Апелляционное определение № 33-1315/2026 от 14 мая 2026 г.Томский областной суд (Томская область) - Гражданское Судья Кириленко Т.А. Дело № 33-1315/2026 от 15 мая 2026 года Судебная коллегия по гражданским делам Томского областного суда в составе: председательствующего Вотиной В.И., судей Худиной М.И., Дегтяренко Е.А., при секретарях Миретиной М.Н., Яковченко В.С., ФИО1, ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Томске апелляционную жалобу ФИО3, апелляционное представление прокурора Томского района Томской области на решение Томского районного суда Томской области от 5 ноября 2025 г. по гражданскому делу № 2-418/2025 (УИД 70RS0005-01-2024-004315-11) по исковому заявлению прокурора Томского района Томской области, действующего в интересах ФИО3, к публичному акционерному обществу «Сбербанк России» о признании кредитного договора ничтожным, заслушав доклад председательствующего, пояснения истца ФИО3, прокурора Кофман Е.Г., поддержавших доводы жалобы и представления, представителя ответчика ФИО4, возражавшей против удовлетворения жалобы и представления, установила: прокурор Томского района Томской области, действующий в интересах ФИО3, обратился в суд с иском к публичному акционерному обществу «Сбербанк России» (далее - ПАО «Сбербанк»), в котором просил признать кредитный договор, заключенный 6 августа 2021 г. между ПАО «Сбербанк России» и ФИО3, ничтожным. В обоснование заявленных исковых требований указал, что прокуратурой района по обращению ФИО3 проведена проверка соблюдения законодательства о потребительском кредите, о защите прав потребителей, по результатам которой установлено, что в производстве СО ОМВД России по Томскому району УМВД России по Томской области находится уголовное дело №12101690007000546, возбужденное 10 августа 2021 г. по признакам состава преступления, предусмотренного п. «г» ч. 3 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации. В ходе расследования уголовного дела установлено, что в период времени с 18 часов 30 минут по 19 часов 00 минут 6 августа 2021 г. неустановленное лицо, находясь в неустановленном месте, используя абонентский номер /__/, позвонил на абонентский номер ФИО3 (+/__/) и под предлогом предотвращения совершения в отношении нее мошеннических действий с банковского счета /__/, открытого на имя ФИО3 в ПАО «Сбербанк России», похитил денежные средства в сумме 270 000 руб. путем перевода на счет третьих лиц. ФИО3 в ходе допроса в качестве потерпевшей 10 августа 2021 г. указала, что кредитный договор с ПАО «Сбербанк» не заключала, договор заключен и денежные средства получены третьими лицами. Между ФИО3 и ПАО «Сбербанк» 6 августа 2021 г. заключен договор потребительского кредита, на основании которого банк зачислил сумму кредита в размере 270 000 руб. на банковский счет /__/, открытый на имя ФИО3 в ПАО «Сбербанк», банком был предоставлен код для регистрации в СберБанк Онлайн. Способом связи между банком и истцом выбран абонентский номер телефона. В судебном заседании помощник прокурора Томского района Томской области исковые требования поддержала по доводам, указанным в исковом заявлении. Представитель ответчика ПАО «Сбербанк» ФИО4 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований по доводам, указанным в отзыве на иске. Дополнительно пояснила, что материальный истец зашла в систему Сбербанк-онлайн, прошла идентификацию личности, для оформления кредитного договора на ее номер телефона направлено СМС-уведомление с кодом подтверждения, в сообщении содержалась информация о том, что данный код никому нельзя сообщать. ФИО3 ввела данный код в системе, получила денежные средства на свой счет. Вступившими в законную силу решениями судов установлен факт заключения кредита, в пользу ФИО3 взыскано неосновательное обогащение. Законом предусмотрен дистанционный способ выдачи кредита. Ссылалась на пропуск истцом срока исковой давности. Дело рассмотрено в отсутствие материального истца ФИО3, третьих лиц: ФИО5, ФИО6, ФИО7 Обжалуемым решением исковые требования прокурора Томского района Томской области, действующего в интересах ФИО3, оставлены без удовлетворения. В апелляционной жалобе ФИО3 просит указанное решение отменить, поскольку оно является незаконным и необоснованным, вынесенным с нарушением норм материального и процессуального права. Указывает, что судом первой инстанции при вынесении решения неверно применены положения о сроке исковой давности, выводы, изложенные в судебном акте, противоречат фактическим обстоятельствам дела, согласно которым мошенники без ее ведома и волеизъявления, незаконно завладев ее персональными данными, дистанционно оформили от ее имени спорный кредитный договор с ПАО «Сбербанк России», о заключении и условиях которого она узнала только после получения копии договора в 2024 г., до указанного момента она не знала о наличии договора и его условиях, его не подписывала. В апелляционном представлении прокурор Томского района Томской области просит обжалуемое решение суда отменить, принять новое об удовлетворении заявленных исковых требований. Выражает несогласие с выводами суда первой инстанции о пропуске истцом как общего срока исковой давности, так и специального. Считает, что срок исковой давности подлежит исчислению с момента проведения прокуратурой проверки по обращению материального истца, по результатам которой предъявлен настоящий иск. Полагает, что вся совокупность представленных в дело доказательств, в том числе объяснения ФИО3 об обстоятельствах совершения сделки, ее последующие фактические действия, свидетельствует о том, что она при заключении данной сделки была введена в заблуждение, не намеревалась заключать кредитный договор, предпринимала действия по его аннулированию. Указанное судом первой инстанции не учтено. В возражениях на апелляционную жалобу ФИО3 и апелляционное представление прокурора Томского района Томской области представитель ПАО «Сбербанк России» ФИО4 просит оставить их без удовлетворения, решение суда – без изменения. Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО5, ФИО6, ФИО7 в судебное заседание при рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещись в порядке, установленном главой 10 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (судебные извещения). В соответствии со ст.113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, а также свидетели, эксперты, специалисты и переводчики извещаются или вызываются в суд заказным письмом с уведомлением о вручении, судебной повесткой с уведомлением о вручении, телефонограммой или телеграммой, по факсимильной связи либо с использованием иных средств связи и доставки, обеспечивающих фиксирование судебного извещения или вызова и его вручение адресату (ч.1). Судебное извещение, адресованное лицу, участвующему в деле, направляется по адресу, указанному лицом, участвующим в деле, или его представителем. В случае, если по указанному адресу гражданин фактически не проживает, извещение может быть направлено по месту его работы. По месту жительства указанных лиц заблаговременно направлялись извещения о времени и месте слушания дела. По сообщению Почты России извещения не доставлены в связи с истечением срока хранения. В соответствии со ст.165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю. Сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним. В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что риск неполучения поступившей корреспонденции несет адресат (пункт 67). Статья 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит применению также к судебным извещениям и вызовам, если гражданским процессуальным или арбитражным процессуальным законодательством не предусмотрено иное (пункт 68). Поскольку ФИО5, ФИО6, ФИО7 не обеспечили получение почтовой корреспонденции, в отсутствие уважительных причин, препятствовавших получению судебного извещения по месту жительства, судебная коллегия сочла уведомление третьих лиц о времени и месте рассмотрения дела надлежащим. На основании ч. 3 ст. 167, ст. 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия сочла возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, извещенных надлежащим образом. О рассмотрении настоящего дела судебной коллегией также было извещено Непубличное акционерное общество Профессиональная коллекторская организация «Первое клиентское бюро». Обсудив доводы апелляционной жалобы, апелляционного представления и возражений на них, изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции по правилам части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия пришла к следующему. В силу пункта 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора. В соответствии со статьей 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей (пункт 1). К договорам применяются правила о двух- и многосторонних сделках, предусмотренные главой 9 данного Кодекса, если иное не установлено этим Кодексом (пункт 2). Согласно статье 153 вышеназванного Кодекса сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Указание в законе на цель действия свидетельствует о волевом характере действий участников сделки. Так, в пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки). Как установлено пунктом 1 статьи 819 Гражданского кодекса Российской Федерации по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты за пользование ею, а также предусмотренные кредитным договором иные платежи, в том числе связанные с предоставлением кредита. Согласно статье 7 Федерального закона от 21.12.2013 № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» договор потребительского кредита (займа) заключается в порядке, установленном законодательством Российской Федерации для кредитного договора, договора займа, с учетом особенностей, предусмотренных этим Федеральным законом (часть 1). Договор потребительского кредита считается заключенным, если между сторонами договора достигнуто согласие по всем индивидуальным условиям договора, указанным в части 9 статьи 5 данного Федерального закона. Договор потребительского займа считается заключенным с момента передачи заемщику денежных средств (часть 6). Судом установлено и следует из материалов дела, что 21.05.2018 ФИО3 обратилась в ПАО «Сбербанк» с заявлением о банковском обслуживании, согласно которому просила выдать дебетовую карту ПАО «Сбербанк» и открыть счет карты /__/. ФИО3 согласилась с условиями банковского обслуживания физических лиц ПАО Сбербанк, тарифами ПАО Сбербанк, согласилась с ними и обязалась выполнять. Также ФИО3 дала согласие на подписание документов в электронном виде в соответствии с правилами электронного взаимодействия. 06.08.2021 между ФИО3 и ПАО «Сбербанк» заключен оспариваемый настоящим иском кредитный договор /__/, из индивидуальных условий которого следует, что сумма кредита составляет 270000 руб. (п.1 договора), срок возврата кредита – 60 месяцев (п.2 договора), процентная ставка – 16,80 % годовых (п.4 договора), цели использования заемщиком потребительского кредита – на цели личного потребления (п. 11 договора). Кредитный договор подписан ФИО3 электронной подписью. Как следует из выписки по счету /__/06.08.2021 ПАО Сбербанк произведена выдача кредита на банковский счет ФИО3 в размере 270000 руб., тем самым ПАО «Сбербанк» свои обязательства перед ФИО3, исполнил. Обращаясь с настоящим иском сторона истца просит признать кредитный договор от 06.08.2021 ничтожным. В обоснование иска ссылалась на положение ст.178 Гражданского кодекса Российской Федерации (сделка, совершенная под влиянием заблуждения), ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации (сделка, совершенная под влиянием обмана). В ходе рассмотрения дела прокурор в судебном заседании также указал, что волеизъявления истца на заключение кредитного договора не было, кредитный договор истец не заключала, банком действия по предотвращению мошеннических действий не совершены, в связи с чем просят признать договор ничтожным (л.д. 42 оборот, т. 4). Отказывая в удовлетворении исковых требований суд первой инстанции пришел к выводу, что действия ФИО3 по заключению оспариваемого кредитного договора производились дистанционным способом с использованием аналога собственноручной подписи, с соблюдением всех требований, предъявляемых к заключению такого рода сделок, ее волеизъявление на совершение данной сделки являлось для банка очевидным, результатом реализации данного волеизъявления явилось фактическое получение истцом суммы кредита и распоряжение в последующем полученной суммой по своему усмотрению, в частности последующее перечисление денежных средств в пользу неустановленного лица. В ходе рассмотрения дела не подтверждено, что оспариваемый кредитный договор заключен под влиянием обмана либо заблуждения, равно как то, что у материального истца отсутствовала воля на заключение оспариваемого кредитного договора. Судебная коллегия не соглашается с выводом суда об отсутствии оснований для признания оспариваемого кредитного договора недействительным в виду следующего. В соответствии с частью 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). В соответствии с положениями пункта 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел. Пунктом 2 данной нормы предусмотрено, что при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 данной статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку. Согласно пункту 3 данной нормы, заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной. Из смысла пункта 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что заблуждение относительно условий сделки, ее природы должно иметь место на момент совершения сделки и быть существенным. Сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны не правильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался. В соответствии с подпунктом 3 пункта 2 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 данной статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если сторона заблуждается в отношении природы сделки. В силу закона указанная сделка является оспоримой, в связи с чем лицо, заявляющее требование о признании сделки недействительной по основаниям статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, положения которой необходимо рассматривать в контексте пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации обязано доказать наличие оснований недействительности сделки. Согласно пункту 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункту 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки. Следует учитывать, что закон не связывает оспаривание сделки на основании пунктов 1 и 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации с наличием уголовного производства по фактам применения насилия, угрозы или обмана. Обстоятельства применения насилия, угрозы или обмана могут подтверждаться по общим правилам о доказывании. В соответствии со статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) (пункт 1). Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5). Пунктом 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Из разъяснений пункта 7 данного постановления следует, что, если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации). По смыслу приведенных норм Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации для признания сделки недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что стороны сделки действовали недобросовестно, в обход закона. Согласно пункту 3 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.04.2025 кредитный договор, заключенный от имени клиента путем его обмана или в результате иных неправомерных действий третьих лиц с использованием мобильного приложения банка, является ничтожным. Общие правила доказывания в гражданском процессе урегулированы положениями главы 6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Согласно части 1 статьи 55 данного Кодекса доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов. Согласно частям 1-3 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено законом. В исковом заявлении истец указал, что в период времени с 18 часов 30 минут по 19 часов 00 минут 06.08.2021 неустановленное лицо, находясь в неустановленном месте, используя абонентский номер /__/, позвонил на абонентский номер ФИО3 (+/__/) и под предлогом предотвращения совершения в отношении нее мошеннических действий с банковского счета /__/, открытого ФИО3 в ПАО «Сбербанк», похитило денежные средства в сумме 270000 руб. путем перевода на счет третьих лиц. В этой связи оспариваемая сделка является ничтожной, поскольку отсутствовала воля материального истца на заключение кредитного договора. 10.08.2021 ФИО3 обратилась с заявлением в ОМВД России по Томскому району по факту хищения с ее банковского счета ПАО Сбербанк денежных средств в размере /__/ руб., оформление на ее имя кредита и хищения указанных денежных средств в размере 270000 руб. 10.08.2021 следователем СО ОМВД России по Томскому району вынесено постановление о возбуждении уголовного дела № 121016900070000546 и принятии его к производству. Уголовное дело возбуждено по признакам преступления, предусмотренного п. «г», ч.3, ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации. Постановлением от 10.08.2021 ФИО3 признана потерпевшей по уголовному делу № 121016900070000546. Согласно протоколу допроса потерпевшей от 10.08.2021 ФИО3 пояснила, что пользуется сотовым телефоном Huawei Y6, в котором установлена сим карта оператора Теле2 с номером телефона /__/. 06.08.2021 в вечернее время истец находилась дома совместно с детьми, на ее сотовый телефон поступил звонок с номера +/__/, звонивший представился как сотрудник службы безопасности банка Сбербанк, мужчина представился Н., который сказал, что на нее оформлен кредит в размере 270000 руб. Он сказал, что у него находится ее заявление на оформление кредита. Н. сказал, что, поскольку ФИО3 не оформляла кредит, необходимо сделать отмену данного кредита, ФИО3 придет пароль, который необходимо сообщить «роботу». Истцу на телефон пришел код-пароль, который она сообщила «роботу». Разговор длился 26 минут 16 секунд. 07.08.2021 материальный истец посмотрела смс-сообщения, которые поступили на ее номер сотового телефона, и имелись сообщения с номера «900» следующего содержания: «Никому не сообщайте код…», «заявка на кредит 270000, срок 60 мес., ставка 16,8% годовых код никому не сообщайте». В момент разговора с мужчиной она растерялась, была занята детьми. Ей было страшно, так как мужчина сообщил, что на нее оформлен кредит на большую сумму, так как она не работает, имеет четверо детей, получает только детские пособия. В результате мошеннических действий на ФИО3 оформлен кредит на общую сумму 270000 руб., и списаны с ее карты /__/ руб., которые она копила /__/. Как следует из детализации предоставленных услуг ООО «Т2Мобайл», на телефонный номер абонента /__/ поступил телефонный звонок с номера /__/, длительность звонка 26 минут, 17 секунд. Согласно сведениям по лицевому счету /__/, принадлежащему ФИО3, 06.08.2021 были совершены следующие действия: выдача кредита на действующий счет карты в размере 270000 руб.; списание со счета в размере 130935 руб.; списание со счета в размере 139055 руб.; списание со счета в размере /__/ руб. Судом установлено, что оспариваемый кредитный договор заключен между ПАО Сбербанк и ФИО3 в электронном виде, подписан сторонами с использованием электронных технологий, в частности, аналога собственноручной подписи заёмщика, путём ввода предоставляемой посредством СМС-сообщения уникальной комбинации букв и/или цифр (SMS-код), который представляет собой ключ электронной подписи (код), что следует из индивидуальных условий договоров. На основании п.1 ст.432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. В соответствии с п.2 ст.434 Гражданского кодекса Российской Федерации договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа (в том числе электронного), подписанного сторонами, или обмена письмами, телеграммами, электронными документами либо иными данными в соответствии с правилами абзаца второго пункта 1 статьи 160 настоящего Кодекса. Из абз.2 п.1 ст.160 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что письменная форма сделки считается соблюденной также в случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств, позволяющих воспроизвести на материальном носителе в неизменном виде содержание сделки, при этом требование о наличии подписи считается выполненным, если использован любой способ, позволяющий достоверно определить лицо, выразившее волю. Электронным документом, передаваемым по каналам связи, признается информация, подготовленная, отправленная, полученная или хранимая с помощью электронных, магнитных, оптических либо аналогичных средств, включая обмен информацией в электронной форме и электронную почту. Согласно п.14 ст.7 Федерального закона от 21.12.2013 № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» документы, необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа) в соответствии с настоящей статьей, включая индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) и заявление о предоставлении потребительского кредита (займа), могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети «Интернет». В целях заключения договоров обмен электронными сообщениями, каждое из которых подписано электронной подписью или иным аналогом собственноручной подписи, в порядке, установленном законом или соглашением сторон, рассматривается как обмен документами (п.4 ст.11 Федерального закона от 27.07.2006 № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации»). Согласно п.1 ст.2 Федерального закона от 06.04.2011 № 63-ФЗ «Об электронной подписи» электронная подпись - информация в электронной форме, которая присоединена к другой информации в электронной форме (подписываемой информации) или иным образом связана с такой информацией и которая используется для определения лица, подписывающего информацию. В части 2 статьи 5 Федерального закона от 6 апреля 2011 г. N 63-ФЗ «Об электронной подписи» определено, что простой электронной подписью является электронная подпись, которая посредством использования кодов, паролей или иных средств подтверждает факт формирования электронной подписи определенным лицом. В части 2 статьи 6 указанного закона закреплено, что информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью или неквалифицированной электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами, принимаемыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами, нормативными актами Центрального банка Российской Федерации или соглашением между участниками электронного взаимодействия, в том числе правилами платежных систем. Нормативные правовые акты и соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных неквалифицированной электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны предусматривать порядок проверки электронной подписи. Нормативные правовые акты и соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных простой электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны соответствовать требованиям статьи 9 данного закона. Электронный документ согласно статьи 9 Закона об электронной подписи считается подписанным простой электронной подписью при выполнении в том числе одного из следующих условий: 1) простая электронная подпись содержится в самом электронном документе; 2) ключ простой электронной подписи применяется в соответствии с правилами, установленными оператором информационной системы, с использованием которой осуществляются создание и (или) отправка электронного документа, и в созданном и (или) отправленном электронном документе содержится информация, указывающая на лицо, от имени которого был создан и (или) отправлен электронный документ. В части 2 этой же статьи указано, что нормативные правовые акты и (или) соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных простой электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны предусматривать, в частности: 1) правила определения лица, подписывающего электронный документ, по его простой электронной подписи; 2) обязанность лица, создающего и (или) использующего ключ простой электронной подписи, соблюдать его конфиденциальность. Таким образом, при заключении договора потребительского кредита, в том числе с помощью электронных либо иных технических средств кредитором до сведения заемщика должна быть своевременно доведена необходимая и достоверная информация об услугах, обеспечивающая возможность их правильного выбора, при этом индивидуальные условия договора потребительского кредита должны быть в обязательном порядке согласованы кредитором и заемщиком индивидуально. В случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств его письменная форма считается соблюденной, если эти средства позволяют воспроизвести на материальном носителе содержание договора в неизменном виде (в частности, при распечатывании). Информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами или соглашением между участниками электронного взаимодействия, которые должны предусматривать в том числе правила определения лица, подписывающего электронный документ, по его простой электронной подписи. Соответственно, для обеспечения документа, подписанного простой электронной подписью, юридической силой необходимо идентифицировать лицо, которое использует простую электронную подпись, понятие которой в законе определено не только через наличие присущих ей технических признаков - использование кодов, паролей или иных средств, но и через ее функциональные характеристики - необходимость подтверждения факта формирования электронной подписи определенным лицом. Учитывая изложенное, легитимность электронного документа с простой электронной подписью, содержащего условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение, подтверждается наличием указания в нем лица, от имени которого составлен и отправлен электронный документ. Из материалов дела следует, что 21.05.2018 ФИО3 обратилась в банк с заявлением на банковское обслуживание, выдачу дебетовой карты и открытие счета карты, подключение услуги «Мобильный банк». На основании указанного заявления между ПАО Сбербанк и ФИО3 заключен договор банковского обслуживания (ДБО) /__/ от 21.05.2018, выдана дебетовая катра, открыт счет карты, к номеру телефона /__/ подключена услуга «Мобильный банк». 28.05.2018 ФИО3 подключила к своей банковской карте №/__/ услугу «Мобильный банк» по номеру телефона /__/. 05.11.2020 ФИО3 в мобильном приложении осуществила удаленную регистрацию в системе «Сбербанк Онлайн» по номеру телефона /__/, с момента регистрации в приложении Сбербанк Онлайн пользовалась услугами банка. Согласно информации о направлении смс-сообщений (л.д. 159 т.2), скриншотов смс сообщений из телефона истца (л.д. 45 т.2) 06.08.2021 в 14:48 час. (далее и здесь МСК) на телефон ФИО3 поступило сообщение: «Регистрация в СберБанк Онлайн. Никому не сообщайте код: /__/. Если вы не регистрировались, позвоните на 900». В 15.17 час. истцу поступило сообщение: «Заявка на кредит: сумма 270000 р., срок 60 мес., ставка 16,8 % годовых. Код:94306. Никому его не сообщайте». Затем, истцу поступили сообщения: «Регина Александровна! Ваша заявка на кредит принята к рассмотрению. Отслеживать статус заявки Вы можете в СберБанк Онлайн», «Регина, кредит одобрен, его можно получить в Сбербанк Онлайн до 05.09.202». В 15.26 час. истцу поступило сообщение : «Получение кредита: 270000 р., срок 60 мес., 16,8 % годовых, карта зачисления /__/. Код: /__/. Никому его не сообщайте. Если вы не совершали операцию, позвоните на 900». В 15.32 час. истцу поступило сообщение: «Регина, кредит зачислен! Всегда рады помочь. Советы по обслуживанию кредита sberbank.ru/faqs». К указанному сообщению прикреплена ссылка с советами по обслуживанию кредита. Далее имелась ссылка с полезными советами как быстро вносить платежи или погасить кредит досрочно. Из выписки по счету /__/, на который были зачислены заемные денежные средства по оспариваемому кредитному договору, из пояснений ответчика следует, что на указанном счете ФИО3 на момент перечисления банком кредита уже имелся входящий остаток в размере /__/ руб. В 15.52 час. истцу направлено сообщение: «Никому не сообщайте код:/__/. После подтверждения произойдет списание 139055 руб. CHELIND BANK». В 15.42 час. истцу поступило сообщение: «Во избежание мошенничества банк отклонил операцию на сумму 139055 руб. в CHELIND BANK. Операции в интернете ограничены. Ожидайте звонка с номера 900». В 15.52 истцу поступило сообщение: «Никому не сообщайте код:/__/. После подтверждения произойдет списание 139055 руб. CHELIND BANK». В 15.52 истцу поступило сообщение: «/__/ ОТКАЗ: ошибка в CVC карты. Перевод 139055 руб.». В 15.52 истцу поступило сообщение: «Никому не сообщайте код:/__/. После подтверждения произойдет списание 139055 руб. CHELIND BANK». В 15.54 истцу поступило сообщение: «/__/ ОТКАЗ: ошибка в CVC карты. Перевод 139055 руб.». В 16.04 истцу поступило сообщение: «Никому не сообщайте код:/__/. После подтверждения произойдет списание 139055 руб. CHELIND BANK». В 16.04 истцу поступило сообщение: «/__/ 13:03 перевод 139055 руб. CHELIND BANK Баланс: 257170,78 руб.». В 16.38 истцу направлено сообщение: «Никому не сообщайте код:/__/. После подтверждения произойдет списание 130 935 руб. CHELIND BANK». Сообщение доставлено 07.08.2021 01:36 час. В 16.40 истцу направлено сообщение: «/__/ 13:40 перевод 130 935 руб. CHELIND BANK Баланс: 126235, 78 руб.». Сообщение доставлено 07.08.2021 01:36 час. В 17.15 истцу направлено сообщение: «Никому не сообщайте код:/__/. После подтверждения произойдет списание /__/ руб. CHELIND BANK». Сообщение доставлено 07.08.2021 01:36 час. В 17.16 истцу направлено сообщение: «/__/ 13:40 перевод /__/ руб. CHELIND BANK Баланс: 375, 78 руб.». Сообщение доставлено 07.08.2021 01:36 час. 10.08.2021 ФИО3 обратилась в ПАО Сбербанк с заявлением с просьбой разобраться в ситуации и вернуть ей денежные средства, так как 06.08.2021 мошенниками оформлен кредит на ее имя, она в данный момент кредит не оформляла (л.д. 65-66 т. 1). Порядок и условия предоставления потребительского кредита урегулированы Федеральным законом от 21.12.2013 № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)», в соответствии с которым договор потребительского кредита состоит из общих условий, устанавливаемых кредитором в одностороннем порядке в целях многократного применения и размещаемых в том числе в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (части 1, 3, 4 статьи 5), а также из индивидуальных условий, которые согласовываются кредитором и заемщиком индивидуально, включают в себя сумму кредита; порядок, способы и срок его возврата; процентную ставку; обязанность заемщика заключить иные договоры; услуги, оказываемые кредитором за отдельную плату, и т.д. (части 1 и 9 статьи 5). Индивидуальные условия договора отражаются в виде таблицы, форма которой установлена нормативным актом Банка России, начиная с первой страницы договора потребительского кредита (займа), четким, хорошо читаемым шрифтом (часть 12 статьи 5). Согласно статье 7 Закона о потребительском кредите договор потребительского кредита (займа) заключается в порядке, установленном законодательством Российской Федерации для кредитного договора, договора займа, с учетом особенностей, предусмотренных данным федеральным законом (часть 1). Договор потребительского кредита считается заключенным, если между сторонами договора достигнуто согласие по всем индивидуальным условиям договора, указанным в части 9 статьи 5 данного федерального закона. Договор потребительского займа считается заключенным с момента передачи заемщику денежных средств (часть 6). Документы, необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа) в соответствии с данной статьей, включая индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) и заявление о предоставлении потребительского кредита (займа), могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети «Интернет». При каждом ознакомлении в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» с индивидуальными условиями договора потребительского кредита (займа) заемщик должен получать уведомление о сроке, в течение которого на таких условиях с заемщиком может быть заключен договор потребительского кредита (займа) и который определяется в соответствии с данным федеральным законом (часть 14). Из приведенных положений закона следует, что заключение договора потребительского кредита предполагает последовательное совершение сторонами ряда действий, в частности формирование кредитором общих условий потребительского кредита, размещение кредитором информации об этих условиях, в том числе в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», согласование сторонами индивидуальных условий договора потребительского кредита, подачу потребителем в необходимых случаях заявления на предоставление кредита и на оказание дополнительных услуг кредитором или третьими лицами, составление письменного договора потребительского кредита по установленной форме, ознакомление с ним потребителя, подписание его сторонами, в том числе аналогом собственноручной подписи, с подтверждением потребителем получения им необходимой информации и согласия с условиями кредитования, а также предоставление кредитором денежных средств потребителю. В соответствии со ст.8 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее - Закон о защите прав потребителей) потребитель вправе потребовать предоставления необходимой и достоверной информации об изготовителе (исполнителе, продавце), режиме его работы и реализуемых им товарах (работах, услугах) (пункт 1). Обязанность исполнителя своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию об услугах, обеспечивающую возможность их правильного выбора, предусмотрена также статьей 10 Закона о защите прав потребителей Из представленного в материалы дела кредитного договора следует, что в нем содержатся индивидуальные условия предоставления кредита, а также имеется ссылка на общие условия кредитования – п.14 «С содержанием общих условий ознакомлен и согласен» (л.д. 177 т.2). Между тем судом первой инстанции не установлено, каким способом и в какой форме потребитель был ознакомлен с кредитным договором, составленным по установленной Банком России форме, тогда как из объяснений истца следует, что с условиями кредитного договора она ознакомлена не была. Оценивая текст кредитного договора, общих условий кредитования, представленное ответчиком в материалы дела визуальное отображение порядка оформления кредита в СберБанк Онлайн (л.д. 179-184 т.2), судебная коллегия приходит к выводу, что времени между операциями по получению заявки на кредит (15.17 МСК), одобрению кредита (15.26 МСК) и его зачисления на счет (15.32 МСК), очевидно, было недостаточно для осмысленного ознакомления и принятия условий кредитования. В соответствии с п.3 ст.307 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию. В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.10.2022 № 2669-О указано, что в большинстве случаев телефонного мошенничества сделки оспариваются как совершенные под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом. При рассмотрении таких споров особого внимания требует исследование добросовестности и осмотрительности банков. В частности, к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительной выдачи банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц). Упрощенный порядок предоставления потребительского кредита и распоряжения кредитными средствами противоречит порядку заключения договора потребительского кредита, подробно урегулированному приведенными выше положениями Закона о потребительском кредите, и фактически нивелирует все гарантии прав потребителя финансовых услуг, установленные как этим федеральным законом, так и Законом о защите прав потребителей. В частности, составление договора в письменной форме с приведением индивидуальных условий в виде таблицы по установленной Банком России форме, с указанием полной стоимости кредита, лишено всякого смысла, если фактически все действия по предоставлению потребительского кредита сводятся к направлению банком потенциальному заемщику смс-сообщения с краткой информацией о возможности получить определенную сумму кредита путем однократного введения цифрового смс-кода. Информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами или соглашением между участниками электронного взаимодействия, которые должны предусматривать в том числе правила определения лица, подписывающего электронный документ, по его простой электронной подписи. Соответственно, для обеспечения документа, подписанного простой электронной подписью, юридической силой необходимо идентифицировать лицо, которое использует простую электронную подпись, понятие которой в законе определено не только через наличие присущих ей технических признаков - использование кодов, паролей или иных средств, но и через ее функциональные характеристики - необходимость подтверждения факта формирования электронной подписи определенным лицом. Как установлено судебной коллегией, выпиской по счету ФИО3, поступления на данный счет в большей степени были за счет получения социальных выплат. Действия ФИО3 по заключению договора потребительского кредита выполнены путем набора цифрового кода-подтверждения, после чего через непродолжительное время стали списываться денежные средства со счета истца на счета неких физических лиц. При этом, из представленных документов следует, что ранее расходных операций по перечислению третьим лицам крупных денежных средств истец не совершала, получению кредита предшествовали несвойственные истцу операции, а именно регистрация в гостевой зоне для юридических лиц на сайте Сбера. Кроме того, при списании денежных средств дважды неверно набран CVC карты. Указанные операции совершены в непродолжительные период времени, в 15.26 час. получен кредит, в 17.16 час. произведено последнее списание денежных средств с карты. Из объяснений истицы следует, что она не имела намерений и не выражала волеизъявления на заключение спорного кредитного договора, такой договор заключен вопреки ее воли и интересам. Действительно, ФИО3 при оформлении кредита ввела уникальный код. Вместе с тем в рамках уголовного дела установлено, что ФИО3 поступали звонки от лиц, представившихся сотрудниками банка. В ходе переговоров ФИО3 раскрыла коды, направленные банком для подтверждения операций, совершала действия по указанию третьих лиц «с целью отмены кредита», что привело к оформлению на нее кредитного договора, денежные средства по которому сразу после поступления переведены на счета в пользу третьих лиц. При таких обстоятельствах, с учетом хронологии взаимодействия банка и истца, в ходе которого ФИО3 действовала под влиянием мошеннических действий третьих лиц, вопреки выводам суда первой инстанции, судебная коллегия полагает, что банком при дистанционном оформлении кредита, не смотря на наличие несвойственных операций, изложенных выше, при наличии факта подачи заявки на получение кредита и вслед за получением денег в непродолжительное время выдачи банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьих лиц, не предприняты повышенные меры предосторожности, банк надлежащим образом не убедился, что намерение заключить договор исходит от надлежащего лица, не обеспечил безопасность дистанционного предоставления услуг, не идентифицировал клиента надлежащим образом. Ответчик, который, действуя осмотрительно, как более профессионально осведомленная сторона кредитных правоотношений, учитывая интересы потребителя и оказывая ему должное содействие, должен был принять во внимание характер операций - получение кредитных средств дистанционным путем и списанием со счета денежных средств, а также перечислением денежных средств на счета, принадлежащие другим лицам, в течение непродолжительного периода времени путем совершения неоднократных однотипных переводов, и предпринять соответствующие меры предосторожности, а именно приостановить совершение операций, свидетельствующих о несвойственном клиенту поведении, и убедиться в том, что данные операции в действительности совершаются клиентом и соответствуют его волеизъявлению, либо отказать в совершении операции, чего ответчиком сделано не было. Указание ответчика, что после блокировки совершения первой операции по переводу денежных средств, ФИО3 в 15.43 (МСК) осуществлено голосовое подтверждение операции, неопровержимыми доказательствами не подтверждено, записи сообщения, в котором именно ФИО3 подтвердила операцию, не представлено. Указанные обстоятельства, а также действия истца сразу после заключения кредитного договора, обращение в банк и в полицию по факту совершенных в отношении нее мошеннических действий, свидетельствуют о том, что при выполнении действий по заключению кредитного договора у истца отсутствовало волеизъявление на получение в свою пользу кредитных денежных средств с принятием на себя обязанностей по их возврату. Положения закона о допустимости использования электронной подписи, как основанное на презумпции надлежащей идентификации и аутентификации клиента банка в сети Интернет и направленные на упрощение документооборота между субъектами банковских отношений, не могут толковаться как признающие наступление соответствующих юридических последствий для лиц, волеизъявление со стороны которых в действительности отсутствовало. Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу о том, что при установленных обстоятельствах действия банка по предоставлению истцу денежных средств по кредитному договору, заключенному дистанционным способом путем ввода клиентом кодового обозначения, переводу данных денежных средств на счета третьих лиц не соответствует требованиям добросовестного поведения участника кредитных правоотношений. Следовательно, с учетом установленных по делу обстоятельств, кредитный договор, заключенный 6 августа 2021 г. между ПАО «Сбербанк России» и ФИО3, на основании ст.10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации следует признать недействительным (ничтожным). При этом, указанный вывод судебной коллегии, вопреки выводам суда первой инстанции и доводам ответчика, не противоречит судебным постановлениям, вступившим в законную силу. Так, в материалы дела представлены заочное решение Томского районного суда Томской области от 15.08.2023 по делу № 2-1143/2023, апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Томского областного суда от 16.01.2024 №33-73/2024, определение Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 09.07.2024 №88-13020/2024. Указанными судебными актами расторгнут кредитный договор /__/ от 06.08.2021, с ФИО3 в пользу ПАО Сбербанк взыскана задолженность по указанному договору. Из содержания судебных актов следует, что судами подлежал оценке довод ФИО3, что кредитный договор заключен в результате мошеннических действий третьих лиц. Вместе с тем, из апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Томского областного суда от 16.01.2024 №33-73/2024 следует, что судебная коллегия установила, что кредитный договор не нарушает публичных интересов, либо прав и охраняемых законом интересов третьих лиц. Судебной коллегией указано, что ФИО3 вправе оспорить кредитный договор в установленном законом порядке, однако такие требования ФИО3 не заявлялись. При таких выводах и обстоятельствах, наличие судебного акта о расторжении кредитного договора и взыскании по нему задолженности, не препятствует обращению ФИО3 с требованиями о признании договора недействительным. Также в материалы дела представлены решение Бабушкинского районного суда города Москвы от 04.02.2025 по делу № 2-1433/2025, решение Красногорского районного суда Алтайского края от 13.08.2025 по делу №2-19/2025, которыми по иску прокурора Томского района Томской области с ФИО5 и с ФИО6 соответственно в пользу ФИО3 взысканы в качестве неосновательного обогащения денежные средства, полученные 06.08.2021 со счета ФИО3 Вместе с тем, вопреки доводам ответчика, факт взыскания неосновательного обогащения в пользу ФИО3 не исключает возможности защиты истцом своих прав путем предъявления иска о признании кредитного договора недействительным. Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции также исходил из того, что истцом пропущен срок исковой давности, при этом не усмотрел оснований для восстановления срока. С указанными выводами судебная коллегия также не может согласиться. Как следует из материалов дела, ПАО Сбербанк заявлено о применении срока исковой давности. В соответствии с п.1 ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса. Для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком (п. 1 ст. 197 Гражданского кодекса Российской Федерации). Согласно п.1, п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (п.1 ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации). Согласно ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки (п.1). Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (п.2). Как установлено в ходе рассмотрения дела, оспариваемый договор заключен 06.08.2021, в указанный день началось исполнение сделки, следовательно, с этой даты начал течь срок исковой давности, который истек 06.08.2024. В суд с настоящим исковым заявлением истец обратился 12.11.2024, то есть с пропуском срока исковой давности. В исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности (статья 205 Гражданского кодекса Российской Федерации). Из толкования статьи 205 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также из разъяснений, изложенных в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", следует, что в соответствии со статьей 205 Гражданского кодекса Российской Федерации в исключительных случаях суд может признать уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца - физического лица, если последним заявлено такое ходатайство и им представлены необходимые доказательства. Истец ФИО3 просила восстановить срок исковой давности в связи с наличием уважительных причин его пропуска. В качестве причин пропуска срока исковой давности истец указала, что в августе-сентябре 2024 года по заявлению ей была выдана частично копия оспариваемого кредитного договора. Истец многократно обращалась в прокуратуру Томского района Томской области и прокуратуру Томской области с заявлением и жалобами, просила прокуратуру оказать ей содействие в истребовании кредитного договора в ПАО «Сбербанк». Однако прокуратура в таком содействии ей отказала. Впоследствии ей пришлось самостоятельно обратиться в офис ПАО Сбербанк для направления в ее адрес копии кредитного договора, которая была получена только в октябре 2024 года. Обратила внимание, что она является юридически неграмотной, лицом из числа-детей сирот и матерью 5 несовершеннолетних детей, стала жертвой дистанционного мошенничества. Оценивая причины пропуска срока исковой давности, судебная коллегия, вопреки выводам суда первой инстанции, признает их уважительными, а срок исковой давности, подлежащий восстановлению, при этом судебная коллегия принимает во внимание, что причины пропуска срока исковой давности носят исключительный характер, связаны с личностью истца (юридически неграмотна, лицо из числа-детей сирот, является малоимущей, матерью 5 несовершеннолетних детей, /__/), подтверждаются представленными в материалы дела доказательствами (в том числе и факт неоднократного обращения в прокуратуру с просьбой защитить интересы истца). Не может принять апелляционная инстанция ссылки ответчика на иную судебную практику, поскольку в силу положений ч. 1 ст. 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд обязан разрешить дело на основании норм действующего законодательства, а также исходя из обычаев делового оборота, в случаях, предусмотренных нормативно-правовыми актами. Судебная практика не является формой права и высказанная в ней позиция конкретного суда не является обязательной для применения другими судами при разрешении внешне тождественных дел. Доводы ответчика о том, что ПАО Сбербанк в настоящее время является ненадлежащим ответчиком, поскольку права требования по спорному кредитному договору перешли в Непубличное акционерное общество Профессиональная коллекторская организация «Первое клиентское бюро» на основании договора уступки прав (требований)№/__/ 30.10.2025, судебной коллегией отклоняется. Из представленного ответчиком договора уступки прав (требований)№/__/ 30.10.2025 следует, что ПАО Сбербанк (цедент) уступил Непубличному акционерному обществу Профессиональная коллекторская организация «Первое клиентское бюро» (НАО ПКО «ПКБ») (цессионарию) все имущественные права, возникшие у цедента на основании кредитных договоров, в том числе по оспариваемому кредитному договору. Согласно п. 1.3 договора уступки переход уступаемых прав от Цедента к Цессионарию осуществляется в течение 15 рабочих дней после полной оплаты цены договора и поступления денежных средств на счет цедента, и подтверждается подписанием акта приема-передачи прав (требований). Акт приема-передачи уступаемых прав подписан сторонами договора уступки прав 11.11.2025. Таким образом, уступка прав (требований) по договору, заключенному с ФИО3 /__/ от 06.08.2021, произошла 11.11.2025. Поскольку уступка прав (требований) по оспариваемому договору произошла после обращения истца в суд с настоящим иском и после вынесения судом обжалуемого решения, судебная коллегия полагает, что ПАО Сбербанк является надлежащим ответчиком по делу. Таким образом, судебной коллегией проверяется законность и обоснованность решения суда первой инстанции, принятого в отношении надлежащего ответчика. На основании вышеизложенного, судебная коллегия приходит к выводу, что решение суда первой инстанции подлежит отмене, исковые требования прокурора Томского района Томской области, действующего в интересах ФИО3, к публичному акционерному обществу «Сбербанк России» о признании кредитного договора недействительным - удовлетворению. На основании изложенного, руководствуясь статьей 328, статьей 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия определила: апелляционную жалобу ФИО3, апелляционное представление прокурора Томского района Томской области удовлетворить, решение Томского районного суда Томской области от 5 ноября 2025 г. отменить, принять новое решение. Исковые требования прокурора Томского района Томской области, действующего в интересах ФИО3, к публичному акционерному обществу «Сбербанк России» о признании кредитного договора недействительным удовлетворить. Признать кредитный договор, заключенный 6 августа 2021 г. между ПАО «Сбербанк России» и ФИО3, недействительным (ничтожным). Кассационная жалоба может быть подана в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в срок, не превышающий трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения. Председательствующий Судьи: Мотивированное апелляционное определение изготовлено 19.06.2026. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Суд:Томский областной суд (Томская область) (подробнее)Истцы:Прокурор Томского района Томской области(ж) (подробнее)Ответчики:Публичное акционерное общество Сбербанк России (подробнее)Судьи дела:Вотина Виктория Ивановна (судья) (подробнее)Судебная практика по:Злоупотребление правомСудебная практика по применению нормы ст. 10 ГК РФ Признание договора купли продажи недействительным Судебная практика по применению норм ст. 454, 168, 170, 177, 179 ГК РФ
Признание договора незаключенным Судебная практика по применению нормы ст. 432 ГК РФ По кредитам, по кредитным договорам, банки, банковский договор Судебная практика по применению норм ст. 819, 820, 821, 822, 823 ГК РФ
Исковая давность, по срокам давности Судебная практика по применению норм ст. 200, 202, 204, 205 ГК РФ По кражам Судебная практика по применению нормы ст. 158 УК РФ |