Решение № 2-713/2025 2-713/2025~М-209/2025 М-209/2025 от 2 сентября 2025 г. по делу № 2-713/2025

Сестрорецкий районный суд города Санкт-Петербурга

78RS0021-01-2025-000655-65 Дело № 2-713/2025


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Санкт – Петербург 06 августа 2025 года

Сестрорецкий районный суд города Санкт-Петербурга в составе председательствующего судьи Пошурковой Е.В.,

при секретаре Родиной А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Прокурора г. Санкт-Петербурга, действующего в защиту интересов Российской Федерации в лице МИФНС России № 2 по Ленинградской области к ФИО1, ФИО2, ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного преступлением,

УСТАНОВИЛ:

Прокурор г. Санкт-Петербурга, действующей в защиту интересов Российской Федерации в лице МИФНС России № 2 по Ленинградской области, обратился в суд с иском к ФИО1, ФИО2, ФИО3 о взыскании в солидарном порядке денежных средств в размере 377 192 303 руб., указывая, что ответчики являются наследниками ФИО18, умершего ДД.ММ.ГГГГ., в отношении которого было прекращено производство по уголовному делу и уголовное преследование по <данные изъяты> РФ, ввиду смерти подсудимого.

Представитель истца прокурора г. Санкт-Петербурга и представитель МИФНС России № 2 по Ленинградской области в судебном заседании на удовлетворении заявленных исковых требований настаивали.

Представитель ответчиков ФИО4 в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований, указывая, что исковые требования истцов не обоснованы по праву, ввиду недоказанности факта причинения ФИО19 ущерба интересам Российской Федерации и прекращении его обязательств перед МИФНС России № 2 по Ленинградской области, в связи со смертью, представил письменный отзыв на иск.

Ответчики ФИО1, ФИО2 и ФИО3 в судебное заседание не явились, о рассмотрении дела извещены надлежащим образом, ходатайств не заявляли.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ гражданское дело рассмотрено в отсутствие не явившихся в судебное заседание лиц.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд находит исковые требования истца не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Судом установлено, что МИФНС Росси № 2 по Ленинградской области была проведена выездная налоговая проверка <данные изъяты> по вопросам правильности и своевременности уплаты всех налогов и сборов за период с 01 января 2014г. по 31 декабря 2016г.

По результатам указанной проверки составлен акт налоговой проверки № № от 23 июля 2018г., согласно которому, было установлено, что <данные изъяты> в проверяемом периоде под видом топлива судового маловязкого и фракции керосино-газойлевой производило и реализовывало дизельное топливо, являющееся подакцизным товаром.

Указанные нарушения привели к занижению налогоплательщиком уплаченных акцизов, и как следствие, занижению налоговой базы по налогу на добавленную стоимость, в результате чего неуплата акциза составила сумму 373 853 026 руб., а неуплата НДС – 67 293 544 руб.

На основании акта налоговой проверки от 23 июля 2018г. № № и иных материалов налоговой проверки налоговым органом 30 августа 2018г. было принято решение № №, в соответствии с которым <данные изъяты> было привлечено к налоговой ответственности, предусмотренной пунктом <данные изъяты> в виде взыскания штрафа в общей сумме 79 786 984 руб., также <данные изъяты> были доначислены НДС и акциз в общей сумме 441 146 570 руб. и пени в размере 164 318 589 руб.

Решением УФНС России по Ленинградской области решение МИФНС России № 2 по Ленинградской области № № оставлено без изменения, жалоба <данные изъяты> - без удовлетворения.

Решением Арбитражного суда г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 25 марта 2019г. по делу № № в удовлетворении требований <данные изъяты> о признании незаконным решения МИФНС России № 2 по Ленинградской области от 30 августа 2018г. № № отказано.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 17 октября 2019г., оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 30 января 2020г., решение Арбитражного суда г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 25 марта 2019г. отменено в части отказа в признании недействительным решения МИФНС России № 2 по Ленинградской области от 30 августа 2018г. № № по доначислению акциза в сумме 43 473 510 руб., пени в размере 16 417 258 руб., штрафа по п.3 ст. 122 НК РФ в размер 3 716 133 руб., НДС в размере 7 825 232 руб., пени в размер 2 783 756 руб., штрафа по п.3 ст. 122 НК РФ в размере 845 871 руб. штрафа по п.1 ст. 119 НК РФ в размер 1 760 556 руб.; в указанной части обжалуемое решение признано недействительным.

Ввиду наличия непогашенной налоговой недоимки, МИФНС России № 2 по Ленинградской области обратилась в Арбитражный суд г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании ООО «Компас-Строй» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 19 ноября 2019г. по делу № № производство по заявлению налоговой инспекции прекращено по основаниям, установленным абз. 8 пункта 1 ст. 57 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) – в связи с отсутствием средств, необходимых для финансирования процедуры банкротства.

28 февраля 2019г. вторым СО второго СУ ГСУ СК РФ по г. Санкт-Петербургу в отношении ФИО20 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного <данные изъяты> УК РФ №№.

Постановлением Кировского городского суда Ленинградской области от 25 февраля 2024г. по делу № № прекращено производство по уголовному делу по обвинению ФИО49 в совершении преступления, предусмотренного <данные изъяты> УК РФ по основаниям, предусмотренным <данные изъяты> УПК РФ, в связи со смертью обвиняемого.

Согласно данному постановлению, ФИО21 органами предварительного расследования обвинялся в уклонении от уплаты налогов, подлежащих уплате организацией <данные изъяты>, путем включения в налоговую декларацию заведомо ложных сведений.

Ссылаясь на установленный в рамках проведения расследования по уголовному делу факт осуществления ФИО22 контроля за деятельностью <данные изъяты>, осуществление от его имени хозяйственной, финансовой и производственной деятельности выполнение административно-хозяйственных и организационно-распорядительных функций, т.е. деятельности руководителя <данные изъяты> направленной на создание условий, способствующих уклонению <данные изъяты> от уплаты установленных налогов и сборов, истец указывает на наличие правовых оснований для привлечения ФИО23 к ответственности по обязательства <данные изъяты>, которая в порядке универсального правопреемства, в связи со смертью ФИО24 ДД.ММ.ГГГГ., перешла к его наследникам в пределах стоимости наследственного имущества.

Согласно материалам наследственного дела № №, находящегося в производстве нотариуса нотариального округа г. Санкт-Петербурга ФИО5, с заявлением о вступлении в права наследования на имущество ФИО25 обратились: его мать ФИО1 и его сыновья – ФИО2, ФИО3 (наследственное дело приобщено к материалам гражданского дела на диске (л.д.102).

02 июля 2020г. УФНС по Санкт-Петербургу в лице УФНС по Ленинградской области обратилось в Арбитражный суд г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам <данные изъяты> солидарно ФИО6, ФИО26, ФИО27., ФИО28 и взыскании денежных средств в размере 640 529 420 руб. 60 коп.

Решением Арбитражного суда г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области №№ от 17 июня 2021г. (мотивированное решение от 25 июня 2021г.) требования налоговой инспекции были удовлетворены частично: к субсидиарной ответственности по обязательствам <данные изъяты> привлечен генеральный директор и учредитель ФИО47, с ФИО48 в пользу УФНС по Санкт-Петербургу взысканы денежные средства в размере 640 529 420 руб. 60 коп.; в остальной части требования отказано (л.д.129-144).

Согласно мотивировочной части вышеуказанного судебного акта, в ходе судебного разбирательства были проверены и оценены доводы налоговой инспекции об осуществлении ФИО29. фактического и юридического контроля за действиями юридического лица <данные изъяты>, в том числе, в части расходования денежных средств юридическим лицом и извлечения материальной выгоды в своем интересе от реализации схемы по производству подакцизных товаров без уплаты соответствующих налоговых платежей, однако, ввиду отсутствия совокупности относимых, допустимых и достоверных доказательств данных доводов, арбитражным судом не был установлен тот факт, что в юридически значимый период времени ФИО30 являлся лицом, контролирующим должника <данные изъяты>. В связи с изложенными и установленными юридически значимыми обстоятельства в иске к ФИО31 отказано, к субсидиарной ответственности привлечен ФИО32

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 04 октября 2021г. (мотивированное постановление от 13 октября 2021г.) решение Арбитражного суда г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17 июня 2021г. оставлено без изменения, апелляционная жалоба УФНС России по Ленинградской области – без удовлетворения.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 28 февраля 2022г. решение Арбитражного суда г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17 июня 2021г. и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 04 октября 2021г. оставлены без изменения, кассационная жалоба УФНС России по Ленинградской области – без удовлетворения.

В соответствии со ст. 1152 ГК РФ для приобретения наследства наследник должен его принять.

Принятие наследником части наследства означает принятие всего причитающегося ему наследства, в чем бы оно ни заключалось и где бы оно ни находилось.

Пунктом 1 ст. 1142 ГК РФ наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя солидарно (статья 323 ГК РФ).

Каждый из наследников отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества.

Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, выраженной в Определении судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 10 сентября 2024г. № 84-КГ24-2-К3, согласно статье 1112 названного кодекса в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Не входят в состав наследства права и обязанности, неразрывно связанные с личностью наследодателя, в частности право на алименты, право на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также права и обязанности, переход которых в порядке наследования не допускается данным кодексом или другими законами.

Не входят в состав наследства личные неимущественные права и другие нематериальные блага.

Обязанность по возмещению материального ущерба не связана с личностью причинителя вреда и переходит в порядке наследования.

То, что за причинение ущерба установлена уголовная ответственность, не меняет имущественной природы этих правоотношений и не исключает перехода обязанности возместить вред в порядке универсального правопреемства.

Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, выраженной в Определении судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 10 сентября 2024г. № 16-КГ24-22-К4, возмещение физическим лицом вреда, причиненного неуплатой организацией налога в бюджет или сокрытием денежных средств организации, в случае привлечения его к уголовной ответственности может иметь место только при соблюдении установленных законом условий привлечения к гражданско-правовой ответственности и только при подтверждении окончательной невозможности исполнения налоговых обязанностей организацией-налогоплательщиком (пункт 3.4).

Применительно к случаям прекращения уголовного дела в связи с истечением сроков давности уголовного преследования суд при рассмотрении в порядке гражданского судопроизводства иска о возмещении вреда, причиненного лицом, подвергнутым уголовному преследованию, в силу части 1 статьи 67 и части 1 статьи 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации должен принять данные предварительного расследования, включая сведения об установленных органом предварительного расследования фактических обстоятельствах совершенного деяния, содержащиеся в решении о прекращении уголовного дела, в качестве письменных доказательств, которые суд обязан оценивать наряду с другими имеющимися в деле доказательствами по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании.

При этом оценка судом в гражданском деле материально-правовых оснований возмещения причиненного преступлением вреда не может ограничиваться выводами осуществлявших уголовное судопроизводство органов, изложенными в постановлении о прекращении уголовного дела.

Не могут предрешать выводы суда о возможности привлечения к гражданско-правовой ответственности лица, в отношении которого уголовное преследование по обвинению в налоговом преступлении было прекращено по нереабилитирующим основаниям, акты налоговых органов и послужившие основанием для возбуждения соответствующего уголовного дела материалы налоговых проверок деятельности организации-налогоплательщика, - равно как и материалы предварительного расследования, в деле о возмещении вреда они выступают письменными доказательствами и по отношению к иным доказательствам, в том числе представляемым суду ответчиком, не обладают большей доказательственной силой.

Соответственно, при рассмотрении заявленного потерпевшим гражданского иска о возмещении причиненного налоговым преступлением вреда суд - с учетом того, что для прекращения уголовного дела по нереабилитирующему основанию требуется отсутствие возражений обвиняемого (подсудимого) против применения данного основания, - не связан решением о прекращении уголовного дела в части установленности состава гражданского правонарушения, однако обязан произвести всестороннее и полное исследование доказательств по делу и дать им оценку, с тем чтобы, следуя требованиям Конституции Российской Федерации, вынести законное, обоснованное и справедливое решение (пункт 6).

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 8 декабря 2017 г. N 39-П по делу о проверке конституционности положений статей 15, 1064 и 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, подпункта 14 пункта 1 статьи 31 Налогового кодекса Российской Федерации, статьи 199.2 Уголовного кодекса Российской Федерации и части 1 статьи 54 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан ФИО7, ФИО8 и ФИО9 отметил, что обязанность возместить причиненный вред как мера гражданско-правовой ответственности применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также его вину.

Тем самым предполагается, что привлечение физического лица к ответственности за деликт в каждом случае требует установления судом состава гражданского правонарушения, - иное означало бы необоснованное смешение различных видов юридической ответственности, нарушение принципов справедливости, соразмерности и правовой определенности.

В соответствии с частью 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Согласно правовой позиции Конституционного суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 02 марта 2017г. № 4-П «По делу о проверке конституционности положений пункта 3 части первой статьи 24, пункта 1 статьи 254 и части восьмой статьи 302 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой граждан ФИО10 и ФИО11» постановление о прекращении производства по уголовному делу, в связи со смертью обвиняемого не имеет преюдициального значения.

Преюдициальность фактов представляет собой обязанность суда, рассматривающего дело, принять без проверки доказательств факты, ранее установленные вступившим в законную силу судебным решением по другому делу, в котором участвуют те же лица, при этом, факт должен относиться к обоим дела, быть установлен судом до разрешения дела, в рамках которого он заявляется, а установленные обстоятельства должны носить материально-правовой, а не процессуальный характер.

Как указано в п. 1 ст. 399 ГК РФ до предъявления требований к лицу, которое в соответствии с законом, иными правовыми актами или условиями обязательства несет ответственность дополнительно к ответственности другого лица, являющегося основным должником (субсидиарную ответственность), кредитор должен предъявить требование к основному должнику.

Если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, выраженной в Определении судебной коллегии по экономическим спорам от 03 сентября 2020г. по делу № № лицо несет субсидиарную ответственность по долгам должника-банкрота в случае, когда банкротство вызвано действиями этого лица, заключающимися в организации деятельности корпоративной группы таким образом, что на должника возлагаются исключительно убытки, а другие участники группы получают прибыль. Лица, причинившие вред совместно с контролирующим должника лицом, несут субсидиарную ответственность солидарно с ним.

Правовым основанием для удовлетворения иска о возмещении причиненного преступлением ущерба являются положения пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающие обязанность по возмещению вреда в полном объеме лицом, его причинившим, т.е. такой иск является прямым иском к лицу, ответственному за причинение кредиторам имущественного ущерба.

Требование о привлечении к субсидиарной ответственности представляет собой групповой косвенный иск, так как предполагает предъявление полномочным лицом в интересах группы лиц, объединяющей правовое сообщество кредиторов должника, требования к контролирующим лицам, направленного на компенсацию последствий их негативных действий по доведению должника до банкротства. Такой иск фактически точно так же направлен на возмещение вреда, причиненного контролирующим лицом кредитору, из чего следует, что генеральным правовым основанием данного иска выступают в том числе положения статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Особенность требования о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности заключается в том, что оно по сути опосредует типизированный иск о возмещении причиненного вреда, возникшего у кредиторов в связи с доведением основного должника до банкротства. Выделение названного иска ввиду его специального применения и распространенности позволяет стандартизировать и упростить процесс доказывания (в том числе посредством введения презумпций вины ответчика - пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве в настоящей редакции). Особенностью данного иска по сравнению с рядовым иском о возмещении убытков выступает также и порядок определения размера ответственности виновного лица (пункт 11 статьи 61.11 названного Закона), правила об исковой давности и т.д.

Вместе с тем, в институте субсидиарной ответственности остается неизменной генеральная идея о том, что конечная цель предъявления соответствующего требования заключается в необходимости возместить вред, причиненный кредиторам. Данная характеристика подобного иска является сущностной, что сближает его со всеми иными исками, заявляемыми на основании положений статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации. Именно поэтому, в числе прочего, Пленум Верховного Суда Российской Федерации исходит из взаимозаменяемого и взаимодополняемого характера рядового требования о возмещении убытков и требования о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности (пункт 20 Постановления N 53). Разница заключается лишь в том, довело ли контролирующее лицо должника до банкротства либо нет, от чего зависит подлежащая взысканию сумма, при том, что размер ответственности сам по себе правовую природу требований никак не характеризует. В связи с этим при определении соотношения этих требований необходимо исходить из их зачетного характера по отношению друг к другу (пункт 1 статьи 6, абзац первый пункта 1 статьи 394 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Требование о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности является косвенным, заявляемым в интересах кредиторов основного должника, выступающих фактически материальными истцами.

Как разъяснено в пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 ноября 2019г. № 48 «О практике применения судами законодательства об ответственности за налоговые преступления» по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 199, 199.1 и 199.2 УК РФ, связанных с деятельностью организаций, являющихся налоговыми агентами либо плательщиками налогов, сборов, страховых взносов, виновное физическое лицо может быть привлечено в качестве гражданского ответчика лишь в случаях, когда отсутствуют правовые и (или) фактические основания для удовлетворения налоговых требований за счет самой организации или лиц, отвечающих по ее долгам в предусмотренном законом порядке (например, если у организации-налогоплательщика имеются признаки недействующего юридического лица, указанные в пункте 1 статьи 21.1 Федерального закона от 8 августа 2001 года N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей", либо установлена невозможность удовлетворения требований об уплате обязательных платежей с учетом рыночной стоимости активов организации).

В силу положений ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте п.3 ст.123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Оценив объяснения лиц, участвующих в деле, в совокупности с представленными суду письменными доказательствами, суд, с учетом вышеприведенных правовых позиций Верховного Суда РФ и Конституционного Суда РФ, приходит к выводу, что истцом фактически заявлены требования о привлечении правопреемников (наследников) ФИО33 к субсидиарной ответственности по обязательства <данные изъяты> по уплате недоимки по налогам, сборам и штрафам.

Таким образом, предмет и основание предъявленного в рамках настоящего гражданского иска фактически тождественны предмету и основанию иска налогового органа, поданного в Арбитражный суд г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области в рамках дела № № о привлечении, в том числе ФИО34 к субсидиарной ответственности по обязательствам <данные изъяты>, по результатам рассмотрения которого, требования налогового органа к ФИО35 были признаны необоснованными.

При этом, наличие потенциальной возможности удовлетворить требования налогового органа с помощью иного процессуального механизма (иска, вытекающего из деликта), само по себе признака тождественности такого иска с требованиями о привлечении к субсидиарной ответственности не устраняет.

Судом так же принято во внимание, что, обращаясь в суд с исковыми требованиями к ответчикам в порядке привлечения к субсидиарной ответственности, истец не представил суду относимые и допустимые доказательства, что возможность удовлетворения требований налогового органа за счет основного должника <данные изъяты> утрачена и в установленном действующим законодательством порядке, невозможна.

Сам по себе факт прекращения производства по делу о банкротстве <данные изъяты> в 2019г., т.е. за 6-ть лет до даты обращения истца в суд с настоящим исковым заявлением, вопреки доводам истца, не подтверждает невозможность взыскания налоговой недоимки с <данные изъяты> в том числе в процедурах, предусмотренных ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Так, задолженность по уплате налогов и сборов, связанных с реализацией компанией подакцизной продукции, в первую очередь, является налоговой задолженностью юридического лица.

По состоянию на день рассмотрения дела судом, <данные изъяты> (ОГРН №) не ликвидировано, несостоятельным (банкротом) не признано, продолжает вести свою хозяйственную деятельность.

Субсидиарная ответственность по своей юридической природе является мерой дополнительной гражданско-правовой ответственности к ответственности основного должника, в связи с чем, она не может применяться по усмотрению и выбору кредитора без предоставления доказательств отсутствия объективной возможности получения исполнения с основного должника.

Истцом в материалы дела не представлены относимые и допустимые доказательства тех обстоятельств, что были исчерпаны все установленные действующим законодательством способы получения с <данные изъяты> исполнения по взысканию налоговой недоимки, равно как с генерального директора ФИО36, который был привлечен к субсидиарной ответственности по Решению Арбитражного суда г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области №№ от 17 июня 2021.

При таких обстоятельствах, в отсутствие вступившего в законную силу приговора суда, устанавливающего вину ФИО37 в совершении налогового преступления, повлекшего за собой причинение имущественного вреда интересам Российской Федерации в объемах и размере, заявленном истцом ко взысканию, с учетом наличия вступившего в законную силу решения арбитражного суда об отказе в привлечении ФИО38 к субсидиарной ответственности по обязательствам <данные изъяты>, суд приходит к выводу, что истцом не было представлено доказательств объективно и достоверно свидетельствующих о наличии правовых оснований для возложения на ФИО39 в лице его правопреемников гражданско-правовой ответственности за причиненный ущерб, в том числе, в части соблюдения истцом процедуры избранного им правового механизма защиты своего нарушенного права.

Ссылка истца на обвинительное заключение по уголовному делу, возбужденному в отношении ФИО40, как на единственное доказательство своей правовой позиции по делу, признается судом необоснованной, ввиду того, что данный процессуальный документ не обладает свойством преюдиции, не может подменять собой приговор суда, только которым вина лица, привлекаемого к уголовной ответственности, может быть установлена или опровергнута, и фактически направлена на переоценку выводов арбитражных судов об отсутствии в действиях ФИО41 вменяемого ему деликта.

В ходе судебного разбирательства истец не представил суду доказательств, что ранее обращался в Арбитражный суд г. Санкт-Петербурга с заявлением о пересмотре решения по новым или вновь открывшимся обстоятельствам, мотивируя свои требования наличием обвинительного заключения по уголовному делу.

Суд считает необходимым отметить, что установление вины лица, привлекаемого к уголовной ответственности, в совершении преступления, правовые последствия совершения которого, предполагают необходимость возмещения причиненного вреда по правилам гражданского судопроизводства, недопустимо вне рамок уголовной юрисдикции.

Собранные на стадии проведения расследования по уголовному делу, возбужденному в отношении ФИО42, доказательства, перечисленные в обвинительном заключении, не могут быть оценены судом вне рамок уголовного судопроизводства на предмет их относимости и допустимости по правилам, установленным уголовно-процессуальным законодательством, как доказательства, подтверждающие или опровергающие вину ФИО43

Суд так же соглашается с доводами ответчиков о наличии правовых оснований для признания налоговой недоимки ФИО44 безнадежной ко взысканию по следующим обстоятельствам.

В силу пункта 1 статьи 418 ГК РФ обязательство прекращается смертью должника, если исполнение не может быть произведено без личного участия должника либо обязательство иным образом неразрывно связано с личностью должника.

В соответствии с подпунктом 3 пункта 1 статьи 59 Налогового кодекса Российской Федерации безнадежной к взысканию признается задолженность, числящаяся за налогоплательщиком, плательщиком сборов, плательщиком страховых взносов или налоговым агентом и повлекшая формирование отрицательного сальдо единого налогового счета такого лица, погашение и (или) взыскание которой оказались невозможными, в случаях:

смерти физического лица или объявления его умершим в порядке, установленном гражданским процессуальным законодательством Российской Федерации, - в части задолженности по всем налогам, сборам, страховым взносам, а в части налогов, указанных в пункте 3 статьи 14 и статье 15 настоящего Кодекса, - в размере, превышающем стоимость его наследственного имущества, в том числе в случае перехода наследства в собственность Российской Федерации.

Принимая во внимание, что в материалы дела не представлен приговор суда, устанавливающий вину ФИО45 в совершении налогового преступления, а факт неосуществления им деятельности по фактическому контролю юридического лица <данные изъяты> установлен вступившим в законную силу решением арбитражного суда, суд приходит к выводу, что в правоотношениях с налоговой инспекций ФИО46 является физическим лицом без какого-либо специального субъектного статуса, а ответчики – наследниками налогоплательщика физического лица.

Так как обязательство физического лица по уплате налогов и сборов, за исключением обязательств по оплате транспортного налога, земельного налога и налога на имущество физических лиц, прекращаются в связи со смертью этого физического лица, ответчики после принятия наследства не унаследовали задолженность наследодателя по оплате иных налогов и сборов, кроме ранее упомянутых, в том числе, налогов и сборов, заявленных ко взысканию в рамках рассматриваемого гражданско-правового спора.

При таких обстоятельствах исковые требования удовлетворению не подлежат, как необоснованные.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 167, 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований Прокурора г. Санкт-Петербурга, действующего в защиту интересов Российской Федерации в лице МИФНС России № 2 по Ленинградской области к ФИО1, ФИО2, ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного преступлением отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через Сестрорецкий районный суд города Санкт-Петербурга.

Судья Е.В. Пошуркова

Дата принятия решения суда в окончательной форме 03 сентября 2025 года.