Решение № 2-1624/2025 2-1624/2025~М-1126/2025 М-1126/2025 от 5 ноября 2025 г. по делу № 2-1624/2025

УИД 91RS 0018-01-2025-002012-88

Дело № 2-1624/2025


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

23 октября 2025 года г. Евпатория

Евпаторийский городской суд Республики Крым в составе:

Председательствующего, судьи - Лауман Ю.С.

При секретаре - ФИО5

с участием ответчика ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Гаражного кооператива «Сокол» к ФИО1, при участии третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора Государственного унитарного предприятия Республики Крым «Крымэнерго» о признании договора недействительным,

УСТАНОВИЛ:

ГК «Сокол» обратился в суд с иском, в котором с учетом уточнения исковых требований просил признать договор от ДД.ММ.ГГГГ на подачу электроэнергии, заключённый между ГК «Сокол» и ФИО1 недействительным.

Исковые требования мотивированы тем, что заключая договор от ДД.ММ.ГГГГ бывший председатель ГК «Сокол» ФИО3, вышел за пределы данных ему полномочий и в силу юридической неграмотности не принял во внимание, что ГК «Сокол» не является энергоснабжающей организацией, занимающейся продажей, произведенной и (или) приобретенной электрической энергии. Кроме того, на момент заключения договора, согласно Акта № от ДД.ММ.ГГГГ «О введении ограничения режима потребления электрической энергии/о необеспечении доступа к энергопринимающим устройствам, объектам энергетики, приборам учета электроэнергии потребителя при осуществлении им действий по самостоятельному ограничению режима потребления электрической энергии» подача электроэнергии потребителя ГК «Сокол» ГУП РК «Крымэнерго» была прекращена. Электроэнергия в ГК «Сокол» не поставлялась по причине истечения срока действия ранее заключенного договора поставки электроэнергии № от ДД.ММ.ГГГГ. Таким образом, условия договора от ДД.ММ.ГГГГ для «ГК «Сокол» были заведомо невыполнимы, так как на момент заключения спорного договора не имел возможности поставить ответчику электроэнергию по причине ее отсутствия. Следовательно, указанный договор был заключен в нарушение норм Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» и норм Гражданского кодекса Российской Федерации.

Протокольным определением Евпаторийского городского суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечено Государственное унитарное предприятие Республики Крым «Крымэнерго».

В судебное заседание ДД.ММ.ГГГГ уполномоченный представитель истца не явился, о причинах неявки суд не уведомил, о предстоящем судебном разбирательстве юридическое лицо извещено надлежащим образом.

ФИО1 в судебном заседании возражала относительно удовлетворения исковых требований со ссылкой на их необоснованность. Кроме того указывала, что никакого договора с ГК «Сокол» ДД.ММ.ГГГГ ею не заключалось, договор по подачу электроэнергии заключен между ней и ГК «Сокол» ДД.ММ.ГГГГ. Также указывала на пропуск истцом сроков исковой давности.

Уполномоченный представитель третьего лица в судебное заседание не явился, о причинах неявки су не уведомил, с ходатайствами об отложении судебного разбирательства не обращался.

Учитывая положения статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также мнение присутствующего в судебном заседании ответчика, суд счел возможным рассмотреть спор в отсутствие лиц, не явившихся в судебное заседание.

Рассматривая настоящее исковое заявление, судом установлено, что при подготовке иска, истцом допущена описка в дате составления договора энергоснабжения, а именно вместо ДД.ММ.ГГГГ указано ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии со статьей 420 Гражданского кодекса Российской Федерации, договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей (пункт 1). К договорам применяются правила о двух- и многосторонних сделках, предусмотренные главой 9 данного кодекса, если иное не установлено этим же кодексом (пункт 2). Согласно статье 153 названного выше кодекса сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Указание в законе на цель действия свидетельствует о волевом характере действий участников сделки.

Так, в пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №) разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

Судом установлено, что ФИО1 является собственником гаража №, расположенного по адресу: <адрес>, Евпатория, пгт. Мирный, пр-кт Мира, з/уч. 16Б. Также в пользовании ФИО1 находится гаражный бокс №, расположенный на территории ГК «Сокол», на основании договора переуступки права пользования гаражом на отведенной территории ГК «Сокол» от ДД.ММ.ГГГГ, заключённого между ФИО4 и ФИО1

ДД.ММ.ГГГГ между ГК «Сокол» и ФИО1 заключен договор на подачу электрической энергии, по условиям которого ГК «Сокол» взял на себя обязательства передавать потребителю через присоединенную сеть электроэнергию на бытовые нужды, а потребитель взял на себя обязанность производить оплату полученной электроэнергии в ГК «Сокол», согласно установленных тарифов в ГУП РК «Крымэнерго» (л.д. 5-7).

По условиям указанного договора ГК «Сокол» взял на себя обязательства производить снабжение потребителя электрической энергией в соответствии с настоящим договором третьей категории надежности. Подача электроэнергии потребителю может быть приостановлена по основаниям, не связанным с неисполнением им обязательств по настоящему договору, а также в связи с обстоятельствами непреодолимой силы и иными основаниями, исключающими ответственность ГК «Сокол» суммарно не более 72 часов в год и не более 24 часов подряд, включая срок восстановления электрической энергии (пункт 2.1.1 договора).

Заявляя требования о недействительности данного договора, истец ссылался на то, что он заключен в нарушение норм Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» и норм Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с п. п. 1, 2 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

По общему правилу, установленному п. 1 ст. 168 названного Кодекса, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 2 ст. 168 Кодекса).

Обращаясь в суд истец указывал на то, что заключая ДД.ММ.ГГГГ договор энергоснабжения с ФИО1, гаражный кооператив «Сокол» фактически выступил в качестве энергоснабжающей организации, в то время как таковой не является.

по смыслу норм статей 539 - 540 Гражданского кодекса Российской Федерации наличие у абонента отвечающего установленным техническим требованиям энергопринимающего устройства, присоединенного к сетям, является обязательным условием заключения договора энергоснабжения.

Обязанность гарантирующего поставщика заключить договор купли-продажи электрической энергии с любым лицом (физическим или юридическим), которое к нему обратится, в отношении энергопринимающих устройств, расположенных в зоне его деятельности, закреплена в абзаце четвертом пункта 2 статьи 37 Федерального закона Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № 35-ФЗ "Об электроэнергетике" (далее - Закон об электроэнергетике).

Согласно п. 1 ст. 539 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору энергоснабжения энергоснабжающая организация обязуется подавать абоненту (потребителю) через присоединенную сеть энергию, а абонент обязуется оплачивать принятую энергию, а также соблюдать предусмотренный договором режим ее потребления, обеспечивать безопасность эксплуатации находящихся в его ведении энергетических сетей и исправность используемых им приборов и оборудования, связанных с потреблением энергии.

Договор энергоснабжения заключается с абонентом при наличии у него отвечающего установленным техническим требованиям энергопринимающего устройства, присоединенного к сетям энергоснабжающей организации, и другого необходимого оборудования, а также при обеспечении учета потребления энергии (п. 2 ст. 539 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 27 Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденных Постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ № (далее – Основные положения) электрическая энергия (мощность) реализуется на розничных рынках на основании следующих видов договоров, обеспечивающих продажу электрической энергии (мощности): договор энергоснабжения; договор купли-продажи (поставки) электрической энергии (мощности).

Согласно пункту 28 Основных положений по договору энергоснабжения гарантирующий поставщик обязуется осуществлять продажу электрической энергии (мощности), а также самостоятельно или через привлеченных третьих лиц оказывать услуги по передаче электрической энергии и услуги, оказание которых является неотъемлемой частью процесса поставки электрической энергии потребителям, а потребитель (покупатель) обязуется оплачивать приобретаемую электрическую энергию (мощность) и оказанные услуги.

Как следует из представленных документов, ранее между ГК «Сокол» и ГУП РК «Крымэнерго» был заключен договор энергоснабжения № от ДД.ММ.ГГГГ, который прекратил свое действие по истечению срока.

На основании актов № и № от ДД.ММ.ГГГГ введено ограничение режима потребления энергоснабжения для ГК «Сокол».

В настоящее время между ГК «Сокол» и ГУП РК «Крымэнерго» действует договор энергоснабжения №, заключенный ДД.ММ.ГГГГ, по условиям которого гарантирующий поставщик отпускает (поставляет) потребителю электроэнергию (мощность) только в точке (точках) поставки указанной (указанных) в приложении №.1 к настоящему договору, на границе балансовой принадлежности в пределах максимальной мощности по каждой точке поставки.

Согласно приложения №.1 к указанному договору, точкой поставки является: <адрес>, пгт. Мирный, <адрес>, з/уч. 16Б, кадастровый №.

Согласно п. 6 Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утв. постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №, собственники и иные законные владельцы объектов электросетевого хозяйства, через которые опосредованно присоединено к электрическим сетям сетевой организации энергопринимающее устройство потребителя, не вправе препятствовать перетоку через их объекты электрической энергии для такого потребителя и требовать за это оплату.

Указанные собственники и иные законные владельцы объектов электросетевого хозяйства, через которые опосредованно присоединено к электрическим сетям сетевой организации энергопринимающее устройство потребителя, вправе оказывать услуги по передаче электрической энергии с использованием принадлежащих им объектов электросетевого хозяйства после установления для них тарифа на услуги по передаче электрической энергии. В этом случае к их отношениям по передаче электрической энергии применяются положения настоящих Правил, предусмотренные для сетевых организаций.

Таким образом, заключение договора на подачу электроэнергии от ДД.ММ.ГГГГ, между гаражным кооперативом и ФИО1 не привело к изменению статуса истца как исполнителя коммунальной услуги.

Ссылка истца на то, что по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ отсутствовал договор энергоснабжения между гаражным кооперативом и ГУП РК «Крымэнерго», а соответственно у истца отсутствовали полномочия на заключение договора энергоснабжения между ФИО1 и ГК «Сокол» от ДД.ММ.ГГГГ, судом отклоняется, ввиду следующего.

Требование истца о признании недействительным договора основано на положении пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В данном случае, указывая на ничтожность оспариваемого договора, ГК «Сокол» должно доказать, что указанная сделка нарушает требования закона или иного правового акта и при этом посягают на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц.

Между тем, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, по общему правилу является оспоримой (пункт 73 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" от ДД.ММ.ГГГГ №).

Таким образом, чтобы исключить применение указанного общего правила, и установить наличие оснований для признания сделки недействительной по правилам пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, истцу необходимо привести норму материального права, по прямому указанию которой запрещено заключение договора энергоснабжения с потребителем при ранее состоявшемся опосредованном технологическом присоединении.

На основании п. 36 Основных положений документами, подтверждающими технологическое присоединение в установленном порядке к объектам электросетевого хозяйства энергопринимающих устройств, в отношении которых подано заявление о заключении договора, являются акт о технологическом присоединении, составленный и подписанный потребителем и сетевой организацией (иным владельцем объектов электросетевого хозяйства, производителем электрической энергии (мощности)), к чьим сетям (энергетическим установкам) присоединены энергопринимающие устройства потребителя, и (или) акт разграничения балансовой принадлежности электросетей.

Из материалов дела следует, что как в отношении принадлежащих ГК «Сокол» энергопринимающих устройств, так и в отношении принадлежащих ФИО1 гаражных боксов № и №, расположенных на территории ГК «Сокол» осуществлена процедура технологического присоединения, разграничена эксплуатационная ответственность.

В ходе судебного разбирательства, а также как следует из основания иска, ГК «Сокол» не оспаривало наличие технологического присоединения гаражных боксов ответчика.

В силу абзаца 2 пункта 5 статьи 38 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 35-ФЗ "Об электроэнергетике" договор, заключаемый гарантирующим поставщиком с потребителем электрической энергии, является публичным.

Обязанность по заключению договора энергоснабжения в интересах лиц, пользующихся гаражными боксами, возложена на энергоснабжающую организацию и потребителя - исполнителя коммунальных услуг (в данном случае ГК «Сокол»), что следует из статьи 38 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 35-ФЗ "Об электроэнергетике".

Введение ограничения режима потребления со стороны гарантирующего поставщика ГУП РК «Крымэнерго» в данной случае не является основанием для отказа в заключении договора энергоснабжения между ГК «Сокол» и потребителем ФИО1 и не свидетельствует о его недействительности.

Доводы о том, что спорный договор заключен при наличии заблуждения со стороны бывшего председателя гаражного кооператива, также не подлежат удовлетворению, ввиду следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Пунктом 2 той же статьи установлено, что при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 этой статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

В соответствии с пунктом 2 статьи 431.1 Гражданского кодекса Российской Федерации сторона, которая приняла от контрагента исполнение по договору, связанному с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и при этом полностью или частично не исполнила свое обязательство, не вправе требовать признания договора недействительным, за исключением случаев признания договора недействительным по основаниям, предусмотренным статьями 173, 178 и 179 этого Кодекса, а также если предоставленное другой стороной исполнение связано с заведомо недобросовестными действиями этой стороны.

В случае признания недействительным по требованию одной из сторон договора, который является оспоримой сделкой и исполнение которого связано с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, общие последствия недействительности сделки (статья 167 Гражданского кодекса Российской Федерации) применяются, если иные последствия недействительности договора не предусмотрены соглашением сторон, заключенным после признания договора недействительным и не затрагивающим интересов третьих лиц, а также не нарушающим публичных интересов (пункт 3 статьи 431.1 названного Кодекса).

Суд, проанализировав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства, в соответствии с требованиями статей 56, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, регулирующего спорные правоотношения (в том числе статей 166 - 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующие общие вопросы, связанные с недействительностью сделок в связи с их ничтожностью или оспоримостью), приходит выводу, что в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (положениями указанной нормы права установлена обязанность представления доказательств в обоснование приводимых доводов, которая возложена на всех лиц, участвующих в деле) не доказал обстоятельства, положенные в основу иска, а именно истец не представил надлежащие доказательства, подтверждающие, что оспариваемый договор заключен под влиянием заблуждения.

Кроме того, суд соглашается с доводами ответчика относительно пропуска истцом срока на оспаривание договора энергоснабжения, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ГК «Сокол» и ФИО1

По общему правилу, в соответствии с п. 1 ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В силу п. 2 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п. 1 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Из разъяснений, изложенных в абз. 2 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", следует, что, если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (п. 1 ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, право на иск по общему правилу возникает с момента, когда о нарушении такого права и о том, кто является надлежащим ответчиком, стало или должно было стать известно правомочному лицу, и именно с этого момента у него возникает основание для обращения в суд за принудительным осуществлением своего права и начинает течь срок исковой давности.

Согласно п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" разъяснено, что в соответствии с п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре, которая в силу положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности.

Как следует из оттиска печати суда, настоящее исковое заявление ГК «Сокол» поступило в суд ДД.ММ.ГГГГ тогда как договор энергоснабжения между сторонами заключен ДД.ММ.ГГГГ.

Давая оценку представленным доказательствам, а также заявлению ответчика о пропуске истцом срока исковой давности, суд приходит к выводу, что срок исковой давности для обращения с данными требованиями пропущен, доказательств наличия уважительных причин для его восстановления не представлено, а соответственно исковые требования не подлежат удовлетворению.

При этом суд считает необходимым отметить, что смена председателя правления ГК «Сокол» не влечет изменение исчисления сроков исковой давности для юридического лица; с 2023 года данная сделка исполнялась сторонами, смена председателя, согласно сведений ЕГРЮЛ осуществлена ДД.ММ.ГГГГ, а соответственно новый председатель не мог обладать сведениями о наличии данного договора.

Учитывая результат рассмотрения спора, расходы по оплате государственной пошлины возлагаются на истца.

На основании ст.ст. 194–198 Гражданского процессуального Кодекса Российской Федерации, суд -

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований Гаражного кооператива «Сокол» к ФИО1 о признании договора недействительным, отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Крым через Евпаторийский городской суд Республики Крым в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья п/п Ю.С. Лауман

Копия верна:

Решение не вступило в законную силу.

Судья Ю.С.Лауман

Секретарь ФИО5