Приговор № 1-116/2018 от 13 мая 2018 г. по делу № 1-116/2018

Дело № 1-116/2018


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Каменск-Уральский 14 мая 2018 года

Красногорский районный суд г. Каменска-Уральского Свердловской области в составе судьи Курина Д.В.,

с участием государственного обвинителя прокуратуры г. Каменска-Уральского Свердловской области ФИО1,

подсудимого ФИО2, и его защитника – адвоката Файзуллина А. М.,

потерпевшей Г.,

при секретаре судебного заседания Маминой Я.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении:

ФИО2, *, ранее судимого:

- 06.04.2016 года Белоярским районным судом Свердловской области по п. «а, б» ч. 2 ст. 158 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы, условно, на срок 2 года с испытательным сроком на 3 года; 14.03.2018 г. постановлением Красногорского районного суда г. Каменска-Уральского Свердловской области условное лишение свободы отменено и заменено на реальное лишение свободы на срок 2 года с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, взят под стражу для отбывания наказания 14.03.2018 года,

в порядке ст. 91 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации не задерживавшегося, имеющего меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 совершил кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, при следующих обстоятельствах.

04.02.2018 года в вечернее время ФИО2, находясь в * в г. Каменске-Уральском Свердловской области, решил совершить хищение имущества, принадлежащего Г. Реализуя свой преступный умысел, ФИО2, действуя умышленно, из корыстных побуждений, воспользовавшись тем, что за его преступными действиями никто не наблюдает и не может их пресечь, тайно похитил находившийся на тумбе в комнате телевизор марки «LG» и пульт от указанного телевизора общей стоимостью 3 000 рублей. С похищенным имуществом ФИО2 с места преступления скрылся, распорядившись им по своему усмотрению, причинив своими действиями Г. материальный ущерб на общую сумму 3 000 рублей.

В судебном заседании подсудимый ФИО2 заявил, что вину в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, он признает частично, и показал, что Г. и ее сына С. он знает с детства, так как все время они были соседями. Он очень часто бывал в квартире С. по адресу: *. Так как квартира находится на 1 этаже и домофона в ней нет, он часто с разрешения С. заходил к ним в квартиру через незастекленный балкон. 04.02.2018 года вечером он встретил на улице С., они решили совместно употребить спиртного, он купил водки, закуски, они отправились в квартиру С., где он, С. и Г. стали вместе распивать спиртное. В ходе распития спиртного в большой комнате они открывали балкон, чтобы проветрить квартиру. Через некоторое время спиртное кончилось, Г. уснула в большой комнате, а он и С. ушли из квартиры. Позже на улице он встретил своего знакомого Б., с которым продолжил распитие спиртного в подъезде дома № * по ул. *. Там же в подъезде он встретил С., который вынес им из квартиры закуски. Окончив распитие спиртного, он и Б. разошлись. Через некоторое время он захотел еще выпить спиртного, но деньги у него кончились, и он решил попросить денег у С. Подъезд был закрыт, он туда попасть не смог, в связи с чем решил забраться в квартиру через балкон, чтобы попросить деньги у С. Он залез на балкон, дверь балкона была не заперта, он зашел в квартиру, прошел в маленькую комнату, и стал будить С., но тот был пьяный и не просыпался. Тогда он пошел на выход из квартиры и увидел телевизор, который решил забрать и заложить до утра, чтобы потом выкупить утром обратно. Он забрал телевизор без разрешения, вынес его через балкон и заложил знакомому за 3 000 руб., деньги потратил на свои нужды, в том числе на спиртное. Позже он не смог выкупить телевизор, так как его стали искать сотрудники полиции, он сообщил жене, кому заложил похищенный телевизор, чтобы она выкупила его и вернула потерпевшей. Преступление он совершил в состоянии алкогольного опьянения, в содеянном раскаивается.

Аналогичные показания ФИО2 давал в ходе проверки показаний на месте происшествия в присутствии понятых и адвоката (т. 1 л. д. 163-167), а также на очной ставке с Г. (т. 1 л. д. 168-172).

Суд считает возможным положить в основу приговора показания ФИО2, данные им как на предварительном следствии, так и в судебном заседании, поскольку они не противоречат друг другу, подтверждаются показаниями потерпевшей и свидетелей. Ход и результаты следственного действия - проверки показаний ФИО2 на месте происшествия – подтверждены показаниями допрошенного в ходе предварительного расследования свидетеля Ш., участвовавшего в данном следственном действии в качестве понятого (т. 1 л. д. 94).

Вина ФИО2 в совершении преступления подтверждается следующими доказательствами.

Так, будучи допрошенной в качестве потерпевшей, Г. в судебном заседании показала, что она проживает в квартире по адресу: ул. * со своим сыном С. Квартира у них находится на первом этаже, домофоном не оборудована, если кто хочет зайти к ним, то стучит по балкону или в дверь квартиры. ФИО2 она знает с самого детства, были соседями, отношения почти родственные. ФИО2 неоднократно бывал у них в гостях. 04.02.2018 года вечером ФИО2 и С. пришли к ним домой, принесли с собой водку, она стала с ними распивать водку, а через некоторое время уснула тут же в большой комнате. Когда она проснулась ночью, то обнаружила, что из квартиры пропал телевизор «LG» и пульт от него. Она разбудила спящего в соседней комнате С. и сообщила ему о пропаже, тот вызвал полицию. Дверь балконная была приоткрыта, так как они проветривали комнату, когда употребляли спиртное, входная дверь в квартиру была закрыта на задвижку изнутри. Позже телевизор ей вернула жена ФИО2, претензий она не имеет и иск не предъявляет. ФИО2 принес ей извинения. Телевизор она покупала более 5 лет назад за 18 000 руб., все это время телевизор работал почти непрерывно, в том числе бывало, что и ночами. В настоящее время она оценивает телевизор с учетом износа и срока службы в 3 000 руб., ущерб для нее незначительный, поскольку пенсия у нее около 11 500 руб., зимой 2018 года ее сын С. зарабатывал около 10 000 руб. в месяц.

Допрошенный в судебном заседании свидетель С. показал, что знает ФИО2 с самого детства, отношения между ними дружеские. ФИО2 очень часто бывал у него в гостях, в том числе и во взрослом возрасте. Поскольку квартира у них домофоном не оборудована, и ему бывает лень ходить и открывать дверь квартиры и подъезда, он неоднократно позволял ФИО2 заходить к ним в квартиру через балкон, который у них не застеклен и не зарешечен. 04.02.2018 года вечером он встретил на улице ФИО2, они договорились употребить совместно спиртное у него дома, ФИО2 купил водки, закуски, и они зашли к нему домой по ул. *. Там он, ФИО2 и Г. выпили все вместе, Г. уснула. Когда употребляли спиртное, то проветривали комнату, открывая балкон. Денег у него тогда не было, но он ФИО2 об этом не говорил. Затем он и ФИО2 вышли из квартиры, он пошел к подруге, а ФИО2 пошел по своим делам. Вернувшись через некоторое время домой, он встретил в подъезде ФИО2 и Б., которые распивали водку на лестничной площадке, предложили ему выпить, но он сказал, что ему завтра на работу, и отказался. К тому времени он был уже сильно пьян, зашел к себе в квартиру, прошел в маленькую комнату и лег спать. Был ли на месте телевизор, он внимания не обратил. Спал он крепко, так как был сильно выпивший. Разбудила его Г., сказала, что пропал ее телевизор. Он сообщил о случившемся в полицию. В феврале месяце 2018 года он работал на временных заработках, занимался строительными и отделочными работами, зарабатывал примерно по 20 000 руб. в месяц. Г. получает пенсию около 11 500 руб., бюджет у них общий. Телевизор «LG» Г. покупала более 5 лет назад за 18 000 руб. в кредит.

В ходе следствия свидетель С. давал аналогичные показания, указывая, кроме того, что спит некрепко и разбудить его можно, а также показывал, что жил случайными заработками и в основном на пенсию Г., в связи с чем оценивал ущерб как значительный (т. 1 л. <...>). После оглашения показаний в данной части С. их не подтвердил, указал, что видимо неверно записали, он и тогда, и сейчас работал по строительству, получал около 20 000 руб. в месяц, сейчас в сезон зарабатывает больше. Когда он пьяный, он спит крепко, когда немного проспится, сон у него более чуткий. Он вполне допускает, что мог не проснуться, когда ФИО2 его будил.

Свидетель Б. в ходе следствия показал, что 04.02.2018 года вечером он употреблял спиртное в первом подъезде * вместе с ФИО2 Проживавший в * указанного дома С. выносил им закуску, от совместного предложения распить спиртное отказался, сказал, что ему на следующий день на работу. После совместного распития спиртного он и ФИО2 вышли из подъезда и разошлись, он пошел домой, а куда пошел ФИО2, ему неизвестно (т. 1 л. д. 77-79).

В судебном заседании свидетель Е. показания давать отказалась, воспользовавшись правом, предоставленным ей ст. 51 Конституции Российской Федерации, в ходе следствия показала, что ФИО2 является ее мужем. В феврале 2018 года ФИО2 рассказал ей, что он в состоянии алкогольного опьянения совершил кражу телевизора у своего хорошего знакомого С. Телевизор он продал своему знакомому, и назвал ей данные этого знакомого, чтобы она выкупила телевизор и вернула его матери С. (т. 1 л. <...>).

Показания потерпевшей и свидетелей суд считает возможным положить в основу обвинения, поскольку они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, являются непротиворечивыми, оснований для оговора подсудимого со стороны потерпевшей и свидетелей не имеется. Показания указанных лиц подтверждают время, место, способ совершения преступления, а также стоимость похищенного имущества с учетом износа.

Кроме показаний подсудимого, потерпевшей и свидетелей, вина ФИО2 в совершении преступления подтверждается:

- заявлением С. в ОП № 23, в котором он просит привлечь к уголовной ответственности неизвестного, который 04.02.2018 года похитил из его квартиры телевизор «LG» (т. 1 л. д. 11), подтверждающим время, место и способ совершения преступления;

- протоколом осмотра места происшествия от 05.02.2018 года - двухкомнатной квартиры по адресу: ул. * (т. 1 л. д. 39-46), в ходе которого установлена возможность проникновения в квартиру способом, указанным подсудимым ФИО2 – через балконную дверь;

- протоколом выемки у Г. и протоколом осмотра телевизора «LG» с пультом дистанционного управления, принадлежащего Г. и возвращенного ей Е. (т. 1 л. д. 126-132);

- копией заявления о заключении кредитного договора от 17.01.2013 года, которым подтверждается факт приобретения Г. телевизора «LG» за 18 000 руб. в указанную дату (т. 1 л. д. 62);

- протоколом явки с повинной ФИО2, в котором он собственноручно указал, что 04.02.2018 года вечером он совершил хищение телевизора у своего знакомого С., при этом в квартиру проник через балкон (т. 1 л. д. 139), добровольность явки с повинной подтверждается показаниями свидетеля М., допрошенного в ходе предварительного расследования (т. 1 л. д. 95).

В прениях государственный обвинитель просил переквалифицировать действия ФИО2 как кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, исключив квалификацию его действий по таким квалифицирующим признакам, как причинение значительного ущерба и как кражу, совершенную с незаконным проникновением в помещение, мотивировав это тем, что в ходе судебного заседания из исследованных доказательств нельзя сделать вывод о том, что потерпевшей причинен значительный ущерб, а также то, что подсудимый проник в квартиру потерпевшей, имея умысел на совершение кражи. Следовательно, действия подсудимого необходимо квалифицировать по ч. 1 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Согласно ч. 8 ст. 246 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации государственный обвинитель может изменить обвинение в сторону его смягчения, в том числе путем переквалификации деяния в соответствии с нормой Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающей более мягкое наказание.

Суд считает, что переквалификация, произведенная прокурором, основана на законе и является верной. Суд приходит к данному мнению по следующим основаниям.

Так, на протяжении всего предварительного расследования и в судебном заседании подсудимый утверждал, что проник в квартиру потерпевшей с целью разбудить своего знакомого С., чтобы занять у него денег, и умысел на кражу у него возник лишь тогда, когда он не смог разбудить С. и собрался уходить. Данные показания подсудимого ничем не опровергнуты, были получены с соблюдением норм процессуального права, давались в присутствии адвоката и понятых. Свидетель С. в судебном заседании пояснил, что ФИО2 не знал, что у него не было в тот вечер денег, а также указал, что спит он крепко, когда употребляет спиртное, так что он вполне мог не услышать, как ФИО2 его будил. Ранее ФИО2 с его разрешения неоднократно залезал в квартиру через балкон. Таким образом, показания подсудимого о том, что он проник в квартиру Г. не с целью хищения, и что умысел на хищение у него возник уже в квартире, суд принимает за основу, доказательств, опровергающих показания подсудимого в данной части, суду не предоставлено. Следовательно, поскольку ФИО2 проник в жилище Г. не с целью хищения имущества, признак незаконного проникновения в жилище из квалификации его действий исключен прокурором правомерно.

Что касается такого квалифицирующего признака, как причинение значительного ущерба гражданину, то суд приходит к следующему. При допросе в судебном заседании потерпевшая указала, что телевизор она приобретала более 5 лет назад за 18 000 руб., телевизор все эти годы интенсивно эксплуатировался, и в настоящее время она оценивает его в 3 000 руб., основываясь на том, что продать его за большую сумму сейчас было бы невозможно. Также потерпевшая в судебном заседании указала, что ущерб для нее является незначительным, размер ее пенсии составляет около 11 500 руб., сын в феврале 2018 года зарабатывал не менее 10 000 руб. в месяц. В судебном заседании свидетель С. показал, что в феврале 2018 года он зарабатывал около 20 000 руб. в месяц. Таким образом, учитывая, что потерпевшая с учетом износа оценила стоимость телевизора в 3 000 руб., иной оценки стороной обвинения не представлено, а также принимая во внимание, что доход потерпевшей в совокупности с доходом проживающего совместно с нею сына в период февраля 2018 года составлял от 21 500 до 31 500 руб., суд приходит к выводу о том, что причиненный кражей ущерб не является значительным, и прокурор правомерно и обоснованно исключил квалифицирующий признак «причинение значительного ущерба гражданину».

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что прокурором верно переквалифицированы действия ФИО2 с п. «а» ч. 3 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации на ч. 1 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Совокупностью собранных доказательств, отвечающих требованиям относимости, допустимости и достаточности, подтверждается факт совершения ФИО2 кражи, то есть тайного хищения чужого имущества. Суд считает, что указанная квалификация нашла свое подтверждение по следующим основаниям. Так, подсудимый в своих показаниях не отрицал того, что завладел имуществом Г. с целью заложить его, получить деньги и продолжить распитие спиртного, для чего он вынес телевизор через балкон тайно как от хозяина имущества, так и от иных посторонних лиц. Похищенный телевизор он заложил своему знакомому, получил за него деньги, которые потратил на личные нужды. Принадлежность телевизора Г. установлена документами, оценка похищенного имущества произведена самой потерпевшей в судебном заседании с учетом износа в сумме 3 000 руб., не опровергнута сторонами по делу. Изъятие имущества является хищением, поскольку имущество выбыло из владения собственника противоправно, без его разрешения и ведома. Хищение является тайным, так как при его совершении подсудимый осознавал, что действует незаметно для хозяина имущества, а также для иных посторонних лиц, поскольку полагал, что в момент совершения хищения никто посторонний не мог наблюдать за действиями подсудимого, действовал скрытно, в темное время суток, понимая, что потерпевшая и ее сын спят в состоянии алкогольного опьянения. О корыстном умысле свидетельствует намерение подсудимого реализовать имущество, что и было им впоследствии осуществлено. Таким образом, действия ФИО2 следует квалифицировать по ч. 1 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации.

При назначении вида и меры наказания в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 43, 60 Уголовного кодекса Российской Федерации суд учитывает следующее.

В качестве характера и степени общественной опасности содеянного суд учитывает, что ФИО2 совершено умышленное оконченное преступление, относящееся в соответствии с ч. 1 ст. 15 Уголовного кодекса Российской Федерации к категории преступлений небольшой тяжести, посягающее на имущество, несущее повышенную общественную опасность.

С учетом фактических обстоятельств преступления, его тяжести и степени общественной опасности, суд не находит оснований для изменения категории совершенного подсудимым преступления на менее тяжкую.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО2, предусмотренными ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации, суд признает наличие * у виновного (п. «г» ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации), наличие явки с повинной (п. «и» ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации), поскольку уголовное дело было возбуждено в отношении неизвестного, достоверно о лице, совершившем преступление, и его обстоятельствах, правоохранительным органам известно не было, а также добровольное возмещение вреда потерпевшей (п. «к» ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации), поскольку подсудимый сообщил своей супруге о месте нахождения похищенного имущества, в результате чего оно было возвращено потерпевшей. В качестве иных смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных ч. 2 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации, суд учитывает фактически полное признание вины в совершении преступления, раскаяние в содеянном.

Отягчающих наказание подсудимого обстоятельств, предусмотренных ст. 63 Уголовного кодекса Российской Федерации, суд не усматривает. Суд не может признать в качестве отягчающего обстоятельства, предусмотренного ч. 1.1 ст. 63 Уголовного кодекса Российской Федерации, совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, поскольку наличие состояния опьянения само по себе не является отягчающим наказание обстоятельствам, а достоверных сведений о том, что именно состояние алкогольного опьянения послужило причиной поведения подсудимого, приведшей его к совершению преступления, в судебном заседании не установлено. Кроме того, суд принимает во внимание то, что совершение преступления в состоянии алкогольного опьянения не было описано органами предварительного расследования при предъявлении подсудимому обвинения.

Преступление было совершено ФИО2 в период условного осуждения по приговору Белоярского районного суда Свердловской области от 06.04.2016 года, поэтому в соответствии с п. «в» ч. 4 ст. 18 Уголовного кодекса Российской Федерации рецидив в его действиях отсутствует.

Таким образом, при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных п. п. «и» и «к» ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации, и отсутствии отягчающих обстоятельств, наказание ФИО2 должно быть назначено с применением ч.1 ст. 62 Уголовного кодекса Российской Федерации.

При исследовании данных, характеризующих личность ФИО2, суд учитывает то, что подсудимый *

Таким образом, с учетом данных о личности подсудимого, наличия обстоятельств, смягчающих наказание виновного и отсутствия обстоятельств, отягчающих наказание, принимая во внимание установленные обстоятельства дела, характер и степень общественной опасности содеянного, тяжесть преступления, равно как и недостаточность исправительного воздействия прежнего наказания в виде условного лишения свободы, которое было отменено в связи с несоблюдением осужденным условий условного осуждения, а также учитывая влияние наказания на исправление виновного и условия его жизни и жизни его семьи, суд считает необходимым назначить подсудимому ФИО2 наказание в виде лишения свободы, которое, по мнению суда, будет отвечать целям восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения с его стороны новых преступлений.

Оснований для применения положений ст. 64 Уголовного кодекса Российской Федерации, т.е. для назначения более мягкого наказания, чем предусмотрено за данное преступление, равно как и оснований для применения положений ст. 73 Уголовного кодекса Российской Федерации суд не усматривает.

Поскольку условная мера наказания по предыдущему приговору суда в отношении ФИО2 уже отменена постановлением суда, то вновь применять требования ст. 74 Уголовного кодекса Российской Федерации нет необходимости, наказание необходимо назначить по правилам ст. 70 Уголовного кодекса Российской Федерации путем частичного присоединения неотбытой части наказания по предыдущему приговору суда.

Отбывание наказания ФИО2 следует назначить в исправительной колонии строгого режима, поскольку данный вид режима определен судом при отмене условного осуждения.

На основании ст. 81 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным вещественные доказательства по уголовному делу, а именно: конверт со следами УПЛ, хранящийся в материалах дела, следует хранить в материалах дела; телевизор «LG» с пультом управления, хранящийся у потерпевшей Г., следует оставить в ее распоряжении.

Гражданский иск по делу не заявлен.

Руководствуясь ст. 307-309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО2 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание в виде 6 (шести) месяцев лишения свободы.

По правилам ст. 70 Уголовного кодекса Российской Федерации по совокупности приговоров, к назначенному наказанию частично в виде 1 (одного) года 8 (восьми) месяцев присоединить наказание, неотбытое по приговору Белоярского районного суда Свердловской области от 06.04.2016 года, и окончательно назначить наказание в виде 2 (двух) лет 2 (двух) месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО2 – подписку о невыезде и надлежащем поведении, изменить на заключение под стражу, взяв под стражу в зале суда.

Срок отбытия наказания исчислять с 14 мая 2018 года.

После вступления приговора в законную силу вещественные доказательства по уголовному делу: конверт со следами УПЛ, хранящийся в материалах дела, - хранить в материалах дела; телевизор «LG» с пультом управления, хранящийся у потерпевшей Г., - оставить в ее распоряжении.

Приговор может быть обжалован в судебную коллегию по уголовным делам Свердловского областного суда в течение 10 суток со дня его провозглашения, а лицом, находящимся в местах лишения свободы, - в тот же срок со дня получения копии приговора, путем подачи жалобы через Красногорский районный суд г. Каменска-Уральского Свердловской области.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции и предоставлении защитника.

Приговор, как не обжалованный, вступил в законую силу 25.05.2018 года. СУДЬЯ Курин Д. В.