Апелляционное постановление № 22-302/2023 от 15 февраля 2023 г. по делу № 1-254/2022

Председательствующий Лапшин С.В. Дело № 22-302/2023

УИД 76RS0022-01-2022-002901-66


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Ярославль 16 февраля 2023 года

Ярославский областной суд в составе судьи Иларионова Е.В.,

при помощнике судьи Коробове И.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы адвоката Чичагова А.В., осужденного ФИО1 на приговор Заволжского районного суда г. Ярославля от 20 декабря 2022 года, которым

ФИО1, ПЕРСОНАЛЬНЫЕ ДАННЫЕ года рождения, уроженец и гражданин Республики ПЕРСОНАЛЬНЫЕ ДАННЫЕ , судимый:

-01.09.2011 года (в приговоре указано 01.11.2011 года) Тушинским районным судом г. Москвы по п. п. «а, б» ч. 2 ст. 131 УК РФ, п. п. «а, б» ч. 2 ст. 132 УК РФ, на основании ч.3 ст. 69 УК РФ, к 10 годам лишения свободы в исправительной колонии общего режима,

осужден по:

- ч. 2 ст. 321 УК РФ (в отношении ФИО 1.) к 2 годам лишения свободы;

- ч. 2 ст. 321 УК РФ (в отношении ФИО 2) к 2 годам 6 месяцам лишения свободы.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ, путем частичного сложения назначенных наказаний, назначено ФИО1 наказание в виде 3 лет лишения свободы.

В соответствии с положениями ст. 70 УК РФ путем частично присоединения к назначенному наказанию неотбытой части наказания по приговору Тушинского районного суда г. Москвы от 01 ноября 2011 года (как указано в приговоре), окончательно назначено ФИО1 наказание в виде 5 лет лишения свободы, из которых 3 года лишения свободы ему надлежит отбывать в тюрьме, а оставшийся срок - в исправительной колонии строгого режима.

Избрана ФИО1 до вступления приговора в законную силу мера пресечения в виде содержания под стражей, взят под стражу в зале суда.

Срок отбывания наказания исчислен с момента вступления приговора в законную силу.

Зачтено в срок отбывания наказания время содержания ФИО1 под стражей по настоящему приговору с 20 декабря 2022 года до дня вступления приговора в законную силу, включительно, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания. Также время содержания под стражей подлежит зачету в срок отбывания наказания в тюрьме.

Определена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Иларионова Е.В., выступления адвоката Чичагова А.В., осужденного ФИО1 в поддержание доводов жалоб; мнение прокурора Хлупиной А.В., полагавшей приговор изменить, суд

у с т а н о в и л:

ФИО1 осужден: за угрозу применения насилия, совершенную в отношении сотрудника места лишения свободы, в связи с осуществлением им служебной деятельности; за применение насилия, неопасного для здоровья, угрозу применения насилия, совершенные в отношении сотрудника места лишения свободы, в связи с осуществлением им служебной деятельности.

Преступления совершены в г. Ярославле, при обстоятельствах, изложенных в приговоре, в отношении потерпевших: ФИО 1 – 20 сентября 2021 года, ФИО 2.- 25 января 2022 года.

ФИО1 вину не признал, дело рассмотрено в общем порядке принятия судебного решения.

В апелляционной жалобе адвокат Чичагов А.В. просит приговор отменить в отношении ФИО1 как незаконный, ввиду допущенных существенных нарушений уголовного и уголовно- процессуальных законов, не соответствия выводов суда фактическим обстоятельствам; уголовное дело по обоим эпизодам преступлений прекратить, на основании п. 2 ч.1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием состава преступления.

Считает, что при оценке доказательств по делу необходимо учитывать большую вероятность оговора сотрудниками ИК-№ осужденных, отбывающих наказание в данном исправительном учреждении, в связи с привлечением их к уголовной ответственности за противоправные действия в отношении осужденных.

Полагает, что по эпизоду от 25 января 2022 года с потерпевшим ФИО 2 объективные данные – видеозаписи, заключение эксперта, указывают на отсутствие состава преступления в действиях осужденного.

Ссылается на показания осужденного, который отрицал факт высказывания угроз в отношении ФИО 2., применение насилия; на показания свидетеля ФИО 3., подтвердившего показания ФИО1; на заключение экспертизы №1109 от 08 июля 2022 года, не установившего наличие телесных повреждений у потерпевшего; а также содержание компакт дисков с видеозаписями с регистраторов ФИО 2. и ФИО 4., где также не усматривается применение насилия к потерпевшему.

Полагает, что суд не дал должной правовой оценки содержанию компакт дисков с видеозаписями с регистраторов ФИО 2 и ФИО 4., которое отличается от информации в протоколе их осмотра.

Не соглашается с оценкой показаний сотрудников исправительного учреждения, а также осужденного и свидетеля ФИО 3., полагает, что не принято во внимание, что ФИО 4. является сослуживцем потерпевшего, лицом, зависимым от руководства учреждения.

Считает, что в приговоре не указано, чем подтверждается факт применения насилия в отношении потерпевшего ФИО 2., в адрес последнего не высказывалось каких- либо реальных угроз применения насилия, были только высказывания недовольства со стороны осужденного в нецензурной форме, в обвинение не указано, что потерпевший реально воспринимал угрозу применения насилия.

Полагает, что действия ФИО1 по эпизоду от 20 сентября 2021 года также не содержат признаков состава преступления, у него не было умысла напугать или применить насилие к потерпевшему ФИО 1., он не правильно высказался в его адрес, в связи с плохим знанием русского языка.

Считает, что назначенное в отношении осужденного наказание является несправедливым, не соответствующим требованиям ст. 60 УК РФ, ч.2 ст. 63 УК РФ, положениям п. 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года №58 «О практике назначения судами РФ уголовного наказания», поскольку суд обосновывал наличие состава преступления по обоим эпизодам, в том числе, данными о личности осужденного, повторно учел их (судимость, отрицательная характеристика), как данные, отрицательно характеризующие, при назначение наказания.

Полагает, что необоснованно указано в приговоре, что осужденный 3 года лишения свободы должен отбывать в тюрьме.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 просит приговор изменить как незаконный, необоснованный, несправедливый; исключить эпизод в отношении потерпевшего ФИО 2., так как не исследованы и не оценены все доказательства; смягчить наказание.

Обращает внимание, что в ходе предварительного следствия и в судебном заседании, он не признавал своей вины, со стороны сотрудников ФКУ ИК-№ УФСИН России по Ярославской области имели место провокационные действия, незапланированные обыски и досмотры, в ходе которых его трогали за грудь, чем было унижено его человеческое достоинство, нарушены его права, он неоднократно делал замечания потерпевшему ФИО 2 по этому поводу, при повторном обыске он вынужден был говорить с потерпевшим на повышенных тонах, но он не высказывал в отношении него угроз, не замахивался на него, не применял насилие, а лишь жестом указал, что не надо его обыскивать, до потерпевшего не дотрагивался.

В подтверждение своих доводов об отсутствии в его действиях состава преступления, предусмотренного ч.2 ст. 321 УК РФ, ссылается на показания свидетеля ФИО 3., заключение экспертизы №1109 от 08 июля 2022 года.

Не соглашается с оценкой его показаний, а также свидетеля ФИО 3., потерпевшего ФИО 2 и свидетеля ФИО 4., считает, что сотрудники колонии его оговаривают.

Отмечает, что неправильно указана дата приговора Тушинского районного суда г. Москвы, он вынесен не 01 ноября 2011 года, а 01 сентября 2011 года, срок исчисляется с 26 января 2011 года, поэтому просит приговор привести в соответствие, правильно зачислить положения ст. 70 УК РФ.

В письменных возражениях прокурор просит приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы защитника и осужденного – без удовлетворения.

Выслушав мнение участников процесса, проверив доводы апелляционных жалоб по материалам дела, нахожу приговор подлежащим изменению.

Доводы стороны защиты об отсутствии в действиях осужденного состава преступления, предусмотренного ч.2 ст. 321 УК РФ, по обоим эпизодам преступлений, являются несостоятельными, опровергаются материалами дела.

Выводы суда о доказанности вины ФИО1 по обоим эпизодам преступлений соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам, основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах, полно и правильно изложенных в приговоре, которым дана должная правовая оценка.

Из показаний сотрудников ФКУ ИК-№ УФСИН России по Ярославской области потерпевшего ФИО 1., свидетелей ФИО 5., ФИО 6. усматривается, что ФИО 1 работал в должности заместителя ДПНК дежурной части отдела безопасности ФКУ ИК№ УФСИН России по Ярославской области, 20 сентября 2021 года около 10- 11 часов, находясь при исполнении своих служебных обязанностей, в связи с принятием дежурства, осуществлял осмотр, в том числе, камеры ЕПКТ №2, где содержался осужденный ФИО1, в ходе проведения которого было обнаружено не менее 2 комплектов постельных принадлежностей, которые должны сдаваться сразу после подъема в 5:00, а также запрещенные для хранения в камере предметы - сигареты. В ходе изъятия запрещенных предметов ФИО1 начал высказывать недовольство, громко, в агрессивной форме, оскорбления в адрес ФИО 1., размахивал руками, сделав шаг в сторону потерпевшего, с использованием нецензурной лексики сказал, что ударит его. Потерпевший опасался, высказанной угрозы, исходя из личности осужденного, который состоял на профилактическом учете, как лицо, склонное к нападению на сотрудников администрации учреждения, он находился в непосредственной близости от него, в камере потерпевший находился один, остальные сотрудники были в коридоре, не успели бы своевременно отреагировать на действия осужденного.

Из протокола осмотра предметов, а также непосредственно осмотренных в судебном заседании видеозаписей с нагрудного регистратора, усматривается, что 20 сентября 2021 года в ходе осмотра камеры, были обнаружены постельные принадлежности, по поводу которых возник конфликт, осужденный вел себя вызывающе, высказывал оскорбления, с использованием нецензурной лексики, а затем, когда осужденный зашел в камеру и, двигался в сторону потерпевшего, произнес с использованием нецензурной лексики, в его адрес угрозу нанести ему удар.

Совокупность изложенных в приговоре доказательств, свидетельствует о том, что осужденный, понимая, что перед ним находится сотрудник места лишения свободы, при исполнении своих служебных обязанностей, связанных с производством обыска, выявивший нарушения ПВР ИУ, умышленно высказал в его адрес угрозу применения насилия.

Характер, совершенных действий, обстановка, при которой совершалось преступление, свидетельствуют об их умышленном характере, что осужденный осознавал общественную опасность своих действий, понимал, что, угрожая применением насилия в отношении сотрудника уголовно-исполнительной системы, в связи с осуществлением им служебной деятельности, он нарушает нормальную законную деятельность учреждения, обеспечивающую изоляцию от общества, и, желал этого.

Доводы стороны защиты о том, что осужденный неправильно высказался, в связи плохим знанием русского языка, являются несостоятельными, поскольку исследованные доказательства свидетельствуют об обратном, что высказанная угроза применения насилия была четко выражена, конкретной, направлена в отношении потерпевшего. Из пояснений осужденного, в том числе, в судебном заседании усматривается, что он в достаточной степени владеет русским языком.

Суд пришел к правильному выводу, что у потерпевшего имелись основания опасаться, высказанной угрозы применения насилия, осуществления ее, исходя из окружающей обстановки, так как ФИО 1 находился в камере вдвоем с ФИО1, последний целенаправленно направлялся в сторону потерпевшего, вел себя агрессивно, а также, с учетом данных о личности осужденного, который состоит на спец. учете, как склонный к нападению на представителей администрации и иных сотрудников правоохранительных органов.

По второму эпизоду виновность осужденного подтверждается показаниями сотрудников ФКУ ИК-№ УФСИН России по Ярославской области - потерпевшего ФИО 2., свидетеля ФИО 4., из которых видно, что ФИО 2 с 2020 года работал младшим инспектором группы надзора отдела безопасности ФКУ ИК-№ УФСИН России по Ярославской области, 25 января 2022 года находился на суточном дежурстве. Осужденный ФИО1, содержавшийся в камере ЕПКТ №4, отказался выходить на прогулку, просил препроводить его в комнату, где находятся личные вещи осужденных. После посещения данной комнаты, при водворении ФИО1 обратно в камеру, потерпевшим был проведен неполный личный обыск данного осужденного, в ходе которого у ФИО1 был обнаружен запрещенный предмет – коробок спичек, было предложено осужденному вернуть данный предмет в свои личные вещи. После этого, при повторном водворении ФИО1 в камеру, вновь потерпевший решил провести личный обыск осужденного, в ходе которого ФИО1 высказывал недовольство по поводу его проведения, угрозу физической расправой в адрес ФИО 2, которую последний воспринимал реально, с учетом личности осужденного, опасался ее осуществления, а также осужденный ударил его в область груди, отчего потерпевший испытал физическую боль.

Из протокола осмотра предметов, а также непосредственно осмотренных в судебном заседании видеозаписей с регистраторов потерпевшего и свидетеля ФИО 4 усматривается, что 25 января 2022 года в ходе обыска у осужденного были обнаружены спички, предъявлено требование их вернуть обратно в личные вещи, по выходу из комнаты, где они находятся, инспектор в коридоре около камеры вновь пытался обыскать осужденного, но тот возмущался по поводу обыска, высказывал с использованием нецензурной лексики в адрес инспектора угрозу нанести ему удар, после чего сделал замах правой рукой. Затем осужденный сделал шаг вперед и двумя руками нанес удар инспектору в область груди, где располагался видеорегистратор.

Совокупность изложенных в приговоре доказательств, свидетельствует о том, что осужденный, понимая, что перед ним находится сотрудник места лишения свободы, при исполнении своих служебных обязанностей, связанных с производством личного досмотра, выявивший нарушения ПВР ИУ, умышленно высказал в адрес ФИО 2 угрозу применения насилия, замахнулся правой рукой на потерпевшего, а затем применил насилие в отношении потерпевшего, нанеся целенаправленный удар обеими руками в область груди спереди, причинив физическую боль.

Вопреки доводов стороны защиты, в приговоре надлежащим образом указано, что факт высказывания угрозы применения насилия, а также применения насилия, неопасного для здоровья, подтверждается показаниями потерпевшего ФИО 2., свидетеля ФИО 4., данными видеозаписей с нагрудных регистраторов и другими материалами дела.

Суд первой инстанции сделал правильный вывод о том, что потерпевший действовал правомерно, установив наличие запрещенного предмета – спичечного коробка, который осужденный пытался пронести в камеру. Потерпевший вправе, на основании его должностной инструкции, требовать от осужденного соблюдения установленных правил поведения. В соответствии с положениями ст. 26 Федерального закона от 21 июля 1993 года № 5473-1 «Об учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы РФ», п. п. 48, 49, 157 ПВР ИУ от 16 декабря 2016 года №295, действовавшего на момент совершения преступления, сотрудники администрации обладают правом изъятия у осужденного запрещенных к использованию в ИУ вещей, а осужденные, а также помещения, в которых они проживают, могут подвергаться обыску, а вещи осужденных - досмотру. При этом личный обыск проводится лицами одного пола с осужденными.

Каких- либо нарушений при производстве личного досмотра ( обыска), а также неправомерных действий со стороны потерпевшего при его производстве, унижающих честь и достоинство осужденного, не выявлено.

Доводы стороны защиты о том, что осужденный высказал лишь недовольство действиями потерпевшего ФИО 2., не подтверждаются материалами дела, изложенными в приговоре, свидетельствуют о том, что осужденный высказал угрозу применения насилия, которая носила конкретных характер, была адресована потерпевшему.

Из показаний потерпевшего, а также исследованных материалов дела, следует, что потерпевший ФИО 2 опасался высказанной осужденным угрозы применения насилия, у него имелись основания для этого, поскольку потерпевший находился в непосредственной близости от ФИО1, второй сотрудник ИК находился от них на расстоянии около 5 метров, осужденный вел себя агрессивно, он состоял на проф. учете, как склонный к нападению на представителей администрации и иных сотрудников правоохранительных органов.

Суд обоснованно указал, что диспозиция ч.2 ст. 321 УК РФ не содержит обязательного указания на наличие оснований у потерпевшего опасаться осуществления, высказанной угрозы, поэтому приведение его в предъявленном обвинение, не является обязательным.

Характер, совершенных действий, обстановка, при которой совершалось преступление, свидетельствуют об их умышленном характере, что осужденный осознавал общественную опасность своих действий, понимал, что, угрожая применением насилия и применяя насилие в отношении сотрудника уголовно-исполнительной системы, в связи с осуществлением им служебной деятельности, он нарушает нормальную законную деятельность учреждения, обеспечивающую изоляцию от общества, и, желал этого.

Вопреки доводов жалоб, суд первой инстанции надлежащим образом исследовал все доказательства, представленные как стороной защиты, так и стороной обвинения, дал им надлежащую правовую оценку.

Тщательный анализ и основанная на законе оценка доказательств с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а их совокупности - достаточности для разрешения дела, позволили суду правильно установить фактические обстоятельства, обоснованно прийти к выводу о доказанности вины осужденного в совершении преступлений. При этом, выводы суда не содержат предположений, неустранимых противоречий, основаны на исследованных материалах дела, которым дана надлежащая оценка в приговоре, в соответствии с требованиями ст. ст. 88, 307 УПК РФ, оснований для иной их оценки, не усматривается.

Неправильного применения уголовного закона, влекущего отмену приговора, не установлено.

Суд дал правильную юридическую оценку показаниям осужденного по обоим эпизодам преступлений в части того, что он не высказывал угрозы применения насилия в отношении обоих потерпевших, не применял насилие в отношении потерпевшего ФИО 2., обоснованно признав их недостоверными, расценив их как способ защиты, поскольку они опровергаются показаниями потерпевших ФИО 2., ФИО 1., свидетелей ФИО 4., ФИО 5., ФИО 6., данными видеозаписей с нагрудных регистраторов, осмотренных в судебном заседании, протоколами их осмотра.

В основу обвинительного приговора мотивированно и правильно положены показания сотрудников ФКУ ИК -№ УФСИН России по Ярославской области потерпевших ФИО 2., ФИО 1., свидетелей ФИО 4., ФИО 5., ФИО 6., поскольку они получены в соответствии с требованиями уголовно- процессуального законодательства, подробны, последовательны, согласуются с письменными материалами дела, иными исследованными доказательствами, в том числе, данными видеозаписей с нагрудных регистраторов, осмотренных в судебном заседании, протоколами их осмотра. Оснований для оговора осужденного, у потерпевших и свидетелей, не установлено. При этом, выполнение сотрудниками исправительного учреждения должностных обязанностей не свидетельствует об их заинтересованности в исходе дела.

Потерпевшие и свидетели, являющиеся сотрудниками ФКУ ИК № УФСИН России по Ярославской области не привлекались к уголовной ответственности за должностные преступления, не были замечены в незаконном применении насилия к осужденным.

Доводы стороны защиты о том, что свидетель ФИО 4 является сослуживцем потерпевшего, является лицом, зависимым от руководства исправительного учреждения, не влияют на выводы суда в части его оценки, поскольку достоверность его показаний не вызывает сомнений, так как они подтверждаются не только показаниями потерпевшего, но и данными видеозаписей с нагрудных регистраторов, протоколами их осмотра.

Суд также правильно оценил показания свидетеля ФИО 3 о том, что ФИО1 не применял насилие в отношении потерпевшего ФИО 2., не высказывал в отношении него угроз применения насилия, обоснованно признав их недостоверными, данными в целях оказания помощи осужденному в избежание им ответственности, из чувства ложно понятого товарищества, поскольку они опровергаются показаниями потерпевшего ФИО 2., свидетеля ФИО 4., данными видеозаписей с нагрудных регистраторов, осмотренных в судебном заседании, протоколами их осмотра.

Письменные материалы дела, положенные в основу обвинительного приговора, являются допустимыми и достоверными доказательствами, поскольку получены в соответствии с требованиями уголовно- процессуального закона, согласуются с показаниями свидетелей.

Видеозаписи с камер нагрудных регистраторов были в соответствии с требованиями уголовно- процессуального закона изъяты, осмотрены и приобщены к материалам дела.

Вопреки доводов жалобы защитника, суд основывал свои выводы не только на протоколах осмотра видеозаписей с регистраторов, но и на данных, полученных в результате их непосредственного осмотра в судебном заседании. Сторона защиты после исследования указанных выше видеозаписей не заявляла о несоответствии их содержания, изложенного в протоколах осмотра. Суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что содержание видеозаписей, отраженное в протоколе их осмотра, согласуется с содержанием видеозаписей, исследованных в ходе судебного разбирательства.

Действительно, из выводов заключения судебно- медицинской экспертизы усматривается, что в представленной медицинской документации нет каких-либо объективных данных, свидетельствующих о наличии у ФИО 2 телесных повреждений.

Однако, данное доказательство не опровергает выводов суда о применении насилия в отношении ФИО 2., поскольку из показаний потерпевшего, свидетеля ФИО 4., данных видеозаписей с нагрудных регистраторов, было установлено, что осужденный целенаправленно нанес удар обеими руками в область груди спереди потерпевшему, причинив физическую боль последнему, что свидетельствует о применении насилия, неопасного для здоровья.

Доводы стороны защиты о причинах, по которым потерпевший ФИО 2 обратился за медицинской помощью, правового значения не имеют.

Действия ФИО1 правильно квалифицированы:

- по ч.2 ст. 321 УК РФ (по эпизоду в отношении ФИО 1.) как угроза применения насилия, совершенная в отношении сотрудника места лишения свободы, в связи с осуществлением им служебной деятельности;

-по ч.2 ст. 321 УК РФ (по эпизоду в отношении ФИО 2.) как применение насилия, неопасного для здоровья, угроза применения насилия, совершенные в отношении сотрудника места лишения свободы, в связи с осуществлением им служебной деятельности.

Оснований для вынесения оправдательного приговора, по доводам стороны защиты, не имеется.

При назначении наказания ФИО1 должным образом учтены характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, данные его личности, наличие отягчающих, отсутствие смягчающих наказания обстоятельств, а также влияние наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

Смягчающих наказание обстоятельств, влияющих на определение вида и размера наказания, не установлено.

Суд обоснованно пришел к выводу о наличие в действиях осужденного по обоим эпизодам преступлений отягчающего наказания обстоятельства – рецидива преступлений.

Наказание осужденному обоснованно назначено в пределах, предусмотренных ч.2 ст. 68 УК РФ.

Данные о личности осужденного, в том числе, касающиеся состояния его здоровья, исследованы в полном объеме, приведены в приговоре и надлежащим образом учтены при назначении наказания.

Доводы стороны защиты о незаконном двойном учете данных о личности осужденного, характеризующих его сведений, при определении наличия угрозы применения насилия, а также при назначении наказания, не основаны на правильном толковании уголовного закона.

Положения ч.2 ст. 63 УК РФ, а также п. 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года №58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», предусматривают, что обстоятельства, относящиеся к признакам состава преступления, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ должны учитываться при оценке судом характера общественной опасности содеянного. Однако эти обстоятельства не могут быть повторно учтены при назначение наказания.

Указанные положения закона не запрещают учитывать данные о личности осужденного, характеризующие его сведения, в том числе, что он состоит на проф. учете как лицо склонное к нападению на представителей администрации и иных сотрудников правоохранительных органов, при назначении наказания, поскольку эти обстоятельства не относятся к признакам состава преступления.

Выводы суда об отсутствии оснований для изменения категории преступления, применения положений ст.64 УК РФ, являются мотивированными и правильными.

Действительно, в приговоре допущена техническая ошибка при указании даты вынесения предыдущего приговора.

Из материалов дела усматривается, что ФИО1 осужден приговором Тушинского районного суда г. Москвы от 01 сентября 2011 года по п. п. «а, б» ч.2 ст. 131, п. п. «а, б» ч.2 ст. 132 УК РФ, с применением ч.3 ст. 69 УК РФ, к 10 годам лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

С учетом допущенной судом технической ошибки следует уточнить вводную, описательно- мотивировочную и резолютивную части приговора, указать, что ФИО1 осужден приговором Тушинского районного суда г. Москвы от 01 сентября 2011 года.

Кроме того, в резолютивной части приговора также следует указать, что наказание, в соответствии с положениями ст. 70 УК РФ, назначено по совокупности приговоров путем частично присоединения к назначенному наказанию неотбытой части наказания по приговору Тушинского районного суда г. Москвы от 01 сентября 2011 года.

Судом первой инстанции обоснованно применены положения ст. 70 УК РФ при назначении окончательного наказания.

Из материалов дела усматривается, что по приговору Тушинского районного суда г. Москвы от 01 сентября 2011 года срок отбывания наказания ФИО1 исчислен с даты его провозглашения, то есть с 01 сентября 2011 года, с зачетом в срок отбывания наказания времени содержания под стражей с 26 января 2011 года по 12 октября 2011 года, а затем с 10 июля 2017 года.

При этом, на основании постановления Заволжского районного суда г. Ярославля от 31 января 2019 года зачтено в срок отбывания наказания по приговору от 01 сентября 2011 года время содержания под стражей с 26 января 2011 года по 13 сентября 2011 года (включительно), из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

С учетом данных обстоятельств, суд правильно определил неотбытую часть наказания по приговору от 01 сентября 2011 года, обоснованно указал, что он подлежит освобождению 31 июля 2026 года.

Суд пришел к обоснованному выводу о назначении осужденному наказания в виде реального лишения свободы, которое соответствует характеру и степени общественной опасности содеянного, данным о его личности.

С указанными выше выводами о назначении осужденному наказания виде реального лишения свободы, суд апелляционной инстанции соглашается, считает вид и размер наказания, назначенного, как за каждое преступление, так и по совокупности преступлений и приговоров, законным и справедливым, отвечающим требованиям ст. ст. 6, 43,60 УК РФ, поэтому оснований для его изменения, в том числе, по доводам жалоб, не имеется.

Из приговора суда также подлежит исключению указание на отбытие 3 лет лишения свободы осужденным в тюрьме, а также на зачет времени содержания под стражей в срок отбывания наказания в тюрьме, так как данные выводы не основаны на положениях уголовного закона.

В соответствии с требованиями п. «в» ч.1 ст. 58 УК РФ, осужденный для отбытия всего срока наказания должен быть направлен в исправительную колонию строгого режима.

Оснований, предусмотренных ч. ч.2, 2.1 ст. 58 УК РФ, для назначения осужденному для отбытия части наказания в тюрьме, не имеется. Отбывание наказания в тюрьме осужденному не назначалось по настоящему приговору, а также по приговору Тушинского районного суда г. Москвы от 01 сентября 2011 года.

Перевод осужденного, на основании постановления Заволжского районного суда г. Ярославля от 29 сентября 2022 года в порядке исполнения приговора Тушинского районного суда г. Москвы от 01 сентября 2011 года, для дальнейшего отбывания наказания из исправительной колонии общего режима в тюрьму на срок 3 года, не является основанием для определения ему по совокупности приговоров отбытия части наказания в тюрьме.

С учетом внесенных изменений следует уточнить резолютивную часть приговора, исчислять ФИО1 срок отбывания наказания с момента вступления приговора в законную силу, то есть с 16 февраля 2023 года, зачесть в срок отбывания наказания время содержания под стражей с 20 декабря 2022 года до дня вступления приговора в законную силу, то есть до 15 февраля 2023 года включительно из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Внесенные судом апелляционной инстанции изменения не влияют на определение вида и размера наказания.

Нарушений требований уголовно- процессуального законодательства, влекущих отмену приговора, не установлено.

Судебное разбирательство проведено с соблюдением всех принципов судопроизводства, в том числе, состязательности и равноправия сторон, права на защиту, презумпции невиновности. В судебном заседании исследованы все существенные для исхода дела доказательства, представленные как стороной защиты, так и стороной обвинения, им дана надлежащая правовая оценка.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 389-13, 389-20, 389-28 УПК РФ, суд

п о с т а н о в и л:

Приговор Заволжского районного суда г. Ярославля от 20 декабря 2022 года в отношении осужденного ФИО1 изменить:

- уточнить вводную, описательно- мотивировочную, резолютивную части приговора, указав, что ФИО1 осужден приговором Тушинского районного суда г. Москвы от 01 сентября 2011 года п. п. «а, б» ч. 2 ст. 131 УК РФ, п. п. «а, б» ч. 2 ст. 132 УК РФ, на основании ч.3 ст. 69 УК РФ, к 10 годам лишения свободы в исправительной колонии общего режима;

- исключить из резолютивной части приговора указание на отбытие ФИО1 3 лет лишения свободы в тюрьме, а также на зачет времени содержания под стражей в срок отбывания наказания в тюрьме;

- уточнить резолютивную часть приговора, считать, что в соответствии с положениями ст. 70 УК РФ, по совокупности приговоров путем частично присоединения к назначенному наказанию неотбытой части наказания по приговору Тушинского районного суда г. Москвы от 01 сентября 2011 года, окончательно назначено ФИО1 наказание в виде 5 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима;

- исчислять ФИО1 срок отбывания наказания с момента вступления приговора в законную силу, то есть с 16 февраля 2023 года, зачесть в срок отбывания наказания время содержания под стражей с 20 декабря 2022 года до дня вступления приговора в законную силу, то есть до 15 февраля 2023 года включительно, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

В остальной части приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы адвоката Чичагова А.В., осужденного ФИО1- без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47-1 УПК РФ, во Второй кассационный суд общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции в течение 6 месяцев со дня вступления его в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей – в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного постановления и приговора, вступившего в законную силу, в случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении- путем подачи кассационной жалобы непосредственно в суд кассационной инстанции. Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья Ярославского областного суда: Е.В. Иларионов