Приговор № 1-154/2020 1-4/2021 от 16 марта 2021 г. по делу № 1-154/2020

Дело № 1-4/2021.

УИД: 66RS0023-01-2020-000075-76.


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

Город Новая Ляля 17 марта 2021 года.

Новолялинский районный суд Свердловской области в составе:

председательствующего судьи: Новиковой Т.Л.,

с участием государственного обвинителя, заместителя прокурора Верхотурского района Свердловской области: Петеренко В.Ю.,

защитника: Каменных Д.В.,

при секретаре: Кветинской Е.В.,

а также с участием подсудимого: ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению:

ФИО1, ******** (персональные данные обезличены), зарегистрированного по адресу: ******* (адрес обезличен), проживающего по адресу: ******* (адрес обезличен), судимостей не имеющего,

с мерой пресечения заключение под стражей с 17.04.2018 по 22.03.2019; домашний арест с 22.03.2019 по 23.06.2019, подпиской о невыезде и надлежащем поведении с 24.06.2019,

в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 совершил убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Преступление совершено в г. Верхотурье Свердловской области при следующих обстоятельствах.

16.04.2018., около 12:25, в квартире ******* (адрес обезличен) между ФИО1 и Б., находившимися в состоянии алкогольного опьянения, на почве личных неприязненных отношений, возникла ссора, в ходе которой, в комнате квартиры Б. и ФИО1 нанесли друг другу несколько ударов руками по лицу. Непосредственно после ссоры у ФИО1 возник умысел на убийство Б. путем выталкивания последнего с балкона указанной квартиры.

Реализуя исполнение своего преступного умысла, ФИО1, умышленно, с целью причинения смерти, осознавая, что при свободном падении человека с третьего этажа жилого дома с высоты не менее 7 метров, в результате удара о поверхность земли, неизбежно наступит смерть, желая этого, продолжил наносить множественные удары руками и ногами лежащему на полу Б. по голове, верхним и нижним конечностям, после чего против его воли вытащил потерпевшего из комнаты квартиры на балкон. Продолжая исполнять свой преступный умысел на убийство, ФИО1 взял Б. обеими руками под руки и положил его передней частью туловища на подоконник остекления балкона, после чего, одной рукой удерживая потерпевшего за шею, ФИО1 второй рукой взял его между ног, и, несмотря на оказываемое последним сопротивление, перевалил Б. через подоконник и выбросил головой вниз с балкона квартиры ******* (адрес обезличен), расположенной на 3 этаже дома. В результате преступных действий ФИО1, от непосредственного соударения о поверхность земли, Б. причинена открытая черепно-мозговая травма ******** (телесные повреждения обезличены). Все повреждения головы и лица, составляющие единый морфологический комплекс открытой черепно-мозговой травмы, прижизненные, получены незадолго до наступления смерти, состоят в прямой причинной связи с наступлением смерти Б., являющиеся опасными для жизни, квалифицирующиеся как тяжкий вред здоровью, повлекли смерть Б., наступившую в реанимационном отделении Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Свердловской области «Центральная районная больница Верхотурского района», 16.04.2018, в 14:00.

Кроме того, своими преступными действиями ФИО1 причинил Б. телесные повреждения ******** (телесные повреждения обезличены), не состоящих в прямой причинной связи со смертью, не повлекших за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, квалифицирующиеся как повреждения, не причинившие вред здоровью человека.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину в предъявленном обвинении не признал полностью и показал, что 16.04.2018, утром, он с М., З. и Б. распивали спиртное в квартире Н. В ходе распития спиртного он обнаружил, что у него пропал телефон. Б. сказал ему, что он сам виноват. На этой почве у них с Б. произошла ссора, в ходе которой они нанесли друг другу удары в комнате. Он спросил Б., что тот сомневается в его словах, взял Б. за плечо и толкнул к балкону. Они наносили друг другу удары. Он наносил удары Б. больше правой рукой, возможно, ударил ногой. Он вытолкал Б. на балкон, где тоже наносил последнему удары. После этого М. завел его в квартиру и посадил в кресло. Они ещё выпили, и он уснул в кресле. Проснулся от стука двери, и увидел, что на балконе никого нет. М. спал, З. в квартире не было. Он разбудил М., они вместе вышли на балкон, посмотрели вниз и увидели, что на земле лежит Б. Сразу после этого они вызвали такси, уехали к Р., где и были задержаны сотрудниками полиции. Кто мог вытолкнуть Б. с балкона, он не знает, он к этому не причастен. В момент задержания он был в состоянии алкогольного опьянения. О том, что он вытолкнул Б. с балкона, он не говорил, составленные протоколы не читал, предполагал, что он подписывал документы о его задержании. Явку с повинной он не давал, и её не подтверждает. Полагает, что свидетели его оговаривают.

Допрошенный во время предварительного следствия в качестве подозреваемого 17.04.2018 ФИО1 показал, что 16.04.2018, утром, он с М., З. и Б. распивали спиртное в квартире Н., где Б. начал выражаться в адрес присутствующих нецензурными словами. Он, М. и З. пытались успокоить Б., который оскорбил его нецензурным словом, после чего успокоился. Вчетвером они пошли на балкон, где между ним и Б. ссора продолжилась, последний ударил его один раз кулаком по лицу слева. Он ударил Б. два раза кулаком по лицу, потребовал не оскорблять его, пригрозил, что скинет того с балкона. В этот момент Б. сел на подоконник, ноги Б. оказались на улице, сказал, что сейчас спрыгнет, а он не сможет. Потом Б. упал вниз, соскользнул, не удержавшись на подоконнике. В ходе допроса в качестве свидетеля он пояснял, что левой рукой толкнул Б. и тот упал вниз. Эти показания он не подтверждает, так как, давая показания, находился в состоянии алкогольного опьянения. Когда Б. упал вниз, он и М. уехали к Р., где их задержали сотрудники полиции. Признает себя виновным в нанесении побоев Б., не признает вину в убийстве Б. С подоконника Б. упал сам (л.д. 162-167, том 2).

Допрошенный во время предварительного следствия в качестве обвиняемого 18.04.2018 и 10.09.2018 ФИО1 показал, что виновным себя не признает. Из окна квартиры Б. выпал сам. Он не видел момент падения Б. с балкона. В этот момент он находился в комнате, сидел в кресле спиной к балкону. Признает, что между ним и Б. был конфликт, он ударил последнего два раза рукой по лицу (л.д. 178-180, 186-192, том 2).

Допрошенный во время предварительного следствия в качестве обвиняемого 29.01.2020 ФИО1 показал, что виновным себя не признает полностью. Не согласен с заключениями психофизиологических экспертиз с применением полиграфа в отношении М., З. и него, поскольку М. запутывал следствие и полиграф ничего не выявил, где тот говорит правду, а где обманывает. Очная ставка от 28.01.2020 с З. идет в противовес с заключением эксперта и показаниями, данными ранее, поэтому доверять заключению эксперта в отношении него, исходя из заключений по М. и З., невозможно (л.д. 71-73, том 5).

После оглашения показаний ФИО1 пояснил, что данные показания признает частично, так как в качестве подозреваемого, скорее всего, его допрашивали в состоянии опьянения.

Допрошенный во время судебного заседания Верхотурского районного суда Свердловской области 15.03.2019 в качестве подсудимого ФИО1 показал, что виновным себя не признает полностью. 16.04.2018 он с М., З. и Б. распивали спиртное у Н. в квартире ******* (адрес обезличен), где он обнаружил, что у него пропал телефон. Б. сказал, что он обманывает. Тогда он решил вытащить Б. на балкон освежиться. Между ним и последним завязалась борьба. Он вытащил Б. на балкон, где последний упал. Он приподнял Б. за шиворот, последний ударил его. Он толкнул Б., тот облокотился о стену, присев на корточки. Он взял Б. за плечо и спросил, сомневается ли тот в его словах. М. завел его в квартиру и посадил в кресло. Они ещё выпили, и он уснул в кресле. Проснулся от шума, и увидел, что на балконе Б. нет. Он с М. вышли на балкон и увидели, что внизу лежит Б. Они вызвали такси и уехали к Р., где и были задержаны сотрудниками полиции. Кто мог вытолкнуть Б. с балкона, ему неизвестно (л.д. 29-31, том 4).

В протоколе явки с повинной от 16.04.2018 ФИО1 указал, что 16.04.2018 в квартире в доме ******* (адрес обезличен), Б. оскорбил его нецензурными словами. Он пытался успокоить последнего, но тот продолжал выражаться в его адрес грубой нецензурной бранью. Он и Б. вышли на балкон, где продолжали ругаться, между ними произошла драка. Когда Б. лежал на полу, он несколько раз ударил последнего по лицу. Б. полез на окно, в это время он толкнул Б. рукой, после чего тот упал вниз на газон под балконом (л.д. 153, том 2).

Из протокола задержания подозреваемого от 17.04.2018 следует, что по поводу задержания ФИО1 заявил, что в спину Б. толкнул он. После этого Б. упал с балкона вниз. Убивать Б. он не хотел, зачем толкнул, объяснить не может, был сильно пьян (л.д. 154-158).

Согласно заключению эксперта (психофизиологическая экспертиза) №565/2019/164 от 22.08.2019, ФИО1 располагает информацией о деталях случившегося, которая согласуется с его показаниями (подтверждает их) относительно того, что в тот день у Б. не было конфликта с З., ФИО1 располагает информацией о деталях случившегося, которая не согласуется с его показаниями (опровергает их) относительно того, что в момент произошедшего ФИО1 не был на балконе, не совершал действия, которые привели к смерти Б., не видел, как Б. выпал с балкона, не выбрасывал Б. с балкона; непосредственно перед падением Б. с балкона ФИО1 спал. Информация, которой располагает ФИО1, могла быть им получена на момент событий, связанных с лишением жизни Б. (л.д. 142-150, том 4).

В качестве гражданского ответчика ФИО1 показал, что с иском не согласен, поскольку вину в предъявленном обвинении не признает.

Не смотря на отрицание вины подсудимым, его вина подтверждается совокупностью имеющихся в деле и исследованных в судебном заседании доказательств, показаниями представителя потерпевшего, свидетелей, материалами дела.

Так, представитель потерпевшего Я. показала, что погибший Б. являлся ее родным братом. С 2015 года Б. проживал в г. Верхотурье, работал грузчиком на пекарне ООО «Сервис-маркет», на пилораме у частного предпринимателя. Брат привлекался к уголовной ответственности в 2010 году за угон автомобиля. Уголовное дело прекратили в суде в связи с примирением с потерпевшим. Б. может охарактеризовать только с положительной стороны, как спокойного, не агрессивного, справедливого. Спиртное брат употреблял, но не злоупотреблял. О смерти брата она узнала 16.04.2018 от Е. (л.д. 72-76, том 2).

Как гражданский истец Я. на исковом заявлении настаивала.

Свидетель М. показал, что 16.04.2018, в квартире ******* (адрес обезличен), он с ФИО1, З. и Б. распивали спиртное в квартире Н., где он уснул, его разбудил З., сказав, между ФИО1 и Б. произошел конфликт. Он увидел, что ФИО1 стоит над лежащим на полу Б. Их разняли, он снова уснул, его опять разбудил З., сказав, что опять началась драка между ФИО1 и Б., но уже на балконе. Он увидел, что ФИО1 стоял над Б. Он завел ФИО1 домой. З. ушел. ФИО1 опять стоял с Б. на балконе, держал последнего головой вниз с балкона. Он хотел помочь, но ФИО1 сказал, что сам разберется. Он повернулся, чтобы выйти с балкона, и увидел, что Б. уже нет на балконе. ФИО1 сказал, что Б. упал, не удержался. Он посмотрел с балкона вниз, Б. лежал на земле. Он не видел, как Б. упал с балкона. Он с ФИО1 вызвали такси и уехали. От сотрудников полиции ему известно, что Б. умер.

Допрошенный во время предварительного следствия 16.04.2018 свидетель М. показал, что 16.04.2018 в квартире ******* (адрес обезличен), он с ФИО1, З. и Б. распивали спиртное в квартире Н., где он уснул. Между ФИО1 и Б. произошел конфликт. Его разбудил З. и попросил успокоить ФИО1 Он увидел, что Б. лежал на полу балкона, с капюшоном куртки на голове. ФИО1 стоял, наклонившись над Б. и говорил о пропаже телефона. Он завел ФИО1 в комнату. Б. продолжал лежать на полу балкона. Затем З. ушел, а он уснул. Его разбудил ФИО1 и сказал, что тот Б. выкинул. Он не поверил ФИО1, вышел на балкон и увидел внизу на земле тело Б. Он вызвал такси и с ФИО1 уехал к Р., откуда их забрали сотрудники полиции (л.д. 92-95, том 2).

Допрошенный во время предварительного следствия 17.04.2018 свидетель М. показал, что 16.04.2018, в утреннее и дневное время, в квартире Н. ******* (адрес обезличен), он с ФИО1, З. и Б. распивали спиртное. Он заснул. Его разбудил З. и попросил успокоить ФИО1 и Б. Он увидел, что Б. лежал на полу балкона, с капюшоном куртки на голове. ФИО1 стоял, наклонившись над Б., говорил о пропаже телефона. При нем ФИО1 Б. не бил, но на одежде, джинсах, и на правой руке ФИО1 он видел кровь. Он завел ФИО1 в комнату. Они пили водку. Б. продолжал лежать на полу балкона. Затем З. ушел. ФИО1 пошел на балкон, открыл окно балкона и начал поднимать Б. с пола, взяв того руками, обняв сзади. Руки ФИО1 оказались под руками Б., ФИО1 начал поднимать Б. с пола, подводить к окну. Он понял, что ФИО1 хочет выкинуть Б. с балкона вниз. Он подбежал к балкону, схватил Б. за ноги, потянул на себя. Одной рукой ФИО1 толкнул его в грудь, и он оказался в комнате. В этот момент ФИО1 положил Б. на подоконник, взял рукой последнего между ног и сбросил вниз. Все это время Б. сопротивлялся, вырывался из рук ФИО1, хватался за подоконник. 17.04.2018, на очной ставке с ФИО1, испугавшись последнего, он дал иные показания (л.д. 96-99, том 2).

Из протокола проверки показаний на месте от 17.04.2018 следует, что в квартире ******* (адрес обезличен) свидетель М. полностью подтвердил показания, которые даны им в ходе дополнительного допроса в качестве свидетеля 17.04.2018 (л.д. 100-104, том 2).

Допрошенный во время предварительного следствия 08.08.2019 свидетель М. показал, что он был в квартире у Н. с ФИО1, Б. и З. Все были в состоянии алкогольного опьянения. Он уснул. Его разбудил З., попросил успокоить ФИО1, который дрался с Б. Он встал. ФИО1 стоял над лежащим на полу на балконе Б., вел себя агрессивно. Он завел ФИО1 в комнату, Б. остался лежать на балконе. Они выпили. Он уснул. Его снова разбудил З. и попросил успокоить ФИО1 Он оттащил ФИО1, Б. лежал на балконе, лицом вниз. Крови было немного. Они снова выпили. ФИО1 сказал, что бил Б. из-за телефона. ФИО1 опять пошел к Б. на балкон, где ФИО1 и Б. ругались. ФИО1 начал кидать Б., потом поднял последнего над окном балконом и держал. Он просил подсудимого успокоиться и отпустить Б. ФИО1 сказал, что сам разберется. Он пошел в сторону выхода, был справа относительно окна, а ФИО1 слева. ФИО1 удерживал Б. таким образом, что головой и грудью тот был высунут на улицу из окна. От Б. была кровь, которая капала на улицу. Когда он повернулся и направился к двери в комнату, ФИО1 отпустил или оттолкнул Б., из-за чего последний выпал из окна. Он попытался схватить Б. за ноги или за пояс, чтобы не дать ему выпасть, но не успел. Б. был в сознании, закрывал голову руками, защищаясь от ударов подсудимого. Он не видел, чтобы Б. сам в ответ наносил удары. Он с ФИО1 посмотрели в окно. Он вызвал такси, и они с ФИО1 уехали. ФИО1 осознавал, что совершил преступление, подтверждал, что выкинул Б. из окна. Он характеризует ФИО1, как спокойного, но в состоянии алкогольного опьянения тот становится агрессивным (л.д. 223-229, том 4).

После оглашения показаний свидетель М. пояснил, что показания подтверждает полностью, пояснив, что первые показания не правдивые, так как ему было жалко ФИО1

Поэтому суд берет за основу показания свидетеля М., данные в ходе предварительного следствия 17.04.2018 и 08.08.2019, оглашенные в судебном заседании, поскольку оснований для оговора подсудимого со стороны свидетеля не установлено. Показания свидетеля М. согласуются с показаниями иных свидетелей по делу, дополняют друг друга, подтверждаются иными доказательствами по делу.

В ходе очной ставке 17.04.2018 с ФИО1, М. указывал, что со слов ФИО1 ему известно, что ФИО1 выбросил Б. с балкона, в этот момент он спал. После изложения ФИО1 своей позиции по полному отрицанию вины в причинении смерти ФИО2, М. изменил свои показания, пояснив, что не помнит слов ФИО1 относительно падения Б. с балкона, возможно ФИО1 сказал, что Б. выкинулся или выпал (л.д. 168-173, том 2).

Согласно протоколу очной ставки между обвиняемым ФИО1 и свидетелем М. от 29.01.2020, М. показал, что во время конфликта между ФИО1 и Б., его несколько раз просили успокоить ФИО1 Он выходил на балкон и видел, что Б. в окне висел вниз головой. ФИО1 держал за поясницу Б. и контролировал его. Б. большей частью тела находился за окном. Он попытался их разнять, но ФИО1 сказал ему уйти. Он пошел в комнату, а когда вернулся на балкон, то Б. уже не было. Он и ФИО1 посмотрели в окно и увидели Б. внизу. ФИО1 не согласился с показаниями М., показав, что не был на балконе и не выбрасывал Б., так как в это время спал. М. настаивал на своих показаниях (л.д. 75-78, том 5).

Согласно заключению эксперта № 565-2019/163 от 21.08.2019, в ходе психофизиологической экспертизы с применением полиграфа были выявлены реакции, не позволяющие ни подтвердить, ни опровергнуть информацию, сообщенную М. относительно того, что в тот день у него не было конфликта с Б., он не совершал действия, которые привели к смерти Б.; в этот день М. не нанес ни одного удара Б. (л.д. 185-190, том 4).

Свидетель З. показал, что 16.04.2018 в квартире ******* (адрес обезличен), он, М., ФИО1 и Б. распивали спиртные напитки. ФИО1 искал свой телефон. Он уснул, когда проснулся, в комнате между ФИО1 и Б. был конфликт. ФИО1 избивал Б. Он испугался, разбудил М., который успокоил подсудимого. После этого ФИО1 вытащил на балкон Б., где спросил последнего, сомневается ли тот в его словах. Он снова попросил М. успокоить подсудимого, после чего ушел на кухню. Когда выходил с кухни, он услышал звуки металла с балкона, повернулся и увидел, что М. стоял с правой стороны, ФИО1 с левой стороны, смотрели вниз. Б. на балконе не было. Позже он узнал, что Б. умер в больнице, получил черепно-мозговую травму при падении. Он не видел, как Б. падал. От М. ему известно, что ФИО1 скинул, вытолкнул Б.

Допрошенный во время предварительного следствия 16.04.2018 свидетель З. показал, что 16.04.2018 в квартире Н. ******* (адрес обезличен), он с М., ФИО1 и Б. распивали спиртное. ФИО1 сказал, что потерял телефон. Он уснул, проснулся от криков и увидел, что Б. лежал на полу балкона, прикрывал лицо, а ФИО1 стоял над Б. и нанес три удара кулаком по лицу последнего. В районе носа Б. он увидел кровь. Он разбудил М. и попросил разнять дерущихся. В этот момент ФИО1 взял Б. за куртку сзади, приподнял и вытолкнул голову Б. через открытое окно балкона на улицу, спросив последнего, что тот сомневается в его словах. М. попросил ФИО1 успокоиться. ФИО1 отпустил Б., зашел в комнату и сел на диван. После этого он ушел (л.д. 113-116, том 2).

Дополнительно допрошенный во время предварительного следствия 09.07.2018 свидетель З. показал, что куртка, которую у него изъяли 16.04.2018, принадлежит ФИО1 Данную куртку ему передал ФИО1 16.04.2018 утром в квартире Н. Взамен он отдал ФИО1 свою куртку, которую изъяли у последнего 16.04.2018. В квартире Н. он был без куртки, она лежала на краю дивана, около столика. Кровь на куртке может принадлежать Д., с которым накануне у ФИО1 был конфликт и драка. Также ФИО1 мог одеть куртку во время конфликта с Б., так как забыл, что отдал куртку ему. Когда он проснулся, конфликт между ФИО1 и Б. уже заканчивался. В этот момент ФИО1 был без куртки. Он Б. не бил, к нему не подходил. Кровь на джинсах может принадлежать ему (л.д. 117-120, том 2).

Допрошенный во время предварительного следствия 07.08.2019 свидетель З. показал, что 16.04.2018 в квартире у Н. он поменялся с ФИО1 куртками. Все были в состоянии алкогольного опьянения. Он уснул, проснулся от шума и увидел, что ФИО1 стоял, согнувшись над лежащим на полу в комнате Б., закрывавшим руками лицо, спросив последнего, что тот сомневается в его словах. Он попросил М. успокоить подсудимого. ФИО1 успокоился и сел. Он в этот момент одел его куртку. ФИО1 опять соскочил, схватил за воротник Б., упирающегося руками в рамы окна, и потащил на балкон, где подвел Б. к открытому окну и опять спросил последнего, что сомневается ли тот в его словах. Он снова попросил М. успокоить подсудимого. ФИО1 отпустил Б. и сел на диван. Б. остался лежать на полу, на балконе. Он ушел на кухню, когда вернулся, то услышал звук от железного подоконника, повернувшись, увидел в окне ноги, что они полетели вниз. Справа от открытого окна стоял М., слева стоял ФИО1, смотрели в открытое окно. Он вышел из квартиры, обнаружил, что в куртке нет его ключей, пошел обратно. ФИО1 уже сидел на диване. Он взял ключи и ушел к себе (л.д. 241-248, том 4).

После оглашения показаний свидетель З. пояснил, что показания от августа месяца подтверждает полностью. Ранее давал другие показания, так как боится подсудимого.

Поэтому суд берет за основу показания свидетеля З., данные в ходе предварительного следствия 07.08.2019 и оглашенные в судебном заседании, поскольку оснований для оговора подсудимого со стороны свидетеля не установлено. Показания свидетеля З. согласуются с показаниями иных свидетелей по делу, дополняют друг друга, подтверждаются иными доказательствами по делу.

В ходе очной ставки 28.01.2020 с ФИО1, З. пояснил, что во время конфликта между ФИО1 и Б. он несколько раз просил М. успокоить ФИО1 Затем он уходил в кухню. Когда возвращался из кухни, то услышал звук стука железа о кирпичи балкона, когда повернулся, то увидел на балконе ноги падающего вниз человека. На балконе рядом с окном стояли ФИО1 и М., ФИО1 не согласился с показаниями З., показав, что не был на балконе и не выбрасывал Б., так как в это время спал. З. настаивал на своих показаниях (л.д. 60-65, том 5).

В соответствии с протоколом очной ставки между свидетелями З. и М. от 08.08.2019, З. показал, что во время конфликта между ФИО1 и Б. он несколько раз просил М. успокоить ФИО1 Затем он уходил в кухню. Когда возвращался, то услышал как что-то бьётся об металлический карниз балкона, повернулся и увидел на балконе ноги падающего вниз человека. ФИО1 и М. стояли на балконе рядом с окном. М. частично с ними не согласился, показав, что когда З. в последний раз попросил его успокоить ФИО1, то он вышел на балкон и попытался удержать Б., так как ФИО1 по грудь вытолкал того из окна. Однако, ФИО1 сказал ему, что сам разберется и оттолкнул его. Когда он выходил с балкона, то ФИО1 отпустил или вытолкал Б. из окна. З. настаивал на своих показаниях (л.д. 11-21, том 5).

Согласно заключению эксперта (психофизиологическая экспертиза с применением полиграфа) № 565-2019/162 от 21.08.2019, З. располагает информацией о деталях случившегося, которая согласуется с его показаниями (подтверждает их) относительно того, что он не совершал действия, которые привели к смерти Б.; в тот день З. не нанес ни одного удара Б., не выбрасывал с балкона Б. Информация, которой располагает З., могла быть им получена на момент событий, связанных с лишением жизни Б. (л.д. 163-175, том 4).

Таким образом, показания свидетелей М. и З. полностью согласуются между собой и подтверждают факт того, что между Б. и ФИО1 был конфликт, и что именно ФИО1 скинул Б. с балкона квартиры, находящейся на третьем этаже.

Свидетель Р. показал, что 16.04.2018 к нему пришли ФИО1 с М. в состоянии опьянения, распивали у него пиво. Он был в другой комнате, слушал музыку. Минут через 20 к ним пришла девушка. Они ругались, кричали. Девушка плакала, потом уехала. Они легли спать, уснули, приехали из полиции и их забрали. От знакомых ему известно, что на Химзаводе произошло убийство, в окно выкинули Б., что там были ФИО1 с М., ФИО1 ему сказал, что в этот момент спал пьяный, когда проснулся, вышел на балкон. Б. уже лежал внизу.

Допрошенный во время предварительного следствия 12.08.2019 свидетель Р. показал, что с ФИО1 находится в дружеских отношениях, характеризует его, как спокойного, но склонного к употреблению спиртного, в состоянии алкогольного опьянения способного на противоправное поведение. С Б. он отношения не поддерживал. Охарактеризовать Б. может как человека, который в состоянии алкогольного опьянения был способен на подлость, не следил за своими словами, мог повести себя дерзко. 16.04.2018, около 14:00, к нему пришли ФИО1 и М. в состоянии алкогольного опьянения. У него они распивали спиртное на кухне, громко кричали. Он был в другой комнате, слушал музыку. Спустя некоторое время к ним пришла девушка, в руках у неё был черный пакет, она ругалась с ФИО1 и М. Через 15-20 минут она ушла. ФИО1 и М. продолжили распивать спиртное, а потом уснули. Около 15:00 к нему приехали сотрудники полиции и забрали М. и ФИО1 От П. ему известно о смерти Б., что тот выпал из окна квартиры Н., где в этот момент находился ФИО1, который впоследствии ему пояснил, что когда они распивали спиртное в квартире Н., тот уснул, а проснувшись, зашел на балкон, посмотрел вниз и увидел лежащего на земле Б., после чего с М. приехал к нему (л.д. 34-37, том 5).

После оглашения показаний свидетель Р. пояснил, что показания подтверждает полностью.

Суд берет за основу показания свидетеля Р., данные в ходе предварительного следствия и оглашенные в судебном заседании, поскольку оснований для оговора подсудимого со стороны свидетеля не установлено. Показания свидетеля Р. согласуются с показаниями иных свидетелей по делу, дополняют друг друга, подтверждаются иными доказательствами по делу.

Допрошенная во время предварительного следствия 17.04.2018 С. показала, что 16.04.2018, около 12:00, она пошла гулять во двор их дома ******* (адрес обезличен). На детской площадке она находилась около 5 минут. После этого пошла домой. Она подошла к подъезду и взглянула на соседний дом № ***. На балконе квартиры, расположенной на третьем этаже дома, она увидела двоих парней, которые толкали руками третьего к открытому окну. Первый парень держал третьего парня руками за шею и спину, и толкал вперед к открытому окну. Второй парень в это время просто стоял на балконе. Третий парень сопротивлялся, хватался за балкон руками, не кричал. Она увидела, что третий парень находится слишком далеко на улице. Первый парень толкал третьего в шею и спину. Потом второй парень приподнял третьего за ноги и вдвоем они вытолкали третьего в окно. Третий парень полетел вниз и упал на землю. Все это продолжалось около двух минут. Она испугалась и побежала домой, где рассказала маме об увиденном. С мамой они вышли на улицу, мама обратилась к соседу К., который работает в полиции, попросила вызвать врачей. Лица парней она не видела. Из одежды она запомнила, что парни были в футболках, цвета их не запомнила. Особых примет она не заметила. У первого парня на руке, какой точно не помнит, она видела рисунок, похожий на татуировку. Из-за дальнего расстояния описать татуировку подробно не может. Татуировка располагалась по всей длине руки, от плеча и до кисти (л.д. 131-134, том 2).

Из протокола проверки показаний на месте от 17.04.2018 следует, что С. полностью подтвердила показания, данные в ходе допроса в качестве свидетеля 17.04.2018 (л.д. 135-139, том 2).

Согласно заключению комиссии экспертов от 16.09.2019 № 1-1533-19, С. не обнаруживает таких нарушений восприятия, внимания, памяти, мышления, а также индивидуально-психологических особенностей, которые лишали бы ее способности правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них показания. В исследуемой юридической ситуации, а также в настоящее время у С. не выявлено и не выявлялось признаков помрачения сознания, наличия психотической симптоматики, временного болезненного расстройства психической деятельности, она подробно давала показания об исследуемых событиях, при этом указывала время, место и последовательность событий, у нее сохранены и достаточны для ее возраста память, интеллект, познавательные эмоциональная, волевая сферы, то есть С. могла правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела и давать о них показания. С целью избежания дополнительной психологической травматизации не рекомендуется участие С. в следственном процессе, а также в судебном заседании. Признаков повышенной склонности к фантазированию не обнаруживает (л.д. 210-214, том 4).

Свидетель Ч. показала, что 16.04.2018 С., пошла гулять во двор дома по ******* (адрес обезличен). Когда возвращалась, дойдя до подъезда, увидела, что с рядом стоящим 3-х этажным домом, с 3 этажа выталкивали человека. Она испугалась, забежала домой, рассказала ей, что с красного дома с 3 этажа выкинули парня. Она вышла во двор вместе с соседом К., который работает в полиции, метра 3 не дошла до этого выкинувшего парня, который лежал без движений, курточка на голове, лица не было видно. Он лежал на расстоянии 1,5 – 2 метра от дома ******* (адрес обезличен). На балконе, на 3 этаже данного дома стоял подсудимый ФИО1 и еще один черненький, смотрели вниз. К. вызвал полицию. С. на манекене показывала сотрудникам полиции, что она видела.

Допрошенная во время предварительного следствия 02.09.2019 свидетель Ч. показала, что 16.04.2018, в дневное время, С. пошла гулять во двор, вернулась встревоженная, рассказала, что когда возвращалась домой, увидела, что два парня выкинули еще одного парня из окна третьего этажа соседнего дома. При этом тот парень сопротивлялся. Они вместе с ней вышли на улицу. Она увидела, что в соседнем доме, на балконе третьего этажа стоят двое молодых людей. Один из них был ФИО1 Рядом с ним стоял темненький молодой человек. Затем внизу она увидела лежащего молодого человека на земле под балконом, где были ФИО1 и темненький. Молодой человек не шевелился, звуков не издавал, на нем не было обуви, были носки, куртка закрывала его голову. Сосед К., который работает в полиции, вызвал скорую. С. стало плохо, поэтому они вернулись с ней домой (л.д. 22-25, том 5).

После оглашения показаний свидетель Ч. пояснила, что показания подтверждает полностью.

Суд берет за основу показания свидетеля Ч., данные в ходе предварительного следствия и оглашенные в судебном заседании, поскольку оснований для оговора подсудимого со стороны свидетеля не установлено. Показания свидетеля Ч. согласуются с показаниями иных свидетелей по делу, дополняют друг друга, подтверждаются иными доказательствами по делу.

В соответствии с рапортом и.о. руководителя Верхотурского МСО СУ СК Российской Федерации по Свердловской области Л. об обнаружении признаком состава преступления от 16.04.2018, в Верхотурский МСО СУ СК Российской Федерации по Свердловской области поступило сообщение по факту смерти ГБУЗ СО «ЦРБ Верхотурского района» Б. у дома ******* (адрес обезличен) (л.д. 11, том 1).

Согласно рапорту оперативного дежурного ОП № 33 МО МВД России «Новолялинский» майора полиции В., 16.04.2018, в 12:25, от К. поступило сообщение о том, что с третьего этажа дома по адресу: ******* (адрес обезличен), упал человек (л.д. 14, том 1).

Из справки ГБУЗ СО «ЦРБ Верхотурского района» от 18.04.2018 следует, что 16.04.2018, в 12:55, в реанимационное отделение ГБУЗ СО «ЦРБ Верхотурского района» поступил Б., ******* (дата обезличена) г.р. Смерть Б. констатирована 16.04.2018, в 14:00 (л.д. 33, том 1).

В соответствии с протоколом осмотра места происшествия от 16.04.2018, осмотрена квартира ******* (адрес обезличен). В квартире на полу комнаты, на пороге балкона и на внешней стороне стенки балкона обнаружены следы вещества бурого цвета, похожего на кровь, в виде пятен и потеков. На карнизе балкона квартиры, расположенной на втором этаже дома, на расстоянии 130 см от подоконника окна балкона квартиры № 27, обнаружены не менее 10 пятен вещества бурого цвета, похожего на кровь. Балкон расположен на расстоянии не менее 7 метров от земли (л.д. 16-31, том 1).

На основании протокола осмотра места происшествия от 16.04.2018, в помещении отделения скорой медицинской помощи ГБУЗ СО «ЦРБ Верхотурского района» по адресу: <...>, находятся вещи потерпевшего Б.: джинсы, свитер, футболка, куртка, трусы, носки, ремень, мобильный телефон «LG». Указанные предметы с места происшествия изъяты (л.д. 47-51, том 1).

Из протокола осмотра предметов от 21.04.2018 следует, что осмотрены вещи потерпевшего Б.., на вещах обнаружены следы вещества, похожего на кровь (л.д. 52-57, том 1).

На основании постановления о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств от 21.04.2018, признаны и приобщены к материалам уголовного дела в качестве вещественных доказательств джинсы, свитер, футболка, куртка, трусы, носки, ремень и мобильный телефон «LG», изъятые 16.04.2018 при осмотре места происшествия, которые хранятся в камере хранения вещественных доказательств Верхотурского МСО СУ СК Российской Федерации по Свердловской области (л.д. 58, том 1).

В соответствии с постановлением о возвращении вещественных доказательств от 10.09.2018, вещественное доказательство – мобильный телефон «LG» возвращен владельцу Я. (л.д. 59, том 1).

Согласно протоколу выемки от 17.04.2018, у ФИО1 произведена выемка одежды: куртки, джинс, футболки, носок и ботинок, которые упакованы в полимерные пакеты (л.д. 72-78, том 1).

В соответствии с протоколом осмотра предметов от 21.04.2018, произведен осмотр одежды, изъятой у ФИО1 При использовании теста «Гемофан» и источника экспертного света «Projectina SL-450» на одежде обнаружены следы вещества, похожего на кровь (л.д. 79-83, том 1).

На основании постановления о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств от 21.04.2018, признаны и приобщены к материалам уголовного дела в качестве вещественных доказательств куртка, джинсы, футболка, носки и ботинки, изъятые 17.04.2018 у ФИО1, которые хранятся в камере хранения вещественных доказательств Верхотурского МСО СУ СК Российской Федерации по Свердловской области (л.д. 84, том 1).

Согласно протоколу выемки от 17.04.2018, у М. произведена выемка одежды: куртки, штанов, носок, носок из шерсти и галош, которые упакованы в полимерные пакеты (л.д. 97-103, том 1).

В соответствии с протоколом осмотра предметов от 21.04.2018, произведен осмотр одежды, изъятой у М. На предметах одежды обнаружены следы вещества, похожего на кровь (л.д. 104-108, том 1).

На основании постановления о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств от 21.04.2018, признаны и приобщены к материалам уголовного дела в качестве вещественных доказательств куртка, штаны, носки, носки из шерсти и галоши, изъятые 17.04.2018 у свидетеля М., которые хранятся в камере хранения вещественных доказательств Верхотурского МСО СУ СК Российской Федерации по Свердловской области (л.д. 109, том 1).

Согласно протоколу выемки от 16.04.2018, у З. произведена выемка одежды: куртки, кофты, джинс, футболки и тапочек, которые упакованы в полимерные пакеты (л.д. 122-129, том 1).

В соответствии с протоколом осмотра предметов от 21.04.2018, произведен осмотр одежды, изъятой у З. На предметах одежды обнаружены следы вещества, похожего на кровь (л.д. 130-135, том 1).

На основании постановления о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств от 21.04.2018, признаны и приобщены к материалам уголовного дела в качестве вещественных доказательств куртка, кофта, джинсы, футболка и тапочки, изъятые 16.04.2018 у свидетеля З., которые хранятся в камере хранения вещественных доказательств Верхотурского МСО СУ СК Российской Федерации по Свердловской области (л.д. 136, том 1).

Из протокола освидетельствования от 12.08.2019 следует, что у ФИО1 на левой руке, на задней поверхности плеча, от плечевого сустава до локтевого сустава, обнаружена татуировка в виде надписи: «******* (надпись обезличена)». На правой руке, на задней поверхности плеча, от плечевого сустава до локтевого сустава, обнаружена татуировка в виде надписи: «******* (надпись обезличена)». Иных татуировок на руках не обнаружено (л.д. 45-54, том 5).

В соответствии с протоколом освидетельствования от 07.08.2019, у М. татуировки на теле не обнаружены (л.д. 231-239, том 4).

Согласно протоколу освидетельствования от 07.08.2019, у З. обнаружена татуировка на левой руке, на внешней поверхности, от запястья до середины плеча, в виде множества искривленных полос. Иных татуировок не обнаружено (л.д. 1-5, том 5).

Из показаний свидетеля С. следует, что она видела на руке лица, сбросившего с балкона Б., татуировку. Из протоколов освидетельствования ФИО1, М. и З. следует, что на руках ФИО1 имеются татуировки, на теле М. татуировки отсутствуют. На левой руке З. имеется татуировка. Однако, как следует из показаний свидетелей З. и М., 16.04.2018 на З. была одета кофта с длинным рукавом, ФИО1 же был одет в футболку с коротким рукавом. Таким образом, свидетель С. могла видеть татуировку на руке именно ФИО1 Свидетель Ч. также подтвердила, что она видела татуировку именно на руке ФИО1, а не другого лица, находящегося на балконе.

Из заключения эксперта (экспертиза трупа) № 59 от 18.05.2018 следует, что смерть Б. наступила вследствие открытой черепно-мозговой травмы ******** (телесные повреждения обезличены).

Выводы эксперта полностью согласуется с установленными по делу обстоятельствами, а именно, что между ФИО1 и Б. был конфликт, в результате которого ФИО1 наносил потерпевшему удары по телу, затем скинул его с балкона третьего этажа. Характерные повреждения соответствует обстоятельствам случая, и соответствуют обстоятельствам произошедшего между потерпевшим и подсудимым.

Согласно заключению эксперта № 820 био от 22.06.2018, ******** (заключение экспертизы обезличено).

На основании заключения эксперта № 821 био от 18.06.2018, ******** (заключение экспертизы обезличено).

Из заключения эксперта № 822 био от 22.06.2018 ******** (заключение экспертизы обезличено).

Согласно заключению эксперта № 823 био от 22.06.2018, ******** (заключение экспертизы обезличено).

На основании заключения эксперта № 817 мг от 22.06.2018, ******** (заключение экспертизы обезличено).

Из заключения эксперта № 818 мг от 22.06.2018 ******** (заключение экспертизы обезличено).

В соответствии с заключением эксперта № 819 мг от 22.06.2018, ******** (заключение экспертизы обезличено).

Согласно заключению эксперта № 1026 мг от 09.08.2018, ******** (заключение экспертизы обезличено).

Из заключения эксперта № 1027 мг от 09.08.2018 ******** (заключение экспертизы обезличено).

В соответствии с заключением эксперта № 1025 мг от 09.08.2018, ******** (заключение экспертизы обезличено).

Таким образом, наличие на вещах ФИО1 крови Б. подтверждает факт того, что именно ФИО1 причинил повреждения Б. в ходе конфликта.

Суд считает выводы экспертов объективными, соответствующими фактическим обстоятельствам дела, надлежаще мотивированными и сомнений у суда не вызывающими. Заключения экспертов выполнены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, являются допустимыми доказательствами, поэтому могут быть положены в основу приговора.

Таким образом, проанализировав все доказательства в их совокупности, суд считает, что вина подсудимого ФИО1 в инкриминируемом преступлении полностью доказана.

Действия подсудимого ФИО1 следует квалифицировать по ч. 1 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, поскольку об умысле на убийство потерпевшего свидетельствуют действия подсудимого, который перевалил Б. через подоконник и выбросил головой вниз с балкона квартиры, расположенной на 3 этаже дома, с высоты более 7 метров, то есть ФИО1 осознавал общественную опасность своих действий, предвидел возможность наступления общественно опасных последствий. После совершенного преступления ФИО1, осознавая тяжесть причиненных Б. повреждений и предвидя возможность наступления общественно опасных последствий, не предпринял мер к оказанию помощи Б., что также указывает на желание наступления смерти Б. Таким образом, суд считает, что ФИО1 совершил именно умышленное убийство Б.

Доводы подсудимого и защитника о том, что ФИО1 с подоконника балкона Б. не выбрасывал, и кто это сделал, ему неизвестно, опровергаются пояснениями самого подсудимого, данными им в протоколе явки с повинной от 16.04.2018 в присутствии защитника (л.д. 153, том 2) и в протоколе задержания подозреваемого от 17.04.2018 (л.д. 154-158). Кроме того, на различных стадиях производства по делу ФИО1 давал противоречивые показания в части описания основного момента – падения ФИО2 с балкона, объясняя указанные противоречия тем, что его допрашивали в состоянии опьянения, он не читал протоколы допросов, не знал, что в них изложено.

Доводы подсудимого о том, что в протоколы допросов следователем внесены неверные сведения, о которых он не сообщал, являются несостоятельными, поскольку указанные протоколы соответствуют требованиям уголовно-процессуального законодательства, ФИО1 был допрошен в присутствии защитника, имел возможность как самостоятельно реализовать разъясненные ему процессуальные права, так и воспользоваться помощью защитника, какие-либо замечания в протоколы следственных действий не вносились.

Доводы подсудимого о том, что он допрашивался в состоянии алкогольного опьянения, и не помнит, какие давал показания, также не могут быть приняты судом, так как в качестве обвиняемого ФИО1 допрашивался 18.04.2018, то есть через два дня после происшествия, при этом полностью подтвердил показания, данные в качестве подозреваемого 17.04.2018. В связи с чем, суд считает, что указанные доказательства являются допустимыми, и могут быть положены в основу приговора.

Доводы подсудимого и защитника о том, что С. могла опознавать в судебном заседании лиц, находящихся на балконе, в связи с чем её вызов в судебное заседание был необходим, являются несостоятельными. Свидетель С. ранее по настоящему уголовному делу допрашивалась в судебном заседании, стороне защиты была предоставлена возможность задать вопросы, при этом свидетель пояснила, что лиц людей, находящихся на балконе, она не помнит. С учетом заключения экспертизы комиссии экспертов от 16.09.2019 № 1-1533-19, с целью избежания дополнительной психологической травматизации не рекомендуется участие С. в судебном заседании (л.д. 210-214, том 4). Таким образом, вызов С. в судебное заседание являлся нецелесообразным.

Доводы подсудимого о том, что свидетели его оговаривают, не нашли своего подтверждения в судебном заседании. Показания свидетелей полностью согласуются между собой и не противоречат установленным обстоятельствам, никто из свидетелей не указал на наличие неприязненных отношений с подсудимым, подсудимый также не указывал на наличие неприязненных отношений и основание свидетелей его оговаривать.

Суд расценивает позицию ФИО1 по не признанию своей вины, как избранную линию защиты, противоречащую иным доказательствам по делу, не доверять которым оснований в суде не установлено.

При назначении подсудимому наказания суд, в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 43, 60-63 Уголовного кодекса Российской Федерации, руководствуясь принципами справедливости и гуманизма, учитывает характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, данные о личности подсудимого, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, наступившие по делу последствия, влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи.

Преступление, совершенное подсудимым ФИО1, относится к категории особо тяжких преступлений.

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимого ФИО1 согласно ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации, являются явка с повинной, которая дана подсудимым в день возбуждения уголовного дела (п. «и» ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации), ********* (обстоятельства частной жизни обезличены) (п. «г» ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации), состояние здоровья (ч. 2 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации).

Суд не учитывает в качестве обстоятельства, смягчающего наказание подсудимого ФИО1 согласно п. «и» ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, поскольку в судебном заседании не добыто доказательств активного способствования раскрытию и расследованию преступления подсудимым. Напротив, на различных стадиях производства по делу ФИО1 давал противоречивые показания в части описания основного момента – падения Б. с балкона, вину в предъявленном обвинении не признает.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого ФИО1 согласно ст. 63 Уголовного кодекса Российской Федерации, не имеется.

Согласно ч. 1.1 ст. 63 Уголовного кодекса Российской Федерации, суд, назначающий наказание, в зависимости от характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения и личности виновного может признать отягчающим обстоятельством совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

Однако, в силу ч. 1.1 ст. 63 Уголовного кодекса Российской Федерации само по себе совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, не является единственным и достаточным основанием для признания такого состояния обстоятельством, отягчающим наказание.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 31 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2015 № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», при разрешении вопроса о возможности признания указанного состояния лица в момент совершения преступления отягчающим обстоятельством суду надлежит принимать во внимание влияние состояния опьянения на поведение лица при совершении преступления.

Так, в судебном заседании не добыто доказательств влияния состояния опьянения на поведение ФИО1 при совершении преступления.

При назначении наказания ФИО1 суд учитывает наличие смягчающих и отсутствие отягчающих обстоятельств, а также то, что подсудимый работает, удовлетворительно характеризуется участковым уполномоченным полиции по месту жительства, в течение последнего года не привлекался к административной ответственности, однако совершил особо тяжкое преступление, направленное против жизни и здоровья, в связи с чем представляющее повышенную общественную опасность, поэтому суд считает, что исправление подсудимого невозможно без реального отбывания наказания.

При определении размера наказания ФИО1 суд учитывает требования ч. 1 ст. 62 Уголовного кодекса Российской Федерации, а также отсутствие отягчающих обстоятельств, наличие смягчающих обстоятельств, предусмотренных п. «и» ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации, иные смягчающие обстоятельства, возраст подсудимого, состав его семьи, характеристики с места жительства, состояние здоровья, влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи.

В связи с характером и степенью общественной опасности совершенного преступления, данными о личности подсудимого, суд не находит оснований для изменения категории совершенного преступления на менее тяжкую, в соответствии с ч. 6 ст. 15 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Оснований для применения ст. 73, ст. 64 Уголовного кодекса Российской Федерации при назначении наказания подсудимому ФИО1 суд не усматривает.

С учетом данных о личности подсудимого, состава его семьи, влияния назначенного наказания на его исправление, фактических обстоятельств совершенного преступления суд считает возможным не назначать подсудимому ФИО1 дополнительное наказание в виде ограничения свободы.

При определении вида исправительного учреждения ФИО1 суд учитывает требования п. «в» ч. 1 ст. 58 Уголовного кодекса Российской Федерации и назначает местом отбытия наказания исправительную колонию строгого режима, поскольку подсудимый осужден к лишению свободы за совершение особо тяжкого преступления, ранее не отбывал лишение свободы.

В соответствии со ст. 97 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, для обеспечения исполнения приговора в части назначенного наказания в виде лишения свободы, суд считает необходимым отменить меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, избрать меру пресечения подсудимому ФИО1 в виде заключения под стражу, взяв его под стражу в зале суда, исходя из фактических обстоятельств дела и данных о личности подсудимого, а также исходя из интересов обеспечения приговора, так как под страхом реально назначенного наказания подсудимый может скрыться.

Согласно п. «а» ч. 3.1 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 03.07.2018 № 186-ФЗ), время содержания лица под стражей засчитывается в срок лишения свободы, за исключением случаев, предусмотренных частями 3.2 и 3.3 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации, из расчета один день за один день отбывания наказания в тюрьме либо исправительной колонии строгого или особого режима.

В силу ч. 3.4 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации, время нахождения лица под домашним арестом засчитывается в срок содержания лица под стражей до судебного разбирательства и в срок лишения свободы из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день содержания под стражей или лишения свободы.

На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 03.07.2018 № 186-ФЗ) срок отбытия наказания должен исчисляться со дня вступления приговора в законную силу, с зачетом в срок лишения свободы в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации времени содержания под стражей с 17.04.2018 по 22.03.2019 и с 17.03.2021 до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

На основании ч. 3.4 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 03.07.2018 № 186-ФЗ) в срок отбытия наказания подлежит зачету время содержания под домашним арестом с 22.03.2019 по 23.06.2019 включительно из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день содержания под стражей или лишения свободы.

В ходе предварительного следствия потерпевшей Я. заявлен гражданский иск о взыскании с подсудимого ФИО1 материального ущерба, связанного с погребением Б., в размере 52 665 рублей и компенсации морального вреда, размер которой в ходе судебного заседания увеличен до 1 000 000 рублей.

Подсудимый, как гражданский ответчик ФИО1 заявленные исковые требования не признал в полном объеме.

В соответствии со ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Потерпевшей, как гражданским истцом, представлены надлежащие и достаточные доказательства (л.д. 219-222, том 2), подтверждающие транспортные услуги по перевозке трупа, погребение и обустройство место захоронения, на что понесены расходы по квитанциям ИП ФИО3 на сумму 45 800 рублей, организацию поминального обеда, на что понесены расходы, подтвержденные МАОУ «СОШ № 46», в размере 6 865 рублей. Обстоятельств несоразмерности расходов, несению расходов, не связанных с похоронами, судом не установлено. В связи с чем с ответчика ФИО1, как лица, виновного в смерти Б., в пользу истца Я. подлежит взысканию материальный ущерб в размере 52 665 рублей.

В силу ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины подсудимого как гражданского ответчика, а также то, что совершенное им преступление по-своему характеру посягает на жизнь и здоровье человека, в результате совершения данного преступления истцу были причинены большие нравственные страдания потерей единственного близкого родного человека – брата, ********* (обстоятельства частной жизни обезличены), после чего потерпевшая испытала стресс и сильные нравственные страдания. Также суд учитывает, что данная утрата невосполнима.

Исходя из вышеизложенного, с учетом невосполнимости утраты, глубины продолжительности нравственных страданий потерпевшей, а также с учетом требований разумности и справедливости, материального положения ФИО1, суд считает возможным взыскать с ответчика ФИО1 в пользу истца Я. компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей.

В силу ст. 132 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, средства, выплаченные адвокату за оказание юридической помощи в ходе предварительного расследования из средств федерального бюджета, подлежат взысканию с подсудимого в доход государства, как процессуальные издержки.

Поэтому суд считает необходимым взыскать с подсудимого ФИО1 в доход федерального бюджета процессуальные издержки в размере 15 720 рублей 50 копеек за оказание юридической помощи в ходе предварительного расследования, что подтверждено постановлениями следователя от 12.09.2018 (л.д. 245, том 2) и от 30.01.2020 (л.д. 103, том 5), поскольку по делу не установлено оснований для освобождения подсудимого от уплаты процессуальных издержек.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 304, 307-309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание в виде 9 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения – подписку о невыезде и надлежащем поведении подсудимому ФИО1 отменить.

Избрать меру пресечения ФИО1 в виде заключения под стражу, взяв его под стражу в зале суда.

Срок отбытия наказания ФИО1 исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 03.07.2018 № 186-ФЗ) зачесть ФИО1 в срок отбытия наказания время содержания под стражей с 17.04.2018 по 22.03.2019 и с 17.03.2021 до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

На основании ч. 3.4 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 03.07.2018 № 186-ФЗ) зачесть ФИО1 в срок отбытия наказания время содержания под домашним арестом с 22.03.2019 по 23.06.2019 включительно из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день содержания под стражей или лишения свободы.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета процессуальные издержки в размере 15 720 рублей 50 копеек.

Взыскать с ФИО1 в пользу Я. в счет возмещения имущественного вреда, причиненного преступлением, 52 665 рублей, в счет возмещения компенсации причиненного морального вреда 500 000 рублей.

В остальной части иска Я. отказать.

Вещественные доказательства – джинсы, свитер, футболка, куртка, трусы, носки, ремень, изъятые 16.04.2018 при осмотре места происшествия, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств Верхотурского МСО СУ СК Российской Федерации по Свердловской области, после вступления приговора в законную силу обязать Верхотурский МСО СУ СК Российской Федерации по Свердловской области передать представителю потерпевшего Я., в случае не востребования, указанные вещественные доказательства, уничтожить.

Вещественное доказательство – мобильный телефон «LG», изъятый 16.04.2018 при осмотре места происшествия, хранящийся у владельца Я. оставить у представителя потерпевшего Я.

Вещественные доказательства – куртка, джинсы, футболка, носки и ботинки, изъятые 17.04.2018 у ФИО1, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств Верхотурского МСО СУ СК Российской Федерации по Свердловской области, после вступления приговора в законную силу обязать Верхотурский МСО СУ СК Российской Федерации по Свердловской области передать осужденному ФИО1

Вещественные доказательства – куртка, штаны, носки, носки из шерсти и галоши, изъятые 17.04.2018 у свидетеля М., хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств Верхотурского МСО СУ СК Российской Федерации по Свердловской области, после вступления приговора в законную силу обязать Верхотурский МСО СУ СК Российской Федерации по Свердловской области передать свидетелю М.

Вещественные доказательства – куртка, кофта, джинсы, футболка и тапочки, изъятые 16.04.2018 у свидетеля З., хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств Верхотурского МСО СУ СК Российской Федерации по Свердловской области, после вступления приговора в законную силу обязать Верхотурский МСО СУ СК Российской Федерации по Свердловской области передать свидетелю З.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Свердловский областной суд через Новолялинский районный суд в течение 10 суток со дня постановления приговора, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Разъяснить ФИО1 право на поручение осуществления защиты избранному ими защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника при рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Судья: Новикова Т.Л.