Приговор № 1-352/2019 от 8 сентября 2019 г. по делу № 1-352/2019

Дело № 1-352/19


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

(извлечение для размещения на Интернет-сайте суда)

Санкт-Петербург 09 сентября 2019 г.

Калининский районный суд Санкт-Петербурга в лице судьи Мещеряковой Л.Н.,

с участием государственного обвинителя – помощника прокурора Калининского района Санкт-Петербурга ФИО1,

подсудимого ФИО2,

защитника-адвоката Орлова А.В., представившего удостоверение №1522 и ордер № 653340,

при секретаре Кирилловой М.А.,

рассмотрев в открытом судебном уголовное дело в отношении ФИО2, ранее не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст. 111 ч.4 УК РФ,

/ содержащегося под стражей с 08 сентября 2018 г., фактически задержан 06 сентября 2018 г. /,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего.

Преступление совершено при следующих обстоятельствах:

06.09.2018 г., в период времени с 19 часов 23 минут до 20 часов 05 минут, ФИО2, находясь у д.Х по пр.Х в Калининском районе Санкт-Петербурга, в ходе конфликта, возникшего на почве личных неприязненных отношений с С., действуя умышленно, нанес ему не менее четырех ударов руками и не менее одного удара головой в область головы, причинив своими преступными действиями С. закрытую тупую травму головы, сопровождавшуюся ушибом головного мозга, прорывом крови в желудочки головного мозга, осложнившуюся сдавлением, отеком и дислокацией головного мозга, в результате чего в 20 часов 42 минуты 06.09.2018 г. наступила смерть С. в карете скорой медицинской помощи, припаркованной у д.Х по пр.Х в Калининском районе Санкт-Петербурга.

Допрошенный в судебном заседании подсудимый ФИО2 вину в причинении смерти С. признал, не отрицая нанесение последнему указанных ударов в область головы. При этом он указал, что не желал причинять смерть потерпевшему, удары наносил в ходе драки с потерпевшим, защищаясь от его ударов.

По обстоятельствам произошедшего ФИО2 пояснил, что он работает на автомашине «Х», развозит продукты. 06.09.2018 г. он возвращался домой /пр.Х, д.Х лит.Х/ с работы. Когда заезжал во двор, увидел, что у середины д.Х находились четверо мужчин, в том числе, С. С. остановил его машину и спросил, куда он собирается ее ставить. Он ответил С., что проедет дальше и там припаркует машину. На это С. сказал, что здесь машину ставить нельзя. Он /ФИО3/ сказал С., что сам решит, где ставить свою машину. С. стал ругаться нецензурно. Они поспорили, и он /ФИО3/ проехал до конца дома и там припарковал машину. В это время он увидел, что четверо мужчин подходят к нему. С. предложил ему отойти и поговорить наедине, но он /ФИО3/ сказал, что не хочет с ним разговаривать. В этот период знакомый С. /как потом узнал – В./ пытался успокоить С., стоя к нему /ФИО3/ спиной. Но потом он вдруг неожиданно повернулся и нанес ему /ФИО3/ удар кулаком в лицо, порвал рубашку. Он /ФИО3/ отбежал в сторону, хотел подойти к своей машине, чтобы забрать документы и телефон, но один из друзей С., видимо, М., заблокировал ему подход к машине. У машины началась драка. Его /ФИО3/ били С. и еще один человек, а третий не позволял подойти к машине. Четвертый человек находился в стороне. Ему /ФИО3/ наносили удары, и он защищался, также нанося нападавшим удары. В какой-то момент, когда все остановились, он /ФИО3/ нанес удар головой в голову С. От этого удара С. упал на асфальт, лицом вниз. Второй мужчина и третий мужчина, стоящий у машины, стали подходить к С., а он /ФИО3/ сел в машину, отъехал от места происшествия и позвонил в «скорую помощь» и полицию. Когда приехали сотрудники полиции, он им все рассказал и показал, кто его бил. Но В. к тому моменту уже на месте не было.

Также ФИО2 при допросе в суде пояснил, что в ходе конфликта С. вел себя агрессивно, было видно, что он находится в состоянии опьянения.

Помимо показаний подсудимого, данных им в ходе судебного разбирательства, его вина в совершении преступления подтверждается исследованными судом доказательствами:

Показаниями ФИО2, данными им в качестве подозреваемого, которые были оглашены в суде в порядке п.1 ч.1 ст.276 УПК РФ, из которых следует, что ФИО2 в ходе допроса указывал, что после нанесения ему удара знакомым С. конфликт происходил только между ним /ФИО3/ и С., мужчина, который нанес ему первый удар, стоял в стороне с другим мужчиной /т.1 л.д.249-253/.

Протоколом осмотра места происшествия – участка местности у д.Х по пр.Х в Санкт-Петербурге, согласно которому в ходе осмотра места происшествия 06.09.2018 г., в период времени с 22 часов 24 минут до 23 часов 26 минут, помимо иных объектов и предметов, был изъят смыв вещества бурого цвета. Труп С. не осматривался, поскольку его смерть наступила в машине скорой медицинской помощи, и его труп был направлен в морг до прибытия следователя /т.1 л.д.31-38/.

Показаниями потерпевшей С., данными ею в ходе предварительного расследования и оглашенными в суде в порядке ч.3 ст.281 УПК РФ, из которых следует, что 06.09.2018 г., в 19 часов 02 минуты, она созванивалась С., который ей сообщил, что у него все хорошо, он находится за домом, где они проживают, с друзьями. После этого она пошла в магазин, расположенный рядом с домом, где пробыла около 20 минут. Когда она возвращалась домой и проходила мимо двора рядом со своим домом, увидела машину черного цвета, которая ехала во двор, за ней бежали несколько мужчин не славянской внешности. Она подошла к торцу своего дома, ближе к детскому садику №Х, который находится рядом, и увидела своего сына и какого-то мужчину не славянской внешности. Также там стояли еще несколько человек, которые громко что-то кричали грубой нецензурной бранью. Издалека она поняла, что конфликт происходит между ее сыном и стоящим рядом с ним мужчиной, потому что они стояли близко друг другу. Она начала кричать: «Не трогайте его, вы его убьете», и побежала в их сторону. А когда подбежала к ним, то увидела, что ее сын лежит на асфальте, а вокруг него растекается кровь. Лежал он лицом вниз. Она не видела, как сыну наносились удары. Находящиеся рядом люди ей сказали, что бил ее сына стоящий рядом с ним мужчина. Позже узнала его фамилию – ФИО3. Ее сын лежал без признаков жизни. Когда приехала «скорая помощь», они забрали сына в машину, где пытались провести реанимационные мероприятия. В этот момент уже на месте были сотрудники полиции, рядом с которыми стоял ФИО3. При этом последний рассказывал сотрудникам полиции о том, что он подрался с ее сыном – С. и нанес ему несколько ударов по голове, потом ударил его головой в область головы, от чего С. упал на землю. Через некоторое время сотрудники «скорой помощи» сообщили ей, что сын умер /т.1 л.д.53-55/.

В судебном заседании потерпевшая также указала, что сын был спокойным человеком, но в нетрезвом состоянии становился агрессивным.

Показаниями свидетеля М., данными им в ходе предварительного расследования, а также данными в суде, в той части, в которой они согласуются между собой и с иными доказательствами. Так, из показаний свидетеля М. следует, что 06.09.2018 г., в вечернее время суток, он находился около д.Х по пр. Х в Санкт-Петербурге. Там он распивал пиво со своими знакомыми. Примерно в 19 часов 45 минут они увидели, как у детского садика, расположенного по другую сторону от дома Х по пр.Х, остановились два автомобиля, из которых выбежали лица кавказской внешности. Он подумал, что там могло что-то произойти, и побежал в ту сторону. Когда он прибежал туда, то увидел, что его знакомый С. стоит напротив мужчины неславянской внешности. Этого мужчину он лично не знал, но знает, что он проживает в доме Х по пр.Х. Позже узнал его фамилию – ФИО3. Там же находились М. и ФИО4 наносил удары по лицу С., лицо последнего было в крови. Затем подбежали другие мужчины кавказской внешности, которых он ранее видел у автомобилей. Данные мужчины стали драться с М. и В. Когда драка закончилась, то С. уже лежал на асфальте, и под ним разливалась кровь. Увидев это, он /М./ стал звонить в «скорую помощь». Также он видел, что в «скорую» звонят еще несколько человек. Мужчины кавказской внешности стали убегать. А ФИО3 сел в машину – «Х», и отъехал, но через некоторое время вернулся обратно.

Также свидетель М. пояснял, что удары С. наносил только ФИО3. Последний нанес С. несколько ударов кулаками в область головы /т.1 л.д.74-76, 77-80/.

Показаниями свидетеля М., который при допросе пояснил, что 06.09.2018 г., около 19 часов 30 минут, он, С. и В. стояли у д.Х по пр.Х в Санкт-Петербурге и употребляли пиво, с ними также был еще М., но он куда-то отходил от них. Около 19 часов 30 минут во двор заехал автомобиль – «Х», за рулем автомобиля был мужчина кавказской внешности, который ему лично не знаком, но он видел ранее, как этот мужчина парковал автомобиль во дворе. Когда «Х» проехала мимо них, С. подошел к водителю с каким-то вопросом, с каким именно, он /М./ не помнит. Затем они с В. увидели, что между С. и водителем автомашины начался конфликт, и подбежали к ним. Мужчина, который управлял автомобилем «Х» /как впоследствии узнал – ФИО2/, начал наносить удары по голове С. Сколько ударов нанес, он не помнит, но их было точно не меньше 4, а, может, и больше. Он /М./ хотел разнять их, но не успел до них дойти, так как к ним с В. подошли несколько человек кавказской внешности и начали наносить удары ему и В. В это время он увидел, как С. от ударов ФИО3 упал на асфальт. После этого мужчины, которые наносили им удары, убежали, а ФИО3 сел в автомобиль «Х» и отъехал в сторону. Через некоторое время он вернулся. Далее кто-то вызывал «скорую помощь» и полицию. Прибывшие врачи «скорой помощи» оказывали помощь С., но он умер в автомобиле «скорой помощи». После этого его /М./ задержали и доставили в отдел полиции.

Также из показаний М. следует, что С. удары ФИО2 не наносил /т.1 л.д.83-85, 86-89/.

Показаниями свидетеля В., который пояснил, что в сентябре 2018 г. он со своим товарищем – С., во дворе своих домов – д.Х и д.Х по пр.Х, в течение дня – примерно с 16 часов распивали спиртные напитки. Также к ним присоединился М. Потом подъехал на машине ФИО2, которого он /В./ знает как соседа по парадной. Это было около 20 часов. С. отошел от него /В./ и М. и подошел к ФИО2, стал с ним что-то выяснять на повышенных тонах. Тогда он /В./ подошел к С. и ФИО2 и стал ругаться с ФИО2 Они оскорбляли друг друга нецензурными словами. И тогда он /В./ ударил ФИО2 кулаком в лицо. На это ФИО2 что-то сказал и побежал к машине, хотел в нее сесть, но М. не дал ему сесть в машину, преградив путь к машине. ФИО2 отошел в сторону и стал кому-то звонить, а они /он – В., М. и С./ продолжали стоять и разговаривать. Примерно через 10-12 минут приехали две автомашины с людьми – было 12-14 человек. Эти люди напали на них троих, и началась драка. В ходе драки он /В./ видел, что С. удары наносит ФИО2 Видел 3-4 удара в область головы, видел, что у С. разбито лицо, а потом уже увидел, что С. лежит на земле без сознания, а мать С. кричит, что его убили. Чтобы кто-то еще наносил удары С., кроме ФИО2, он /В./ не видел.

Из показаний свидетеля П. следует, что она проживает по адресу: Х. 06.09.2018 г., в вечернее время суток, она находилась дома и была на балконе, где развешивала белье. Около 19 часов 30 минут, точное время сказать не может, она увидела во дворе несколько молодых людей, которые жили в домах того же двора, среди них был С., сын ее соседки. Через некоторое время во двор заехала машина – «Х», которая проехала до конца дома, и из нее вышел мужчина неславянской внешности, которого она ранее видела во дворе дома /позже узнала, что его фамилия ФИО3/. К ФИО3 подошел С., и они о чем-то разговаривали, было слышно, что они ругаются, и она слышала, что они громко выражались грубой нецензурной бранью. Примерно через полминуты, когда она снова посмотрела в окно, увидела, что С. уже лежит на асфальте, а от него растекается кровь, там уже стояли другие молодые люди, которые ранее были вместе с ФИО4 сел в машину и отъехал чуть в сторону, а затем вернулся обратно уже пешком. Спустя еще какое-то время приехали врачи «скорой помощи» и сотрудник полиции /т.1 л.д.136-138/.

В судебном заседании свидетель П. также пояснила, что перед тем, как она увидела лежащего на земле С., увидела, что от места, где он лежал – около детсада, разбегаются кавказцы. Сколько их было, сказать не может, не менее шести человек. Но участвовали ли они в конфликте, она не знает, так как этого не видела.

Показаниями свидетеля М., согласно которым 06.09.2018 г. он разговаривал с ФИО2 по мобильному телефону. М. звонил ему со своего номера на его номер. Это было примерно в 19 часов 20 минут. В ходе разговора ФИО2 сказал ему, что уже подъезжает к дому, и они договорились, что он позвонит ему на следующий день, так как они собирались обсудить покупку запчастей для ремонта автомобилей. Когда они разговаривали, он /М./ находился в пос. Х Санкт-Петербурга. Больше звонков от ФИО2 он в тот день не ждал, но спустя примерно 20-25 минут ФИО2 снова позвонил ему и сказал, что он подрался во дворе своего дома и сейчас ждет сотрудников полиции. Подробно объяснить он ничего не мог и был сильно взволнован. Он /М./ начал переживать за него и поехал к его дому. Так как был выходной, он доехал довольно быстро, а по приезду увидел, что во дворе дома находится машина «скорой помощи», а также собрались люди, там же стояли и сотрудники полиции. Возле одного из полицейских стоял ФИО2 Последний рассказал ему, что когда он приехал во двор, то он поругался с одним из мужчин, который проживает в соседнем доме, и между ними произошла драка, он нанес ему несколько ударов, и этот мужчина упал без признаков жизни на асфальт. На момент его /М./ прибытия на место происшествия этого мужчину пытались реанимировать в машине скорой медицинской помощи. После этого сотрудники полиции увезли ФИО2 в отдел полиции, где его потом задержали.

В ходе допроса свидетель М. указал абонентские номера, используемые им и ФИО2 /т.1 л.д.124-127/.

Заключением судебно-медицинской экспертизы №Х от 08.11.2018 г., согласно выводам которой при судебно-медицинском исследовании трупа С. установлена закрытая тупая травма головы в виде: <…….>.

Установленная на трупе закрытая тупая травма головы получена потерпевшим прижизненно.

Повреждения, установленные на голове трупа С., образовались в результате не менее четырех-пяти воздействий твердым тупым предметом (предметами) по механизму удара (кровоподтеки, кровоизлияния в мягких тканях, субарахноидальные кровоизлияния), трения (осаднения), удара-трения (рвано-ушибленные раны на фоне осаднений).

<…….>.

Характер ссадин и кровоподтеков и соответствующих им кровоизлияний свидетельствуют, что травмирующий предмет (предметы) имел (имели) ограниченную следообразующую поверхность, каковыми мог (могли) быть, например, кулаки.

Исключена возможность образования вышеуказанной травмы при падении потерпевшего с высоты собственного роста.

Не исключается возможность одномоментного образования рвано-ушибленных ран и осаднений лица в результате одного удара-трения о твердый тупой предмет (предметы), имеющий неровную следообразующую поверхность.

Установленные на голове трупа потерпевшего повреждения причинены в один короткий промежуток времени, одно за другим, поэтому высказаться о последовательности их причинения не представляется возможным.

Все повреждения, относящиеся к закрытой тупой травме головы следует оценивать в совокупности и отнести к повреждениям, повлекшим опасный для жизни тяжкий вред здоровью, а в данном конкретном случае смерть потерпевшего.

Кроме закрытой тупой травмы головы установлены следующие повреждения: <…….>.

Данные осаднения образовались по механизму тупой травмы в результате воздействий твердых тупых предметов по механизму трения, трения-скольжения.

Характер данных осаднений, их расположение свидетельствуют, что травмирующий предмет (предметы) мог (могли) иметь как преобладающую, так и ограниченную следообразующую поверхность, имеющую выраженные неровности.

Данные повреждения образовались в результате не менее двух-трех воздействий травмирующим предметом (предметами) (передняя поверхность грудной клетки слева, передняя поверхность левого плеча, передняя поверхность правого коленного сустава), либо при падении с высоты собственного роста и трения-скольжения о таковой /таковые/.

Вышеперечисленные осаднения, как не влекущие за собой кратковременного расстройства здоровья, следует отнести к повреждениям, не повлекшим за собой вред здоровью и не состоящим в прямой причинной связи со смертью.

Также при судебно-медицинском исследовании трупа установлены повреждения, которые образовались при проведении реанимационных мероприятий в результате медицинских манипуляций. Данные повреждения не подлежат оценке причиненного ими вреда здоровью.

При судебно-химическом исследовании крови, мочи от трупа С. этиловый спирт обнаружен в крови в концентрации 1,5+-0,1%о, в моче 1,8+-0,2%о, что у живых лиц может соответствовать легкой степени алкогольного опьянения.

Смерть С. последовала от закрытой тупой травмы головы, <…….>.

Вызов скорой помощи С. был сделан в 20 часов 05 минут 06.09.2018 г.

Констатация биологической смерти в 20 часов 42 минуты 06.09.2018 г. в машине скорой медицинской помощи по адресу: Х /т.1 л.д.160-183/.

Заключением судебно-биологической экспертизы №Х от 28.09.2018 г., согласно которому бурое вещество, изъятое с места происшествия, образовано кровью человека, которая могла произойти от С. /т.1 л.д.199-202/.

Протоколом осмотра изъятых с места происшествия объектов и предметов, постановлением о признании вещественным доказательством ватного тампона, на который был произведен смыв вещества бурого цвета с места происшествия /т.1 л.д.230-231, 232/.

Протоколом осмотра протоколов телефонных соединений абонентского номера Х, находящегося, как было установлено в ходе предварительного расследования, в пользовании ФИО2; в ходе осмотра установлено, что 06.09.2018 г., в 19 часов 23 минуты 32 секунды, с данного абонентского номера был осуществлен звонок на абонентский номер Х, принадлежащий, как установлено в ходе следствия, свидетелю М., продолжительность звонка 25 секунд; 06.09.2018 г., в 19 часов 45 минут 16 секунд, с абонентского номера, находящегося в пользовании ФИО2, был осуществлен звонок на абонентский номер, принадлежащий М., продолжительностью 14 секунд /т.1 л.д.110-119/. Указанными сведениями подтверждаются показания свидетеля М.

Постановлением о приобщении указанных протоколов соединений к материалам дела в качестве вещественных доказательств /т.1 л.д.120/.

Оценивая собранные по делу доказательства в их совокупности, суд считает их допустимыми, достоверными и достаточными, а вину ФИО2 в совершении инкриминируемого ему деяния установленной и доказанной.

Оценивая показания свидетеля М. в судебном заседании о том, что при допросе следователем он не говорил, что ФИО2 сообщал ему о нанесении им ударов мужчине, от которых последний упал, а говорил следователю, что ФИО2 сказал, что на него напали, суд к данным показаниям относится критически и не доверяет им, поскольку М. был в ходе предварительного расследования допрошен без нарушения норм уголовно-процессуального закона, перед допросом был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, имел возможность внести дополнения и замечания, в случае неправильного изложения показаний. Данные факты подтверждаются показаниями свидетеля – следователя М., производившего допрос М.

Давая оценку показаниям свидетелей М. и М. в судебном заседании о том, что С. наносились удары не только ФИО2, но и другими лицами, принимавшими участие в драке, суд не доверяет данным показаниям, считает их вызванными скоротечностью, динамичностью произошедших событий, субъективным восприятием происходящего. При этом суд учитывает, что такие показания свидетелей опровергаются показаниями ФИО2, свидетеля В.

Учитывая изложенное, действия ФИО2, который умышленно нанес потерпевшему С. несколько ударов в область головы, в результате чего последнему был причинен тяжкий вред здоровью, повлекший по неосторожности его смерть, суд квалифицирует по ч.4 ст.111 УК РФ. Суд считает, что при нанесении ударов ФИО2 осознавал общественную опасность своих действий, предвидел возможность наступления общественно опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни, не желал, но сознательно допускал эти последствия или относился к ним безразлично, без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывал на предотвращение общественно-опасных последствий в виде смерти потерпевшего.

При этом суд исключает из объема предъявленного ФИО2 обвинения нанесение им С. не менее 3 ударов неустановленными следствием тупыми твердыми предметами в переднюю поверхность грудной клетки слева, переднюю поверхность левого плечевого сустава, переднюю поверхность правого коленного сустава, в результате которых С. были причинены повреждения, не повлекшие причинение вреда здоровью, поскольку из показаний ФИО2 и свидетелей следует, что удары С. Ахмедовым М.Г. наносились только в область головы. Кроме того, характер причиненных повреждений в указанных областях тела С., механизм их образования, а именно возможность их образования при падении с высоты собственного роста и трении-скольжении о травмирующий предмет /предметы/, фактические обстоятельства произошедшего, в частности, установленный факт падения потерпевшего передней поверхностью тела на асфальт, свидетельствуют о том, что эти повреждения были получены С. не от ударов ФИО2

Оценивая позицию подсудимого ФИО2, что он лишь защищался от действий напавших на него потерпевшего и его товарища, суд учитывает, что показания ФИО2 о том, что он оборонялся от ударов С. и В., опровергаются показаниями свидетелей В. и М., пояснившими, что в то время, как ФИО2 наносил удары С., они /В. и М./ дрались с иными неустановленными лицами, а потому не представляли угрозы для ФИО2 Присутствие же в момент конфликта иных неустановленных лиц подтверждается показаниями свидетелей В., М., М., П., не доверять которым у суда оснований не имеется. Действия же потерпевшего С., по мнению суда, не представляли опасности для жизни ФИО2, то есть ФИО2 при причинении опасного для жизни вреда здоровью С. не находился в состоянии необходимой обороны. Об этом свидетельствует и отсутствие у ФИО2 каких-либо телесных повреждений, что подтверждается заключением эксперта /т.1 л.д.208-209/.

В ходе предварительного расследования в отношении ФИО2 была проведена комплексная психолого-психиатрическая экспертиза /заключение №Х от 09.11.2018 г./, согласно которой ФИО2 хроническим, временным психическим расстройством, слабоумием и иным болезненным состоянием психики, как в момент совершения инкриминируемого ему деяния, так и в настоящее время не страдал и не страдает. При настоящем комплексном психолого-психиатрическом обследовании у ФИО2 также психопатологической симптоматики не выявлено, интеллектуальные, критические и прогностические способности сохранны. Таким образом, ФИО2 как в момент совершения инкриминируемого ему деяния, так и в настоящее время мог и может в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В настоящее время ФИО2 способен понимать характер и значение уголовного судопроизводства и своего процессуального положения, а также самостоятельно осуществлять действия, направленные на реализацию своих процессуальных прав и обязанностей. Данных о том, что ФИО2 злоупотреблял алкоголем, употреблял наркотические средства, не получено, ФИО2 признаков наркомании, алкоголизма не обнаруживает. В применении принудительных мер медицинского характера ФИО2 не нуждается.

У ФИО2 на фоне интеллектуального уровня, соответствующего полученному образованию, жизненному опыту и социальной микросреде, выявлены следующие индивидуально-психологические особенности: <…….>. Грубых нарушений волевой и мотивационной сфер у него не выявлено. Уровень развития критических способностей достаточен для понимания противоправности своего поведения в исследуемой ситуации и их возможных последствий. Индивидуально-психологические особенности ФИО2 не оказали существенного влияния на его поведение в момент инкриминируемых ему действий, то есть не нарушили его способность осознавать значение своих действий и произвольно их регулировать. ФИО2 в момент совершения инкриминируемых ему действий в состоянии физиологического аффекта или каком-либо другом эмоциональном состоянии, которое могло оказать существенное влияние на его сознание и поведение, не находился /т.1 л.д.188-193/.

Данная экспертиза проведена в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, компетентными лицами, полностью соответствует данным, установленным в суде, в связи с чем суд признает заключение экспертов обоснованным, ФИО2 вменяемым в отношении инкриминируемого ему деяния.

При назначении наказания подсудимому суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления, личность подсудимого, обстоятельства, смягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

Обстоятельств, предусмотренных ст.63 УК РФ, отягчающих наказание, суд не усматривает.

Суд принимает во внимание, что ФИО2 ранее не судим, в содеянном раскаивается, <…….>. Также суд учитывает, что инициатором конфликта был потерпевший, который находился в состоянии алкогольного опьянения, вел себя агрессивно, уважительных причин для конфликта не имелось; потерпевшая просила назначить ФИО2 минимальное наказание. Указанные обстоятельства суд признает смягчающими и учитывает при определении срока наказания.

Вместе с тем, суд учитывает, что подсудимым совершено особо тяжкое преступление, направленное против здоровья и жизни человека, повлекшее смерть потерпевшего, в связи с чем считает, что исправление и перевоспитание подсудимого возможно лишь в условиях реальной изоляции от общества, и не находит оснований для применения ст.73 УК РФ.

Также суд не усматривает оснований для изменения категории преступления на менее тяжкое в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст.307,308 и 309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 3 /трех/ лет 6 /шести/ месяцев лишения свободы, без ограничения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО2 - заключение под стражей оставить без изменения, отменив по вступлении приговора в законную силу.

Срок отбывания наказания ФИО2 исчислять с момента вступления приговора в законную силу, зачесть в срок отбывания наказания время содержания под стражей в качестве меры пресечения со дня фактического задержания – с 06 сентября 2018 г. до вступления приговора в законную силу, в соответствии с положениями п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Вещественные доказательства: протоколы телефонных соединений оставить хранить в уголовном деле; ватный зонд-тампон с веществом бурого цвета – уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Санкт-Петербургский городской суд в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. В случае обжалования приговора, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Судья:

Приговор вступил в законную силу