Апелляционное определение № 33-1947/2025 33-21/2026 от 31 марта 2026 г.

Судья Бамбышев В.С. № 33-21/2026 (33-1947/2025)

(№ 2-315/2025)

УИД 30RS008-01-2025-000122-61


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Астрахань 1 апреля 2026 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Астраханского областного суда в составе:

председательствующего Поляковой К.В.,

судей областного суда Чурбаковой Е.Д., Торчинской С.М.,

при ведении протокола помощником судьи Улюмжановой А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Торчинской С.М. дело по апелляционной жалобе ответчика ФИО1 и его представителя ФИО2, апелляционной жалобе ФИО3 на решение Икрянинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу по иску ФИО4 к ФИО1 о возложении обязанности устранения нарушения градостроительных норм, сносе самовольных построек, восстановлении забора, возмещении ущерба, морального вреда и судебных издержек,

УСТАНОВИЛА:

ФИО4 обратился в суд с иском, указав, что в начале октября 2023 г., на своем земельном участке с кадастровым номером №, он возвел металлический 3-д забор, установленный на 11 металлических стойках для разделения границы с земельным участком ответчика ФИО1 с кадастровым номером №:34. ДД.ММ.ГГГГ он обнаружил, что ответчик демонтировал и сломал забор, срезав опоры забора в виде металлических труб, повредил секции 3-д сеток путем сваливания на землю. При этом пояснил, что несогласен с границей земельных участков. После проведения межевания земельного участка, были установлены правильные границы земельных участков, согласно которым деревянное строение - сарай ответчика расположен с захватом земельного участка истца вглубь в точке 1 на 14 см., в точке 2 на 26 см., в точке 3 на 29 см., в точке 4 на 6 см. Согласно заключению кадастрового инженера № от ДД.ММ.ГГГГ выявилось несоответствие фактических границ с данными Росреестра, а именно точка 1 смещена на 14 см., точка 2 на 26 см., точка 3 на 29 см., точка 4 на 6 см., точка 5 на 7 см., точка 8 на 42 см., точка 9 на 65 см., точка 11 на 3,52 метра в сторону земельного участка с кадастровым номером №. По заключению товароведческой экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ среднерыночная стоимость установки забора длиной 20 м. 25 см. составляет 38 895 руб. Ответчик всячески препятствует установлению смежной границы во внесудебном порядке, на досудебную претензию ответ от ответчика не поступил. Просил обязать ФИО1 за свой счет освободить земельный участок истца от расположенного на нем недвижимого имущества - деревянного строения - сарая, снести его и привести участок в первоначальное состояние. Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО4 стоимость расходов на восстановление забора в размере 38 895 рублей, моральный вред 100 000 рублей, расходы по оплате услуг кадастрового инженера в размере 5000 рублей, услуг эксперта в размере 6000 рублей, услуг представителя в размере 50 000 рублей, почтовые расходы в размере 172 рубля 80 копеек, расходы по оплате государственной пошлины в сумме 10002 рубля.

Решением Икрянинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ исковые требования ФИО4 удовлетворены частично: на ФИО1 возложена обязанность за свой счет освободить земельный участок истца (кадастровый номер №, площадью 839 кв.м.) от расположенного на нем недвижимого имущества - деревянного строения - сарая, снести его (кадастровый №) и привести участок в первоначальное состояние; с ответчика в пользу ФИО4 взысканы стоимость расходов на восстановление забора в размере 38 895 рублей, моральный вред 10 000 рублей, расходы по оплате услуг кадастрового инженера в размере 5000 рублей, услуг эксперта в размере 6000 рублей, услуг представителя в размере 50 000 рублей, почтовые расходы в размере 172 рубля 80 копеек, расходы по оплате государственной пошлины в сумме 10002 рубля.

В апелляционной жалобе ответчик ФИО1 ставит вопрос об отмене решения суда, считая его незаконным, необоснованным, вынесенным с нарушением норм процессуального права. Высказывает несогласие с выводом суда о том, что ответчик признал исковые требования, поскольку на протяжении всего судебного разбирательства факт захвата участка, иск не признавал и свою позицию не менял. Ссылаясь на материалы дела, указывает, что возможен частичный ремонт уже существующего ограждения, и объем демонтажа не превышает 1,53 м. Оставшиеся 18,47 метров ограждения не были демонтированы, а лишь деформированы, что не исключает их восстановление. Таким образом, выводы суда о размере ущерба, подлежащего взысканию, основаны на недостоверных и заведомо завышенных расчетах, игнорируют противоположные доказательства, в том числе данные, полученные в рамках процессуальной проверки, согласованные самим истцом. Выражает несогласие с заключением кадастрового инженера, отмечая, что данный документ не является результатом комплексной процедуры межевания, не сопровождается подготовкой межевого плана, не подписан сторонами, а также не внесен в реестр. Указывает, что кадастровым инженером проигнорировано наличие реестровой ошибки в сведениях Единого государственного реестра недвижимости (далее – ЕГРН). Согласно имеющимся материалам дела фактическое местоположение участка ответчика местности соответствует правоустанавливающим документам, в то время как участок истца отображен в ЕГРН с искажением координат. В результате технической ошибки при постановке участка истца на кадастровый учет его координаты были смещены в сторону смежного участка ответчика, что и стало формальной причиной выявленного пересечения. В отсутствие корректировки координат участка истца в ЕГРН любые выводы о наложении границ являются преждевременными, а в отсутствие заключения судебной землеустроительной экспертизы - недействительными. Одновременно указывает на письмо администрации МО «Икрянинский муниципальный район <адрес>» от ДД.ММ.ГГГГг., согласно которому реестровая ошибка в сведениях о смежных границах земельных участков сторон будет исправлена до ноября 2025 г.. Просит решение суда отменить, принять по делу новое решение, которым отказать в удовлетворении исковых требований.

В дополнении к апелляционной жалобе представитель ответчика по доверенности ФИО2 также указывает на непроведение судом землеустроительной экспертизы, утверждая, что представленное истцом заключение кадастрового инженера не может являться надлежащим и допустимым доказательством. Исковые требования основаны на реестровой ошибке в виде расхождения границ в ЕГРН и фактических границ именно на смежной границе участков сторон, установленной и исправленной решением суда: верная граница прилегает к границам строений сторон и смещена в сторону участка истца; строений принадлежащих ответчику полностью или частично находящихся на участке истца не имеется. Исковое заявление не содержит сведений о том, в каком количестве были повреждены трубы; в заявлении в правоохранительные органы истец указал 8 металлических труб, однако сначала было оценено 9 труб, а затем 8 труб, а затем была произведена оценка стоимости ремонта 11 металлических труб, а в подготовленном по заказу истца АНО «АЦЭ» заключение вновь оценено 8 труб. Качественные характеристики труб также различаются. Из материалов дела невозможно установить длину установленного забора, количество стоек и иных использованных материалов. Документальных доказательств приобретения строительных материалов, их доставки на земельный участок и установки забора истцом не представлено. Указанное препятствует установлению размера причиненного истцу вреда. Требования о компенсации морального вреда заявлены не обоснованно.

В апелляционной жалобе ФИО3 изложила доводы и описала обстоятельства, аналогичные содержащимся в жалобе ответчика, одновременно указывая на то, что состоит в зарегистрированном браке с ФИО1, земельный участок и построенный на нём объект недвижимости является их общей совместной собственностью. Указывает, что вынесение судебного акта в её отсутствие является грубым нарушением её имущественных прав и является основанием для безусловной отмены судебного решения в указанной части.

В возражениях на апелляционную жалобу ответчика ФИО1 представитель истца по доверенности ФИО5 указывает о законности и обоснованности принятого решения, просит оставить его без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В возражениях на апелляционную жалобу ФИО3 представитель истца по доверенности ФИО5 просит отказать в её принятии, указывая, что она подана ненадлежащим лицом.

Ответчик ФИО1 и его представитель ФИО2, а также ФИО3,. будучи извещенными о времени и месте судебного заседания, в судебное заседание не явились.

При этом ходатайство представителя ответчика по доверенности ФИО2, временно находящегося в <адрес>, об отложении судебного заседания на более позднюю дату с учетом возможности проведения судебного заседания с использованием системы видеоконференцсвязи через Куйбышевский районный суд <адрес>. Однако по сообщению Куйбышевского районного суда <адрес> проведение судебного заседания с использованием видеоконференцсвязи на базе Куйбышевского районного суда Санкт-Петербурга невозможно в связи с отсутствием документов о месте жительства участника процесса.

Согласно части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 22 марта 2011 г. № 435-0-0, статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает обязанность суда отложить разбирательство дела в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, в отношении которых отсутствуют сведения об их извещении, а также в случае неявки лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания, при признании причин их неявки уважительными. Уважительность причин неявки определяется судом на основании анализа фактических обстоятельств, поскольку предусмотреть все причины неявки, которые могут быть отнесены к числу уважительных, в виде исчерпывающего перечня в законе не представляется возможным. Данное полномочие суда, как и закрепленное статьей 118 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации право суда считать лицо в упомянутом в ней случае надлежаще извещенным, вытекает из принципа самостоятельности и независимости судебной власти; лишение суда этих полномочий приводило бы к невозможности выполнения стоящих перед ним задач по руководству процессом.

В силу положений части 1 статьи 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

Вместе с тем доказательств, свидетельствующих об уважительности причины неявки вышеуказанных лиц в судебное заседание, не представлено. То обстоятельство, что представитель ответчика находится за пределами <адрес>, не препятствовало ответчику заключить соглашение на участие в суде апелляционной инстанции с иным лицом.

Таким образом, участники процесса были надлежащим образом извещены о времени и месте судебного заседания и не представили суду доказательств, подтверждающих уважительность причин невозможности явиться в суд. При таких обстоятельствах, принимая во внимание, что реализация участниками гражданского процесса своих прав не должна нарушать права и охраняемые законом интересы других лиц, а также принимая во внимание необходимость соблюдения разумных сроков судопроизводства (статья 6.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), в соответствии со статьями 117, 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия полагает, что имеются основания для рассмотрения дела в отсутствие истца, надлежащим образом извещенного о дате, времени и месте судебного заседания.

По правилам части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия признала возможным рассмотреть дело по апелляционной жалобе стороны ответчика и по апелляционной жалобе лица не привлеченного к участию в деле, в отсутствие неявившихся участвующих в деле лиц, с учетом того, что о времени и месте судебного разбирательства были извещены, их неявка не препятствует рассмотрению апелляционной жалобы.

Заслушав докладчика, выслушав истца ФИО4 и его представителя ФИО5, возражавших против удовлетворения доводов апелляционных жалоб, проверив материалы дела, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно пункту 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

В соответствии с частью 1 статьи 15 Земельного Кодекса Российской Федерации, собственностью граждан и юридических лиц (частной собственность) являются земельные участки, приобретенные гражданами и юридическими лицами по основаниям, предусмотренным законодательством Российской Федерации.

Статья 25 Земельного Кодекса Российской Федерации предусматривает, что права на земельные участки возникают по основаниям, установленным гражданским законодательством, федеральными законами, и подлежат государственной регистрации в соответствии с Федеральным законом "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним".

Правоустанавливающими документами на землю, в соответствии со статьями 15, 26 Земельного Кодекса Российской Федерации, статьи 14 ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" являются помимо договоров купли-продажи, аренды земельного участка, также и свидетельство о государственной регистрации права собственности, аренды (в случае, когда требуется государственная регистрация договора аренды), которое выдается правообладателю.

В силу пункта 2 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают с момента регистрации прав на него, если иное не установлено законом.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ФИО4 является собственником земельного участка с кадастровым номером №, площадью 839 кв.м, категория земель - земли сельскохозяйственного назначения, вид разрешенного использования - садовый участок, расположенного по адресу: <адрес>, р.<адрес>, с/т «Судостроитель-3», участок №, дата присвоения кадастрового номера ДД.ММ.ГГГГ, ранее присвоенный условный №3003/0012006-305, что подтверждается выпиской из ЕГРН об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ. На земельном участке расположена баня с кадастровым номером №, площадью 24,5 кв.м., садовый дом с кадастровым номером №, площадью 53,1 кв.м.

В свою очередь ФИО1 является собственником земельного участка с кадастровым номером №, площадью 1459+/-13, категория земель -земли населенных пунктов, вид разрешенного использования - садоводство и огородничество, расположенного по адресу: <адрес>, р.<адрес>, с/т «Судостроитель-3», уч. 23, дата присвоения кадастрового номера ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ за №КУВИ-001/2025-131503614. На земельном участке расположен жилой дом с кадастровым номером №, площадью 42 кв.м..

Земельные участки сторон с кадастровыми номерами 30№ и №, являются смежными.

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции пришел к выводу, что фактическая граница смежных земельных участков 24 и 23 с кадастровыми номерами № и № соответственно, расположенных по адресу: <адрес>, Садоводческое товарищество «Судостритель-3», не соответствует границе земельных участков, с данными Росреестра, а именно: имеется смещение в сторону земельного участка с кадастровым номером №. В остальной части граница земельных участков совпадает с установленными границами, согласно которым смежная граница состоит из прямой линии.

Деревянное строение-сарай ответчика, находящееся в точках 1-4 топографического плана, установлено с захватом территории земельного участка истца. В связи с тем, что в указанной части фактическая граница земельных участков не соответствует материалам межевания, суд пришел к выводу обязать ФИО1 перенести его, восстановив границу между земельными участками.

Однако судебная коллегия не может согласиться с данными выводами суда исходя из следующего.

На основании статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежит право владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие законам и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В соответствии со статьей 304 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Согласно части 1 статьи 263 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник земельного участка может возводить на нем здания и сооружения, осуществлять их перестройку или снос, разрешать строительство на своем участке другим лицам. Эти права осуществляются при условии соблюдения градостроительных и строительных норм и правил, а также требований о целевом назначении земельного участка (пункт 2 статьи 260).

Согласно пункту 1 статьи 60 Земельного кодекса Российской Федерации нарушенное право на земельный участок подлежит восстановлению в случаях: признания судом недействительным акта исполнительного органа государственной власти или акта органа местного самоуправления, повлекших за собой нарушение права на земельный участок; самовольного занятия земельного участка; в иных предусмотренных федеральными законами случаях.

В силу пункта 2 статьи 62 Земельного кодекса Российской Федерации на основании решения суда лицо, виновное в нарушении прав собственников земельных участков, землепользователей, землевладельцев и арендаторов земельных участков, может быть принуждено к исполнению обязанности в натуре (восстановлению плодородия почв, восстановлению земельных участков в прежних границах, возведению снесенных зданий, строений, сооружений или сносу незаконно возведенных зданий, строений, сооружений, восстановлению межевых и информационных знаков, устранению других земельных правонарушений и исполнению возникших обязательств).

В соответствии с пунктом 45 Постановление Пленума Верховного Суда РФ №10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 (ред. от 12.12.2023) "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", в силу статей 304, 305 Гражданского кодекса Российской Федерации иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение.

Как следует из решения Икрянинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, вступившего в законную силу, суд пришел к выводу, о необходимости исправления реестровой ошибки, внесении в ЕГРН сведения об описании местоположения границ земельных участков сторон с кадастровыми номерами 30:№ и № и устранении реестровой ошибки в местоположении границ указанных земельных участков, поскольку заключением эксперта были установлены реестровые ошибки, допущенные в ходе проведения комплексных кадастровых работ, как при определении координат поворотных точек земельного участка, принадлежащего истцу, так и земельного участка, принадлежащего ответчику, которая заключается в несоответствии длин линий границ земельного участка, сведения о которых содержатся в ЕГРН, длинам линий, указанным в исходном документе.

При этом суд принял во внимание заключение судебной землеустроительной экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой фактическое местоположение земельных участков с кадастровыми номерами № (участок №) и № (участок 24) экспертом определено. Общие фактические границы между исследуемыми земельными участками на местности присутствуют частично и закреплены либо контурами зданий и строений, расположенных на участках, либо металлическими колышками, по утверждению истца и ответчика, вбитые в землю ранее.

Экспертом установлено, что фактические границы и площади земельных участков с кадастровыми номерами 30№ и № не соответствуют первичным правоустанавливающим документам и сведениям, которые содержатся в ЕГРН. Данные несоответствия заключаются в том, что фактические границы и площади (с учетом общих фактических границ, установленных экспертом в соответствии правоустанавливающими документами) земельным участков с кадастровыми номерами № и № не соответствуют сведениям ЕГРН, а именно фактическая площадь земельного участка с кадастровым номером № составляет 1554 кв.м., площадь в сведениях ЕГРН - 1459 кв.м., расхождение - 95 кв.м.; фактическая площадь земельного участка с кадастровым номером №, составляет 1072 кв.м., площадь в сведениях в ЕГРН - 839 кв.м., расхождение 233 кв.м..

Разница в фактических площадях участков в сторону увеличения от сведений ЕГРН объясняется установкой ограждений не в соответствии со сведениями ЕГРН. Внешние фактические границы земельных участков № и № на севере, северо-западе и северо-востоке совпадают с границами этих же участков по сведениям, в пределах допустимой погрешности в определении координат характерных точек границ, согласно Методическим рекомендациям по проведению межевания объектов землеустройства, утвержденные Росземкадастром от ДД.ММ.ГГГГ (до 0,6 метра при контроле межевания). Расхождение границ от 0,07 до 0,42 метра.

При этом по юго-восточной и юго-западной границам земельных участков по сведениям из ЕГРН превышает допустимую погрешность (до 0,6 метра) и составляет от 0,72 до 2,3 метра. Также экспертом выявлено полное несоответствие фактического местоположения металлических колышков, определяющих границы между участками, по мнению истца и ответчика, границам между участками, сведения о которых содержатся в ЕГРН. Разница между границами составляет от 0,54 и до 0,94 метра. Исходя из вышеизложенного, можно сделать вывод о несоответствии в целом местоположения фактических границ исследуемых земельных участков их границам, согласно актуальным сведениям из ЕГРН.

Фактические границы и площади с (учетом общих фактических границ, установленных экспертом в соответствии с правоустанавливающими документами) земельных участков с кадастровыми номерами № и № не соответствуют правоустанавливающим документам.

Несоответствия границ по факту и исходных границ установкой фактических ограждений не соответствии с документами, выданными в 1992 г. Синчихину и ФИО4 и заключается в следующем: на юго-западе и север-востоке фактические границы участков выдвинуты в сторону расширения (на северо-востоке-путем установки палисадников, на юго-западе-путем прибавления свободной земли).

По результатам сравнительного анализа экспертом установлено, что имеются пересечения фактических границ земельного участка с кадастровым номером 30:№ с север-западной стороны (согласно координатам характерных точек границ установленных на местности колышков) с границами по сведениям ЕГРН земельного участка с кадастровым номером № Пересечения границ выявлены в точках 5-11, 28, 27. Площадь пересечения границ составляет 43,1 кв.м. Причиной пересечения границ являются реестровые ошибки в местоположении границ земельных участков с кадастровыми номерами № и №.

Имеются пересечения границ, установленных в соответствии со статьей 43, пункт 1.1 Федерального закона №ФЗ-218 (исходных границ) земельного участка с кадастровым номером № с северо-западной стороны с границами по сведениям ЕГРН земельного участка с кадастровым номером №. Пересечения границ выявлены в точках 17, 1-11, 28, 27. Площадь пересечения границ составляет 52,94 кв.м.. Причиной пересечения является ошибки в местоположении границ земельных участков с кадастровыми номерами № и №.

В результате анализа были выявлены незначительные пересечения фактических контуров строений, расположенных на земельном участке с кадастровым номером № со смежной границей в ЕГРН земельных участков с кадастровым номером № и №.

Фактические контура строений пересекаются с границами земельных участков в ЕГРН в пределах от 0,1 до 0,08 метра (т.е. от 1 до 8 см.), что входит в предел погрешности, установленный при межевании земельных участков и уточнения контуров ОКС, согласно Приказу Росреестра от 23 октября 2020 г. №П/03 93 «Об утверждении требований к точности и методам определения координат характерных точек границ земельного участка, требований к точности и методам определения координат характерных точек контура здания, сооружения или объекта незавершенного строительства на земельном участке», в связи с чем можно говорить от отсутствии пересечения фактических контуров и строений с границами земельных участков в ЕГРН.

Экспертом выявлено, что в сведениях ЕГРН имеется реестровая ошибка в сведениях о местоположении границ земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>, р.<адрес>, с/т «Судостроитель-3», участок №, площадью 1459+/-13 кв.м., которая заключается в несоответствии длин линий границ земельного участка, сведения о которых содержатся в ЕГРН, длинам линий, указанным в исходных документах на участок.

Также экспертом определено местоположение границ земельного участка с кадастровым номером №34 в соответствии с требованиями Федерального закона №218-ФЗ от 13.05.2015 «О государственной регистрации недвижимости. Границы земельного участка с кадастровым номером 30№ (участок 23) устанавливались с учетом длин линий границ, указанных исходных документах, а именно: 10 метров по северной границе; 84 метра по западной границе, 84,5 метров по восточной границе и 10+22-22 метра по южной границе, а также с учетом фактического расположения имеющихся ограждений и объектов капитального строительства. Площадь участка после установления границы составила 1400 кв.м., то есть в полном соответствии с исходным документом.

Экспертом выявлено, что в сведениях ЕГРН имеется реестровая ошибка в сведениях о местоположении границ земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>, р.<адрес>, с/т «Судостроитель-3», участок 24, площадью 800+/-10 кв.м., которая заключается в несоответствии длин линий границ земельного участка, сведения о которых содержатся в ЕГРН, длинам линий, указанным в исходных документах на участок

Также экспертом определено местоположение границ земельного участка с кадастровым номером № в соответствии с требованиями пункта 1.1 статьи 43 Федерального закона №218-ФЗ от 13 мая 2015 г. «О государственной регистрации недвижимости.

Границы земельного участка с кадастровым номером 30№ (участок 24) устанавливались с учетом длин линий границ, указанных в исходном документе, а именно 9,93 метра по северной границе: 80 метров до западной границе и 9,20 и 3,5 метров по южной и юго-восточной границе, а также с учетом фактического расположения имеющихся ограждений и объектов капитального строительства (ОКС). Экспертом осуществлена координатная привязка к уточненным границам смежного с ним с северо-западной стороны земельного участка с кадастровым номером № (участок 25). Средняя квадратическая погрешность определения координат характерных точек границ составила, согласно Методическим рекомендациям по проведению межевания объектов землеустройства», утвержденным Роскомнадзором от ДД.ММ.ГГГГ, но не более 0,6 метра (при контроле межевания), а именно до 0,42 метра. Площадь участка после установления границ составила 800 кв.м., то есть в полном соответствии с исходным документом.

Таким образом, из экспертного заключения следует, что в отношении земельных участков с кадастровыми номерами 30:04:030203:34 и 30:04:030202:12 имеется реестровая ошибка, а именно в ЕГРН содержатся недостоверные сведения о площадях земельных участков по отношению к первичным правоустанавливающим документам, а также смежной границы. Представлен вариант исправления реестровой ошибки с учетом первичных правоустанавливающих документов сторон. Фактические границы между спорными земельными участками существуют с фасадной части земельных участков в точках 2 и 3 смежной границы. Наложение смежной границы между земельными участками начинается с 4 по 11 точки включительно.

Ходатайства о проведении по настоящему делу экспертизы не заявлено.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований истца в части возложения на ответчика обязанности по освобождению земельного участка от расположенного на нем деревянного строения – сарая, то есть его сносе и приведения земельного участка в первоначальной состояние. Фактические контура строений пересекаются с границами земельных участков в ЕГРН в пределах от 0,1 до 0,08 метра т.е. с 1 до 8 см.), что входит в предел погрешности, установленный при межевании земельных участков и уточнения контуров ОКС, согласно Приказу Росреестра от 23 октября 2020 г. №П/03 93 «Об утверждении требований к точности и методам определения координат характерных точек границ земельного участка, требований к точности и методам определения координат характерных точек контура здания, сооружения или объекта незавершенного строительства на земельном участке».

Оценив представленные доказательства, судебная коллегия приходит к выводу о длительности существования на местности границ смежных земельных участков истца и ответчика, в месте расположения сарая, наличии факта, несоответствия координат границ земельных участков по данным ЕГРН координатам земельных участков по фактически имеющимся границам. Стороны являются собственниками и пользователями смежных земельных участков, которые они приобрели в разное время и при наличии определенных границ, которые существовали на местности. При начале пользования земельными участками стороны не могли не видеть существующие границы, пользовались земельным участком в тех границах, которые существовали к тому моменту; каких-либо претензий по этому поводу друг к другу ранее рассмотрения дела в суде не предъявляли.

Каких-либо данных о том, что ответчиком самовольно изменялись границы, имевшиеся на местности на момент приобретения земельного участка, и производился самовольный захват и присоединение части соседнего земельного участка, принадлежащего в настоящее время истцу, ни в суд первой инстанции, ни в суд апелляционной инстанции не представлено, и не установлено.

Таким образом, исходя из установленной фактический границы смежных участков, оснований полагать, что строение ФИО1 (сарай) расположено в пределах границы земельного участка ФИО4, соответственно, в связи с этим подлежит сносу, переносу, демонтажу у суда первой инстанции не имелось.

Данный объект является объектом вспомогательного назначения, возведен в пределах принадлежащего ФИО1 на праве собственности земельного участка, имеющего назначение "садоводство и огородничество" и допускающего возведение на нем вспомогательных объектов.

Между тем, в силу части 3 статьи 17, частей 1, 2 статьи 19, частей 1, 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации, исходя из общеправового принципа справедливости, защита прав должна осуществляться на основе соразмерности и пропорциональности, с тем, чтобы был обеспечен баланс прав и законных интересов всех участников гражданского оборота. Из анализа положений статей 10, 12 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что применение избранного способа защиты гражданских прав должно быть наименее обременительным для ответчика и невозможно в случае причинения при этом несоразмерного вреда.

По смыслу действующего законодательства, снос постройки является крайней и исключительной мерой, применяемой в случае невозможности устранения нарушения прав иным способом.

В силу пункта 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения нарушенных прав, их судебной защиты.

Лицо, заявившее требования о сносе, должно доказать, что несоблюдение противопожарных, строительных, санитарно-эпидемиологических норм повлекло нарушение его права, и, что защита нарушенных прав иным способом, помимо сноса невозможна, поскольку избранный способ защиты всегда должен быть соразмерен допущенным нарушениям права.

Таких доказательств ФИО4 относительно постройки сарая не представлено.

Нарушения минимально допустимого расстояния между ранее выстроенным сараем и смежной границей земельного участка не могут быть приняты в качестве безусловных оснований для удовлетворения требований ФИО4 о сносе сарая, поскольку нарушения должны быть реальными, а не мнимыми, и должны соответствовать балансу интересов сторон. Допущенные нарушения не являются существенными, которые могут повлечь уничтожение постройки.

В связи с изложенным, суд апелляционной инстанции приходил к выводу о том, что иск ФИО4 не подлежит удовлетворению в части обязания ФИО1 освободить земельный участок от расположенного на нем деревянного строения – сарая, путем сноса и приведении участка в первоначальное состояние.

Что касается выводов суда в части удовлетворении требований ФИО4 к ФИО1 о возмещении расходов на восстановление забора, то судебная коллегия не может с ними не согласиться исходя из следующего.

В соответствии со статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется, в том числе путем возмещения убытков.

В силу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).

Согласно частям 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В судебном заседании установлено, что ФИО4 на территории своего земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>, садоводческое товарищество «Судостритель-3», участок 24, с юго-восточной стороны в начале октября 2023 г. возвел металлическое ограждение, установленное на 11 металлических стойках для разделения границы с земельным участком ответчика ФИО1, с кадастровым номером №. ДД.ММ.ГГГГ истец обнаружил, что ответчик демонтировал и сломал металлический забор, срезав опоры забора в виде металлических труб, повредил секции сеток путем сваливания на землю.

При этом, ответчик ФИО1 в суде первой инстанции не отрицал того обстоятельства, что он срезал частично часть ограждения.

По заключению товароведческой экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ среднерыночная стоимость работ по демонтажу и установке забора (20 м. 25 см.), расположенного по адресу: <адрес>, Садоводческое товарищество «Судостритель-3», участок 24, с учетом стоимости материалов, составляет 38 895 рублей.

Данное заключение экспертизы суд оценил в совокупности с иными имеющимися в деле доказательствами, как надлежащее, указав, что оно выполнено экспертом, имеющим соответствующее образование, квалификацию. Эксперт был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, при производстве экспертизы использовал общепринятые методики. Оснований не доверять выводам эксперта суд не усмотрел.

По общему правилу, каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основании своих требований и возражений (часть 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Исключением из общего правила является действие презумпций, которые освобождают одну из сторон от доказывания того или иного факта. Так, согласно пункту 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Суду не были представлены иные экспертные исследования, которые бы опровергали выводы судебного эксперта, либо иные доказательства, которые бы могли указывать на наличие противоречий, неточностей, ошибок, допущенных экспертом. Само по себе несогласие стороны ответчика с выводами эксперта, основанием для производства повторной экспертизы не являлось.

Суду апелляционной инстанции ходатайства о проведении повторной, дополнительной экспертиз также не заявлялись.

При таких обстоятельствах судебная коллегия не находит оснований для отмены судебного решения в данной части.

В силу статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Действующее законодательство не предполагает безусловного отказа в компенсации морального вреда лицу, которому физические или нравственные страдания были причинены в результате деяния, посягающего на имущественные права. При этом пострадавшие от посягательства на их имущественные права, по общему правилу, не освобождаются от бремени доказывания самого факта причинения морального вреда и обоснования размера денежной компенсации.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Пункт 14 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ, под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

С учетом обстоятельств дела, суд считает, что в действиях ответчика усматривается нарушение личных неимущественных прав истца, выраженных в посягательстве на неприкосновенность собственности истца, неприкосновенность частной жизни истца, в результате которых истец претерпевал нравственные страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) истца (чувства страха за свою жизнь, незащищенности частной жизни), а также переживания из-за необходимости несения значительных затрат на восстановительные работы.

Исходя из положений статей 151, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, оценивая конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнесения их с тяжестью причиненных потерпевшему нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учитывая заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что с ответчика подлежит взысканию в пользу истца компенсация морального вреда в размере 10 000 рублей, а требования истца в указанной части подлежат частичному удовлетворению.

Согласно части 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в частности, расходы на оплату услуг представителей; другие, признанные судом необходимыми расходы (статья 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" перечень судебных издержек, предусмотренный указанными кодексами, не является исчерпывающим.

Так, расходы, понесенные истцом в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости.

Согласно части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. №1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек (пункт 10).

Представленными истцом доказательствами подтверждаются расходы, которые понесены им в связи с оценкой ущерба в размере 6000 рублей, что подтверждается договором от ДД.ММ.ГГГГ на оказание услуг по определению рыночной стоимости объекта оценки, заключенного с АНО «Астраханский центр экспертизы», кассовым чеком от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 6 000 рублей. Также истец понес расходы на проведение кадастровых работ в размере 5000 рублей, что подтверждается договором № от ДД.ММ.ГГГГ и счетом оплаты № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 5000 рублей.

Указанные расходы являются необходимыми для реализации права на обращение в суд и подлежат взысканию с ответчика в пользу истца в полном объеме.

Из материалов дела следует, что при подаче иска истцом уплачена государственная пошлина в размере 10002 рубля, однако учитывая, что исковые требования фактически удовлетворены части, в его пользу подлежит взысканию 7000 рублей.

Для защиты нарушенного права истец обратился за юридической помощью и произвел оплату услуг представителя в размере 50000 рублей. Факт оказания услуг подтверждается договором от ДД.ММ.ГГГГ и актом приема передачи от ДД.ММ.ГГГГ

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 11 июля 2017 г. № 20-П, признание права на присуждение судебных расходов за лицом (стороной), в пользу которого состоялось судебное решение, соответствует принципу полноты судебной защиты, поскольку призвано восполнить такому лицу вновь возникшие и не обусловленные деятельностью самого этого лица потери, которые оно должно было понести в связи с необходимостью участия в судебном разбирательстве. Гражданское процессуальное законодательство при этом исходит из того, что критерием присуждения судебных расходов при вынесении решения является вывод суда о правомерности или неправомерности заявленного истцом требования.

Таким образом, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1 лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

В пункте 11 постановления Пленума от 21 января 2016 г. № 1 Верховный Суд Российской Федерации указал, что, разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

В целях обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон, суд вправе уменьшить размер судебных издержек, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2004 г. № 454-О, суд может снизить размер взыскиваемых судебных расходов лишь в том случае, если признает такие расходы чрезмерными в силу конкретных обстоятельств дела. Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации.

В силу пункта 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1 разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Правоотношения, возникающие в связи с договорным юридическим представительством, по общему правилу являются возмездными. При этом, определение (выбор) таких условий юридического представительства как стоимость и объем оказываемых услуг является правом доверителя (статьи 1, 421, 432, 779, 781 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Соответственно, при определении объема и стоимости юридических услуг в рамках гражданских правоотношений доверитель и поверенный законодательным пределом не ограничены.

Однако ни материально-правовой статус юридического представителя (адвокат, консультант и т.п.), ни согласованный доверителем и поверенным размер вознаграждения определяющего правового значения при разрешении вопроса о возмещении понесенных участником процесса судебных расходов не имеют.

В свою очередь, закрепляя правило о возмещении стороне понесенных расходов на оплату услуг представителя, процессуальный закон исходит из разумности таких расходов (статья 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В рассматриваемом правовом контексте разумность является оценочной категорией, определение пределов которой является исключительной прерогативой суда.

Оценивая обоснованность размера расходов по участию представителя истца в суде первой инстанции и по составлению процессуальных документов, судебная коллегия приходит к выводу, что в пользу истца с учетом объема оказанных услуг, фактического участия представителя в судебных разбирательствах, длительности рассмотрения дела следовало взыскать возмещение судебных расходов в размере 30 000 руб.

Из материалов гражданского дела и постановленного по нему решения следует, что земельный участок с кадастровым номером № расположенный по адресу: <адрес>, Садоводческое товарищество «Судостритель-3», участок 23, и строения на нем ФИО3 не принадлежит, снос забора установленного ФИО4 она не осуществляла.

В связи с чем судебная коллегия приходит к выводу о том, что оспариваемым судебным актом права и законные интересы ФИО3 не нарушены, а потому она не является лицом, наделенным правом апелляционного обжалования вышеуказанного решения.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 59 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 г. №16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», если при рассмотрении апелляционной жалобы лица, не привлеченного к участию в деле, будет установлено, что обжалуемым судебным постановлением не разрешен вопрос и правах и обязанностях этого лица, суд апелляционной инстанции на основании части 4 статьи 1 и пункта 4 статьи 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации выносит определение об оставлении апелляционной жалобы без рассмотрения по существу.

Поскольку принятым судом решением не разрешен вопрос о правах и обязанностях ФИО3, то её апелляционная жалоба подлежит оставлению без рассмотрения.

Иных оснований для отмены или изменения судебного решения не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Астраханского областного суда

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Икрянинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ отменить в части и принять по делу новое решение, которым в удовлетворении иска ФИО4 к ФИО1 о возложении обязанности освобождения земельного участка от расположенного на нем деревянного строения – сарая, путем сноса и приведении участка в первоначальное состояние отказать.

решение Икрянинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ изменить в части, снизив размер расходов на услуги представителя до 30000 рублей, взысканной государственной пошлины до 7000 рублей.

В остальной части решение Икрянинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ от ДД.ММ.ГГГГ оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 и его представителя по доверенности ФИО2 без удовлетворения.

Апелляционную жалобу ФИО3 на решение Икрянинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ оставить без рассмотрения.

Мотивированное апелляционное определение составлено ДД.ММ.ГГГГ

Председательствующий подпись К. В. Полякова

Судьи областного суда подпись Е. Д. Чурбакова

подпись С. М. Торчинская