое решение о критической оценке выводов строительно-технической экспертизы *** от ***.

Как пояснил допрошенный в судебном заседании эксперт *** Е.И.В., часть работы им была принята, а часть нет, так как ему не было представлено достаточно сведений, необходимых для производства экспертизы, заявленные им следователю ходатайства о предоставлении дополнительных данных были отклонены.

В связи с этим судом обоснованно дана критическая оценка бухгалтерской экспертизы *** от ***, поскольку при ее проведении использовались выводы вышеуказанной экспертизы *** от ***.

Таким образом, органами предварительного расследования не представлено доказательств хищения К.А.А. бюджетных денежных средств, поскольку объем и стоимость фактически выполненных видов и объемом работ соответствует видам, объемам и стоимости работ, отраженных в Актах выполненных работ по форме КС-2 по Контракту, что подтверждается заключениями экспертиз ***», ***, показаниями проводивших их экспертов. Также стороной обвинения не представлено доказательств наличия в действиях К.А.А. корыстного мотива как обязательного признака мошенничества.

При таких обстоятельствах суд пришел к обоснованному выводу об отсутствии в действиях К.А.А. состава преступления, предусмотренного *** УК РФ, в связи с чем он подлежит оправданию на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ.

Существенных нарушений уголовно-процессуального, уголовного закона, влекущих безусловную отмену или изменение приговора, не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

Приговор Староюрьевского районного суда Тамбовской области от 23 января 2026 года в отношении К.А.А. оставить без изменения, апелляционное представление – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в соответствии с главой 47.1 УПК РФ в течение шести месяцев со дня вынесения в судебную коллегию по уголовным делам Второго кассационного суда общей юрисдикции.

Председательствующий:

Судьи: