Приговор № 1-18/2017 1-197/2016 от 8 февраля 2017 г. по делу № 1-18/2017

Дело № 1-18


П Р И Г О В О Р

именем Российской Федерации

г. Майский 09 февраля 2017 г.

Майский районный суд Кабардино-Балкарской Республики

под председательством судьи Кудрявцевой Е.В.,

при секретаре Шайко Э.В.,

с участием государственных обвинителей: старшего помощника прокурора Майского района КБР Шаповалова Д.А., помощника прокурора Майского района КБР Кибе Д.А.,

подсудимой ФИО1,

защитника: адвоката филиала Кабардино-Балкарской коллегии адвокатов по Майскому району ФИО2, представившей удостоверение № от ДД.ММ.ГГГГ и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

потерпевшей Р.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ рождения, уроженки <данные изъяты>, зарегистрированной и проживающей по адресу: <адрес>, не судимой, в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации,

у с т а н о в и л :

ФИО1 путём обмана похитила имущество Р. в особо крупном размере при следующих обстоятельствах.

В собственности Р. имелась двухкомнатная квартира по адресу: <адрес> (далее – Квартира), которую Р. намеревалась продать с тем, чтобы за вырученные от продажи денежные средства приобрести квартиру в <данные изъяты> области. Узнав об этих обстоятельствах в конце ДД.ММ.ГГГГ г., знакомая Р. ФИО1, руководствуясь корыстной целью: желанием материально обогатиться и действуя с прямым умыслом на достижение преступного результата, решила обманным путём похитить денежные средства Р. от реализации квартиры в особо крупном размере.

В осуществление умысла ФИО1 сообщила своему знакомому Н., подыскивавшему себе квартиру, о желании Р. продать Квартиру. Заинтересовавшись предложением ФИО1, Н. прибыл к последней в <адрес>, где встретился с Р., после чего они направились в <адрес> и осмотрели Квартиру. После осмотра Н. сообщил о своём намерении приобрести квартиру, но после общения со своими родственниками. В ходе беседы Р. известила его о своём желании выручить за Квартиру <данные изъяты> рублей, о своём отъезде в <данные изъяты> область ДД.ММ.ГГГГ, а также о том, что купля-продажа Квартиры будет произведена по её возвращении домой.

В свою очередь ФИО1, воспользовавшись доверительными отношениями с Р. и предстоящим отъездом последней, убедила Р. выдать на её (ФИО1) имя доверенность на продажу Квартиры, мотивировав это необходимостью сохранить потенциального покупателя. В тот же день – ДД.ММ.ГГГГ Р., введённая в заблуждение относительно истинных намерений ФИО1, выдала ей доверенность № № от ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрированную в реестре нотариальных действий за № №, уполномочив ФИО1 продать Квартиру за цену и на условиях по своему усмотрению, с правом заключения соглашения о задатке, предварительного договора с выдачей аванса или задатка, заключения и подписания договора купли-продажи, передаточного акта, получения всей суммы денег по сделке в любой форме для передачи доверителю, с правом получения свидетельства о государственной регистрации права и всех необходимых зарегистрированных документов, получения зарегистрированного экземпляра договора купли-продажи и других документов, с правом делать от имени доверителя заявления, расписываться и совершать все действия, связанные с выполнением данного поручения. При этом, согласно устной договорённости, ФИО1 в случае продажи Квартиры должна была перечислить Р. срочным денежным переводом «<данные изъяты>» задаток в сумме <данные изъяты> рублей.

ДД.ММ.ГГГГ Н. сообщил ФИО1 о невозможности приобретения Квартиры ввиду недостаточности денежных средств, после чего ФИО1, не поставив Р. в известность об отказе Н. от сделки, выставила Квартиру на продажу на сайте «<данные изъяты>» за <данные изъяты> рублей и, привлекая покупателей, указала в объявлении об уместности торга.

ДД.ММ.ГГГГ в телефонном разговоре с ФИО1 Р. высказала своё возмущение по поводу размещённого на «<данные изъяты>» объявления, но ФИО1, оправдывая свои действия, пояснила, что так поступила в связи с отказом Н. от сделки. Р. велела ей не совершать сделок по реализации Квартиры, на что ФИО1 сообщила Р. заведомо ложные сведения о том, что порвёт выданную ДД.ММ.ГГГГ доверенность.

ФИО1 не отказалась от преступных намерений и решила реализовать Квартиру до возвращения Р. из <данные изъяты> области, а вырученные от реализации денежные средства потратить на собственные нужды, и ДД.ММ.ГГГГ, действуя на основании вышеуказанной доверенности, заключила договор купли-продажи Квартиры с П., получив от последней примерно в 12 час. 00 мин. того же дня наличные денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей в качестве платы за проданную Квартиру. Указанную денежную сумму ФИО1 Р. не передала, так как похитила и использовала по своему усмотрению.

ДД.ММ.ГГГГ П. получила свидетельство о государственной регистрации права на квартиру по адресу: <адрес>, о чём в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним сделана запись регистрации №.

В результате преступными действиями ФИО1 в период времени с конца ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ Р. причинён материальный ущерб в особо крупном размере – на сумму <данные изъяты> рублей.

В судебном заседании, как и в досудебной стадии производства по уголовному делу, подсудимая признала себя виновной в совершении преступления при обстоятельствах, изложенных в установочной части приговора, и, воспользовавшись правом, предоставленным ст. 51 Конституции Российской Федерации, от дачи показаний отказалась.

Виновность ФИО1 в квалифицированном мошенничестве установлена доказательствами, исследованными в ходе судебного разбирательства и признанными судом относимыми и допустимыми.

Так, потерпевшая Р. показала, что с подсудимой они соседи, Вдовыдченко знает с детства, одно время близко общалась с её отцом, и поэтому между ними сложились доверительные отношения. Никакого обмана со стороны Вдовыдченко раньше не было, вследствие чего заподозрить её в чём-то нехорошем оснований не было. Проживая в ст. <адрес>, она имела в собственности квартиру в <адрес>, и поскольку намеревалась переехать на постоянное место жительства в <данные изъяты> область, решила продать квартиру и за вырученные от продажи деньги купить жильё в <данные изъяты> области. Об этом знала Вдовыдченко, как и то, что квартиру она намеревалась продать не менее, чем за <данные изъяты> рублей. Вдовыдченко просила сдать квартиру её сыну, но она отказала Вдовыдченко, так как для покупки жилья в <данные изъяты> области ей необходима была вся сумма сразу. Тогда Вдовыдченко свела её со своим знакомым из г. <адрес> Н., с которым они съездили в <адрес>, он посмотрел квартиру и сказал, что хочет её купить, но посоветуется с родственниками. ДД.ММ.ГГГГ она должна была уехать в <данные изъяты> область и поэтому сообщила Н., что куплей-продажей они займутся по её возвращении домой, однако Вдовыдченко стала убеждать её не откладывать сделку, а для этого выдать на её имя доверенность, уполномочив собрать необходимые для сделки документы и получить от Н. задаток <данные изъяты> рублей. Поскольку она была заинтересовала в получении этого задатка для последующего внесения в качестве задатка при покупке жилья в <данные изъяты> области, она поддалась на уговоры Вдовыдченко и вместе с Н. они съездили в нотариальную контору в <адрес>. Когда она спросила у нотариуса, почему в доверенности указаны и другие полномочия, а не только полномочия на сбор документов и получение задатка, нотариус объяснил, что это стандартный бланк и ничего страшного не произойдёт.

ДД.ММ.ГГГГ она уехала и, находясь в г. <данные изъяты>, с сыном просматривала объявления на сайте «<данные изъяты>» и увидела объявление о продаже своей квартиры за <данные изъяты> рублей, но с примечанием о том, что торг уместен. Её возмутило не только это примечание, но и то, что Вдовыдченко вообще разместила информацию о продаже квартиры на сайте. Созвонившись с Вдовыдченко, она потребовала от неё объяснений и запретила что-либо оформлять по квартире до её возвращения домой. Вдовыдченко ответила, что вынуждена была дать объявление, так как Н. отказался купить квартиру. При этом Вдовыдченко заверила её в том, что никаких действий предпринимать не будет, а доверенность порвёт. Она поверила Вдовыдченко, оснований не доверять ей не было.

По семейным обстоятельствам она задержалась в <адрес>, и через некоторое время ей позвонила квартирантка, снимавшая её квартиру, и сообщила, что пришли какие-то люди смотреть квартиру. Решив, что пришёл потенциальный покупатель Н., с которым они договорились, что куплей-продажей будут заниматься по её возвращении домой, она разрешила осмотреть квартиру. Но уже в ДД.ММ.ГГГГ снова позвонила квартирантка и возмущённо спросила, почему её не предупредили о том, что квартира продана, и новая хозяйка требует освободить квартиру. Ничего не понимая, она позвонила Вдовыдченко, но не дозвонилась. Примерно ДД.ММ.ГГГГ Вдовыдченко по телефону сообщила ей, что продала квартиру за <данные изъяты> рублей, а на её претензию по поводу снижения продажной цены ответила, что положила деньги на свой банковский счёт под выгодный процент, и ко времени её (Р.) возвращения домой этот процент покроет недостающую сумму.

ДД.ММ.ГГГГ она вернулась в ст. <данные изъяты> и сразу попыталась встретиться с Вдовыдченко, но дома её не застала, а позже Вдовыдченко показала ей выписку из своего лицевого счёта, подтвердившую нахождение на счёте <данные изъяты> рублей. При этом Вдовыдченко сказала, что <данные изъяты> рублей она потратила, но их возместит. Она попросила отдать ей хотя бы <данные изъяты> рублей, чтобы внести их в качестве задатка за квартиру в <данные изъяты> области, но Вдовыдченко сказала, что можно купить и другую квартиру. После неоднократных требований вернуть <данные изъяты> рублей Вдовыдченко предложила поехать в банк и там осуществить перевод. Они приехали в <данные изъяты> в <данные изъяты>, открыли на её (Р.) имя счёт для перевода. После того, как Вдовыдченко сама сходила в банк, оттуда вышел какой-то молодой мужчина, представился сотрудником банка и объяснил, что такая большая сумма денег не может быть сразу переведена – для этого потребуется некоторое время. Однако до настоящего времени на этот счёт никаких переводов не поступило, а после решения Майского суда о взыскании с Вдовыдченко <данные изъяты> рублей и издержек Вдовыдченко в ДД.ММ.ГГГГ г. выплатила ей <данные изъяты> рублей. То есть не погашенный ущерб составляет <данные изъяты> рублей. В итоге она осталась без квартиры и без денег, проживает в ст. <данные изъяты> в доме сына, но сын намерен этот дом продать. Средств для приобретения другого жилья, тем более в <данные изъяты> области у неё нет. Неоднократно она предлагала Вдовыдченко хотя бы частями погасить долг, но кроме <данные изъяты> рублей никаких попыток возместить ущерб не было. Когда встал вопрос о разнице в <данные изъяты> рублей, недополученных при продаже квартиры, она предложила Вдовыдченко погасить эту разницу путём передачи ей домашнего кинотеатра, имевшегося у Вдовыдченко и подходящего по стоимости, но вместо этого Вдовыдченко и её отец предложили новый телевизор за <данные изъяты> рублей и поставили условие: отозвать заявление из полиции – она отказалась.

Факт нахождения квартиры № № по ул. <данные изъяты> (ныне – <данные изъяты>), <адрес> в собственности Р., следовательно, её право распоряжаться данным имуществом по своему усмотрению, подтверждён Свидетельством о государственной регистрации права от ДД.ММ.ГГГГ, Серия № (л.д. 10 т. 1), а факт наделения подсудимой полномочиями по продаже названной квартиры, в том числе на получение необходимых для оформления купли-продажи справок и документов, задатка, всей сумму денег по сделке для передачи владельцу в любой форме и т. д. – доверенностью, удостоверенной нотариусом <данные изъяты> городского нотариального округа КБР Б. ДД.ММ.ГГГГ за реестровым номером №, со взысканием по тарифу <данные изъяты> рублей (л.д. л.д. 14-15 т. 1).

Свидетель Н. ДД.ММ.ГГГГ подтвердил своё знакомство с жительницей ст. <данные изъяты> ФИО1 и показал, что примерно в начале ДД.ММ.ГГГГ г. в ходе телефонного разговора с ней он узнал, тётя ФИО3 желает продать свою квартиру в <адрес>. В связи с тем, что в указанное время он хотел приобрести для своего сына квартиру в <адрес>, разговор его заинтересовал, и он попросил Вдовыдченко организовать встречу с Р.. Примерно ДД.ММ.ГГГГ в ст. <данные изъяты> он встретился с Р. и Вдовыдченко, и на его машине они поехали смотреть квартиру. Квартира находилась в районе «<данные изъяты>» по адресу: <адрес>. В квартире находилась, как он понял, квартирантка. Из разговора с Р. и Вдовыдченко он узнал, что Р. продаёт квартиру за <данные изъяты> рублей. На момент осмотра квартира требовала капитального ремонта, и он сказал Р. и Вдовыдченко, что по поводу покупки квартиры ему необходимо посоветоваться со своими родственниками, после чего он сообщит результат. Вдовыдченко и Р. отошли в сторону, о чём-то разговаривали, а затем попросили довезти их до нотариальной конторы. Вдовыдченко и Р. вошли в нотариальную контору, а через некоторое время Вдовыдченко вернулась к машине и попросила у него <данные изъяты> рублей для оплаты услуг нотариуса, заверив, что по возвращении в ст. <данные изъяты> деньги она ему вернёт. Он передал Вдовыдченко требуемую сумму денег. По возвращении в машину Вдовыдченко и Р. он узнал от них, что Р. выписала доверенность на имя Вдовыдченко с правом совершения сделки по продаже квартиры, так как была вынуждена выехать в <данные изъяты> область. Он отвёз их в ст. <данные изъяты> и уехал. Переговорив с родственниками, не пожелавшими приобретать эту квартиру, он примерно ДД.ММ.ГГГГ созвонился с Вдовыдченко и отказался покупать квартиру Р.. После этого он с Вдовыдченко и Р. не созванивался и не встречался. Примерно ДД.ММ.ГГГГ от следователя он узнал, что Вдовыдченко продала квартиру, однако денежные средства от реализации квартиры Р. до сих пор не вернула (л.д. л.д. 138-141 т. 1. Показания оглашены по ходатайству государственного обвинителя на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ).

В качестве свидетеля П. показала, что в начале <данные изъяты> г. она находилась на работе в домах по <адрес>) – работает <данные изъяты> в этих домах, когда к ней обратились незнакомые мужчина и женщина с вопросом о том, где находится квартира № №. Она спросила, зачем им эта квартира, в ней живут квартиранты, на что мужчина и женщина ответили, что квартира продаётся, они хотят её посмотреть, и их там уже ждут. Она проводила их до квартиры и так как сама планировала купить квартиру, зашла в квартиру вместе с ними. В квартире находились квартирантка по имени А., женщина по имени И. – подсудимая, насколько она (П.) помнит, представившаяся племянницей хозяйки квартиры, и риэлтор, представившийся Б.. Квартира расположена в бывшем общежитии коридорного типа, двухкомнатная, в запущенном состоянии, и поэтому дорого стоить не могла. Когда мужчина и женщина ушли, она сказала Б., что тоже хотела бы купить эту квартиру, и обменялась с Б. телефонными номерами на случай, если покупатели откажутся от покупки квартиры. Вечером с родственниками она обговорила возможность покупки квартиры, после чего созвонилась с Б., но он ответил, что покупатели ещё не дали ответ, и он ей перезвонит. На следующий день в телефонном разговоре Б. сообщил, что покупателей квартира не устроила, они отказались от сделки, и что квартира продаётся за <данные изъяты> рублей. Она ответила, что эта цена её не устраивает, так как дом коридорного типа, квартира грязная, в ней всё время жили квартиранты, но за <данные изъяты> рублей она бы её приобрела. Б. сказал, что переговорит с продавцом, и возможно, он согласится продать за <данные изъяты> рублей за наличный расчёт. Ближе к вечеру Б. ей перезвонил и подтвердил согласие продавца на продажу за <данные изъяты> рублей наличным расчётом, поскольку И. продаёт квартиру по доверенности, а владелица по имени В. хочет приобрести себе другую квартиру, и ей срочно нужны деньги. Она поинтересовалась у Б. все ли документы на квартиру в порядке, и в курсе ли этих действий В., Б. заверил её, что всё в порядке, иначе они в квартиру не зашли бы, и пригласил в их офис на <адрес>. В офисе с И. и риэлтором они прошли к юристу, юрист проверил документы, у И. была «генеральная» доверенность. Она спросила у И., почему В. сама не занимается продажей, И. ответила, что В. ей немного должна, это их дела, и они сами разберутся. Юрист сказал, что нет домовой книги, но её можно восстановить, и они поехали в паспортный стол, куда заходили И. и юрист. ДД.ММ.ГГГГ она взяла с собой <данные изъяты> рублей задатка и в банке сняла <данные изъяты> рублей – с этими деньгами они приехали в регистрационную палату. В регистрационной палате она оплатила госпошлину <данные изъяты> рублей через терминал, после чего они подписали все документы, и им сказали, если какого-то документа не будет хватать, то позвонят И.. Сразу же в присутствии риэлтора и юриста она отдала И. <данные изъяты> рублей.

Свидетель дополнила, что в регистрационной палате она попросила у И. фотографию В., так как в этой квартире всё время жили квартиранты, и она не помнила в лицо хозяйку квартиры, но И. сказала, что фотографии у неё нет, и по её (П.) просьбе дала номер телефона В.. Она хотела ей позвонить и обрадовать тем, что теперь В. может купить себе квартиру. Несколько раз она звонила по номеру телефона, который ей дала И., но так и не дозвонилась, а на её вопрос о причинах этого И. выдвигала разные версии. Когда И. пошла в банк, сказав, что перечислит деньги В., она забеспокоилась из-за того, что при И. такая большая сумма денег, и позвонила ей – И. ответила, что стоит около кассы и перечисляет В. деньги. Спустя пару дней из регистрационной палаты сообщили, что не хватает выписки из домовой книги. Она созвонилась с риэлтором, с И., последняя заверила её, что всё сделает. Через несколько дней их пригласили в регистрационную палату, ей отдали акт приёма-передачи, договор купли-продажи и документ, подтверждающий её право собственности на квартиру. Её беспокоило, что она не могла дозвониться В., хотела взять номер телефона у квартирантов, но до этого И. сказала, что квартиранты должны В., и В. опасается, что они съедут с квартиры, не рассчитавшись с ней, в связи с чем сначала она (П.) не решилась обратиться к квартирантам, но потом пришла к ним, сообщила, что купила эту квартиру. Квартирантка А. сама позвонила В., передала ей (П.) трубку. Она сказала В., что купила её квартиру, а В. очень удивилась, сказала, что от продажи не получила ни рубля и квартиру себе не купила. Она предположила, что В. обговаривала с И. сумму сделки, но В. ответила, что не в курсе этого, возмущалась, обещала по возвращении разобраться. В. приехала только дней через десять. Они встретились в квартире, она показала В. документы на квартиру, но В. особо их не смотрела, возмущалась тем, что за квартиру выручено было денег меньше, чем она хотела. Она сказала В., что И. деньги от продажи квартиры положила на её счёт, но В. ответила, что никакого счёта, книжки у неё нет, денег она не получила, а ей ещё за вывоз вещей платить. Обеспокоенная сложившейся ситуацией, она позвонила И., спросила, почему она её обманула, но И. ответила, что деньги она положила на книжку В. в банке, и когда В. приедет в г. <данные изъяты>, всё до копейки она ей отдаст. Это был их последний разговор. Потом ей стало известно, что был суд, И. отдала В. <данные изъяты> рублей.

Считает, что квартира потерпевшей и не могла стоить больше, поскольку её кадастровая стоимость <данные изъяты> рублей, в этом же доме была продана другая квартира за <данные изъяты> тысяч рублей, но с ремонтом.

Свидетель Б.1-А., риэлтор Агентства недвижимости «<данные изъяты>» (<адрес>) показал, что по роду своей деятельности он регулярно просматривает сайты в поисках потенциальных клиентов агентства: продавцов и покупателей недвижимости. Просматривая сайт «<данные изъяты>», обнаружил объявление о продаже квартиры в по <данные изъяты>, связался по контактному номеру и переговорил с представителем продавца по имени И.. Поскольку у него были уже потенциальные покупатели на эту квартиру, он встретился с И. Вдовыдченко и покупателями, и они вместе пошли осматривать квартиру. Квартирантка сначала не хотела их впускать в квартиру, но потом созвонилась с хозяйкой, и они осмотрели квартиру. Этой квартирой заинтересовалась и незнакомая ему женщина: когда они вышли из подъезда, она подошла к нему и сказала, что хотела бы купить эту квартиру, если другие покупатели от неё откажутся. Они договорились созвониться. Потом он узнал её фамилию – П.. Когда покупатели сообщили, что квартира им не понравилась и покупать её они не будут, он позвонил П., сказал, что квартира продаётся за <данные изъяты> рублей, продаёт её по доверенности то ли знакомая, то ли родственница хозяйки квартиры. П. сказала, что хотела бы купить квартиру, но за <данные изъяты> рублей. Он переговорил с Вдовыдченко, и та согласилась снизить цену. Вдовыдченко и П. пришли в их офис, он проводил их к юристу П.1, который проверил все документы, составил проект договора купли-продажи, затем они уехали в регистрационную палату. После заключения сделки П. передала Вдовыдченко <данные изъяты> рублей. Более по делу ему ничего не известно.

Действительно, на период совершения сделки с квартирой потерпевшей Б. по гражданско-правовому договору на оказание риэлторских услуг № от ДД.ММ.ГГГГ, заключённому с индивидуальным предпринимателем Ф., юридический адрес: <адрес>, исполнял обязанности риэлтора, включая организацию встреч потенциальных продавцов и покупателей, осмотр объектов сделок, присутствие на переговорах и встречах с потенциальными покупателями (л.д. л.д. 150-151 т. 1).

Свидетель П.1, юрист вышеназванного Агентства, в части своего участия в сделке между подсудимой и П. дал показания, аналогичные показаниям Б., дополнив, что в регистрационную палату были предоставлены все документы, необходимые для оформления сделки купли-продажи, единственное – позже Вдовыдченко представила в регистрационную палату выписку из домовой книги. Имевшиеся в его распоряжении документы на квартиру потерпевшей, доверенность, предоставившая подсудимой право продать по своему усмотрению квартиру потерпевшей со всеми сопутствующими этому полномочиями, сомнений у него не вызвали; проверка и правовая оценка этих документов на предмет достаточности и возможности оформления купли-продажи производились сотрудниками регистрационной службы.

Как и Б., П.1 действовал в рамках гражданско-правового договора на оказание риэлторских услуг № от ДД.ММ.ГГГГ, заключённого с индивидуальным предпринимателем Ф. (л.д. л.д. 155-156 т. 1).

При таких обстоятельствах у П. не было оснований для сомнений в законности сделки, подготовленной Б., П.1 и заключённой с Р. в лице ФИО1

Согласно договору купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ, подготовленному П.1, Р., от имени которой по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ действовала ФИО1, продала, а П. купила квартиру № № по ул. <адрес> за <данные изъяты> рублей. Расчёт произведён полностью до подписания договора (л.д. л.д. 16-17 т. 1).

Переименование ул. <данные изъяты> в ул. <данные изъяты> произведено ДД.ММ.ГГГГ (л.д. л.д. 23-24 т. 1), то есть принадлежавшая потерпевшей квартира по <адрес> и приобретённая П. квартира по ул. А<адрес> – один и тот же объект недвижимости.

Допрошенная в качестве свидетеля К., <данные изъяты> отдела Управления Росреестра по КБР, показала, что после правовой экспертизы пакет документов по оформлению купли-продажи квартиры Р. был принят, зарегистрирован переход права собственности на квартиру на основании состоявшейся сделки по купле-продаже, заключенной между владельцем квартиры в лице представителя по доверенности и покупателем. Максимальный срок регистрации перехода права собственности в 2016 г. был 10 суток со дня поступления документов на регистрацию, но сотрудники Росреестра стараются зарегистрировать договоры как можно быстрее с тем, чтобы продавцы могли сразу распорядиться своими деньгами. После регистрации в регистрирующем органе остаются только копии документов, в том числе правоустанавливающих, а подлинники возвращаются владельцу недвижимости.

Свидетель С., отец подсудимой, показал, что об обстоятельствах мошенничества ему ничего неизвестно, но дочь и Р. приходили к нему, хотели договориться по-хорошему, в возмещение части долга Р. хотела получить телевизор стоимостью <данные изъяты> рублей, но они ей могли предложить телевизор за <данные изъяты> рублей – Р. отказалась. Насколько он помнит, Р. предложили погашение долга в течение года – двух, но на каких условиях, не знает. На что дочь потратила деньги Р., не знает, но знает, что она отдала Р. <данные изъяты> рублей.

Показания С. косвенно подтверждают причастность подсудимой к совершению преступления, поскольку содержат сведения о наличии между сторонами долгового обязательства, возникшего по вине ФИО1, и связано оно с продажей квартиры потерпевшей.

Признав себя виновной в совершении инкриминируемого ей преступления, подсудимая отказалась от дачи показаний, ввиду чего её показания в досудебной стадии производства по уголовному делу оглашены в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя на основании п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 подтвердила знакомство с потерпевшей, пояснив, что с Р. она и члены её семьи находились в дружеских, доверительных отношениях, ранее неоднократно бывали в общих компаниях на различных мероприятиях, неприязни друг к другу никогда не испытывали. Ей было известно, что у Р. в собственности имеется двухкомнатная квартира в <адрес>. В конце <данные изъяты> г. она попросила Р. сдать эту квартиру её сыну С.., но Р. сообщила, что собирается продать квартиру, чтобы приобрести квартиру в <данные изъяты> области и уехать туда жить. Кроме того, пояснила Р., в квартире проживали квартиранты.

В тот период времени у неё были личные проблемы, связанные с материальным положением, и она примерно в 16 час. 00 мин. того же дня, после разговора с Р., решила любым способом принять участие в сделке по реализации квартиры Р. с тем, чтобы завладеть её денежными средствами.

На следующий день она созвонилась со своим знакомым Н., жителем <адрес>, подыскивавшим квартиру, и сказала ему о желании своей знакомой Р. продать двухкомнатную квартиру в <адрес>. Н. заинтересовал этот вариант, и примерно ДД.ММ.ГГГГ он приехал к ней домой, а она в свою очередь свела его с Р., представив С., потенциальным покупателем квартиры. В указанный день втроём на автомашине под управлением Н. они приехали в <адрес>, осмотрели квартиру; в квартире находились квартиранты. Н. сказал Р., что в принципе квартира его устраивает, он желает её приобрести, но ему необходимо посоветоваться с родственниками. Р. сообщила Н., что желает получить за квартиру <данные изъяты> рублей, и что ДД.ММ.ГГГГ она вынуждена улететь в г. <данные изъяты>, а по возвращении в республику, они заключат сделку. В этот момент она (ФИО1) решила использовать эти обстоятельства в свою пользу, оказав Р. помощь в переоформлении квартиры в её отсутствие. Они с Р. отошли в сторону, и она уговорила Р. выписать на её имя нотариально заверенную доверенность, чтобы она могла в её отсутствие, но от её имени осуществить с Н. сделку по продаже квартиры, мотивировав своё предложение желанием помочь и сохранить потенциального покупателя. Продолжительное время она знакома с Р., состоит с ней в хороших, приятельских отношениях, вследствие чего Р. согласилась на её предложение. По её просьбе Н. отвёз их с Р. в нотариальную контору для составления доверенности. <данные изъяты> на оформление доверенности она одолжила у Н.

Оформляя доверенность, нотариус поинтересовался у Р. суммой задатка, и Р. ответила, что желает получить задаток в сумме <данные изъяты> рублей, который она (ФИО1) должна будет перечислить ей срочным денежным переводом «<данные изъяты>», так как Р. этот задаток могла передать за квартиру, приобретаемую в <данные изъяты> области. Об этом они договорились в устной форме. После оформления доверенности Н. развез их по домам.

Примерно ДД.ММ.ГГГГ, после отъезда Р. в <данные изъяты> область, Н. сообщил ей об отсутствии у него возможности приобрести квартиру Р.. После отказа Н. от сделки она в отсутствие Р. решила сама найти покупателя и продать квартиру за <данные изъяты> рублей. В Интернете, на сайте «<данные изъяты>» она выставила объявление о продаже квартиры за указанную сумму, для соблазна покупателя указав в объявлении, что торг уместен. Через некоторое время ей позвонил незнакомый мужчина, представился риэлтором по имени З. и сообщил о наличии покупателей, желающих осмотреть квартиру. Ключей от квартиры, технический паспорт и домовую книгу Р. ей не оставила, пояснив что при необходимости дверь откроют квартиранты.

В начале ДД.ММ.ГГГГ г. в <адрес> в условленном месте она встретилась с З. и покупателями – семейной парой. Во время осмотра ими квартиры в квартиру зашла ещё одна женщина, как ей уже известно – П., также заинтересовавшаяся квартирой. Поскольку квартира требовала дополнительных вложений, семейная пара отказалась её приобретать.

Примерно ДД.ММ.ГГГГ ей позвонила Р. и стала возмущаться и спрашивать, по какой причине квартира выставлена на сайте «<данные изъяты>» за сумму <данные изъяты> рублей с отметкой об уместности торга. Р. она сообщила об отказе Н. приобретать квартиру, в связи с чем она сама решила найти покупателя и продать квартиру, то есть она сообщила Р., что желает оказать ей помощь в этом. В ходе данного разговора Р. запретила в её отсутствие сделки по реализации квартиры, и она пообещала Р., что порвёт доверенность. Ей очень нужны были денежные средства, и поэтому доверенность она не порвала, а решила продать квартиру Р., потратив полученные от реализации деньги на собственные нужды.

Примерно ДД.ММ.ГГГГ З. по телефону пригласил её в <адрес> для оформления необходимых документов, потому как нашёлся покупатель. В тот же день она прибыла в офис риэлтора, где уже находилась П., предложившая за квартиру наличные денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей, на что она согласилась ввиду нуждаемости в деньгах. Юрист составил договор-купли продажи, который она и П. подписали, и она передала юристу имевшуюся у неё доверенность от имени Р.. В офисе примерно в 12 час. 00 мин. она получила от П. денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей, из которых <данные изъяты> были переданы риэлтору для оформления документов по продаже квартиры. После того, как она получила денежные средства, какого-либо участия в оформлении квартиры в собственность П. не принимала, а полученные денежные средства положила у себя дома, о чём членам семьи и иным родственникам не сказала. Р. об этом она решила сообщить по прибытии последней в ст. <данные изъяты>. После продажи квартиры Р. неоднократно ей звонила, но она не решалась ответить на звонок, потому как не знала, что Р. сообщить.

Примерно ДД.ММ.ГГГГ она позвонила Р. и сообщила, что продала квартиру за <данные изъяты> рублей, которые положила в банк на счёт под проценты, чтобы возместить Р. денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей. Сообщила она это для того, чтобы успокоить Р. и убедить её в том, что вся сумма ей будет возвращена. Однако на ДД.ММ.ГГГГ она уже воспользовалась денежными средствами, полученными от реализации квартиры Р. для личных целей: ДД.ММ.ГГГГ, примерно в 17 час. 00 мин., по приезде домой она взяла из общей суммы <данные изъяты> рублей и потратила их по своему усмотрению, а в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ она потратила оставшиеся <данные изъяты> рублей.

ДД.ММ.ГГГГ в ст. <данные изъяты> вернулась Р. и стала требовать возврата денежных средств. Р. она сообщила, что вся сумма находится в банке на счёте под проценты, и когда «набежит» процент, она вернёт Р. всю сумму. Кроме того, она показала Р. заранее подготовленную выписку из лицевого счёта по вкладу, согласно которой на её счёте находятся денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей. Эту выписку она подготовила и показала Р., чтобы последняя не переживала и убедилась, что она говорит правду. Выписка была подготовлена на персональном компьютере, на каком именно, она сообщать не желает, формат и бланк выписки из лицевого счёта ей были известны. Р. настаивала на возврате всей суммы, и по её требованию в один из дней они приехали в <данные изъяты> для снятия со счёта и передачи <данные изъяты> денежных средств. Попросив Р. подождать на улице, она прошла в банк, показала выписку из её лицевого счета одному из сотрудников и спросила, возможно ли на месте снять либо перевести на другой счёт указанную сумму. Сотрудник банка ответил, что для получения наличными всей суммы необходимо подать заявку и ожидать несколько дней, до подтверждения заявки, а для перевода со счёта на счёт необходимо завести сберегательную книжку, на счёт которой в последующем можно будет перевести всю сумму, что также займёт время (день, два). Она попросила сотрудника банка разъяснить это Р., и сотрудник банка выполнил её просьбу, после чего Р. открыла в <данные изъяты> банке свой счёт.

В последующем Р. неоднократно просила её вернуть деньги, хотя бы <данные изъяты> рублей, однако у неё такой суммы не было, и по настоящее время она не вернула Р. деньги. Свою вину в совершении указанного преступления признаёт полностью. Ею будут предприняты все возможные попытки вернуть Р. все денежные средства, которые она присвоила себе (л.д. л.д. 116-121, 164-169, 198-204 т. 1).

ФИО1 допрошена в присутствии защитника, перед допросом ей разъяснены права подозреваемого, обвиняемого, включая право не свидетельствовать против себя и право отказаться от дачи показаний. Неоднократно в ходе предварительного следствия она дала показания об обстоятельствах совершения преступления – показания последовательные и соответствуют сведениям, полученным от потерпевшей, свидетелей. В судебном заседании, признав себя виновной в инкриминируемом ей преступлении, ФИО1 фактически поддержала вышеизложенные показания, тем самым подтвердив их достоверность. При таких обстоятельствах оснований для признания показаний подсудимой недопустимыми доказательствами по делу нет.

Показания потерпевшей, свидетелей, письменные доказательства, положенные в основу приговора, вкупе с показаниями ФИО1 и признанием ею своей вины в судебном заседании как взаимосвязанные и взаимодополняющие доказательства реконструировали событие преступления, и в своей совокупности доказали виновность подсудимой в квалифицированном мошенничестве.

То, что подсудимая заведомо не намеревалась исполнять свои обязательства по соглашению с потерпевшей, в частности по передаче последней полученного задатка при продаже квартиры с последующей передачей оставшейся суммы денег от сделки, подтверждено показаниями подсудимой и её последующими действиями, направленными не на исполнение своих обязательств перед потерпевшей, а на присвоение её денежных средств в личных целях.

ФИО1 действовала с прямым умыслом, так как осознавала незаконность своих действий, то есть их общественную опасность, предвидела неизбежность наступления общественно опасного последствия в виде утраты Р. своего имущества и желала наступления этого последствия.

О прямом умысле свидетельствует и то, что ФИО1, потратив денежные средства Р., не имела финансовой возможности исполнить обязательство по передаче потерпевшей <данные изъяты> тысяч рублей, и об этом подсудимой было известно до совершения преступления.

Доказательствами финансовой несостоятельности подсудимой являются: решения Майского районного суда от 29.03.2016 и 17.11.2016, которыми с подсудимой в пользу истцов взысканы денежные суммы в виде соответственно задолженности по договору займа <данные изъяты> копеек (в пользу <данные изъяты>») и неосновательного обогащения (<данные изъяты> рублей в пользу Р.). Кроме того, на ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 имела задолженность по кредитному договору с <данные изъяты>» в размере <данные изъяты> копейки, о чём свидетельствует определение названного суда от ДД.ММ.ГГГГ. Более того, 19.10.2016 Майским районным судом прекращено уголовное дело по обвинению ФИО1 и Л. в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159 УК РФ, ввиду примирения подсудимых с потерпевшим, из которого усматривается, что в ДД.ММ.ГГГГ г. подсудимые мошенническим путём похитили чужие денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей, и только в ходе судебного разбирательства ущерб был возмещён (л.д. л.д. 221-232 т. 1).

Под воздействием обмана ФИО1 у Р. создалось ложное мнение о добровольности передачи своего имущества с выгодой для себя.

Таким образом, действия подсудимой охватываются понятием мошенничества, и в данном случае обман – это средство получения имущества.

Мотив незаконных действий подсудимой установлен бесспорно – корысть в виде личного материального обогащения, доказательством чего является обращение имущества потерпевшей в виде денежных средств в свою пользу с последующим распоряжением этим имуществом по своему усмотрению.

В результате преступления потерпевшая утратила своё имущество: денежные средства в размере <данные изъяты> рублей.

Согласно п. 4 Примечаний к ст. 158 УК РФ особо крупным размером в статьях гл. 21 УК РФ признаётся стоимость имущества, превышающая 1 миллион рублей. Таким образом, действиями ФИО1 потерпевшей причинён материальный ущерб в особо крупном размере.

Обстоятельства, исключающие преступность деяния, перечисленные в гл. 8 УК РФ, как и обстоятельства, которые могут повлечь за собой освобождение от уголовной ответственности, не установлены, но при этом доказаны: событие преступления, виновность подсудимой в его совершении, форма её вины и мотив, характер и размер ущерба, причинённого преступлением.

Суд квалифицирует действия ФИО1 по ч. 4 ст. 159 УК РФ: мошенничество, то есть хищение чужого имущества путём обмана, совершённое в особо крупном размере.

Назначая вид и меру наказания, суд учёл следующее.

Подсудимая имеет регистрацию и место жительства в пределах <данные изъяты>; главой местной администрации и участковым уполномоченным полиции по месту жительства характеризуется <данные изъяты> (л.д. л.д. 212, 213 т. 1).

ФИО1 занята общественно полезным трудом, по основному месту работы характеризуется положительно: <данные изъяты> (л.д. 214 т. 1).

То, что подсудимая не состоит на учёте врача психиатра, нарколога по месту жительства, подтверждено соответствующим извещением ГБУЗ «<данные изъяты> на л.д. 215 т. 1.

Согласно имеющимся в материалах уголовного дела документам, ФИО1 состоит <данные изъяты> (л.д. л.д. 216, 217 т. 1).

Из сообщений ИЦ МВД по КБР, ГИЦ МВД России усматривается, что ФИО1 не судима (л.д. л.д. 218, 219, 221-224 т. 1).

Совершённое преступление ч. 4 ст. 15 УК РФ отнесено к категории тяжких преступлений, и оснований для изменения категории нет; единственным видом основного наказания за данное преступление предусмотрено лишение свободы до 10 лет.

Обстоятельством, смягчающим наказание, в силу п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ является активное способствование виновной раскрытию и расследованию преступления; смягчающими обстоятельствами, суд, руководствуясь ч. 2 ст. 61 УК РФ, признаёт раскаяние подсудимой в содеянном и признание своей виновности в полном объёме. Причём, подсудимой заявлялось ходатайство о рассмотрении уголовного дела в особом порядке, но по инициативе потерпевшей дело рассмотрено в общем порядке судопроизводства.

Принято во внимание частичное возмещение ущерба: ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 передала Р. <данные изъяты> рублей (копия расписки приобщена к материалам уголовного дела в судебном заседании), заверение подсудимой о намерении в ближайшее время предпринять меры по дальнейшему возмещению ущерба, а также мнение потерпевшей Р., высказавшейся против лишения подсудимой свободы с тем, чтобы последняя имела возможность продолжать погашать ущерб.

Отягчающих обстоятельств по делу не установлено.

В целом данные о личности ФИО1, её отношение к содеянному позволяют считать допустимым предоставление ей возможности доказать своё исправление без реального отбывания наказания. По мнению суда, цели назначения наказания: исправление осуждённой, предупреждение совершения преступлений, восстановление социальной справедливости достижимы путём исполнения ФИО1 обязанностей, способствующих её исправлению.

За совершённое преступление предусмотрены и дополнительные виды наказания.

Необходимости в присоединении к основному наказанию дополнительных наказаний для усиления тяжести основного наказания суд не усматривает.

В досудебной стадии производства по делу подсудимой избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. Данными за изменение меры пресечения до вступления приговора в законную силу суд не располагает.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 296 – 299, 303, 304, 307 – 310 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

п р и г о в о р и л :

ФИО1 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить наказание 3 (три) года 6 (шесть) месяцев лишения свободы.

В соответствии со ст. 73 Уголовного кодекса Российской Федерации назначенное наказание считать условным и установить ФИО1 испытательный срок 3 (три) года 6 (шесть) месяцев, в течение которого осуждённая своим поведением должна доказать своё исправление.

Возложить на осуждённую обязанности: не покидать постоянное место жительства с 22 час. 00 мин. до 05 час. 00 мин., не менять место жительства и работы без уведомления уголовно-исполнительной инспекции, два раза в месяц в дни, установленные указанной инспекцией, являться в неё для регистрации, в течение одного года со дня вступления приговора в законную силу загладить вред, причинённый преступлением.

Испытательный срок исчислять с момента вступления приговора в законную силу, засчитав в него время, прошедшее со дня провозглашения приговора: с ДД.ММ.ГГГГ

До вступления приговора в законную силу меру пресечения – подписку о невыезде и надлежащем поведении оставить без изменения.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда КБР через Майский районный суд КБР в течение 10 суток со дня его постановления. В случае подачи апелляционной жалобы (представления) осуждённая и потерпевшая вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, о чём необходимо указать в апелляционной жалобе либо возражении на апелляционное представление (жалобу), либо в заявлении, поданном в срок, предоставленный для подачи возражения.

Председательствующий,

судья Майского районного суда КБР

Е.В. Кудрявцева