Решение № 2-925/2017 2-925/2017~М-231/2017 М-231/2017 от 12 апреля 2017 г. по делу № 2-925/2017

Дело № 2-925/2017


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Волгодонск 13 апреля 2017 года

Волгодонской районный суд Ростовской области в составе:

председательствующего судьи Кулинича А.П.,

при секретаре Гвинджилия Е.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к государственному учреждению – Управлению пенсионного фонда РФ в г. Волгодонске Ростовской области об установлении размера задолженности, по встречному исковому заявлению государственного учреждения – Управления пенсионного фонда РФ в г.Волгодонске Ростовской области к ФИО1 о взыскании незаконно полученной пенсии и федеральной социальной доплаты,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к государственному учреждению - Управлению Пенсионного фонда РФ в г.Волгодонске (далее – УПФР) об изменении переплаты пенсии.

В обоснование заявленных требований истец указал, что с 01.09.2013 он получал пенсию по случаю потери кормильца.

В 2013 году он окончил школу и поступил на дневное отделение РГУПС на коммерческой основе.

08.07.2014 истец был отчислен из РГУПСа, а 05.08.2014 зачислен в ДГТУ на дневное бюджетное отделение.

С ноября 2016 года ответчик прекратил выплату пенсии.

Истец обратился к ответчику за разъяснениями и выяснил, что при отчислении истца из РГУПСа он потерял право на пенсию с момента отчисления по момент выявления данного факта, т.е. с 01.08.2014 по 31.10.2016. Таким образом, у истца образовалась переплата пенсии.

Также истцу было предложено обратиться вновь за назначением пенсии, представив справку из другого учебного заведения (ДГТУ), куда он был зачислен приказом от 04.08.2014.

15.12.2016 истец повторно обратился в УПФР за назначением пенсии, которая ему была назначена вновь с 15.12.2015.

23.01.2017 УПФР выдал истцу на руки протокол от 19.01.2017 №37/38 о выявлении излишне выплаченной пенсии в сумме 157 658, 22 рубля и федеральной социальной доплаты в сумме 32783, 52 рубля.

Ссылаясь на то, что он все время обучался на очном отделении, за исключением августа 2014 года, с суммами переплаты пенсии и ФСД он не согласен, истец просил суд сумму переплаты пенсии определить только за август 2014 года – за период, в котором он не обучался в ВУЗе.

Ответчик УПФР не согласился с исковыми требованиями и предъявил встречные требования, в которых указал следующее.

Обучение лиц в возрасте старше 18 лет по очной форме в образовательных учреждениях подтверждается справками этих учреждений. При этом дети старше 18 лет с даты окончания обучения или отчисления из образовательной организации до достижения возраста 23 лет утрачивают право на пенсию по случаю потери кормильца.

Согласно заявлению ФИО1 о назначении пенсии он обязуется безотлагательно извещать орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, о наступлении всех обстоятельств, влекущих за собой изменение размера пенсии или прекращение ее выплаты.

Согласно материалам пенсионного дела ФИО1 на основании заявления от 27.03.2014 и справки об учебе в ФГБОУ ВПО РГУПС ему назначена пенсия по СПК и федеральная социальная доплата (ФСД) с 10.04.2014 до окончания учебы - по 30.06.2017.

На запрос УПФР ФГБОУ ВПО РГУПС предоставило выписку из приказа, согласно которой ФИО1 отчислен из университета 08.07.2014. В связи с чем УПФР вынесено решение о прекращении выплаты пенсии и ФСД с 01.10.2016.

26.01.2017 УПФР вынесено решение № 37/38 о восстановлении в полном объеме на счет УПФР излишне полученной суммы пенсии и ФСД за период с 01.08.2014 по 31.10.2016 в общей сумме 190 441,74 рубля, из которой 157 658,22 рубля - пенсия, 32 783,52 рубля - федеральная социальная доплата.

15.12.2016 ФИО1 обратился в УПФР с заявлением о начислении страховой пенсии, предоставив справку от 28.11.2016 № 11.2-24778 об учебе на 3 курсе ФГБОУ ДГТУ в г. Волгодонске с 01.09.2014 года.

В феврале 2017 ФИО1 получил сумму пенсии по СПК за период с 15.12.2015 по 31.01.2017 в сумме 98 088,26 рублей.

Таким образом, сумма пенсии по СПК получена ФИО1 за данный период в двойном размере.

На основании изложенного УПФР просило суд взыскать с ФИО1 сумму незаконно полученной пенсии в размере 157 658, 22 рублей, сумму федеральной социальной доплаты в размере 32 783,52 рубля, а всего 190 441, 74 рубля, а в удовлетворении требований ФИО1 отказать.

ФИО1 впоследствии уточнил исковые требования и в окончательном виде в судебном заседании просил установить размер задолженности перед УПФР по состоянию на 28.02.2017 в сумме 57 609, 54 рубля.

Представители истца ФИО2, действующая на основании доверенности, а также ФИО3, ФИО4, действующие на основании ходатайства истца, в судебном заседании поддержали уточненные исковые требования, пояснили, что истец не находился на обучении в течение одного месяца, все остальное время он обучался на очном отделении, о чем в материалах дела имеются справки. Также обратили внимание суда на то, что УПФР переплатил пенсию в размере 57 609, 54 рубля, которую истец возвратил в их адрес, в настоящий момент пенсия истцу выплачивается своевременно, задолженности с обеих сторон нет.

Представитель УПФР, надлежащим образом уведомленного о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, ранее представил отзыв на исковое заявление, в котором УПФР просит отказать в удовлетворении требований ФИО1 и удовлетворить встречные исковые требования УПФР.

Выслушав истца и его представителей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В силу части 1 статьи 3 Гражданского процессуального кодекса РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Таким образом, заявляя требования об установлении размера задолженности перед УПФР по состоянию на 28.02.2017 в сумме 57609, 54 рубля, ФИО1 должен был доказать, что его права были нарушены в результате не установления соответствующего размера задолженности на указанную дату.

Между тем из материалов дела следует, что к возражениям УПФР приложен расчет переплаты (удвоенной выплаты пенсии по СПК за период с 15.12.2015 по 31.10.2016), согласно которому переплата УПФР за указанный период составила 57609, 54 рубля (л.д. 41).

Таким образом, УПФР фактически признало, что размер переплаты составляет 57609, 54 рубля.

В связи с изложенным, учитывая также, что, как пояснил ФИО1 и его представители, в настоящий момент задолженности по выплате пенсии у УПФР не имеется, пенсия выплачивается в установленные сроки и в предусмотренном законом размере, суд не находит оснований считать, что в данном случае нарушены какие-либо права и законные интересы ФИО1, поэтому в удовлетворении его исковых требований отказывает.

Разрешая встречные исковые требования, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 13 ФЗ от 15.12.2001 года № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации» при назначении пенсии по случаю потери кормильца по государственному пенсионному обеспечению применяются нормы ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», регулирующие порядок и условия назначения пенсии по случаю потери кормильца семьям безвестно отсутствующих лиц, усыновленным, усыновителям, пасынкам, падчерицам, отчимам, мачехам, порядок и условия признания члена семьи состоявшим на иждивении погибшего (умершего) кормильца и иные вопросы, связанные с пенсионным обеспечением членов семей умерших, если иные нормы не установлены настоящим Федеральным законом.

В соответствии с подп. 1 п. 2. ст. 9 ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» право на социальную пенсию по случаю потери кормильца имеют дети старше 18 лет, обучающиеся по очной форме в образовательных учреждениях всех типов и видов независимо от их организационно-правовой формы, за исключением образовательных учреждений дополнительного образования, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет, потерявшие одного или обоих родителей.

На основании п. 4 ст. 23 ФЗ «О трудовых пенсиях в РФ» пенсионер обязан безотлагательно извещать орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, о наступлении обстоятельств, влекущих за собой изменение размера трудовой пенсии или прекращение ее выплаты.

В соответствии с п. 2 ст. 25 ФЗ «О трудовых пенсиях в РФ» в случае, если представление недостоверных сведений или несвоевременное представление сведений, предусмотренных п. 4 ст. 23 настоящего Федерального закона, повлекло за собой перерасход средств на выплату трудовых пенсий, виновные лица возмещают Пенсионному фонду Российской Федерации причиненный ущерб в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Из материалов следует, что ФИО1 является получателем пенсии по случаю потери кормильца с 01.09.2013.

В 2013 году ФИО1 поступил на дневное отделение РГУПСа.

08.07.2014 истец был отчислен из РГУПСа (л.д. 14), а 05.08.2014 зачислен в ДГТУ на дневное бюджетное отделение (л.д. 13).

С ноября 2016 года ответчик прекратил выплату пенсии в связи с тем, что при отчислении из РГУПСа ФИО1 не уведомил об этом УПФР.

Указанные обстоятельства не оспаривались сторонами по делу.

При этом, как следует из пояснений УПФР, и не оспаривалось ФИО1, за период с 15.12.2015 по 31.10.2016 ФИО1 получил пенсию и ФСД в двойном размере, в связи с чем УПФР предъявил ему требование о взыскании переплаты за период с 01.08.2014 по 31.10.2016 в размере 190441, 74 рубля (л.д. 7).

В связи с этим следует иметь в виду, что согласно ч. 1 ст. 39 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом.

Статьей 55 Конституции РФ гарантируется, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Тем самым Конституция Российской Федерации гарантировала ФИО1 право на получение социальной пенсии по случаю потери кормильца в период обучения в образовательном учреждении на очной форме обучения.

Данная пенсия представляет собой ежемесячную государственную денежную выплату, которая предоставляется в целях обеспечения обучающихся средствами к существованию.

Статьей 2 ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» обучение определено как целенаправленный процесс организации деятельности обучающихся по овладению знаниями, умениями, навыками и компетенцией, приобретению опыта деятельности, развитию способностей, приобретению опыта применения знаний в повседневной жизни и формированию у обучающихся мотивации получения образования в течение всей жизни.

Таким образом, определяющим условием подтверждения права на получение пенсии по случаю потери кормильца является фактическое обучение в учебном заведении для возможности получать материальную поддержку от государства.

При этом само по себе непредставление сведений о зачислении в другие учебные заведения не может повлечь перерасхода средств на выплату пенсии, так как факт продолжения обучения явился бы основанием для восстановления выплаты пенсии при обращении ответчика к истцу с соответствующим заявлением и подтверждающими документами.

Таким образом, с сентября 2014 года по момент окончания обучения в ДГТУ ФИО1 имеет право на получение пенсии по СПК, независимо от того, сообщил ли он о смене учебного заведения УПФР.

Также судом установлено, что на основании заявления ФИО1 от 15.12.2016 УПФР вновь назначил ему пенсию и выплачивает по настоящее время, тем самым фактически УПФР признало факт неправомерности выставления ФИО1 требований о взыскании переплаты за период с 01.08.2014 по 31.10.2016, а, соответственно требования о взыскании переплаты за весь указанный период не подлежат удовлетворению.

Учитывая положения п. 2 ст. 25 ФЗ «О трудовых пенсиях в РФ» и статьи 1102 ГК РФ ФИО1 незаконно получил пенсию за август 2014 года.

Между тем согласно расчету УПФР, переплата пенсии за период с 15.12.2015 по 31.10.2016 составила 57 609, 54 рубля (л.д. 41).

При этом, как следует из указанного расчета, сумма пенсии, выплаченной ФИО1 за август 2014 года в размере 6350 рублей, включена в общую сумму переплаты.

Между тем в судебном заседании ФИО1 представил чек-ордер от 28.02.2017 о возврате на счет УПФР соответствующей суммы.

В связи с изложенным суд приходит к выводу, что УПФР возвращена сумма переплаченной пенсии в полном объеме, поэтому оснований для удовлетворения встречного искового заявления не имеется.

На основании ст. 103 ГПК РФ, статьи 61.1 БК РФ, а также пункта 1 статьи 333.19 НК РФ, учитывая, что при подаче встречного искового заявления УПФР не была оплачена госпошлина, с УПФР подлежит взысканию в доход местного бюджета госпошлина в размере 5008, 83 рубля.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО1 к государственному учреждению – Управлению пенсионного фонда РФ в г. Волгодонске Ростовской области об установлении размера задолженности оставить без удовлетворения.

Встречное исковое заявление государственного учреждения – Управления пенсионного фонда РФ в г. Волгодонске Ростовской области к ФИО1 о взыскании незаконно полученной пенсии и федеральной социальной доплаты оставить без удовлетворения.

Взыскать с государственного учреждения – Управления пенсионного фонда РФ в г. Волгодонске Ростовской области госпошлину в доход местного бюджета в размере 5008, 83 рубля.

Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд через Волгодонской районный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

В окончательной форме решение принято 18 апреля 2017 года.

Судья Волгодонского районного суда

Ростовской области подпись А.П. Кулинич