Постановление № 44У-49/2018 4У-310/2018 от 27 апреля 2018 г. по делу № 1-201/2017

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Улан-Удэ 27 апреля 2018 года

Президиум Верховного Суда Республики Бурятия в составе:

председательствующего: Кирилловой А.А.,

членов Президиума: Сокольниковой Н.А., Ивановой В.А., Урмаевой Т.А., Ходошкиновой Э.А.,

при секретаре Жигулиной О.А.

рассмотрев кассационное представление первого заместителя прокурора Республики Бурятия Муравьёва А.К., кассационную жалобу осуждённого ФИО1 на приговор Кабанского районного суда Республики Бурятия от 18 августа 2017 года, которым

ФИО1, родившийся ... в <...>, судимый:

1) 31 августа 2007 года Заларинским районным судом Иркутской области по п.п. «а, в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 2 годам лишения свободы условно, с испытательным сроком 2 года;

2) 24 декабря 2010 года тем же судом по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ к 2 годам лишения свободы. На основании ч. 5 ст. 74 УК РФ отменено условное осуждение по приговору от 31 августа 2007 года и в соответствии со ст.70 УК РФ окончательно назначено 2 года 2 месяца лишения свободы. Постановлением Ангарского городского суда от 17 октября 2011 года освобождён условно-досрочно на 9 месяцев 25 дней;

3) 17 сентября 2014 года Железнодорожным районным судом г. Улан-Удэ по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 3 годам лишения свободы условно, с испытательным сроком 3 года. Постановлением того же суда от 13 февраля 2015 года отменено условное осуждение, постановлено исполнить наказание в виде 3 лет лишения свободы;

4) 26 февраля 2015 года Кабанским районным судом Республики Бурятия по п. «а» ч. 3ст. 158, ч. 1 ст. 228 УК РФ к 2 годам 1 месяцу лишения свободы. На основании ст. 70 УК РФ, по совокупности с приговором от 17 сентября 2014 года, назначено 3 года 1 месяц лишения свободы;

5) 17 апреля 2015 года Октябрьским районным судом г. Улан-Удэ по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы. - Постановлением Октябрьского районного суда г. Улан-Удэ от 11 сентября 2015 года на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений по приговорам от 26 февраля 2015 года и от 17 апреля 2015 года, назначено наказание в виде 3 лет 3 месяцев лишения свободы. Постановлением того же суда от 27 октября 2016 года освобождён условно-досрочно на 1 год 4 месяца 20 дней;

6) 9 июня 2017 года мировым судьёй судебного участка № 1 Советского района г. Улан-Удэ по ч. 1 ст. 158 УК РФ к 8 месяцам лишения свободы. В соответствии с п. «б» ч. 7 ст. 79 УК РФ отменено условно-досрочное освобождение по приговору от 17 апреля 2015 года. На основании ст. 70 УК РФ, к назначенному наказанию частично присоединена неотбытая часть наказания по приговору от 17 апреля 2015 года, и окончательно назначено 1 год 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима,

- осуждён по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ к 7 годам лишения свободы. В соответствии со ст. 70 УК РФ, путём частичного присоединения к вновь назначенному наказанию неотбытой части наказания по приговору от 17 апреля 2015 года, назначено 8 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии особого режима.

Апелляционным определением Верховного Суда Республики Бурятия от 16 ноября 2017 года приговор изменён.

Указано в вводной части приговора наличие у ФИО1 судимости от 31 августа 2007 года по приговору Заларинского районного суда Иркутской области, которым он осуждён по п.п. «а, в» ч. 2 ст. 158 УК РФ.

Исключено из описательно - мотивировочной части приговора указание о назначении наказания с учётом мнения представителя потерпевшего, настаивавшего на максимальном наказании.

Признано в качестве обстоятельства, отягчающего наказание ФИО1, совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

Действия ФИО1 переквалифицированы с п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ на ч. 3 ст. 30 - ч. 1 ст. 105 УК РФ, по которой назначено наказание в виде лишения свободы на срок 9 лет.

На основании ст. 70 УК РФ, путём частичного присоединения к назначенному наказанию неотбытой части наказания по приговору от 17 апреля 2015 года, окончательно назначено 10 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии особого режима.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Республики Бурятия Павлова Р.Г., мнение заместителя прокурора Республики Бурятия Хобракова Д.Ц., поддержавшего доводы апелляционного представления, мнение осуждённого ФИО1, его защитника - адвоката Ковалевой О.А., поддержавших доводы кассационной жалобы,

Президиум

УСТАНОВИЛ:

Приговором суда ФИО1 признан виновным в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью К, опасного для жизни человека, совершённое с применением предметов, используемых в качестве оружия.

Апелляционным определением Верховного Суда Республики Бурятия от 16 ноября 2017 года действия ФИО1 переквалифицированы на покушение на умышленное убийство К.

Преступление совершено 12 апреля 2017 года в с. Кабанск Кабанского района Республики Бурятия в квартире потерпевшего, путём нанесения удара подлокотником костыля по голове К.

Обстоятельства совершения преступления подробно изложены в описательно-мотивировочной части приговора.

В судебном заседании ФИО1 вину не признал.

В кассационном представлении первый заместитель прокурора Республики Бурятия выражает несогласие с приговором.

По мнению прокурора в вводной части приговора и апелляционного определения следует указать об осуждении ФИО1 по приговору от 17 апреля 2015 года по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, а также исключить решение суда об отмене условно-досрочного освобождения и назначении ФИО1 наказания по правилам ст. 70 УК РФ, поскольку условно-досрочное освобождение уже отменено приговором мирового судьи судебного участка № 1 Советского района г. Улан-Удэ от 9 июня 2017 года.

В кассационной жалобе осуждённый выражает несогласие с приговором, с оценкой судом доказательств по делу.

Оспаривает правильность установления судом фактических обстоятельств дела, справедливость наказания.

Обращает внимание на то, что приговор постановлен на доказательствах имеющих противоречия.

Приводит доводы о несогласии с заключением судебно-биологической экспертизы. По его мнению, имелась необходимость в проведении судебной психиатрической экспертизы, а также в проведении очной ставки между ним и потерпевшим.

Полагает недоказанными свою причастность к причинению тяжкого вреда здоровью потерпевшего, а также наличие умысла на убийство. Считает, что преступление могло совершить иное лицо или потерпевший мог получить данную травму при падении.

По мнению осуждённого, расследование и судебное разбирательство проведены некачественно, с нарушением состязательности процесса, с нарушением процедуры судебного разбирательства в апелляционной инстанции.

Просит изменить приговор, квалифицировать его действия по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, смягчить наказание.

Постановлением судьи Верховного Суда Республики Бурятия от 9 апреля 2018 года кассационное представление и кассационная жалоба переданы в Президиум Верховного Суда Республики Бурятия для рассмотрения.

Проверив материалы уголовного дела и доводы кассационного представления, кассационной жалобы, Президиум приходит к следующему:

Виновность ФИО1 в нанесении удара подлокотником костыля по голове К, повлекшего причинение потерпевшему повреждений, расценивающихся как причинивших тяжкий вред здоровью, опасный для жизни, установлена на основе совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, которые получили надлежащую оценку суда.

Из показаний ФИО1 следует, что в ходе распития спиртного, во время ссоры с потерпевшим он взял свой костыль и, не вставая с кресла, подлокотником костыля резко, с размаху, ударил сверху вниз сидящего напротив К по левой части головы. От удара К замолчал и откинулся на спину кресла. После чего они в течение ещё десяти минут продолжили распивать спиртное. Затем он положил потерпевшего на диван.

При проверке показаний на месте ФИО1 подтвердил свои показания.

Данные показания Ковенева обоснованно положены в основу приговора, поскольку получены в соответствии с законом, согласуются с показаниями представителя потерпевшего С, свидетелей, подтверждаются протоколами осмотра места происшествия, осмотра предметов, заключениями судебных экспертиз, показаниями эксперта.

Представитель потерпевшего С показала, что с ... К употреблял спиртное с ФИО1. Когда она прибыла на квартиру к отцу после происшествия, в квартире находился ФИО1.

Из показаний свидетеля А следует, что ... в 16 часу она принесла к К котлеты и хлеб. ФИО1 и К в квартире находились в состоянии опьянения. ФИО1 хотел взять котлету, а К не дал, запретив ему есть котлеты. Тогда ФИО1, рассердившись, ударил К костылём по голове. Больше они не ругались. Она, пробыв ещё 15 минут, ушла. Крови, шума, драки не было.

Свидетели Д и П показали, что в составе следственно-оперативной группы выехали по сообщению о происшествии на квартиру К, где обнаружили ФИО1, который сообщил, что нанёс потерпевшему удар костылём по голове.

В ходе осмотра квартиры потерпевшего изъят металлический костыль с массивным пластиковым подлокотником. На поверхности костыля обнаружена кровь человека. На вещах, изъятых из квартиры, обнаружена кровь, которая, согласно заключению эксперта, могла произойти от потерпевшего.

Обнаруженная у потерпевшего открытая черепно-мозговая травма: рвано-ушибленная рана теменной области слева, многооскольчатый перелом лобно-теменно-височной кости слева со смещением, острая субдуральная гематома левой лобно-височно-теменной области, острая эпидуральная гематома левой височной области, множественные очаги ушибов в левой височной доле, субарахноидальное кровоизлияние, расценивающаяся как, причинившая тяжкий вред здоровью человека по признаку опасности для жизни, согласно заключению эксперта, могла быть причинена в указанный ФИО1 срок и при указанных им обстоятельствах.

Заключения судебных экспертиз соответствую требованиям ст. 204 УПК РФ. Выводы экспертов даны на основе исследованного материала. Соответственно, отсутствуют основания подвергать сомнению выводы экспертов.

Доводы о невиновности ФИО1, в том числе аналогичные доводам кассационной жалобы, тщательно проверены судом как первой, так и апелляционной инстанции, и обоснованно отвергнуты, поскольку опровергнуты совокупностью доказательств.

Выводы суда о фактических обстоятельствах дела основаны на исследованных доказательствах, представленных сторонами, которые получили соответствующую оценку суда первой инстанции. Суд мотивировал свои выводы о том, почему одни доказательства положены в основу приговора, другие отвергнуты. Неустранимых противоречий в представленных доказательствах, влияющих на установление юридически значимых обстоятельств, не имеется.

Принцип состязательности сторон нарушен не был. Ходатайства сторон рассмотрены, по ним приняты законные и обоснованные решения. Нарушений уголовно-процессуального закона при расследовании уголовного дела также не допущено. Собранных по делу доказательств достаточно для принятия законного и обоснованного решения.

Оснований сомневаться в психическом здоровье осуждённого не имеется, соответственно, не имеется оснований для назначения судебно психиатрической экспертизы.

Вопреки доводам жалобы осуждённого, проведение следственных действий с участием потерпевшего не представлялось возможным по причине состояния здоровья последнего.

Вместе с тем, обжалуемые решения подлежат изменению в связи с существенными нарушениями требований уголовного и уголовно-процессуального законов, повлиявшими на исход дела, допущенные судом первой и апелляционной инстанции.

Согласно п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 1 от 27 января 1999 года в редакции постановления № 9 от 3 марта 2015 года «о судебной практике по делам об убийстве», покушение на убийство возможно лишь с прямым умыслом, то есть когда содеянное свидетельствовало о том, что виновный осознавал общественную опасность своих действий (бездействия), предвидел возможность или неизбежность наступления смерти другого человека и желал её наступления, но смертельный исход не наступил по не зависящим от него обстоятельствам (ввиду активного сопротивления жертвы, вмешательства других лиц, своевременного оказания потерпевшему медицинской помощи и др.).

Как следует из материалов дела, Ковенев отрицал наличие у него умысла на убийство потерпевшего.

Доказательств, подтверждающих наличие у осуждённого прямого умысла на лишение жизни К при нанесении ему удара костылём по голове, стороной обвинения не представлено.

В соответствии с ч. 3 ст. 14 УПК РФ все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном настоящим Кодексом, толкуются в пользу обвиняемого.

Вывод суда апелляционной инстанции о том, что ФИО1 желал наступление смерти потерпевшего не соответствует фактическим обстоятельствам дела.

При наличии желания у ФИО1 причинить смерть К, препятствий для его реализации не имелось. После нанесения одного удара подлокотником костыля по голове потерпевшего, последний не оказывал какого-либо сопротивления. Другие лица не препятствовали действиям ФИО1. Однако в указанной обстановке, при отсутствии очевидных данных, свидетельствующих о достаточности травмирующего воздействия по голове потерпевшего для наступления его смерти, ФИО1 не принял дополнительных мер, направленных на лишение жизни К, напротив, как следует из показаний самого ФИО1, которые ни чем не опровергнуты, посчитав, что К опьянел, уложил его на диван.

Таким образом, анализ приведённых в приговоре доказательств в их совокупности, свидетельствует о наличии у ФИО1 умысла на причинение вреда здоровью потерпевшего. Нанося умышленно с достаточной силой металлическим костылём с массивным подлокотником удар по голове человека, то есть в жизненно-важный орган, ФИО1 не мог не понимать, что данными действиями может причинить ему тяжёлые травмы. Для такого вывода глубоких знаний в области медицины и анатомии человека не требуется.

При таких обстоятельствах действия ФИО1 подлежат переквалификации с ч. 3 ст. 30 – ч. 1 ст. 105 УК РФ на п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, то есть на умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершённого с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Квалифицирующий признак, с применением предмета, используемого в качестве оружия, нашёл подтверждение. Для нанесения повреждений К в качестве оружия ФИО1 использовал костыль.

При назначении наказания, Президиум в соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, обстоятельства смягчающие и отягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление осуждённого, условия жизни.

Кроме того, как следует из материалов дела, приговором от 18 августа 2017 года и апелляционным определением Верховного Суда Республики Бурятия от 16 ноября 2017 года окончательное наказание ФИО1 назначено на основании ст. 70 УК РФ, по совокупности с приговором от 17 апреля 2015 года.

Однако ранее, приговором мирового судьи судебного участка № 1 Советского района г. Улан-Удэ от 9 июня 2017 года, вступившим в законную силу 26 июня 2017 года уже было принято решение о назначении Ковеневу окончательного наказания по совокупности с приговором от 17 апреля 2015 года.

При таких обстоятельствах, решение суда о назначении ФИО1 наказания на основании ст. 70 УК РФ, принятое по приговору от 18 августа 2017 года и апелляционным определением от 16 ноября 2017 года, подлежит отмене, поскольку принято с нарушением требований уголовного закона.

Вид исправительного учреждения ФИО1 следует определить в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Кроме того, в вводной части приговора и апелляционного определения следует указать об осуждении ФИО1 по приговору от 17 апреля 2015 года по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ. Данные обстоятельства подтверждаются надлежаще заверенной копией приговора.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 40113, 40114, 40115 УПК РФ, Президиум

ПОСТАНОВИЛ:

Кассационное представление первого заместителя прокурора Республики Бурятия Муравьёва А.К. удовлетворить, кассационную жалобу осуждённого ФИО1 удовлетворить частично.

Приговор Кабанского районного суда Республики Бурятия от 18 августа 2017 года и апелляционное определение Верховного Суда Республики Бурятия от 16 ноября 2017 года изменить.

Указать в вводной части приговора Кабанского районного суда Республики Бурятия от 18 августа 2017 года и апелляционного определения Верховного Суда Республики Бурятия от 16 ноября 2017 года об осуждении ФИО1 по приговору от 17 апреля 2015 года по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ вместо п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ.

Переквалифицировать действия ФИО1 с ч. 3 ст. 30 – ч. 1 ст. 105 УК РФ на п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, по которой назначить наказание в виде 7 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии особого режима.

Отменить решение о назначении ФИО1 окончательного наказания на основании ст. 70 УК РФ.

В остальной части судебные решения оставить без изменения.

Председательствующий: