Решение № 2-100/2018 2-100/2018 (2-3363/2017;) ~ М-3048/2017 2-3363/2017 М-3048/2017 от 4 мая 2018 г. по делу № 2-100/2018

Дело №2-100/2018


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

04 мая 2018 года город Барнаул

Железнодорожный районный суд г. Барнаула в составе

председательствующего судьи Вешагуровой Е.Б.

при секретаре Райсбих Л.А.,

с участием прокурора Боровковой Е.П.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилося в суд с иском к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда в сумме 300 000 руб., в обоснвание которого указал, что является сыном ФИО4, погибшего в дорожно-транспортном происшествии ДД.ММ.ГГГГ. Приговором Кормиловского районного суда Омской области от ДД.ММ.ГГГГ виновным в нарушении Правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть отца истца признан ответчик. В связи со смертью близкого человека ФИО1 причинен моральный вред, выразившийся в душевных переживаниях и нравственных страданиях.

В судебном заседании посредством видеоконференц-связи истец ФИО1 на исковых требованиях настаивал, пояснив дополнительно, что с отцом у него были близкие отношения. Находясь в местах лишения свободы, истец постоянно созванивался с отцом, который периодически приезжал к нему на свидания, проживал с ним совместно в период между отбыванием наказания в исправителных учреждениях. О смерти отца узнал в 2013 году, однако обратиться в суд с иском времени не имел, так как занимался вопросом принятия наследства.

Ответчик ФИО2 исковые требования не признал, пояснив, что истец знал о смерти отца с 2011 года, однако претензий к ответчику по вопросу о выплате компенсации морального вреда не предъявлял. Со слов родной сестры ФИО1 со своим отцом он не общался, находясь в местах лишения свободы. Просил снизить сумму компенсации морального вреда в связи с тяжелым имущественным положением и пенсионным возрастом.

Представитель ответчика ФИО5 возражал против удовлетворения исковых требований, указывая, что сам по себе факт родственных отношений не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшей, что оснований для удовлетворения исковых требований не имеется, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В силу положений ст.151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со ст.1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда; при определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Объектом неправомерных посягательств являются по общему правилу любые нематериальные блага (права на них) вне зависимости от того, поименованы ли они в законе и упоминается ли соответствующий способ их защиты (п.4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина (п.2 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации)

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственника.

Из материалов дела следует, что приговором Кормиловского районного суда Омской области от 12 мая 2012 года ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.5 ст. 264 Уголовного кодекса Российской Федерации и подвергнут наказанию в виде лишения свободы сроков на 3 года и 6 месяцев с лишением права управления транспортным средством сроком на 2 года.

Вступившим в законную силу судебным решением установлено, что 30 декабря 2011 года ФИО2 управлял автомобилем «Вольво» с полуприцепом, осуществляя движение по трассе М-51 «Байкал-Челябинск-Новосибирск», небравильно выбрал скоростной режим, не учел интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства, дорожные и метерологические условия, видимость и направления движения, в нарушение п.10.1 Правил дорожного движения не справился с управлением автомобиля и выехал на встречную полосу, где допустил столкновение с автомобилем «ВАЗ 21074» под управлением водителя ФИО4, двигавшегося во встречном направлении. В результате нарушения пунктов Правил дорожного движения при управлении автомобилем водителем ФИО2 водителю ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения по неосторожности были причинены телесные повреждения, от которых он скончался на месте происшествия. Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ смерть ФИО4 наступила от сочетанной травмы груди, головы, живота, таза и конечностей, полученной при дорожно- транспортном происшествии.

Согласно копии записи акта о рождении № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является сыном ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец отбывал наказание в ИК-9 <адрес>.

С ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время ФИО1 непрерывно отбывает наказание в исправительном учреждении.

Как пояснил истец в судебном заседании со ФИО4 он общался, отец время от времени созванивался с ним и приезжал навещать.

Допрошенная по поручению суда свидетель ФИО9- родная сестра истца, суду пояснила, что с 2008 года ее брат уехал от родителей. После того, как ФИО1 начал отбывать наказание во второй раз отец перестал поддерживать с ним связь и помогать. В последние годы жизни ФИО13. истец не оказывал ему какую- либо помощь.

Как следует из абз. 2 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года №10», суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Суд считает неоспоримым фактом причинение истцу нравственных страданий в результате смерти ФИО3, так как утрата близкого ему человека оказывает воздействие на психическое благополучие сына, нарушает неимущественное право на семейные связи.

Принимая во внимание, что гибель родственника и близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, в данном случае сына, который лишился отца, являвшегося близким и любимым человеком, подобная утрата, безусловно, является тяжелым событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания.

Оценивая представленные в материалы дела доказательства, в том числе пояснения истца, данные в ходе рассмотрения дела, определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание конкретные обстоятельства гибели близкого истцу человека, степень вины ответчика в смерти ФИО3, характер взаимоотношений истца и погибшего, с которым поддержание отношений было осложнено отбыванием истцом наказания в исправительных учреждениях и практически сошло на нет, степень родства с погибшим, индивидуальные особенности истца, характер и степень понесенных им душевных и нравственных страданий, связанных со смертью ФИО3, возраст сына погибшего, которому на момент смерти отца было 23 года, а также требования разумности и справедливости.

Кроме того, суд учитывает, что наиболее остро истец испытывал нравственные страдания в первое время после гибели отца, со смерти которого прошло почти 6,5 лет, однако за взысканием компенсации морального вреда не обратился ни к ответчику, ни в суд, обосновывая указанное обстоятельство наличием иных более важных дел.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд также принимает во внимание состояние здоровья ответчика ФИО2, его пенсионный возраст, ежемесячный доход, который составляет пенсия в размере 10 900,40 руб., а также наличие кредитных обязательств в АО «Сбербанк России», ВТБ 24 (ПАО), Банке Тинькофф, которые на день вынесения решения ответчиком не исполнены.

Кроме того, суд учитывает, что соглашением в рамках производства по уголовному делу по обвинению ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч.5 ст. 264 Уголовного кодекса Российской Федерации, ФИО2 в счет компенсации морального вреда обязался выплатить потерпевшим ФИО10, ФИО9 по 150 000 руб. каждому, а также ФИО11 - 90 000 руб.

Свои обязанности по выплате указанных сумм ответчик исполняет добросовестно, на ДД.ММ.ГГГГ им не выплачено 131 500 руб.

Статьей 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено:

Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается. Вина потерпевшего не учитывается при возмещении дополнительных расходов (пункт 1 статьи 1085), при возмещении вреда в связи со смертью кормильца (статья 1089), а также при возмещении расходов на погребение (статья 1094). (часть 2).

Суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно (ч.3).

Из разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», следует, что виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (пункт 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации) (п. 17).

Вопреки указанию стороны ответчика, суд не усматривает в действиях умершего ФИО3 грубой неосторожности, поскольку согласно заключению эксперта Бюро СМЭ <адрес> № при судебно- химическом исследовании в крови обнаружен этанол в количестве, не оказывающем влияния на организм.

При таких обстоятельствах, учитывая все конкретные обстоятельства настоящего дела, ходатайство ответчика о снижении суммы компенсации морального вреда, значительный период времени, прошедший с момента гибели ФИО3, суд полагает разумной и справедливой сумму компенсации морального вреда ФИО1, причиненного ему смертью отца по вине ответчика, в размере 15 000 руб., которые взыскивает в пользу истца с ФИО2

Руководствуясь статьями 193-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд:

Р Е Ш И Л:

исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 15 000 руб.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Алтайский краевой суд через Железнодорожный районный суд г. Барнаула Алтайского края в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья: Е.Б. Вешагурова