Решение № 2-4421/2017 2-4421/2017~М-2809/2017 М-2809/2017 от 2 августа 2017 г. по делу № 2-4421/2017

Дело № 2-4421/2017 3 августа 2017 года


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Красносельский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Уланова А.Н.,

с участием прокурора Ивановой Н.И.,

при секретаре Кочаряне Э.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

Истцы обратились в Красносельский районный суд Санкт-Петербурга с названным иском к ответчикам, в котором просит взыскать компенсацию морального вреда в размере 250 000 рублей.

В обоснование иска указал, что проживает в квартире <№>, расположенной по адресу: Санкт-Петербург, <адрес> при этом 27 и 31 августа 2016 года, также 9 сентября 2016 года в результате протечки воды из вышерасположенной квартиры №<№>, принадлежащей на праве собственности ответчикам, квартире истца причинены повреждения.

В результате протечки в квартире истца отключилось электроснабжение, что привело к порче продуктов в холодильнике, доставило дискомфорт истцу в проживании, кроме этого стало причиной травмирования истца по причине отсутствия света в квартире.

Указывая на такие обстоятельства истец полагал, что действиями ответчиков ему причинен моральный вред, в том числе, поскольку имел место факт причинения вреда здоровью.

Истец в судебное заседание явился, настаивал на требованиях иска.

Ответчики, третье лицо, извещённые о времени и месте слушания дела надлежащим образом, в заседание не явились, об отложении судебного заседания не просили, об уважительности причин неявки суду не сообщили.

В порядке статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определил рассматривать спор в отсутствие ответчиков.

Прокурор в своём заключении отметил, что взаимосвязи между травмой истца и действиями ответчика нет, однако полагал, что в целом наличие нарушений личных неимущественных прав имеется, что служит основанием для взыскания компенсации морального вреда в существенно меньшем размере, чем заявлено в иске.

Выслушав явившихся в заседание лиц, изучив материалы настоящего гражданского дела, оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующим выводам.

Судом установлено, что ФИО1 постоянно зарегистрирована по месту жительства по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, жилое помещение принадлежит ей на праве собственности.

Вышерасположенная квартира №<№> в том же доме принадлежит на праве общей долевой собственности ФИО3 (15/27 долей) и ФИО2 (12/27 долей).

Согласно акту обследования от 27 августа 2016 года по причине неаккуратного обращения с водой жильцов квартиры №<№> в квартире истца произошла протечка.

Согласно акту обследования от 31 августа 2016 года из квартиры №<№> произошла протечка, причинившая ущерб квартире истца.

Согласно акту обследования от 9 сентября 2016 года по причине неаккуратного обращения с водой жильцов квартиры №<№> в квартире истца произошла протечка, в результате которой, в частности, произошло замыкание электропроводки.

Согласно акту выполненных работ от 9 сентября 2016 года в квартире истца проведены работы по ремонту электропроводки.

В силу статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Пунктом 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт причинения ущерба, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Деликтная ответственность за причинение ущерба наступает при наличии ряда условий: подтверждения со стороны лица, требующего возмещения убытков, наличия состава правонарушения, наступления вреда и размера этого вреда, противоправности поведения причинителя вреда, причинно-следственной связи между противоправным поведением причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями. Отсутствие какого-либо одного из указанных элементов исключает возможность привлечения лица к деликтной ответственности.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что бремя доказывания наличия факта причинения и размер причиненного вреда, возложены на истца, а на ответчике лежит обязанность предоставить доказательства, подтверждающие отсутствие его вины в причинении ущерба.

Поскольку сторона ответчиков уклонилась от предоставления каких-либо доказательств отсутствия своей вины, суд приходит к выводу о том, что во всех трёх случаях протечка и ущерб квартире истца причинены именно по вине ответчиков.

Вместе с тем, суд принимает во внимание, что в настоящем деле истцом заявлена ко взысканию только компенсация морального вреда.

В соответствии со статьёй 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со статьёй 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии с пунктом 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Таким образом, основанием для взыскания компенсации морального вреда, с учетом доводов иска, служит нарушение личного неимущественного права истца со стороны ответчиков.

Вместе с тем никакие личные неимущественные права истца не подвергались негативному воздействию.

Порча имущества, как следствие доставленный истцу дискомфорт связаны с умалением его имущественных прав, в том числе жилищных прав на полноценное использование жилого помещение.

Отклоняет суд и доводы истца основанные на получение травмы.

Так в суд представлена только справка от 1 августа 2017 года, согласно которой 27 сентября 2016 года у истца диагностирован закрытый перелом костей носа без смещения.

Истец указывал, что травма получена по причине отсутствия света в квартире.

Вместе с тем, повреждение электропроводки установлено только 9 сентября 2016 года, в тот же день проведены работы по ремонту электросети в квартире истца.

Кроме этого в судебном заседании истец пояснил, что не вся квартира была обесточена, свет имелся в половине жилого помещения.

Таким образом, суд полагает, что отсутствует прямая причинно-следственная связь между протечкой и повреждением здоровья истца, которому способствовало бездействие самого истца, не организовавшего необходимое освещение в квартире за счёт её не обесточенной части.

Кроме этого истец пояснил, что не имеет никаких доказательств даты получения травмы.

Так указывал истец на то, что свидетелей травмированию, наличия травмы в период несущественно отдаленный от даты получения - не имеется.

Сама травма зафиксирована только 27 сентября 2016 года, однако последняя протечка имела место 9 сентября 2016 года.

В таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что обстоятельства получения травмы истцом не доказаны, что, учитывая в целом наличие у истца стойкого расстройства здоровья (инвалидность третьей группы), не позволяет суду установить, что причиной травмы стали именно заявленные истцом обстоятельства.

Таким образом, суд полагает, что истцом не представлено достаточных в своей совокупности доказательств, свидетельствующих о наличии причинно-следственной связи между полученной травмой и действиями ответчиков.

Поскольку иные личные неимущественные права истца не нарушены, то требования иска подлежат отклонению, принимая во внимание, что имущественные права истец также защищает в суде, в производстве которого имеется спор о возмещении ущерба, причиненного протечкой.

Поскольку требования иска отклонены, то суд не находит оснований для взыскания в пользу истца судебных расходов, равно как нет оснований для взыскания с ответчиков государственной пошлины в бюджет.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 12, 56, 67, 167, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

ФИО1 в удовлетворении исковых требований к ФИО2, ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда – отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Красносельский районный суд Санкт-Петербурга.

Судья:

Решение суда в окончательной форме принято 7 августа 2017 года.