Апелляционное определение № 11-3012/2026 от 22 марта 2026 г.

УИД № 74RS0002-01-2025-006449-86

Судья Губка Н.Б.

Дело № 2-5427/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ



дело № 11-3012/2026
23 марта 2026 года
г. Челябинск
Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Дюсембаева А.А.,

судей Манкевич Н.И., Палеевой И.П.,

при секретаре Мустафиной В.Ю.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по иску ФИО1 к Главному управлению Федеральной службы исполнения наказания по Челябинской области о признании незаконными приказов, изменении даты и формулировки увольнения, компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Центрального районного суда г. Челябинска от 03 декабря 2025 года.

Заслушав доклад судьи Манкевич Н.И. об обстоятельствах дела и доводах апелляционной жалобы, выслушав представителя истца, действующего на основании ордера ФИО2, поддержавшего апелляционную жалобу истца, представителя ответчика, действующую на основании доверенности ФИО3, возражавшую против апелляционной жалобы истца, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском (с учетом уточненного искового заявления) к Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Челябинской области (далее - ГУФСИН России по Челябинской области) о признании незаконным и отмене приказа от ДД.ММ.ГГГГ №-лс о расторжении контракта и увольнении со службы с ДД.ММ.ГГГГ по п. 14 ч. 2 ст. 84 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации»; признании незаконным и отмене приказа от ДД.ММ.ГГГГ № об отмене приказа от ДД.ММ.ГГГГ №; о внесении изменений в Приказ № от ДД.ММ.ГГГГ в части даты расторжения контракта с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ; изменении формулировки увольнения с п. 14 ч. 2 ст. 84 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 197-ФЗ «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации» на п. 2 ч. 2 ст. 84 (по инициативе сотрудника) с датой увольнения ДД.ММ.ГГГГ; компенсации морального вреда в размере 5 000 руб.

В обоснование исковых требований указано, что приказом ГУФСИН России по Челябинской области от ДД.ММ.ГГГГ № с ним расторгнут служебный контракт и он уволен со службы из уголовно-исполнительной системы в связи с нарушением условий контракта. Считает незаконным дату прекращения контракта, а также основания увольнения по отрицательным мотивам, в связи с тем, что ранее ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 подан рапорт на увольнение по инициативе сотрудника в соответствии с п. 2 ч. 2 ст. 84 Федерального закона «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации» и он должен быть уволен в течение месяца со дня подачи соответствующего заявления. Считает, что должен быть уволен с ДД.ММ.ГГГГ по п. 2 ч. 2 ст. 84 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ.

Истец ФИО1 о дате судебного заседания судом первой инстанции извещен надлежащим образом.

Представитель истца, действующий на основании ордера ФИО2, в судебное заседание суда первой инстанции не явился, извещен надлежащим образом.

Представители ответчика ГУФСИН России по Челябинской области, действующие на основании доверенности ФИО4, ФИО3, в судебном заседании суда первой инстанции против удовлетворения иска возражали по доводам, указанным в письменном отзыве, считая увольнение законным и обоснованным.

ДД.ММ.ГГГГ решением суда в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано (л.д. 177-181).

Истец ФИО1 в апелляционной жалобе просит отменить решение суда первой инстанции, как необоснованное, нарушающее нормы материального права, вынести новое решение об удовлетворении его исковых требований в полном объеме. Не согласен с выводами суда, что конкретная дата расторжения контракта, ДД.ММ.ГГГГ, была указана истцом в рапорте, поэтому доводы истца о том, что контракт должен быть расторгнут ДД.ММ.ГГГГ, не могут быть приняты как обоснованные. В Федеральном законе от 19 июля 2018 № 197-ФЗ «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации» указано, что отработка начинается с момента подачи рапорта на имя начальника и длится 30 календарных дней. Иных сроков отработки в большем размере законом не предусмотрено. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 подан рапорт на увольнение по инициативе сотрудника в соответствии с п. 2 ч. 2 ст. 84 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации». В рапорте по указанию специалиста отдела кадров истец прописал период отработки до увольнения с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Отработка перед увольнением истца должна была длиться в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с учетом выпадающих праздников. В соответствии с ч. 4 ст. 14 Трудового кодекса Российской Федерации дата переносится на первый рабочий день. Фактически работодателем на ФИО1 возложена обязанность по дополнительной отработке перед увольнением, что не предусмотрено законом. Относительно применения судом сроков исковой давности по требованиям ФИО1 истец отмечает, что с ДД.ММ.ГГГГ он заключен под стражу, и находится в следственном изоляторе по настоящее время, ввиду чего был лишен возможности обратиться с соответствующим иском в суд ранее, чем это было сделано (л.д. 208-210).

Истец ФИО1 в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом (л.д. 238), находится в ФКУ СИЗО-1 ФИО5 России по Челябинской области, с ходатайством о непосредственном участии в судебном заседании не обращался. Информация о рассмотрении дела заблаговременно размещена на официальном сайте Челябинского областного суда в сети Интернет. В связи с чем, на основании ст. ст. 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившегося лица.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему выводу.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, со ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> ФИО1 проходил службу в должности <данные изъяты> по Ленинскому району г. Челябинска ФКУ УИИ ГУФСИН России по Челябинской области, что подтверждается контрактом о службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 52-53).

В силу п. 4.3 контракта сотрудник обязуется добросовестно исполнять служебные обязанности, предусмотренные Федеральным законом, настоящим контрактом и должностной инструкцией.

Согласно п. 4.4 сотрудник обязан соблюдать требования к служебному поведению сотрудника, ограничения и запреты, связанные со службой, установленные Федеральным законом и иными нормативно-правовыми актами.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 подан рапорт о расторжении контракта и увольнении со службы в уголовно-исполнительной системе ДД.ММ.ГГГГ по основаниям, предусмотренным п. 2 ч. 2 ст. 84 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 197-ФЗ «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации» (по инициативе сотрудника) (л.д. 120).

Приказом ГУФСИН России по Челябинской области № от ДД.ММ.ГГГГ со ФИО1 расторгнут контракт, и он уволен со службы из уголовно-исполнительной системы по п. 2 ч. 2 ст. 84 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 197-ФЗ «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации» (по инициативе сотрудника) (л.д. 121).

ДД.ММ.ГГГГ начальником ООРПКиИП ГУФСИН России по Челябинской области составлен рапорт о необходимости назначения проведения в отношении ФИО1 служебной проверки, поскольку ДД.ММ.ГГГГ СО по Ленинскому району города Челябинска СУ СК РФ по Челябинской области в отношении ФИО1 возбуждено уголовное дело № по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 290 УК РФ (л.д. 37, 43-44).

ДД.ММ.ГГГГ приказом ГУФСИН России по Челябинской области № ФИО1 был временно отстранен от исполнения служебных обязанностей (л.д. 40).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 получил копию приказа о временном отстранении от служебных обязанностей от ДД.ММ.ГГГГ №, а также уведомление о том, что ранее поданный рапорт об увольнении от ДД.ММ.ГГГГ по основаниям п. 2 ч.2 ст. 84 (по инициативе сотрудника) реализации не подлежит (л.д. 39, 232).

ДД.ММ.ГГГГ в связи с вышеизложенными обстоятельствами Приказом ГУФСИН России по Челябинской области № отменен приказ ГУФСИН России по Челябинской области № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 41).

Копию приказа от ДД.ММ.ГГГГ № истец получил ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 41).

ДД.ММ.ГГГГ приказом ГУФСИН России по Челябинской области № назначена комиссия и служебная проверка, о чем ФИО1 был уведомлен лично под роспись ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 39).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в рамках служебной проверки даны объяснения, согласно которым он проходит службу в УИС в занимаемой должности с ДД.ММ.ГГГГ. В его должностные обязанности входит осуществление надзора за сужденными не связанного с изоляцией от общества. С обвиняемым Г.Д.Ю. познакомился, когда он встал на учет в филиал по Ленинскому району г.Челябинска ФКУ УИИ ГУФСИН России по Челябинской области. В конце ДД.ММ.ГГГГ Г.Д.Ю. обратился к нему с предложением за денежное вознаграждение не осуществлять за ним надзор в полном объеме, сумму точную не называл, около 30 000 руб., на что ФИО1 дал согласие. ДД.ММ.ГГГГ при получении денежных средств был задержан сотрудниками правоохранительных органов. О факте склонения его к коррупционному правонарушению руководству либо в правоохранительные органы не сообщал. Со стороны руководства на постоянной основе проводилась разъяснительная работа о невступлении в неслужебную связь с осужденными. ФИО1 признал факт вступления в неслужебную связь с лицом, состоящим на учете в филиале, тем самым нарушил требования действующего законодательства (л.д. 50-51).

ДД.ММ.ГГГГ начальником ГУФСИН России по Челябинской области утверждено заключение служебной проверки, которым установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в ГУФСИН России по Челябинской области поступила информация о том, что ДД.ММ.ГГГГ в результате оперативно-розыскных мероприятий, проведенных сотрудниками УСБ ГУФСИН совместно с УФСБ России по Челябинской области, и ОЭБиПК ОП «Ленинский» ГУ МВД России по Челябинской области при получении взятки в виде денег задержан <данные изъяты> ФИО1, <данные изъяты> по Ленинскому району г. Челябинска ФКУ УИИ ГУФСИН России по Челябинской области. ДД.ММ.ГГГГ следственным отделом по Ленинскому району г. Челябинска Следственного комитета РФ по Челябинской области возбуждено уголовное дело № в отношении <данные изъяты> ФИО1, <данные изъяты> по Ленинскому району г. Челябинска ФКУ УИИ ГУФСИН России по Челябинской области, по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 3 чт. 290 УК РФ. Из постановления о возбуждении уголовного дела следует, что в отношении Г.Д.Ю. Ленинским районным судом г. Челябинска от ДД.ММ.ГГГГ избрана мера пресечения в виде домашнего ареста сроком на два месяца, то есть до ДД.ММ.ГГГГ. Срок домашнего ареста Г.Д.Ю. продлен Ленинским районным судом г. Челябинска 24 декабря 2024 года на один месяц, то есть до ДД.ММ.ГГГГ. В период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, находясь у <адрес>, инспектор филиала уголовно-исполнительной инспекции по Ленинскому району г. Челябинска ФКУ ГУФСИН России по Челябинской области ФИО1, являясь должностным лицом, исполняя свои служебные обязанности, осознавая, что в отношении Г.Д.Ю. Ленинским районным судом г.Челябинска избрана мера пресечения в виде домашнего ареста, вопреки интересам службы, получил лично от Г.Д.Ю. взятку, виде денег в размере 30 000 руб., то есть в значительном размере, за совершение незаконных бездействий, выразившихся в отсутствии осуществления контроля исполнения и отсутствия фиксации нарушений, избранной в отношении Г.Д.Ю. меры пресечения виде домашнего ареста. Постановлением Ленинского районного суда г. Челябинска от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на два месяца. Комиссия пришла к выводу, что возможными причинами и условиями, способствовавшими совершению данного преступления, явились: игнорирование ФИО1 требований приказов и распоряжений Министерства юстиции Российской Федерации, ФСИН России, ГУФСИН, его неспособность минимизировать отрицательное влияние человеческого фактора на качество выполнения должностных обязанностей из-за слабых морально-волевых качеств. Также комиссией установлено упущение в проводимой со ФИО1 воспитательной работы. Таким образом, сотрудники совершили проступок, связанный с нарушением законодательства Российской Федерации, тем самым существенно нарушив права и законные интересы общества и государства, выразившиеся в подрыве, дискредитации авторитета государственной власти, ФСИН России, нарушения порядка отбывания наказания осужденных. За нарушение п. 4.3, п. 4.4 контракта о службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации, п. 4 п. 8 подп. «ж», «к» Кодекса этики и служебного поведения сотрудников и федеральных государственных служащих уголовно-исполнительной системы, утвержденного приказом ФСИН России от 11 января 2012 года № 5 «Об утверждении Кодекса этики служебного поведения сотрудников и федеральных государственных гражданских служащих уголовно-исполнительной системы», подп. «в» п. 3, п. 9 раздела I должностной инструкции, п. 2, п. 12 ч. 1 ст. 12, п. 2, п. 9 ч. 1 ст.13 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197 «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации о внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы», комиссия пришла к выводу о расторжении контракта и увольнении из уголовно-исполнительной системы старшего лейтенанта внутренней службы ФИО1, в связи с нарушением условий контракта сотрудником (л.д. 64-73).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 ознакомлен с заключением о результатах служебной, о чем свидетельствует его личная роспись в листе ознакомления (л.д. 74).

ДД.ММ.ГГГГ приказом ГУФСИН России по Челябинской области №-лс от ДД.ММ.ГГГГ со ФИО1 расторгнут контракт, и он уволен со службы из уголовно-исполнительной системы ДД.ММ.ГГГГ по п. 14 ч. 2 ст. 84 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации» (в связи с нарушением условий контракта сотрудником) (л.д.75).

ДД.ММ.ГГГГ копия приказа от ДД.ММ.ГГГГ №-лс направлена в адрес ФИО1 посредством почтовой связи по двум адресам: <адрес>; <адрес> (л.д. 170-172).

Разрешая заявленные исковые требования, суд первой инстанции, суд первой инстанции, руководствуясь Федеральным законом от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы», приказом Минюста России от 31 декабря 2020 года № 341 «Об утверждении Порядка проведения служебных проверок в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы Российской Федерации», исходя из установленных по делу обстоятельств и доказательств, представленных сторонами, пришел выводу о том, что оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 не имеется, поскольку, учитывая факт возбуждения в отношении него уголовного дела, задержания истца в качестве подозреваемого в совершении преступления, применения к нему меры пресечения в виде заключения под стражу, имеются основания полагать, что ФИО1 своим поведением вызвал сомнение в добросовестном исполнении им должностных обязанностей, спровоцировал возникновение ситуации, способной нанести ущерб репутации, как самого истца, так и авторитету уголовно-исполнительной системы, чем грубо нарушил положения заключенного с ним контракта, что и явилось основанием для проведения служебной проверки и увольнения истца со службы; факт грубого нарушения истцом условий заключенного с ним контракта нашел свое подтверждение, порядок проведения служебной проверки и увольнения истца нарушен не был, в связи с чем, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований о признании увольнения незаконным, изменении формулировки основания и даты увольнения. При этом заключение служебной проверки суд признал соответствующим порядку ее проведения.

Также суд первой инстанции учел, что при подаче рапорта о расторжении контракта истцом была указана дата, с которой указанный контракт должен быть расторгнут, ДД.ММ.ГГГГ, а потому доводы истца, что контракт должен был расторгнут с ДД.ММ.ГГГГ не могут быть приняты как обоснованные.

Судебная коллегия соглашается с постановленным судебным решением и считает, что оно основано на надлежащей оценке доказательств по делу, принято в соответствии с правилами статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и с нормами материального права, регулирующего спорные правоотношения и при правильном распределении между сторонами бремени доказывания и установлении всех обстоятельств, имеющих значение для дела. Представленным сторонами доказательствам судами дана верная правовая оценка. Результаты оценки доказательств суды отразили в постановленных судебных актах. Нарушений требований процессуального законодательства, которые могли бы привести к неправильному разрешению спора, судами не допущено.

Так, отношения, связанные с прохождением службы в уголовно-исполнительной системе, регламентируются Федеральным законом № 197-ФЗ от 19 июля 2018 года «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы», другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении № 17-П от 26 декабря 2002 года, служба в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы представляет собой особый вид государственной службы, непосредственно связанной с обеспечением безопасности государства, общественного порядка, законности, прав и свобод граждан и, следовательно, осуществляемой в публичных интересах. Лица, несущие такого рода службу, выполняют конституционно значимые функции, чем обусловливается их правовой статус, основанный в том числе, на особых требованиях к уровню профессиональной подготовки и морально-психологическим качествам, добросовестному исполнению ими условий служебного контракта, для них установлены повышенные требования к их поведению как в служебное, так и во внеслужебное время. В том числе, на них возложены особые обязанности заботиться о сохранении своих чести и достоинства, не совершать поступков, вызывающих сомнение в объективности, справедливости и беспристрастности сотрудника, наносящих ущерб его репутации, авторитету органа уголовно-исполнительной системы и государственной власти.

Как и любое соглашение, контракт о прохождении службы в уголовно-исполнительной системе предполагает неукоснительное соблюдение его положений, возлагающих на сотрудника обязательства проходить службу на условиях, установленных законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации о службе в уголовно-исполнительной системе, а также непосредственно положениями контракта, соблюдать Присягу и правила внутреннего распорядка, честно и добросовестно выполнять все предусмотренные ими требования, а также предусмотренные по занимаемой штатной должности обязанности.

В интересах службы, действуя в рамках своей дискреции, законодатель вправе установить специальные основания прекращения служебных отношений с теми сотрудниками, которые допускают нарушения условий контракта о прохождении службы в уголовно-исполнительной системе.

На основании пункта 14 части 2 статьи 84 Федерального закона № 197-ФЗ от 19 июля 2018 года, контракт может быть расторгнут, а сотрудник может быть уволен со службы в уголовно-исполнительной системе, в связи с нарушением условий контракта сотрудником.

В соответствии с частью 1 статьи 49 Федерального закона № 197-ФЗ от 19 июля 2018 года нарушением служебной дисциплины (дисциплинарным проступком) признается виновное действие (бездействие), выразившееся в нарушении сотрудником законодательства Российской Федерации, Присяги сотрудника уголовно-исполнительной системы, дисциплинарного устава уголовно-исполнительной системы, правил внутреннего служебного распорядка учреждения или органа уголовно-исполнительной системы, должностной инструкции, либо в несоблюдении запретов и ограничений, связанных со службой в уголовно-исполнительной системе, и требований к служебному поведению, либо в неисполнении (ненадлежащем исполнении) обязательств, предусмотренных контрактом, служебных обязанностей, приказов и распоряжений прямых руководителей (начальников) и непосредственного руководителя (начальника) при исполнении служебных обязанностей и реализации предоставленных прав.

Согласно части 6 статьи 52 указанного Федерального закона, дисциплинарное взыскание должно быть наложено не позднее чем через две недели со дня, когда прямому руководителю (начальнику) или непосредственному руководителю (начальнику) стало известно о совершении сотрудником дисциплинарного проступка, а в случае проведения служебной проверки или возбуждения уголовного дела - не позднее чем через один месяц со дня утверждения заключения по результатам служебной проверки или вынесения окончательного решения по уголовному делу. В указанные сроки не включаются периоды временной нетрудоспособности сотрудника, нахождения его в отпуске или командировке.

При этом Порядок проведения служебных проверок в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы Российской Федерации утвержден Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 31 декабря 2020 года № 341.

В силу пункта 4.1 Порядка проведения служебных проверок основаниями проведения служебной проверки в отношении сотрудника являют совершение им дисциплинарного проступка, применение (использование) сотрудником физической силы, специальных средств и оружия, а также иных происшествий с участием сотрудника, если имеются основания полагать, что оно явилось следствием дисциплинарного проступка либо произошло при исполнении сотрудником служебных обязанностей; возбуждение в отношении сотрудника уголовного дела или дела об административном правонарушении гибель (смерть) сотрудника, получение им увечья или иного повреждения здоровья; нарушение условий контракта; наличие обстоятельств, препятствующих прохождению сотрудником службы в УИС.

В случае возбуждения в отношении сотрудника уголовного дела или дела об административном правонарушении служебная проверка назначается и проводится в целях выяснения причин и условий, приведших к совершению им преступления или административного правонарушения, и подготовки предложений по их устранению, при этом в заключении о результатах служебной проверки (далее - заключение) факт наличия виновности либо невиновности в совершении им преступления или административного правонарушения по уголовному или административному делу не указывается.

В соответствии с пунктом 13 Порядка проведения служебных проверок члены комиссии в зависимости от предмета служебной проверки обязаны установить факты и обстоятельства нарушения условий контракта проинформировать сотрудника, в отношении или по рапорту которого проводится (проводилась) служебная проверка в установленный пунктом 17 Порядка срок, об издании приказа (распоряжения) о ее проведении; по поручению председателя комиссии ознакомить под подпись сотрудника, в отношении или по рапорту которого проводилась служебная проверка, с заключением, а в случае отказа от ознакомления составить об этом акт и приобщить его к материалам служебной проверки.

Согласно пункту 17 Порядка проведения служебных проверок служебная проверка проводится в течение 30 дней со дня принятия решения о ее проведении должностным лицом, указанным в пункте 7 Порядка, за исключением случаев продления срока проведения служебной проверки в соответствии с пунктами 12, 19 Порядка или ее переноса в соответствии с пунктом 18 Порядка.

В соответствии с пунктом 21 Порядка проведения служебных проверок заключение подписывается лицами, ее проводившими, и утверждается руководителями федерального органа УИС или уполномоченным руководителем, принявшим решение о проведении служебной проверки. Датой завершения служебной проверки является дата подписания членами комиссии заключения.

Не позднее чем через 3 рабочих дня со дня завершения служебной проверки заключение представляется должностному лицу, издавшему приказ (распоряжение) о проведении служебной проверки.

Указанное должностное лицо не позднее чем через 5 рабочих дней со дня представления заключения принимает решение об утверждении заключения либо о продлении служебной проверки по основаниям, предусмотренным пунктом 19 Порядка.

В соответствии с пунктом 15 Порядка проведения служебных проверок сотрудник в отношении или по рапорту которого проводится служебная проверка: обязан давать объяснения в письменной форме по обстоятельствам проведения служебной проверки, если это не связано со свидетельствованием против самого себя; имеет право: ознакомиться с приказом (распоряжением) о проведении служебной проверки; представлять заявления, ходатайства и иные документы в сроки, предусмотренные для проведения служебной проверки; обжаловать решения и действия (бездействие) членов комиссии должностному лицу, издавшему приказ (распоряжение) о проведении служебной проверки; ознакомиться по окончании служебной проверки с заключением и другими материалами служебной проверки в части, его касающейся, если это не противоречит требованиям законодательства Российской Федерации о неразглашении сведений, составляющих государственную и иную охраняемую федеральным законом тайну; потребовать провести служебную проверку своих объяснений с помощью психофизиологических исследований.

Следовательно, в процессе рассмотрения вопроса о прекращении служебных отношений с сотрудником уголовно-исполнительной системы вследствие нарушения им условий контракта деяние (проступок), послужившее поводом для такого решения, оценивается с точки зрения его характера, тяжести и значимости для интересов службы, условий его совершения, прежнего отношения сотрудника к исполнению служебных обязанностей и других обстоятельств. При этом в силу принципа правовой определенности, выступающего одним из основных признаков верховенства права, значимость которого неоднократно подтверждена Конституционным Судом Российской Федерации (постановления от 24 мая 2001 года № 8-П, от 19 июня 2002 года № 11-П, от 27 мая 2003 года № 9-П, от 05 февраля 2007 года № 2-П, от 16 мая 2007 года № 6-П и от 10 октября 2013 года № 20-П), избранное основание увольнения должно соответствовать тем фактическим обстоятельствам, которые послужили его причиной. Это согласуется также с общим принципом реализации норм права, предполагающим, в частности, возможность применения правовой нормы только при условии, что имеющие место фактические обстоятельства соответствуют сформулированному законодателем содержанию нормы.

Таким образом, исходя из приведенных нормативных положений для решения вопроса о законности увольнения ФИО1 в связи с нарушением условий контракта сотрудником уголовно-исполнительной системы, юридически значимым обстоятельством является установление факта неисполнения (ненадлежащего исполнения) им обязательств, предусмотренных контрактом, соблюдение процедуры увольнения.

Указанное юридически значимое обстоятельство было установлено судом первой инстанции, он правильно применил нормы материального права при разрешении настоящего спора.

Судебная коллегия также обращает внимание, что Комиссией установлено, что в нарушение подпункта "к" пункта 8 Кодекса этики и служебного поведения сотрудников и федеральных государственных гражданских служащих уголовно-исполнительной системы, утвержденного Приказом ФСИН России от 11 января 2012 года № 5, ФИО1 совершил проступок, который способствовал возбуждению уголовного дела, сообщению о возбуждении уголовного дела в отношении ФИО1 и о его задержании, а также избрание меры пресечения в виде заключения под стражу, соответственно поведение ФИО1 вызывает сомнение в соблюдении им требований Кодекса этики и служебного поведения сотрудников и федеральных государственных гражданских служащих уголовно-исполнительной системы, в части нанесения ущерба своей репутации, как сотруднику уголовно-исполнительной системы Российской Федерации, а также авторитету государственного органа. ФИО1 допустил нарушение условий контракта о службе в УИС № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 52-53), установленных пунктами 4.3, 4.4 контракта, где он обязался добросовестно исполнять служебные обязанности, предусмотренные Федеральным законом, настоящим контрактом и должностной инструкцией; соблюдать требования к служебному поведению сотрудника, ограничения и запреты, связанные со службой, установленные Федеральным законом и иными нормативно-правовыми актами.

Таким образом, судебным постановлением достоверно установлено, что со стороны ФИО1 было допущено нарушение условий служебного контракта, согласно которым он взял на себя обязанность добросовестно исполнять служебные обязанности, предусмотренные Федеральным законом, настоящим контрактом и должностной инструкцией; соблюдать требования к служебному поведению сотрудника, ограничения и запреты, связанные со службой, установленные Федеральным законом и иными нормативно-правовыми актами.

Кроме того, порядок поведения служебной проверки и заключение служебной проверки сторона истца в ходе рассмотрения дела не оспаривала.

Доводы апелляционной жалобы истца сводятся к указанию подачи им рапорта ДД.ММ.ГГГГ об увольнении его по инициативе сотрудника и необходимости его увольнения именно по данному основанию ДД.ММ.ГГГГ, а не ДД.ММ.ГГГГ.

Названные доводы стороны истца являются необоснованными и не могут быть приняты во внимание в связи со следующим.

В силу части 1 статьи 87 Федерального закона № 197-ФЗ сотрудник имеет право расторгнуть контракт и уволиться со службы в уголовно - исполнительной системе по собственной инициативе до истечения срока действия контракта, подав в установленном порядке рапорт об этом за один месяц до даты увольнения.

В соответствии с пунктом 2 части 2 статьи 84 Федерального закона N 197-ФЗ контракт может быть расторгнут, а сотрудник может быть уволен со службы в уголовно-исполнительной системе по инициативе сотрудника.

Согласно части 7 статьи 84 Федерального закона N 197-ФЗ при наличии одновременно нескольких оснований прекращения или расторжения контракта, предусмотренных частью 1, пунктами 1, 3, 4, 8, 9, 11, 12 и 15 части 2 и пунктами 1 и 3 части 3 данной статьи, контракт прекращается или расторгается по одному из этих оснований по выбору сотрудника.

Судебная коллегия, проанализировав указанные положения закона, приходит к выводу о том, что право выбора основания увольнения при наличии оснований увольнения в связи с нарушением сотрудником уголовно-исполнительной системы условий контракта, такому сотруднику законом не предоставлено.

При наличии указанных обстоятельств, то есть при возбуждении в отношении ФИО1 служебной проверки в связи с наличием в отношении него возбужденного уголовного дела у нанимателя не было обязанности по рассмотрению поступившего рапорта истца.

Действительно, в силу в силу части 8 статьи 84 Федерального закона № 197-ФЗ в случае выявления нарушений законодательства Российской Федерации, допущенных при принятии решения о прекращении или расторжении контракта, либо в случае выявления (возникновения) новых обстоятельств, связанных с прекращением или расторжением контракта, основание, по которому с сотрудником был прекращен или расторгнут контракт, может быть изменено приказом руководителя федерального органа уголовно-исполнительной системы или уполномоченного руководителя.

Вместе с тем, поскольку суд не установил таких нарушений законодательства со стороны нанимателя или факта выявления новых обстоятельств, то указанная норма закона обоснованно не была им применена.

Отклоняя доводы истца о том, что им был подан рапорт 02 декабря 2024 года об увольнении со службы по основанию п. 2 ч. 2 ст. 84 (по инициативе сотрудника) Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ в связи с прекращением контракта, следовательно, наниматель должен был его уволить не позднее 09 января 2025 года, судебная коллегия учитывает следующее. В материалах дела имеется рапорт истца от 02 декабря 2024 года об увольнении его со службы в уголовно-исполнительной системе 13 января 2025 года по инициативе сотрудника, однако, во-первых, истцом указана дата увольнения 13 января 2025 года, в связи с чем, расторгать контракт ранее указанной даты у нанимателя не имелось оснований, а во-вторых, принимая во внимание часть 7 статьи 84 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ отмечает, что основание по которому истец был уволен со службы не входит в перечень оснований, который предусматривал бы право выбора основания увольнения при наличии нескольких оснований. Доводы истца об обратном основаны на неверном толковании норм действующего законодательства.

Доводы апелляционной жалобы о наличии у истца уважительных причин пропуска срока обращения в суд с требованием о признании приказов незаконными, изменении основания формулировки и даты увольнения, наличии оснований для восстановления пропущенного срока не являются основанием для отмены оспариваемого постановления.

Согласно ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (ст. 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.

Как разъяснено в п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

В качестве уважительных причин пропуска срока для обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, объективно препятствовавшие работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, как то: болезнь работника, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимости осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и т.п. (абз. 1 п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям").

Вместе с тем судебная коллегия считает необходимым отметить, что правоотношения, связанные с поступлением на службу в уголовно-исполнительной системе, ее прохождением и прекращением, а также с определением правового положения (статуса) сотрудника являются предметом регулирования Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» (ч. 1 ст. 2 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ).

В случаях, не урегулированных нормативными правовыми актами Российской Федерации, указанными в ч. 1 названной выше статьи, к правоотношениям, связанным со службой в уголовно-исполнительной системе, применяются нормы трудового законодательства Российской Федерации (ч. 2 ст. 3 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ).

Согласно ч. 1 ст. 74 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ служебный спор в уголовно-исполнительной системе - неурегулированные разногласия по вопросам, касающимся применения федеральных законов, иных нормативных правовых актов Российской Федерации в сфере деятельности уголовно-исполнительной системы и контракта, между руководителем федерального органа уголовно-исполнительной системы или уполномоченным руководителем и сотрудником или гражданином, поступающим на службу в уголовно-исполнительной системе либо ранее состоявшим на службе в уголовно-исполнительной системе, а также между прямым руководителем (начальником) или непосредственным руководителем (начальником) и сотрудником.

В ч. 4 ст. 74 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ предусмотрено, что сотрудник или гражданин, поступающий на службу в уголовно-исполнительной системе либо ранее состоявший на службе в уголовно-исполнительной системе, для разрешения служебного спора может обратиться к руководителю федерального органа уголовно-исполнительной системы или уполномоченному руководителю либо в суд в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а для разрешения служебного спора, связанного с увольнением со службы в уголовно-исполнительной системе, - в течение одного месяца со дня ознакомления с приказом об увольнении.

Из приведенных нормативных положений следует, что по общему правилу сотрудник, ранее состоявший на службе в уголовно-исполнительной системе, для разрешения служебного спора может обратиться в суд в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права. Также законом установлен специальный срок для разрешения служебного спора, связанного с увольнением со службы в уголовно-исполнительной системе, который составляет один месяц со дня ознакомления сотрудника с приказом об увольнении.

Наличие в специальном законодательстве правовой нормы, регулирующей сроки обращения в суд за разрешением служебного спора, а именно, ч. 4 ст. 74 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ, исключает возможность применения к правоотношениям, связанным со службой в уголовно-исполнительной системе, положений ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации.

Однако применение указанной нормы судом первой инстанции к принятию неправильного решения не привело.

Поскольку служебный контракт со ФИО1 прекращен ДД.ММ.ГГГГ, то со следующего дня после прекращения трудовых отношений исчисляется установленный срок для защиты нарушенного права в суде. Поскольку ФИО1 обратился с настоящим иском только ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 13), суд первой инстанции пришел к выводу о том, что срок, установленный для оспаривания приказов, в том числе приказа об увольнении, истцом пропущен.

Судебная коллегия соглашаетсясился с выводом суда первой инстанции о том, что нахождение истца в следственном изоляторе нельзя признать уважительной причиной пропуска срока и основанием для его восстановления, поскольку, находясь в следственном изоляторе, истец не был лишен возможности подачи искового заявления посредством передачи в отделение почтовой связи. Истец не был лишен права обратиться в суд и вести дело через представителя. Нахождение в следственном изоляторе не явилось препятствием для истца при подаче иска к ГУФСИН России по Челябинской области об оспаривании приказов, изменении основания формулировки и даты увольнения, направленного представителем истца в суд ДД.ММ.ГГГГ и при подаче настоящей апелляционной жалобы.

Доводы истца о его неосведомленности относительно нарушения своих прав в связи с невручением приказа об увольнении от ДД.ММ.ГГГГ, по мнению суда апелляционной инстанции, опровергаются представленными в материалы доказательствами, в частности, заключением служебной проверки от ДД.ММ.ГГГГ, которое в этот же день, ДД.ММ.ГГГГ, было вручено лично ФИО6, а также сведениями о направлении копии приказа об увольнении от ДД.ММ.ГГГГ посредством почтовой связи в адрес истца. Кроме того, истец занимал должность старшего инспектора филиала по Ленинскому району г. Челябинска ФКУ УИИ ГУФСИН России по Челябинской области, в силу своей должности, истец не мог не знать о порядке реализации своего права на оспаривание приказов нанимателя, в том числе о возможности своевременного обращения в суд.

Доводов, опровергающих выводы суда, апелляционная жалоба не содержит. Ее содержание по существу повторяет позицию истца в суде первой инстанции, содержит иную, ошибочную трактовку существа спорных правоотношений и норм материального права их регулирующих, что основанием для отмены либо изменения решения суда явиться не может.

В соответствии с ч. 3 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вне зависимости от доводов, содержащихся в апелляционных жалобе, представлении, суд апелляционной инстанции проверяет, не нарушены ли судом первой инстанции нормы процессуального права, являющиеся в соответствии с ч. 4 ст. 330 названного Кодекса основаниями для отмены решения суда первой инстанции. Из материалов дела следует, что таких нарушений судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь статьями 328-329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Центрального районного суда г. Челябинска от 03 декабря 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение составлено 31 марта 2026 года.