Решение № 2-83/2026 2-83/2026~М-5/2026 М-5/2026 от 29 марта 2026 г. по делу № 2-83/2026

Гражданское дело № 2-83/2026

УИД 80RS0002-01-2026-000012-57


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

п. Могойтуй 30 марта 2026 года

Могойтуйский районный суд Забайкальского края в составе

председательствующего судьи Ситко Т.И.,

при секретаре Шульга К.А.,

с участием истца ФИО3,

представителя истца ФИО7,

старшего помощника прокурора Могойтуйского района Забайкальского края Данзановой Б.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО9 о признании фактическим воспитателем и лишении выплат в связи с гибелью военнослужащего,

установил:

Истец ФИО3 обратился в суд с вышеуказанным исковым заявлением, в обоснование которого указал, что <ДАТА> в зоне специальной военной операции при исполнении воинского долга погиб ФИО1, уроженец <адрес>, <ДАТА> года рождения. Похороны состоялись <ДАТА> по адресу: <адрес>.

Погибший ФИО1 в браке не состоял, детей не имел. Он является дядей погибшего, а именно родным братом отца погибшего ФИО1.

Отец погибшего - ФИО2, <ДАТА> года рождения, умер <ДАТА>, что подтверждается свидетельством о смерти I-CA №, выданным <ДАТА> Отделом ЗАГС администрации <адрес>.

Биологическая мать ФИО9, воспитанием сына ФИО1 не занималась, утратила связи с ребенком по своей вине в связи с совершением ряда уголовных преступлений, установленных приговорами районных судов, отбывала наказание в местах лишения свободы, что подтверждается приговором Агинского районного суда <адрес> по части 4 статьи 111 УК РФ, к 11 годам 3 месяцам лишения свободы с отбытием наказания в исправительной колонии строгого режима, освобожденная <ДАТА> постановлением Эхирит -Булагатского районного суда <адрес> от <ДАТА> условно досрочно на срок 11 месяцев 23 дня. <ДАТА> ФИО9 повторно была осуждена Могойтуйским районным судом по п. «в» части 2 статьи 158 УК РФ к 2 годам 6 месяцам условно с испытательном сроком 3 года.

09 июля 2001 году постановлением администрации <адрес> № над несовершеннолетним ФИО1, погибшим в зоне СВО, устанавливалась опека. Опекуном была назначена ФИО4, <ДАТА> года рождения, которая являлась его супругой. ФИО4 умерла <ДАТА>. Он заявляет, что содержал и воспитывал несовершеннолетнего ФИО1 с детства, участвовал в родительских собраниях вместе с супругой, забирал его со школы, покупал одежду и продукты питания, обучал технике, прививал мужские навыки, что могут подтвердить свидетели и документами.

ФИО1 начал жил с ним и членами его семьи до установления вышеуказанной опеки с 1993 года по адресу: <адрес>, когда ФИО1 было около 3-х лет. В 90-х годах ответчик ФИО9 реально отбывала наказание за кражу сроком 4 года в колонии общего режима и воспитанием ФИО1 заниматься не могла. Факт нахождения малолетнего ФИО1 в его составе семьи с 90-х годов подтверждается справкой о составе семьи администрации городского поселения «Могойтуй» № от <ДАТА>, выданной на основании записей похозяйственной книги №, страница 129, лс № за 2014 год. Истец являлся фактическим воспитателем более 5 лет.

Биологическая мать ФИО9 стала интересоваться судьбой ФИО1 после его гибели в зоне СВО. ФИО9 подала документы на выплаты через Военкомат <адрес> в связи с гибелью военнослужащего, с чем он, как заинтересованное лицо, согласиться с выплатами в пользу ФИО9 не может, и считает ФИО9 недостойной выплат в связи с тем, что в воспитании ФИО1 она не участвовала.

Из положений семейного законодательства, а также разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что семейная жизнь предполагает наличие тесной эмоциональной связи между ее членами, в том числе между родителями и детьми, взаимную поддержку и помощь членов семьи, ответственность перед семьей всех ее членов. При этом основными обязанностями родителей в семье являются воспитание, содержание, защита прав и интересов детей. Поскольку родители несут одинаковую ответственность за воспитание и развитие ребенка, данные обязанности должны выполняться независимо от наличия или отсутствия брака родителей, а также их совместного проживания. Невыполнение по вине родителей родительских обязанностей, в том числе по содержанию детей, их материальному обеспечению, может повлечь для родителей установленные законом меры ответственности, среди которых - лишение родительских прав. В числе правовых последствий лишения родительских прав - утрата родителем (родителями) права на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.

Ввиду изложенного лишение права на получение мер социальной поддержки в виде единовременного пособия и страховой суммы в связи с гибелью военнослужащего возможно при наличии обстоятельств, которые могли бы служить основаниями к лишению родителей родительских прав, в том числе в случае злостного уклонения родителя от выполнения своих обязанностей по воспитанию и содержанию ребенка.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 50 постановления «О применении судами законодательства при рассмотрении дел, связанных со взысканием алиментов», разъясняет, что под фактическими воспитателями следует понимать как родственников ребенка, так и лиц, не состоящих с ним в родстве, которые осуществляли воспитание и содержание ребенка, не являясь при этом усыновителем, опекуном (попечителем), приемным родителем или патронатным воспитателем ребенка.

На основании изложенного, просит: признать истца, ФИО3, <ДАТА> года рождения, фактическим воспитателем ФИО1, уроженца <адрес>, <ДАТА> года рождения, погибшего в зоне специальной военной операции <ДАТА>; лишить ответчика, ФИО9, права на причитающиеся члену семьи выплат, льгот и компенсаций, погибшего участника специальной военной операции ФИО1, <ДАТА> года рождения.

В своем отзыве ФКУ «75 финансово-экономическая служба» Министерства обороны Российской Федерации выражает несогласие с исковым заявлением истца, обосновав следующим. Как усматривается из материалов дела супруга ФИО3 - ФИО4 согласно постановлению администрации <адрес> № от <ДАТА>, являлась опекуном погибшего военнослужащего ФИО1. Совместно с супругой ФИО3 занимался содержанием ФИО1, воспитывал его не менее пяти лет до его совершеннолетия, однако данный факт не свидетельствует о наличии оснований для признания ФИО3 фактическим воспитателем по следующим основаниям.

Приемные родители и опекуны, в отличие от фактических воспитателей (родственников ребенка и лиц, не состоящих с ним в родстве, воспитывающих и содержащих ребенка на безвозмездной основе за счет собственных средств) не относятся к числу лиц, имеющих право получать от воспитанников содержание вне зависимости от времени их воспитания, поскольку они выполняют обязанности воспитателя с согласия; воспитанники находятся на полном государственном обеспечении, ежемесячно за время пребывания в семье опекуна из бюджета выделяются денежные средства на их питание, одежду, обувь и мягкий инвентарь, проживание, а также бесплатно оказывается медицинская помощь, в связи с чем, в случае смерти воспитанника - военнослужащего у приемных родителей отсутствуют материальные потери в виде будущей возможности получать от него содержание.

В случае гибели военнослужащего в период прохождения военной службы, при исполнении обязанностей военной службы, выгодоприобретателями по обязательному государственному страхованию и получателями мер социальной поддержки лиц, потерявших кормильца, в рамках возмещения вреда, причиненного им гибелью (смертью) военнослужащего, являются члены семьи, прямо указанные в Федеральных законах и в заключенных на основании этих законов договорах.

Государственными контрактами на оказание услуг по осуществлению обязательного государственного страхования жизни и здоровья военнослужащих Вооруженных сил Российской Федерации, Соглашениями об осуществлении выплат единовременных пособий военнослужащим Вооруженных сил Российской Федерации, заключенным между Министерством обороны РФ и АО «СОГАЗ», не предусмотрено предоставление страховых выплат и единовременного пособия опекунам в случае смерти их воспитанника, в период военной службы и при исполнении обязанностей военной службы.

В своих возражениях на исковое заявление Военный комиссариат Забайкальского края возражает против удовлетворения требований ФИО3 о признании его фактическим воспитателем военнослужащего, поскольку постановлением администрации Могойтуйского района № 17 от 9 июля 2001 года над несовершеннолетним ФИО1 установлена опека, опекуном назначена супруга истца ФИО4, которая умерла в 2024 году. ФИО1 находился под опекой вплоть до своего совершеннолетия – 2008 год. Отец погибшего военнослужащего умер в 2005 году, из заявления не усматривается был ли он лишен родительских прав, не усматривается также причины, по которым над несовершеннолетним была установлена опека, учитывая, что на тот момент отец несовершеннолетнего был жив. Поскольку супруга ФИО3 была опекуном ФИО1, ФИО3 не может быть признана фактическим воспитателем будущего военнослужащего. Предметом правового регулирования семейного законодательства выступают личные неимущественные и имущественные отношения между членами семьи (в том числе супругами). Таким образом, Семейный кодекс РФ устанавливает иные по своей правовой природе правила как для супруги, так и для супруга, а именно, предусматривает личное неимущественное семейное право и в то же время корреспондирующую с ним семейную обязанность совместно с другим супругом, на равных началах решать вопросы жизни семьи, в том числе содержания и воспитания детей, опекаемых. Пунктом 2 ст. 20 ГК РФ предусмотрено, что местом жительства несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет, или граждан, находящихся под опекой, признается место жительства их законных представителей – родителей, усыновителей или опекунов. Согласно т. 64 СКК РФ защита прав и интересов детей возлагается на их родителей. Исходя из принципа равенства прав и обязанностей родителей (п. 2 ст. 31 СК РФ), являющихся законными представителями своих несовершеннолетних детей (опекаемых), и отсутствия в законе установленной формы соглашения, предполагается, что при совершении одним из родителей действий, то он действует с согласия другого родителя. Считают, что данные нормы распространяются и на опекунов. Опекун замещает и, в известном смысле, заменяет ребенку кровных родителей. Поэтому Семейный Кодекс РФ обязывает и управомачивает опекуна воспитывать подопечных в заботе об их физическом, психическом, духовном и нравственном развитии. А так как это семья, то на ФИО3 распространялись те же правила и нормативно-правовое регулирование отношений в отношении ФИО1, как и на его жену. Согласно п. 3 ст. 31 СК РФ супруги обязаны содействовать благополучию и укреплению семьи, заботиться о благосостоянии и развитии детей, это обязанность также является равной и взаимной. Более того, в норме в супружеское правоотношение включен еще один субъект – ребенок, защита интересов, которого является равной обязанностью каждого из супругов по отношению к другому. Важно отметить, что в супружеском правоотношении обязанностью по отношению к другому является забота об интересах ребенка. В течении совместной жизни супруги решают различные стоящие перед семьей задачи, выражают свою взаимную волю, оказывают друг другу взаимопомощь, совместно владеют, пользуются и распоряжаются имуществом. Пунктом 1 ст. 148 СК РФ предусмотрено, что дети, находящиеся под опекой (попечительством), имеют право на воспитание в семье опекуна (попечителя), заботу со стороны опекуна (попечителя), совместное с ним проживание. Совместное проживание – это условие, при котором наиболее полно реализуются, как права родителей (опекунов), попечителей, так и права детей (опекаемых). В силу абз. 1 п. 6 ст. 148.1 СК РФ опекун и попечитель ребенка имеет право и обязан воспитывать ребенка, находящегося под из опекой или попечительством, заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии ребенка. Так как ФИО4 и ФИО3 находились в браке, они не могут рассматриваться как отдельные субъекты, то соответственно оснований для признания ФИО3 фактическим воспитателем не имеется, поскольку назначение ФИО4 опекуном над ФИО1 было произведено с согласия ФИО3, как супруга опекуна. Соответственно ФИО12 занимался воспитанием погибшего ФИО1 как член семьи опекуна, которая в силу возложенных на нее ст. 148.1 СК ОФ обязанностей, имела право и должна была воспитывать ребёнка, находящегося под ее опекой или попечительством, заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии ребенка. Учитывая вышеприведенные нормы закона, ФИО3, как супруг опекуна, проживал совместно с погибшим военнослужащим и занимался его воспитанием в период его несовершеннолетия в силу закона. На протяжении семи лет заявитель ФИО3 мер по усыновлению ФИО1, либо оформлении опеки над ним не предпринимал. Исходя из интересов ребенка, ему может быть назначен не один, а несколько опекунов, при устройстве такого ребёнка в приемную семью. ФИО3 мог, как и его жена, оформить документы на опекунство, но он этого не сделал. Нормами абз. 8 п. 3 ст. 2 ФЗ от <ДАТА> № 52-ФЗ и п. 4 ч. 11 ст. 3 ФЗ от <ДАТА> № 306-ФЗ, предусмотрено лицо, признанное фактически воспитывавшим и содержавшим военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, или инвалида вследствие военной травмы в течение не менее пяти лет до достижения ими совершеннолетия. Таким образом юридически значимым обстоятельством является установление факта не только воспитания, но и содержания воспитанника. Под полным содержанием признаются действия, направленные на обеспечение несовершеннолетнего всем необходимым при отсутствии у него материальной поддержки от других лиц или других источников. Заявлением истца не подтверждается факт содержания ФИО1 за счет собственных средств. Сведений о трудовой деятельности ФИО3 не представлено и не указано. Заявление вообще не содержит сведений за счет каких денежных средств ФИО3 воспитывал и содержал несовершеннолетнего ФИО1, учитывая, что постановлением об опекунстве супруге ФИО22 была назначена денежная выплата на содержание и несовершеннолетнего. Кроме того, ФИО22 не представлено бесспорных доказательств, которые бы свидетельствовали именно о процессе фактического воспитания (качество, постоянство, эмоциональная связь, полное содержание, участие в учебном процессе воспитанника и тд.). Не прослеживается и того, что между фактическим воспитателем (ФИО3) и воспитанником (ФИО1) были отношения, схожие с отношениями между родителем и ребенком в части его содержания и воспитания. По второму требованию истца лишение ФИО9 права на получение всех предусмотренных выплат, положенных членам семьи военнослужащего, погибшего в ходе специальной военной операции вопрос удовлетворения или не удовлетворения требований заявления Военный комиссариат оставляет на усмотрение суда.

В судебном заседании истец ФИО3, его представитель ФИО7 исковые требования поддержали, просили их удовлетворить. Указали, что ФИО1 с 3 лет проживал в семье ФИО3. В 2001 году супруга ФИО3 – ФИО4 оформила опеку над ФИО1. ФИО1 находился под опекой до совершеннолетия. ФИО3 на ряду с супругой занимался воспитание и содержанием ФИО1 до совершеннолетия. Несмотря на то, что брак между ФИО4 и ФИО3 был расторгнут в 2001 году, супруги проживали совместно. ФИО3 на протяжении всего времени, что ФИО1 проживал в его семье работал, обеспечивал семью. Ответчик ФИО9 с 2001 года отбывала наказание в виде лишения свободы в колонии по приговору суда. Вернулась в п. Могойтуй, когда ФИО1 было 17 лет. Однако ребенка не забрала, ФИО1 так и проживал в семье ФИО3 под опекой супруги истца ФИО4.

Ответчик ФИО9 в судебное заседание не явилась, о дне, месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, уважительности причин неявки суду не представила, об отложении дела не просила. В судебном заседании 10 марта 2026 года исковые требования не признала, просила отказать в удовлетворении требований. Указала, что ФИО1 с 2001 года был под опекой ФИО4. Она не была лишена родительских прав. С 1995 года отбывала наказание по приговору суда в колонии сроком 4 года, с 2001 года отбывала наказание в колонии сроком 11 лет. Когда вернулась ФИО1 был уже взрослым 16-17 лет. Какое время она тоже проживала у ФИО3, затем ушла. ФИО1 в это время проживал то с ней, то у ФИО3. Когда ФИО1 пропал на СВО, она искала его 11 месяцев. Похоронами полностью занималась она.

Свидетель ФИО9 суду показала, что истец ФИО3 ее отец, ФИО4 ее мама, ФИО9 супруга брата отца. Брак между ее родителями был расторгнут в 2001 году, однако отце и мать проживали совместно до дня смерти мамы. ФИО1 с детства проживал с бабушкой. С 5 лет ФИО1 проживал в ее семье, от них пошел в школу, за ним смотрели ее родители ФИО10. В 2001 году в возрасте 11 лет родителей ФИО1 посадили в колонию. Мама ФИО4 оформила опеку над ФИО1. Отец и мать ФИО1 постоянно находились в заключении. Под опекой ФИО1 находился до 18 лет. Ответчик ФИО9 вышла из тюрьмы, когда ФИО1 было 17 лет, однако ФИО1 она не занималась, ребенка в себе не забрала. Какое время ФИО9 также проживала у них в ограде в тепляке, жила своей жизнью, ФИО1 не интересовалась. ФИО1 постоянно с матерью не проживал. Однако ФИО9 научила его пить, курить. На содержание ФИО1 опекуну выплачивалось 30 000 рублей, также платилось пособие опекуну. ФИО1 закончил 9 классов, дальше учится не захотел, закончил курсы сварщика.

Свидетель ФИО14 суду показал, что он проживает в семье ФИО3 сожительствует с ФИО9, дочерью истца. ФИО1 с детства проживал и воспитывался в семье ФИО10 по <адрес>. Изначально он думал, что ФИО22 родители ФИО1. ФИО1 не жил с матерью ФИО9. ФИО9 после освобождения из мест лишения свободы, об ФИО1 не заботилась, ничего ему не покупала, проживала в различных местах. ФИО3 на ряду с ФИО4 занимался воспитанием и содержанием ФИО1.

Свидетель ФИО15 суду показала, что супруга ФИО3 – ФИО4 ее тетя. ФИО1 ее троюродный брат. Родители ФИО1 сидели в тюрьме. ФИО1 находился до совершеннолетия под опекой у ФИО4 супруги ФИО3. Она жила в семье ФИО22 с 1998 года, училась в техникуме. ФИО1 проживал в семье ФИО22 с 5 лет, учился в школе №. Отец ФИО1 умер, когда ответчик ФИО9 находилась в колонии. После освобождения ответчик ФИО9 об ФИО1 не заботилась, он также проживал в семье ФИО3.

Свидетель ФИО21 суду показала, что семью ФИО3 знает с 1995 года, с момента, когда стала работать на рынке. С 1997 года и в последующие годы семья ФИО3 приходила на рынок за одеждой. В семье были две девочки школьницы, ФИО1. Детей не разделяли одежду к школе, по сезону покупали всем и девочкам и ФИО1. Расчеты за покупки всегда делал ФИО3 как глава семьи. В то время она думала, что ФИО1 родной сын ФИО22. В 2010 голду узнала, что ФИО1 под опекой. Затем появилась ответчик ФИО9. Ответчика ФИО9 с ФИО1 она никогда не видела, поскольку работала не каждый день, возможно они приходили на рынок не в дни ее работы.

Свидетель ФИО16 суду показала, что ответчик ФИО9 ее одноклассница, вместе учились, девичья фамилия ФИО9 – ФИО11. С ФИО3 являются соседями. ФИО1 с детства проживал в семье ФИО10. Ответчик ФИО9 постоянно отбывала наказание в тюрьме. ФИО22 растили ФИО1 пока мать находилась в заключении, одевали, кормили.

Третье лицо представитель ФКУ «75 финансово-экономическая служба» Министерства обороны Российской Федерации в судебное заседание не явился, надлежаще извещенный о месте и времени рассмотрения дела, представитель ФИО17 в письменном ходатайстве просила рассмотреть дело без их участия. При этом направила суду письменное возражение на исковое заявление о не согласии с требованиями истца.

Третье лицо представитель отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Забайкальскому краю в судебное заседание не явился, надлежаще извещенный о месте и времени рассмотрения дела, представитель по доверенности ФИО18 просила рассмотреть настоящее дело в их отсутствие.

Третье лицо ФКУ «Военный комиссариат Забайкальского края» в судебное заседание не явился, надлежаще извещенный о месте и времени рассмотрения дела, представитель по доверенности ФИО19 просила рассмотреть настоящее дело в их отсутствие.

Представители третьих лиц: Министерства обороны Российской Федерации, войсковой части 12721 МО РФ, Министерства труда и социальной защиты населения Забайкальского края, АО «СОГАЗ», извещенные о месте и времени рассмотрения дела в судебное заседание своего представителя не направили, не просили об отложении дела.

В силу ст. 167 ГПК РФ судом определено рассмотреть дело в отсутствие ответчика, третьих лиц.

Выслушав объяснения сторон, свидетелей, заключение прокурора Данзановой Б.Д., полагавшей необходимым отказать в удовлетворении требований ФИО3, изучив материалы гражданского дела, представленные в ходе судебного разбирательства сторонами доказательства, исследовав и оценив в соответствии со ст. 67 ГПК РФ относимость, допустимость, достоверность каждого представленного в суд доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 264 ГПК РФ суд устанавливает факты, от которых зависит возникновение, изменение, прекращение личных или имущественных прав граждан, организаций.

В силу ст. 265 ГПК РФ суд устанавливает факты, имеющие юридическое значение, только при невозможности получения заявителем в ином порядке надлежащих документов, удостоверяющих эти факты, или при невозможности восстановления утраченных документов

Из материалов дела следует и не оспаривается сторонами, ФИО1, <ДАТА> года рождения, погиб в <адрес> Донецкой Народной Республики, в ходе военной операции, что следует из записи акта о смерти /л.д. 81 обор./

Родителями ФИО1 являются ФИО2, <ДАТА> года рождения, и ФИО5, <ДАТА> года рождения, что следует из записи акта о рождении № от <ДАТА> /л.д. 81/.

Отец ФИО2, <ДАТА> года рождения, умер <ДАТА>, что подтверждается свидетельством о смерти /л.д. 50/.

Постановлением администрации <адрес> № от <ДАТА> над несовершеннолетним ФИО1 установлена опека по заявлению ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ г.р., проживающей по адресу: <адрес>2 с просьбой о назначении ее опекуном над несовершеннолетним ФИО1, и принимая во внимание, что отец данного мальчика – ФИО2 приговором Ингодинского районного суда <адрес> от <ДАТА> приговорен к 5 годам лишения свободы, мать – ФИО9 арестована Агинским судом и находится под следствием. Опекуном назначена ФИО4. Постановлено выплатить денежные средства на питание, одежду, обувь со дня принятия постановления /л.д. 39/.

Согласно справке о заключении брака № А-00642 от <ДАТА>, между истцом ФИО3 и ФИО6 заключен брак <ДАТА>, запись акта о заключении брака №. После заключения брака жене присвоена фамилия – ФИО22 /л.д. 35/.

Из свидетельства о расторжении брака от <ДАТА> следует, что брак между истцом ФИО3 и ФИО4 прекращен <ДАТА> /л.д. 36/.

Согласно свидетельству о смерти ФИО4, <ДАТА> года рождения, умерла <ДАТА> /л.д. 38/.

Из ответа на запрос суда, информации, представленной Управлением образования и молодежной политики администрации Могойтуйского МО от <ДАТА> следует, что ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, назначена постановлением администрации <адрес> № от <ДАТА> опекуном над несовершеннолетним ФИО1, <ДАТА> года рождения, до его совершеннолетия. ФИО1, <ДАТА> года рождения, до постановления опеки, следуя объяснительной ФИО4 с 1993 года проживал с ней по адресу: <адрес>. Мать ФИО1 – ФИО9, <ДАТА> года рождения, не была ограничена либо лишена родительских прав в отношении несовершеннолетнего сына ФИО1.

Согласно справке о составе семьи от <ДАТА>, выданной территориальным органом – Могойтуйской городской администрацией следует, что ФИО3, <ДАТА> г.р. проживает по адресу: <адрес>, пгт. Могойтуй, <адрес>, состоит на регистрационном учете по месту жительства с <ДАТА> по настоящее время. Имеет состав семьи на <ДАТА>: ФИО1, племянник, <ДАТА> г.р., состоит на регистрационном учете по месту жительства с <ДАТА> по настоящее время; ФИО9, невестка (сноха), <ДАТА> г.р., состоит на регистрационном учете по месту жительства с <ДАТА> по настоящее время /л.д. 10/.

Согласно копии паспорта ФИО1, <ДАТА> года рождения, местом регистрации значится адрес: <адрес>, пгт. Могойтуй, <адрес><ДАТА> /л.д. 48/.

Из справки, выданной МОУ «Могойтуйская средняя общеобразовательная школа № им. ФИО20» от <ДАТА> следует, что ФИО3, <ДАТА> г.р. действительно работал с <ДАТА> (приказ № от <ДАТА>) по <ДАТА> (приказ № от <ДАТА>) в МОУ Могойтуйская средняя общеобразовательная школа № им. ФИО20» муниципального района «<адрес>» <адрес> /л.д. 13/.

Согласно представленной копии трудовой книжки ФИО3, истец работал в различных организациях, в частности: <ДАТА> принят кочегаром в кинотеатр «Юбилейный» - <ДАТА> уволен с работы по собственному желанию, <ДАТА> принят на работу кочегаром в Могойтуйское СПТУ-23 – <ДАТА> уволен по ст. 31 КзОТ РФ по собственному желанию, <ДАТА> принят на работу временно на отопительный сезон кочегаром по контракту в Могойтуйское ПУ-23 – <ДАТА> уволен по ст. 31 КзОТ РФ по собственному желанию, <ДАТА> принят на работу в АО «Искра» грузчиком временно на отопительный сезон по договору-контракту – <ДАТА> уволен по ст. 31 КзОТ РФ по собственному желанию, <ДАТА> принят на работу кочегаром котельной на период отопительного сезона Могойтуйское МУП ЖКХ, <ДАТА> переведен сторожем базы МУП ЖКХ – <ДАТА> уволен с работы по ст. 77 п. 3 ТК РФ по собственному желанию, <ДАТА> принят на работу грузчиком в ГП «Агауглесбыт» - <ДАТА> уволен с работы по ст. 77 ТК РФ по собственному желанию /л.д.14-33/.

Из характеристики, выданной МОУ «МСОШ № им. ФИО20» от <ДАТА> следует, что ФИО3, <ДАТА> года рождения, образование среднее-специальное. В МОУ «МСОШ№ имени ФИО20» в 2015 году был принят гардеробщиком, затем в 2017 году переведен на должность сторожа. За время работы в организации ФИО8 зарекомендовал себя ответственным работником, нарушения трудовой дисциплины не допускал. В отношении с коллегами, учителями, родителями, детьми был вежлив, тактичен. Выговоров и взысканий не имеет. ФИО8 пользуется заслуженным уважением сотрудников организации.

Истцом в материалы дела представлена копия постановления Могойтуйского районного суда <адрес> от <ДАТА>, согласно которому в отношении ФИО9 производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 20.1 КоАП РФ прекращено на основании п. 2 ст. 24.5 КоАП РФ за отсутствием состава административного правонарушения. Данным постановлением установлено, что ФИО9 виновной себя не признала и показала, что с ФИО4 являются родственницами. Пришла в тот день к своему сыну, который проживал у ФИО22 /л.д. 43/.

Согласно, представленному истцом по его ходатайству приговору Могойтуйского нарсуда <адрес> от <ДАТА> ФИО9, <ДАТА> года рождения осуждена по ч. 2 ст. 144 УК РФ, ч. 2 ст. 144 УК РФ к 4 годам лишения свободы с отбыванием в исправительно-трудовой колонии общего режима /л.д. 142-143/.

На основании представленного приговора Агинского районного суда от <ДАТА> ФИО9 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, назначено наказание в виде лишения свободы на срок 11 лет 3 месяца с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Срок отбывания наказания ФИО9 исчислен с <ДАТА>. Приговор вступил в законную силу <ДАТА> /л.д. 83-85/.

Согласно приговору Могойтуйского районного суда Забайкальского края от <ДАТА> ФИО9 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, которой назначено наказание 2 года 6 месяцев лишения свободы без ограничения свободы, на основании ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 3 года /л.д. 144-145/.

Определением судебной коллегии Агинского окружного суда от <ДАТА> приговор Агинского районного суда от <ДАТА> в отношении ФИО9 оставлен без изменения /л.д. 86-87/.

Из справки-характеристики, выданной администрацией ГП «Могойтуй» от <ДАТА> следует, что ФИО9, <ДАТА> года рождения, состоит на регистрационном учете по месту жительства по адресу: <адрес>, пгт. Могойтуй, <адрес> по настоящее время. Проживает одна /л.д. 146/.

Согласно характеристике ст. УУП ОУУП и ПДН ОП по <адрес> МО МВД России «Агинский» от <ДАТА> следует, что ФИО9, проживающая в <адрес> по книгам учета доставленных в ОП по Могойтуйскому району не значится, по интегрированной базе данных УМВД России по Забайкальскому краю к административной ответственности привлекалась по ст. 19.13 КоАП РФ от <ДАТА>. Официально нигде не трудоустроена, круг общения различен. По месту жительства жалоб и заявлений на нее не поступали /л.д. 147/.

В соответствии со статьей 1 Федерального закона от 28.03.1998 N 52-ФЗ "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации" объектами обязательного государственного страхования, осуществляемого в соответствии с настоящим Федеральным законом, являются жизнь и здоровье военнослужащих (за исключением военнослужащих, военная служба по контракту которым в соответствии с законодательством Российской Федерации приостановлена), граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, лиц, проходящих службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации и имеющих специальные звания полиции, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации, граждан, уволенных с военной службы, со службы в органах внутренних дел Российской Федерации, в Государственной противопожарной службе, со службы в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, в войсках национальной гвардии Российской Федерации, службы в органах принудительного исполнения Российской Федерации (далее - служба), отчисленных с военных сборов или окончивших военные сборы, в течениеодного года после окончания военной службы, службы, отчисления с военных сборов или окончания военных сборов (застрахованные лица).

В силу ст. 2 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52 "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации" выгодоприобретателями по обязательному государственному страхованию (далее - выгодоприобретатели) являются застрахованные лица, а в случае гибели (смерти) застрахованного лица, в том числе: дедушка и (или) бабушка застрахованного лица при условии, что они воспитывали и (или) содержали его не менее трех лет в связи с отсутствием у него родителей; лицо, признанное фактически воспитывавшим и содержавшим застрахованное лицо в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия (фактический воспитатель). Признание лица фактическим воспитателем производится судом в порядке особого производства по делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение.

Согласно п.п. «а» п. 1 Указа Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 года "О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей" в случае гибели (смерти) военнослужащих, лиц, проходящих службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации и имеющих специальное звание полиции, принимавших участие в специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины, военнослужащих, выполнявших специальные задачи на территории Сирийской Арабской Республики, либо смерти указанных военнослужащих и лиц до истечения одного года со дня их увольнения с военной службы (службы), наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных ими при исполнении обязанностей военной службы (службы), членам их семей осуществляется единовременная выплата в размере 5 млн. рублей в равных долях.

Согласно ч. 8 ст. 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года N 306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат", в случае гибели (смерти) военнослужащего или гражданина, призванного на военные сборы, наступившей при исполнении обязанностей военной службы, либо его смерти, наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных при исполнении обязанностей военной службы (далее - военная травма), до истечения одного года со дня увольнения с военной службы (отчисления с военных сборов или окончания военных сборов), гибели (смерти) гражданина, пребывающего в добровольческом формировании, содействующем выполнению задач, возложенных на Вооруженные Силы Российской Федерации, в период мобилизации, в период действия военного положения, в военное время, при возникновении вооруженных конфликтов, при проведении контртеррористических операций, а также при использовании Вооруженных Сил Российской Федерации за пределами территории Российской Федерации (далее - добровольческие формирования), наступившей при исполнении обязанностей по контракту о пребывании в добровольческом формировании, либо его смерти, наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных при исполнении обязанностей по контракту о пребывании в добровольческом формировании, до истечения одного года со дня прекращения контракта о пребывании в добровольческом формировании, членам семьи погибшего (умершего) военнослужащего или гражданина, проходившего военные сборы, или гражданина, пребывавшего в добровольческом формировании, выплачивается в равных долях единовременное пособие в размере 3 000 000 руб.

Согласно ч. 9 ст. 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года N 306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат", в случае гибели (смерти) военнослужащего, или гражданина, призванного на военные сборы, или гражданина, пребывающего в добровольческом формировании, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, либо смерти, наступившей вследствие военной травмы, каждому члену его семьи выплачивается ежемесячная денежная компенсация, которая рассчитывается путем деления ежемесячной денежной компенсации, установленной ч. 13 настоящей статьи для инвалида I группы, на количество членов семьи (включая погибшего (умершего) военнослужащего или гражданина, проходившего военные сборы).

Частью 11 ст. 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года N 306-ФЗ предусмотрено, что членами семьи военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, или инвалида вследствие военной травмы, имеющими право на получение единовременного пособия, предусмотренного частью 8 данной статьи, независимо от нахождения на иждивении погибшего (умершего, пропавшего без вести) кормильца или трудоспособности считается лицо, признанное фактически воспитывавшим и содержавшим военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, или инвалида вследствие военной травмы в течение не менее пяти лет до достижения ими совершеннолетия (далее - фактический воспитатель). При этом право на ежемесячную денежную компенсацию, установленную частями 9 и 10 настоящей статьи, имеет фактический воспитатель, достигший возраста 50 и 55 лет (соответственно женщина и мужчина) или являющийся инвалидом. Признание лица фактическим воспитателем производится судом в порядке особого производства по делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение.

В соответствии с частью 1 статьи 264 Гражданского процессуального кодекса РФ суд устанавливает факты, от которых зависит возникновение, изменение, прекращение личных или имущественных прав граждан, организации.

К элементам публично-правового механизма возмещения вреда, причиненного членам семьи военнослужащего в связи с его гибелью (смертью), относятся и такие меры социальной поддержки, как единовременное денежное пособие и ежемесячная денежная компенсация, предусмотренные частями 8 - 10 статьи 3 Федерального закона "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат".

По своему характеру и публично-правовому предназначению ежемесячная денежная компенсация, выплачиваемая членам семьи военнослужащего в случае его гибели (смерти), относится к мерам социальной поддержки лиц, потерявших кормильца, и право на ее получение не связано с наличием у них права на другие выплаты в рамках публично-правового механизма возмещения вреда, причиненного им гибелью (смертью) военнослужащего, в том числе на пенсию по случаю потери кормильца, и на иные меры социальной защиты. Соответственно, при определении круга членов семьи погибшего (умершего) военнослужащего, имеющих право на получение данной выплаты, федеральный законодатель, действуя в рамках своих дискреционных полномочий, исходил, в частности, из ее целевого назначения, заключающегося в восполнении материальных потерь, связанных с утратой возможности для этих лиц как членов семьи военнослужащего получать от него, в том числе в будущем, соответствующее содержание таи наличии предусмотренных законом условий.

Исходя из публично-правового предназначения ежемесячной денежной компенсации, предусмотренной частью 9 статьи 3 Федерального закона "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат", федеральный законодатель вправе расширить круг лиц, которые считаются членами семьи погибшего (умершего) военнослужащего, имеющими право на ее получение, тем более что правовое регулирование, действующее в сфере социальной защиты, не препятствует законодательному разрешению вопроса о предоставлении социальной поддержки лицам, не имеющим, как и мачехи, родственной связи с погибшим (умершим) военнослужащим, но при этом в добровольном порядке принявшим на себя и длительное время фактически осуществлявшим обязанности по его воспитанию и содержанию до достижения совершеннолетия.

Согласно части 1 статьи 32 Гражданского кодекса РФ опека устанавливается над малолетними, а также над гражданами, признанными судом недееспособными вследствие психического расстройства.

В соответствии с частью 1 статьи 35 Гражданского кодекса РФ опекун или попечитель назначается органом опеки попечительства по месту жительства лица, нуждающегося в опеке или попечительстве, в течение месяца с момента, когда указанным органам стало известно о необходимости установления опеки или попечительства над гражданином. При наличии заслуживающих внимания обстоятельств опекун или попечитель может быть назначен органом опеки и попечительства по месту жительства опекуна (попечителя). Если лицу, нуждающемуся в опеке или попечительстве, в течение месяца не назначен опекун или попечитель, исполнение обязанностей опекуна или попечителя временно возлагается на орган опеки и попечительства.

Один из усыновителей, опекунов и попечителей имеет право на получение единовременного пособия при передаче ребенка на воспитание в семью (усыновлении, установлении опеки (попечительства), передаче на воспитание в приемную семью детей, оставшихся без попечения родителей). В случае передачи на воспитание в семью двух и более детей пособие выплачивается на каждого ребенка (ст. 12.1 Закона от 19.05.1995 N 81-ФЗ).

При этом может быть учтен и нашедший отражение в семейном законодательстве подход к регулированию отношений по поводу алиментных обязательств других (помимо родителей, детей и супругов) членов семьи: что нетрудоспособные нуждающиеся в помощи дедушка и бабушка в случае невозможности получения содержания от своих совершеннолетних трудоспособных детей или от супруга (бывшего супруга) имеют право требовать в судебном порядке получения алиментов от своих трудоспособных совершеннолетних внуков, обладающих необходимыми для этого средствами (ст. 95 Семейного кодекса РФ), что позволяет суду исследовать фактические обстоятельства, подтверждающие право бабушки на получение содержания от трудоспособных совершеннолетних внуков, в том числе свидетельствующие о выполнении ею обязанностей по их воспитанию и содержанию.

Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2014 года N 22-П "По делу о проверке конституционности части 11 статьи 3 Федерального закона "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат" в связи с жалобой гражданки К." ч. 11 ст. 3 указанного Федерального закона "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат" признана не противоречащей Конституции Российской Федерации, поскольку, определяя круг членов семьи военнослужащего, имеющих в случае его гибели (смерти) при исполнении обязанностей военной службы, в том числе по призыву, право на получение ежемесячной денежной компенсации, предусмотренной ч. 9 той же статьи, она направлена на обеспечение особой социальной поддержки этих лиц в рамках публично-правового механизма возмещения вреда, причиненного им гибелью (смертью) военнослужащего.

Военная служба, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, представляет собой особый вид государственной службы. В случае гибели военнослужащего при исполнении воинского долга или смерти вследствие ранения, травмы, контузии, полученных при исполнении обязанностей военной службы, Российской Федерации, как социальное государство принимает на себя обязательства по оказанию социальной поддержки членам его семьи, исходя из того, что их правовой статус произволен от правового статуса самого военнослужащего и обусловлен спецификой его служебной деятельности.

При определении круга членов семьи погибшего (умершего) военнослужащего, имеющих право на спорные из названных выплат, федеральный законодатель, действуя в рамках своих дискреционных полномочий, исходил из целевого назначения данных выплат, заключающегося в восполнении материальных потерь, связанных с утратой возможности для этих лиц как членов семьи военнослужащего получать от него, в том числе в будущем, соответствующее содержании (постановления Конституционного Суда РФ от 17 июля 2014 года N 22-П и от 19 июля 2016 года N 16-П).

Из приведенных нормативных положений и правовых позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что законодатель установил систему мер социальной поддержки членов семьи военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, включающую ряд денежных выплат. Их же предназначение - компенсировать членам семьи военнослужащего, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили достойного защитника Отечества, нравственные и материальные потери, связанные с его гибелью при выполнении обязанностей военной службы, осуществляемой в публичных интересах.

Исходя из целей этих выплат, а также принципов равенства, справедливости и соразмерности, принципа недопустимости злоупотребления правом как общеправового принципа, выступающих в том числе критериями прав, приобретаемых на основании закона, указанный в нормативных правовых актах, круг лиц, имеющих право на получение мер социальной поддержки в случае гибели военнослужащего при исполнении обязанностей военной службы, среди которых родители такого военнослужащего, не исключает различий в их фактическом положении и учета при определении наличия у родителей погибшего военнослужащего права на меры социальной поддержки в связи с его гибелью их действий по воспитанию, физическому, умственному, духовному, нравственному, социальному развитию и материальному содержанию такого лица и имеющихся между ними фактических родственных и семейных связей.

В соответствии с п. 50 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 года N 56 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел, связанных со взысканием алиментов" под фактическими воспитателями, обязанность по содержанию которых возлагается на их воспитанников (ст. 96 Семейного кодекса Российской Федерации), следует понимать как родственников ребенка, так и лиц, не состоящих с ним в родстве, которые осуществляли воспитание и содержание ребенка, не являясь при этом усыновителем, опекуном (попечителем), приемным родителем или патронатным воспитателем ребенка.

В силу п. 1 ст. 96 СК РФ нетрудоспособные нуждающиеся лица, осуществлявшие фактическое воспитание и содержание несовершеннолетних детей, имеют право требовать в судебном порядке предоставления содержания от своих трудоспособных воспитанников, достигших совершеннолетия, если они не могут получить содержание от своих совершеннолетних трудоспособных детей или от супругов (бывших супругов). Суд вправе освободить воспитанников от обязанности содержать фактических воспитателей, если последние содержали и воспитывали их менее пяти лет, а также если они содержали и воспитывали своих воспитанников ненадлежащим образом (п.2 статьи). Обязанности, предусмотренные пунктом 1 настоящей статьи, не возлагаются на лиц, находившихся под опекой (попечительством), или на лиц, находившихся на воспитании в приемных семьях (п. 3 статьи).

В силу ст. 4 Федерального закона от 21.12.1996 года № 159-ФЗ "О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей" дополнительные гарантии по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, предоставляемые в соответствии с действующим законодательством, обеспечиваются и охраняются государством.

Согласно ст. 5 Федерального закона от 21.12.1996 года № 159-ФЗ "О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей" предусмотренные настоящим Федеральным законом дополнительные гарантии для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей (за исключением детей, обучающихся в федеральных государственных образовательных организациях), являются расходными обязательствами субъектов Российской Федерации. Законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации могут устанавливаться дополнительные виды социальной поддержки детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей. Предусмотренные настоящим Федеральным законом дополнительные гарантии для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, обучающихся в федеральных государственных образовательных организациях, являются расходными обязательствами Российской Федерации.

Полное государственное обеспечение детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, - предоставление им за время пребывания в соответствующей организации для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в семье опекуна, попечителя, приемных родителей бесплатного питания, бесплатного комплекта одежды, обуви и мягкого инвентаря, проживания в жилом помещении без взимания платы или возмещение их полной стоимости, а также бесплатное оказание медицинской помощи (абзац 9 статьи 1 Федерального закона от 21 декабря 1996 года N 159-ФЗ).

Опека и попечительство - форма устройства детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в целях их содержания, воспитания и образования, а также для защиты их прав и интересов; опека устанавливается над детьми, не достигшими возраста 14 лет; попечительство устанавливается над детьми в возрасте от 14 до 18 лет (абзац 7 статьи 1 Федерального закона от 21 декабря 1996 года N 159-ФЗ).

Приемная семья - форма устройства детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, на основании договора о передаче ребенка (детей) на воспитание в семью между органами опеки и попечительства и приемными родителями (супругами или отдельными гражданами, желающими взять детей на воспитание в семью) (абзац 8 статьи 1 Федерального закона от 21 декабря 1996 года N 159-ФЗ)

Согласно ст. 11 Федеральный закон от 24.04.2008 N 48-ФЗ "Об опеке и попечительстве" опека и попечительство устанавливаются в случаях, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации, а в отношении несовершеннолетних граждан также в случаях, установленных Семейным кодексом Российской Федерации. Основанием возникновения отношений между опекуном или попечителем и подопечным является акт органа опеки и попечительства о назначении опекуна или попечителя. В акте органа опеки и попечительства о назначении опекуна или попечителя может быть указан срок действия полномочий опекуна или попечителя, определяемый периодом или указанием на наступление определенного события.

В силу ст. 153 СК РФ приемными родителями могут быть супруги, а также отдельные граждане, желающие принять ребенка или детей на воспитание. Лица, не состоящие в браке между собой, не могут быть приемными родителями одного и того же ребенка.

Пунктом 2 указанной статьи предусмотрено, что к отношениям, возникающим из договора о приемной семье, применяются положения главы 20 настоящего Кодекса.

Согласно пункту 2 статьи 153 Семейного кодекса Российской Федерации приемные родители по отношению к принятому на воспитание ребенку или детям осуществляют права и исполняют обязанности опекуна или попечителя и несут ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение возложенных на них обязанностей в порядке и на условиях, которые предусмотрены федеральным законом и договором.

В соответствии с пунктом 2 статьи 153.1 Семейного кодекса Российской Федерации размер вознаграждения, причитающегося приемным родителям, размер денежных средств на содержание каждого ребенка, а также меры социальной поддержки, предоставляемые приемной семье в зависимости от количества принятых на воспитание детей, определяются договором о приемной семье в соответствии с законами субъектов Российской Федерации.

На основании вышеприведенного правового регулирования, правовых позиций, изложенных в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2014 года N 22-П, опекуны и приемные родители, в отличие от фактических воспитателей (родственников ребенка и лиц, не состоящих с ним в родстве, воспитывающих и содержащих ребенка на безвозмездной основе за счет собственных средств) не относятся к числу лиц, имеющих право получать от воспитанников содержание вне зависимости от времени их воспитания, поскольку они выполняют обязанности воспитателя согласно акта об опеке, либо по договору о приемной семье за вознаграждение; воспитанники находятся на полном государственном обеспечении, ежемесячно за время пребывания под опекой, в приемной семье из бюджета выделяются денежные средства на их питание, одежду, обувь и мягкий инвентарь, проживание, а также бесплатно оказывается медицинская помощь, в связи с чем, в случае смерти воспитанника-военнослужащего у приемных родителей отсутствуют материальные потери в виде будущей возможности получать от него содержание.

Таким образом, исходя из приведенных норм законодательства и разъяснений высших судебных инстанций следует, что по делам о признании фактическим воспитателем погибшего военнослужащего обстоятельствами, подлежащими доказыванию, являются фактическое исполнение обязанностей по воспитанию и содержанию погибшего военнослужащего истцом, а также выполнение истцом указанных обязанностей в течение не менее 5 лет до достижения совершеннолетия погибшего военнослужащего.

При этом Конституционный суд Российской Федерации отметил, что необходимо учитывать целевое назначение именно указанной ежемесячной выплаты, связанной с гибелью военнослужащего, которое заключается в восполнении материальных потерь, связанных с утратой возможности для этих лиц как членов семьи военнослужащего получать от него, в том числе в будущем, соответствующее содержание при наличии предусмотренных законом условий.

Согласно статье 31 Федерального закона от 24.04.2008 N 48-ФЗ "Об опеке и попечительстве" подопечные, опекуны или попечители имеют право на установленные для них законодательством Российской Федерации и законодательством субъектов Российской Федерации виды государственной поддержки.

Суммы пособий и иных выплат, предназначенных для проживания, питания и обеспечения других нужд подопечного, принадлежат самому подопечному и расходуются в соответствии с положениями, установленными Гражданским кодексом Российской Федерации и настоящим

Суммы пособий и иных выплат, предназначенных для обеспечения нужд опекуна или попечителя, принадлежат опекуну или попечителю и расходуются ими по своему усмотрению.

Согласно пункту 3 статьи 96 Семейного кодекса РФ опекуны и попечители, а также лица, осуществляющие уход и воспитание за несовершеннолетним ребенком (детьми) в приемных семьях, не могут требовать взыскания алиментов от своих трудоспособных воспитанников, достигших совершеннолетия.

По смыслу приведенных норм и разъяснений в отличие от опекунов, получающих денежные средства в виде пособий на содержание своих подопечных, фактические воспитатели содержат воспитанников за счет собственных средств. Также между фактическим воспитателем и воспитанником возникают отношения, схожие с отношениями между родителем и ребенком в части его содержания и воспитания. Однако у фактического воспитателя отсутствуют соответствующие родительские обязанности в отношении ребенка в силу закона или судебного решения.

Как установлено судом, и не оспаривается ответчиком, истец ФИО3 является дядей (родным братом отца) погибшего ФИО1, что следует из копии свидетельства о рождении истца и справки о рождении ФИО2.

Супруга истца ФИО4 являлась опекуном ФИО1. После расторжения брака, как указал сам истец и свидетели, истец ФИО3 продолжил жить совместно с ФИО4 и погибшим ФИО1. Однако данный факт не свидетельствует о наличии оснований для признания истца фактическим воспитателем.

Приемные родители и опекуны, в отличие от фактических воспитателей (родственников ребенка и лиц, не состоящих с ним в родстве, воспитывающих и содержащих ребенка на безвозмездной основе за счет собственных средств) не относятся к числу лиц, имеющих право получать от воспитанников содержание вне зависимости от времени их воспитания, поскольку они выполняют обязанности воспитателя с согласия; воспитанники находятся на полном государственном обеспечении, ежемесячно за время пребывания в семье опекуна из бюджета выделяются денежные средства на их питание, одежду, обувь и мягкий инвентарь, проживание, а также бесплатно оказывается медицинская помощь, в связи с чем, в случае смерти воспитанника - военнослужащего у приемных родителей отсутствуют материальные потери в виде будущей возможности получать от него содержание.

В случае гибели военнослужащего в период прохождения военной службы, при исполнении обязанностей военной службы, выгодоприобретателями по обязательному государственному страхованию и получателями мер социальной поддержки лиц, потерявших кормильца, в рамках возмещения вреда, причиненного им гибелью (смертью) военнослужащего, являются члены семьи, прямо указанные в Федеральных законах и в заключенных на основании этих законов договорах.

Государственными контрактами на оказание услуг по осуществлению обязательного государственного страхования жизни и здоровья военнослужащих Вооруженных сил Российской Федерации, Соглашениями об осуществлении выплат единовременных пособий военнослужащим Вооруженных сил Российской Федерации, заключенным между Министерством обороны РФ и АО "СОГАЗ", не предусмотрено предоставление страховых выплат и единовременного пособия опекунам в случае смерти их воспитанника, в период военной службы и при исполнении обязанностей военной службы.

Таким образом, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО3, поскольку факт содержания истцом ФИО1 за счет собственных денежных средств не подтвержден в судебном заседании, доказательств, подтверждающих данный факт в материалы дела не представлено. ФИО1, живя в семье ФИО3, находился на полном государственном обеспечении, ежемесячно за время пребывания в семье опекуна ФИО4 из бюджета выделялись денежные средства на его питание, одежду, обувь и мягкий инвентарь, проживание, а также бесплатно оказывалась медицинская помощь. Также истцом не представлено доказательств того, что он заботился о здоровье, физическом, психологическом, духовном и нравственном развитии ФИО1, посещал школу в качестве отца, интересовался учебой, активно участвовал в его жизни.

На основании изложенного, суд считает необходимым отказать в удовлетворении заявленных требований о признании фактическим воспитателем.

Разрешая требования истца о лишении ответчика ФИО9, права на причитающиеся члену семьи выплат, льгот и компенсаций, погибшего участника специальной военной операции, суд приходит к следующему.

Правом на подачу такого иска, как правило, обладает заинтересованное лицо (другой родитель погибшего военнослужащего, опекун, попечитель, иной родственник, которому были делегированы обязанности по воспитанию погибшего военнослужащего).

Поскольку истцу ФИО3 отказано в удовлетворении требований о признании фактическим воспитателем, то суд приходит к выводу и об отказе в удовлетворении требований о лишении ответчика ФИО9, права на причитающиеся члену семьи выплат, льгот и компенсаций, погибшего участника специальной военной операции.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 264 ГПК РФ, ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении искового заявления ФИО3 (паспорт №) к ФИО9 (паспорт №) о признании фактическим воспитателем и лишении выплат в связи с гибелью военнослужащего – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Забайкальский краевой суд через Могойтуйский районный суд в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Решение суда в окончательной форме изготовлено 30 марта 2026 года.

Председательствующий судья Ситко Т.И.