Апелляционное определение № 11-6980/2026 от 13 мая 2026 г.

судья Хабина И.С.

дело № 2-1300/2026

УИД № 74RS0001-01-2025-007136-18


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ



№ 11-6980/2026
14 мая 2026 года
г. Челябинск
Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Дюсембаева А.А.,

судей Палеевой И.П., Соха Т.М.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Одиночественной В.К.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Советского районного суда г. Челябинска от 04 марта 2026 года по иску ФИО1 к открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» в лице филиала Южно-Уральской железной дороги о взыскании компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Палеевой И.П. по обстоятельствам дела и доводам апелляционной жалобы, возражений, объяснения истца ФИО1, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, представителя ответчика ФИО2, возражавшего против отмены решения по доводам апелляционной жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском к открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» в лице филиала Южно-Уральской железной дороги (далее – ОАО РЖД в лице филиала Южно-Уральской железной дороги) о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, в размере 600 000 руб.

В обоснование иска указано, что ОАО «РЖД» обратилось с заявлением в правоохранительные органы в отношении ФИО1 о совершении преступления, предусмотренного ст. <данные изъяты> Уголовного кодекса Российской Федерации. С октября 2019 года проходило уголовное преследование по обвинению ФИО1, которое было прекращено лишь в 2025 году. В период незаконного и необоснованного уголовного преследования истец испытал нравственные и физические страдания. На протяжении шести лет он подвергался преследованию со всем комплексом процедур уголовно-процессуального характера: допросы, обыски, предъявление обвинения, применение меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, заключении под стражу, многочисленные запросы сведений, длительное расследование и рассмотрение дела судом с многочисленными обжалованиями. Ранее он не привлекался к уголовной ответственности. Данная ситуация повлияла на его имя и деловую репутацию в профессиональной среде. Уголовное преследование негативно повлияло на состояние здоровья истца. Несмотря на то, что истец не обращался в медицинские учреждения, состояние его здоровья ухудшилось из-за перенесенных стрессов. Кроме того, ответчик трижды увольнял истца и трижды он был восстановлен судом в прежней должности, однако до настоящего времени истец не допускается работодателем до выполнения трудовых обязанностей. Неоднократно ОАО «РЖД» применяло дисциплинарные взыскания к истцу. Все эти обстоятельства причиняли истцу нравственные страдания, наносили моральную травму, что сказывается на психологическом и физическом здоровье. Находясь в состоянии многолетнего непрекращающегося стресса, он не мог вести нормальный образ жизни, при общении с близкими испытывал чувство неловкости, стеснения.

Суд постановил решение, которым в удовлетворении требований ФИО1 к ОАО РЖД в лице филиала Южно-Уральской железной дороги о взыскании компенсации морального вреда отказал.

В апелляционной жалобе истец просит решение суда отменить, и принять по делу новый судебный акт, удовлетворив исковые требования в полном объеме. Ссылается на то, что истец просил суд рассмотреть исковые требования в комплексе, оценив судебные разбирательства в части уголовного производства и одновременно гражданского, в связи с неоднократными увольнениями. Вместе с тем, этому не дана надлежащая оценка и в решении нет обоснований отказа в удовлетворении исковых требований в этой части, что говорит о неполном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела. Отмечает, что суд первой инстанции проигнорировал факт системного и осознанного нарушения прав истца со стороны ответчика. Указывает, что по истечении длительного периода судебных тяжб, рассмотрения гражданских дел, касаемо трудовых прав, а также проведения предварительного расследования уголовного дела, рассмотрения уголовного дела по существу, истец претерпевал нарушения его личных неимущественных прав. Настаивает на том, что нравственные страдания от незаконного уголовного преследования были искусственно отягощены незаконными трудовыми репрессиями, что является основанием для возмещения морального вреда.

В возражениях на апелляционную жалобу ответчик просит решение суда первой инстанции оставить без изменения, жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Истец ФИО1 поддержал доводы апелляционной жалобы, пояснил, что действиями ответчика ему причинены нравственные страдания.

Представитель ответчика ФИО2 возражал против отмены решения по доводам апелляционной жалобы, с заявленными требованиями не согласился.

Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверена судебной коллегией в порядке, установленном гл. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом положений ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, по смыслу которой повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционной жалобы, и в рамках тех требований, которые были предметом рассмотрения в суде первой инстанции.

Обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив материалы дела, заслушав пояснения сторон, судебная коллегия приходит к следующему.

В судебном заседании установлено и подтверждается материалами дела, что ФИО1 состоит в трудовых отношениях с ОАО «РЖД» в должности <данные изъяты> ОК «Аленушка» дирекции социальной сферы Южно-Уральской железной дороги - филиала ОАО «РЖД». Он трижды был уволен с должности <данные изъяты> ОК «Аленушка» и трижды восстановлен в прежней должности. При вынесении каждого из решений о восстановлении его в прежней должности судом была взыскана компенсация морального вреда в связи с незаконным увольнением.

И.о. начальника дирекции социальной сферы Южно-Уральской железной дороги филиала ОАО «РЖД» ФИО7 обращался с заявлениями на имя руководителя Челябинского следственного отдела на транспорте Уральского СУТ СК РФ с просьбой по проведению проверки по поводу незаконного проживания и питания в ДОК «Аленушка». В указанном заявлении каких-либо предположений относительно виновных лиц не содержится.

21 октября 2019 года в отношении ФИО1 было возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного <данные изъяты> УК РФ. В постановлении установлено, что ФИО1, являясь должностным лицом - <данные изъяты> оздоровительного комплекса Аленушка Дирекции социальной сферы Южно-Уральской железной дороги филиала ОАО «РЖД», используя свои служебные полномочия по осуществлению общего руководства и организации производственно-хозяйственной и финансово-экономической деятельности указанного производственного участка, полномочия по сохранности и эффективности использования имущества оздоровительного комплекса, а также финансово-хозяйственные результаты его деятельности, 07.0.2019 года злоупотребив служебными полномочиями вопреки интересам службы из корыстной и иной личной заинтересованности дал указание администратору ДОК «Аленушка» ФИО8 произвести заселение без официально оформленной путевки в № ДОК «Аленушка» посторонних лиц. За период проживания с 07.10.2019 года по 10.10.2019 года ФИО1 получил денежное вознаграждение на личную банковскую карту, распорядился указанными денежными средствами по своему усмотрению, чем причинил материальный ущерб ОАО «РЖД».

05 октября 2022 года ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного по <данные изъяты> УК Российской Федерации, и вынесено постановление об избрании меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Позднее в одном производстве соединены уголовные дела, возбужденные по признакам преступлений, предусмотренных <данные изъяты> Уголовного кодекса Российской Федерации, <данные изъяты> Уголовного кодекса Российской Федерации, <данные изъяты> Уголовного кодекса Российской Федерации.

Постановлением Миасского городского суда Челябинской области от 14 октября 2025 года уголовное дело по обвинению ФИО1 прекращено по основанию, предусмотренному ст. <данные изъяты> Уголовного кодекса Российской Федерации и <данные изъяты> Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

Разрешая исковые требования, суд первой инстанции, руководствуясь ст.ст. 151, 1099, 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» и Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», а также ст.ст. 133, 318 УПК Российской Федерации, проанализировав представленные стороной истца доказательства, не нашел оснований для удовлетворения заявленных исковых требований.

Судебная коллегия, оценив имеющиеся по делу доказательства, не находит оснований для отмены решения суда и, отклоняя доводы апелляционной жалобы, указывает следующее.

В силу ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц. Компенсация морального вреда согласно действующему гражданскому законодательству (ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации) является одним из способов защиты субъективных прав и законных интересов, представляющее собой гарантированную государством материально-правовую меру, посредством которой осуществляется добровольное или принудительное восстановление нарушенных (оспариваемых) личных неимущественных благ и прав.

Из положений ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (пункт 1).

Согласно ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации приведены случаи возмещения вреда, причиненного незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, независимо от вины причинителя вреда.

В остальных случаях вред, причиненный в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Правила компенсации морального вреда определяются гражданским законодательством (статья 151 и глава 59 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

Согласно разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума Верховного суда РФ от 15.11.2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.Суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

В отношении лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию, такой порядок определен главой 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Под реабилитацией в уголовном судопроизводстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда (пункт 34 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Реабилитированный – это лицо, имеющее в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием (пункт 35 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно п. 1 ст. 133 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

На основании п. 1 ст. 134 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию. Одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

Переквалификация действий лица, в отношении которого осуществлялось уголовное преследование, на менее тяжкое обвинение либо исключение из обвинения части эпизодов или квалифицирующих признаков судом, постановившим обвинительный приговор, сами по себе не являются реабилитирующими обстоятельствами.

По смыслу закона (ст. 133 и 134 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации) право на реабилитацию, включающее в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах, имеют лишь лица, полностью оправданные по предъявленному им обвинению и не осужденные по другому обвинению.

При этом установлено, что иски за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (ст. 136 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» к лицам, имеющим право на реабилитацию, указанным в части 2 статьи 133 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации, не относятся, в частности, подозреваемый, обвиняемый, осужденный, преступные действия которых переквалифицированы или из обвинения которых исключены квалифицирующие признаки, ошибочно вмененные статьи при отсутствии идеальной совокупности преступлений либо в отношении которых приняты иные решения, уменьшающие объем обвинения, но не исключающие его.

Пунктом 9 вышеназванного постановления разъяснено, что основанием для возникновения у лица права на реабилитацию является постановленный в отношении его оправдательный приговор или вынесенное постановление (определение) о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) по основаниям, указанным в части второй статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, либо об отмене незаконного или необоснованного постановления о применении принудительных мер медицинского характера. Право на реабилитацию признается за лицом дознавателем, следователем, прокурором, судом, признавшими незаконным или необоснованным его уголовное преследование (принявшими решение о его оправдании либо прекращении в отношении его уголовного дела полностью или частично) по основаниям, перечисленным в части второй статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, о чем в соответствии с требованиями статьи 134 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации они должны указать в резолютивной части приговора, определения, постановления.

Согласно приведенным положениям Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению признание за лицом, незаконно или необоснованно подвергнутым уголовному преследованию, права на реабилитацию осуществляется в соответствии с нормами уголовно-процессуального законодательства в рамках расследования уголовного дела следственными органами или в рамках рассмотрения уголовного дела судом.

В тоже время, в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», судам следует иметь в виду, что согласно ч. 4 ст. 133 УПК РФ правила указанной статьи не распространяются на лиц, в отношении которых меры процессуального принуждения или обвинительный приговор отменены или изменены ввиду издания акта об амнистии, истечения сроков давности, недостижения возраста, с которого наступает уголовная ответственность, или в отношении несовершеннолетнего, который хотя и достиг возраста, с которого наступает уголовная ответственность, но вследствие отставания в психическом развитии, не связанного с психическим расстройством, не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) и руководить ими в момент совершения деяния, предусмотренного уголовным законом, или принятия закона, устраняющего преступность или наказуемость деяния, поскольку прекращение уголовного дела (освобождение от наказания) в указанных случаях само по себе не является свидетельством незаконности или необоснованности уголовного преследования.

Исходя из изложенного, право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований (вынесение в отношении подсудимого оправдательного приговора, а в отношении подозреваемого или обвиняемого - прекращение уголовного преследования).

Переквалификация действий лица, в отношении которого осуществлялось уголовное преследование, на менее тяжкое обвинение либо исключение из обвинения части эпизодов или квалифицирующих признаков судом, постановившим обвинительный приговор, освобождение от уголовного преследования в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, сами по себе не являются реабилитирующими обстоятельствами.

Вопрос о том, являются ли конкретные обстоятельства, связанные с привлечением лица к уголовной ответственности, основанием для удовлетворения исковых требований о денежной компенсации морального вреда или для отказа в их удовлетворении, может быть решен в порядке гражданского судопроизводства в процессе рассмотрения возникшего спора по каждому делу.

Для правильного разрешения спора с учетом вышеуказанных норм и практики их применения следует установить, имели ли место незаконные действия органов уголовного преследования и наличие реабилитирующих оснований.

Как правильно указал суд, освобождение от уголовного наказания в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, не является реабилитирующим обстоятельством, таких оснований для взыскания компенсации морального вреда законом не предусмотрено, в установленном порядке за истцом право на реабилитацию не признано. Истец не был незаконно осужден либо привлечен к уголовной ответственности, в отношении него не были применены меры принуждения.

Незаконные действия органов уголовного преследования также из материалов дела не усматриваются.

В п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» разъяснено, что ст. 33 Конституции Российской Федерации закреплено право граждан направлять личные обращения в государственные органы и органы местного самоуправления, которые в пределах своей компетенции обязаны рассматривать эти обращения, принимать по ним решения и давать мотивированный ответ в установленный законом срок. Необходимо иметь в виду, что в случае, когда гражданин обращается в названные органы с заявлением, в котором приводит те или иные сведения, но если эти сведения в ходе их проверки не нашли подтверждения, данное обстоятельство само по себе не может служить основанием для привлечения этого лица к гражданско-правовой ответственности, предусмотренной ст. 152 ГК РФ, поскольку в указанном случае имела место реализация гражданином конституционного права на обращение в органы, которые в силу закона обязаны проверять поступившую информацию, а не распространение не соответствующих действительности порочащих сведений. Такие требования могут быть удовлетворены лишь в случае, если при рассмотрении дела суд установит, что обращение в указанные органы не имело под собой никаких оснований и продиктовано не намерением исполнить свой гражданский долг или защитить права и охраняемые законом интересы, а исключительно намерением причинить вред другому лицу, то есть имело место злоупотребление правом (п. п. 1 и 2 ст. 10 ГК РФ).

Таким образом, обращение в правоохранительные органы имело место со стороны ответчика в рамках реализации своего конституционного права, данное обращение было проверено в установленном порядке, злоупотреблений со стороны ответчика истцом не доказано, намерение причинить вред именно истцу данным обращением также доказано не было.

Довод истца о том, что сам факт подачи ответчиком заявлений в правоохранительные органы в отношении него подтверждает законность требований, отклоняется судебной коллегией, поскольку противоречит приведенным выше нормам права, конституционное право ответчика на обращение в государственные органы не может быть ограничено при отсутствии злоупотреблений.

Статьей 22 Конституции Российской Федерации закреплено право каждого на свободу и личную неприкосновенность. Преследование человека имеет своей прямой целью покушение именно на указанное конституционное право гражданина.

Доводы о том, что истец просил суд рассмотреть исковые требования в комплексе, оценив судебные разбирательства в части уголовного производства и одновременно гражданского, в связи с неоднократными увольнениями, не могут повлиять на отмену постановленного судебного акта, поскольку судом первой инстанции дана надлежащая оценка обстоятельствам и всем собранным по делу доказательствам в их взаимосвязи и совокупности, как того требует ч. 4 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Суд первой инстанции в мотивировочной части решения последовательно проанализировал представленные документы, дал им надлежащую оценку. Оснований полагать, что судом не исследованы все обстоятельства дела в комплексе, у судебной коллегии не имеется.

Доводы апелляционной жалобы о том, что суд незаконно отказал в удовлетворении иска, не свидетельствуют о наличии правовых оснований к отмене решения, поскольку по существу сводятся к выражению несогласия с произведенной судом оценкой обстоятельств дела и повторяют изложенную ранее истцом позицию, которая была предметом исследования и оценки суда первой инстанции и правомерно не была принята во внимание, как не соответствующая материалам дела и противоречащая нормам права, регулирующим спорные правоотношения.

Таким образом, суд первой инстанции правильно определил обстоятельства, имеющие значение для дела, верно применил нормы материального права, подлежащие применению к отношениям сторон, и разрешил спор в соответствии с установленными по делу обстоятельствами и требованиями закона.

Вся совокупность собранных по делу доказательств свидетельствует о соответствии выводов суда первой инстанции фактическим обстоятельствам дела. Правовых оснований у суда апелляционной инстанции для переоценки выводов суда первой инстанции при отсутствии каких-либо обстоятельств, которые не были бы учтены при принятии решения, не имеется.

С учетом изложенного, при разрешении спора судом всесторонне и объективно исследованы и оценены представленные сторонами доказательства, в соответствии со ст. 12, 56, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в их совокупности и взаимной связи, с учетом доводов и возражений, приводимых сторонами, сделаны правильные выводы, соответствующие фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основанные на правильном применении норм материального права.

При таких обстоятельствах, решение является законным и обоснованным, предусмотренных ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для его отмены по доводам апелляционной жалобы судебная коллегия не усматривает.

Руководствуясь ст. 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Советского районного суда г. Челябинска от 04 марта 2026 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 28 мая 2026 года.