Апелляционное определение № 33-1144/2026 от 11 марта 2026 г.

г. Сыктывкар Дело № 2-6909/2025 (№ 33-1144/2026)

УИД 11RS0001-01-2025-009336-37


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ

ВЕРХОВНОГО СУДА РЕСПУБЛИКИ КОМИ

в составе председательствующего Ушаковой Л.В.,

судей Захваткина И.В., Шерстнёвой А.А.,

при секретаре Куприенковой Л.А.,

с участием прокурора Юдина А.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании 12 марта 2026 года дело по иску ФИО1 к Службе Республики Коми строительного, жилищного и технического надзора (контроля) о взыскании компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе Службы строительного и жилищного контроля (надзора) Республики Коми на решение Сыктывкарского городского суда Республики Коми от 08 декабря 2025 года.

Заслушав доклад судьи Шерстнёвой А.А., объяснения представителя истца ФИО2, заключение прокурора Юдина А.В., полагавшего решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Службе Республики Коми строительного, жилищного и технического надзора (контроля), о взыскании компенсации морального вреда в размере 1 500 000 руб. В обоснование исковых требований указала, что <Дата обезличена> помещении бывшего тира МВД, расположенного по адресу: <Адрес обезличен>, произошла утечка газа в одном из хранившихся в помещении баллонов, в результате чего случилось возгорание пропанобутановой смеси, пожар и сильное задымление. В результате отравления продуктами горения и сильного задымления погиб находившийся в тот момент в здании брат истца ФИО3, <Дата обезличена> г.р. Несмотря на то, что на момент гибели брата, истец не проживала с ним совместно, с братом она жила по соседству, часто общалась, созванивалась, они вместе проводили семейные праздники и торжества, брат помогал по хозяйству, между ними были доверительные, хорошие отношения, в связи с чем гибель брата причинила истцу глубокие нравственные переживания и страдания, связанные с необратимой утратой близкого человека, приводящие к депрессии и стрессу, от которых она не может оправиться до сих пор. Приговором Сыктывкарского городского суда Республики Коми от <Дата обезличена> ФИО4, являющийся должностным лицом, назначенным распоряжением начальника Госстройнадзора от <Дата обезличена> надзирать за строящимся объектом - многоквартирном домом по <Адрес обезличен>, в том числе осуществлять государственный пожарный надзор на объекте, признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ... Уголовного кодекса РФ. Истец была признана потерпевшей по уголовному делу. Требования мотивированны тем, что ФИО4 работал в Министерстве архитектуры, строительства и коммунального хозяйства Республики Коми с <Дата обезличена> в должности ..., с <Дата обезличена> – в должности ....

В порядке статьи 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле привлечен прокурор г. Сыктывкара.

Судом для участия в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований было привлечено Министерство финансов Республики Коми.

В судебном заседании истец участия не принимала, представитель истца требования искового заявления поддержала.

Представитель ответчика в судебном заседании с требованиями не согласилась по доводам, подробно изложенным в письменных возражениях.

Третьи лица в судебном заседании участия не принимали, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Решением суда исковые требования ФИО1 удовлетворены.

С Республики Коми в лице Службы Республики Коми строительного, жилищного и технического надзора (контроля) за счёт казны Республики Коми в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 300 000 руб.

В апелляционной жалобе ответчик просит изменить решение суда в части размера компенсации морального вреда, снизив сумму компенсации, полагая её чрезмерно завышенной.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу ответчика представитель истца просит оставить решение суда без изменения.

В письменном отзыве Министерство финансов Республики Коми просит удовлетворить апелляционную жалобу ответчика, изменить решение суда и снизить размер компенсации морального вреда.

В соответствии со статьями 167 и 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело в суде апелляционной инстанции рассмотрено в отсутствие сторон, извещенных надлежащим образом.

Ответчик ходатайствовал о рассмотрении жалобы в его отсутствие.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого решения в соответствии с ч. 1 ст. 327 Гражданского процессуального кодекса РФ в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия оснований для отмены решения не находит.

На основании Указа Главы Республики Коми от <Дата обезличена><Номер обезличен> Служба Республики Коми строительного, жилищного и технического надзора (контроля) с <Дата обезличена> переименована в Службу строительного и жилищного контроля (надзора) Республики Коми.

Судом установлено, что ФИО1 и ФИО3 являются родными сестрой и братом, их родители – ФИО5 и ФИО6.

<Дата обезличена> ФИО3 умер, причина смерти – острое отравление окисью углерода; воздействие других уточненных источников дыма, огня.

Из материалов уголовного дела <Номер обезличен> следует, что в <Дата обезличена> в дежурную часть УМВД России по г. Сыктывкару поступило сообщение о взрыве газового баллона в здании, расположенном по адресу: <Адрес обезличен>

В ходе проведенной проверки установлено, что в помещении, расположенном по адресу: <Адрес обезличен>, предназначенном для временного проживания работников ООО «Город», произошло возгорание, в результате которого погибло шесть человек, в том числе ФИО3

Постановлением следователя СО по г. Сыктывкару Следственного управления Следственного комитета РФ по Республике Коми от <Дата обезличена> ФИО1 признана потерпевшей по уголовному делу <Номер обезличен> как наиболее близкий родственник.

Приговором Сыктывкарского городского суда от <Дата обезличена> по уголовному <Номер обезличен> ФИО4 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного статьей ... УК РФ, и ему назначено наказание в виде ... лишения свободы с отбыванием наказания в колонии - поселении.

Из приговора следует, что ФИО4 совершил халатность, то есть ненадлежащее исполнение должностным лицом своих обязанностей, вследствие недобросовестного и небрежного отношения к службе, повлекшее по неосторожности смерть двух и более лиц, при следующих обстоятельствах:

ФИО4, являясь должностным лицом, в период времени с <Дата обезличена> занимал должность ... В силу занимаемой должности, ФИО4 осуществлял функции представителя исполнительной власти, заключающиеся в принятии решений, обязательных для исполнения организациями и учреждениями занимающимися капитальным строительством.

Во исполнение вышеуказанных функций представителя власти, ФИО4 был назначен распоряжением начальника инспекции Госстройнадзора от <Дата обезличена> надзирать за строящимся объектом – многоквартирным домом по ... Республики Коми. В том числе, подсудимый был обязан в рамках государственного строительного надзора, в соответствии со статьей 54 Градостроительного Кодекса Российской Федерации и статьей 6 Федерального закона от 21.12.1994 № 69-ФЗ «О пожарной безопасности», осуществлять и государственный пожарный надзор на объекте.

ФИО4, проведя две проверки на строящемся объекте <Дата обезличена> ненадлежащим образом исполнил свои обязанности, а именно: проигнорировал факт наличия на объекте строительства непригодного для проживания людей помещения бывшего тира МВД, а также проживания в данном тире нелегальных рабочих. При этом ФИО4 видел и понимал, что в указанном помещении бывшего тира нарушались множество норм пожарной безопасности, в том числе таких как: само помещение в соответствии со статьей 15 Жилищного Кодекса Российской Федерации было непригодно для проживания; отсутствовали аварийные выходы, имелся лишь один выход; отсутствовали какие-либо эвакуационные пути, системы обнаружения и оповещения при пожаре, системы противодымной защиты и пр.; не было лиц, которые должны были следить за соблюдением правил пожарной безопасности на объекте, в том числе инструктировать находящихся лиц на объекте с ограничениями, в том числе с запретом хранения в жилых помещениях баллонов с горючими газами. Также, данные лица должны были следить за правильным хранением и эксплуатацией газовых баллонов.

ФИО4, видя сложившуюся ситуацию, по неосторожности, допуская преступную небрежность, не предпринял мер государственного реагирования на вышеперечисленные факты, а именно: не составил предписание об устранении данных нарушений пожарной безопасности; не привлек к проведению проверки инспекторов госпожнадзора Министерства ГО и ЧС (в г. Сыктывкаре); не инициировал привлечение ООО «Город» к административной ответственности по статье 9.4 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации в связи со сложившейся обстановкой на строительстве угрожающей жизни людей.

В результате халатности ФИО4, а также руководителей строительства – должностных лиц ООО «Город» <Дата обезличена> в вышеуказанном помещении тира произошла утечка газа в одном из хранившихся в помещении баллонов, случилось возгорание пропанобутановой смеси, пожар и сильное задымление. В результате чего от отравления продуктами горения и сильного задымления на месте происшествия погибли находившиеся в тот момент в здании тира нелегально работавшие на объекте люди, в том числе ФИО3

ФИО4 не предвидел возможности наступления вышеуказанных опасных последствий от своих халатных действий, однако при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия.

Подсудимый ФИО4 в судебном заседании вину в совершении инкриминируемого ему преступления не признал полностью, показал, что, по его мнению, он не должен был надзирать и контролировать соблюдение требований пожарной безопасности тира МВД, который находился на территории строительства ООО «Город» <Адрес обезличен> Считал, что он должен был контролировать только сам объект строительства, которым не являлся тир.

Апелляционным определением Верховного Суда Республики Коми от <Дата обезличена> приговор Сыктывкарского городского суда Республики Коми от <Дата обезличена> изменен. ФИО4 назначено дополнительное наказание в виде .... В остальной части приговор оставлен без изменения.

Факт совершения ФИО4, на момент вынесения приговора являвшимся должностным лицом Госстройнадзора РК, в настоящее время функции которого по осуществлению регионального государственного строительного надзора на территории Республики Коми возложены на уполномоченный орган Службу Республики Коми строительного и жилищного контроля (надзора), халатных действий вследствие недобросовестного и небрежного отношения к службе, повлекших по неосторожности смерть ФИО3, нашел свое подтверждение, установлен судебным постановлением, имеющим преюдициальное значение для настоящего спора в силу положений статьи 61 ГПК РФ.

Определением Арбитражного суда Республики Коми от <Дата обезличена> по делу <Номер обезличен> в отношении ООО «Город» завершено конкурсное производство, должник ООО «Город» исключено из Единого государственного реестра юридических лиц.

Разрешая спор при установленных обстоятельствах, суд первой инстанции правильно руководствовался положениями статей 150, 1101 Гражданского кодекса РФ, постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», пришел к выводу об обоснованности требований истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда, поскольку смерть родного брата сама по себе является сильнейшим травмирующим фактором, необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие его наиболее близких людей, влечёт состояние определённого субъективного эмоционального расстройства, истец была признана потерпевшей по уголовному делу как наиболее близкий родственник, что свидетельствует о причинении истцу нравственных страданий.

Определяя размер компенсации морального вреда в пользу истца в размере 300 000 руб., судом обоснованно приняты во внимание давность событий, поскольку на момент обращения с иском в суд прошло ..., а также факт выплаты ООО «Город» в пользу истца компенсации морального вреда в размере ... руб. Кроме того, на момент смерти брата истец проживала отдельно от последнего. Также истцом не представлено доказательств ухудшения состояния здоровья ввиду нравственных переживаний из-за смерти брата.

Учитывая положения статьи 1069 Гражданского кодекса РФ, принимая во внимание Положение о Службе Республики Коми строительного, жилищного и технического надзора (контроля), утверждённое Постановлением Правительства Республики Коми от 22.12.2015, суд первой инстанции не установил оснований для возложения субсидиарной ответственности на Министерство финансов Республики Коми, поскольку Служба Республики Коми строительного, жилищного и технического надзора (контроля) не является унитарным предприятием или учреждением, а Министерство финансов Республики Коми не является собственником имущества Службы. Оба юридических лица являются органами исполнительной власти и главными распорядителями средств республиканского бюджета.

Сославшись на часть 3 статьи 158 БК РФ, суд первой инстанции взыскал компенсацию морального вреда с Республики Коми в лице Службы Республики Коми строительного, жилищного, и технического, надзора (контроля) за счёт казны Республики Коми.

Судебная коллегия с выводами суда первой инстанции соглашается и не находит оснований для отмены решения суда по доводам апелляционной жалобы.

В соответствии с частью 1 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно пункту 1 статьи 1068 Гражданского кодекса РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности (пункт 1 статьи 1079 Гражданского кодекса РФ).

Применительно к правилам, предусмотренным главой 59 Гражданского кодекса РФ, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина», ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная пунктом 1 статьи 1068 ГК РФ, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта).

Согласно статей 151, 1101 Гражданского кодекса РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Пленум Верховного Суда РФ в пункте 14 постановления от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснил, что под нравственными страданиями следует понимать страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

В Обзоре судебной практики Верховного Суда РФ № 2 (2019), утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 17.07.2019 указано, что при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пунктах 22, 25, 30 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33, моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 ГК РФ). Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Исходя из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда обусловлена посягательством на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

Семейное законодательство же исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Гарантии, предусмотренные Конституцией Российской Федерации, в контексте с нормами Семейного кодекса РФ и положениями статей 150, 151 Гражданского кодекса РФ свидетельствуют, что в случае причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) в связи с причинением вреда здоровья их близкому родственнику, другому лицу, являющемуся членом семьи по иным основаниям (в частности, опека, попечительство).

По настоящему делу требования о компенсации морального вреда были заявлены истцом в связи с перенесенными лично им нравственными страданиями, вызванными нарушением ответчиком принадлежащих именно ему нематериальных благ, включая такое нематериальное благо, как семейная жизнь, семейные связи, что свидетельствует о наличии оснований для взыскания компенсации морального вреда.

Выводы суда первой инстанции о необходимости возмещения морального вреда основаны на нормах закона, надлежащей оценке представленных доказательств и сделаны с учетом того, что утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, влекущего состояние эмоционального расстройства, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам.

При установлении размера компенсации морального вреда со ссылкой на учет требований разумности и справедливости, предусмотренных положениями пунктом 2 статья 151 и статьи 1101 Гражданского кодекса РФ, судом приняты во внимание необратимость утраты близкого человека, страдания, связанные со смертью брата, что неоспоримо причинило ей нравственные страдания, с чем судебная коллегия соглашается по изложенным в решении суда основаниям, а также обстоятельства, при которых произошла трагедия.

Доводы апелляционной жалобы о том, что в результате совместных действий (бездействия) ФИО7, ФИО8, ФИО4 наступила смерть ФИО3, в связи с чем имеются основания для солидарной ответственности компенсации морального вреда, являются необоснованными.

Установлено, что по неосторожности ФИО7, ответственного за соблюдение требований пожарной безопасности, и ФИО8, которые не предвидели возможности наступления общественно-опасных последствий своих действий в виде смерти людей, однако, при необходимой и достаточной внимательности и предусмотрительности, а также в силу опыта работы на строительных объектах могли и должны были предвидеть наступление данных последствий и имели реальную возможность их предвидеть, произошло острое отравление ФИО3 окисью углерода на фоне алкогольного опьянения средней степени, по признаку развившегося угрожающего жизни состояния квалифицированное как причинившее тяжкий вред здоровью и по неосторожности ФИО7 и ФИО8 повлекшее смерть ФИО3

Из изложенного следует, что смерть потерпевшего произошла не только вследствие халатности ФИО4, но и действий работников ООО «Город» ФИО7 и ФИО8 При этом ООО «Город», являющее работодателем ФИО7 и ФИО8, возместило компенсацию морального вреда семье потерпевшего ФИО3

Согласно пункту 34 постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», лица, совместно причинившие моральный вред, исходя из положений статьи 1080 ГК РФ, отвечают перед потерпевшим солидарно. Суд вправе возложить на таких лиц ответственность в долях только по заявлению потерпевшего и в его интересах (часть 2 статьи 1080 ГК РФ).

При этом необходимо учитывать, что в соответствии с пунктом 1 статьи 323 Гражданского кодекса РФ при солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, при том, как полностью, так и в части долга.

Таким образом, обращаясь в суд с иском к одному из солидарных должников - Службе Республики Коми строительного, жилищного и технического надзора (контроля), ФИО1 реализовала право, предоставленное ей пунктом 1 статьи 323 Гражданского кодекса РФ.

Судебная коллегия не находит оснований для снижения определенного судом ко взысканию размера компенсации морального вреда.

Заявляя требования о компенсации морального вреда в размере ... рублей, истец указывала, что ФИО3 приходился ей младшим братом, проживали они по соседству, через дорогу, брат в родительском доме, а она с мужем. Смерть брата безусловно причинила ей нравственные страдания.

Суд не нашел оснований для взыскания компенсации морального вреда в заявленном размере, полагая её чрезмерно завышенной, не отвечающей требованиям разумности и справедливости, с чем судебная коллегия соглашается.

Оснований для снижения взысканной судом суммы компенсации морального вреда судебная коллегия не находит.

Приведенные ответчиком в апелляционной жалобе доводы о завышенном размере компенсации морального вреда, о том, что суд не учел, что истец обратилась в суд спустя значительный период времени, в связи с чем нравственные переживания истца в связи с утратой близкого родственника, имевшие место непосредственно после его гибели, за прошедший с того времени длительный период утратили ярко выраженный характер, судебной коллегией проверены и отклоняются по следующим причинам.

Определяя размер компенсации морального вреда в сумме ... рублей в пользу ФИО1, судом обоснованно приняты во внимание степень родства истца с погибшим, характер причиненных ей нравственных страданий, связанных с утратой близкого человека, учитывая, что в результате смерти ФИО3 утрачена семейная связь, истец навсегда лишилась поддержки, внимания близкого человека, что не может не отразиться на её психологическом состоянии, в том числе в будущем.

Установлено, что истец и её брат жили по соседству в одном населенном пункте с самого рождения, постоянно поддерживали отношения, оказывали другу другу помощь. Истец была признана потерпевшей по уголовному делу, как наиболее близкий родственник ФИО3 В связи со смертью брата безвозвратно утрачена семейная связь, потеря брата невосполнима.

Вопреки доводам жалобы, при определении размера компенсации морального вреда, судом учтен значительный период времени прошедший с момента смерти брата (более ... лет), и учитывая фактические обстоятельства по делу, снизил размер компенсации морального вреда в пять раз.

Оснований для выводов о несоразмерности взысканной суммы компенсации морального вреда у судебной коллегии не имеется, ее размер определен судом с учетом всех юридически значимых обстоятельств, представленных в материалы дела доказательств, с соблюдением требований разумности и справедливости исходя из конкретных обстоятельств происшествия, в результате которого наступила смерть брата истицы.

Разрешая заявленные требования, суд правильно определил юридически значимые обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, дал надлежащую правовую оценку собранным и исследованным в судебном заседании доказательствам и постановил правильное по существу решение, оснований для отмены или изменения которого по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьёй 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Сыктывкарского городского суда Республики Коми от 08 декабря 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Службы строительного и жилищного контроля (надзора) Республики Коми – без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение составлено 13 марта 2026 года.

Председательствующий:

Судьи: