Решение № 2-20/2019 2-20/2019(2-2224/2018;)~М-2050/2018 2-2224/2018 М-2050/2018 от 17 февраля 2019 г. по делу № 2-20/2019

Дело № 2-20/2019

Мотивированное
решение изготовлено 18 февраля 2019 года

ЗАОЧНОЕ РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

11 февраля 2019 года

Североморский районный суд Мурманской области в составе:

председательствующего судьи Петровой О.С.

при секретаре Романовой О.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6 к ФИО7 о взыскании неосновательного обогащения, компенсации стоимости ущерба,

УСТАНОВИЛ:

ФИО6 обратился в суд с иском к ФИО7 о взыскании неосновательного обогащения, компенсации стоимости ущерба.

В обоснование исковых требований, а также в судебных заседаниях указал, что в период с 09.03.2013 по 25.09.2015 состоял с ответчицей в зарегистрированном браке. Решением мирового судьи от 24.08.2015 брак между супругами прекращен 25.09.2015.

В период брака между ФИО6 и Комитетом по развитию городского хозяйства администрации ЗАТО г.Североморск ( далее по тексту – КРГХ администрации ЗАТО г.Североморск) заключен договор найма служебного жилого помещения № 1531 от 27.11.2013 на период прохождения военнослужащим службы в в/части 49324.

Нанимателю передано во владение и пользование жилое помещение, расположенное по адресу: ***. В силу п.7 договора найма наниматель обязан обеспечивать сохранность жилого помещения. В соответствии с п.12 договора дееспособные члены семьи нанимателя несут солидарную с нанимателем ответственность по обязательствам, вытекающим из договора.

Согласно акту обследования квартиры от 17.04.2013 состояние жилой площади удовлетворительное.

С июля 2015 года истец в спорной квартире не проживал, доступа в квартиру не имел. В квартире проживала ответчик со своим сожителем ФИО8, с которым весной 2017 года зарегистрировала брачные отношения.

04.04.2017 судом вынесено решение о признании ФИО7 утратившей право пользования указанным выше жилым помещением.

01.09.2017 истец, приехав в квартиру, обнаружил отсутствие имущества, предоставленного собственником жилого помещения по договору найма, а именно: металлических входных дверей, двух межкомнатных дверей, дверей в туалет и ванную комнату (в количестве двух штук), двух дверных арок (на кухне и в большой комнате), двух смесителей (в ванной комнате и на кухне), умывальника с тумбой в ванной комнате, кухонной мойки, тумбы под мойку, зеркала с подставкой в ванной, а также имущества, приобретенного истцом в 2010 году до вступления в брак с ответчицей: кухонного уголка, стола и двух табуретов (14250,00 руб.), мягкого углового дивана с креслом (43118,00 руб.), масляного радиатора (3994,50 руб.), гладильной доски (1770,00 руб.).

Кроме того, обои на кухне и в комнате были залиты зеленой краской. Розетки, выключатели, автоматы защиты электросети отсутствовали.

Таким образом, сняв межкомнатные двери, смесители, тумбы под мойку и умывальник ответчица изменила функциональные назначения помещений, ухудшила качественные характеристики жилого помещения. В сравнении с исходным состоянием оно стало фактически непригодным для проживания.

15.10.2017 взамен утраченного истец был вынужден приобрести сантехническое оборудование общей стоимостью 12068,12 руб., а именно: смеситель для ванной с длинным изливом – 5712,00 руб., смеситель для кухни – 2774,40 руб., сифон – 184,32 руб., крепление для умывальника – 62,40 руб., тумбу для ванной + умывальник – 3335,00 руб.

Также истец приобрел межкомнатные двери в количестве 7 штук с фурнитурой стоимостью 7000 руб. за дверь на общую сумму 49000 руб., тумбу под кухонную мойку и мойку общей стоимостью 4000 руб. и ему предстоит приобрести зеркало с полкой, стоимость которого с учетом износа составляет 833,33 руб.

Вследствие демонтажа дверей туалета, ванной комнаты, двух комнат, дверных арок, их вывоза, недвижимость существенно изменила свой внешний вид. Истец от наймодателя согласование на подобные действия не получал, разрешение на их совершение не давал.

Поскольку дверные проемы переоборудованы в арки в период брака, взысканию с ответчика подлежит 1/2 стоимости доставки и монтажа дверей «распашонка», двери на кухню.

Кроме того, ответчица вывезла из квартиры кухонный уголок, диван с креслом, радиатор, гладильную доску, распорядившись имуществом, принадлежавшим истцу до брака, что является неосновательным обогащением ответчицы.

Уточнив заявленные требования, просил взыскать с ответчика денежную компенсацию стоимости сантехнического оборудования в размере 12068,12 руб., кухонной мойки с тумбой в размере 3633,67 руб., зеркала с полкой в размере 833,33 руб., четырех межкомнатных дверей в размере 38500,00 руб.; а также взыскать как неосновательное обогащение – стоимость кухонного уголка, стола и двух табуретов в размере 9166,67 руб., мягкого углового дивана с креслом в размере 25000,00 руб., масляного радиатора в размере 1933,34 руб., гладильной доски в размере 1000,00 руб., а также расходы по уплате госпошлины в размере 2964,05руб.

Истец ФИО6 и его представитель ФИО9 в судебном заседании поддержали уточненные исковые требования по доводам, изложенным в исковом заявлении, настаивали на их удовлетворении.

Ответчик ФИО7 в судебное заседание не явилась, доказательств уважительности причин неявки не представила.

Ранее в судебных заседаниях 12.12.2018, 25.12.2018, 14.01.2019 с исковыми требованиями не согласилась. Так, не оспаривая факт вывоза межкомнатных дверей, указала, что вывезенные ею межкомнатные двери приобретены в период брака на денежные средства в сумме 72000 руб., данные в долг ее матерью. При сотрудниках полиции истцу было сказано, что если он не вернет деньги на их приобретение, то двери она демонтирует и заберет. Настаивала на том, что старые двери, которые находились в квартире изначально, хранятся у истца, в связи с чем возражала против взыскания с нее стоимости понесенных истцом убытков на приобретение дверей.

Не отрицала в судебном заседании, что диван принадлежал истцу до брака, примерно с 2010 года, после развода она предложила истцу его забрать, чего истец не сделал, в связи с чем после приобретения новой мебели она отдала диван своим знакомым, о чем истцу известно. Со стоимостью дивана не согласилась, пояснив, что диван находился в неудовлетворительном состоянии. Полагала, что стоимость дивана не может превышать 20000 руб. Не согласилась с оценкой и остального имущества, приведенной истцом.

Указала, что в июне 2017 года истец вынес из квартиры: стиральную машину, микроволновую печь, радиатор, гладильную доску, шкаф, компьютерный стол, компьютер. Все это имущество он оставил в квартире соседа.

В целом в удовлетворении заявленных требований просила отказать.

Представитель КРГХ администрации ЗАТО г. Североморск и КИО администрации ЗАТО г. Североморск ФИО10 оставил принятие решения на усмотрение суда, подтвердив обязанность истца сдать жилое помещение в надлежащем состоянии.

Заслушав участников процесса, пояснения свидетелей ФИО1., ФИО2., ФИО3., ФИО4., исследовав материалы дела, обозрев материал № 8690/1361 об отказе в возбуждении уголовного дела, суд полагает исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению частично по следующим основаниям.

Положениями ст. 9 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права, отказ граждан и юридических лиц от осуществления принадлежащих им прав не влечет прекращения этих прав, за исключением случаев, предусмотренных законом.

В соответствии со ст.10 Гражданского кодекса РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

При этом исходя из положений ч. 3 ст. 10 ГК РФ добросовестность гражданина в данном случае презюмируется, и на лице, требующем возмещения убытков или возврата неосновательного обогащения, в силу положений ст. 56 ГПК РФ, лежит обязанность доказать факт недобросовестности ответчика.

Как установлено судом и следует из пояснений сторон по делу и представленных в материалы дела доказательств, в период с 09.03.2013 по 25.09.2015 стороны по делу состояли в зарегистрированном браке. Решением мирового судьи от 24.08.2015 брак между супругами прекращен 25.09.2015.

В период брака между ФИО6 и Комитетом по развитию городского хозяйства администрации ЗАТО г.Североморск (далее по тексту – КРГХ администрации ЗАТО г.Североморск) заключен договор найма служебного жилого помещения № 1531 от 27.11.2013 на период прохождения военнослужащим службы в в/части 49324. Согласно договору совместно с нанимателем в жилое помещение вселяются члены семьи: жена ФИО11, сын ФИО5.

Нанимателю передано во владение и пользование жилое помещение, расположенное по адресу: ***.

Согласно акту обследования квартиры от 17.04.2013 (на момент сдачи данной квартиры в КРГХ администрации ЗАТО г. Североморск предыдущим нанимателем) состояние жилой площади удовлетворительное.

При этом из данного акта следует, что квартира на момент ее передачи оборудована сантехническим оборудованием, мойкой-нержавейкой, межкомнатными дверьми.

Факт предоставления служебного жилого помещения по адресу: *** совместно с указанным имуществом в судебном заседании сторонами не оспаривался.

Не отрицала ответчик и наличие на момент получения квартиры в ней зеркала.

В судебном заседании установлено, что с июля 2015 года истец в спорной квартире не жил в связи с прекращением с ответчиком семейных отношений. В квартире проживала ответчик со своим сожителем ФИО12, с которым весной 2017 года оформила брачные отношения.

04.04.2017 судом вынесено решение о признании ФИО7 (на тот момент – Олипир) утратившей право пользования жилым помещением по адресу: *** и ее выселении из указанного жилого помещения с предоставлением отсрочки исполнения решения суда сроком до 01.09.2017 года.

31.08.2017 ответчиком исполнено указанное решение суда и освобождено вышеназванное жилое помещение.

Вместе с тем, как установлено в судебном заседании, при выезде из жилого помещения по адресу: *** ответчик также вывезла установленные сторонами в период брака две межкомнатные двери, двери в туалет и ванную комнату (в количестве двух штук), две дверные арки (находившиеся на кухне и в большой комнате), два смесителя (в ванной комнате и на кухне). Кухонную мойку с тумбой ответчик выбросила в период проживания в данной квартире.

Также на момент выезда ответчика из жилого помещения установлено отсутствие тумбы с кухонной мойкой.

Данные обстоятельства подтверждаются материалом КУСП № 8690/1361 об отказе в возбуждении уголовного дела и исследованной судом видеозаписью обстановки спорного жилого помещения после освобождения его ФИО7.

При таких обстоятельствах суд соглашается с доводами стороны истца о том, что указанными действиями ответчика ФИО6 причинен материальный ущерб по следующим основаниям.

Так, в соответствии с ч. 1 ст. 103 Жилищного кодекса Российской Федерации в случаях расторжения или прекращения договоров найма специализированных жилых помещений граждане должны освободить жилые помещения, которые они занимали по данным договорам.

При этом на основании пп. "к" п. 14 Правил пользования жилыми помещениями, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 21 января 2006 г. N 25, наниматель обязан при прекращении права пользования жилым помещением сдавать по акту наймодателю в исправном состоянии жилое помещение, санитарно-техническое и иное оборудование, находящееся в нем, оплачивать стоимость не произведенного нанимателем ремонта жилого помещения, санитарно-технического и иного оборудования, находящегося в нем, или производить ремонт за свой счет, а также погашать задолженность по оплате жилого помещения и коммунальных услуг.

Согласно п.п. 11 п. 7 договора найма служебного жилого помещения № 1531, заключенного между КРГХ администрации ЗАТО г. Североморск и ФИО6, при освобождении жилого помещения наниматель обязан передать его в надлежащем состоянии, оплатить стоимость не произведенного и входящего в его обязанности текущего ремонта.

Таким образом, из приведенных норм права и договора найма следует обязанность истца сдать жилое помещение в надлежащем состоянии.

Поскольку квартира на момент ее передачи истцу в найм была оборудована сантехническим оборудованием, тумбой с мойкой-нержавейкой, межкомнатными дверьми, то и сдать ее ФИО6 будет обязан совместно с указанным имуществом. Однако ответчик своими действиями лишила истца возможности исполнить свою обязанность по сдаче жилого помещения.

В п. 1 ст. 15 ГК РФ предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу п. 1 ст. 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Из приведенной правовой нормы и акта ее толкования следует, что отсутствие возможности установить размер убытков с разумной степенью достоверности само по себе не является основанием для отказа в удовлетворении требования о возмещении убытков, поскольку в этом случае суду надлежит определить размер причиненных убытков с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

В соответствии с п. 2 ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как установлено в судебном заседании, истцом в целях исполнения возложенной на него обязанности по договору найма и восстановления надлежащего состояния жилого помещения приобретено сантехническое оборудование общей стоимостью 12068,12 руб., а именно: смеситель для ванной с длинным изливом – 5712,00 руб., смеситель для кухни – 2774,40 руб., сифон – 184,32 руб., крепление для умывальника – 62,40 руб., тумба для ванной и умывальник – 3335,00 руб., что подтверждается представленным в материалы дела кассовым чеком.

Также согласно долговой расписке с рассрочкой платежа за приобретение имущества от 12.01.2019 года истцом приобретены межкомнатные двери в количестве 7 штук с фурнитурой стоимостью 7000 руб. за дверь на общую сумму 49000 руб.

Согласно расчету истца стоимость расходов на покупку и монтаж четырех межкомнатных дверей составила 28000 руб., сумму 1/2 стоимости и монтажа дверей «распашонка», двери на кухню составила 10500 руб. (7000 руб. +14000 руб.)\2, а всего 38500 руб.

Кроме того, распиской от 30.01.2019 подтверждены расходы истца на приобретение кухонной мойки в размере 1000 руб. и тумбы под кухонную мойку в размере 3000 руб.

Наличие указанного имущества в квартире по адресу: *** установлено в ходе осмотра данной квартиры техническим отделом МКУ «Муниципальное имущество» и подтверждено представленными в материалы дела фотографиями.

Согласно ст. 67 и 69 ЖК РФ наниматель жилого помещения по договору социального найма и члены его семьи обязаны обеспечивать сохранность жилого помещения, поддерживать надлежащее его состояние, проводить текущий ремонт жилого помещения, своевременно вносить плату за жилое помещение и коммунальные услуги.

В силу п.7 договора найма служебного жилого помещения № 1531, заключенного между КРГХ администрации ЗАТО г. Североморск и ФИО6, наниматель обязан обеспечивать сохранность жилого помещения. В соответствии с п.12 договора дееспособные члены семьи нанимателя несут солидарную с нанимателем ответственность по обязательствам, вытекающим из договора.

В соответствии со ст. ст. 12, 56 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон; каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон, как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или не совершения процессуальных действий.

Ответчик ФИО7, несмотря на неоднократное разъяснение ей судом положений ст. 12, 56 ГПК РФ, доказательств иной стоимости сантехнического оборудования, тумбы с мойкой-нержавейкой, межкомнатных дверей суду не представила, тогда как истцом подтверждены понесенные им расходы вышеуказанными документами, оснований не доверять которым у суда не имеется.

Учитывая изложенное, суд, рассматривая возникший спор в соответствии со ст. 196 ГПК РФ в пределах заявленных требований, взыскивает с ответчика в пользу истца стоимость приобретенного истцом сантехнического оборудования в размере 12068,12 руб., межкомнатных дверей в размере 38500 руб., кухонной мойки и тумбы под кухонную мойку общей стоимостью 3633,67 руб. (в пределах заявленной к взысканию суммы), а всего 54201,79 руб.

При этом суд полагает не подлежащими удовлетворению требования истца о взыскании стоимости зеркала в размере 833,33 руб., поскольку, как установлено в судебном заседании и не оспаривалось сторонами, данное зеркало было получено истцом совместно с квартирой, однако в акте обследования жилого помещения от 17.04.2013 не поименовано, каких-либо требований о необходимости сдачи квартиры вместе с зеркалом истцу КИО администрации ЗАТО г. Североморск не предъявлялось.

Доводы ответчика о том, что межкомнатные двери, установленные в квартире на момент ее получения истцом, остались на хранении у последнего, в нарушение ст. 56 ГПК РФ не нашли своего подтверждения соответствующими доказательствами.

Относительно взыскания в пользу истца стоимости кухонного уголка, стола и двух табуретов в размере 9166,67 руб., мягкого углового дивана с креслом в размере 25000,00 руб., масляного радиатора в размере 1933,34 руб., гладильной доски в размере 1000,00 руб., суд приходит к следующим выводам.

В силу п.1 ст.1102 Гражданского кодекса РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

Согласно названной правовой норме неосновательное обогащение имеет две формы: неосновательное приобретение (лицо приобрело имущество, не имея на это необходимых оснований) и неосновательное сбережение (лицо неосновательно сберегло имущество за счет другого лица, т.е. вместо него расходы произвело другое лицо либо потерпевший не получил от приобретателя то, что должен был получить).

Следовательно, для наступления ответственности по данной правовой норме необходимо приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого при отсутствии договорных отношений, то есть неосновательно. Такими основаниями могут быть договоры, сделки и иные предусмотренные ст. 8 ГК РФ основания возникновения гражданских прав и обязанностей.

Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Согласно ст. 1105 Гражданского кодекса РФ в случае невозможности возвратить в натуре неосновательно полученное или сбереженное имущество приобретатель должен возместить потерпевшему действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, если приобретатель не возместил его стоимость немедленно после того, как узнал о неосновательном обогащении.

По смыслу указанных норм права, обязательства из неосновательного обогащения возникают при одновременном наличии трех условий: факта приобретения или сбережения имущества, приобретение или сбережение имущества за счет другого лица и отсутствие правовых оснований неосновательного обогащения, а именно: приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого лица не основано ни на законе, ни на сделке.

Недоказанность одного из этих обстоятельств является достаточным основанием для отказа в удовлетворении иска.

Согласно ст. ст.67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Взыскание неосновательного обогащения может быть осуществлено любым лицом, за счет которого произошло обогащение. В качестве критерия, позволяющего определить объем возмещения по иску о взыскании убытков, следует определять имущественную сферу лица, чье право нарушено (истца), поскольку меры гражданско-правовой ответственности всегда направлены на восстановление имущественной сферы потерпевшего в том состоянии, в каком она находилась до правонарушения.

Как следует из материалов дела и не оспаривалось сторонами в судебном заседании, истцу до брака принадлежало следующее имущество: кухонный уголок, стол и два табурета, угловой диван с креслом, масляный радиатор, гладильная доска, при этом на момент прекращения брачных отношений указанное имущество находилось в квартире по адресу: ***

Вместе с тем после выезда ответчика из указанного жилого помещения данного имущества в квартире не оказалось.

Приводя довод о том, что часть указанного имущества (кухонный уголок, масляный радиатор и гладильная доска) была вывезена истцом еще до ее выезда из спорного жилого помещения, ответчик не представила в подтверждения данного обстоятельства достоверных доказательств.

Так, в обоснование вывоза истцом кухонного уголка ответчик сослалась на показания свидетеля ФИО3., пояснившего в судебном заседании 14.01.2019, что он являлся очевидцем данного факта.

Вместе с тем в ходе проверки сообщения о преступлении ФИО6 (КУСП №8690/1361) и в судебном заседании 27.12.2018 ФИО7 поясняла, что кухонный уголок она забрала себе.

При таких обстоятельствах, учитывая, что истец отрицал наличие у него кухонного уголка и первоначальные пояснения ответчика согласуются с пояснениями истца, суд отвергает показания свидетеля ФИО3., учитывая при этом также то обстоятельство, что в ходе проверки сообщения о преступлении ФИО6 ответчик на присутствие данного свидетеля не указывала.

Не оспаривая факт распоряжения принадлежащим истцу диваном, ответчик в то же время не представила суду достоверных доказательств наличия согласия истца на отчуждение данного имущества.

Доказательства, свидетельствующие о передаче истцу масляного радиатора и гладильной доски, в материалах дела также отсутствуют.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания с ФИО7 в пользу ФИО6 стоимости кухонного уголка, стола и двух табуретов в размере 9166,67 руб., мягкого углового дивана с креслом в размере 25000,00 руб., масляного радиатора в размере 1933,34 руб., гладильной доски в размере 1000,00 руб., а всего 37100,01 руб.

Доказательств иной стоимости ответчиком не представлено.

С учетом установленных по делу обстоятельств, суд удовлетворяет исковые требования частично.

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 данного Кодекса.

Принимая во внимание положения указанной нормы, с ответчика ФИО8 в пользу истца ФИО6 подлежат взысканию расходы по оплате почтовых услуг в размере 126,96 руб. и уплате государственной пошлины в размере 2939,08 руб. Данные расходы подтверждены соответствующими платежными документами и были необходимы истцу для восстановления нарушенного права.

Настоящий спор суд рассматривает в пределах заявленных истцом требований, на основании представленных сторонами доказательств, с учетом положений ст.ст. 56, 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь ст.ст.194-199, 235ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО6 к ФИО7 о взыскании неосновательного обогащения, компенсации стоимости ущерба удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО7 в пользу ФИО6 компенсацию стоимости ущерба в размере 54201,79 руб., неосновательное обогащение в размере 37100,01 руб., расходы по уплате государственной пошлины 2939,05 руб., расходы по оплате почтовых услуг в размере 126,96 руб., а всего взыскать 94 367,81 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Ответчик вправе подать в Североморский районный суд заявление об отмене настоящего решения в течение семи дней со дня вручения ему копии этого решения. Заявление об отмене заочного решения должно содержать обстоятельства, свидетельствующие об уважительности причин неявки ответчика в судебное заседание, о которых он не имел возможности своевременно сообщить суду, и доказательства, подтверждающие эти обстоятельства, а также обстоятельства и доказательства, которые могут повлиять на содержание решения.

Заочное решение суда может быть обжаловано сторонами также в апелляционном порядке в Мурманский областной суд через Североморский районный суд в течение месяца по истечении срока подачи ответчиком заявления об отмене этого решения суда, а в случае, если такое заявление подано, - в течение месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении этого заявления.

Председательствующий О.С. Петрова