Решение № 2-381/2018 2-381/2018 (2-6071/2017;) ~ М-5157/2017 2-6071/2017 М-5157/2017 от 4 февраля 2018 г. по делу № 2-381/2018

Дело № 2- 381/2018

строка №2.190


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

5 февраля 2018 года г. Воронеж

Ленинский районный суд г.Воронежа в составе:

председательствующего судьи Ботвинникова А.В.,

при секретаре Мармуровой Ю.В.,

с участием прокурора Сергеевой О.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству Финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального Казначейства по <адрес> о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование,

установил:

Истец обратился в суд с иском к Министерству Финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального Казначейства по <адрес> о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование и просил взыскать 1 000 000 рублей компенсации морального вреда в связи с тем, что ДД.ММ.ГГГГ следователем ОРП на территории <адрес> СУ УМВД России по <адрес> в отношении него было возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 330 УК РФ. ДД.ММ.ГГГГ заместителем прокурора <адрес> уголовное дело было передано в СО по <адрес> СУ СК России по ВО. ДД.ММ.ГГГГ вынесено постановление о прекращении уголовного дела № в отношении ФИО1, по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, т.е. в связи с отсутствием в его действиях состава преступления и признании права на реабилитацию. Следствие длилось более 17 месяцев, в течение которых он испытывал моральные нравственные страдания, более того, в связи со следствием он был судебным решением лишен права общения с ребенком, которого не видел до настоящего времени. Моральный вред был причинен в результате возбуждения уголовного дела с указанием того, что в его действиях усматривается состав преступления, отобрания у него обязательства о явке, нахождения длительное время в статусе подозреваемого, затем нахождение в статусе обвиняемого. Возбуждение дела могло повлечь лишения родительских прав в отношении сына ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ года рождения. В настоящее время без отдельного решения о лишения его родительских прав Левобережным судом <адрес> в его иске об определении порядка общения с малолетним сыном было отказано (дело №). Мать ребенка ссылалась в судебном заседании на возбужденное в отношении него уголовное дело по факту похищения сына. Моральные страдания усугублялись тем, что он работает на руководящей должности в АО «Центрэнергогаз» ПАО «Газпром» и возбуждение в отношении него уголовного дела привело к потере им авторитета и доверия и ему до сих пор приходится доказывать свою добропорядочность на работе и в обществе.

Истец просил взыскать с Министерства Финансов РФ за счет Казны Российской Федерации в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда сумму в размере 1 000 000 ( один миллион) рублей, просил обязать прокурора <адрес> принести публичные извинения в письменной форме.

Определением Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ производство по делу в части исковых требований об обязании прокурора <адрес> принести публичные извинения в письменной форме, прекращено.

Истец в судебное заседание не явился, о месте и времени слушания дела извещен надлежащим образом.

Представитель ответчика Министерства финансов РФ и УФК по <адрес> по доверенностям ФИО3 иск не признала, представила письменные возражения, которые приобщены к материалам дела, пояснила, что заявленные истцами суммы морального вреда явно завышены и не подтверждены конкретными фактами перенесенных ими физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации морального вреда необходимо учитывать следующие моменты: в отношении ФИО1 судом обвинительный приговор не выносился. В уголовном процессе существует принцип презумпции невиновности (статья 49 Конституции Российской Федерации, статья 14 УПК РФ), в соответствии с которым гражданин считается невиновным, пока его виновность в совершении преступления не будет доказана в предусмотренном УПК РФ порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда. В качестве обоснования размера компенсации морального вреда истец указывает на то, что моральный вред был ему причинен в результате возбуждения уголовного дела, отобрания у истца обязательства о явке, нахождения Истца длительное время в статусе подозреваемого и обвиняемого. истец подозревался в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 330 УПК РФ, которое не отнесено к категории тяжких преступлений. В отношении ФИО1 меры пресечения не применялись, а применялась мера процессуального принуждения - обязательство о явке. ФИО1 обосновывая размер компенсации морального вреда, ссылается на то, что его моральные страдания усугублялись тем, что истец работает на руководящей должности в АО «Центрэнергогаз» ПАО «Газпром» и возбуждение в отношении него уголовного дела привело к потере авторитета и доверия на работе и в обществе. Между тем, при определении размера компенсации морального вреда суду необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных и индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, то есть установить какие нематериальные блага и личные неимущественные права истца нарушены. Обстоятельства на которые ссылается истец не подтверждены допустимыми доказательствами, истцом не доказаны обстоятельства причинения морального вреда, и что заявленный размер морального вреда явно завышен и не соответствует ст. 1101 ГК РФ. Просила в иске отказать.

Представитель третьего лица - СУ СК России по <адрес> по доверенности ФИО4 иск не признала, пояснила, что следственное управление Следственного комитета Российской Федерации по <адрес>, считает, что требования ФИО1 не подлежат удовлетворению, как не основанные на нормах закона, по следующим основаниям. Иски о компенсации морального вреда в денежном выражении в соответствии со статьей 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации предъявляются в порядке гражданского судопроизводства. Пункт 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривающий возможность, право на возмещение вреда, причиненного гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, не устанавливает презумпцию причинения морального вреда в связи с привлечением к уголовной ответственности. Факт причинения вреда по делам такой категории - это обстоятельство, которое подлежит доказыванию лицом, которое о нем заявляет. Данная позиция подтверждается практикой Конституционного суда Российской Федерации, в частности, в определении Конституционного суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N19-0, указано, что по делам такой категории суду надлежит устанавливать был ли реально причинен вред заявителю в результате уголовного преследования по обвинению в преступлении, виновность в совершении которого в конечном счете была признана недоказанной. В соответствии с постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» суду в целях правильного разрешения спора следует учитывать, чем подтверждается факт причинения нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, какие физические или нравственные страдания перенесены потерпевшим, а также другие обстоятельства, имеющие значение для дела. В силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. В обоснование заявленных требований истец ссылается на следующие обстоятельства: 1) Истец был лишен права общения с ребенком в связи со следствием. Доказательств наличия данного обстоятельства истец не представил. Вместе с тем, из апелляционного постановления Воронежского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу по иску ФИО1 к ФИО5 об определении порядка общения с несовершеннолетним ребенком следует, что отказ в удовлетворении требований ФИО1 мотивирован заключениями судебных экспертиз, проведённых по гражданскому делу, и иными доказательствами, подтверждающими, что общение с истцом причиняет вред физическому и психическому здоровью ребенка. Кроме того, из мотивировочной части судебного постановления следует, что судом установлено, что в феврале 2015 года ФИО1 без согласия матери перевёз несовершеннолетнего сына из <адрес> в <адрес>, где препятствовал общению ребенка с матерью. Ссылок на возбуждение в отношении истца уголовного дела по данному факту в мотивировочной части судебного постановления не содержится. Обвинение истцу не предъявлялось, что подтверждается материалами уголовного дела. То что возбуждение дела могло повлечь лишение родительских прав истца в отношении сына является предположительным, никакими доказательствами не подтверждено. Вместе с тем, в мотивировочной части апелляционного постановления Воронежского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу по иску ФИО1 к ФИО5 об определении порядка общения с несовершеннолетним ребенком указано, что при изменении обстоятельств и отсутствии возражений и противопоказаний по состоянию здоровья для общения ФИО1 не имеет препятствий для обращения в суд с иском об определении порядка общения с ребенком. Утверждение, что возбуждение уголовного дела привело к потере истцом авторитета и доверия на его работе и в обществе также никакими доказательствами не подтверждено. Кроме того, Следственное управление полагает, что имеющими существенного значение для рассмотрения данного гражданского дела и подлежащими оценке и учету при вынесении решения являются следующие фактические обстоятельства: уголовное дело в отношении истца было возбуждено по заявлению ФИО5 о розыске ее сына в связи с его похищением бывшим супругом, ФИО1 Для возбуждения уголовного дела имелись повод и основания, предусмотренные статьей 140 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Постановление о возбуждении уголовного дела истцом в порядке статьи 125 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации не обжаловалось, незаконным не признавалось; в период уголовного преследования в отношении истца никаких мер процессуального принуждения не применялось; никаких следственных действий с участием истца на территории <адрес> не проводилось (истец для проведения следственных действий место своего жительства, <адрес>, не покидал); нарушений прав истца при проведения следственных действий не допускалось, о чем свидетельствует в том числе отсутствие с его стороны каких-либо жалоб на решения/действия следователей; обвинение истцу не предъявлялось; негативные последствия, связанные с возбуждением уголовного дела, явились следствием неправомерного поведения самого истца, который в нарушение установленного Семейным кодексом Российской Федерации порядка, предусматривающего разрешение разногласий родителей в вопросах воспитания ребенка органами опеки и попечительства или судом, самовольно, без согласия супруги увез малолетнего ребенка в другой город; уголовное дело было прекращено по пункту 2 части 1 статьи 24 Уголовно процессуального кодекса Российской Федерации в связи с невозможностью устранения противоречий в показаниях потерпевшей ФИО5 и подозреваемого ФИО1, ввиду толкования сомнений в виновности истца в его пользу (часть 3 статьи 14 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации), а не в связи с непричастностью подозреваемого к совершению преступления или за отсутствием события преступления. Таким образом, истец не доказал факт причинения ему вреда, в связи с чем основания для удовлетворения его требований о взыскании с Минфина России денежной компенсации морального вреда отсутствуют.

Прокурор в судебных прениях пояснила, что уголовное дело в отношении Парт СА возбуждено ДД.ММ.ГГГГ следователем ОРП на территории <адрес> СУ УМВД России по <адрес> ФИО6 по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 330 УК РФ (самоуправство, совершенное с применением насилия или с угрозой его применения). Поводом для возбуждения данного уголовного дела послужило заявление ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому она просит оказать содействие в розыске ее сына Парт Л.С. которого забрал его отец ФИО1 с неизвестным ей мужчиной и увез в неизвестном направлении. Вынесенные постановления о прекращении уголовного преследования неоднократно отменялись. Постановлением следователя СО ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело в отношении ФИО1 прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. В соответствии со ст. 134 УПК РФ за истцом признано право на реабилитацию, а также разъяснен порядок возмещения ущерба, связанного с уголовным преследованием. Признание за Парт СА. права на реабилитацию не освобождает его от обязанности доказать чем подтверждается факт причинения нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями, (бездействием) они нанесены, какие нравственные или физические страдания им перенесены. Уголовное дело возбуждено в отношении ФИО1 законно, при наличии повода и оснований, предусмотренных ст. 140 УПК РФ. Основанием для возбуждения данного уголовного дела послужило наличие достаточных данных, свидетельствовавших о совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 330 УК РФ. Постановление о возбуждении дела в установленном законом порядке незаконным не признавалось. При этом негативные последствия, связанные с возбуждением уголовного дела, обусловлены неправомерным поведением истца, который увез малолетнего сына Леонида по месту своего жительства - в <адрес>, без взаимного согласия с бывшей супругой Парт А.С. и без обращения в органы опеки и попечительства или в суд для устранения возникших разногласий о порядке воспитания и месте проживания ребенка. Указанные действия совершенные не в установленном законом порядке и повлекли обращение в следственные органы Парт А.С. с заявлением о розыске ребенка и возбуждение соответствующего уголовного дела. ФИО1 в рамках расследования указанного уголовного дела в порядке ст. ст. 91,92 УПК РФ не задерживался. В отношении ФИО1 постановление о привлечении в качестве обвиняемого не выносилось. В связи с этим доводы ФИО1 о его нахождении длительное время в статусе обвиняемого несостоятельны. Следователи СО в рамках расследования уголовного дела в суд с ходатайством об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу ФИО1 не обращались. Иные меры пресечения в отношении ФИО1 также не избирались. Обязательство ФИО1 о явке по вызову к следователю в <адрес> не реализовано, поскольку истец по делу был допрошен следователем ФИО8 по месту его жительства в <адрес>. Уголовное дело № с обвинительным заключением или актом в прокуратуру района не поступало, в связи с чем полномочия, предусмотренные п. 2 ч. 1 ст. 221, п. 2 ч. 1 ст. 226 УПК РФ (решение по уголовному делу) не использовались. Нарушения прав ФИО1, в том числе при проведении следственных действий, а также допуске защитника, в ходе предварительного расследования, не установлены. При расследовании уголовного дела жалобы участников уголовного судопроизводства на процессуальные решения и действия следователя прокурору либо в суд не поступали. Таким образом, Парт С.А подозревался в совершении преступления средней тяжести, по подозрению в совершении преступления не задерживался, судебный акт о признании его виновным в совершении преступления с назначением уголовного наказания либо постановление о признании его обвиняемым по делу не выносились, меры пресечения в виде заключения под стражу, подписки о невыезде, домашнего ареста и иные ограничивающие его свободу, в том числе и свободу передвижения не применялись, в связи с чем привычный образ жизни истца не изменялся. Кроме того, в качестве подозреваемого ФИО1 находился около 10 месяцев (период нахождения дела в производстве следственных органов и, соответственно, фактического уголовного преследования), а не 17 месяцев, как указывает истец. Истцом не представлено доказательств наличия причинной связи между действиями органов следствия и перенесенными истцом нравственными в связи с потерей авторитета и доверия по месту его работы, а также лишением его права по решению суда на общение с ребенком. Таким образом, определяющим обстоятельством при разрешении указанных споров являются интересы ребенка, его привязанность к каждому из родителей. Возбуждение уголовного дела в отношении одного из родителей без принятия соответствующего решения по делу не является основополагающим доказательством при разрешении споров о воспитании детей. Доводы истца об обратном не подтверждены соответствующими доказательствами, судебный акт не приобщен. Как усматривается из решения Левобережного районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ (размещенного на сайте суда) основаниями для отказа в удовлетворении иска ФИО1 об определении порядка общения с ребенком послужило лишь факт причинения действиями истца несовершеннолетнему ребенку психологического вреда. В феврале 2015 года ФИО1 без согласия матери ФИО5 перевез несовершеннолетнего сына из <адрес> в <адрес>, где препятствовал общению матери с ребенком. После этого ребенок на момент спора в полном объеме не восстановился. Суд, исследовав доказательства по делу, в том числе и заключение психолого-педагогической экспертизы, пришел к выводу, что общение с отцом будет способствовать созданию стрессовой ситуации и может нанести ущерб психологическому состоянию ребенка. Какая-либо ссылка в указанном решении на постановления следственных органов в отношении ФИО1 отсутствует. Таким образом, причинно-следственная связь между уголовным преследованием ФИО1 и состоявшимся судебным актом по спору о воспитании ребенка не подтверждена. Принятое судом решение подлежит обжалованию в порядке, определенном ГПК РФ, при наличии к тому оснований, а не в порядке взыскании компенсации морального вреда в связи с реабилитацией по уголовному делу. Кроме того, если возбуждение уголовного дела в отношении истца в совокупности с другими доказательствами послужило основанием для вынесения судебного акта не в пользу ФИО1, возможность пересмотра судебного постановления, вступившего в законную силу по новым обстоятельствам предусмотрена ст. 392 ГПК РФ. При определении размера компенсации морального вреда также необходимо учитывать, что реабилитированный в обоснование своих требований не ссылается на нарушение его трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах, требование о восстановлении в них Парт С.Л. не заявлялись. Определяя размер компенсации морального вреда, суд должен в полной мере учитывать предусмотренные ст. 1101 ГК РФ требования разумности и справедливости, позволяющие, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего. Также необходимо учитывать, что обязанность по соблюдению, предусмотренных законом требований разумности и справедливости должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

Выслушав явившихся лиц, изучив материалы дела, обозрев уголовное дело №, возбужденного в отношении ФИО1 по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст.330 УК РФ в трех томах, суд приходит к следующему.

В судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ следователем ОРП на территории <адрес> СУ УМВД России по <адрес> в отношении ФИО1 было возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 330 УК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1 инспектором ГДН ОУУП и ДН № УМВД России по <адрес> отобраны объяснения.

ДД.ММ.ГГГГ следователем СО по <адрес> СУ СК РФ в помещении следственного отдела у ФИО1 вновь отобраны объяснения.

ДД.ММ.ГГГГ заместителем прокурора <адрес> уголовное дело было передано в СО по <адрес> СУ СК России по ВО.

ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 допрашивался в качестве подозреваемого.

ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело в отношении ФИО1 прекращено в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

ДД.ММ.ГГГГ постановление от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении уголовного дела отменено прокурором <адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ производство по уголовному делу в отношении ФИО1 вновь прекращено в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

ДД.ММ.ГГГГ постановление от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении уголовного дела отменено заместителем прокурора <адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ производство по уголовному делу в отношении ФИО1 вновь прекращено в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

ДД.ММ.ГГГГ постановление от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении уголовного дела отменено руководителем отдела процессуального контроля СУ СК РФ по <адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ постановлением старшего следователя СО по <адрес> СУ СК России по <адрес> уголовное дело в отношении ФИО1 частично прекращено в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

ДД.ММ.ГГГГ <адрес> постановление от ДД.ММ.ГГГГ отменено.

ДД.ММ.ГГГГ производство по уголовному делу в отношении ФИО1 вновь прекращено в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

ДД.ММ.ГГГГ заместителем прокурора <адрес> постановление следователя от ДД.ММ.ГГГГ отменено.

ДД.ММ.ГГГГ производство по уголовному делу в отношении ФИО1 вновь прекращено в связи с отсутствием в его действиях состава преступления и за ним признано право на реабилитацию.

В соответствии со ст.ст. 52, 53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Статья 1071 ГК РФ устанавливает, что в случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны по общему правилу выступают соответствующие финансовые органы.

В силу указанной нормы от имени казны Российской Федерации выступает Министерство финансов Российской Федерации, которое является надлежащим ответчиком по настоящему гражданскому делу.

Так, в силу ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию; в иных случаях, предусмотренных законом.

В соответствии со ст. 133 УПК РФ, право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда. Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют: подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор.

В силу ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как указано в п.2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № от 20.12.1994г. «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (в ред. от 06.02.2007г.), под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

При определении размера компенсации морального вреда суд исходит из положений ст. 1101 ГК РФ, согласно которой размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Суд, определяя размер компенсации морального вреда, причиненного истцу, учитывает, что в отношении истца не избиралась мера пресечения, в тоже время, уголовное дело многократно прекращалось и возобновлялось вновь, что несомненно вызывало моральные и нравственные страдания истца, поскольку указанные постановления ставили под сомнение его добросовестность и законопослушность. Вменяемое истцу преступление относится к преступлениям средней тяжести и предусматривает наказание в виде лишения свободы на срок до пяти лет. Совокупный период фактического уголовного преследования в отношении истца составил около 11 месяцев. ФИО1 неоднократно допрашивался в помещении следственного отдела в качестве подозреваемого.

С учетом мнения прокурора, характера, степени перенесенных истцом переживаний и нравственных страданий, суд оценивает моральный вред в размере 50000 рублей, считает данную сумму разумной и справедливой.

В остальной части требований, суд считает необходимым отказать, поскольку они нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Воронежский областной суд через районный суд в течение месяца.

Судья Ботвинников А.В.