Апелляционное определение № 33-5459/2025 от 1 декабря 2025 г.

УИД 47RS0008-01-2023-001065-73 Дело № 33-5459/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Санкт-Петербург 2 декабря 2025 года

Судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда в составе:

председательствующего Сирачук Е.С.

судей Пономаревой Т.А., Осиповой Е.А.

с участием прокурора Белых В.А.

при секретаре Лаптевой В.Д.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Киришского городского суда Ленинградской области от 29 января 2024 года по гражданскому делу № 2-77/2024, которым частично удовлетворены исковые требования ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, Следственному комитету Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Ленинградского областного суда Сирачук Е.С., судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда,

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с исковыми требованиями к Министерству финансов Российской Федерации, Следственному комитету Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в размере 1500000 рублей, причиненного незаконным уголовным преследованием.

В обоснование исковых требований ФИО1 и его представитель указали на то, что истец был осужден приговором Киришского городского суда Ленинградской области от 9 июля 2018 года по п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ, ему было назначено наказание в виде лишения свободы на срок 3 года условно с испытательным сроком на 2 года, с назначением дополнительного наказания в виде лишения права занимать должности, связанные с осуществлением функций представителя власти в органах внутренних дел Российской Федерации на срок один год. Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Ленинградского областного суда по делу от 17 января 2019 года приговор Киришского городского суда Ленинградской области от 9 июля 2018 года был изменен. Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 22 октября 2020 года апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Ленинградского областного суда по делу от 17 января 2019 года отменено, уголовное дело направлено на новое апелляционное рассмотрение. Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Ленинградского областного суда от 3 марта 2021 года приговор Киришского городского суда Ленинградской области от 9 июля 2018 года изменен. Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 22 марта 2022 года приговор Киришского городского суда Ленинградской области от 9 июля 2018 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Ленинградского областного суда от 3 марта 2021 года отменены, уголовное дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции в ином составе, со стадии судебного разбирательства. Постановлением Киришского городского суда Ленинградской области от 15 сентября 2022 года уголовное дело в отношении ФИО1 возвращено Киришскому городского прокурору в связи с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона. Постановлением заместителя руководителя следственного отдела по городу Кириши следственного управления Следственного комитета РФ по Ленинградской области от 30 декабря 2022 года уголовное преследование в отношении ФИО1 и уголовное дело прекращено по основаниям, предусмотренным п. 2 ч. 1 ст. 24, п. 2 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, в связи с отсутствием в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ. За ФИО1 признано право на реабилитацию.

В результате незаконного осуждения истцу причинен моральный вред, который он оценивает в 1500000 рублей. Несмотря на то, что уголовное преследование в отношении истца было прекращено, ему было отказано в восстановлении трудовых прав.

При рассмотрении дела в суде первой инстанции истец ФИО1, его представитель адвокат Селюков А.Е. исковые требования поддержали в полном объеме.

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации направил письменный отзыв на иск, в котором просил о рассмотрении дела в его отсутствие.

Представитель ответчика Следственного комитета Российской Федерации ФИО2 возражала против заявленных требований, полагая завышенным размер компенсации морального вреда.

Представитель третьего лица ОМВД России по Киришскому району Ленинградской области ФИО3 в судебном заседании возражала относительно удовлетворения исковых требований.

Решением Киришского городского суда Ленинградской области от 29 января 2024 года исковые требования ФИО1 удовлетворены частично. С Российской Федерации в лице Министерства финансов РФ за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 взыскана денежная компенсация морального вреда в размере 200 000 рублей. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение отменить как необоснованное и принятое с нарушением норм материального и процессуального права, ссылаясь на те же доводы, которые ранее приводил в обоснование иска. Полагает, что моральный вред подлежит взысканию в заявленном им размере исходя из сложившейся судебной практики и учитывая отсутствие меры пресечения в виде ареста, исходя из 733,14 рублей за сутки незаконного уголовного преследования.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ленинградского областного суда от 24 апреля 2024 года решение Киришского городского суда Ленинградской области от 29 января 2024 года изменено в части размера компенсации морального вреда. В пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 800000 рублей. В остальной части решение суда от 29 января 2024 года оставлено без изменения, апелляционная жалоба ФИО1- без удовлетворения.

Кассационным определением судебной коллегии по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 6 ноября 2024 года апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ленинградского областного суда от 24 апреля 2024 года отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ленинградского областного суда от 30 апреля 2025 года решение Киришского городского суда Ленинградской области от 29 января 2024 года изменено в части размера компенсации морального вреда. В пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 500 000 рублей. В остальной части решение суда от 29 января 2024 года оставлено без изменения, апелляционная жалоба ФИО1- без удовлетворения.

Кассационным определением судебной коллегии по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 15 сентября 2025 года апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ленинградского областного суда от 30 апреля 2025 года отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

При новом апелляционном рассмотрении дела истец ФИО1 и его представитель – адвокат Селюков А.Е. доводы апелляционной жалобы поддержали в полном объеме.

Представитель ответчика СК Российской Федерации ФИО4, действующая на основании доверенностей, поддержала представленную письменную позицию, считает, что оснований для удовлетворения требований ФИО1 не имеется.

Ответчик Министерство финансов РФ, третье лицо ОМВД России по Киришскому району Ленинградской области, СО СУ СК РФ по Ленинградской области по Киришскому району, будучи надлежащим образом извещенными о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание представителей не направили, об отложении слушания дела не просили.

Судебная коллегия, руководствуясь положениями статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, уведомленных о времени и дате судебного заседания в суде апелляционной инстанции, не просивших об отложении слушания дела.

Изучив материалы дела, заслушав объяснения участвующих в деле лиц, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность принятого по делу решения в пределах доводов жалобы в соответствии с требованиями ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда РФ N 23 от 19 декабря 2003 года "О судебном решении", решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (ч. 1 ст. 1, ч. 3 ст. 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (ст. 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, что постановлением следователя следственного отдела по <адрес> следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Ленинградской области от 24.05.2017 в отношении ФИО1 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ (л.д.1-2 том 1 уголовное дело №).

Постановлением следователя следственного отдела по <адрес> следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Ленинградской области от 24.05.2017 в отношении подозреваемого ФИО1 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении (л.д.224-225 том2 уголовное дело №).

Постановлением старшего следователя следственного отдела по <адрес> следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Ленинградской области от 02.06.2017 ФИО1 привлечен в качестве обвиняемого по уголовному делу № и ему предъявлено обвинение по п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ (л.д.228-230 том 2 уголовное дело №1-120/2022).

Приговором Киришского городского суда Ленинградской области от 09.07.2018 по уголовному делу № ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 286 Уголовного кодекса Российской Федерации, с назначением наказания в виде лишения свободы на срок 3 года условно с испытательным сроком на два года, с назначением дополнительного наказания в виде лишения права занимать должности, связанные с осуществлением функций представителя власти в органах внутренних дел Российской Федерации на срок один год.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Ленинградского областного суда по делу № от 17.01.2019 приговор Киришского городского суда Ленинградской области от 09.07.2018 был изменен.

Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 22.10.2020 апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Ленинградского областного суда по делу № от 17.01.2019 отменено, уголовное дело направлено на новое апелляционное рассмотрение.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Ленинградского областного суда от 03.03.2021 приговор Киришского городского суда Ленинградской области от 09.07.2018 изменен.

Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 22.03.2022 приговор Киришского городского суда Ленинградской области от 09.07.2018 и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Ленинградского областного суда от 03.03.2021 отменены, уголовное дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции в ином составе, со стадии судебного разбирательства.

Постановлением Киришского городского суда Ленинградской области от 15.09.2022 уголовное дело в отношении ФИО1 возвращено Киришскому городского прокурору, в связи с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона.

Постановлением заместителя руководителя следственного отдела по городу Кириши следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Ленинградской области от 30.12.2022 прекращено уголовное преследование в отношении ФИО1 и уголовное дело по основаниям, предусмотренным п. 2 ч. 1 ст. 24, п. 2 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, в связи с отсутствием в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ. За ФИО1 признано право на реабилитацию.

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции руководствовался положениями ст. 53 Конституции Российской Федерации, ст. 151, 1069, 1070, 1100, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 133, 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, оценив представленные доказательства, в соответствии с положениями ст. 56, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, установив, что уголовное преследование в отношении ФИО1 прекращено в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, за истцом было признано право на реабилитацию, а незаконным уголовным преследованием истцу был причинен моральный вред, пришел к выводу об обоснованности требований истца, определив размер компенсации морального вреда в 200 000 руб.

Определяя размер компенсации морального вреда – 200 000 руб. судом первой инстанции приняты во внимание такие обстоятельства, как длительность производства по уголовному делу с момента его возбуждения и до отмены незаконного осуждения, избранная мера пресечения в виде подписки о невыезде, которая ограничивала права ФИО1, наличие иных психотравмирующих факторов, в том числе общественное порицание. Судом не ставилось под сомнение то обстоятельство, что необоснованное предъявление обвинения в совершении преступлений, безусловно причинило моральный вред истцу, учтены индивидуальные особенности истца.

Выводы суда первой инстанции судебная коллегия находит правильными, сделанными на основании верно установленных юридически значимых обстоятельств и правильном применении норм материального права.

В силу ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

На основании п. 2 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных п. 1 этой статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены ст. 1069 данного Кодекса.

Абзац 3 статьи 1100 ГК Российской Федерации также предусматривает, что компенсация морального вреда, как представляющая собой дополнительную гарантию защиты прав гражданина, осуществляется независимо от вины причинителя вреда, в частности в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Согласно части 1 статьи 133 УПК Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

На основании ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом, а государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (ст. 52 Конституции Российской Федерации).

Действия (или бездействие) органов государственной власти или их должностных лиц, причинившие вред любому лицу, влекут возникновение у государства обязанности этот вред возместить, а каждый пострадавший от незаконных действий органов государственной власти или их должностных лиц наделяется правом требовать от государства справедливого возмещения вреда.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пунктах 42, 43 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни.

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий.

Выражая несогласие с размером компенсации морального вреда, истец полагает, что судом первой инстанции не дана надлежащая оценка всем представленным доказательствам, не установлены обстоятельства, которые смогли повлиять на определение такого размера. Так, незаконное привлечение к уголовной ответственности и последующие действия следственных органов причинили истцу нравственные страдания, которые крайне отрицательно сказались на его моральном и физическом состоянии. Истец испытывал сильные эмоциональные потрясения, вызванные постоянными допросами, необходимостью доказывать свою невиновность, потерей репутации, увольнением со службы в органах МВД в связи с осуждением за преступление, тем, что порицался со стороны бывших коллег и знакомых. Истец был вынужден существенным образом изменить привычный образ жизни, сферу деятельности, в поисках работы изменил свое место проживания на <адрес>, поскольку в небольшом <адрес> информация о совершении им преступления распространилась очень быстро и в глазах потенциальных работодателей он выглядел как преступник, уволенный из полиции. Кроме того, в связи с осуждением был отчислен с последнего курса Университета МВД. Распалась семья.

С целью. Проверки доводов, указанных истцом в апелляционной жалобе, судебной коллегией расширен круг доказательств, удовлетворено ходатайство истца о допросе свидетелей.

Допрошенные свидетели ФИО5, ФИО6, бывшие сослуживцы ФИО1, указали, что в период производства по уголовному делу, истец находился в подавленном состоянии, из-за сложившейся ситуации он развелся с женой, так как она является сотрудником ОВД, а судимость мужа могла негативно сказаться на ее карьере. Аналогичные показания дал свидетель ФИО7 – отец истца, также пояснил, что об отношениях с бывшей супругой и причинах развода узнал от своей жены, в указанный период сын за поддержкой, помощью не обращался.

Определяя размер компенсации причиненного ФИО1 морального вреда, суд принял во внимание фактические обстоятельства причинения вреда, длительность уголовного преследования, характер и степень причиненных истцу физических и нравственных страданий, их последствия, с учетом того, что каких-либо тяжких последствий при указанных выше обстоятельствах для истца не наступило, посчитал сумму 200000 руб. соразмерной причиненному моральному вреду, а также конкретным обстоятельствам причинения вреда и личности истца.

Судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда Ленинградской области соглашается с данным выводом суда первой инстанции, поскольку размер определенный судом компенсации морального вреда соответствует требованиям ст. ст. 151 и 1101 ГК РФ о разумности и справедливости.

Законных оснований полагать размер присужденной истцу компенсации не согласующимся с конституционной ценностью нарушенных нематериальных благ, характеру и степени причиненных потерпевшему нравственных страданий, установленными на основании представленных доказательств и учетом индивидуальных особенностей потерпевшего, влияющих на отражение в сознании тяжести и объема страданий, длительности несения истцом нравственных страданий, обусловленных уголовным преследованием, у судебной коллегии по доводам апелляционной жалобы не имеется. Судом учтены все заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе те, на которые ссылается заявитель жалобы. Требования разумности и справедливости при этом не нарушены.

При этом, судебная коллегия обращает внимание на то обстоятельство, что доводы апелляционной жалобы о невозможности трудоустройства по месту жительства своего подтверждения не нашли, также, как и нашла своего подтверждения позиция об ограничениях в общении с родственниками, выездом на отдых.

Доводы истца о том, что взысканный судом размер компенсации морального является заниженным, не являются правовым основанием для изменения размера компенсации морального.

Из анализа статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При этом характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. Оценка разумности и справедливости размера компенсации морального вреда относится к прерогативе суда первой инстанции.

Поскольку данная категория дел носит оценочный характер, суд вправе при определении размера компенсации морального вреда, учитывая вышеуказанные нормы закона, с учетом степени вины ответчика и индивидуальных особенностей потерпевшего, определить размер денежной компенсации морального вреда по своему внутреннему убеждению, исходя из конкретных обстоятельств дела.

Доводы апелляционной жалобы о том, что судом неверно оценены представленные доказательства по делу, не могут служить основаниями к отмене решения суда, поскольку само по себе несогласие истца с произведенной судом оценкой доказательств не является основанием к отмене постановленного судом решения, поскольку не свидетельствует о неправильности изложенных в решении суда выводов.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы правовых оснований к отмене решения суда не содержат, по существу сводятся к изложению обстоятельств, являющихся предметом исследования и оценки суда первой инстанции и к выражению несогласия с произведенной судом оценкой представленных по делу доказательств, судебная коллегия не находит оснований для переоценки доказательств, представленных сторонами по делу.

Каких-либо нарушений норм процессуального права, влекущих отмену решения суда первой инстанции в соответствии с частью 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 327.1, 328, 329, Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Киришского городского суда Ленинградской области от 29 января 2024 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Настоящее определение вступает в законную силу со дня его вынесения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 5 декабря 2025 года.

Судья Голубева А.А.