Апелляционное постановление № 22-1438/2019 от 24 марта 2019 г. по делу № 22-1438/2019

Судья Мартышкин В.В. дело № 22-1438/2019


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Нижний Новгород 25 марта 2019 года

Нижегородский областной суд в составе председательствующего судьи Кострова А.В.

с участием прокурора второго апелляционного отдела прокуратуры Нижегородской области Меньшовой Т.Ю.,

лица, в отношении которого уголовное дело было прекращено, ФИО1,

защитника адвоката Смеловой А.С., представившего удостоверение №1962, ордер № 16066,

при секретаре судебного заседания Коротковой Н.В.

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении ФИО1 с апелляционным представлением государственного обвинителя Ерофеева И.А., возражениями лица, в отношении которого уголовное дело было прекращено, ФИО1, возражениями потерпевшего ФИО2 на данное апелляционное представление на постановление Арзамасского городского суда Нижегородской области от 24 января 2019 года, которым производство по уголовному делу в отношении

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, гражданина РФ,

по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст. 264 УК РФ, было прекращено в связи с примирением с потерпевшим на основании ст. 76 УК РФ, ст. 25 УПК РФ.

Мера пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменена.

Заслушав мнения участников процесса, изучив материалы уголовного дела, суд

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 органами предварительного расследования обвинялся в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст. 264 УК РФ, в нарушении лицом, управляющим другим механическим транспортным средством, правил дорожного движения, совершенном лицом, находящимся в состоянии опьянения, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека ДД.ММ.ГГГГ около <данные изъяты> часов <данные изъяты> минут у <адрес>.

Постановлением Арзамасского городского суда Нижегородской области от 24 января 2019 года производство по уголовному делу в отношении ФИО1 по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст. 264 УК РФ, было прекращено в связи с примирением с потерпевшим на основании ст. 76 УК РФ, ст. 25 УПК РФ.

Не согласившись с вынесенным постановлением, государственный обвинитель Ерофеев И.А. в своем апелляционном представлении указал, что данное постановление является незаконным, необоснованным и подлежит отмене в связи с грубым нарушением судом первой инстанции положений уголовного и уголовно-процессуального законов. Сославшись на положения уголовно-процессуального закона, правовые позиции Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, автор представления указал, что при принятии решения о прекращении уголовного дела в отношении ФИО1 суд учел, что ФИО1 не судим, обвиняется в совершении преступления, относящегося к категории средней тяжести, вину в совершении преступления признал в полном объеме, загладил причиненный вред, принес свои извинения потерпевшему, оказал материальную помощь при лечении потерпевшего, никаких претензий со стороны потерпевшего к ФИО1 не имеется. Также судом принято внимание то, что потерпевшим по рассматриваемому уголовному делу является брат ФИО1 По мнению государственного обвинителя, прекращая уголовное дело, суд должен исходить из убеждения о том, что лицо, в отношении которого принимается такое решение, перестало быть общественно опасным. Суд же, прекращая уголовное дело, не дал объективной оценки характеру общественной опасности произошедшего, а также его личности. ФИО1 инкриминировано, что он, находясь в состоянии алкогольного опьянения, управлял мотоциклом марки «<данные изъяты>» модели «<данные изъяты>», не имея права управления и водительского удостоверения на право управления транспортными средствами данной категории, не имея при себе регистрационных документов на данное транспортное средство, страхового полиса обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, не обеспечив пассажира мотошлемом, совершил дорожно-транспортное происшествие, в результате которого потерпевшему Р.Д.Е. были причинены телесные повреждения, повлекшие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Однако при принятии решения о прекращении уголовного дела судом не учтено, что основным объектом инкриминируемого преступления ФИО3 является безопасность движения и эксплуатации транспортных средств, а дополнительным объектом - жизнь, здоровье человека. Умышленное нарушение ФИО1 правил дорожного движения повлекло по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровья потерпевшего Р.Д.Е. Несмотря на неосторожный характер совершенного преступления, допущенные ФИО1 нарушения ПДД РФ, состоящие в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями, являются грубыми, что повышает общественную опасность содеянного. Помимо приведенных обстоятельств преступления, материалами дела установлено, что ФИО1 водительского удостоверения не имеет вообще и никогда не обучался этой деятельности. Из материалов уголовного дела также следует, что ФИО1 после того, как потерпевшего Р.Д.Е. на автомобиле скорой помощи увезли в больницу, покинул место совершения преступления, не дождавшись сотрудников ГИБДД, то есть скрылся с места происшествия. В результате ФИО1 был привлечен к административной ответственности. По мнению автора представления, посткриминальное поведение ФИО1 свидетельствует о его желании уклониться от ответственности за содеянное. Кроме того, как усматривается из материалов уголовного дела, в отношении ФИО1 дважды выносились обвинительные приговоры, а также прекращалось уголовное дело по нереабилитирующим основаниям. Юридически ФИО1 считается лицом, впервые совершившим преступление, однако целесообразность прекращения уголовного дела в отношении него судом не определена, в то время как вышеуказанные обстоятельства свидетельствуют о том, что он обладает устойчивостью противоправного поведения, и решение о прекращении дела при таких обстоятельствах не может соответствовать целям и назначению уголовного судопроизводства. Совокупность вышеуказанных обстоятельств указывает на повышенную общественную опасность как совершенного ФИО1 преступления, так и его личности. Государственный обвинитель также выражает несогласие с выводами суда о том, что при разрешении вопроса о возможности прекращении дела им учтено, что потерпевший является братом ФИО1, поскольку диспозиция ст. 264 УК РФ сформулирована безотносительно к тому, кто по делу является потерпевшим. Данное обстоятельство не имеет никакого значения для решения вопроса о привлечении к уголовной ответственности и ее смягчении. Судом не учтены данные обстоятельства должным образом, в постановлении не приведено доводов, согласно которым ФИО1 перестал быть общественно-опасным, что в свою очередь указывает на нецелесообразность освобождения его от уголовной ответственности. Кроме того, одним из оснований прекращения уголовного дела судом послужило то, что ФИО1 загладил причиненный вред, оказал материальную помощь на лечение потерпевшего. Вместе с тем, под заглаживанием вреда для целей статьи 76 УК РФ следует понимать возмещение ущерба, а также иные меры, направленные на восстановление нарушенных в результате преступления прав и законных интересов потерпевшего. Из постановления же суда нельзя сделать вывод, что ФИО1 совершил в реальности действия, направленные на заглаживание вреда и оказание материальной помощи на лечение потерпевшего, а если совершил, то в каком размере, поскольку в нем отсутствуют сведения о размере возмещения. Данное обстоятельство имеет существенное значение, поскольку суду надлежит оценить изменение степени общественной опасности лица, совершившего преступление, после заглаживания вреда и примирения с потерпевшим.

Вышеуказанные обстоятельства свидетельствуют о том, что при принятии решения о прекращении дела судом не оценено, будет ли такое решение соответствовать целям и задачам защиты прав и законных интересов личности, общества и государства, требованиям справедливости, целям правосудия. На основании изложенного автор представления просил обжалуемое постановление отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе суда.

В возражениях на апелляционное представление лицо, в отношении которого уголовное дело было прекращено, ФИО1 указал, что вынесенное постановление является законным и обоснованным, соответствующим нормам материального и процессуального права. Ссылка государственного обвинителя в апелляционном представлении на нормы законодательства является лишь подтверждением обстоятельств и условий, которые судом первой инстанций при вынесении постановления об освобождении от уголовной ответственности были учтены надлежащим образом. С доводом апелляционного представления о том, что суд при принятии решения не дал суждения о личности ФИО1 и общественном характере совершенного преступления, согласиться нельзя. В постановлении об освобождении от ответственности надлежащим образом указаны все обстоятельства, которые заслуживают внимания. А именно, что после совершенного преступления ФИО1 постоянно навещал потерпевшего в больнице, приносил ему продукты питания и покупал необходимые медикаменты для восстановления здоровья. После того, как потерпевший был выписан из больницы, ФИО1 полностью возместил ему причиненный моральный и материальный ущерб путем выплаты денежных средств, которыми потерпевший распорядился по своему усмотрению. На иждивении ФИО1 находятся двое малолетних детей, по месту жительства он характеризуется с положительной стороны, жалоб на него со стороны соседей и родственников не поступало, он проходил службу в рядах Российской армии, на учете у врачей нарколога и психиатра не состоит. Совершенное преступление вследствие отношения ФИО1 к содеянному, совокупности обстоятельств и действий, направленных на заглаживание вреда, больше не представляет опасности для общества и государства. Потерпевшим по делу является двоюродный брат ФИО1 - Р.Д.Е., между ними имеются крепкие родственные связи, они поддерживают теплые отношения. Факт того, что Р.Д.Е. пострадал в результате необдуманных действий ФИО1, для последнего уже является наказанием и уроком по жизни. С выводами государственного обвинителя о том, что поведение ФИО1 в указанной ситуации является посткриминальным, также нельзя согласиться. ФИО1 предпринял меры к восстановлению состояния здоровья брата, не уклонялся от ответственности за содеянное. Длительность направления уголовного дела в суд возникла вследствие того, что ФИО1 по указанному факту также привлечен и к административной ответственности. В данном случае затяжной характер расследования данного дела и направления его в суд связаны с ошибкой в принятии решений правоохранительными органами по указанной ситуации. Автор возражений также выразил несогласие с доводами государственного обвинителя о том, что суд первой инстанции при принятии решения не должен был учитывать факт близкого родства между ним и потерпевшим. Именно данное обстоятельство говорит о наличии исключительных фактов, которые должны быть положены в основу решения об освобождении ФИО1 от ответственности. ФИО1 не судим, преступление, по которому его освободили от ответственности, относится к категории средней тяжести, на его иждивении находятся двое малолетних детей, причиненный вред заглажен вследствие неоднократных визитов в больницу к брату, приобретения лекарств для его восстановлении и возмещения денежных средств. Волеизъявление потерпевшего Р.Д.Е. на прекращение уголовного дела прослеживается с момента его допроса в качестве потерпевшего, в ходе которого им было заявлено ходатайство о прекращении дела. На основании изложенного ФИО1 просил обжалуемое постановление оставить без изменения, а апелляционное представление государственного обвинителя без удовлетворения.

В возражениях на апелляционное представление потерпевший Р.Д.Е. также указал, что вынесенное постановление является законным и обоснованным, соответствующим нормам материального и процессуального права. Потерпевший отметил, что с момента его госпитализации ФИО1 постоянно навещал его в больнице, приносил ему продукты питания и приобретал за свой счет медикаменты, необходимые для его лечения. То, что указано государственным обвинителем в апелляционном представлении, потерпевший считает неверным. С момента вынесения постановления о признании его потерпевшим он заявлял органам предварительного расследования о том, что не желает привлекать ФИО1 к ответственности, поскольку последний возместил ему причиненный ущерб. Как личность ФИО1 характеризуется с положительной стороны: он прекрасный отец своих детей, жалоб на его поведение ни со стороны родственников, ни со стороны соседей не поступало. ФИО1 неоднократно говорил о своих переживаниях вследствие указанного события, в связи с чем потерпевший верил в то, что ФИО1 сделал выводы и раскаялся в содеянном. ФИО1 является двоюродным братом потерпевшего, между ними крепкие родственные связи, они поддерживают теплые отношения; с самого детства они росли вместе, потерпевший относится к ФИО1 как к родному старшему брату. Суд первой инстанции в обжалуемом постановлении надлежащим образом учел все обстоятельства, которые имеют значения при разрешении указанной ситуации. Когда Р.Д.Е. выписали из больницы, у него наступил восстановительный период, в указанный период ФИО1 также оказывал ему посильную помощь для восстановления его здоровья. ФИО1 полностью возместил потерпевшему причиненный моральный и материальный ущерб путем выплаты денежных средств, которыми потерпевший распорядился по своему усмотрению. Выводы государственного обвинителя о том, что суд не должен был учитывать наличие между ФИО1 и Р.Д.Е. родственных связей, а только лишь руководствоваться тем, что Р.Д.Е. является потерпевшим, автор возражений считает нецелесообразными. Автор возражений считает, что суд первой инстанции принял правильное решение, освободив ФИО1 от ответственности, в связи с чем просит обжалуемое постановление оставить без изменения, а апелляционное представление государственного обвинителя - без удовлетворения.

В заседании суда апелляционной инстанции прокурор Меньшова Т.Ю., поддержала доводы апелляционного представления и просила обжалуемое постановление отменить, уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе суда.

Лицо, в отношении которого уголовное дело было прекращено, ФИО1, его защитник адвокат Смелова А.С., просили обжалуемое постановление оставить без изменения, апелляционное представление – без удовлетворения.

Согласно ст. 389.9 УПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам, представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора, законность и обоснованность иного решения суда первой инстанции.

В соответствии со ст. 25 УПК РФ суд вправе на основании заявления потерпевшего или его законного представителя прекратить уголовное дело в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления небольшой или средней тяжести, в случаях, предусмотренных статьей 76 УК РФ, если это лицо примирилось с потерпевшим и загладило причиненный ему вред.

В соответствии со ст. 76 УК РФ лицо, впервые совершившее преступление небольшой или средней тяжести, может быть освобождено от уголовной ответственности, если оно примирилось с потерпевшим и загладило причиненный потерпевшему вред.

Суд апелляционной инстанции констатирует, что в ходе заседания суда первой инстанции потерпевший Р.Д.Е. заявил ходатайство о прекращении уголовного дела в отношении ФИО1 в связи с примирением с подсудимым, пояснив при этом, что они примирились, ФИО1 полностью возместил ему причиненный вред, принес извинения, оказал материальную помощь на его лечение; ФИО1 он простил и претензий к нему не имеет. Подсудимый ФИО1 поддержал ходатайство потерпевшего и также просил прекратить уголовное дело в связи с примирением сторон, о чем заявил соответствующее ходатайство. Защитник адвокат Галкина Е.В. в судебном заседании также просила уголовное дело в отношении ФИО1 прекратить в связи с примирением с потерпевшим. Государственный обвинитель Ерофеев И.А возражал против прекращения уголовного дела в отношении ФИО1 в связи с примирением сторон.

По смыслу ст. 76 УК РФ институт примирения с потерпевшим ориентирован на защиту частных интересов физических или юридических лиц, которым преступлением причинен физический ущерб, имущественный или моральный вред.

Вместе с тем прекращая уголовное дело по ходатайству потерпевшего, суд не дал оценку тому обстоятельству, что преступление, в совершении которого обвинялся ФИО1, посягает на публичные интересы, и основным (непосредственным) объектом этого правонарушения является безопасность дорожного движения и эксплуатации транспортных средств. Также суд не учел, что волеизъявление потерпевшего и подсудимого, пришедших к примирению, заглаживание причиненного вреда не влекут безусловного принятия решения о прекращении дела, а представляют собой лишь условия, соблюдение которых позволит принять решение о прекращении дела, так как закон лишь наделяет их таким правом, а не обязывает к этому (ст. 25 УПК РФ).

Прекращая уголовное дело в отношении ФИО1, суд, по существу, исходил лишь из формальных оснований и условий прекращения дела и не принял во внимание требование закона, согласно которому меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения, личности виновного (ч. 1 ст. 6 УК РФ).

Как установили органы расследования, ФИО1 управлял мотоциклом без регистрационных знаков, не имея права управления и водительского удостоверения, не обладая соответствующими навыками управления, будучи в состоянии алкогольного опьянения, скрылся с места происшествия.

В соответствии с положениями ст. 25 УПК РФ суд вправе на основании заявления потерпевшего или его законного представителя прекратить уголовное дело в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления небольшой или средней тяжести, в случаях, предусмотренных ст. 76 УК РФ, если это лицо примирилось с потерпевшим и загладило причиненный ему вред.

В пп. 9 - 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 июня 2013 года № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности» разъяснено, что освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим возможно при выполнении двух условий: примирения лица, совершившего преступление, с потерпевшим и заглаживания причиненного ему вреда. Под заглаживанием вреда следует понимать возмещение ущерба, а также иные меры, направленные на восстановление нарушенных в результате преступления прав и законных интересов потерпевшего. Способы заглаживания вреда, которые должны носить законный характер и не ущемлять права третьих лиц, а также размер его возмещения определяются потерпевшим.

В материалах уголовного дела имеется заявление потерпевшего Р.Д.Е., в котором он просит прекратить уголовное дело в отношении ФИО1. в связи с примирением, так как ему возмещен причиненный вред (т. 2 л.д. 31). Из протокола судебного заседания видно, что потерпевший Р.Д.Е. поддержал свое ходатайство и заявил, что моральных и материальных претензий к подсудимому не имеет, так как они примирились, подсудимый принес свои извинения, претензий не имеет. Также сообщил, что подсудимый оказал материальную помощь на лечение и подарил велосипед.

Из описательно-мотивировочной части постановления следует, что суд, выслушав мнение участников судебного разбирательства, проверив представленные материалы, считает, что подсудимый ФИО1 в силу ст. 76 УК РФ может быть освобожден от уголовной ответственности, поскольку он является лицом, ранее не судимым, вину признал, примирился с потерпевшим, принес свои извинения, оказал материальную помощь на лечение Р.Д.Е.. Также принято во внимание, что подсудимый приходится братом потерпевшего, имеет двоих малолетних детей, характеризуется удовлетворительно, за последний год к административной ответственности не привлекался, проходил службу в армии, на учете у психиатра и нарколога не состоит.

Между тем, исчерпывающих данных о том, каким образом и в каком размере подсудимый ФИО1 возместил потерпевшему причиненный вред, материалы уголовного дела не содержат. Из протокола судебного заседания следует, что указанные вопросы судом не выяснялись. Суд не выяснил, какие действия были предприняты, чтобы загладить причиненный материальный вред, связанный с лечением. Как соотносится объем оказанной потерпевшему материальной помощи с размером причиненного преступлением ущерба и морального вреда. Кроме того, в апелляционной инстанции ФИО1 сообщил, что велосипеда потерпевшему не дарил.

Учитывая требования ст. 25 УПК РФ и ст. 76 УК РФ при принятии решения о прекращении уголовного дела в связи с примирением лица, совершившего преступление, с потерпевшим суду надлежало всесторонне исследовать характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности подсудимого, иные обстоятельства дела, касающиеся наличия оснований для прекращения уголовного дела, а именно каким образом был заглажен причиненный потерпевшему вред, какие конкретные действия были для этого предприняты виновным лицом. Также суд должен установить добровольность волеизъявления потерпевшего при заявлении ходатайства о прекращении уголовного дела в связи с примирением и отсутствие у него претензий к подсудимому.

Согласно п. 21 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ судам необходимо разъяснять лицу его право возражать против прекращения уголовного дела по указанным основаниям (п. 15 ч. 4 ст. 47 УПК РФ) и юридические последствия прекращения уголовного дела.

Между тем, из протокола судебного заседания видно, что конкретные правовые последствия прекращения уголовного дела в связи с примирением участникам процесса не разъяснялись.

Кроме того, суд в своем постановлении указал, что учитывает характер и степень общественной опасности преступления, в котором обвиняется ФИО1, личность подсудимого, а также соответствует ли прекращение уголовного дела целям и задачам защиты прав и законным интересов потерпевшего, общества и государства.

Апелляционная инстанция считает, что судом в полной мере не приняты во внимание как характер допущенных ФИО1 нарушений правил дорожного движения, так и степень общественной опасности содеянного. Также судом, не дана оценка, соответствует ли прекращение уголовного дела целям и задачам защиты прав и законных интересов личности, общества и государства.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.13; 389.20; 389.28 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Арзамасского городского суда Нижегородской области от 24 января 2019 года, которым производство по уголовному делу в отношении ФИО1, по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст. 264 УК РФ, было прекращено в связи с примирением с потерпевшим на основании ст. 76 УК РФ, ст. 25 УПК РФ в связи с примирением сторон - отменить, уголовное дело направить в тот же суд на новое судебное рассмотрение в ином составе суда, удовлетворив представление прокурора.

Председательствующий: