Апелляционное постановление № 22-1373/2025 22К-1373/2025 от 28 августа 2025 г. по делу № 3/1-225/2025

Судья: Примак М.В. № 22 – 1373/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Калининград 29 августа 2025 года

Калининградский областной суд в составе:

председательствующего Станкевич Т.Э.,

при секретаре судебного заседания Молчановой Г.В.,

с участием прокурора Черновой И.В.,

обвиняемого Р.,

защитника – адвоката Зимина С.А.

рассмотрел в судебном заседании материал по апелляционной жалобе защитника – адвоката Зимина С.А. интересах обвиняемого Р. на постановление Ленинградского районного суда города Калининграда от 21 июля 2025 года, по которому в отношении

Р., родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>а <адрес><адрес>, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 213 УК РФ,

продлен срок содержания под стражей на 2 месяца, а всего до 5 месяцев 30 суток, то есть до 25 сентября 2025 года; в удовлетворении ходатайства обвиняемого и его защитника об изменении меры пресечения на более мягкую отказано;

Доложив материалы дела и существо апелляционной жалобы, заслушав выступления обвиняемого Р. в режиме видео-конференц-связи и его защитника – адвоката Зимина С.А., поддержавших доводы апелляционной жалобы; мнение прокурора Черновой И.В., возражавшей против отмены и изменения постановления,

У С Т А Н О В И Л :

В апелляционной жалобе адвокат Зимин С.А. полагает, что оспариваемое постановление суда является незаконным, несправедливым и необоснованным, поскольку доводы, изложенные в ходатайстве следователя, не подтверждены фактическими данными, а судебное решение противоречит разъяснениям, содержащимся в постановлению Пленума Верховного Суда № 41 от 19.12.2013 года. Полагает, что судом первой инстанции проигнорированы требования ст.ст. 97 и 99 УПК РФ, а также сведения о личности его подзащитного, который имеет положительные характеристики, занимается благотворительной деятельностью, имеет активную жизненную позицию, занимается предпринимательством. Кроме того, он выполняет обязанность по уходу за отцом – инвалидом, нуждающимся в постороннем уходе.

Из обжалуемого постановления суда не усматривается, какие доказательства свидетельствуют о том, что Р. обладает связями среди предпринимателей, представителей правоохранительных органов, а также может скрыться от органов предварительного следствия и суда, поскольку в представленном суду материале вышеуказанных данных не имеется.

Считает, что обстоятельства, послужившие основанием для избрания Р. меры пресечения, в настоящее время изменились, сведения о личности Р., окончание предварительного расследования, а также неэффективная организация предварительного расследования, свидетельствуют о том, что дальнейшее содержание Р. под стражей является чрезмерно суровой мерой пресечения и в его отношении возможно избрание более мягкой меры пресечения, чему суд не дал надлежащей оценки, немотивированно отклонив ходатайство защиты об изменении Р. меры пресечения на более мягкую.

Полагает, что в настоящее время обстоятельства, послужившие основанием для заключения Р. под стражу, отпали, весь объем доказательств по делу собран, новых доказательств, которые свидетельствовали бы о необходимости содержания Р. под стражей более 4 месяцев суду не представлено. Выводы суда об обратном, противоречат Закону.

Цитируя пп.3, 21 постановления Пленума ВС РФ №41 от 19.12.2013 указывает, что судом не надлежаще рассмотрено ходатайство стороны защиты об изменении меры пресечения на более мягкую в виде домашнего ареста, несмотря на обязанность суда рассматривать этот вопрос в обязательном порядке, вне зависимости от наличия ходатайств и стадии производства по уголовному делу. Считает, что на данный момент оснований, предусмотренных ст. 97 УПК РФ для продления срока содержания Р. под стражей не установлено.

Просит постановление суда отменить, избрать в отношении Р. более мягкую меру пресечения, не связанную с лишением свободы - в виде домашнего ареста или подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Изучив представленные материалы, проверив доводы апелляционной жалобы, выслушав выступления сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с ч. 2 ст. 109 УПК РФ при невозможности закончить предварительное следствие в срок до 2 месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения этот срок может быть продлен на срок до 6 месяцев.

Эти требования закона не нарушены судом при решении вопроса о продлении срока содержания обвиняемого Р. под стражей.

Ходатайство подано следователем в рамках расследуемого им уголовного дела, с согласия уполномоченного руководителя следственного органа.

Срок содержания Р. под стражей продлен в соответствии с требованиями ст. 109 УПК РФ, в пределах срока предварительного следствия, который был установлен уполномоченным руководителем следственного органа до 25 сентября 2025 года.

В соответствии с ч. 1 ст. 110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую, или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные ст.ст. 97, 99 УПК РФ.

Вопреки доводам жалобы, данных о том, что отпала необходимость в избранной Р. мере пресечения в виде заключения под стражу, либо изменились основания для избрания данной меры пресечения, в судебном заседании, не установлено.

Как следует из представленных материалов, Р. обоснованно задержан в порядке ст. 91-92 УПК РФ 26 марта 2025 года по основаниям, предусмотренным п.2 ч.1, ч.2 ст. 91 УПК РФ. Порядок его задержания не нарушен, протокол задержания подписан подозреваемым Р. и его защитником после личного прочтения, без замечаний относительно порядка и процедуры его задержания.

Судом надлежаще проверена законность задержания Р. и наличие разумных оснований для осуществления его уголовного преследования, анализируя которые суд пришел к обоснованному выводу о том, что представленные органом предварительного расследования материалы содержат достаточные данные об имевшем место событии расследуемого преступления и фактические данные, свидетельствующие о наличии у органа предварительного расследования разумных оснований для осуществления уголовного преследования по нему обвиняемого Р. Данных о том, что на данном этапе производства по делу они изменились, в представленных материалах не имеется и в апелляционной жалобе не приведено.

Согласно представленным суду материалам, Р. предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 213 УК РФ, отнесенного к категории тяжких, санкция которой предусматривает наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет.

Вопреки доводам жалобы, при принятии решения о продлении Р. меры пресечения, суд учитывал не только тяжесть предъявленного Р. обвинения, но и характер инкриминированного ему преступления, направленного против общественной безопасности, а также фактические данные, подтверждающие, что Р. известны данные о личностях лиц, как подлежащих привлечению, наряду с ним к уголовной ответственности, так и допрошенных в качестве свидетелей, в том числе очевидцев произошедшего, все из которых являются жителями пгт. <адрес>, депутатом окружного совета которого является Р., обладая связями среди предпринимателей и представителей правоохранительных органов.

В связи с изложенным, вопреки доводам жалобы, судом, в строгом соответствии с требованиями ст.ст. 97,99 УПК РФ, обоснованно сделан вывод о том, что обстоятельства, послужившие основанием к избранию Р. меры пресечения в виде заключения под стражу, в настоящее время не изменились, не отпали, не утратили своей значимости и свидетельствуют о невозможности беспрепятственного осуществления уголовного судопроизводства в отношении Р., посредством применения к нему иной, более мягкой, нежели заключение под стражу, меры пресечения.

По приведенным мотивам, суд первой инстанции оснований, предусмотренных ч. 1 ст. 110 УПК РФ, для отмены либо изменения Р. меры пресечения на более мягкую, о чем ходатайствовала сторона защиты, обоснованно не усмотрел, приведя в постановлении мотивы такого решения, с которыми суд апелляционной инстанции согласен.

Из представленных материалов следует, что судом первой инстанции были в достаточной степени изучены данные о личности Р., свидетельствующие о том, что он ранее не судим, оказывает помощь престарелому отцу, имеет на иждивении несовершеннолетнего ребенка, постоянное место жительство и устойчивые социальные связи, которые, тем не менее, безусловным основанием к отмене и изменении Р. меры пресечения быть не могут, поскольку не исключают риска совершения Р. действий, могущих стать препятствием как к завершению предварительного расследования, так и последующему рассмотрению дела судом. В постановлении судом надлежаще обоснованы выводы о невозможности применения к обвиняемому иной, более мягкой, меры пресечения. Выводы суда первой инстанции суд апелляционной инстанции находит правильными, а мотивы, по которым суд пришел к ним - убедительными.

Суд принял во внимание, что продление срока содержания под стражей Р. обусловлено необходимостью выполнения следственных и процессуальных действий, направленных на завершение предварительного расследования, что соответствует требованиям уголовно-процессуального закона.

Оснований считать, что по делу допущена волокита, а организация предварительного расследования по нему осуществляется неэффективно, не имеется. Срок, на который Р. продлена мера пресечения, соответствует объему предстоящих следственных и процессуальных действий, направленных на завершение предварительного расследования. Постановление следователя содержит указание на объем следственных и процессуальных действий, выполненный за истекший срок предварительного расследования.

Доводы стороны защиты об обратном получили оценку в постановлении суда, не согласиться с выводами суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции оснований не находит.

Содержащиеся в постановлении выводы суда о необходимости продления обвиняемому меры пресечения и невозможности изменения ему меры пресечения на более мягкую, основаны на исследованных в судебном заседании с участием сторон материалах дела, данных о личности обвиняемого, с приведением конкретных фактических обстоятельств, на основании которых суд принял обжалуемое решение, и отверг доводы стороны защиты.

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для изменения в отношении обвиняемого Р. избранной меры пресечения в виде заключения под стражу на более мягкую, в том числе на домашний арест, подписку о невыезде, которые не смогут являться гарантией тому, что Р., находясь вне изоляции от общества, не примет мер к созданию условий, препятствующих эффективному процессуальному движению дела. Поскольку совокупность установленных обстоятельств, характеризующих как сведения о личности обвиняемого, так и о характере вмененного ему преступления, расценивается судом как содержащая крайне высокий риск ненадлежащего поведения обвиняемого на данном этапе предварительного расследования, который может воспрепятствовать интересам правосудия.

Принятое судом первой инстанции решение соответствует требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ и разъяснениям постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 №41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий».

Нарушений норм уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену постановления, судом не допущено.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389-20, 389-28, 389-33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции,

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Ленинградского районного суда г. Калининграда от 21 июля 2025 года о продлении срока содержания под стражей обвиняемого Р. оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника Зимина Е.А. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47-1 УПК РФ в Третий кассационный суд общей юрисдикции.

Судья: Т.Э. Станкевич