Решение № 2-442/2019 2-442/2019~М-380/2019 М-380/2019 от 6 июня 2019 г. по делу № 2-442/2019

г/<адрес>


Решение составлено

07.06.2019

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

г.Верхняя Салда 03 июня 2019 года

Верхнесалдинский районный суд Свердловской области в составе

председательствующего Исаевой О.В.

при секретаре судебного заседания Кислицыной А.С.

с участием истца ФИО1

ответчика ФИО2

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении материального ущерба, процентов за пользование чужими денежными средствами,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в суд с иском о взыскании с ФИО2 денежных средств в сумме 57 339 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 15.10.2016 по 28.11.2018 в сумме 10 318 руб. В обоснование заявленных требований указала, что приговором Верхнесалдинского городского суда от 03.10.2016 ФИО2 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ. В результате действий ФИО2 ИП ФИО3 причинен материальный ущерба в сумме 57 339 руб. 28.11.2018 между ФИО1 и ИП ФИО3 заключен договор цессии, по которому она выплатила ФИО3 57 339 руб. и проценты в соответствии со ст. 395 ГК РФ в сумме 10 318 руб., вследствие чего к ней переходит право требования взыскания с ответчика выплаченных денежных сумм. В добровольном порядке денежные средства ответчиком не выплачены.

В судебном заседании ФИО1 заявленные требования и доводы, изложенные в обоснование иска, поддержала в полном объеме. Суду пояснила, что сумму ущерба, подлежащую выплате ответчиком, ФИО3 определял как разницу между суммой ущерба, установленной приговором суда, и суммой, возвращенной в ходе рассмотрения уголовного дела, начислил проценты на данную сумму. Поскольку денежные средства ФИО2 были похищены в смену ФИО1, ИП ФИО3 взыскал с нее сумму ущерба, при этом заключил с ней договор уступки права требования денежной суммы с должника ФИО2 Ею направлялись в адрес ответчика уведомление о переуступлении прав, требование о выплате денежной суммы. До настоящего времени сумма ущерба ответчиком не выплачена.

ФИО2 заявленные требования признала в части суммы ущерба, суду пояснила, что о заключенном договоре уступки прав ее никто не уведомлял. Сам ФИО3 к ней каких-либо требований о возмещении ущерба никогда не предъявлял.

ФИО3, привлеченный к участию в деле в качестве третьего лица, в судебное заседание не явился, обратился с ходатайством о рассмотрении дела в его отсутствие, указал, что не возражает против удовлетворения заявленных требований.

Судом в соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации принято решение о рассмотрении дела при данной явке.

Исследовав материалы дела, заслушав лиц, участвующих в деле, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 52 Конституции Российской Федерации права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Для возложения на ответчика ответственности за причинение вреда требуется наличие следующих необходимых условий: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, его вина, наличие причинной связи между противоправным поведением и наступлением вреда.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, под которыми понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы (упущенная выгода).

Как следует из материалов дела, приговором Верхнесалдинского городского суда от 03.10.2016, вступившим в законную силу 14.10.2016, ФИО2 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Приговором суда установлено, что ФИО2 совершила тайное хищение чужого имущества – денежные средства в сумме 173 339 руб. 16 коп., принадлежащие ФИО3, причинив тем самым ФИО3 материальный ущерб в сумме 173 339 руб. 16 коп.

В соответствии с частью 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Поскольку размер похищенного имущества либо предотвращенного ущерба имеет правовое значение для квалификации преступления, данный размер определяется в ходе производства по уголовному делу, и установлен приговором суда. Следовательно, данное обстоятельство установлено вступившим в законную силу приговором суда и не подлежит доказыванию вновь в силу ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Судом установлено, что ФИО3 в рамках уголовного дела в отношении ФИО2 был признан потерпевшим, при этом, как следует из материалов уголовного дела № ...., гражданский иск ФИО3 в уголовном деле не заявлялся.

Вина ответчика ФИО2 в причинении материального ущерба ФИО3 на сумму 173 339 руб. 16 коп. подтверждается обстоятельствами, установленными в ходе рассмотрения уголовного дела. Факт причинения ФИО2 материального ущерба в размере 173 339 руб. 16 коп. установлен вступившим в законную силу приговором суда, который при разрешении настоящего гражданского дела в указанной части имеет преюдициальное значение.

Таким образом, для возложения на ответчика ответственности за причиненный вред имеются в наличии все необходимые условия: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между противоправным поведением и наступлением вреда, вина непосредственного причинителя вреда.

Материалами дела установлено, что размер причиненного ущерба составляет 173 339 руб. 16 коп. Имеющиеся по уголовному делу вещественные доказательства в виде денежных средств в размере 116 170 руб. были возвращены потерпевшему ФИО3

Следовательно, размер причиненного ущерба, подлежащий возмещению, складывается из разницы размера похищенного у потерпевшего ФИО3 имущества и размера возвращенных ему денежных средств как вещественных доказательств.

Приведенный истцом в расчете размер ущерба суд отклоняет, поскольку является арифметически неверным.

Таким образом, сумма причиненного ущерба, подлежащего возмещению, составляет 57 169 руб. (173 339 руб. – 116 170 руб. = 57 169 руб.).

В соответствии со ст. 382 Гражданского кодекса Российской Федерации, право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно ст. 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

Уведомление должника о переходе права имеет для него силу независимо от того, первоначальным или новым кредитором оно направлено.

Согласно статье 388 Гражданского кодекса Российской Федерации уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору.

Не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

При оценке того, имеет ли личность кредитора в обязательстве существенное значение для должника, для целей применения пункта 2 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо исходить из существа обязательства.

По своей правовой природе возмещение материального ущерба, причиненного преступлением, представляет собой обязательство по возмещению убытков, возникших в результате умышленного причинения ущерба потерпевшему в связи с хищением при надлежащего ему имущества (ст. ст. 15, 1064, 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации). Право (требование) возмещения убытков может быть уступлено управомоченным лицом любому третьему лицу.

Из содержания ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации не следует, что обязательство по возмещению убытков является обязательством, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника. Напротив, обязательство по возмещению убытков является денежным обязательством, возникшим в связи с нарушением должником по этому обязательству прав потерпевшего и обладающим самостоятельной имущественной ценностью. Кроме того, названная норма Кодекса не содержит положений о возможности нарушения прав и интересов должника уступкой права (требования) на возмещение убытков, о существенном значении личности кредитора в данном обязательстве.

Материалами дела установлено, что 28.11.2018 ФИО3 передало ФИО1 на основании договора уступки права требования к ФИО2 взыскание имущественного вреда в размере 57 339 руб., причиненного преступлением. Вина и размер ущерба установлены приговором Верхнесалдинского городского суда от 03.10.2016. Также право требования процентов за неисполнение обязательств по уплате долга в соответствии со ст. 395 ГК РФ в размере 10 318 руб.

Согласно пунктам 4, 5 договора за уступаемое право требования ФИО1 уплачивает ФИО3 57 339 руб. при подписании договора.

Из акта от 28.11.2018 следует, что ИП ФИО3 получил от ФИО1 денежные средства в сумме 57 339 руб., а также проценты по ст. 395 ГК РФ в сумме 10 318 руб.

Судом установлено, что ФИО3 в рамках уголовного судопроизводства приобрел права и обязанности потерпевшего по имущественному вреду, причиненного ему ФИО2

Целью заключения договора уступки права требования от 28.11.2018 являлась уступка права на получение ФИО1 суммы ущерба, нанесенного ФИО3 ФИО2, а в результате состоявшейся уступки прав, ФИО4 обратилась в суд в качестве истца с требованием о взыскании с ФИО2 в ее пользу суммы причиненного ущерба.

При изложенных обстоятельствах, учитывая, что права требования на получение суммы ущерба, причиненного ФИО3 перешли к ФИО1, суд, исходя из положений ст. ст. 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, приходит к выводу, что с ответчика в пользу истца подлежит взысканию в счет возмещения ущерба 57 169 руб.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Поскольку причиненный потерпевшему вред причинен в результате умышленных действий ответчика, то оснований для уменьшения размера подлежащего с ответчика возмещения ущерба с учетом его имущественного положения у суда не имеется.

Истцом также заявлены требования о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 15.10.2016 по 28.11.2018 в сумме 10 318 руб. в соответствии со ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Разрешая заявленные требования, суд приходит к следующим выводам.

В качестве универсальной меры ответственности за нарушение денежного обязательства гражданским законодательством предусмотрено взыскание процентов за пользование чужими денежными средствами.

Проценты за пользование чужими денежными средствами, установленные п. 1 ст. 395 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, на который ссылается истец при начислении испрошенной суммы 10 318 руб., подлежат уплате независимо от основания возникновения денежного обязательства (договора, других сделок, причинения вреда, неосновательного обогащения или иных оснований, указанных в Гражданском кодексе Российской Федерации).

Вместе с тем, обязанность причинителя вреда по уплате процентов, предусмотренных ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, возникает со дня вступления в законную силу решения суда, которым удовлетворено требование потерпевшего о возмещении причиненных убытков: в отсутствии установления до этого времени конкретного размера ущерба должник не может полагаться просрочившим его оплату.

Аналогичная позиция высказана в п. 57 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств".

Установление приговором суда размера имущественного ущерба, необходимого для определения материального состава преступления (кража) с квалифицирующим признаком (причинение значительного ущерба), в сумме 173 339 руб. (без исключения возвращенных потерпевшему денежных средств) не является установлением размера компенсации имущественного вреда.

Судом установлено, что гражданский иск в рамках уголовного судопроизводства потерпевшим ФИО3 не предъявлялся. Соответствующая сумма компенсации определена лишь в рамках данного гражданского дела.

Таким образом, доводы истца, как и первоначального взыскателя ФИО3, о возможности привлечения ответчика к ответственности в виде взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами за просрочку не установленного в ходе рассмотрения уголовного дела объема ущерба, подлежащего возмещению, не соответствуют закону и не являются обоснованными.

В связи с чем, заявленные требования о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами не подлежат удовлетворению.

В соответствии со ст.98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны понесенные по делу судебные расходы пропорционально удовлетворенным требованиям.

Как следует из материалов дела, при подаче иска в суд ФИО1 произведена оплата государственной пошлины в размере 2 230 руб. Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины пропорционально удовлетворенным требованиям в сумме 1 873 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 в счет возмещения ущерба, причиненного преступлением, 57 169 руб., расходы по уплате государственной пошлины в сумме 1 873 руб., всего взыскать 59 042 руб.

В остальной части иска – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда через Верхнесалдинский районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья О.В.Исаева