Апелляционное определение № 33-717/2026 от 12 февраля 2026 г.

Председательствующий: Курсевич А.И. Дело № 33-717/2026

№ 2-893/2022 (13-1095/2025)

УИД: 55RS0003-01-2021-003166-11


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

13 февраля 2026 года город Омск

Судья Омского областного суда Кирилюк З.Л., рассмотрела дело по частной жалобе ФИО1 на определение Ленинского районного суда города Омска от 29 сентября 2025 года, которым постановлено:

«Произвести замену стороны взыскателя общества с ограниченной ответственностью «Сетелем Банк» по гражданскому делу № <...> по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Сетелем Банк» к ФИО1, ФИО2 о взыскании задолженности по кредитному договору, обращении взыскания на заложенное имущество в части взыскания задолженности с должника ФИО1 на его правопреемника – индивидуального предпринимателя ФИО3 (ИНН <...>).

Выдать индивидуальному предпринимателю ФИО3 (ИНН <...>) дубликат исполнительного листа по гражданскому делу № <...> по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Сетелем Банк» к ФИО1, ФИО2 о взыскании задолженности по кредитному договору, обращении взыскания на заложенное имущество в части взыскания задолженности с должника ФИО1.

Исполнительный лист серии ФС № <...>, выданный 18.07.2022 года Ленинским районным судом г. Омска по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Сетелем Банк» к ФИО1, ФИО2 о взыскании задолженности по кредитному договору, обращении взыскания на заложенное имущество в части взыскания задолженности с должника ФИО1 признать недействительным»,

установил:

решением Ленинского районного суда г. Омска от 07 июня 2022 года исковые требования ООО «Сетелем Банк» к ФИО1, ФИО2 удовлетворены, с ФИО1 в пользу ООО «Сетелем Банк» взыскана задолженность по кредитному договору № <...> от 23 сентября 2020 года по состоянию на 03 июня 2022 года в размере 807 638,46 рублей, а также расходы по оплате государственной пошлины в сумме 17 276,00 рублей. Обращено взыскание на принадлежащее ФИО2 заложенное имущество - автотранспортное средство «<...>» путем продажи с публичных торгов.

25 июня 2025 года ИП ФИО3 обратился в суд с заявлением о процессуальном правопреемстве по вышеуказанному гражданскому делу, выдаче дубликата исполнительного документа, восстановлении срока на его предъявление, в обоснование указав, что на основании договора уступки прав (требований) № <...> от 14 мая 2025 года к нему перешло право требования задолженности к ФИО1 по кредитному договору № <...> от 23 сентября 2020 года. При заключении договора цессии исполнительный лист по гражданскому делу № <...> ему передан не был.

Просил произвести процессуальное правопреемство по гражданскому делу № <...>, заменив взыскателя ООО «Сетелем Банк» на ИП ФИО3, выдать дубликат исполнительного листа по вышеуказанному гражданскому делу, восстановить срок для предъявления исполнительного документа к исполнению.

Заявитель ИП ФИО3, заинтересованные лица <...> в судебном заседании участия не принимали, извещены надлежащим образом.

Судом постановлено изложенное выше определение.

В частной жалобе ФИО1 просит определение суда отменить, ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм процессуального права, выразившееся в ненадлежащем извещении его о дате и времени рассмотрения заявления. Выражает несогласие с выводом суда о наличии правовых оснований для выдачи дубликата исполнительного листа. Полагает, что представленные заявителем договоры цессии, не являются достаточным доказательством перехода прав требования. Более того, он не был уведомлен о последовательной двукратной уступке прав. Судом не была исследована правоспособность и лицензирование деятельности всех участников цепочки цессий, что является основанием для возникновения сомнений в законности такой сделки.

В отзыве на частную жалобу ФИО1 ИП ФИО3 просит определение Ленинского районного суда г. Омска от 29 сентября 2025 года оставить без изменения, частную жлобу – без удовлетворения.

Частная жалоба рассмотрена по правилам частей 3, 4 статьи 333 ГПК Российской Федерации в редакции, действующей с 01 января 2026 года (на момент принятия частной жалобы и назначения к рассмотрению), судьей единолично без извещения лиц, участвующих в деле, и без проведения судебного заседания.

Проверив законность и обоснованность определения суда в пределах доводов частной жалобы в соответствии с частью 1 статьи 327.1 ГПК Российской Федерации, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции.

На основании ч. 1 ст. 428 ГПК Российской Федерации исполнительный лист выдается судом взыскателю после вступления судебного постановления в законную силу, за исключением случаев немедленного исполнения, если исполнительный лист выдается немедленно после принятия судебного постановления. Исполнительный лист выдается по заявлению взыскателя и по его ходатайству направляется для исполнения непосредственно судом.

В соответствии с ч. 1 ст. 21 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее - Закон об исполнительном производстве) исполнительные листы, выдаваемые на основании судебных актов, за исключением исполнительных листов, указанных в чч. 2, 4 и 7 данной статьи, могут быть предъявлены к исполнению в течение трех лет со дня вступления судебного акта в законную силу.

В силу пункта 1 части 1 статьи 22 Закона об исполнительном производстве срок предъявления исполнительного документа к исполнению прерывается предъявлением исполнительного документа к исполнению.

После перерыва течение срока предъявления исполнительного документа к исполнению возобновляется. Время, истекшее до прерывания срока, в новый срок не засчитывается (часть 2 статьи 22 Закона об исполнительном производстве).

Согласно ч. 2 ст. 12 Закона об исполнительном производстве, в случае утраты подлинника исполнительного документа основанием для исполнения является его дубликат, выдаваемый в установленном порядке судом, другим органом или должностным лицом, принявшим соответствующий акт.

Аналогичные положения содержатся в ст. 430 ГПК Российской Федерации, предусматривающей, что в случае утраты подлинника исполнительного листа или судебного приказа (исполнительных документов) суд, принявший решение, вынесший судебный приказ, может выдать по заявлению взыскателя или судебного пристава-исполнителя дубликаты исполнительных документов.

При этом, в соответствии с ч. 2 названной статьи, заявление о выдаче дубликата исполнительного документа может быть подано в суд до истечения срока, установленного для предъявления исполнительного документа к исполнению, за исключением случаев, если исполнительный документ был утрачен судебным приставом-исполнителем или другим осуществляющим исполнение лицом и взыскателю стало об этом известно после истечения срока, установленного для предъявления исполнительного документа к исполнению. В этих случаях заявление о выдаче дубликата исполнительного документа может быть подано в суд в течение месяца со дня, когда взыскателю стало известно об утрате исполнительного документа.

Таким образом, по смыслу приведенных норм, дубликат исполнительного листа выдается в случае, если заявление подано до истечения установленных сроков; если доказана утрата исполнительного листа; если судебный акт, на основании которого выдавался исполнительный лист, не исполнен. По истечении срока дубликат может быть выдан, если исполнительный документ был утрачен судебным приставом-исполнителем или другим осуществляющим исполнение лицом и взыскателю стало об этом известно после истечения срока, установленного для предъявления исполнительного документа к исполнению. При этом заявление о выдаче дубликата исполнительного документа может быть подано в суд в течение месяца со дня, когда взыскателю стало известно об утрате исполнительного документа.

Согласно ч. 1 ст. 432 ГПК Российской Федерации срок предъявления исполнительного документа к исполнению прерывается предъявлением его к исполнению, если федеральным законом не установлено иное, а также частичным исполнением должником судебного постановления.

Аналогичные правила содержатся в ч. 2 ст. 22 Закона об исполнительном производстве, из которой следует, что после перерыва течение срока предъявления исполнительного документа к исполнению возобновляется. Время, истекшее до прерывания срока в новый срок не засчитывается. Взыскателям, пропустившим срок предъявления исполнительного документа к исполнению по причинам, признанным судом уважительными, пропущенный срок может быть восстановлен, если федеральным законом не установлено иное (ч. 2 ст. 432 ГПК Российской Федерации). Аналогичные положения содержатся в ст. 23 Закона об исполнительном производстве.

Заявление о восстановлении пропущенного процессуального срока подается в суд, в котором надлежало совершить процессуальное действие. В заявлении указываются причины пропуска процессуального срока, к заявлению прилагаются документы или иные доказательства, подтверждающие уважительность этих причин (ч. 2 ст. 112 ГПК Российской Федерации).

Из приведенных положений Закона следует, что основанием для выдачи дубликата исполнительного листа является факт утраты его подлинника, а основанием для удовлетворения заявления взыскателя о восстановлении срока предъявления исполнительного листа к исполнению - уважительные причины, в силу которых взыскатель объективно не мог предъявить исполнительный лист к исполнению в установленный законом срок.

Согласно части 1 статьи 44 ГПК Российской Федерации в случае выбытия одной из сторон в спорном или установленном решением суда правоотношении (смерть гражданина, реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга и другие случаи перемены лиц в обязательствах) суд допускает замену этой стороны правопреемником. Правопреемство возможно на любой стадии гражданского судопроизводства.

Аналогичные положения содержатся в ст. 52 Закона об исполнительном производстве.

В силу приведенных правовых норм в случае выбытия взыскателя или должника в исполнительном производстве, возбужденном на основании выданного судом исполнительного документа (смерть гражданина, реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга и другие случаи перемены лиц в правоотношениях), вопрос о правопреемстве подлежит разрешению судом.

В силу разъяснений пункта 35 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 ГК Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», осуществляя процессуальное правопреемство на стадии исполнения судебного акта, суд производит замену цедента цессионарием по заявлению или с согласия последнего в той части, в которой судебный акт не исполнен. Если истек срок для предъявления исполнительного листа к исполнению, суд производит замену только в случае восстановления срока на предъявления исполнительного листа к исполнению (статьи 23, 52 Федерального закона от 02 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве»).

Основой процессуального правопреемства является правопреемство, предусмотренное нормами материального права.

Согласно частям 1, 2 ст. 382 ГК Российской Федерации право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

В соответствии со статьей 388 ГК Российской Федерации уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону. Не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

Уступка требования, основанного на сделке, совершенной в простой письменной или нотариальной форме, должна быть совершена в соответствующей письменной форме.

Как установлено судом и следует из материалов дела, решением Ленинского районного суда г. Омска от 07 июня 2022 года исковые требования ООО «Сетелем Банк» к ФИО1, ФИО2 удовлетворены, с ФИО1 в пользу ООО «Сетелем Банк» взыскана задолженность по кредитному договору № <...> от 23 сентября 2020 года по состоянию на 03 июня 2022 года в размере 807 638,46 рублей, из которых: основной долг – 784 793,77 рублей, сумма процентов за пользование кредитом –22 844,69 рублей, а также расходы по оплате государственной пошлины в сумме 17 276,00 рублей. Обращено взыскание на принадлежащее ФИО2 заложенное имущество - автотранспортное средство «<...>» путем продажи с публичных торгов (том 2 л.д. 85-89).

Решение вступило в законную силу 16 июля 2022 года.

На основании данного решения был выдан исполнительный лист ФС № <...>, возбуждено исполнительное производство № <...>-ИП, которое 22 июля 2024 года было окончено в связи с тем, что у должника отсутствует имущество, на которое может быть обращено взыскание, и все принятые судебным приставом-исполнителем допустимые законом меры по отысканию его имущества оказались безрезультатными (том 2 л.д. 159-160, 161).

Согласно почтовому реестру № <...> от 05 декабря 2024 года, постановление об окончании исполнительного производства № <...>-ИП, а также оригинал исполнительного документа направлены ОСП по Ленинскому АО г. Омска ГУФССП России по Омской области в адрес ООО «Сетелем Банк» (том 2 л.д. 163-165).

Из материалов дела также следует, что 09 декабря 2022 года ООО «Сетелем Банк» изменило наименование на ООО «Драйв Клик Банк», о чем внесена запись в ЕГРЮЛ.

Согласно справке о движении денежных средств по депозитному счету по исполнительному производству № <...>-ИП по состоянию на 31 июля 2025 года, взыскателю ООО «Драйв Клик Банк» перечислено 15 503,97 рублей (том 2 л.д. 175-176).

18 апреля 2025 года между ООО «Драйв Клик Банк» (цедент) и ООО «ПКО ТОР» (цессионарий) заключен договор уступки прав требования (цессии) № <...>, в соответствии с условиями которого цедент передаёт (уступает), а цессионарий принимает права требования к физическим лицам, имеющим просроченную задолженность перед цедентом, возникшие из кредитных договоров, заключенных между цедентом и должниками и перечисленных в Приложении № <...> к договору, в том объеме и на тех условиях, которые существуют на дату подписания Акта приема-передачи прав по форме Приложения № <...> к договору (том 2 л.д. 109-113).

Выпиской из Приложения № <...> к договору уступки прав требования (цессии) № <...> от 18 апреля 2025 года подтверждено, что цедентом переданы ООО «ПКО ТОР» требования к должнику ФИО1 по кредитному договору от 23 сентября 2020 года на сумму 792 377,28 рублей (том 2 л.д. 106).

14 мая 2025 года между ООО «ПКО ТОР» (цедент) и ИП ФИО3 (цессионарий) заключен договор уступки прав требования (цессии) № <...>, в соответствии с условиями которого цедент передаёт, а цессионарий принимает права требования по просроченным кредитам физических лиц, в объеме и на условиях, существующих к моменту перехода прав (том 2 л.д. 107-108).

Согласно пункту 4.1.1. названного договора, цедент обязуется в течение 7 рабочих дней с даты перехода прав требований, передать цессионарию оригиналы кредитной документации по уступленным правам (требованиям) и исполнительные документы.

Выпиской из Приложения № <...> к договору уступки прав требования (цессии) № <...> от 14 мая 2025 года подтверждено, что цедентом переданы ИП ФИО3 требования к должнику ФИО1 по кредитному договору от 23 сентября 2020 года на сумму 792 377,28 рублей (том 2 л.д. 105).

Из ответа ГУФССП России по Омской области от 15 июля 2025 года следует, что исполнительное производство № <...>-ИП, возбужденное 29 сентября 2022 года СПИ ОСП по ЛАО г. Омска в отношении должника ФИО1, окончено 22 июля 2024 года (том 2 л.д. 187, 188).

Согласно ответу ООО «Драйв Клик Банк» от 25 августа 2025 года, исполнительный документ ФС № <...> (о взыскании с ФИО1 кредитной задолженности) 09 сентября 2022 года был направлен банком в ОСП по ЛАО г. Омска для исполнения, до настоящего времени в банк не возвращался (том 2 л.д. 198).

Разрешая требования ИП ФИО3, суд первой инстанции, принимая во внимание, что заявителем подтвержден факт перехода права требования по обозначенному кредитному договору, задолженность до настоящего времени ФИО1 не погашена, установив, что срок для предъявления исполнительного документа к исполнению не пропущен, с учетом того, что материалами дела подтвержден факт утраты исполнительного документа, пришел к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения требований заявителя о процессуальном правопреемстве и выдаче дубликата исполнительного документа.

Суд апелляционной инстанции соглашается с указанными выводами суда первой инстанции и их правовым обоснованием.

Приведенные в частной жалобе ФИО1 доводы об отсутствии правовых оснований для выдачи дубликата исполнительного листа, подлежат отклонению, поскольку само по себе то обстоятельство, что срок для предъявления исполнительного листа к исполнению не пропущен, не свидетельствует об отсутствии правовых оснований для удовлетворения требований о выдаче дубликата исполнительного листа.

Напротив, как указывалось выше, по смыслу приведенных норм законодательства, дубликат исполнительного листа выдается в случае, если заявление подано до истечения установленных сроков; если доказана утрата исполнительного листа; если судебный акт, на основании которого выдавался исполнительный лист, не исполнен. После истечения срока, установленного для предъявления исполнительного документа к исполнению, только в течение месяца со дня, когда взыскателю стало известно об утрате исполнительного документа судебным приставом-исполнителем или другим осуществляющим исполнение лицом.

Учитывая, что в случае возвращения исполнительного документа взыскателю в связи с невозможностью его исполнения начинает течь новый трехгодичный срок предъявления исполнительного документа к исполнению, взыскатель может обратиться в суд в течение этого срока за выдачей дубликата исполнительного документа независимо от того, когда ему стало известно о его утрате судебным приставом-исполнителем.

Факт утраты исполнительного листа может подтверждаться любыми доказательствами, отвечающими требованиям относимости и достоверности, поскольку действующее законодательство не содержит положений, согласно которым факт утраты исполнительного листа подлежит доказыванию специальными средствами доказывания.

Учитывая, что исполнительное производство, возбужденное в отношении должника ФИО1 29 сентября 2022 года, окончено 22 июля 2024 года, исполнительный документ возвращен взыскателю в связи с невозможностью исполнения, то начинает течь новый трехгодичный срок предъявления исполнительного листа к исполнению. Заявление о выдаче дубликата исполнительного листа подано в суд 25 июня 2025 года (в течение трех лет после возвращения исполнительного документа взыскателю). Таким образом, срок предъявления исполнительного листа к исполнению не истек, поскольку последним днем предъявления исполнительного документа к исполнению является 22 июля 2027 года.

Иное толкование закона способствовало бы ограничению конституционного права заявителя на судебную защиту, неотъемлемой частью которого является право на исполнение судебного акта.

Установив факт утраты исполнительного документа, суд пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для удовлетворения заявления о выдаче дубликата исполнительного листа.

Иные оценка заявителем обстоятельств, составляющих основания для выдачи дубликата исполнительного листа, а также толкование норм права сами по себе не свидетельствует о нарушении судом первой инстанции норм материального права, и не являются достаточным основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Доводы частной жалобы о том, что представленные заявителем договоры цессии, не являются достаточным доказательством перехода прав требования, являются несостоятельными, поскольку суд, исследовав и оценив представленные заявителем договоры цессии, руководствуясь положениями действующего законодательства, правильно определил спорные правоотношения, с достаточной полнотой выяснил имеющие существенное значение для дела обстоятельства, установив, что право требования перешло к заявителю с момента подписания договора цессии, более того, были представлены доказательства оплаты стоимости передаваемых прав, что подтверждается представленными в материалы дела платежными поручениями (том 2 л.д. 114, 115).

Таким образом, представленные заявителем документы являются достаточными и исчерпывающими доказательствами перехода права требования от первоначального кредитора к новому кредитору.

Следует отметить, что в пункте 13 индивидуальных условий договора потребительского кредита № <...> от 23 сентября 2020 года своей собственноручной подписью ФИО1 выразил согласие на уступку кредитором полностью или частично прав требований по договору третьим лицам (том 1 л.д. 40-44).

Уступки прав требований состоялись 18 апреля 2025 года и 14 мая 2025 года после вынесения решения суда 07 июня 2022 года, права, перешедшие по договору уступки прав (требований) от банка к ООО «ПКО ТОР», а затем к ИП ФИО3, не относятся к числу банковских операций, указанных в ст. 5 Федерального закона от 02 декабря 1990 года № 395-1 «О банках и банковской деятельности», в связи с чем ссылки в частной жалобе на то, что районным судом не было исследовано лицензирование деятельности всех участников цепочки цессий, являются несостоятельными.

Доводы частной жалобы ФИО1 о не получении им уведомлений о последовательной двукратной уступке прав не свидетельствуют о незаконности оспариваемого судебного акта.

В соответствии с пунктом 3 статьи 382 ГК Российской Федерации и разъяснениями, изложенными в абзаце втором пункта 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 ноября 2016 г. № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» если должник не был уведомлен в письменной форме о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу, новый кредитор несет риск вызванных этим неблагоприятных для него последствий. Обязательство должника прекращается его исполнением первоначальному кредитору, произведенным до получения уведомления о переходе права к другому лицу. Как разъяснено в пункте 22 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, в соответствии с пунктом 3 статьи 382 ГК Российской Федерации исполнение, совершенное должником первоначальному кредитору до момента получения уведомления об уступке, считается предоставленным надлежащему лицу. В этом случае новый кредитор вправе требовать от первоначального кредитора передачи всего полученного от должника в счет уступленного требования и возмещения убытков в соответствии с условиями заключенного между ними договора (статьи 15, 309, 389.1, 393 ГК Российской Федерации).

Таким образом, из приведенных выше норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что неуведомление должника о перемене лица в обязательстве влечет наступление определенных правовых последствий для нового кредитора и не предполагает отказа судом в удовлетворении заявленных требований по такому основанию.

Кроме того, договоры уступки прав требований в установленном законом порядке не оспорены и недействительными не признаны.

Ссылки ФИО1 в частной жалобы на ненадлежащее извещение его о дате и времени рассмотрения заявления ИП ФИО3, подлежат отклонению, поскольку опровергаются материалами дела.

Согласно сведениям МВД России от 27 июня 2025 года, с <...> ФИО1 зарегистрирован по адресу: г. Омск, <...> (том 2 л.д. 124). Данный адрес в качестве места жительства указывался ФИО1 также в заявлении об отмене заочного решения (том 1 л.д. 174), и в частной жалобе (том 3 л.д. 10).

В судебном заседании 29 сентября 2025 года, в котором заявление ИП ФИО3 о процессуальном правопреемстве, выдачи дубликата исполнительного листа, восстановлении срока для предъявления исполнительного листа к исполнению, рассмотрено по существу, ФИО1 участия не принимал, судебное извещение о времени и месте рассмотрения заявления направлялось ему заказным письмом с уведомлением о вручении по адресу: г. Омск, <...>, которое возвращено в Ленинский районный суд г. Омска почтовым отделением связи в связи с истечением срока хранения (том 2 л.д. 195).

В судебном заседании 24 июля 2025 года ФИО1 участия также не принимал, был уведомлен по вышеуказанному адресу, о чем свидетельствует имеющийся в деле возвратный конверт (том 2 л.д. 142).

Следует отметить, что в рамках рассмотрения гражданского дела № <...> по указанному адресу ФИО1 также не получал судебную почтовую корреспонденцию, которая возвращалась в Ленинский районный суд г. Омска связи в связи с истечением срока хранения.

Согласно ч. 1 ст. 113 ГПК Российской Федерации лица, участвующие в деле извещаются или вызываются в суд заказным письмом с уведомлением о вручении, судебной повесткой с уведомлением о вручении, телефонограммой или телеграммой, по факсимильной связи либо с использованием иных средств связи и доставки, обеспечивающих фиксирование судебного извещения или вызова и его вручение адресату.

Согласно ч. 3 ст. 167 ГПК Российской Федерации суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными.

Из разъяснений, содержащихся в абз. 2,3 п. 67 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» юридически значимое сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено, но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним (п. 1 ст. 165.1 ГК РФ). Например, сообщение считается доставленным, если адресат уклонился от получения корреспонденции в отделении связи, в связи с чем она была возвращена по истечении срока хранения. Риск неполучения поступившей корреспонденции несет адресат.

Статья 165.1 ГК Российской Федерации подлежит применению также к судебным извещениям и вызовам, если гражданским процессуальным или арбитражным процессуальным законодательством не предусмотрено иное (п. 68 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25).

Из материалов дела следует, что судебное извещение направлено по надлежащему адресу ФИО1 заблаговременно. То обстоятельство, что судебная корреспонденция возвращена в суд первой инстанции за истечением срока хранения, не свидетельствует, согласно приведенным положениям процессуального закона и акту его толкования, о ненадлежащем извещении.

При этом исходя из действия принципов добросовестности и разумности, ФИО1 должен был обеспечить возможность получения им почтовой корреспонденции по месту его регистрации и официального проживания, что им выполнено не было, в связи с чем риск неблагоприятных последствий неполучения почтовой корреспонденции лежит на нем.

Таким образом, обжалуемое определение соответствует требованиям закона, является обоснованным и отмене не подлежит.

Нарушений норм гражданско-процессуального законодательства, влекущих отмену определения, по настоящему делу установлено не было.

Руководствуясь статьей 334 ГПК Российской Федерации, судья

определил:

определение Ленинского районного суда города Омска от 29 сентября 2025 года оставить без изменения, частную жалобу – без удовлетворения.

Кассационная жалоба может быть подана в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в срок, не превышающий трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения, через Кировский районный суд г. Омска. Мотивированное апелляционное определение составлено в день его принятия

Судья