Решение № 2-1037/2025 2-1037/2025(2-8588/2024;)~М-6466/2024 2-8588/2024 М-6466/2024 от 21 сентября 2025 г. по делу № 2-1037/2025

УИД 17RS0017-01-2024-011742-50

Дело № 2-1037/2025 (2-8588/2024)


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Кызыл 08 сентября 2025 года

Кызылский городской суд Республики Тыва в составе

председательствующего Верещагиной Ю.Н.,

с участием прокурора Ооржак Ч.Ч.,

при секретаре Шыырап М.Я.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по <адрес> о возмещении морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Кызылский городской суд с исковым заявлением к Министерству Финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда в размере 67 352 000 руб., указывая, что постановлением следователя отдела по <адрес> СУ СК России по <адрес> от 23.06.2024 за ним признано право на реабилитацию в порядке ст.ст. 133,134 УПК РФ. В результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключение под стражу, незаконного отбывания наказания в трудовой колонии усиленного режима, истец испытал физические и нравственные страдания. Общий срок незаконного уголовного преследования с 19.10.1981 по 23.06.2024 составляет 15 588 дней, то есть 42 года 8 мес. 4 дня. На момент задержания и допроса в качестве подозреваемого ФИО1 исполнился 21 год, к моменту второго задержания и вынесения приговора – 23 года. Указывает, что предварительное расследование по уголовному делу велось с грубыми нарушениями норм уголовно-процессуального законодательства, после задержания и допроса в 1981 г. ФИО1 был освобожден. Однако через два года, когда следствию не удалось найти лицо, виное в совершении преступления, было принято решение предъявить обвинение лицу, который в момент совершения преступления заснул в состоянии алкогольного опьянения. В отношении ФИО1 оказывалось психологическое и физическое давление, он подвергался избиениям под угрозами дальнейшей физической расправы, если не признает вину и не напишет явку с повинной. За время предварительного следствия истец написал три явки с повинной, от которых отказался в ходе судебного разбирательства. Указывает, что не мог знать об обстоятельствах совершенного преступления, так как не помнил, что произошло в день совершения преступления. В отношении ФИО1 был постановлен обвинительный приговор, назначено наказание в виде 10 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной трудовой колонии усиленного режима, что для молодого человека в возрасте 23 лет стало шоком и сильным стрессом. В исправительном учреждении истец находился в период с 22.04.1984 по 13.04.1989. Последствием жестоких действий сотрудников стало отмирание почки, о чем ему стало известно в конце 1990-х г., что стало основанием для установления второй группы инвалидности бессрочно. После отмены обвинительного приговора, ФИО1 был эпапирован в <адрес>, где 11.03.1989 ему заменена мера пресечения на подписку о невыезде и должном поведении. Несмотря на это ФИО1 еще на протяжении трех месяцев содержался в СИЗО-1 <адрес> до 17.05.1989. С указанного времени следственные действия в отношении ФИО1 не проводились, итоговое решение по делу не принималось. В 2021 г. при получении справки о судимости истец обнаружил, что судимость в ней не отражена. После обращения в Следственный комитет и Прокуратуру Республики Тыва, уголовное дело в отношении ФИО1 было прекращено. В период с 2022 по 2024 г.г. истец находился в постоянном стрессе, напряжении, гнетущем состоянии бесперспективности. Истцом произведен расчет компенсации морального вреда, указывает, что средняя оценка одного дня незаконного уголовного преследования составляет 4000 руб. за 15 588 дн., размер морального вреда составляет 63 352 000 руб.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал в полном объеме, по доводам и основаниям, изложенным в нем. Дополнительно суду указал, что на момент привлечения к уголовной ответственности был официально трудоустроен, к уголовной и административной ответственности не привлекался, намеревался жениться. В период проведения предварительного следствия на него оказывалась психологическое давление, применялась физическая сила. До армии проблем с почками у него не было, был годен к службе, в 2001 ему была удалена почка. Сведения о его судимости могут негативно отразиться на близких людях.

Представитель истца ФИО105, действующая на основании доверенности, в судебное заседание не явилась, будучи извещенной о нем надлежащим образом, ранее в судебном заселении исковые требования поддержала в полном объеме, представила письменные пояснения по иску, где указала, что действия органов следствия говорят о том, что осознав свою ошибку, решили забросить дело, освободить невиновного, однако никаких действий в дальнейшем не предпринимались. Человек, который 6 лет отбывал реальное наказание, был вырван из своей жизни, остался без справедливого решения.

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации, Управления Федерального казначейства по <адрес> ФИО9, действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признала, по доводам, изложенным в письменных возражениях на иск, указала, что истцом не представлено каких-либо доказательств, свидетельствующих о степени и характере понесенных нравственных и физических страданий. Отметила, что в период с 1989 по 2021 гг. истец жил нормальной жизнью, занимался своими делами, и на физические и нравственные страдания не претендовал. Сумма компенсации морального вреда не соответствует принципу разумности и справедливости.

В судебное заседание не явились третьи лица - представители Следственного управления следственного комитета Российской Федерации по Республике Тыва, следственного отдела по г. Кызыл СУ СК России по Республике Тыва, следователь следственного отдела по г. Кызыл ФИО51, извещались судом о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом.

Суд в порядке ст. 167 ГПК РФ рассмотрел дело в отсутствие лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.

Выслушав участников процесса, заключение прокурора Ооржак Ч.Ч., полагавшего иск подлежащим удовлетворению с учетом разумности и справедливости, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Под реабилитацией в уголовном производстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда (пункт 34 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Реабилитированный - это лицо, имеющее в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием (пункт 35 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью первой статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Как следует из пункта 3 части второй статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют, в частности, подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 этого кодекса (в частности, в связи с отсутствием в деянии состава преступления (пункт 2 части первой статьи 24).

В силу части первой статьи 134 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию. Одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

Иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (часть вторая статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом (пункт 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно положениям статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33) даны разъяснения о том, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда. Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации) (абзацы первый, второй и четвертый пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).

Моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца, как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни (абзац первый пункта 42 названного постановления).

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий (абзац второй пункта 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).

Из приведенных норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что основания возникновения права гражданина на реабилитацию, порядок признания этого права и возмещения гражданину вреда, связанного с уголовным преследованием, закреплены в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации, устанавливающем в том числе, что иски за причиненный реабилитированному моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства. В Гражданском кодексе Российской Федерации содержатся положения об ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, а также нормы, определяющие основания, способы и размеры компенсации морального вреда.

Моральный вред - это нравственные и (или) физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага.

Компенсация морального вреда, являясь одним из способов возмещения вреда лицу, которое незаконно или необоснованно было подвергнуто - уголовному преследованию, направлена на возмещение такому лицу тех нравственных и (или) физических страданий, которые оно претерпевало в результате незаконного уголовного преследования.

Компенсация морального вреда подлежит взысканию в пользу реабилитированного гражданина за счет казны Российской Федерации и независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда. Реабилитированный гражданин (истец по делу о компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием) должен доказать характер и степень нравственных и (или) физических страданий, причиненных ему в результате незаконного уголовного преследования.

Поскольку закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской - Федерации) устанавливает лишь общие принципы определения размера компенсации морального вреда, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда и конкретные обстоятельства, связанные с незаконным уголовным преследованием гражданина, соотнести их с тяжестью причиненных гражданину физических и нравственных страданий и индивидуальные особенности его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.

Следовательно, исходя из цели присуждения компенсации морального вреда реабилитированному гражданину размер этой компенсации должен быть индивидуализирован, то есть определен судом применительно к личности реабилитированного гражданина, к понесенным именно им нравственным и (или) физическим страданиям в результате незаконного уголовного преследования, с учетом длительности и обстоятельств уголовного преследования, тяжести инкриминируемого ему преступления, избранной в отношении его меры процессуального принуждения, причины избрания такой меры и иных обстоятельств, сопряженных с фактом возбуждения в отношении гражданина уголовного дела.

Вместе с тем компенсация морального вреда должна быть адекватной обстоятельствам причинения морального вреда лицу, подвергнутому незаконному уголовному преследованию, и должна обеспечить баланс частных, и публичных интересов, с тем чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, поскольку казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

В судебном акте должны быть приведены достаточные мотивы, оправдывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемой гражданину в связи с незаконным уголовным преследованием, исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных им физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела. Оценка таких обстоятельств не может быть формальной.

16.10.1981 следователем прокуратуры <адрес> возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ст. 103 УК РСФСР.

18.10.1981 произведено задержание ФИО1 для установления личности.

19.10.1981 ФИО1 допрошен в качестве подозреваемого.

19.10.1981 из протокола очной ставки с участием подозреваемого ФИО1 и свидетеля ФИО10 следует, что в ходе очной ставки ФИО1 подтвердил показания указанные свидетелем.

В этот же день была назначена экспертиза по факту обнаружения трупа с признаками насильственной смерти.

Согласно требованию ИЦ МВД Тувинской АССР ФИО1, № года рождения к уголовной ответственности не привлекался.

Из заключения эксперта № от 05.11.1981 следует, что на полушубке, черных шерстяных брюках и левом сапоге подозреваемого ФИО1 крови не обнаружено. На передней поверхности, руковах штормовки и внутренней поверхности голенища правого сапога подозреваемого ФИО1 обнаружена кровь свиньи.

16.06.1982 постановлением прокурора-криминалиста Тувинской АССР отменено постановление следователя о приостановлении следствия по делу, производство по уголовному делу возобновлено.

На основании постановления о приводе подозреваемого от 23.06.1982 ФИО1 был подвергнут приводу для проведения следственных действий.

20.12.1982 предварительное следствие по делу приостановлено до розыска подозреваемого ФИО1

18.01.1983 постановлением начальника следственного отдела прокуратуры Тувинской АССР постановление от 20.12.1982 отменено, производство по уголовному возобновлено.

Из заключения эксперта № следует, что смерть наступила от несовместимой с жизнью травмы: многочисленного массивного перелома костей свода и основания черепа с размозжением вещества головного мозга. Эти повреждения могли быть причинены при нескольких ударах массивным орудием, имеющим выпуклую неровную поверхность, например камнем или другим подобным предметом. Кроме повреждений, повлекших смерть обнаружены проникающие колото-резанные ранения груди слева с повреждением левого легкого.

10.04.1983 ФИО1 задержан по следующим основаниям: иные данные, дающие основание подозревать лицо в совершении преступления, если оно покушалось на побег или не имеет постоянного места жительства, или когда не установлена личность подозреваемого.

В материалах уголовного дела имеется три заявления ФИО1 о явке с повинной.

10.04.1983 ФИО1 допрошен в качестве подозреваемого.

Постановлением от 13.04.1983 в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

На основании постановления ст.следователя прокуратуры <адрес> от 23.04.1983 ФИО1 привлечен по уголовному делу в качестве обвиняемого, ему предъявлено обвинение по ст. 207 и 103 УК РСФСР.

В это же день ФИО1 допрошен в качестве обвиняемого.

20.07.1983 постановлением следователя прокуратуры <адрес> уголовное дело в отношении ФИО1 с ФИО106 прекращено.

29.07.1983 обвиняемому ФИО1 было объявлено об окончании предварительного следствия и о предъявлении материалов дела на ознакомление.

30.07.1983 по уголовному делу № по обвинению ФИО1 по ст.ст. 207 и 103 УК РСФСР утверждено обвинительное заключение.

10.08.1983 подсудимый ФИО1 обратился к суду с заявлением разобраться в деталях уголовного дела.

Приговором Кызылского городского народного суда от 24.08.1983 ФИО1 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст. 207, 103 УК РСФСР и ему назначено окончательное наказание в виде 10 лет лишения свободы с отбываем наказания в исправительной трудовой колонии усиленного режима. Меру пересечения оставить содержание под стражей. Срок наказания исчислять с 10.04.1983.

Определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Тувинской АССР приговор Кызылского городского народного суда от 24.08.1983 в отношении ФИО1 оставлен без изменения, кассационная жалоба осужденного и адвоката – без изменения.

Постановлением Президиума Верховного Суда Тувинской АССР от 02.03.1989 приговор Кызылского городского народного суда от 24.08.1983 в отношении ФИО1 по ст.ст.207,103 УК РФ отменен, дело направлено для производства дополнительного расследования. Мера пресечения оставлена без изменения.

27.03.1989 на основании постановления следователя прокуратуры <адрес> осужденный ФИО1 был этапирован из учреждения ЯЦ 34/<адрес> в СИЗО-1 <адрес> ОИТУ МВД Тувинской АССР.

ФИО1 был дополнительно допрошен следователем прокуратуры <адрес> в помещении СИЗО-1.

На основании постановления следователя прокуратуры <адрес> от 11.03.1989 в отношении ФИО1 изменена мера пресечения – заключение под стражу на подписку о невыезде.

03.10.2022 заместителем руководителя следственного отдела на имя прокурора <адрес> направлен запрос о проверки архива прокуратуры города для установления наличия либо отсутствия материалов уголовного дела в отношении ФИО1, так как 17.03.1983 следователем прокуратуры <адрес> ФИО11 указанное уголовное дело принято к производству, однако итоговое процессуальное решение в материалах уголовного дела не имеется, в связи с чем имеются основания полагать, что уголовное дело состояло более чем из 1 тома.

В ответ на письмо прокурором города 13.10.2022 предоставлена информация о ом, что в архиве прокуратуры <адрес> материалы уголовного дела №, возбужденного 16.10.1981 по признакам преступления, предусмотренного ст. 103 УК РФСФСР, по факту убийства ФИО12, отсутствуют.

21.02.2023 в адрес следственного отдела по <адрес> СУ СК РФ по <адрес> от М.Д. ФИО1 поступил адвокатский запрос о предоставлении, в частности постановления о прекращении уголовного дела в отношении ФИО1, или иные документы, подтверждающие его непричастность к преступлению.

Ответом на адвокатский запрос от 14.03.2023 заместителем руководителя следственного отдела сообщено, что в материалах уголовного дела постановление о прекращении уголовного дела, а также иные документы, подтверждающие непричастность ФИО1, не имеются.

На обращение адвоката ФИО1 С.М. о прекращении уголовного дела и признания права на реабилитации, и.о.руководителя следственного отдела, дан ответ об отсутствии оснований для возбуждения производства по уголовному делу, в связи с тем, что 13.10.1996 истекли сроки давности привлечения к уголовной ответственности.

Аналогичный ответ был предоставлен 25.08.2023.

26.04.2024 руководителю следственного отдела по <адрес> дано указание в порядке п. 3 ч. 1 ст. 39 УПК РФ установить все обстоятельства уголовного дела, выполнить следственно-процессуальные действия для завершения расследования в срок до 29.05.2024.

24.05.2024 ФИО1 был допрошен в качестве обвиняемого.

Согласно заключению эксперта № судебной экспертизы тканей и выделения человека, животных «Исследование ДНК» по материалам уголовного дела № установить генетические признаки на концевом врезе ногтевой платины потерпевшего ФИО12, не представляется возможным, в связи с отсутствием и/или деградацией ДНК.

23.06.2024 уголовное дело № на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ в действиях ФИО1, прекращено. За ФИО1 признано право на реабилитацию.

Исходя из вышеприведенных норм, истец, являясь лицом, в отношении которого производство по делу прекращено по реабилитирующему основанию, имеет право на возмещение государством морального вреда.

На момент рассмотрения настоящего гражданского дела, ФИО1 является пенсионером, не женат, на иждивении несовершеннолетних детей не имеет.

Из трудовой книжки АТ-II № следует, что ФИО1 имеет среднее образование, трудовую деятельность начал с 15.12.1977 в качестве пилорамщика Шагонарский ФИК. 12.02.1981 ФИО1 В.А. принят на должность тракториста 3 разряда в Кызылский эксплуатационно-технический узел связи. 01.07.1981 истец переведен на должность электромонтера линейных сооружений М№ разряда. 16.11.1981 ФИО1 уволен по собственному желанию. В период с 09.12.1981 по 10.02.1982 работал в Шагонарском РПК рабочим, уволен по собственному желанию, с 26.02.1983 по 09.07.1982 в Красноярском алюминиевом заводе, с 09.09.1982 по 13.10.1982 в Красноярском монтажном управлении треста «Союзлифтремонт», уволен по ст. 29 п. 7 КЗоТ РСФСР в связи с арестом. 24.10.1989 принят машинистом б/крана в Ум-14 ТСО «Тувастрой», где работал до 14.05.1990, уволен по собственному желанию. Последние сведения о трудовой деятельности ФИО1 содержатся под порядковым номером 28 от 13.04.1995, принят водителем в Шагонарский лесхоз.

ФИО1 является инвалидом второй группы по общему заболеванию бессрочно, ограничение к труду II степени, что следует из справки серии МСЭ-2001 №.

Согласно справке-характеристике УУП ОУУП и ПДН МО МВД «Улуг-Хемский», истец по месту жительства характеризуется с положительной стороны, от соседей и родственников жалоб и заявлений на него в дежурную часть не поступало. За нарушение порядка и за появление в общественном месте в алкогольном опьянении не замечался. К административной ответственности не привлекался.

На учете в ГБУЗ РТ «Респсихбольница» и ГБУЗ РТ «Реснаркодиспансер» ФИО1, № года рождения не числится.

Согласно требованию ГИАЦ МВД по РФ ФИО1, 28.12.2010 осужден Улуг-Хемским районным судом Республики Тыва за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ к лишению свободы на 1 год, на основании ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 1 год. 06.10.2010 в отношении ФИО1 избрана мета пресечения - заключение под стражу.

Справкой № от 16.07.2025, выданной Администрацией городского поселения <адрес> подтверждается состав семьи истца, проживающего по адресу: <адрес>: дочь ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, дочь ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

ФИО4 работает в ООО «Спортмастер» в должности методиста подразделения Отдел по работе с персоналом Регион Сибирь Управление логистики Сибирский филиал с 07.11.2023, что подтверждается справкой № от 02.07.2025.

В судебном заседании ФИО1 пояснил, что в связи с причинением ему побоев при производстве следственных действий, ему была проведена операция по удалению по удалению почки.

Из объяснений истца следует, что до возбуждения уголовного дела проблем со здоровьем не имел, при прохождении военной комиссии был признан гордым к прохождению военной службы.

В подтверждение указанного довода представлен копия выписки из медицинской карты от 20.02.2001, с указанием о проведении удаления дистопированной левой почки.

Согласно медицинскому справочнику, дистопированная почка – это врожденная аномалия, при которой почка располагается не на своем обычном месте в забрюшном пространстве, а в другой области тела. Это аномалия возникает в эмбриональный период из-за нарушения нормального процесса миграции почки, и может быть, как бессимптомной, так и проявляться различными патологическими состояниями, такми как пиелонефрит или гидронефроз.

На основании изложенного, суд признает несостоятельными доводы истца об ухудшении состояния здоровья в связи с незаконным уголовным преследованием и подтверждением данных обстоятельств сведениями медицинских документов, поскольку не представлено доказательств причинно-следственной связи обращений за медицинской помощью в связи с ухудшением состояния здоровья и действиями следственных органов.

Поскольку установлен факт незаконного обвинения истца в совершении преступления, суд приходит к выводу об обоснованности заявленных требований и взыскании в пользу истца компенсации морального вреда.

Далее, на момент возбуждения данного уголовного дела истцу исполнился 21 год, он, имел среднее образование, работал в Кызылском эксплуатационно-техническом узле связи электромонтером линейных сооружений. В период предварительного следствия ФИО1 принят с 09.09.1982 слесарем-монтажником электрических подъемников (лифтов) на Красноярском участке Красноярского монтажного управления треста «Союзлифтмонтаж», уволен с 13.10.1982 по ст. 29 п. 7 КЗоТ РСФСР в связи с арестом.

Как следует из материалов дела, истец ранее к уголовной и административной ответственности не привлекался.

Исходя из приведенных выше доказательств, суд считает, что именно в связи с незаконным уголовным преследованием истец потерял работу (уволен в связи с арестом), в данном случае конституционное право на труд - право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

Учитывая то, что истец обвинялся органами предварительного следствия в совершении особо тяжкого преступления - убийстве, за которое был осужден 24.08.1983 Кызылским городским народным судом, а после отмены приговора постановлением Президиума Верховного Суда Тувинской АССР от 02.03.1989, уголовное дела прекращено в соответствии со ст. 24 УПК РФ только 23.06.2024, за ФИО1 признано право на реабилитацию.

Уголовное преследование, безусловно, несет отрицательную социальную оценку среди окружающих: родственников, друзей, знакомых и т.д., ставит под сомнение доброе имя и репутацию истца. Истец, будучи привлеченным в качестве подозреваемого, затем обвиняемого, и на стадии рассмотрения дела в суде был вынужден доказывать свою невиновность в совершении преступления, в связи с чем, безусловно, испытывал негативные эмоции, нервное напряжение, вызванное угрозой осуждения.

При уголовном преследовании человек безусловно испытывает эмоциональные страдания, негативные изменения в психофизической сфере.

В данному случае, истец фактически отбывал наказание в местах лишения свободы в условиях изоляции от общества в период с 22.04.1984 по 13.04.1989, в последующем после отмены приговора и изменения меры пресечения на подписку о невыезде на основании постановления от 11.03.1989, содержался в СИЗО-1 свыше установленного срока без законных на то оснований до 17.05.1989 (свешен трех месяцев), что свидетельствует о нарушении личных неимущественных прав истца и является достаточным основанием для компенсации морального вреда

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает обстоятельства дела (суд и органы предварительного следствия не разрешили ряд противоречий, которые возникли в ходе следствия и судебного разбирательства, приговор отменен, дело направлено на дополнительное расследование, неопределенно долго (до момента обращения с адвокатским запросом) органами предварительного расследования не принималось решение о прекращении уголовного дела, уголовное преследование продолжалось после истечения срока давности привлечения к уголовной ответственности), тяжесть инкриминируемого истцу преступления, личность истца, ранее не судимого, работавшего официально, претерпевания им страданий, длительность уголовного преследования (15 588 дней, 2043 дней из которых ФИО1 провел в условиях изоляции от общества), применение к ФИО1 мер пресечения в виде подписки о невыезде, надлежащем поведении и в виде заключения под стражу, отбывание наказания в строгих условиях, степень причиненных нравственных страданий, требования разумности и справедливости, определяет ко взысканию компенсацию морального вреда в размере 1 500 000 руб.

Суд отмечает, что указанный размер денежной компенсации морального вреда является соразмерным и адекватным обстоятельствам причинения морального вреда истцу, обеспечивает баланс частных и публичных интересов, с учетом того, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала права других категорий граждан с учетом того, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, на оказание социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

Доводы иска о необходимости расчета компенсации морального вреда исходя из 4 000 руб. за один день незаконного уголовного преследования, судом отклоняются, поскольку компенсация морального вреда определена судом на основании критериев, установленных законом, не предусматривающих какого-либо определенного размера за указанные действия.

В связи, с чем требование о компенсации морального вреда в остальной части не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 (паспорт №) 1 500 000 рублей в счет компенсации морального вреда.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Тыва в течение одного месяца со дня составления мотивированного решения судом в окончательной форме через Кызылский городской суд Республики Тыва.

Председательствующий Ю.Н. Верещагина

Мотивированное решение изготовлено и подписано 22 сентября 2025 года.