Решение № 2-4125/2018 2-4125/2018 ~ М-2560/2018 М-2560/2018 от 6 мая 2018 г. по делу № 2-4125/2018

Дело № 2-4125/2018


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

7 мая 2018 года город Казань

Советский районный суд г. Казани в составе

председательствующего судьи А.Ф. Гильмутдиновой

при секретаре судебного заседания А.А. Галихановой,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 ФИО11 к исполнительному комитету муниципального образования города Казани о признании права собственности на 1/3 долю в праве на недвижимое имущество в порядке приобретательной давности и встречному иску исполнительного комитета муниципального образования города Казани к ФИО1 ФИО12 о признании 1/3 долю в праве на недвижимое имущество вымороченным,

установил:

ФИО2 обратился в суд с иском к исполнительному комитету муниципального образования города Казани о признании права собственности на 1/3 долю в праве на недвижимое имущество в порядке приобретательной давности.

В обоснование заявленных требований указал, что согласно договору на передачу жилого помещения в собственность граждан от 15 марта 1994 года, заключенного между Советом народных депутатов Вахитовского района г. Казани и ФИО3, жилое помещение, находящееся по адресу: <адрес изъят>, в виде двухкомнатной квартиры общей площадью 44,60 кв.м, передана в совместную собственность проживающим в нем гражданам: ФИО1 ФИО13, ФИО1 ФИО14, ФИО4 ФИО15. В настоящее время все первичные собственники умерли: ФИО3 умерла 25 февраля 2006 года, ФИО4 – 6 декабря 1999 года, ФИО5 – 7 апреля 2003 года.

Решением Вахитовского районного суда г. Казани от 14 января 2008 года по делу № 2-192/08 определены доли ФИО3, умершей 25 февраля 2006 года, ФИО5, умершего 06 апреля 2003 года, ФИО4, умершего 06 декабря 1999 года, в жилом помещении, расположенном по адресу: <адрес изъят>, в равных долях - по 1/3 доли. В ходе рассмотрения данного дела судом установлено, что наследники ФИО4 отсутствуют. ФИО2 является наследником по завещанию умершей ФИО3 - бабушки со стороны отца ФИО5, а также наследником по закону умершего ФИО5 его отца. ФИО2 принял наследство, открывшееся после смерти наследодателей ФИО3 и ФИО5.

В настоящее время ему принадлежит на праве собственности 2/3 доля в праве собственности на жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес изъят>, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от 31 марта 2008 года и выпиской из ЕГРП.

После смерти ФИО4, умершего 06 декабря 1999 года, наследство в виде принадлежащей ему 1/3 доли квартиры в установленном порядке никто не принял. После смерти ФИО4 отец истца ФИО5 вплоть до своей смерти 06 апреля 2003 года добросовестно, открыто и непрерывно владел долей в праве собственности на указанную квартиру; бабушка истца ФИО3 также вплоть до своей смерти 25 февраля 2006 года добросовестно, открыто и непрерывно владела долей в праве собственности на указанную квартиру. Истец является их правопреемником.

На основании изложенного просит суд признать за ним право собственности на 1/ 3 долю жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес изъят>, в порядке приобретательной давности и аннулировать зарегистрированные права ФИО4 ФИО16, умершего 06 декабря 1999 года, на 1/3 долю в праве собственности на жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес изъят>.

Ответчик исполнительный комитет муниципального образования города Казани с исковыми требованиями не согласился и предъявил встречный иск, в котором просил суд признать право собственности на 1/3 долю в праве общей долевой собственности на квартиру <адрес изъят> выморочным имуществом и признать право собственности на 1/3 долю в праве общей долевой собственности на квартиру <адрес изъят> за муниципальным образованием г. Казань.

Обоснование встречного заявления указано, что наследственное дело после умершего ФИО4 не заводилось, наследство, в виде принадлежащей ему 1/3 доли квартиры в установленном порядке никто не принял.

В соответствии со статьей 1151 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, если отсутствуют наследники как по закону, так и по завещанию, либо никто из наследников не имеет права наследовать или все наследники отстранены от наследования (статья 1117), либо никто из наследников не принял наследства, либо все наследники отказались от наследства и при этом никто из них не указал, что отказывается в пользу другого наследника (статья 1158), имущество умершего считается выморочным.

Согласно части 2 статьи 1151 Гражданского кодекса Российской Федерации в порядке наследования по закону в собственность городского или сельского поселения, муниципального района (в части межселенных территорий) либо городского округа переходит следующее выморочное имущество, находящееся на соответствующей территории: жилое помещение;

земельный участок, а также расположенные на нем здания, сооружения, иные объекты недвижимого имущества;

доля в праве общей долевой собственности на указанные в абзацах втором и третьем настоящего пункта объекты недвижимого имущества.

Если указанные объекты расположены в субъекте Российской Федерации - городе федерального значения Москве или Санкт-Петербурге, они переходят в собственность такого субъекта Российской Федерации.

Жилое помещение, указанное в абзаце втором настоящего пункта, включается в соответствующий жилищный фонд социального использования.

Иное выморочное имущество переходит в порядке наследования по закону в собственность Российской Федерации.

В силу изложенных норм права, считают, что на 1/3 доля в праве собственности на квартиру № 64 дома № 33 по ул. Красная Позиции является выморочным имуществом. Следовательно, истец по первоначальному иску ФИО2 не мог пользоваться спорным жилым помещением как своим собственным имуществом, поскольку знал об отсутствии правовых оснований для возникновения права собственности на данную квартиру, имеющую собственника.

На основании вышеизложенного, просят встречные исковые требования удовлетворить.

В судебном заседании ФИО2 исковые требования поддержал, в удовлетворении встречного иска просил отказать, завив о пропуске срока исковой давности.

Представитель исполнительного комитета муниципального образования города Казани ФИО6 иск ФИО2 не признала, просила удовлетворить встречные исковые требования.

Исследовав письменные материалы дела, выслушав пояснения участников процесса, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В случае реорганизации юридического лица право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит к юридическим лицам - правопреемникам реорганизованного юридического лица (пункт 2).

В случаях и порядке, которые предусмотрены данным кодексом, лицо может приобрести право собственности на имущество, не имеющее собственника, на имущество, собственник которого неизвестен, либо на имущество, от которого собственник отказался или на которое он утратил право собственности по иным основаниям, предусмотренным законом (пункт 3).

Статьей 234 указанного кодекса установлено, что лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).

Право собственности на недвижимое и иное имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает у лица, приобретшего это имущество в силу приобретательной давности, с момента такой регистрации (пункт 1).

Течение срока приобретательной давности в отношении вещей, находящихся у лица, из владения которого они могли быть истребованы в соответствии со статьями 301 и 305 данного кодекса, начинается не ранее истечения срока исковой давности по соответствующим требованиям (пункт 4).

Согласно статье 225 Гражданского кодекса Российской Федерации бесхозяйной является вещь, которая не имеет собственника или собственник которой неизвестен либо, если иное не предусмотрено законами, от права собственности на которую собственник отказался (пункт 1).

Если это не исключается правилами данного кодекса о приобретении права собственности на вещи, от которых собственник отказался (статья 226), о находке (статьи 227 и 228), о безнадзорных животных (статьи 230 и 231) и кладе (статья 233), право собственности на бесхозяйные движимые вещи может быть приобретено в силу приобретательной давности (пункт 2).

Бесхозяйная недвижимая вещь, не признанная по решению суда поступившей в муниципальную собственность, может быть вновь принята во владение, пользование и распоряжение оставившим ее собственником либо приобретена в собственность в силу приобретательной давности (пункт 3).

В соответствии со статьей 236 названного выше кодекса гражданин или юридическое лицо может отказаться от права собственности на принадлежащее ему имущество, объявив об этом либо совершив другие действия, определенно свидетельствующие о его устранении от владения, пользования и распоряжения имуществом без намерения сохранить какие-либо права на это имущество.

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" разъяснено, что давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности; давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении. Принятие обычных мер по обеспечению сохранности имущества не свидетельствует о сокрытии этого имущества.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 16 указанного выше постановления Пленума, по смыслу статей 225 и 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, а также на бесхозяйное имущество.

В соответствии с абзацем первым пункта 19 этого же постановления возможность обращения в суд с иском о признании права собственности в силу приобретательной давности вытекает из статей 11 и 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым защита гражданских прав осуществляется судами путем признания права. Поэтому лицо, считающее, что стало собственником имущества в силу приобретательной давности, вправе обратиться в суд с иском о признании за ним права собственности.

Из материалов дела усматривается, что по договору на передачу жилого помещения в собственность граждан от 15 марта 1994 года, заключенного между Советом народных депутатов Вахитовского района г. Казани и ФИО3, жилое помещение, находящееся по адресу: <адрес изъят>, в виде двухкомнатной квартиры общей площадью 44,60 кв.м, передана в совместную собственность проживающим в нем гражданам: ФИО1 ФИО17, ФИО1 ФИО18, ФИО4 ФИО19.

Согласно свидетельствам о смерти, ФИО3 умерла 25 февраля 2006 года, ФИО4 6 декабря 1999 года, ФИО5 7 апреля 2003 года.

Вступившим в законную силу решением Вахитовского районного суда г. Казани от 14 января 2008 года по делу № 2-192/08 определены доли ФИО3, умершей 25 февраля 2006 года, ФИО5, умершего 06 апреля 2003 года, ФИО4, умершего 06 декабря 1999 года, в жилом помещении, расположенном по адресу: <адрес изъят>, в равных долях - по 1/3 доли. На основании данного решения произведена регистрация права собственности ФИО3, ФИО4, ФИО5 в Управлении Росреестра по Республике Татарстан. При рассмотрении данного дела судом установлено, что ФИО1 ФИО20, являясь наследником по завещанию умершей ФИО3, а также наследником по закону умершего ФИО5.

Истец в установленном законом оформил свои наследственные права и в настоящее время ему на праве собственности после смерти наследодателей принадлежит 2/3 доли в праве общей долевой собственности на жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес изъят>, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от 31 марта 2008 года серии <номер изъят>. Основанием регистрации права является свидетельство о праве на наследство по завещанию (номер Н-183) от 21 февраля 2008 года и свидетельство о праве на наследство по закону (номер Н-187) от 21 февраля 2018 года.

Согласно справке нотариуса ФИО7 наследственное дело после умершего 06 декабря 1999 года ФИО4 с 1999 года по настоящее время не заводилось.

Судом установлен, что ФИО3, ФИО5 и ФИО4 изначально являлись титульными собственниками всей квартиры без определения долей в праве собственности и после смерти одного из сособственников продолжали, как это следует из установленных судом обстоятельств дела, открыто, добросовестно и непрерывно владеть всем имуществом как своим собственным.

В течение всего времени их владения публично-правовое образование какого-либо интереса к данному имуществу как выморочному либо бесхозяйному не проявляло, о своих правах не заявляло, мер по содержанию имущества не предпринимало.

После определения долей в спорном имуществе в 2008 году, истец, как наследник ФИО3 и ФИО5, продолжал открыто, добросовестно и непрерывно владеть долей ФИО4 как своим собственным. Ответчик какого-либо интереса к спорной доле в квартире как выморочному либо бесхозяйному также не проявляло, о своих правах не заявляло, мер по содержанию имущества не предпринимало.

Согласно пункту 2 статьи 124 Гражданского кодекса Российской Федерации к Российской Федерации и ее субъектам, а также к муниципальным образованиям применяются нормы, определяющие участие юридических лиц в отношениях, регулируемых гражданским законодательством, если иное не вытекает из закона или особенностей данных субъектов.

Таким образом, при оценке требований и возражений публично-правового образования относительно выморочного или бесхозяйного имущества следует учитывать не только права, но и соответствующие обязанности и полномочия в отношении такого имущества.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 22 июня 2017 года N 16-П по делу о проверке конституционности положения пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина А.Н. Дубовца, переход выморочного имущества в собственность публично-правового образования независимо от государственной регистрации права собственности и совершения публично-правовым образованием каких-либо действий, направленных на принятие наследства, не отменяет требования о государственной регистрации права собственности. Собственник имущества, по общему правилу, несет бремя содержания принадлежащего ему имущества (статья 210 Гражданского кодекса Российской Федерации), что предполагает и регистрацию им своего права, законодательное закрепление необходимости которой является признанием со стороны государства публично-правового интереса в установлении принадлежности недвижимого имущества конкретному лицу. Бездействие же публично-правового образования как участника гражданского оборота, не оформившего в разумный срок право собственности, в определенной степени создает предпосылки к его утрате.

В правовом демократическом государстве, каковым является Российская Федерация, пренебрежение требованиями разумности и осмотрительности при контроле над выморочным имуществом со стороны собственника - публично-правового образования в лице компетентных органов - не должно влиять на имущественные и неимущественные права граждан, в частности добросовестных приобретателей жилых помещений (пункт 4.1).

Таким образом, публично-правовое образование, наделенное полномочиями по учету имущества, регистрации граждан, а также регистрирующее акты гражданского состояния, включая регистрацию смерти граждан, должно и могло знать о выморочном имуществе, однако в течение более 18 лет какого-либо интереса к имуществу не проявляло, о своих правах не заявляло, исков об истребовании имущества не предъявляло.

Из установленных судом обстоятельств следует, что спорное имущество находилось во владении истца, в том числе как правопреемника ФИО5 и ФИО3. Таким образом, иск исполнительного комитета муниципального образования города Казани по существу является виндикационным, следовательно к нему применяются общие сроки исковой давности.

Поскольку ФИО4 умер 6 декабря 1999 года, исполнительного комитет муниципального образования города Казани с требование о признании имущества вымороченным и истребование его из владения ФИО5 и ФИО3 мог заявить до 6 декабря 2002 года.

При этом суд учитывает, что ответчику о смерти ФИО4 должно быть известно с 6 декабря 1999 года в связи с регистрацией смерти последнего и со снятием вследствие этого с регистрационного учета в спорной квартире.

Однако ответчик с данными требованиями в суд обратился лишь 23 апреля 2018 года. Следовательно, срок исковой давности исполнительным комитетом муниципального образования города Казани по заявленным им встречным требованиям пропущен. В этой связи суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении встречного иска.

С момента истечения срока для истребования имущества собственником, начинается течение срока приобретательной давности. 15 летний срок, необходимый согласно вышеперечисленным нормам права и правовым позициям для признания права на имущество в силу приобретательной давности истек 6 декабря 2017 года.

Поскольку судом установлено, что с момента смерти ФИО4, принадлежащим ему объектом недвижимости открыто и непрерывно владели и пользовались изначально ФИО3 и ФИО5, а после их смерти истец как их правопреемник, исковые требования ФИО2 подлежат удовлетворению, за ним в порядке приобретательной давности подлежит признанию право собственности на 1/3 долю квартиры с кадастровым номером <номер изъят>, общей площадью 44,6, расположенной по адресу: <адрес изъят>.

При этом суд учитывает, ФИО3 и ФИО5, в последующем истец как их правопреемник за весь период давностного владения несли бремя содержания данного имущества. Согласно справке по платежному коду на 21 февраля 2018 года ФИО2 задолженности по коммунальным платежам, за пользование квартирой по адресу: <адрес изъят> не имеет.

Доводы ответчика о том, что ФИО2 не мог пользоваться спорным жилым помещением как своим собственным имуществом, поскольку знал об отсутствии правовых оснований для возникновения права собственности на данную квартиру, имеющую собственника, не могут служить основанием для отказа в иске ФИО2, поскольку вызваны неверным толкованием норм права.

По смыслу приведенных положений Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи, приобретательная давность является законным основанием для возникновения права собственности на имущество у лица, которому это имущество не принадлежит, но которое, не являясь собственником, добросовестно, открыто и непрерывно владеет в течение длительного времени чужим имуществом как своим.

Длительность такого открытого и непрерывного владения в совокупности с положениями об отказе от права собственности и о бесхозяйных вещах, а также о начале течения срока приобретательной давности с момента истечения срока давности для истребования вещи предполагают, что титульный собственник либо публичное образование, к которому имущество должно перейти в силу бесхозяйности либо выморочности имущества, не проявляли какого-либо интереса к этому имуществу, не заявляли о своих правах на него, фактически отказались от прав на него, устранились от владения имуществом и его содержания.

Целью нормы о приобретательной давности является возвращение фактически брошенного имущества в гражданский оборот, включая его надлежащее содержание, безопасное состояние, уплату налогов и т.п.

Добросовестность предполагает, что вступление во владение не было противоправным, совершено внешне правомерными действиями.

Добросовестное заблуждение давностного владельца о наличии у него права собственности на данное имущество положениями статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации не предусмотрено в качестве обязательного условия для возникновения права собственности в силу приобретательной давности.

Напротив, столь длительное владение вещью, право на которую отсутствует, предполагает, что давностный владелец способен знать об отсутствии у него такого права, особенно в отношении недвижимого имущества, возникновение права на которое, по общему правилу, требует формального основания и регистрации в публичном реестре.

Давностный владелец, как правило, может и должен знать об отсутствии у него законного основания права собственности, однако само по себе это не исключает возникновения права собственности в силу приобретательной давности.

Требование о добросовестном заблуждении в течение всего срока владения противоречит смыслу положений статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, без какого-либо разумного объяснения препятствует возвращению вещи в гражданский оборот и лишает лицо, открыто и добросовестно владеющее чужой вещью как своей, заботящееся об этом имуществе и несущее расходы на его содержание, не нарушая при этом ничьих прав, легализовать такое владение, оформив право собственности на основании статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При этом в силу пункта 5 статьи 10 названного кодекса добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Более того, само обращение в суд с иском о признании права в силу приобретательной давности является следствием осведомленности давностного владельца об отсутствии у него права собственности.

Руководствуясь статьями 194, 198, 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 ФИО21 к исполнительному комитету муниципального образования города Казани о признании права собственности на 1/3 долю в праве на недвижимое имущество в порядке приобретательной давности, удовлетворить.

Признать за ФИО2 в порядке приобретательной давности право собственности на 1/3 долю квартиры с кадастровым номером <номер изъят>, общей площадью 44,6 кв.м, расположенной по адресу: <адрес изъят>.

В удовлетворении встречного иска исполнительного комитета муниципального образования города Казани к ФИО1 ФИО22 о признании 1/3 доли квартиры с кадастровым номером <номер изъят>, общей площадью 44,6 кв.м, расположенной по адресу: <адрес изъят>, вымороченным имуществом, отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его составления в окончательной форме в Верховный Суд Республики Татарстан через Советский районный суд г. Казани.

Судья Советского

районного суда города Казани /подпись/ А.Ф. Гильмутдинова

Копия верна.

Судья А.Ф. Гильмутдинова

Мотивированное решение изготовлено 14 мая 2018 года.

Судья А.Ф. Гильмутдинова