Решение № 2-1793/2017 2-1793/2017~М-1870/2017 М-1870/2017 от 4 декабря 2017 г. по делу № 2-1793/2017

Дело № 2 –1793/17


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Новокузнецк 5 декабря 2017 года

Куйбышевский районный суд г. Новокузнецка Кемеровской области

в составе: председательствующего Аксиненко М.А.,

при секретаре Прохоренко О.И.,

с участием помощника прокурора Куйбышевского района г. Новокузнецка Мироновой А.Н.,

рассмотрев материалы гражданского дела по иску ФИО1 к АО «ОУК «Южкузбассуголь», АО «Шахта «Антоновская» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к АО ОУК «Южкузбассуголь», АО «Шахта «Антоновская» о взыскании компенсации морального вреда. Требования мотивированы тем, что 06.03.2017 г. медицинским заключением ФГБНУ Клиника НИИ КПГ и ПЗ ему впервые установлено профессиональное заболевание «<данные изъяты>». 17.04.2017 г. был составлен Акт о случае профессионального заболевания, причиной которого послужило воздействие на организм вредных производственных факторов. С 11.07.2017 г. ФГУ «ГБМСЭ по КО» ему впервые установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 20%.

Согласно заключению медицинской экспертизы ФГБНУ Клиника «НИИ КПГ и ПЗ» степень вины в развитии у него указанного профессионального заболевания Шахты Абашевская составляет 41,4%; ЗАО «Шахта Абашевская»- 6,6%, ЗАО «Шахта «Антоновская» - 27,2%.

Полагает, что АО «ОУК «Южкузбассуголь» обязано выплатить ему компенсацию морального вреда. Однако, по условиям ОТС по угольной промышленности на 2013-2016 годы, исходя из его заработка за год до увольнения, ему не полагается какая-либо компенсация. АО «Шахта «Антоновская» должно выплатить ему 66 618, 59 руб. Считает, что вправе требовать возмещения морального вреда в соответствии с нормами Гражданского кодекса РФ. Моральный вред, причиненный ему профессиональным заболеванием, оценивает в 500 000 руб. В связи с чем, исходя из степени вины ответчиков, просит взыскать с АО «ОУК «Южкузбассуголь» в его пользу компенсацию морального вреда в размере 240 000 руб., с АО «Шахта «Антоновская» 136 000 руб. Кроме того, просит взыскать с ответчиков расходы по оплате услуг представителя в размере 16 000 руб., расходы по экспертизе в сумме 3900 руб., пропорционально степени их вины.

В судебном заседании истец ФИО1, его представитель ФИО2 исковые требования поддержали в полном объеме. Истец пояснил, что в связи с профессиональным заболеванием у него при физических нагрузках наблюдаются приступы удушья, затруднение дыхания. Ему тяжело подниматься по лестнице. Около 2 раз в год он переносит обострения заболевания, которые тяжело поддаются лечению. Он принимает лекарственные препараты, показано санаторно-курортное лечение. В связи с развитием заболевания изменился его привычный образ жизни, он перестал ходить на охоту, ему трудно заниматься домашней работой, постоянно необходим отдых. Ухудшение состояния здоровья наступило у него примерно в 2012 году. В настоящее время работает мастером АО «Шахтоуправление «Талдинское-Кыргайское».

Представитель ответчика АО «ОУК «Южкузбассуголь» ФИО3, действующая на основании доверенности, исковые требования не признала. Пояснила, что АО «ОУК «ЮКУ» не может отвечать по обязательствам Шахты «Абашевская, ОАО «Шахта «Абашевская», которые в настоящее время ликвидированы. Профессиональное заболевание у истца установлено после ликвидации указанных организаций- причинителей вреда. В российском законодательстве отсутствуют нормы права, предусматривающие возможность передачи вины от ликвидированного юридического лица другому юридическому лицу. Ответчиком в п. 5.4 ФОС на период с 2013-2016 гг. предусмотрено осуществление компенсационных выплат только за период трудовых отношений с работником, а также за строго определённые предприятия, прекратившие свою деятельность, в состав которых Шахта Абашевская и ОАО «Шахта «Абашевская» не входят. Полагает, что сумма компенсации морального вреда, которую истец просит взыскать с ответчика, не основано на принципах разумности, справедливости и нормах права.

Представитель ответчика АО «Шахта «Антоновская» в судебное заседание не явился. О дате, времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом. Представитель ответчика ФИО4, действующая на основании доверенности, предоставила ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие представителя АО «Шахта «Антоновская» (л.д.56).

Суд, заслушав участников процесса, изучив письменные материалы дела, представленные доказательства, считает, что требования истца подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно ст. 21 ТК РФ работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым Кодексом РФ, иными федеральными законами.

В соответствии со ст. 22 ТК РФ работодатель обязан: обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда.

В силу ст. 212 ТК РФ обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагается на работодателя.

В силу ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно ст. 164 ТК РФ под компенсациями понимаются денежные выплаты, установленные в целях возмещения работникам затрат, связанных с исполнением ими трудовых или иных обязанностей, предусмотренных настоящим Кодексом и другими федеральными законами.

Согласно ст. 184 ТК РФ при повреждении здоровья или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания работнику (его семье) возмещаются его утраченный заработок (доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию либо соответствующие расходы в связи со смертью работника.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" (в ред. от 21.07.2007 N 183-ФЗ, от 27.07.2010 N 226-ФЗ), профессиональным заболеванием признаётся хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности.

В силу положений ст. ст. 227 – 231 ТК РФ связь повреждения здоровья работника с исполнением трудовых обязанностей подтверждается оформленными в установленном порядке актом о несчастном случае на производстве или актом о случае профессионального заболевания.

Степень стойкой утраты профессиональной трудоспособности устанавливается учреждением медико-социальной экспертизы. Экспертиза профессиональной трудоспособности производится в соответствии с Правилами установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, утв. Постановлением Правительства РФ от 16.10.2000г. № 789 и Временными критериями определения степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, утвержденных Постановлением Минтруда России от 18.07.2001г. № 56.

В соответствии со ст. 5 ТК РФ коллективный договор, соглашение (в том числе отраслевое) и локальные нормативные акты, содержащие нормы трудового права, входят в систему трудового законодательства.

Согласно ст. 45 ТК РФ соглашение – это правовой акт, регулирующий социально-трудовые отношения и устанавливающий общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений, заключаемый между полномочными представителями работников и работодателей на федеральном, межрегиональном, региональном, отраслевом (межотраслевом) и территориальном уровнях социального партнерства в пределах их компетенции. Отраслевое (межотраслевое) соглашение устанавливает общие условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам отрасли (отраслей). Отраслевое (межотраслевое) соглашение может заключаться на федеральном, межрегиональном, региональном, территориальном уровнях социального партнерства. Территориальное соглашение устанавливает общие условия труда, гарантии, компенсации и льготы работникам на территории соответствующего муниципального образования.

Исходя из общих оснований ответственности за причинение вреда, предусмотренных п. 1 ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии со ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (ст. 151 ГК РФ).

Согласно ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности (ст. 1100 ГК РФ).

В ходе рассмотрения дела установлено, что 20.06.1983 г. истец был принят подземным горнорабочим в Шахту Абашевская п/о Южкузбассуголь. 05.10.1999 г. он уволен из ОАО «Шахта «Абашевская» по ст. 31 КЗоТ РФ. 11.10.1999 г. ФИО1 принят подземным помощником начальника участка № 2 ЗАО «Шахта «Антоновская», откуда уволен 29.01.2009 г. В настоящее время истец трудится в АО «Шахтоуправление «Талдинское-Кыргайское».

Указанные обстоятельства подтверждаются сведениями, содержащимися в трудовой книжке истца (л.д.7-10), участниками процесса не оспариваются.

Из медицинского заключения ФГБНУ Клиника «НИИ КПГ и ПЗ» от 06.03.2017 г. следует, что ФИО1 установлен диагноз «<данные изъяты>» (л.д.11).

Согласно акту о случае профессионального заболевания от 17.04.2017 г., указанное заболевание возникло в результате длительного воздействия на организм вредных производственных факторов. Непосредственной причиной заболевания явилось воздействие пыли, превышающее предельно допустимые концентрации. Вины истца в возникновении профессионального заболевания не выявлено (л.д. 12-13).

С 11.07.2017 г. ФГУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Кемеровской области» ФИО1 впервые установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 20% до 01.08.2018 г. (л.д.14).

Согласно заключению врачебной экспертной комиссии Клиники НИИ комплексных проблем гигиены и профессиональных заболеваний, степень вины предприятий в развитии у истца профзаболевания составляет:

- Шахта «Абашевская» - 41,4%

- ОАО «Шахта «Абашевская» - 6,6%,

- ЗАО «Шахта «Антоновская» -27,2% (л.д.15).

Доводы представителя ответчика о том, что суду не представлено доказательств наличия оснований для возложения на ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный здоровью истца в период работы в Шахте «Абашевская» и ОАО «Шахта «Абашевская», опровергаются исследованными в судебном заседании доказательствами.

Из представленных суду документов следует, что на основании решения Комитета по управлению государственным имуществом Администрации Кемеровской области от 14.09.93 г. № 299 государственное предприятие шахта «Абашевская» было преобразовано в акционерное общество открытого типа шахта «Абашевская», которое являлось правопреемником государственного предприятия шахта «Абашевская». В связи с изменением законодательства об акционерных обществах, АООТ шахта «Абашевская» в 1998 г. было преобразовано в ОАО «Шахта «Абашевская», что подтверждается свидетельством о государственной регистрации, Уставом ОАО «Шахта «Абашевская».

На основании решения внеочередного собрания акционеров ОАО «Шахта «Абашевская» (протокол от 26.11.1999 г.) ОАО «Шахта «Абашевская» реорганизовано путем выделения из него ОАО «Шахта «Абашевская-Н» и ОАО «Шахта «Кушеяковская».

Из устава ОАО «Шахта «Абашевская-Н» видно, что данное общество было образовано в порядке реорганизации путем выделения из ОАО «Шахта «Абашевская».

В соответствии с Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 24.07.2002 г. конкурсное производство в отношении ОАО «Шахта «Абашевская» завершено.

Факт правопреемства ОАО «Шахта «Абашевская-Н» в том числе по долгам ОАО «Шахта «Абашевская» подтверждается протоколом внеочередного собрания акционеров ОАО «Шахта «Абашевская», разделительным балансом на 10.01.99г., актом приема-передачи основных средств. Из данных документов видно, что в выделенное ОАО «Шахта Абашевская-Н» были переданы практически все активы, основные и оборотные средства, транспорт, оборудование, объекты недвижимости, кредиторская и дебиторская задолженности, сырье, материалы, участки выработок, готовая продукция.

В соответствии со ст.ст. 57, 58 ГК РФ при реорганизации юридического лица путем выделения из состава юридического лица одного или нескольких юридических лиц к каждому из них переходят права и обязанности реорганизованного юридического лица в соответствии с разделительным балансом.

Согласно ст. 59 ГК РФ в передаточном акте и разделительном балансе должны содержаться положения о правопреемстве по всем обязательствам реорганизованного юридического лица в отношении всех его кредиторов и должников, включая и обязательства, оспариваемые сторонами.

В соответствии с пунктом 6 статьи 15 Федерального закона от 26 декабря 1995 года № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» установлена солидарная ответственность вновь созданных в процессе реорганизации юридических лиц по обязательствам последнего в случае невозможности определения правопреемника из разделительного баланса, а также в случае допущения нарушения принципа справедливого распределения активов.

Разделительный баланс и передаточный акт не содержат положений о правопреемстве реорганизуемого ОАО «Шахта «Абашевская» по обязательствам вследствие причинения вреда, которые могут произойти после даты, на которую составлены передаточный акт и разделительный баланс.

В связи с чем, разделительный баланс не дает возможности определить правопреемника реорганизованного юридического лица ОАО «Шахта «Абашевская» по обязательствам вследствие причинения вреда здоровью.

Таким образом, в соответствии со ст. 60 ГК РФ, ОАО «Шахта «Абашевская-Н» несет солидарную ответственность по обязательствам реорганизованного юридического лица ОАО «Шахта «Абашевская» перед его кредиторами, в частности, перед истцом.

В соответствии со ст. 1093 ГК РФ, в случае реорганизации юридического лица, признанного в установленном порядке ответственным за вред, причиненный жизни или здоровью, обязанность по выплате соответствующих платежей несет его правопреемник. К нему же предъявляются требования о возмещении вреда.

Из устава АО «ОУК «Южкузбассуголь», образованного в результате реорганизации путем слияния ряда шахт, в том числе и ОАО «Шахта «Абашевская- Н», ОАО «Шахта «Кушеяковская», видно, что ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» является правопреемником ОАО «Шахта «Абашевская-Н», ОАО «Шахта «Кушеяковская» по всем обязательствам.

Поэтому обязанность по возмещению вреда, причиненного здоровью истца вследствие профессионального заболевания, исходя из 48 % вины Шахты «Абашевская» и ОАО «Шахта «Абашевская», несет АО «ОУК «Южкузбассуголь». При этом, для разрешения спора не имеет юридического значения тот факт, что ответчик не является непосредственным причинителем вреда.

Кроме того, обязанность по возмещению вреда, причиненного здоровью в связи с трудовой деятельностью в ЗАО «Шахта «Антоновскя», исходя из 27,2% вины предприятия следует возложить на ответчика АО «Шахта «Антоновская». Установлено, что ЗАО «Шахта «Антоновская» с 02.08.2013 г. переименовано в ОАО «Шахта «Антоновская», с 09.12.2015 г. переименовано в АО «Шахта «Антоновская», о чем внесена запись в Единый государственный реестр юридических лиц (л.д.54-55).

Положениями Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ на 2013-2016 г.г., Коллективного договора ОАО «ОУК «ЮКУ» на 2013 -2016 гг., Соглашения на 2013-2016 годы между Новокузнецкой территориальной организацией Росуглепрофа и ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» установлена обязанность работодателя возместить вред, причиненный работнику профессиональным заболеванием, в том числе, выплатить компенсацию морального вреда.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Согласно части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных статьей 55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно, не могут ограничивать это право также и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры.

Приведенные выше конституционные положения конкретизированы в соответствующих нормах трудового права и разъяснениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Так, в соответствии с частью 2 статьи 9 Трудового кодекса Российской Федерации коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.

Согласно статье 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1).

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2).

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии со статьей 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда".

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

Согласно ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности (ст. 1100 ГК РФ).

При определении суммы компенсации морального вреда судом учитывается, что в результате развития профессионального заболевания истец вынужден обращаться за медицинской помощью, принимать лекарственные препараты, у него отмечается затруднение дыхания, усиление одышки и кашля, общая слабость. Указанные обстоятельства подтверждаются представленными суду медицинскими документами, показаниями свидетеля М.Л.В. пояснившей, что у ФИО1 постоянно наблюдается одышка, ему тяжело подниматься по лестнице, заниматься домашней работой, обрабатывать земельный участок. Состояние его здоровья стало ухудшаться около 5 лет назад. В связи с заболеванием он периодически проходит лечение, принимает лекарственные препараты.

Также принимается во внимание процент утраты истцом профессиональной трудоспособности, период, на который установлена утрата профессиональной трудоспособности.

Таким образом, суду представлено достаточно доказательств, подтверждающих степень физических и нравственных страданий, которые должны быть компенсированы истцу ответчиками, исходя из степени вины в развитии заболевания.

На основании изложенного суд приходит к выводу, что в пользу ФИО1 с учетом характера повреждения здоровья, степени его физических и нравственных страданий, индивидуальных особенностей истца, в счет компенсации морального вреда с АО «ОУК «Южкузбассуголь» следует взыскать 100 000 руб., с АО «Шахта «Антоновская» 68 000 рублей.

Указанные суммы, по мнению суда, являются достаточными для компенсации вреда, причинённого истцу, превышают размер компенсации, подлежащей выплате истцу в соответствии с условиями Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ на 2013-2016 г.г., Соглашения на 2013-2016 годы между Новокузнецкой территориальной организацией Росуглепрофа и ОАО «ОУК «Южкузбассуголь».

Кроме того, в соответствии со ст. 94, 98 ГПК РФ в пользу истца с АО «ОУК «Южкузбассуголь» следует взыскать расходы на проведение экспертизы в размере 1872 руб. из расчета: (3900 руб. х 48%); с АО «Шахта «Антоновская» следует взыскать 1060, 8 руб. (3900 руб. х 27,2%). Указанные расходы относятся к судебным издержкам, подтверждены документально (л.д.65-66), понесены истцом в целях предоставления доказательств обоснованности заявленных требований, чрезмерными не являются.

Согласно ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В силу ст. 48 ГПК РФ граждане вправе вести свои дела в суде лично или через представителей. Личное участие в деле гражданина не лишает его права иметь по этому делу представителя.

Истец просит взыскать с ответчика расходы по оплате услуг представителя в сумме 16 000 рублей. Оплата данной суммы подтверждается квитанцией, договором об оказании юридических услуг (л.д.67, 68). Однако, с учетом сложности дела, объема проделанной представителем работы, времени, потраченного на рассмотрение дела, суд считает, что с АО «ОУК «Южкузбассуголь» следует взыскать расходы по оплате услуг представителя в размере 6000 руб., с АО «Шахта «Антоновская» в размере 4000 руб.

Указанные суммы, по мнению суда, являются разумными, соответствуют объему проделанной представителем работы, категории дела и времени, затраченному в связи с разрешением спора.

Таким образом, общая сумма судебных расходов, подлежащих взысканию в пользу истца с АО «ОУК «Южкузбассуголь» составляет 7 872 руб. (6000 руб. + 1872 руб.). Сумма судебных расходов, подлежащих взысканию с АО «Шахта «Антоновская», составляет 5 060, 8 руб. (4000 руб.+ 1060,8 руб.).

В связи с тем, что истец согласно ст. 333.36 НК РФ освобождается от уплаты государственной пошлины, в соответствии со ст. 103 ГПК РФ, ст. 61.1 БК РФ, 333.19 НК РФ, суд считает необходимым взыскать в доход местного бюджета расходы по оплате государственной пошлины в сумме 300 руб. с каждого ответчика.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Взыскать с АО «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, судебные расходы в размере 7 872 рубля, всего 107 872 (сто семь тысяч восемьсот семьдесят два) рубля.

Взыскать с АО «Шахта «Антоновская» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 68 000 рублей, судебные расходы в размере 5 060 рублей 80 копеек, всего 73 060 (семьдесят три тысячи шестьдесят) рублей 80 копеек.

Взыскать с АО «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь» в доход бюджета муниципального образования «Город Новокузнецк» государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей.

Взыскать с АО «Шахта «Антоновская» в доход бюджета муниципального образования «Город Новокузнецк» государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий:

Решение в окончательной форме изготовлено 09.12.2017 г.