Приговор № 1-275/2021 от 22 июля 2021 г. по делу № 1-275/2021

55RS0007-01-2021-003395-82

№ 1 – 275 / 2021


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Омск 23 июля 2021 года

Центральный районный суд города Омска в составе:

председательствующего - судьи Полищука А.А.,

при секретаре Яновой В.Б.,

с участием государственных обвинителей – пом.прокурора ЦАО г.Омска ФИО1, ФИО2 и ФИО3,

подсудимого ФИО4,

защитника – адвоката Ильиной Г.В.,

потерпевших К. ,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении:

ФИО4 , <данные изъяты> ранее не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 162 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО4 совершил разбой с угрозой применения насилия, опасного для жизни или здоровья, при следующих обстоятельствах.

ФИО4 <данные изъяты> минут, достоверно зная, что в помещении офиса ООО <данные изъяты>», расположенного по <адрес>, находится один сотрудник – кредитный специалист К. , и хранятся денежные средства, имея умысел, направленный на разбойное нападение в целях хищения чужого имущества, из корыстных побуждений, закрыв лицо медицинской маской, через открытую дверь вошел в помещение офиса ООО <данные изъяты>», расположенного по <адрес>. Находясь в вышеуказанном помещении, в указанный период времени ФИО4, действуя умышленно, из корыстных побуждений, достав из кармана, надетой на нем толстовки, заранее принесенный с собой кухонный нож, демонстрируя его в качестве оружия с целью подавления воли к сопротивлению, держа нож в руке, направился в сторону сидевшей за столом К. , совершив нападение на последнюю, высказая требование о передаче ему денежных средств, находящихся в кассе офиса ООО <данные изъяты>». К. , воспринимая угрозу демонстрацией ножа реально, опасаясь угрозы свой жизни и здоровью, не имея возможности покинуть помещение офиса, подчинилась требованиям, высказанным ФИО4, достала находящиеся в выдвижном денежном ящике сейфа денежные средства, принадлежащие ООО <данные изъяты>» в сумме <данные изъяты> рублей, различными купюрами и положила их на стол. После этого ФИО4 взял вышеуказанные денежные средства и убрал в карман одетых на нем брюк, тем самым открыто, с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, похитил эти денежные средства.

С похищенными денежными средствами ФИО4 с места совершения преступления скрылся и распорядился ими по своему усмотрению, причинив потерпевшей К. моральный вред и ООО <данные изъяты> материальный ущерб на общую сумму <данные изъяты>.

В судебном заседании ФИО4 вину признал полностью и пояснил, что проживал в г.<данные изъяты>, где в <данные изъяты> году познакомился с супругой, которая была родом из <адрес>. <данные изъяты> В <данные изъяты> года переехали, сняли квартиру, накопленные деньги вскоре закончились. У жены маленькая выплата по инвалидности <данные изъяты> группы, он не мог найти работу по специальности несколько месяцев. Все попытки устроиться на работу оканчивались неудачей, так как на тяжелый физический труд он не годен из-за здоровья, а по специальности не мог найти работу, хотя искал ее и ходил на собеседования. Из-за напечатанных объявлений у него в сумке и оказался этот злосчастный нож, так как купил его вместе со скотчем, чтобы отрезать ленту и расклеивать объявления. Поскольку беременная жена сильно нервничала из-за отсутствия денег, а жили только на арендные платежи от квартиры в г.<данные изъяты>, что давало <данные изъяты> руб.в месяц, но нужно было платить за съемную квартиру в <адрес> и платить старый кредит за операцию, всего оставалось около <данные изъяты>. руб. в месяц на проживание. Поскольку к середине августа ждали рождение ребенка проблема денег стал острой и он, желая успокоить жену, сказал ей в начале апреля, что нашел работу, стал с утра уходить на несуществующую «работу» и пытался всячески заработать, но так и не получил денег, вынужден был заложить обручальное кольцо в ломбарде<данные изъяты> обещал жене принести зарплату. С утра <данные изъяты> ходил по г.Омску, не имея денег и где-то с <данные изъяты> час. оказался на <адрес> оказалась микрофинансовая организация «<данные изъяты>». Несколько раз звонила жена и спрашивала про зарплату, он (Л. ) был в отчаянии и не знал, где добыть денег, чтобы отнести домой. В это время оп телефону увидел ролик о грабеже микрофинансовой организации и сам решил совершить такое преступление, для чего накинул капюшон своей толстовки с больной и заметной надписью «<данные изъяты>» и надел мед.маску, а также достал хранившийся в сумке нож. действительно в <данные изъяты> в таком виде зашел в <данные изъяты>», где была только <данные изъяты> и быстро приблизился к ней держа нож в руке, но нож в ее конкретно сторону не направлял, не пытался ее ударить или им прикоснуться. Просто использовал его для испуга, как бы угрожал-демонстрировал нож, но никак его не применял и не хотел этого делать. Девушка испугалась, хотя он угроз не высказывал, все время вел себя вежливо и извинялся или благодарил девушку. Сказал ей также «держать руки на виду» (чтобы не вызвала охрану) и уходя сообщил о «друге на улице», но без каких-либо угроз. Взял только купюры (монеты не брал), не считая и, извинившись перед потерпевшей, покинул офис. Еще до этого вызвал такси, чтобы ехать домой к родителям жены. В такси увидел, что похитил <данные изъяты> руб. Только тогда понял, что на творил, сам стал переживать и раскаиваться – «ноги не держали» от содеянного. Приехав в дом родителей жены в подъезде между <данные изъяты> решил избавиться от ножа и просто оставил его на ступеньках лестницы. Дома отдал жене <данные изъяты>. как «зарплату», остальные оставил себе, их на следующий день изъяла полиция. Утром <данные изъяты> снова «ушел на работу», с утра посидел в кафе, выкупил в ломбарде по <адрес> ранее сданное обручальное кольцо и прошел в кафе рядом. Через некоторое время к нему подошли сотрудники полиции и объявили, что он по приметам похож на грабителя в <данные изъяты>» и должен пройти с ними. Он не стал что-либо скрывать и сразу сознался в совершении преступления, в полиции все рассказал, сообщил, где хранятся оставшиеся <данные изъяты> руб. и выразил готовность возместить весь ущерб организации и девушке-потерпевшей. Уже после майских праздников полностью возместил ущерб и выплатил потерпевшей К. названную ею сумму морального вреда в <данные изъяты> руб. В содеянном он искренне раскаивается и осуждает себя, перед потерпевшими извиняется и заверяет, что больше преступлений не совершит. Ему стыдно и он сам удивлен. Что смог пойти на такое. В настоящее время он трудоустраивается плиточником к тестю, поскольку так и не смог найти работу компьютерщика. Хочет также продолжить учебу, жить с семьей и воспитывать ребенка, жить нормальной жизнью и работать. На «легкие деньги» он больше не польститься и будет работать. Просит поверить, что нож он никак не применял и его на потерпевшую не направлял, что-то следователь мог не так записать, так как он был в шоковом состоянии от происшедшего и деталей своих действий не помнил, но потом просмотрел видеозапись и убедился, что нож он никак не применял. Показания в суде правдивые, а первые показания на следствии, что-то могло не так быть записано.

По инициативе стороны обвинения были оглашены неточности-противоречия в показаниях подозреваемого ФИО4 от <данные изъяты> (т.<данные изъяты>) в части противоречий: в кармане куртки находился кухонный нож, который заранее взял с собой из дома, не говоря супруге, что собирается совершить преступление (т.<данные изъяты>).

На это подсудимый пояснил, что не брал ножа специально из дома – это нож у него остался в сумке, следователь, возможно, так записал или перепутал, а он не придал этому значения. Следователю просто говорил, что «нож был с собой».

В части оглашенных противоречий про «направил нож в сторону груди девушки, сказав: «спокойно, не дергайся, кнопки не жмем, трогать не буду, нужны только деньги» (т.<данные изъяты>) подсудимый пояснил, что это были записанные следователем показания до просмотра видеозаписи, на которой видно, что никуда нож не направлял и его не использовал, только показал, держа на уроне своего живота. Видео на допросе еще не видел, неверно записано.

Таким образом, единственным фактически оспариваемым моментом является факт «использования ножа в качестве оружия», который подлежит оценки с учетом показаний всех очевидцев происшедшего (потерпевшей и подсудимого) и просмотра видеозаписи о происшедшем.

Потерпевшая К. в суде показала, что работает специалистом по микрофинансовым операциям в ООО <данные изъяты>», расположенном по <адрес>. Они выдают микрозаймы. <данные изъяты> в их офис около <данные изъяты> часов зашел мужчина, поздоровался, подошел к ней. Она была одна и сидела за столом. Мужчина достал нож, когда подходил к ней, просто держал его в руке. Она сидела к нему боком. Он был рядом и держал нож в районе ее спины, кажется, в правой руке, но не прикасаясь к ней. Она только видела этот нож в его руке. Он не говорил, что собирается его применять. Мужчина потребовал отдать деньги, сказал, что не тронет ее, ему нужны деньги, только деньги. Она испугалась за свою жизнь, готова была все отдать. Она открыла кассу и отдала <данные изъяты> рублей (все, что было). Она положила деньги на стол, мужчина их забрал. Стал уходить, сказал, что на улице друг и ушел. На нож она уже не смотрела и не может сказать, держал ли он нож в руке, когда уходил. Повреждений телесных или одежды не было, прикосновений ножа к телу тоже не было. Она закрылась в офисе, сообщила директору Ш. и вызвала полицию. Там все рассказала. Лицо мужчины запомнила смутно и куртку с надписью на груди (маленькой) и на спине (большая надпись «<данные изъяты>». В ходе следствия ущерб возмещен. Жена Л. после подачи заявление на следующий день передала ей <данные изъяты> рублей за моральный вред. Видеозапись в помещении была изъята. На опознании узнала Л. . По мере наказания – на усмотрение суда, на строгом не настаивает. Кроме имущественного вреда (<данные изъяты> рублей) ей жена Л. передала <данные изъяты> рублей за моральный вред. Она согласна с этой суммой. Л. приносил свои извинения, извинялся искренне. Нож к телу не приставлял, а лишь направил в ее сторону. Она была на расстоянии. Была демонстрация ножа, нож не прикасался ее. Уточнила, что примерно, с <данные изъяты> часов, Л. следил за ней снаружи, стоял и ждал. Была просмотрена видеозапись. Получается, нож Л. просто держал в руке сбоку. Она испугалась ножа.

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Судом также исследовались нижеследующие письменные материалы и документы по делу.

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Дополнительно представленная стенограмма разговора между потерпевшей и подсудимым во время совершения преступления (на базе видеозаписи), сверенная по точности в ходе судебного разбирательства.

Сведения о найме жилья ФИО4 и состоянии его здоровья

Указанные документы и доказательства также подтверждают установленные судом обстоятельства совершения преступления, которые оспариваются в судебном заседании только в части применения- использования ножа как квалифицирующего признака. В части угрозы применения насилия, опасного для жизни и здоровья, и последствий совершения хищения – обстоятельства никем не оспариваются.

Проанализировав и оценив в совокупности доказательства по делу, суд устанавливает обстоятельства совершения преступления и квалификацию действий подсудимого, поддержанной стороной защиты, как разбойного нападения, с установлением обстоятельств происшедшего в рамках положений ст. 252 УПК РФ, не ухудшающих положение виновного и не нарушающих его права на защиту.

Суд берет за основу показания очевидцев происшедшего (потерпевшей К. и подсудимого) в рамках происшедшего по юридически значимым по делу моментам, сравнивая их показания с видеозаписью события преступления.

По факту применения самого угрозы насилия, что никем не оспаривается и всеми очевидцами подтверждается, суд учитывает и показания самого подсудимого, признающего этот момент своих действий и вину в совершении преступления в данной части, так и потерпевшей, а также достоверно установленные факты завладения денежными средствами с применением угрозы в виде демонстрации ножа подсудимым.

С учетом указанных выше моментов суд в основу обвинительного приговора кладет (с учетом уточнения и корректировке обстоятельств, установленных в судебном заседании) показания потерпевшей К. , а также показания подсудимого (в судебном заседании) по фактам угрозы применения насилия и завладения денежными средствами, но без применения предмета, используемого в качестве оружия, подтвержденные изъятием орудия преступления и наличием указанных денежных средств.

Подсудимы последовательно отрицал факт применения (использования) предмета в качестве оружия, об этом фактически дает показания и сама потерпевшая. Просмотренная неоднократно видеозапись также не дает каких-либо оснований считать, что подсудимым использовался нож в качестве оружия. Достоверно установлено, что подсудимым демонстрировал принесенный с собой нож, без какого-либо его применения по отношению к потерпевшей. Угроза путем демонстрации (без намерения использовать предмет) не может быть квалифицирована по ч.2 ст.162 УК РФ и подлежит переквалификации как разбой, с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья. В подобной ситуации по делу суд в соответствии с положениями ч.3 ст.14 УПК РФ все неустранимые сомнения трактует в пользу обвиняемого и исключает данный квалифицирующий признак, несмотря на позицию государственного обвинителя.

Фактически выполненные подсудимым действия образуют состав разбойного нападения по ч.1 ст.162 УК РФ, оснований сомневаться в обстоятельствах действий подсудимого и объеме похищенного у суда не имеется.

Таким образом, никто из очевидцев происшедшего (в том числе, сам подсудимый) не оспаривает: корыстный мотив совершенного преступления, высказанных требований имущественного характера – передачи имущества (денежных средств), под угрозой применения насилия в отношении потерпевшей со стороны ФИО4 в рамках предъявленных требований передачи имущества и последующее за этим фактическое завладение имуществом. Данные требования сопровождались демонстрацией ножа, находившегося в руке нападавшего, без намерения его реального применения в процессе совершения преступления.

Фактически подсудимым и защитой оспаривается только факт применения ножа при совершении разбоя, но не оспаривая его демонстрации в ходе нападения, что полностью соответствует показаниям потерпевшей и содержанию видеозаписи происшедшего.

Суд в данной части полностью соглашается с подобной мотивированной позицией защиты и подсудимого о необходимости исключения указанного квалифицирующего признака разбоя – «с применением предмета, используемого в качестве оружия». Указанные действия по демонстрации охватываются составом деяния, квалифицируемого «с угрозой применения насилия, опасного для жизни или здоровья». Именно этот момент и образует квалификацию деяния как разбой. Восприятие реальности угрозы применения насилия, опасного для жизни и здоровья, вызванного демонстрацией ножа, является общим требованием к квалификации действий виновного по ст. 162 УК РФ.

По смыслу уголовного закона одна лишь демонстрация предмета, используемого в качестве оружия – в данном случае кухонного ножа (при отсутствии намерения его применения), не образует указанного квалифицирующего признака. Подсудимый последовательно на это указывал, не оспаривала этот момент и потерпевшая.

При этом суд, исключает из обвинения данный признак ст.162 УК РФ и сами обстоятельства «применения предмета» как не нашедшие своего подтверждения в судебном заседании и переквалифицирует деяние, совершенное подсудимым, с ч. 2 ст. 162 УК РФ на ч. 1 ст. 162 УК РФ. Подобное изменение осуществляется в рамках положений ст. 252 УПК РФ.

Указанные выше доказательства подтверждают виновность подсудимого в совершении инкриминируемого ему (с учетом изменения квалификации) преступления и правильность установления в целом фактических обстоятельств происшедшего в рамках угрозы применения насилия при разбое.

Таким образом, содеянное ФИО4 судом квалифицируется по ч. 1 ст. 162 УК РФ – разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с угрозой применения насилия, опасного для жизни или здоровья.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, относящегося к категории тяжких, конкретные обстоятельства совершения преступления, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, влияние наказания на исправление виновного и условия жизни его семьи.

Согласно ст.61 УК РФ суд относит к числу смягчающих наказание подсудимого обстоятельств: полное признание вины и заявленное раскаяние, полное добровольное возмещение причиненного имущественного вреда (организации) и морального (потерпевшей К. ), активное способствование расследованию преступления, состояние здоровья (наличие заболеваний) у подсудимого и его супруги (имеет инвалидность), состояние беременности супруги.

Одновременно суд не признает состоятельным довод защитника о возможности признания пояснений подсудимого после задержания как «явки с повинной», последний был задержан сотрудниками полиции именно за совершение конкретного преступления (сам являться в правоохранительные органы он не собирался) и только подтвердил его совершение, дав правдивые показания, что расценено судом как активное способствование расследованию в рамках оценки наличия условия для применения положений ч.1 ст.62 УК РФ, наряду с добровольным возмещением причиненного ущерба.

Учитывая вышеизложенное, а также положения ч.1 ст.62 УК РФ о предельных размерах наказания, степень социальной и семейной обустроенности подсудимого, заявленное им изменение своего поведения и отношения к содеянному после совершения преступления, его меры по трудоустройству и положительно характеризующие его личность данные, требования ст.ст.6 и 60 УК РФ, мнение потерпевшей (не настаивала на строгом наказании) - суд с учетом поведения ФИО4 после совершения преступления считает справедливым и необходимым назначить ФИО4 наказание за совершение разбоя – в виде лишения свободы, но не связанного с реальной изоляцией от общества – с применением положения ст.73 УК РФ (в условной форме исполнения) и возложением обязанностей, полагая, что в данной ситуации в подобной форме будет достигнуто исправление виновного как цель наказания.

Иной (более мягкий) вид наказания в данной ситуации по делу не может быть назначен. Оснований для изменения категории преступления, применения положений ст.64 УК РФ или прекращения дела (с учетом обстоятельств дела и данных о личности) – суд не усматривает.

С учетом данных о личности, материального положения и конкретных обстоятельств дела, суд полагает, что дополнительное наказание по ч. 1 ст. 162 УК РФ в виде штрафа не подлежит назначению.

Процессуальные издержки по делу суд относит за счет средств федерального бюджета.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.304, 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО4 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.162 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 2 (двух) лишения свободы.

На основании ст. 73 УК РФ назначенное ФИО4 наказание считать условным с испытательным сроком 1 (один) год 6 (шесть) месяцев. Обязать ФИО4 в этот период: не менять места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного; являться на регистрационные отметки в указанный орган, в течение 2 месяцев по вступлению приговора в законную силу принять меры по трудоустройству.

Меру пресечения ФИО4 – домашний арест – отменить по вступлении приговора в законную силу.

Вещественные доказательства по делу по вступлению приговора в законную силу:

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Омский областной суд в течение 10 суток со дня провозглашения через Центральный районный суд г.Омска.

Судья: А.А. Полищук