Решение № 2-2/2019 2-2/2019(2-270/2018;)~М-227/2018 2-270/2018 М-227/2018 от 2 июля 2019 г. по делу № 2-2/2019

Дело № 2-2/2019


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г.Усть-Катав 03 июля 2019 года

Усть-Катавский городской суд Челябинской области в составе:

председательствующего Баранцевой Е.А.,

при секретаре Бабкиной О.А.,

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, ответчиков ФИО3, ФИО4, представителя ответчиков ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3, ФИО4 о возложении обязанности демонтировать самовольную постройку, соорудить систему снегозадержания и водоотведения, демонтировать окна жилого дома выходящие во двор истца,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3 с учетом уточнений о признании существующей надворной постройки, примыкающей к жилому дому № по <адрес> в <адрес> самовольным строением, признании данного пристроя не соответствующим 6 строительным, санитарным, техническим, противопожарным, градостроительным, земельным нормам, возложении на ответчика ФИО3 обязанности демонтировать данный пристрой или сооружении как компенсационного мероприятия во избежание пожара качественной противопожарной преграды, сооружении системы водоотведения и снегозадержания, демонтаже окон, выходящих во двор <адрес> в <адрес> или установке не открывающихся окон из непрозрачных стекол в течение 3-х месяцев со дня вступления решения в законную силу, взыскании судебных расходов.

В обоснование заявленных требований сослался на то, что является собственником жилого <адрес> в <адрес>. ФИО3 в 2011-м году на своем земельном участке без разрешительных документов соорудил пристрой к своему жилому дому из железнодорожных шпал, пропитанных креозотом, к указанному пристрою соорудил холодный пристрой. В пристрое из железнодорожных шпал сделал окно, выходящее к нему во двор. Ранее существующий холодный пристрой реконструирован в жилое помещение, в нем также выпилено окно. Также изменено покрытие крыши жилого дома с шифера на профнастил, в связи с чем, все атмосферные осадки попадают на его земельный участок, что создает угрозу жизни и здоровью. Все постройки и сооружения ФИО3 выполнил без привлечения специализированной организации. Жилой дом ответчика приблизился к его бане, которая существует с 1950 года, что нарушает его права. Органом местного самоуправления ФИО3 рекомендовано установить в окнах матовые непрозрачные стекла, однако он этого не сделал. ФИО3 нарушены требования СанПин 2.1.2.2645-1 и п. 2.3.1 СанПин 42-128-4690-88, п. 5.3.4 СП 30-102-99, СП 17.133330.2011, а также параметры строительства, определенные Правилами землепользования и застройки.

В судебном заседании истец ФИО1, его представитель ФИО2 на уточнённых исковых требованиях настаивали в полном объёме, просили их удовлетворить.

В судебном заседании ответчики ФИО3, ФИО4 их представитель ФИО5 исковые требования признали частично, пояснили, что они согласны соорудить систему водоотведения и снегозадержания. Не согласны демонтировать окна и пристрой, так как не представлено объективных доказательств нарушения прав собственника.

Третье лицо ФИО6 в судебное заседание не явилась, о дате и времени рассмотрения дела извещена.

Учитывая наличие сведений о надлежащем извещении третьего лица ФИО6, отсутствие сведений об уважительности причин ее неявки, суд считает возможным рассмотреть дело в ее отсутствие.

Заслушав лиц, участвующих в деле, свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд находит требования ФИО1 подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно части 1 статьи 3 Гражданского процессуального кодекса РФ (далее ГПК РФ) заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов самостоятельно определив способы их судебной защиты, соответствующие статье 12 Гражданского кодекса РФ.

В соответствии со ст. 304 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Согласно разъяснениям, данным в п.45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» в силу статей 304, 305 ГК РФ иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение. Такой иск подлежит удовлетворению и в том случае, когда истец докажет, что имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика.

При рассмотрении исков об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, путем возведения ответчиком здания, строения, сооружения суд устанавливает факт соблюдения градостроительных и строительных норм и правил при строительстве соответствующего объекта.

Несоблюдение, в том числе незначительное, градостроительных и строительных норм и правил при строительстве может являться основанием для удовлетворения заявленного иска, если при этом нарушается право собственности или законное владение истца (п. 46).

Удовлетворяя иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, суд вправе как запретить ответчику совершать определенные действия, так и обязать ответчика устранить последствия нарушения права истца (п. 47).

Согласно п.п.1 и 2 ст. 263 ГК РФ собственник земельного участка может возводить на нём здания и сооружения, осуществлять их перестройку или снос, разрешать строительство на своем участке другим лицам.

В силу статьи 42 Земельного кодекса Российской Федерации (далее - ЗК РФ) при использовании земельного участка его собственник обязан соблюдать требования градостроительных регламентов, строительных, санитарных, противопожарных и иных норм и нормативов.

В судебном заседании установлено, что истец ФИО1 является собственником жилого дома и земельного участка № по <адрес> на основании договора купли продажи от ДД.ММ.ГГГГ, постановления администрации города от ДД.ММ.ГГГГ №. Земельный участок имеет кадастровый № общей площадью 1121 кв.м. Жилой дом имеет кадастровый №, общей площадью 37.8 кв.м.

Ответчики ФИО3 и ФИО4 являются собственниками жилого дома и земельного участка № по <адрес> в <адрес>, на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 59-60), договора дарения доли жилого дома от ДД.ММ.ГГГГ (т. 2 л.д. 94-96), о чем в ЕГРП на недвижимое имущество и сделок с ним ДД.ММ.ГГГГ сделаны записи о регистрации №, ДД.ММ.ГГГГ сделаны записи о регистрации №. Жилой дом имеет кадастровый № площадью 48,0 кв.м., земельный участок общей площадью 621 кв.м. имеет кадастровый №.

Земельный участок площадью 1 121 кв.м. с кадастровым номером 74:39:0302014:3 является смежным по отношению к земельному участку площадью 621 кв.м. с кадастровым номером 74:39:0302014:31. Межевание участков проведено, споров по границе не имеется.

Истец, представители истца в ходе производства по делу поясняли, что возведением самовольной постройки на участке ответчика нарушается его права как смежного землепользователя, так как нарушаются его права на неприкосновенность частной жизни, так как из своих окон ответчик может видеть и слышать, что происходит на участке истца, имеет беспрепятственный доступ на участок истца. Также пристрой смонтирован из шпал, пропитанных креозотом, который наносит вред его здоровью, так как является опасным веществом. Кроме того, с дома ответчика на участок сходит снег, дождь, участок размывается, что является нарушением прав истца.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Негаторное требование, как один из способов защиты нарушенного вещного права, направлено на устранение препятствий правомочий титульного владельца в отношении принадлежащего ему имущества, а также на предотвращение реально существующей угрозы утраты или повреждения имущества со стороны третьих лиц. Однако, в любом случае такое требование должно быть разумным и соразмерным, обеспечивающим баланс прав и законных интересов обеих спорящих сторон. При этом, устранение последствий нарушений прав должно быть соразмерно самому нарушению и не может нарушать права лица, осуществившего такое строительство либо третьих лиц.

Таким образом, для удовлетворения исковых требований истцу надлежало доказать нарушение его прав, а также, что заявленные им требования соразмерны нарушенному праву и имеющиеся нарушения могут быть устранены лишь путем демонтажа нового пристроя, закладыванием оконных проёмов, и установления водостока и снегоудерживающих устройств.

Согласно ответа на запрос ФИО1 в администрацию УКГО от 29 июня 2017 года следует, что земельные участки <адрес> в <адрес> находятся в частной собственности. Владельцы жилого <адрес> в <адрес> разрешительные документы на реконструкцию жилого дома не получали. Расстояние от окон в пристрое, выходящих в сторону жилого <адрес> до хозяйственной постройки истца составляет 5,4 метра, а согласно СП 30-102-99, должно быть не менее 6,0 метров. Владельцам <адрес> направлено рекомендательное письмо об установке в окна пристроя, выходящих на сторону истца, матовых (непрозрачных) стекол.

Согласно акта проверки соблюдения земельного законодательства от 15 ноября 2010 года следует, что земельный участок № по <адрес> в <адрес> огорожен, на участке расположен жилой дом, баня, хозяйственные постройки. В ходе проверки нарушений законодательства не установлено.

Согласно ответа администрации УКГО на запрос ФИО3 о выдаче разрешения на строительство следует, что в выдаче разрешения отказано, так как отсутствуют необходимые документы.

Согласно заключению № 15 от 20 ноября 2018 года следует, что реконструкция жилого <адрес> в <адрес> выполнена ФИО3 без получения соответствующей разрешительной документации на принадлежащем ему участке на земельном участке зона В1. Реконструкция выполнена на месте существующей хозяйственной постройки, высота пристроя не превышает 13,6 м, застроенная площадь участка не превышает 49% от общей площади участка. ФИО3 рекомендовано выполнить технический паспорт здания и обследование жилого помещения на соответствие федеральным законам, после этого они не возражают о признании права собственности на реконструированный жилой дом.

В соответствии с подпунктом 5 пункта 3 статьи 8 Градостроительного кодекса Российской Федерации, подпунктом 26 пункта 1 статьи 16 Федерального закона от 6 октября 2003 N 131-ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" к вопросам местного значения городского округа относится выдача разрешений на строительство, реконструкцию и ввод в эксплуатацию объектов капитального строительства, расположенных на территории городского округа.

Согласно частям 1 и 2 статьи 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации разрешение на строительство представляет собой документ, подтверждающий соответствие проектной документации требованиям градостроительного плана земельного участка или проекту планировки территории и проекту межевания территории (в случае строительства, реконструкции линейных объектов) и дающий застройщику право осуществлять строительство, реконструкцию объектов капитального строительства, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Строительство, реконструкция объектов капитального строительства осуществляются на основании разрешения на строительство, за исключением случаев, предусмотренных настоящей статьей.

Уполномоченный публичный орган отказывает в выдаче разрешения на строительство при отсутствии документов, предусмотренных частями 7 и 9 статьи 51 Кодекса (часть 13 статьи 51 Градостроительного кодекса), либо их несоответствии требованиям закона.

По смыслу приведенных норм, уполномоченный публичный орган вправе отказать в выдаче разрешения на строительство (реконструкцию) только на основании правовых норм и обстоятельств, указанных в федеральном законе, начало проведения строительных работ либо само по себе проведение работ по реконструкции здания к таковым основаниям федеральным законодательством не отнесено.

Производство строительных работ без соответствующего разрешения управомоченного публичного органа влечет применение мер юридической ответственности, предусмотренных федеральным законом.

Таким образом, выводы истца и его представителя о том, что реконструируемый ответчиком объект капитального строительства имеет признаки самовольной постройки, не могут быть приняты судом во внимание, поскольку не соответствуют понятию самовольной постройки, закрепленному в ст. 222 Гражданского кодекса Российской Федерации, так как решение управомоченного органа об отказе в выдаче разрешения не содержат предусмотренных законом доказательств признания реконструируемого здания самовольной постройкой. Выводы истца основаны только на фактах отсутствия у ФИО3 разрешения на строительство (реконструкцию) здания, и отсутствие проектной и градостроительной документации до начала строительных работ по реконструкции здания. Тогда как самовольной постройкой в соответствии со ст. 222 ГК РФ является жилой дом, другое строение, сооружение или иное недвижимое имущество, созданное на земельном участке, не отведенном для этих целей в порядке, установленном законом и иными правовыми актами, либо созданное без получения на это необходимых разрешений или с существенным нарушением градостроительных и строительных норм и правил.

В подтверждение своих возражений ФИО3 представлены суду доказательства наличия у него зарегистрированного права на спорное жилое здание, введенное в эксплуатацию 1967 году в установленном законом порядке и земельный участок, приобретенный им по договору купли продажи от 22 июня 2010 года.

Кроме того истцом никаких доказательств того, что реконструкция здания ФИО3 начата с существенным нарушением градостроительных и строительных норм и правил, не представлено.

Следовательно требования истца о признании существующей надворной постройки, примыкающей к жилому дому № по <адрес> в <адрес> самовольным строением, признании данного пристроя не соответствующим строительным, санитарным, техническим, противопожарным, градостроительным, земельным нормам, удовлетворению не подлежат.

Из технического паспорта на индивидуальный жилой <адрес> в <адрес> следует, что окна в данном жилом доме, выходящие во двор домовладения № по <адрес> в <адрес> установлены глухими.

Согласно выводам эксперта ООО «Центр независимой оценки» ФИО14 от 20 сентября 2018 года № следует, что работы, произведенные в <адрес> по строительству пристроя с устройством в нем окна на сторону земельного участка № по <адрес> в <адрес>, не соответствуют градостроительным нормам, техническим и строительным нормам и правилам, противопожарным правилам по следующим критериям:

СП 30-102-99, Планировка и застройка территорий малоэтажного жилищного строительства: не выдержаны расстояния от вновь возведенного пристроя до границы соседнего участка (стоит на меже, должен отступать на Зм от нее). Не выдержано расстояние от окна пристроя до бани - 5,4м вместо как минимум 6м;

нарушено положение о неприкосновенности жилища и чужой собственности Конституции РФ. На участок № возможен самовольный доступ людей через распашные прозрачные окна <адрес> пристроя к нему, выходящие на участок №. Распашные окна с прозрачными стеклами на 1 этаже здания не являются знаками запрета пересечения территории;

нарушен СП 53.13330.2011 «Планировка и застройка территорий садоводческих (дачных) объединений граждан, здания и сооружения» Скат крыши <адрес>, осуществляется на территорию участка №, на глубину 60см от межи, следовательно, все стоки (объемом 18,7т воды в год) попадают на участок 58. Согласно СП 17.13330.2011 «Кровли», Следует выполнить систему водоотведения с отводом стоков с крыши за пределы участка № по <адрес> в <адрес>. Кроме того, следует выполнить снегозадерживающие устройства на северном склоне крыши <адрес>, чтобы добиться равномерного схода снега и тем самым защитить людей и имущество на участке № по <адрес> в <адрес>;

согласно СП 41-104-2000 Проектирование автономных источников теплоснабжения, по противопожарным требованиям,в новом пристрое к дому № по <адрес> в <адрес>, нельзя устраивать автономную котельную, т.к, бывшие в употреблении шпалы, из которых построены стены, являются пожароопасным материалом. Запрет на использование в качестве строительного материала железнодорожных шпал законодательно не закреплено в РФ, но в странах Европейского союза после исследования вреда креозота на здоровье человека, в 2003 году креозот был запрещен для применения в гражданском строительстве;

приказ МПР РФ № 511 «Об утверждении критериев отнесения опасных отходов к классу опасности для окружающей природной среды» относит пропитанные креозотом шпалы к 3 классу опасности;

согласно гигиенических нормативов ГЫ 1.1.725-98 "Перечень веществ, продуктов, производственных процессов, бытовых и природных факторов, канцерогенных для человека" (утв. Постановлением Главного государственного санитарного врача РФ от 23 декабря 1998 г. N 32, п. 3.1.15), креозот относится к потенциальным канцерогенам;

выделение вредных веществ из креозота в атмосферу начинается при температуре окружающей среды выше 20 град.С. Запах стойкий, токсичный, пахнет не только в доме, но и на улице, следовательно, жители <адрес> также вдыхают эти испарения;

для уменьшения запахов от пристроя <адрес> на участке № возможны 2 варианта: I, Снос пристроя 2. Выполнить качественную пароизоляцию стены из шпал воздухонепроницаемыми материалами с последующей наружной отделкой стены;

угрозы затопления (подтопления) надворных построек и жилого <адрес> в <адрес>, с крыши жилого <адрес> в <адрес> нет, имеется угроза подтопления земельного участка и двора, что затрудняет уход за растениями и создает неблагоприятные условия для сельхозработ. Следует выполнить систему водоотведения с отводом стоков с крыши за пределы участка № по <адрес> в <адрес>. Кроме того, следует выполнить снегозадерживающие устройства на северном склоне крыши <адрес>.

Согласно заключению эксперта ФГБУ «Судебно-экспертное учреждение федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория» по Челябинской области ФИО9 № от 03 июня 2019 года следует, что при строительстве пристроя к жилому дому, расположенному по адресу <адрес> в 2008 году противопожарное расстояние не нормировалось при суммарной площади застройки, включая не застроенную площадь между строениями на двух участках не более 800 м2, одновременно с этим не соблюдение противопожарного расстояния между пристроем жилого дома, расположенного по адресу <адрес>, баней, и жилым домом, расположенного по адресу <адрес>, может стать причиной распространения огня с одного строения на другое при возникновении пожара. Из ответа на вопрос один следует, что на момент строительства пристроя к жилому дому, расположенному по адресу: <адрес>, в 2008 году противопожарное расстояние не нормировалось при суммарной площади застройки, включая не застроенную площадь между строениями на двух участках не более 800 м2,

Не доверять заключению экспертов у суда нет оснований, так как эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Эксперты обладают достаточным уровнем квалификации, являются членами некоммерческого партнерства «Саморегулируемая межрегиональная ассоциация специалистов-оценщиков» имеют высшее профессиональное образование, ФИО14 имеет сертификат соответствия о наличии компетенции и соответствии требованиям системы сертификации для экспертов судебной экспертизы в области «Исследование строительных объектов и территории, функционально связанной с ними, в том числе с целью проведения их оценки», прошла соответствующее обучение 10 апреля 2009 года. ФИО9 имеет квалификационное свидетельство на предмет обследования объекта защиты, проведение расчетов по оценке пожарного риска, подготовки вывода о выполнении условий соответствия объекта защиты требованиям пожарной безопасности, и разработки мер по обеспечению выполнения условий, при которых объект защиты будет соответствовать требованиям пожарной безопасности, а также свидетельство на право самостоятельного производства судебных технических экспертиз «Анализация нарушений нормативных требований в области пожарной безопасности, прогнозирование и экспертное исследование их последствий». Прошел соответствующее обучение в 2016 и 2018 году.

Свидетели ФИО10, ФИО11, ФИО12 в судебном заседании подтвердили, что пристрой был возведен в 2008 году.

Свидетель ФИО13 в судебном заседании пояснила, что не помнит в каком году был возведен пристрой, но фотографии, имеющиеся в материалах дела, были сделаны, когда пристроя еще не было.

Иные доказательства в подтверждение своих доводов истцом не предоставлены.

В соответствии со ст. 17 Конституции Российской Федерации недопустимо нарушение прав и свобод одних лиц осуществлением прав и свобод других лиц. Способы защиты права должны быть соразмерны нарушению.

Учитывая изложенное, суд считает, что основания для удовлетворения требований истца о возложении на ответчика обязанности демонтировать пристрой или соорудить как компенсационное мероприятие во избежание пожара качественную противопожарную преграду, удовлетворению не подлежат, поскольку истцом не доказано, что избранный им способ устранения нарушения прав и законных интересов, путем проведения указанных мероприятий, обеспечивает баланс интересов сторон, соразмерен объему нарушенного права и не выходит за пределы действий, необходимых для его восстановления.

Указанные им требования не являются единственно возможным и необходимым способом, обеспечивающим защиту прав истца. За ФИО1 в случае предоставления надлежащих доказательств нарушения его прав, сохраняются иные способы защиты нарушенного права.

Кроме того, выводы эксперта ФИО14 о создании качественной пароизоляции стены из шпал воздухонепроницаемыми материалами с последующей наружной отделкой стены, не могут приняты судом во внимание, так как эксперт не обладает специальными познаниями в области экологии. Иных доказательств о вреде креозота для окружающей среды истцом не предоставлено.

При этом, требование ФИО1 о возложении на ответчика обязанности соорудить систему водоотведения и снегозадержания, и установить не открывающиеся окна из непрозрачных стекол, выходящие во двор <адрес> в <адрес> является законным и обоснованным и подлежащим удовлетворению. Заключением эксперта установлено, что нарушено положение о неприкосновенности жилища и чужой собственности Конституции РФ. На участок № возможен самовольный доступ людей через распашные прозрачные окна <адрес> пристроя к нему, выходящие на участок №. Распашные окна с прозрачными стеклами на 1 этаже здания не являются знаками запрета пересечения территории. Также имеется угроза подтопления земельного участка и двора, что затрудняет уход за растениями и создает неблагоприятные условия для сельхозработ.

Возложение судом соответствующей обязанности предполагает выполнение ее ответчиком за счет любых средств по своему усмотрению, осуществление указанного вида работ истцом невозможно.

В соответствии с требованиями ч. 2 ст. 206 ГПК РФ, учитывая время, предоставленное законом сторонам для обжалования судебного решения, а также объем работ, суд соглашается с предложенным истцом сроком выполнения работ - в течение трех месяцев со дня вступления решения суда в законную силу.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ст. 96 ч. 2 ГПК РФ.

Истцом при обращении в суд оплачена государственная пошлина в размере 1200 рублей, которая подлежит взысканию с ответчика частично в сумме 600 руб.

Кроме того истцом заявлены требования о взыскании расходов на производство экспертиз в сумме 16 000 руб. и 42 400 руб.

Несение расходов в указанном размере подтверждается представленными суду подлинными квитанциями.

Учитывая, что заключение эксперта ФИО14 ООО «Центр независимой оценки», заключение эксперта ФИО7 ФГБУ «Судебно-экспертное учреждение федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория» по Челябинской области, использовано в качестве доказательств по делу, с учетом частичного удовлетворения требований, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы в сумме 4800 рублей.

Истцом заявлено требования о взыскании расходов на оплату услуг представителя в сумме 24 000 руб.

В соответствии со ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по её письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Как разъясняется в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 АПК РФ). При неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (статьи 98, 100 ГПК РФ, статьи 111, 112 КАС РФ, статья 110 АПК РФ).

В пункте 13 данного Постановления ВС РФ указано, что разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле.

В подтверждение доводов о несении расходов на оплату услуг представителя в размере 24 000 рублей истцом ФИО1 представлены квитанции на общую сумму 24 000 руб.

С учётом указанного выше, принципа разумности пределов возмещения, сложности дела, подтвержденного материалами дела объема проделанной представителем истца ФИО2 работы по представлению интересов истца в суде первой инстанции, частичного удовлетворения исковых требований, суд считает необходимым взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 расходы на оказание услуг представителя в размере 7200 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л :

Исковые требования ФИО1 к ФИО3 о возложении обязанности демонтировать самовольную постройку, соорудить систему снегозадержания и водоотведения, демонтировать окна жилого дома выходящие во двор истца, удовлетворить частично.

Возложить на ФИО3 обязанность в течение трех месяцев со дня вступления решения суда в законную силу установить снегозадерживающие устройства на северном склоне крыши дома <адрес>.

Возложить на ФИО3 обязанность в течение трех месяцев со дня вступления решения суда в законную силу установить систему водоотведения с отводом стоков с крыши за пределы участка <адрес>.

Возложить на ФИО3 обязанность в течение трех месяцев со дня вступления решения суда в законную силу установить два глухих окна с непрозрачными стеклами в жилом доме <адрес>, выходящие во двор жилого дома <адрес>.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 судебные расходы на оплату экспертизы в сумме 4 800 руб., расходы на оплату услуг представителя в сумме 7 200 руб., расходы по оплате госпошлины в сумме 600 руб., а всего 12600 (Двенадцать тысяч шестьсот) руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в Судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда через Усть-Катавский городской суд.

Председательствующий подпись Е.А.Баранцева Решение не вступило в законную силу

Полное мотивированное решение изготовлено 8 июля 2019 года