Апелляционное определение № 02-4784/2025 02-4784/2025~М-3396/2025 33-5089/2026 М-3396/2025 от 17 февраля 2026 г. по делу № 02-4784/2025

Судья фио

Гр. дело № 33-5089/26

Гр. дело в суде 1 инстанции № 2-4784/25

УИД 77RS0010-02-2025-005076-67


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

18 февраля 2026 г. адрес

Судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда в составе председательствующего судьи Жолудовой Т.В.,

судей фио, фио,

при помощнике судьи Ереминой Д.А.,

с участием прокурора фио,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи фио дело по апелляционной жалобе истицы ФИО1 на решение Измайловского районного суда адрес от 26 августа 2025 г., которым постановлено:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения адрес «Городская клиническая больница имени фио Департамента здравоохранения адрес» о взыскании компенсации морального вреда, процентов за пользование чужими денежными средствами, штрафа, судебных расходов – отказать полностью,

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ГБУЗ «Городская клиническая больница имени фио Департамента здравоохранения адрес» о взыскании компенсации морального вреда, процентов за пользование чужими денежными средствами, штрафа, судебных расходов. В обоснование иска указала, что 25 сентября 2020 года при проведении истцу в акушерско-гинекологическом центре ГБУЗ «ГКБ им. фио ДЗМ» родов путем операции «кесарево сечение» дополнительно была выполнена операция «хирургическая стерилизация маточных труб (хирургическая окклюзия маточных труб с обеих сторон по методу Томаса-Керера)». Данная услуга была оказана ей ненадлежащим образом, поскольку после проведения указанной операции, 3 декабря 2024 года у нее родился ребенок. Ссылаясь на изложенные обстоятельства, истец просила суд взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере сумма, проценты за пользование чужими денежными средствами, рассчитанные по статье 395 ГК РФ, с момента вступления в силу решения суда до момента его фактического исполнения, сумму штрафа за несоблюдение в добровольном порядке требования истца в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу истца, сумму уплаченной при подаче иска в суд государственной пошлины в размере сумма

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, обеспечила явку своего представителя по доверенности фио, который исковые требования поддержал, просил удовлетворить в полном объёме.

Представитель ответчика ГБУЗ «Городская клиническая больница имени фио Департамента здравоохранения адрес» по доверенности фио в судебное заседание явился, с иском не согласился, просил отказать в его удовлетворении по основаниям, изложенным в письменном отзыве на иск, указывая, что истцом не доказано нарушение ответчиком его прав на оказание ему квалифицированной медицинской помощи, отвечающих требованиям безопасности, медицинские услуги оказаны ответчиком истцу в обоих случаях госпитализации надлежащим образом, в связи с чем оснований для удовлетворения исковых требований не имеется.

Судом постановлено вышеприведенное решение, об отмене которого как незаконного просит в апелляционной жалобе истец ФИО1, не соглашаясь с выводами суда, основанными, как она полагает, на неправильном применении норм материального права

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав объяснения представителя истца по доверенности фио, поддержавшего доводы жалобы, представителя ответчика фио, возражавшего против удовлетворения жалобы, заключение прокурора фио, полагавшей решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия приходит к следующему.

Рассматривая дело, суд правильно руководствовался положениями Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», в статье 4 которого перечислены основные принципы охраны здоровья: 1) соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; 2) приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; 3) приоритет охраны здоровья детей; 4) социальная защищенность граждан в случае утраты здоровья; 5) ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; 6) доступность и качество медицинской помощи; 7) недопустимость отказа в оказании медицинской помощи; 8) приоритет профилактики в сфере охраны здоровья; 9) соблюдение врачебной тайны.

Медицинская помощь – это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; медицинская услуга – это медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение; качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (ст. 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Часть. 2 ст. 5 названного Закона определено, что государство обеспечивает гражданам охрану здоровья независимо от пола, расы, возраста, национальности, языка, наличия заболеваний, состояний, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям и от других обстоятельств.

Согласно ст. 79 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», медицинская организация обязана: 1) оказывать гражданам медицинскую помощь в экстренной форме; 2) организовывать и осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи, и с учетом стандартов медицинской помощи; 2.1) обеспечивать оказание медицинскими работниками медицинской помощи на основе клинических рекомендаций, а также создавать условия, обеспечивающие соответствие оказываемой медицинской помощи критериям оценки качества медицинской помощи; 3) информировать граждан о возможности получения медицинской помощи в рамках программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи и территориальных программ государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи; 6) предоставлять пациентам достоверную информацию об оказываемой медицинской помощи, эффективности методов лечения, используемых лекарственных препаратах и о медицинских изделиях. Медицинские организации, участвующие в реализации программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, наряду с обязанностями, предусмотренными частью 1 настоящей статьи, также обязаны: 1) предоставлять пациентам информацию о порядке, об объеме и условиях оказания медицинской помощи в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи; 2) обеспечивать оказание медицинской помощи гражданам в рамках программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи и территориальных программ государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи.

В силу ч. ч. 1-3 ст. 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» органы государственной власти и органы местного самоуправления, должностные лица организаций несут ответственность за обеспечение реализации гарантий и соблюдение прав и свобод в сфере охраны здоровья, установленных законодательством Российской Федерации.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Суд при рассмотрении дела правомерно сослался на приведенные положения закона, а также на ст. ст. 1064 ГК РФ, устанавливающую общие основания возмещения вреда, а также 151 ГК РФ, согласно которой, компенсации подлежит моральный вред, причиненный действиями, нарушающими личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно ст. 15 Закона РФ от 7 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Из материалов дела следует, что ФИО1 застрахована в адрес по электронному полису обязательного медицинского страхования № 7756310884002571, на основании которого вправе получать бесплатные медицинские услуги по Программе обязательного медицинского страхования.

23 сентября 2020 г. истец ФИО1 поступила на стационарное лечение в ГБУЗ «ГКБ им. фио ДЗМ» в плановом порядке на основании направления на госпитализация в целях проведения родоразрешения путем операции «кесарево сечение».

С 23 сентября 2020 года по 29 сентября 2020 года истец находилась на стационарном лечении в ГБУЗ «ГКБ им. фио ДЗМ».

25 сентября 2020 года истцу в ГБУЗ «ГКБ им. фио ДЗМ» проведена операция «кесарево сечение. хирургическая стерилизация», в результате которой родились две живые доношенные девочки без видимых пороков развития. При выписке даны рекомендации.

Со 2 декабря 2024 года по 5 декабря 2024 года истец ФИО1 находилась на стационарном лечении в акушерско-гинекологическом центре ГБУЗ «ГКБ им. фио ДЗМ».

3 декабря 2024 года путём операции «кесарево сечение» у истца в ГБУЗ «ГКБ им. фио ДЗМ» родился живой доношенный ребенок без видимых пороков развития. Истец выписана из стационара в удовлетворительном состоянии с ребенком под наблюдение врача женской консультации по месту жительства. Рекомендации при выписке даны.

Обращаясь в суд с названными исковыми требованиями, истец сослалась на то, что факт наступления беременности в 2024 году свидетельствует о том, что хирургическая стерилизация в 2020 году ответчиком проведена некачественно, что повлекло беременность истца и роды, в данной связи истцом 15 октября 2024 года ответчику направлена досудебная претензия с требованием выплаты компенсации морального вреда, оставленная ответчиком без удовлетворения.

Рассматривая дело, проверяя доводы сторон, суд учел объяснения ответчика, представленные им доказательства, из которых следует, что на проведение операции получено информированное добровольное согласие, подписанное пациенткой, в соответствии с которым, истец была ознакомлена с характером предстоящей операции, предупреждена о факторах риска, а также о том, что в ряде случаев может потребоваться повторная операция. Также представитель ответчика пояснил, что истец имела возможность задать вопросы о степени риска и пользе оперативного вмешательства, а также любые другие вопросы, а врач дал на заданные вопросы понятные и исчерпывающие ответы, о чем истец также была проинформирована, в том числе в письменном виде, до начала оперативного вмешательства.

На проведение хирургической стерилизации истец выразила желание, написав заявление о проведении хирургической стерилизации. Хирургическая стерилизация проведена истцу ФИО1 на основании статьи 57 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», согласно которой медицинская стерилизация как специальное медицинское вмешательство в целях лишения человека способности к воспроизводству потомства или как метод контрацепции может быть проведена только по письменному заявлению гражданина в возрасте старше тридцати пяти лет или гражданина, имеющего не менее двух детей, а при наличии медицинских показаний и информированного добровольного согласия гражданина - независимо от возраста и наличия детей.

Судом обоснованно принято во внимание то, что, согласно «Национальным медицинским критериям приемлемости методов контрацепции» (адаптированный документ «Медицинские критерии приемлемости использования методов контрацепции ВОЗ, 5 издание 2015», Москва, 2023), женская стерилизация входит в группу наиболее надежных методов контрацепции, не обеспечивая при этом стопроцентного противозачаточного эффекта: в течение первого года после стерилизации на 100 женщин приходится менее 1 случая незапланированной беременности (5 случаев на 1000 женщин). Процент наступления незапланированных беременностей после хирургической стерилизации составляет 0,5 %. Также возможно наступление беременности у пациентки после проведенной хирургической стерилизации посредством ВРТ: проведение ЭКО и криоперенос.

По обращению истца ответчиком 28 мая 2025 года проведено заседание врачебной комиссии, протокол работы которой предоставлен в материалы дела. Врачебной комиссией установлено, что:

Медицинская помощь ФИО1 в 2020 году оказана в соответствии с приказом Министерства здравоохранения РФ от 1 ноября 2012 года № 572н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология (за исключением использования вспомогательных репродуктивных технологий)».

ФИО1 поступила в родильный дом 23 сентября 2020 года по направлению врача лечебно-диагностического отделения для родоразрешения с диагнозом: беременность 37 недель. Бихориальная биамниотическая двойня. Тазовое (ножное) предлежание 1 плода. Рубец на матке после 3-х операций кесарева сечения. госпитализирована в ОПБ для обследования и родоразрешения. Выработан оперативный план родов путем операции кесарева сечения. Учитывая желание пациентки, наличие рубца на матке после 3-х операций кесарева сечения, наличие 4-х здоровых детей принято решение о проведении хирургической стерилизации во время операции кесарева. 25 сентября 2020 года произведена лапаротомия по Пфаненштилю с иссечением кожного рубца. Кесарево сечение в нижнем маточном сегменте поперечным разрезом. Рассечение спаек. Хирургическая стерилизация маточных труб. В 12.32 за переднюю ножку без затруднений извлечена живая доношенная девочка без видимых пороков развития, Оценка по шкале Апгар 8/9 баллов, вес 2870 г. рост 48 см. Вскрыт плодный пузырь 2 плода. В 12.33 за переднюю ножку без затруднений извлечена живая доношенная девочка без видимых пороков развития. Оценка по шкале Апгар 8/9 баллов, вес 2790 г. рост 47 см. Произведена хирургическая окклюзия маточных труб с обеих сторон по Томасу-Кереру. Операция проведена без технических сложностей. Установлен заключительный диагноз «IV своевременные оперативные роды бихориальной биамниотической двойней. Ножное предлежание обоих плодов. Отягощенный акушерско- гинекологический анамнез. Рубец на матке после 3-х операций кесарева сечения. Спаечный процесс в брюшной полости. Лапаротомия по Пфаненштилю с иссечением кожного рубца. Кесарево сечение в нижнем маточном сегменте поперечным разрезом. Рассечение спаек. Хирургическая стерилизация маточных труб». Послеоперационный период протекал без осложнений. Выписана ФИО1 на 4 сутки с живыми, здоровыми детьми.

В медицинской карте ФИО1 от 2020 года № 52813 имеется добровольное согласие на проведение операции «Кесарево сечение. Хирургическая стерилизация» и заявление, собственноручно подписанное ФИО1, о выполнении хирургической стерилизации.

Хирургическая окклюзия маточных труб с обеих сторон проведена ФИО1 на основании статьи 57 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», согласно которой медицинская стерилизация как специальное медицинское вмешательство в целях лишения человека способности к воспроизводству потомства или как метод контрацепции может быть проведена только по письменному заявлению гражданина в возрасте старше тридцати пяти лет или гражданина, имеющего не менее двух детей, а при наличии медицинских показаний и информированного добровольного согласия гражданина - независимо от возраста и наличия детей.

Медицинская помощь ФИО1 в 2024 году оказана в соответствии с приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 20 октября 2020 года № 1130н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология» на основе Клинические рекомендации «Послеоперационный рубец на матке, требующий предоставления медицинской помощи матери во время беременности, родов и в послеродовом периоде», утв. Министерством здравоохранения Российской Федерации, 2024 г. ФИО1 обратилась в роддом в доношенном сроке беременности 3 декабря 2024 года. В день обращения произошли 5-е своевременные оперативные роды, родоразрешение путем операции кесарево сечение, без осложнений, родился живой доношенный ребенок весом 3560 г., рост 52 см с оценкой по шкале Апгар 8/9 балов. Выписана ФИО1 в удовлетворительном состоянии вместе с ребенком под наблюдение врача ЖК по месту жительства.

На время оказания медицинской помощи ФИО1 тактика ведения пациентки была определена лечащим врачом с учетом состояния пациентки, ее индивидуальных особенностей, в соответствии с установленным диагнозом, и ее добровольного информированного согласия пациентки на оказание медицинской помощи.

Нарушений при оказании медицинской помощи ФИО1 не установлено. Беременность, наступившая после хирургической стерилизации у ФИО1, является реализацией риска наступления незапланированной беременностей у пациентки с ранее проведенными операциями на органах малого таза (кесарево сечение).

Таким образом, судом на основании совокупности представленных доказательств установлено, что ответчиком проведены истцу медицинские манипуляции и оперативные вмешательства в соответствии с предъявляемыми к ним требованиям, качественно. Доказательств, подтверждающих обратное, в материалы дела не предоставлено, судом не добыто.

Тот факт, что истец после проведенной стерилизации вновь забеременела, выносила и родила ребенка, полагая, что после проведенного ответчиком оперативного вмешательства забеременеть не может, является допустимой погрешностью проведенной ей операции, соответствующей медицинским критериям, и не является некачественно оказанной услугой ответчиком.

Тем самым оснований полагать, что действия ответчика истцу был причинён какой-либо вред, не имеется.

Судебная коллегия не усматривает оснований для иных выводов. Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции правильно определил юридически значимые обстоятельства дела, применил закон, подлежащий применению, дал надлежащую правовую оценку собранным и исследованным в судебном заседании доказательствам и постановил решение, отвечающее нормам материального права при соблюдении требований гражданского процессуального законодательства.

Доводы апелляционной жалобы правовых оснований к отмене решения суда не содержат, по существу сводятся к изложению обстоятельств, являющихся предметом исследования и оценки суда первой инстанции и к выражению несогласия с произведенной судом оценкой представленных по делу доказательств, к субъективному толкованию норм материального права, судебная коллегия не находит оснований для переоценки доказательств, представленных сторонами по делу, иному толкованию закона, регулирующего возникшие отношения.

Ссылок на какие-либо процессуальные нарушения, являющиеся безусловным основанием для отмены правильного по существу решения суда, апелляционная жалоба не содержит.

Таким образом, судебная коллегия считает, что обжалуемое решение, постановленное в соответствии с установленными в суде обстоятельствами и требованиями закона, подлежит оставлению без изменения, а апелляционная жалоба, которая не содержит предусмотренных ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены решения, - оставлению без удовлетворения.

Руководствуясь ст. ст. 328, 329, 330 ГПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Решение Измайловского районного суда адрес от 26 августа 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу истца ФИО1 – без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 06.04.2026 г.

Председательствующий

Судьи: