Решение № 2-123/2017 2-123/2017(2-5327/2016;)~М-5077/2016 2-5327/2016 М-5077/2016 от 14 февраля 2017 г. по делу № 2-123/2017

Дело № 2-123/17


Решение

Именем Российской Федерации

Г. Иваново 15 февраля 2017 г.

Фрунзенский районный суд г. Иваново

в составе председательствующего судьи Земсковой Н.В.

при секретаре Гаджикурбановой Т.Я.,

с участием истца Т.Е.Д.,

представителя истца Т.Е.Д. – Т.Е.Н.,

представителя ответчика Управления Пенсионного фонда Российской Федерации в городских округах Иваново, ФИО3 и Ивановском муниципальном районе Ивановской области – ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску Т.Е.Д. к Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации (государственное учреждение) в городских округах Иваново, ФИО3 и Ивановском муниципальном районе Ивановской области о признании права на пенсию по случаю потери кормильца,

Установил:

Истец обратился в суд с иском к ответчику о признании права на пенсию по случаю потери кормильца. Иск мотивирован тем, что 04.03.2015 г. Т.Е.Д. обратился с заявлением в Управление Пенсионного фонда Российской Федерации (государственное учреждение) в городских округах Иваново, Кохма и Ивановском муниципальном районе Ивановской области (далее – УПФ РФ) о назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца, предусмотренной ст. 10 ФЗ «О страховых пенсиях» от 28.12.2013 г. № 400-ФЗ. Решением УПФ РФ № от 07.05.2015 г. (протокол № от 07.05.2015 г.) Т.Е.Д. отказано в назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца в связи со смертью его отца Т.Д.А. По мнению ответчика, оснований для назначения указанной пенсии не имеется. С решением комиссии истец не согласен, считает его незаконным нарушающие его права на пенсионное обеспечение. Т.Е.Д. является сыном Т.Д.А., который умер 12.01.2015 г. Т.Е.Д. с 01.09.2014 г. обучается в Ивановском государственном политехническом университете по очной форме обучения. Истец дохода не имеет, находился на полном содержании родителей, при этом доход отца Т.Д.А. был постоянным и основным источником существования их семьи. В этой связи истец просил признать за ним право на пенсию по случаю потери кормильца, в связи со смертью 12.01.2015 г. отца Т.Е.Д.; установить факт нахождения Т.Е.Д. на иждивении Т.Д.А. с 04.10.1996 г. по 12.01.2015 г.; обязать Управление Пенсионного фонда Российской Федерации (государственное учреждение) в городских округах Иваново, ФИО3 и Ивановском муниципальном районе Ивановской области назначить истцу страховую пенсию по случаю потери кормильца с момента возникновения прав; взыскать расходы по оплате государственной пошлины 300 руб.

В судебном заседании истец, его представитель требования уменьшили и просили признать за Т.Е.Д. право на пенсию по случаю потери кормильца, в связи со смертью 12.01.2015 г. отца Т.Е.Д.; обязать Управление Пенсионного фонда Российской Федерации (государственное учреждение) в городских округах Иваново, ФИО3 и Ивановском муниципальном районе Ивановской области назначить истцу страховую пенсию по случаю потери кормильца с момента возникновения прав в связи со смертью отца Т.Д.А., с даты его смерти – 12.01.2015 г.; взыскать расходы по оплате государственной пошлины 600 руб. При этом дополнительно пояснили, что семья Т. проживали все вместе по адресу <адрес>. Т.Д.А. официально трудоустроен не был, однако работал без трудоустройства в «<данные изъяты>» на своем автомобиле, получая заказы через колл-центр, его доход от этой деятельности составлял примерно 70 000 руб., из которых 30000 руб. (чистый доход) вкладывался в общий бюджет семьи. Доход Т.Д.А. являлся основным и постоянным источником средств к существованию семьи Т.. Доход Т.Е.Н. был значительно меньше 20000 – 25000 руб. и в полном объеме расходовался на погашение обязательств по кредитным договорам, которые были получены с целью ремонта и благоустройства жилого дома, в котором проживала семьи Т..

Представитель ответчика на исковые требования возражала по доводам, изложенным в отзыве на иск. Так, в частности указала, что 04.03.2015 г. Т.Е.Д. обратился в УПФ РФ с заявлением о назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца, предусмотренную ст. 10 ФЗ от 28.12.2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях». Решением комиссии по рассмотрению вопросов реализации пенсионных прав граждан Т.Е.Д. было отказано в назначении пенсии, в связи с отсутствием документов, подтверждающих факт нахождения на иждивении умершего кормильца Т.Д.А. Факт того, что Т.Д.А. оказывал своему сыну Т.Е.Д. помощь, которая была для него постоянным и основным источником средств к существованию, так же как и факт нахождения Т.Е.Д. на полном содержании у отца подтверждения не нашел. Т.Д.А. с 2007 г. и до момента смерти официально трудоустроен не был, документальное подтверждение осуществления трудовой деятельности, получения дохода отсутствует. Мать Т.Е.Д. – Т.Е.Н. работала в ОАО «<данные изъяты>», ЗАО <данные изъяты>, ОАО «<данные изъяты>», ЗАО <данные изъяты>, ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>», получала заработную плату. Полагает, что Т.Е.Д. находился на иждивении у своей матери Т.Е.Н. В удовлетворении исковых требований просила отказать.

Суд, выслушав стороны, исследовав материалы дела, допросив свидетелей, приходит к следующему.

Т.Д.А. и Т.Е.Н. являются родителями Т.Е.Д. <дата> года рождения, что подтверждается свидетельством о рождении №, актовая запись № от 17.10.1996 г. (л.д. 12).

Согласно свидетельству о смерти № Т.Д.А. умер 12.01.2015 г., актовая запись № от 16.01.2015 г. (л.д. 16).

Т.Е.Д. является студентом ФГБОУ ВО «Ивановский государственный политехнический университет» по очной форме обучения, срок обучения с 01.09.2014 г. по 30.06.2018 г. (л.д. 15).

Т.Е.Д. 04.03.2015 г. обратился с заявлением в Управление Пенсионного фонда Российской Федерации (государственное учреждение) в городских округах ФИО2, ФИО3 и Ивановском муниципальном районе Ивановской области о назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца, предусмотренной ст. 10 Федерального закона «О страховых пенсиях» от 28.12.2013 г. № 400-Ф3.

Решением № от 07.05.2015 г. (протокол № от 07.05.2015 г.) комиссии по рассмотрению вопросов реализации пенсионных прав граждан Т.Е.Д. отказано в назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца, в связи с отсутствием документов, подтверждающих факт нахождения на иждивении умершего кормильца Т.Д.А., умершего 12.01.2015 г. (л.д. 9, 10-11).

В соответствии с ч. 2 ст. 39 Конституции Российской Федерации государственные пенсии и социальные пособия устанавливаются законом.

Условия и порядок пенсионного обеспечения в Российской Федерации урегулированы Федеральным законом от 28.12.2013 г. №400-Ф3 «О страховых пенсиях» (далее – Закон), Федеральным законом от 15.12.2001 г. № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в РФ».

Согласно 3 Закона страховые пенсии устанавливаются и выплачиваются в соответствии с настоящим Федеральным законом. Изменение условий назначения страховых пенсий, норм установления страховых пенсий и порядка выплаты страховых пенсий осуществляется не иначе как путем внесения изменений в настоящий Федеральный закон.

Так, ст. 10 Закона предусмотрено, что право на страховую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (за исключением лиц, совершивших уголовно наказуемое деяние, повлекшее за собой смерть кормильца и установленное в судебном порядке). При этом к нетрудоспособным членами семьи умершего кормильца отнесены, в том числе дети умершего кормильца, обучающиеся по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет.

Члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию (часть 3 статьи 10).

Таким образом, в связи с достижением истцом совершеннолетия, юридически значимым обстоятельством по делу является нахождение его на иждивении умершего отца.

Для вывода о нахождении на иждивении необходимо установление одновременно наличия следующих условий: нетрудоспособности лица, постоянности источника средств к существованию и установления факта того, что такой источник является основным для существования лица. Отсутствие одного из указанных условий исключает возможность признания лица иждивенцем.

Под полным содержанием умершим кормильцем членов семьи понимаются действия умершего кормильца, направленные на обеспечение членов семьи всеми необходимыми жизненными благами (питание, жилье, одежда, обувь и другие предметы жизненной необходимости).

Постоянный характер помощи означает, что она не была случайной, единовременной, а оказывалась систематически, в течение некоторого периода и что умерший взял на себя заботу о содержании данного члена семьи.

Понятие основной источник средств к существованию предполагает, что помощь кормильца должна составлять основную часть средств, на которые жили члены семьи. Она должна по своим размерам быть такой, чтобы без нее члены семьи, получившие ее, не смогли бы обеспечить себя необходимыми средствами жизни.

Документами, подтверждающими факт нахождения на иждивении, то есть нахождение на полном содержании умершего кормильца или получение от него помощи, которая была постоянным и основным источником средств к существованию, являются справки, выдаваемые жилищными органами или органами местного самоуправления, справки о доходах всех членов семьи и иные документы, содержащие требуемые сведения, а в необходимых случаях – решение суда об установлении данного юридического факта.

В силу п. 4 ст. 10 Закона иждивение детей умерших родителей предполагается и не требует доказательств, за исключением указанных детей, объявленных в соответствии с законодательством Российской Федерации полностью дееспособными или достигших возраста 18 лет.

Презумпция нахождения ребенка до достижения возраста 18 лет на иждивении родителей следует из норм семейного права. Согласно Семейному кодексу Российской Федерации ребенком признается лицо, не достигшее возраста 18 лет (совершеннолетия) (п. 1 ст. 54), родители обязаны содержать своих несовершеннолетних детей (п. 1 ст. 80). Следовательно, до достижения ребенком совершеннолетия всю ответственность за его воспитание и содержание несут родители, что освобождает детей, не достигших 18 лет, от необходимости доказывать факт нахождения на иждивении родителей при назначении пенсии по случаю потери кормильца.

Из определения Конституционного суда от 06.11.2014 г. № 2428-О следует, что устанавливая в пенсионном законодательстве требование доказывания лицами старше 18 лет факта нахождения на иждивении родителей, законодатель основывается на презумпции трудоспособности лица, достигшего совершеннолетия: в соответствии с трудовым законодательством лица, достигшие возраста 16 лет, вправе вступать в трудовые отношения в качестве работников (ч. 3 ст. 20 Трудового кодекса Российской Федерации); труд лиц, достигших 18 лет, может использоваться на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, на подземных работах, а также на работах, выполнение которых может причинить вред их здоровью и нравственному развитию (игорный бизнес, работа в ночных кабаре и клубах, производство, перевозка и торговля спиртными напитками, табачными изделиями, наркотическими и иными токсическими препаратами, материалами эротического содержания) (ч. 1 ст. 265 Трудового кодекса Российской Федерации).

По достижении 18 лет у гражданина в полном объеме возникает гражданская дееспособность, т.е. он может своими действиями приобретать и осуществлять гражданские права, создавать для себя гражданские обязанности и исполнять их (п. 1 ст. 21 ГК Российской Федерации). В частности, совершеннолетние граждане вправе, учредив юридическое лицо или зарегистрировавшись в качестве индивидуального предпринимателя, осуществлять предпринимательскую деятельность и получать прибыль от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг.

В свою очередь, законодательно предоставленная гражданину, достигшему возраста 18 лет, возможность работать и получать заработную плату, осуществлять предпринимательскую деятельность и получать доход, т.е. иметь собственный источник средств к существованию и самостоятельно распоряжаться им, влечет необходимость проверки этих фактов при принятии решения о назначении пенсии по случаю потери кормильца.

Назначение пенсии по случаю потери кормильца только тем детям, достигшим возраста 18 лет, которые состояли на иждивении кормильца и могут подтвердить этот факт, в полной мере соответствует правовой природе этой выплаты, направленной на предоставление источника средств к существованию детям, лишившимся его в связи со смертью родителя (родителей).

Согласно пунктам 2, 10, 11 Перечня документов, необходимых для установления страховой пенсии, установления и перерасчета размера фиксированной выплаты к страховой пенсии с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии, назначения накопительной пенсии, установления пенсии по государственному пенсионному обеспечению, утвержденном Приказом Минтруда России от 28.11.2014 г. №958н, к заявлению гражданина, обратившегося за назначением страховой пенсии по случаю потери кормильца, должны быть приложены следующие документы: а) о смерти кормильца; б) подтверждающие периоды работы и (или) иной деятельности и иные периоды, включаемые (засчитываемые) в страховой стаж умершего кормильца, правила подсчета и подтверждения которого утверждены постановлением Правительства Российской Федерации от 2 октября 2014 г. № 1015 «Об утверждении Правил подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий»; в) подтверждающие родственные отношения с умершим кормильцем; г) об индивидуальном пенсионном коэффициенте умершего кормильца; д) о возрасте умершего кормильца. Для подтверждения дополнительных условий назначения страховой пенсии по случаю потери кормильца и обстоятельств, учитываемых при определении ее размера, предусмотренных Федеральным законом «О страховых пенсиях», необходимы, в том числе документы: о том, что нетрудоспособный член семьи находится на иждивении умершего кормильца (ч. 1 ст. 10 Закона); об обучении по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, (п. 1 ч. 2 ст. 10 Закона); об отсутствии трудоспособных родителей (п. 1 ч. 2 ст. 10 Закона.

Нахождение нетрудоспособных членов семьи на иждивении подтверждается документами, выданными жилищно-эксплуатационными организациями или органами местного самоуправления, документами о доходах всех членов семьи и иными документами, предусмотренными законодательством Российской Федерации (п. 82 Перечня документов, утвержденного Приказом Минтруда России от 28.11.2014 г. №958н).

Согласно справкам МКУ МФЦ в г. Иваново от 29.07.2016 г., от 15.11.2016 г. Т.Д.А. (отец истца) с 30.10.1995 г., Т.Е.Д. с 19.03.2001 г., Т.Э.Д. (брат истца) с 19.03.2001 г., К.А.Г. (бабушка истца) с 24.10.1972 г. зарегистрированы по адресу <адрес>; Т.Е.Н. (мать истца), К.Н.А. (дедушка истца) с 19.05.1995 г. зарегистрированы по адресу <адрес> (л.д. 14, 52). Из пояснений истца. Его представителя следует, что фактически семья Т. (супруги и дети) проживали по адресу <адрес>. Указанные обстоятельства сторонами не оспаривались.

Судом установлено, что Т.Д.А. в период с 30.10.1996 г. по 21.06.1999 г. работал грузчиком в ЗАО «<данные изъяты>», с 04.04.2007 г. по 06.04.2007 г. работал продавцом в Ивановский филиал ЗАО «<данные изъяты>», с 07.04.2007 г. до смерти трудоустроен не был, получателем пенсии, пособия по безработице не являлся, что подтверждается трудовой книжкой № на имя Т.Д.А. от 12.09.1990 г.

Определяя, являлась ли помощь Т.Д.А. основным источником средств к существованию истца, необходимо соотнести объем оказываемой им помощи и доходов матери, также содержащей истца.

В материалы дела справки о доходах физических лиц по форме 2-НДФЛ, иные справки (сведения) о доходах Т.Д.А. не представлены.

Согласно справок общий доход матери истца Т.Е.Д. – Т.Е.Н. составил: за 2011 г. (ноябрь-декабрь) по месту работы в ОАО «<данные изъяты>» 48 334 руб.; за 2012 г. по месту работы в ОАО «<данные изъяты>» 175736 руб. 85 коп., в ПАО <данные изъяты> – 276 380 руб. 45 коп.; за 2013 г. по месту работы в ПАО <данные изъяты> – 837195 руб. 28 коп.; за 2014 г. по месту работы в ООО «<данные изъяты>» 184 203 руб. 85 коп.

Документов о получении родителями истца Т.Е.Д. иных официальных доходов не представлено.

Обстоятельства о составе семьи истца, трудоустройстве членов семьи и обучение истца не оспаривается лицами, участвующими в деле.

Из пояснений истца, данных в ходе судебного разбирательства, следует, что с 2007 г. его отец официально нигде не работал, однако занимался частным извозом, работал без официального трудоустройства в такси на своем транспортном средстве, оказывал услуги физическим лицам по ремонту транспортных средств. Доход отца составлял ежемесячно примерно 70 000 руб., из которых 30000 руб. (чистый доход) вкладывался в общий бюджет семьи, остальные денежные средства расходовались на содержание транспортного средства, его ремонт, ГСМ, подарки детям и супруге и т.п.

Допрошенные в качестве свидетелей Р.В.А., Ф.В.С. пояснили, что знают Т.Д.А. по совместной работе в <данные изъяты>, где последний работал постоянно с 2007 г., его доход в месяц составлял примерно 30000 руб. Свидетель Ф.В.С. при повторном допросе пояснил, что доход Т.Д.А. составлял около 70000 руб. в месяц, а 30000 руб. это «чистый» доход, без учета расходов по содержанию транспортного средства, его ремонта, приобретения ГСМ, автозапчестей и т.п. Свидетели Х.С.Г. (друг семьи Т.), К.А.Г. (бабушка истца Т.Е.Д.), М.Г.И. (соседка по месту жительства) пояснили, что Т.Д.А. более 10 лет работал в такси без официального трудоустройства, в день он получал 1000 – 3000 руб., в месяц примерно 30000 – 40000 руб., работал без выходных и праздников. Кроме того, занимался ремонтом транспортных средств как своего, так и других лиц, за что так же получал денежные средства. Семья Т. ремонтировала и благоустраивала дом, в котором проживала, в связи, с чем Т.Е.Н. в банках взяла несколько кредитов. Доходы Т.Е.Н. расходовались на оплату кредитных обязательств, а доход Т.Д.А. на содержание семьи.

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что Т.Д.А. действительно работал без официального трудоустройства в <данные изъяты>, получал определенный доход. Вместе с тем в отсутствие каких-либо допустимых письменных доказательств о размере дохода Т.Д.А. в период осуществления трудовой деятельности в такси, при наличии показаний свидетелей, которые носят предположительный, вероятностный характер о доходах семьи Т., в отсутствие точных сведений как о размере доходов супругов Т., так и о расходах данной семьи, достоверно установить размер дохода Т.Д.А. не представляется возможным. При этом суд принимает во внимание, что и истец, его представитель, и все свидетели называли в качестве возможного дохода Т.Д.А. 30000 руб. Свидетель Ф.В.С. при повторном допросе пояснил, что доход Т.Д.А. составлял ежемесячно не менее 70000 руб., однако назвать свой ежемесячный доход не смог, пояснив, что никогда его не считал, поскольку каждую смену доход разный, нестабильный.

Кроме того, суд так же учитывает анкеты-заявления на получение кредита, оформленные Т.Е.Н. в ПАО <данные изъяты>. Так, из указанных анкет усматривается, что в 2012 г. Т.Е.Н. указывала в качестве своего дохода 42344 руб. 44 коп, в том числе заработная плата (после уплаты налогов) 32344 руб. 44 коп., иной доход 10000 руб., а совокупный доход семьи 85000 руб.; в 2013 г. Т.Е.Н. указывала в качестве своего дохода 117985 руб. 54 коп, в том числе заработная плата (после уплаты налогов) 67 985 руб. 54 коп., иной доход 50000 руб., а совокупный доход семьи 200000 руб.

Определив соотношение между объемом помощи, оказываемой истцу умершим отцом, и доходами его матери, выявив превышение вторых перед первыми, в ряде периодов равное соотношение доходов родителей Т.Е.Д., суд полагает, что отсутствуют основания для признания помощи Т.Д.А. постоянным и основным источником средств существования сына. Сам по себе факт родственных отношений, обучение истца по очной форме обучения, отсутствие дохода не свидетельствует о нахождении истца на иждивении отца.

При таких обстоятельствах суд, соглашаясь с позицией представителя ответчика, приходит к выводу, что убедительных и достоверных доказательств того, что при жизни Т.Д.А. взял на себя полную заботу о содержании сына, постоянно оказывал ему такое содержание, которое являлось бы достаточным для того, чтобы служить основным источником средств к существованию Т.Е.Д. не имеется, факт нахождения Т.Е.Д. на полном содержании у его отца, подтверждения не нашел, соответственно, оснований для назначения страховой пенсии по случаю потери кормильца нет.

Доводы истца, его представителя, что обязательства по кредитным договорам так и не были исполнены, по кредитам образовалась задолженность после смерти Т.Д.А., что по их мнению свидетельствует о том, что доход Т.Д.А. являлся основным доходом семьи Т., факт нахождения Т.Е.Д. на иждивении только Т.Д.А. не подтверждает. Более того, из представленных документов – договора уступки прав (требований) № от 27.04.2016 г., акта приема-передачи документов, подтверждающих права (требования) по кредитному договору от 27.04.2016 г. усматривается, что цессионарием по указанному договору уступки прав является именно Т.Е.Д., общая стоимость уступаемых прав по трем кредитным договорам от 26.12.2012 г., от 10.06.2013 г., от 01.08.2013 г. составила 111786 руб. 73 коп.

Истцом не представлено суду доказательств однозначно и достоверно свидетельствующих о том, что он находился на полном содержании своего отца или получал от него лично помощь, которая была для него постоянным и основным источником средств к существованию

Между тем, в силу присущего исковому виду судопроизводства начала диспозитивности, эффективность правосудия обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности процесса (статья 123 часть 3 Конституции РФ), стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений (ч.1 ст. 56 ГПК РФ), и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий.

Оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности, с учетом конкретных обстоятельств дела, суд приходит к выводу, что оснований для удовлетворения требований Т.Е.Д. о признании за ним права на пенсию по случаю потери кормильца, назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца в связи со смертью отца Т.Д.А. не имеется, поскольку решение комиссии по рассмотрению вопросов реализации пенсионных прав граждан об отказе в назначении страховой пенсии принято в строгом соответствии с пенсионным законодательством РФ, с учетом всех представленных в пенсионное дело документов.

Иные доводы истца в обосновании заявленного к ответчику иска о признании за ним права на пенсию и назначении ему страховой пенсии по случаю потери кормильца, так же не являются основанием для удовлетворения требований истца, поскольку не опровергают доводы ответчика.

При таких обстоятельствах суд считает исковые требования необоснованными и неподлежащими удовлетворению в полном объеме.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ,

Решил:

В удовлетворении исковых требований Т.Е.Д. к Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации (государственное учреждение) в городских округах Иваново, ФИО3 и Ивановском муниципальном районе Ивановской области о признании права на пенсию по случаю потери кормильца – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ивановский областной суд через Фрунзенский районный суд г. Иваново в течение 1 месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Судья:

Мотивированное решение изготовлено 20.02.2017 г.