Решение № 2-6816/2025 2-6816/2025~М-2780/2025 М-2780/2025 от 27 ноября 2025 г. по делу № 2-6816/2025

Дело У


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

00.00.0000 года Х

Октябрьский районный суд Х в составе

председательствующего судьи Кравченко О.Е.,

при секретаре судебного заседания А4,

с участием помощника прокурора Х А5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению А1 к А14. А6») о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

А1 обратилась в суд с иском к А15» о компенсации морального вреда. Требования мотивированы тем, что 00.00.0000 года отец истца А2 был доставлен в А16. А6», он был госпитализирован в отделение неврологии с диагнозом «инсульт», где ему была оказана медицинская помощь не в полном объеме. 00.00.0000 года он умер. 00.00.0000 года следственным отделом по А17 было возбуждено уголовное дело У, в ходе которого была проведена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, по выводам которой смерть А2 в прямой причинно-следственной связи с действиями (бездействием) медицинских работников А18 не состоит, вместе с тем, в ходе экспертизы выявлены дефекты оказания медицинской помощи А2 в виде неполного объема диагностических мероприятий пациенту в тяжелом состоянии с температурой, высоким риском аспирации, не обеспечен перевод пациента в реанимационное отделение. Антибактериальная терапия при высоком риске причиной смерти А2 явилось заболевание - Z в короткие сроки не назначена. Не проводилось контрольное рентгенологическое / МСКТ исследование, узи брюшной полости, почек, ЭХО сердца, не назначен контрольный анализ крови в динамике, не описано состояние перифирических катетеров, контроль лабораторных данных рекомендованных неврологом 00.00.0000 года Ненадлежащее выполнение необходимых пациенту А2 диагностических и лечебных мероприятий, подтверждается заключением экспертизы качества оказания медицинской помощи. Указанные дефекты состоят в косвенной причинно-следственной связи с наступлением смерти А2, в том числе ответчиком нарушены правила по качественному и безопасному оказанию медицинской помощи, предусмотренных Законом РФ «Основы законодательства РФ об охране здоровья» и Закона РФ «О медицинском страховании граждан в РФ» в связи с чем, просит взыскать с ответчика А19.А20 компенсацию морального вреда в размере 3 000 000 руб.

В судебном заседании истец А1 исковые требования поддержала в полном объеме по основаниям, изложенным в иске, в отзыве на возражения ответчика, в котором пояснила, что А2 был обнаружен 00.00.0000 года в 22.30 с признаками Z полулежащим на диване, со спущенными ногами на пол и пытался встать, немедленно была вызвана скорая помощь, которая приехала в 23.00. В это время он стоял на ногах, просился в туалет, позже его состояние стало ухудшаться и в 01.00-01.15 00.00.0000 года его доставили в сознании в приемный покой А21 А6». А2 был госпитализирован в отделение более чем через 60 минут с момента поступления в приемный покой. Согласно записи в истории болезни при первичном осмотре нейрореаниматологом А7 А2 должен был быть госпитализирован в палату интенсивной терапии (ПИТ) и при ухудшении состояния повторно осмотрен врачом-реаниматологом. При госпитализации у него отмечается низкий уровень натрия в крови, что согласно заключению У от 00.00.0000 года требовало нахождение его в ПИТ с коррекцией водно-электролитного баланса, питание через зонд, противосудорожная и антибактериальная терапия. В соответствии с приказом Министерства здравоохранения РФ от 00.00.0000 года Ун «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи больным с острыми нарушениями мозгового кровообращения», при подтверждении диагноза Z в остром периоде заболевания направляются в палату (блок) реанимации и интенсивной терапии отделения. Несмотря на тяжесть состояния, стандарты оказания медицинской помощи, клинические рекомендации, решение реаниматолога, он был госпитализирован в обычную палату неврологического отделения без постоянного наблюдения со стороны медперсонала и контроля за жизненно-важными функциями организма, что могло также отрицательно повлиять на исход, так как медперсонал своевременно не мог выявить ухудшение состояния и экстренно, в полном объеме оказать ему необходимую помощь. До 00.00.0000 года он реагировал на обращенную к нему речь, частично выполнял простые инструкции, сжимал руку, зажмуривал глаза, пытался встать и был привязан к кровати. В ночь с 00.00.0000 года на 00.00.0000 года он переведен в палату интенсивной терапии, где отсутствовала аппаратура для контроля жизненно-важных функций организма, он был подключен только к кислороду. За период госпитализации не проводилась коррекция водно-электролитных нарушений, антибактериальная терапия, лабораторный контроль, консультация нейрохирурга, а также не проводился регулярный осмотр врачами, измеряли в основном АД и температуру, что подтверждается записями в истории болезни, все эти нарушения являются дефектами качества оказанной медицинской помощи при госпитализации, в связи с чем, несмотря на то, что они не состоят в прямой причинно-следственной связи со смертью пациента но нарушают права на безопасное и качественное оказание помощи при госпитализации. Постановление о прекращении уголовного дела от 00.00.0000 года ею не обжаловалось, заключение комиссионной судебно-медицинской экспертизы У от 00.00.0000 года проведенной А22 в рамках уголовного дела У и заключение качества оказания медицинской помощи от 00.00.0000 года и выводы экспертов она также не оспаривает.

Представитель ответчика А23 - А8 (по доверенности от 00.00.0000 года) не оспаривала факт наличия недостатков (дефектов) при оказании медицинской помощи, выявленных при проведении судебной медицинской экспертизы в рамках уголовного дела У, которое было прекращено с прекращением уголовного преследования в отношении неустановленных должностных лиц А24 А6» по признакам состава преступления, предусмотренного ч.2 ст.109 УК РФ в связи с отсутствием события преступления, возражала против удовлетворения исковых требований, поскольку смерть А2 в прямой причинно-следственной связи с действиями (бездействиями) медицинских работников не состоит. По результатам мультидисциплинарной внеплановой целевой экспертизы качества медицинской помощи от 00.00.0000 года У сделан вывод о расхождении клинического и патологоанатомического диагнозов I категории. В соответствии с «Методическими рекомендациями по сопоставлению заключительного клинического и патологоанатомического/судебно-медицинского диагнозов» I категория расхождения диагнозов означает то, что в медицинской организации правильный диагноз был невозможен, и диагностическая ошибка уже не повлияла на исход болезни. Причины расхождения диагнозов по I категории всегда объективные. К I категории следует относить случаи, при которых заболевание не было распознано на предыдущих этапах, а в данной медицинской организации установление правильного диагноза было невозможно из-за объективных трудностей (трудность диагностики заболевания, тяжесть состояния пациента), что и было экспертами в заключениях указано. Просит учесть, что наличие глиобластомы, неоднократные острые нарушения мозгового кровообращения в анамнезе, гипонатремия при поступлении всегда связаны с неблагоприятным прогнозом и высокой летальностью. Своевременная диагностика и лечение не могли быть гарантией спасения жизни больного, поскольку у пациента был неблагоприятный фон, диагностика пневмонии была крайне затруднительна, а заболевание, приведшее к летальному исходу, развилось стремительно, что вероятно связано с наличием иммунодефицитного состояния после проведенных многочисленных противоопухолевых терапий. Полагала размер заявленной компенсации чрезмерно значительным в данной ситуации. Поддержала доводы письменного отзыва, в котором указывала, что при поступлении 00.00.0000 года А2 осмотрен неврологом, реаниматологом, состояние тяжелое, сознание – легкое оглушение, психомоторное возбуждение. ЧДД 18 в мин., ритм дыхания правильный, ЧСС 70 в мин. Сатурация крови кислородом SpO2 97%, АД 150/70 мм.рт.Х Z Объем активных движений ограничен. Z Х тяжесть основного заболевания, оперативное лечение на магистральных сосудах не показано. Пациент консультирован узкими специалистами: кардиологом, офтальмологом, логопедом, медицинским психологом, онкологом, даны рекомендации. На фоне проводимого лечения состояние пациента оставалось тяжелым, контакту не доступен, лекарственные препараты вводятся через зонд. Z А2 проведена по экстренным показаниям обоснованно. Лечебно-диагностические мероприятия проведены в полном объеме согласно стандарту оказания медицинской помощи при злокачественном образовании головного мозга, надлежащего качества. На момент госпитализации А2 00.00.0000 года в медицинское учреждение данных на пневмонию не было с учетом МСКТ органов грудной полости КТ (данных на инфильтративные изменения легких не выявлено), показателей развернутого анализа крови (без признаков воспалительного процесса) и данных физикального осмотра. Состояние было тяжелое, с нарушением сознания. При этом отмечается лихорадка с первого дня госпитализации, которая могла быть обусловлена неинфекционными причинами, такими как последствия ОНМК, особенностями течения онкологического заболевания. Состояние пациента оставалось стабильно тяжелым за счет неврологического статуса, судорожного синдрома, что затрудняло дообследование пациента. В динамике температура тела снизилась до субфебрильной (37,5-37,9) с эпизодами нормализации (ниже 37,0), что также было расценено медицинским персоналом как положительный ответ на проводимую терапию. В динамике ежедневно А2 осматривался врачом с проведением аускультации, согласно которой не было признаков пневмонии (хрипы отсутствуют, дыхание везикулярное). При тенденции к нормализации температуры тела и нормальной аускультативной картины в легких, показаний к проведению повторного МСКТ органов грудной клетки не усматривалось.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований на предмет спора - А13 в судебном заседании пояснила, что является врачом -реаниматологом, на момент проведения ею осмотра пациента (А2) показаний для перевода его в отделение реанимации и подключения к ИВЛ не имелось. Было нарушение сознание, но дыхание, глотание и все остальное не было нарушено, хрипов не было, он был на кислороде, сатурация была нормальная. При ухудшении состояния, была рекомендована повторная консультация реаниматолога. При осмотре ее не настораживал факт, что он подключен к кислороду находясь в палате интенсивной терапии, поскольку при патологии головного мозга это является нормальным явлением, и не обязательно свидетельствует о развитии у пациента пневмонии. Пневмония, выявленная впоследствии, протекала атипично, вполне возможно, что это вызвано наличием у него иных хронических заболеваний и на их фоне снижении иммунной защиты и ослабленном состоянии организма.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований на предмет спора А9, А10, А11, А12 в судебное заседание не явились, извещались надлежащим образом, письменного отзыва не направили.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора - А25 в судебное заседание не явился, извещался надлежащим образом, представил ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие.

Выслушав истца, представителя ответчика, третье лицо, исследовав материалы дела, заключение помощника прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению на сумму компенсации в размере 250 000 руб., суд приходит к следующему.

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (ч. ч. 1, 2 ст. 19 Федерального закона от 00.00.0000 года № 323-ФЗ).

В соответствии с п. 21 ст. 2 Федерального закона от 00.00.0000 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

В силу ст. 35 Федерального закона от 00.00.0000 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» скорая, в том числе скорая специализированная, медицинская помощь оказывается гражданам при заболеваниях, несчастных случаях, травмах, отравлениях и других состояниях, требующих срочного медицинского вмешательства. Скорая, в том числе скорая специализированная, медицинская помощь медицинскими организациями государственной и муниципальной систем здравоохранения оказывается гражданам бесплатно. Скорая, в том числе скорая специализированная, медицинская помощь оказывается в экстренной или неотложной форме вне медицинской организации, а также в амбулаторных и стационарных условиях.

Согласно пунктам 1, 2 ч. 1 ст. 79 Федерального закона от 00.00.0000 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинская организация обязана: оказывать гражданам медицинскую помощь в экстренной форме; организовывать и осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи, и с учетом стандартов медицинской помощи.

С учетом положений ст. 15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).В соответствии со ст.1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Согласно требованиям ст.1095 ГК РФ, вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу гражданина либо имуществу юридического лица вследствие конструктивных, рецептурных или иных недостатков товара, работы или услуги, а также вследствие недостоверной или недостаточной информации о товаре (работе, услуге), подлежит возмещению продавцом или изготовителем товара, лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем), независимо от их вины и от того, состоял потерпевший с ними в договорных отношениях или нет.

В силу положений ст. 1068 ГК РФ, юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Согласно ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред. Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

В силу ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно положениям ст.ст. 19, 22, 98 Федерального Закона от 00.00.0000 года №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» каждый имеет право на медицинскую помощь, а также получить в доступной для него форме имеющуюся в медицинской организации информацию о состоянии своего здоровья, в том числе сведения о результатах медицинского обследования, наличии заболевания, об установленном диагнозе и о прогнозе развития заболевания, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных видах медицинского вмешательства, его последствиях и результатах оказания медицинской помощи.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации. Возмещение вреда, причиненного жизни и (или) здоровью граждан, не освобождает медицинских работников и фармацевтических работников от привлечения их к ответственности в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как установлено судом и следует из материалов дела, что А1 является родной дочерью А2, что подтверждается свидетельством о рождении У У.

В период с 00.00.0000 года А2 был экстренно госпитализирован в А26 А6», где находился на лечении в отделении неврологии.

00.00.0000 года А2 умер, что подтверждается свидетельством о смерти У У и актовой записью о смерти У от 00.00.0000 года.

Постановлением старшего следователя следственного отдела по Х следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Х и Х от 00.00.0000 года возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ по факту причинения А2, 00.00.0000 года года рождения, смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей неустановленными медицинскими работниками А27 А6».

В ходе расследования уголовного дела была назначена и проведена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, из заключения комиссионной судебно-медицинской экспертизы У от 00.00.0000 года проведенной А29 следует, что причиной смерти А2 явилось заболевание - Z (Z (состояние после оперативного лечения от 00.00.0000 года - Z). При оказании медицинской помощи А2 в условиях А28 А6» установлены дефекты в виде не полного объема диагностических мероприятий пациенту в тяжелом состоянии с температурой, высоким риском аспирации. Результаты МСКТ грудной клетки в день поступления в стационар 00.00.0000 года (отсутствие изменений в легочной ткани), лабораторные показатели, данные осмотра логопеда (имеется нарушение глотания, отмечен высокий риск аспирации), не исключается, что у А2 имела место аспирация в легкие в момент потери сознания, которая и привела в дальнейшем к развитию тяжелой пневмонии с абсцедированием. При поступлении тяжелого лежачего пациента А2 даже при отсутствии изменений в легочной ткани на МСКТ грудной клетки в первые часы после ухудшения состояния с учетом конкретной клинической ситуации необходим был перевод пациента в реанимационное отделение с привлечением клинического фармаколога для назначения антибактериальной терапии с профилактической целью (гипостатической и аспирационной пневмонии). Антибактериальная терапия при высоком риске развития пневмонии в короткие сроки не назначена. За время госпитализации в течение первых суток у пациента отмечается появление лихорадки, сатурация 96-97%, в дальнейшем появление кашля с мокротой, одышки. Пациенту необходимо было проведение контрольного рентгенологического / МСКТ исследования, назначение контрольного анализа крови в динамике (ОАК с лейкоцитарной формулой, СОЭ, СРБ). При выявлении изменений обязательное назначение антибактериальных препаратов. Не выполнена дифференциальная диагностика лихорадки, не проведены УЗИ брюшной полости, почек, ЭХО сердца, не описано состояние периферических катетеров, контроль лабораторных данных (кровь, моча) рекомендован неврологом 00.00.0000 года. (3-и сутки лихорадки). Отсутствие в лечение антибактериальной терапии, повторного проведения КТ легких у пациента с наличием коморбидного состояния, лихорадкой привело к отсутствию прижизненной диагностики пневмонии, прогрессированию заболевания с абсцедированием, дальнейшим летальным исходом. В данном случае имеющиеся недостатки в тактике ведения больного на этапе оказания медицинской помощи при наличии у пациента одновременно протекающих тяжелых соматических заболеваний, сопровождающихся развитием вторичного иммунодефицитного состояния, не предопределяли прогноз заболевания в целом и развитие конкретных осложнений, вызвавших наступление смерти. А2 являлся тяжелым возрастным пациентом с нарушенным сознанием, глотанием, фиксированным в пределах постели, с тяжелой сопутствующей соматической патологией, вторичным иммунодефицитом на фоне сопутствующей патологии Z). Смерть А2 в прямой причинно-следственной связи с действиями (бездействиями) медицинских работников А30 А31 не состоит.

Согласно заключению повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизы У, проведенной А32 при ведении пациента были допущены недостатки (дефекты) оказания медицинской помощи:

- при нарушении сознания до сопора, снижение сатурации требовалось решение вопроса об интубации и переводе больного на ИВЛ;

- отсутствуют данные об антибактериальной терапии, отмечен рост температуры тела, при этом лабораторный контроль не проводился, лечение не назначалось;

- у пациента в анамнезе симптоматическая эпилепсия, при этом в первичном осмотре врача-невролога нет данных о противосудорожной терапии, которую пациент получал до госпитализации;

- нет данных по нутритивной терапии (тип питательной среды, объем, скорость введения и т.д.), при том, что имеется запись, что лекарственные препараты вводятся через зонд;

- оценка глотания проводилась только при поступлении;

- при развитии судорог (00.00.0000 года нарушении сознания до сопора, снижение сатурации до 89%, постоянной гипертермии, пациента необходимо было перевести из ПИТ в отделение реанимации для решения вопроса о проведении ИВЛ, назначения антибактериальной терапии, коррекции водно-электролитного баланса при постоянном лабораторном контроле;

- за период нахождения пациента в стационаре не проводилась коррекция водно-электролитных нарушений.

- при сердечно-легочной реанимации по алгоритму, не требующему проведения дефибриляции, ИВЛ через воздуховод мешком Амбу, непрямой массаж сердца с частотой 80120 в минуту (должен проводиться с частотой 100-120), введение адреналина гидрохлорида 0,1% по 1,0 мл каждые 3-5 мин. У в течение 30 минут (в данной ситуации либо адреналин начали вводить поздно, либо не через каждые 3-5 минут, что является ошибкой).

Пожилой возраст больного, нарушение сознания, зондовое питание при котором невозможно исключить микроаспирацию желудочным содержимым, постельный режим с горизонтальным положением тела, аспирация секрета ротоглотки и желудочного содержимого на фоне прогрессирующего онкологического заболевания головного мозга и иммунодефицитного состояния вследствие длительного приема противоопухолевых препаратов – все эти факторы способствовали развитию Z у больного А2 Наличие глиобластомы, неоднократные острые нарушения мозгового кровообращения в анамнезе, гипонатриемия при поступлении всегда связаны с неблагоприятным прогнозом и высокой летальностью. В данном случае своевременная диагностика и правильное лечение не могли быть гарантией спасения жизни больного А2, поскольку исходно у пациента имелся неблагоприятный фон (прогрессирующее злокачественное новообразование головного мозга, в анамнезе - повторные острые нарушения мозгового кровообращения, симптоматическая эпилепсия, гипертоническая болезнь III стадии), диагностика пневмонии была крайне затруднительна, поскольку на КТ органов грудной полости при поступлении данных на патологию не было, при объективном осмотре в легких было везикулярное дыхание, хрипов не описано, не было признаков воспаления в крови, а заболевание, приведшее к летальному исходу, развивалось стремительно, что вероятно, связано с наличием иммунодефицитного состояния после проведенных многочисленных противоопухолевых терапий.

Как следует из письма Министерства здравоохранения Х от 00.00.0000 года по итогам проверки выявлены нарушения в части расхождения клинического диагноза и патолого-анатомического диагноза, проведения в обязательном порядке осмотра заведующим профильным отделением, оформления назначений лекарственных препаратов. По результатам проведенной страховой компанией экспертизы качества оказанной медицинской помощи в учреждении проведен разбор данного случая. К лечащим врачам применены меры дисциплинарного взыскания – лишение стимулирующих выплат.

Согласно письму Территориального органа Росздравнадзора по Х по результатам внутреннего контроля качества и безопасности медицинской помощи в А33 А6» установлено, что госпитализация А2 обоснована и проведена по экстренным показаниям, лечебно-диагностические мероприятия проведены в полном объеме, согласно стандарту оказания медицинской помощи при злокачественном образовании головного мозга. При оказании медицинской помощи выявлено нарушение, в части проведения дополнительного диагностического поиска с целью выявления очага бактериального процесса и назначения лекарственных препаратов. Принято решение о снижении стимулирующих выплат медицинским работникам, оказывающим медицинскую помощь А2 По результатам мультидисциплинарной внеплановой целевой экспертизы качества медицинской помощи установлено, что диагностические мероприятия А2 проведены не в полном объеме, не сделано контрольное рентгенологическое обследование легких, не назначена антибактериальная терапия. Страховой медицинской организацией к учреждению применены финансовые санкции.

Постановлением старшего следователя следственного отдела по Х следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Х и Х от 00.00.0000 года прекращено уголовное дело У, возбужденное 00.00.0000 года по факту причинения А2, 00.00.0000 года года рождения, смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей неустановленными медицинскими работниками А35 А6» и уголовное преследование в отношении неустановленных должностных лиц А34. А6» по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием события указанного преступления.

Разрешая по существу заявленные требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход).

Согласно пункту 49 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 00.00.0000 года У «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

Оценив и исследовав собранные по делу доказательства в их совокупности, учитывая наличие выявленных дефектов в оказании медицинской помощи при лечении А2, вместе с тем, отсутствие прямой причинно-следственной связи между смертью А2 и действиями (бездействиями) медработников А36. А6», отсутствие у него пневмонии в день поступления, стремительное развитие пневмонии, приведшей к смерти в течение пяти дней, вероятнее всего из-за иммунодефицитного состояния после проведенных многочисленных противоопухолевых терапий, диагностика которой была крайне затруднительна, при наличии неблагоприятного фона (злокачественное новообразование головного мозга (глиобластома), неоднократные острые нарушения мозгового кровообращения в анамнезе, гипонатриемия, симптоматическая эпилепсия, гипертоническая болезнь III стадии), заключение экспертов, что своевременная диагностика и правильное лечение не могли быть гарантией спасения жизни больного А2, принимая во внимание, что умерший А2 являлся отцом истицы А1, они проживали совместно, одной семьей, а также учитывая характер полученных истцом нравственных переживаний и страданий, связанных с утратой близкого человека, исходя из принципа разумности и справедливости, суд считает заявленное требование о компенсации морального вреда обоснованным, вместе с тем, полагает необходимым снизить размер подлежащий взысканию с ответчика денежной компенсации в пользу А1 до 300 000 руб.

Согласно ст. 103 ГПК РФ, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела и государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Учитывая изложенное, суд считает необходимым взыскать с ответчика в местный бюджет государственную пошлину в размере 3 000 руб.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194 – 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования А1 к А38 А6» о взыскании компенсации морального вреда - удовлетворить.

Взыскать с А37 А6» (ИНН У в пользу А1 компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей.

Взыскать с А39 А6» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 3000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Хвой суд через Октябрьский районный суд Х в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий: (подпись) О.Е. Кравченко

Мотивированное решение изготовлено 00.00.0000 года

Копия верна.

Судья: О.Е. Кравченко