Решение № 2-458/2019 2-458/2019~М-414/2019 М-414/2019 от 22 июля 2019 г. по делу № 2-458/2019

Дело № 2-458/2019 Мотивированное
решение изготовлено 26 июля 2019 года

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

23 июля 2019 года г. Кировск

Кировский городской суд Мурманской области в составе

председательствующего судьи Чайка О.Н.

при секретаре Васильевой А.С.

с участием истца ФИО1

представителя истца ФИО2

представителя ответчика АО «Апатит» ФИО3

старшего помощника прокурора г. Кировска Веремчука А.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Акционерному обществу «Апатит» в лице Кировского филиала Акционерного общества «Апатит» о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием,

у с т а н о в и л:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к Кировскому филиалу Акционерного общества «Апатит» (далее КФ АО «Апатит») о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием.

В обоснование заявленных требований указал, что в период с 1983 года по 2018 год состоял в трудовых отношениях с ответчиком в должностях водитель автомобиля и машинист самоходной машины, трудовой договор прекращен 11 мая 2018 года в связи с отсутствием у работодателя работы, необходимой работнику в соответствии с медицинским заключением по п. 8 с. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации. Поскольку он длительное время подвергался воздействию вредных производственных факторов, у него развились профессиональные заболевания с основными диагнозами: ... Кроме того, установлены сопутствующие диагнозы: ... В соответствии со справкой об установлении степени утраты профессиональной трудоспособности МСЭ от 29 мая 2019 года установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 30 %.

Полученные профессиональные заболевания причиняют ему физические и нравственные страдания, он испытывает сильные боли, вынужден регулярно обращаться за медицинской помощью, проходить лечение и ежегодные медицинские осмотры, не может в полной мере вести привычный образ жизни и реализовывать свое право на труд, а также вынужден нести дополнительные расходы на приобретение лекарств.

С учётом уточнённых исковых требований просит суд взыскать с ответчика денежную компенсацию морального вреда, исчисленную в соответствии с нормами Отраслевого тарифного соглашения по организациям химической, нефтехимической, биотехнологический и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2016-2018 годы (далее – Отраслевое тарифное соглашение) с учетом решения Российского Союза химиков и Росхимпрофсоюза от 23.10.2015, в размере 210 839 рублей 35 копеек, за вычетом выплаченных ответчиком в добровольном порядке 90 000 рублей (300 839,35 – 90 000), а также судебные расходы, связанные с оплатой услуг представителя, в сумме 12 000 рублей.

Определением судьи от 05 июня 2019 года к участию в деле в качестве соответчика привлечено Акционерное общество «Апатит» (далее АО «Апатит»).

Определением суда от 27 июня 2019 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, на стороне истца привлечена Объединенная профсоюзная организация Акционерного общества «Апатит» Профсоюза химиков России (далее ОПО «Апатит»).

Истец ФИО1 в судебном заседании уточнённые исковые требования поддержал, дополнительно пояснил, что в связи с профессиональным заболеванием не может вести привычный образ жизни, получаемое лечение положительного результата не приносит. Все эти факторы отражаются на его физическом и моральном состоянии, приносят страдания. Также отметил, что поскольку всем работникам предприятия на момент подписания соглашения о возмещения вреда выплачивали компенсацию морального вреда в связи с получением профессионального заболевания в размере 30 000 рублей за 10 % утраты трудоспособности, поэтому сомнений в законности размера предлагаемой выплаты на момент подписания соглашения не возникло. Представителем работодателя иного расчета размера причитающейся ему выплаты представлено не было. Требование о взыскании с ответчика судебных расходов, связанные с оплатой услуг представителя, в сумме 12 000 рублей, мотивировал тем, что оказание юридической помощи выражалось в составлении искового заявления, участия в судебных заседаниях.

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании уточненные исковые требования поддержала в полном объеме, пояснив, что выплаченная истцу денежная компенсация морального вреда в размере 90 000 рублей значительно занижена относительно гарантированной минимальной суммы выплаты при получении профессионального заболевания, установленной нормами Отраслевого тарифного соглашения по организациям химической, нефтехимической, биотехнологический и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2016-2018 годы (далее – Отраслевое тарифное соглашение) с учетом решения Российского Союза химиков и Росхимпрофсоюза от 23.10.2015. Указанное Соглашение является обязательным правовым актом для применения организациями химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации, к числу которых относится АО «Апатит».

Кроме того, указала, что представителем работодателя истцу не была предоставлена достоверная информация о размере компенсации морального вреда, подлежащей выплате истцу в связи с полученным профессиональным заболеванием согласно условиям отраслевого тарифного соглашения. Требование истца о взыскании судебных расходов поддерживает, в обоснование заявленной суммы понесенных судебных расходов по оплате услуг представителя пояснила, что оказание юридических услуг выразилось в составлении искового заявления и участие в судебных заседаниях, полагает заявленный размер понесенных истцом судебных расходов по оплате услуг представителя отвечает требованиям разумности и справедливости.

Представитель ответчика АО «Апатит» в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился, указал о том, что при получении истцом профессиональных заболеваний неправомерные действия или бездействие ответчика отсутствуют. Истец, работая в профессиях водитель автомобиля, машинист самоходной машины, был осведомлен о характере и вредных условиях труда, добровольно на протяжении длительного времени выполнял работы в условиях воздействия вредных производственных факторов. Работодатель производил истцу повышенную оплату за работу в особых условиях труда, обеспечивал его бесплатным лечебно-профилактическим питанием, проводил периодические медицинские осмотры, предоставлял дополнительный оплачиваемый отпуск и льготные путевки в санаторий-профилакторий. Степень утраты профессиональной трудоспособности истца невысокая, инвалидность не установлена. Считает размер компенсации морального вреда в размере 90 000 рублей достаточным, заявленные требования полагает завышенными. Полагает, что в данном случае не возможно применить нормы отраслевого тарифного соглашения, поскольку истец не является в настоящее время работником предприятия. В удовлетворении исковых требований просит отказать.

Представители ответчика КФ АО «Апатит» и третьего лица ОПО «Апатит» в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, дело рассмотреть в свое отсутствие не просили, письменных возражений по иску не представили.

Суд, руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав пояснения истца и его представителя, представителя ответчика, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора, суд приходит к выводу о том, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Охрана труда регулируется Конституцией Российской Федерации, Всеобщей декларацией прав человека от 10 декабря 1948 года, Международным пактом «Об экономических, социальных и культурных правах» 1966 года, конвенциями Международной организации труда (МОТ), Трудовым кодексом Российской Федерации, другими законами и подзаконными нормативными актами.

Так, Конституция Российской Федерации закрепляет право каждого человека на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, не угрожающих жизни и здоровью (ст. ст. 7, 37).

Содержание этого права работника раскрывается в ряде нормативных правовых актов, основным из которых является Трудовой кодекс Российской Федерации, в соответствии со статьей 5 которого трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения регулируются также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права.

В соответствии со статьями 22, 212 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда работников при осуществлении технологических процессов, соответствующие требованиям охраны труда на каждом рабочем месте. Работодатель обязан обеспечить обучение безопасным методам и приемам выполнения работ, проведение инструктажа по охране труда, стажировки на рабочем месте и проверки знания требований охраны труда, организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, информировании работников об условиях и охране труда на рабочих местах, о существующем риске повреждения здоровья и полагающихся им компенсациях и средствах индивидуальной защиты. К этим положениям корреспондирует и статья 219 Трудового кодекса Российской Федерации, определяющая права работника.

Согласно положениям статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации нематериальные блага, к которым относится, в том числе и здоровье, подлежат защите в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации и другими законами в случаях и порядке, ими предусмотренных.

Одним из способов защиты гражданских прав в соответствии со статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации является компенсация морального вреда.

Статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» права застрахованных лиц на возмещение вреда, осуществляемое в соответствии с законодательством Российской Федерации, в части, превышающей обеспечение по страхованию, производимое на основании данного Федерального закона, не ограничиваются.

Таким образом, работодатель (страхователь) несет ответственность за вред, причиненный жизни или здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, в порядке, закрепленном главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации. В силу пункта 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Пунктом 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 от 20 декабря 1994 года «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» определено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с потерей работы, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий.

В соответствии с пунктом 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни и здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Из требований статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что размер денежной компенсации морального вреда определяется судом с учетом требований разумности и справедливости в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Как установлено в судебном заседании и следует из материалов дела, ФИО1 состоял в трудовых отношениях с ответчиком с 19 августа 1983 года по 11 мая 2018 года, работая в АО «Апатит» в различных должностях, в том числе, в профессии машиниста самоходной машины, что подтверждается имеющимися в материалах дела копиями: трудовой книжки, трудового договора, приказов о приеме на работу, переводах и расторжении трудового договора.

11 мая 2018 года трудовой договор с ФИО1 был прекращен в связи с отсутствием у работодателя работы, необходимой работнику в соответствии с медицинским заключением (пункт 8 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации).

Стаж работы истца в организации ответчика во вредных производственных условиях составил 34 года 7 месяцев.

Из санитарно-гигиенической характеристики условий труда №... от 13 декабря 2017 года следует, что условия труда ФИО1 в профессии машинист самоходных машин (водитель автомобиля) не соответствуют СН 2.2.4/2.1.8.566-96, СН 2.2.4/2.1.8.583-96, ГН 2.2.5.1313-03. Условия труда машиниста самоходных машин (водитель автомобиля) характеризуются воздействием вредных производственных факторов: шума, вибрации, инфразвука, физического напряжения, вредных веществ химической этиологии, запыленности.

По результатам обследования в клинике профзаболеваний НИЛ ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» в 2018 году у ФИО1 впервые установлены профзаболевания, которые обусловлены длительным воздействием вредных производственных факторов (общая вибрация, производственный шум), установлены основные диагнозы: ... По профзаболеваниям истцу противопоказана работа в контакте с вибрацией, физическими перегрузками, в неудобной рабочей позе, с наклонами и поворотами головы и корпуса, при пониженной температуре воздуха. Рекомендовано рациональное трудоустройство, направление на МСЭ согласно действующего законодательства, «Д» наблюдение и профилактическое лечение профзаболеваний у невролога 1-2 раза в год по месту жительства, ежегодно санаторно-курортное лечение, «Д» наблюдение и лечение у терапевта, травматолога, уролога по месту жительства, ежегодное обследование в клинике профзаболеваний.

По результатам обследования в клинике профзаболеваний НИЛ ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» в 2019 году профзаболевания подтверждаются, динамики в течении профзаболеваний нет. По профзаболеваниям истцу противопоказана работа в контакте с вибрацией, физическими перегрузками, в неудобной рабочей позе с наклонами и поворотами головы и корпуса, при пониженной температуре воздуха. Рекомендовано «Д» наблюдение и профилактическое лечение профзаболеваний у невролога 1-2 раза в год по месту жительства, ежегодное санаторно-курортное лечение, «Д» наблюдение и лечение у терапевта, травматолога, хирурга, уролога по месту жительства, ежегодное обследование и лечение в клинике профзаболеваний.

17 апреля 2018 года согласно актам о случае профессионального заболевания №..., №... истцу установлены профессиональные заболевания которые возникли в результате длительной работы (в течение 34 лет 7 мес.) во вредных производственных условиях КФ АО «Апатит» в профессии машинист самоходной машины (водитель автомобиля): в АТЦ (1983-2003г.г. – стаж 19 лет 3 мес.), на Восточном руднике (2003-2018 г.г. –стаж 15 лет 4 мес.), когда ФИО1 из-за несовершенства, с гигиенической точки зрения, технологического процесса и оборудования, подвергался сочетанному воздействию вредных производственных фактов, в том числе общей вибрации и тяжести трудового процесса. Стаж работы истца в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составил 34 года 7 месяцев. Ранее профессиональные заболевания не устанавливались, вины работника в возникновении профзаболеваний не усматривается.

20.06.2019 на основании актов о профессиональном заболевании №... и №... от 11 мая 2018 года ФИО1 впервые была установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 30% на срок до 01.06.2019 что подтверждается копиями актов освидетельствования №... и №... ФГУ «ГБ МСЭ по МО» и сообщением Бюро МСЭ №... – филиала ФКУ «ГБ МСЭ по Мурманской области» Минтруда России, в 2019 году решение не изменилось, дата очередного освидетельствования – 01.06.2020.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что полученные истцом профессиональные заболевания находятся в причинно-следственной связи с выполнением работы и условиями труда (длительного воздействия на его организм вредных неблагоприятных производственных факторов), в которых истец работал у ответчика.

Таким образом, по мнению суда, вина ответчика в причинении истцу профессионального заболевания в период его работы в КФ АО «Апатит» является доказанной, и на ответчике лежит безусловная обязанность произвести работнику выплату в счет денежной компенсации морального вреда. Потерпевший в связи с причинением вреда здоровью во всех случаях испытывает нравственные и физические страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается.

Факт предоставления работнику на период его трудовой деятельности в АО «Апатит» особых условий труда, таких как дополнительная оплата труда, дополнительный оплачиваемый отпуск, обеспечение средствами индивидуальной защиты, не является доказательством отсутствия вины ответчика в причинении вреда здоровью, а свидетельствует лишь о предоставлении работникам Общества специальных гарантий, обязательных, в силу действующего трудового законодательства, для предоставления лицам, работающим во вредных производственных условиях.

28 июня 2018 года между ФИО1 и АО «Апатит» было заключено соглашение о возмещении вреда, причиненного профессиональным заболеванием, с учетом размера утраты профессиональной трудоспособности, объёма и характера причиненных нравственных и физических страданий, отношения работника к труду и охране своего здоровья, судебной практики и размеров выплат подобных компенсаций в АО «Апатит» во внесудебном порядке, в размере 90 000 рублей, которые были выплачены истцу 28 июня 2018 года, что подтверждается копией соглашения о возмещении вреда, причиненного профессиональным заболеванием от 28 июня 2018 года и платежным поручением №... от 28 июня 2018 года.

Вместе с тем, денежная компенсация морального вреда причиненного истцу в связи с профессиональным заболеванием, полученным работником при исполнении трудовых обязанностей, подлежит возмещению в соответствии с требованиями трудового законодательства, коллективных договоров либо соглашений и локальных нормативных актов, содержащих нормы трудового права, к числу которых относится «Отраслевое тарифное соглашение по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2016-2018 годы» (далее - ОТС, соглашение), утвержденное 20 августа 2015 года Российским профессиональным союзом работников химических отраслей промышленности, Общероссийским отраслевым объединением работодателей «Российский союз химиков» в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, Федеральными законами «О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности» от 12.01.1996 № 10-ФЗ, «Об объединениях работодателей» от 27.11.2002 № 156-ФЗ, и направлено на обеспечение стабильной эффективной деятельности организаций химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности, защиту социальных, экономических прав и законных интересов работников, поддержание достойного уровня их жизни, регулирование социально-трудовых отношений между работодателями и работниками.

Отраслевое тарифное соглашение по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2016-2018 годы, в силу статей 22, 45, 48 Трудового кодекса Российской Федерации является обязательным правовым актом для применения организациями химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации, к числу которых относится АО «Апатит».

На основании пунктов 6.1, 6.1.1, 6.1.2 Отраслевого тарифного соглашения работодатели в соответствии с действующим законодательством и коллективными договорами или локальными нормативно-правовыми актами предприятий предоставляют работникам льготы и компенсации, в числе которых гарантии и компенсации за утрату профессиональной трудоспособности при исполнении работником трудовых обязанностей.

Порядок, размер и расчёт выплат установлен пунктом 6.1.4 соглашения. Решением Российского Союза химиков и Росхимпрофсоюза от 23 октября 2015 года приостановлено в отношении АО «Апатит» действия положения подпункта 2 пункта 6.1.4 ОТС на срок с 01.01.2016 по 31.12.2018 и предусмотрен следующий порядок выплат денежной компенсации морального вреда в размере, пропорциональном одному годовому заработку работника, при получении профессионального заболевания в размере 30 % от заработка работника за один год, что не противоречит части 7 статьи 48 Трудового кодекса Российской Федерации и пункту 1.4 ОТС.

Средний дневной заработок для оплаты отпусков определяется на дату установления инвалидности в результате несчастного случая/профессионального заболевания или на дату смерти и учитывает все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат (независимо от их источника) в соответствии с законодательством РФ (постановление от 24 декабря 2007 г. № 922 «Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы»).

Коллективным договором на 2017-2020 годы, принятым в АО «Апатит» порядок осуществления выплат с целью возмещения вреда работнику, причиненного профессиональным заболеванием, не предусмотрен.

Реализация права на компенсацию морального вреда носит заявительный характер, поэтому встречная обязанность у работодателя по соответствующей выплате возникает с момента обращения работника.

Так, согласно пункту 6.1.8 Отраслевого тарифного соглашения основанием для выплаты компенсации морального вреда является, в том числе, заявление работника.

Учитывая то, что увольнение истца произошло в связи с отсутствием у работодателя работы, необходимой работнику в соответствии с медицинским заключением и установлением профессионального заболевания истцу в период осуществления трудовой деятельности у ответчика, по мнению суда, на ответчике лежит обязанность произвести выплату денежной компенсации морального вреда по нормам ОТС, с учётом решения от 23 октября 2015 года, которая, исходя из среднего заработка истца составляет 300 839 рублей 35 копеек (30 % от 1 002 797 рублей 83 копейки), расчёт которой произведён ответчиком и не оспорен истцом и его представителем.

Согласно копии платежного поручения №... от 28 июня 2018 года в счет компенсации морального вреда на основании соглашения от 28 июня 2018 года истцу работодателем произведена выплата денежной суммы в размере 90 000 рублей, что свидетельствует о неисполнении работодателем положений Отраслевого тарифного соглашения в полном объёме.

Суд не усматривает оснований для определения работодателем размера компенсации морального вреда, отличной от условий, предусмотренных в Отраслевом тарифном соглашении.

Разрешая спор, суд приходит к выводу, что размер денежной компенсации морального вреда, исчисленный работодателем в размере 90 000 рублей на основании соглашения от 28 июня 2018 года, необоснованно занижен относительно гарантированной минимальной суммы выплаты при получении профессионального заболевания, установленной пунктом 6.1.4 Отраслевого тарифного соглашения.

На основании изложенного, суд считает несостоятельной позицию представителя ответчика в части исполнения обязанности работодателя по выплате истцу денежной компенсации морального вреда в полном объеме.

Доводы ответчика в части того, что истец не обладает правом на обращение в суд, поскольку добровольно подписал соглашение от 28 июня 2018 года, а также учитывая, что по условиям данного соглашения стороны договорились об отсутствии претензий в будущем, суд полагает несостоятельными, поскольку подписанное сторонами соглашение от 28 июня 2018 года не является препятствием со стороны истца для обращения за судебной защитой.

Доводы представителя ответчика о том, что положения Отраслевого тарифного соглашения не распространяются на истца, обратившегося в суд с иском после прекращения трудовых отношений, суд считает несостоятельными, поскольку профзаболевание установлено истцу в период его работы в АО «Апатит» и в период действия Отраслевого тарифного соглашения, в связи с чем, на него распространялись положения указанного локального нормативного акта.

Согласно части 6 статьи 48 Трудового кодекса Российской Федерации, в тех случаях, когда в отношении работников действует одновременно несколько соглашений, применяются условия соглашений, наиболее благоприятные для работников.

Судом установлено, что 23 декабря 2013 года Горно-металлургическим профсоюзом России, Общероссийским отраслевым объединением работодателей «Ассоциация промышленников горно-металлургического комплекса России» утверждено «Отраслевое тарифное соглашение по горно-металлургическому комплексу Российской Федерации на 2014 - 2016 годы».

Соглашением, утверждённым 22 декабря 2016 года, действие Отраслевого тарифного соглашения по горно-металлургическому комплексу Российской Федерации на 2014 - 2016 годы продлено на 2017 - 2019 годы.

В соответствии с пунктом 7.5.2. Отраслевого тарифного соглашения по горно-металлургическому комплексу Российской Федерации на 2014 - 2016 годы, в случае утраты профессиональной трудоспособности от несчастных случаев на производстве работодатель в качестве возмещения морального вреда может выплачивать пострадавшему единовременное пособие в порядке и размерах, установленных коллективным договором. Повышенного размера выплат с целью возмещения вреда работнику, причиненного профессиональным заболеванием, указанным соглашением не предусмотрено.

В ходе судебного заседания представитель работодателя указал, что деятельность предприятия связана с химической, биотехнологической промышленностью. Согласно выписке из Единого государственного реестра юридический лиц основной вид деятельности предприятия АО «Апатит» составляет добыча минерального сырья для химической промышленности и производства минеральный удобрений. В связи с чем, суд считает необходимым применить к рассматриваемому спору Отраслевое тарифное соглашение по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации.

Исходя из установленных судом обстоятельств, при определении размера компенсации морального вреда суд, учитывая добровольно произведенную работодателем выплату в счет компенсации морального вреда в размере 90 000 рублей, считает подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца денежную компенсацию морального вреда в размере 210 839 рублей 35 копеек (300 839,35 – 90 000).

Указанная сумма, по мнению суда, соразмерна понесенным истцом физическим и нравственным страданиям и отвечает требованиям разумности и справедливости.

В соответствии со статьей 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В силу части 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно пункту 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ) не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).

Согласно пункту 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» при предъявлении иска совместно несколькими истцами или к нескольким ответчикам (процессуальное соучастие) распределение судебных издержек производится с учетом особенностей материального правоотношения, из которого возник спор, и фактического процессуального поведения каждого из них (статья 40 ГПК РФ).

При рассмотрении настоящего дела интересы истца ФИО1 представляла ФИО2

Согласно квитанции №... от 27 мая 2019 года истцом понесены расходы на оплату услуг представителя ФИО2 в сумме 12 000 рублей.

Учитывая сложность и объем дела, фактически затраченное представителем истца время на участие в двух судебных заседаниях, и составлении процессуальных документов, отсутствие возражений со стороны ответчика, принцип разумности, обоснованности, справедливости, обычной сложившейся стоимости услуг представителей, суд приходит к выводу, что с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате услуг представителя в заявленном размере.

В соответствии с пунктом 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 8 части 1 статьи 333.20 части второй Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты государственной пошлины, в соответствующий бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований. На основании пункта 3 части 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации сумма подлежащей взысканию с ответчика государственной пошлины в доход местного бюджета за требование о компенсации морального вреда составляет 300 рублей.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к Акционерному обществу «Апатит» в лице Кировского филиала Акционерного общества «Апатит» о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, – удовлетворить.

Взыскать с Акционерного общества «Апатит» в лице Кировского филиала Акционерного общества «Апатит» в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда в сумме 210 839 (двести десять тысяч восемьсот тридцать девять) рублей 35 копеек и судебные расходы по оплате услуг представителя в сумме 12 000 (двенадцать тысяч) рублей.

Взыскать с Акционерного общества «Апатит» в лице Кировского филиала Акционерного общества «Апатит» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Кировский городской суд Мурманской области в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий: О.Н. Чайка