Приговор № 1-244/2017 от 27 июля 2017 г. по делу № 1-244/2017

Дело № 1-244/17


ПРИГОВОР

именем Российской Федерации

г.Нефтекамск 28 июля 2017 года

Нефтекамский городской суд Республики Башкортостан в составе:

председательствующего судьи Акулова А.В.,

при секретаре Гильмутдиновой Э.А.,

с участием государственного обвинителя Садыковой Г.Т.,

защитника Колесника В.В.,

подсудимого ФИО2,

потерпевшей А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <данные изъяты>, проживавшего по <адрес>, <данные изъяты>,

в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 на территории г.Нефтекамска Республики Башкортостан умышленно причинил тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекший по неосторожности смерть потерпевшего, при следующих обстоятельствах.

12 мая 2017 года около 19 часов ФИО2, находясь в комнате по месту жительства: <адрес>, распивал с сыном – А. - спиртные напитки. В ходе совместного распития спиртного между ними произошла ссора, обусловленная тем, что ФИО2 стал высказывать А. претензии, что тот злоупотребляет спиртными напитками и нигде не работает. В ходе конфликта А. нанес один удар стеклянной бутылкой из-под водки по голове ФИО2, причинив последнему телесные повреждения в виде ссадины и кровоподтека мягких тканей головы, которые расстройства здоровья не вызвали и вреда здоровью не причинили.

В связи с этим у ФИО2 возникли личные неприязненные отношения к сыну и умысел на причинение последнему тяжкого вреда здоровью, реализуя который, ФИО2 прошел в соседнюю комнату, достал из своей сумки раскладной нож, вооружившись которым, пошел обратно в комнату, где находился А.

После чего ФИО2 подошел к сыну и умышленно, осознавая, что своими действиями может причинить тяжкий вред здоровью и желая этого, но не имея умысла на убийство, нанес не менее шести ударов ножом, используемым в качестве оружия, по различным частям тела А., в том числе по жизненно важным органам – голове и ноге.

В результате преступных действий ФИО2 потерпевшему А. были причинены телесные повреждения в виде пяти непроникающих колото-резаных ран по нижнему краю подбородка, обоих плеч, правой ягодицы, которые вызвали кратковременное расстройство здоровья и повлекли легкий вред здоровью, а также телесное повреждение в виде колото-резаной раны задней боковой поверхности верхней трети правого бедра с повреждением бедренной артерии, являющееся опасным для жизни, вызвавшее тяжкий вред здоровью и повлекшее по неосторожности смерть А.

От полученных повреждений потерпевший А. через непродолжительное время скончался на месте происшествия.

Смерть А. наступила от обильного наружного кровотечения и острого малокровия, развившегося в результате колото-резаной раны правого бедра с повреждением бедренной артерии, то есть состоит в прямой причинной связи с телесными повреждениями, причиненными ему ФИО2

Подсудимый ФИО2 в судебном заседании вину в предъявленном обвинении по ч.4 ст.111 УК РФ признал полностью, в содеянном раскаялся. По существу дела показал следующее.

Вместе с семьей – женой А. и сыном А. – он проживал в своем доме по <адрес>. Они с супругой всю жизнь работали, а сын, которому исполнилось 28 лет, нигде не работал, любил выпить. Из-за этого между ними часто происходили ссоры, т.к. он заставлял сына искать работу и не сидеть дома. Не отрицает, что неоднократно все вместе употребляли спиртные напитки. Однако были случаи, что они с женой уходили из дома, когда сын требовал выпить, и ночевали в заброшенных огородах, однажды из-за этого жена ночевала в котельной. Признает, что в состоянии алкогольного опьянения иногда бил свою жену.

09 мая 2017 года он пришел с работы, после чего занимался в выходные дни домашним хозяйством и выпивал, в том числе с сыном. 12 мая 2017 года они весь день употребляли с сыном дома спиртное, а супруга занималась каким-то делами во дворе.

Около 19 часов у них закончилось спиртное, и сын предложил еще выпить, но он сказал ему, что больше выпить нечего, денег нет, а ему надо не пить, а идти работать. После чего он направился в зал, но сын ударил его сзади пустой бутылкой по голове, которая разбилась, а также начал его толкать, требуя выпить. У него потекла кровь с головы. Он решил успокоить сына, с этой целью направился в спальню, где в его сумке лежал раскладной нож для бытовых целей.

Затем он вернулся обратно, подошел к сыну и, чтобы его припугнуть, несильно ударил ножом 2 раза - в плечо и ногу сына, когда тот стоял к нему то ли боком, то ли спиной. Наносил ли он еще удары, он не помнит. После этого сын больше на него не бросался, но стал кричать и звать на помощь жену. Супруга пришла и забрала нож у него, а он пошел спать, сын тоже лег на диван.

Он не понимал в тот момент, что мог причинить сыну тяжкие телесные повреждения, что может попасть в бедренную артерию. Причинять смерть сыну он не хотел. Если бы был трезвым, он бы этого не совершил, состояние алкогольного опьянения способствовало его совершению.

Сам он не предлагал вызвать сыну «скорую помощь», т.к. тот ни на что не жаловался. Жена хотела вызвать «скорую помощь», но сын отказывался. Затем он уснул, а проснулся, когда приехали сотрудники полиции и отвезли его в центр реабилитации (вытрезвитель). На следующий день ему сообщили, что сын умер, он был в шоке.

Из протокола явки с повинной от 13.05.2017г. видно, что ФИО2 добровольно и собственноручно сообщил, что 12 мая 2017 года, находясь по месту жительства, нанес один удар сыну. Вину в содеянном признает и чистосердечно раскаивается. (т.1, л.д.28)

В ходе проверки показаний на месте от 13.05.2017г. ФИО2 в присутствии защитника добровольно и подробно, без какого-либо вмешательства со стороны других лиц воспроизвел на месте происшествия по адресу: <адрес>, обстоятельства и механизм нанесения им ударов ножом по руке и ноге своего сына - А., пояснив, что тот в это время стоял в комнате у дивана к нему спиной.

К протоколу приложен компакт-диск с видеозаписью.

(т.2, л.д.15-20)

Помимо приведенных выше признательных показаний ФИО2, его явки с повинной и проверки показаний на месте с его участием, причастность подсудимого к инкриминируемому преступлению, предусмотренному ч.4 ст.111 УК РФ, также подтверждается показаниями потерпевшей, свидетелей и письменными материалами уголовного дела.

Так, потерпевшая А. показала, что проживала с сыном А. и мужем ФИО2 по <адрес>. Муж в последние годы стал злоупотреблять спиртным. В состоянии алкогольного опьянения он во время ссор часто ее бил. С сыном он тоже конфликтовал из-за того, что тот нигде не работал, всегда его в этом упрекал. Сын говорил, что болеет, жаловался на боли в сердце, животе, на зубы, но в больницу не ходил. Сын жил на их деньги, помогал им по хозяйству, в последнее время даже гулять из дома не выходил. Также сын часто выпивал, просил у них деньги на спиртное, из-за этого они с мужем, чтобы не конфликтовать, иногда могли уйти из дома. Но сын в отношении нее никогда рукоприкладством не занимался. В то же время сын с мужем, когда они выпьют, часто ссорились и могли подраться.

09 мая 2017 года муж пришел с работы трезвый. 10 и 11 мая он работал по хозяйству и выпивал. 10 мая 2017 года она звонила в полицию, чтобы мужа забрали в вытрезвитель, чтобы тот успокоился, т.к. он был пьяный.

12 мая 2017 года муж пил весь день. В связи с этим они с сыном спрятали в доме все ножи, т.к. когда муж пьяный, он всегда хватался за нож и пугал их. В тот день сын ей неоднократно говорил, чтобы она убрала в доме все ножи.

Вечером муж с сыном употребляли спиртное. В это время она занималась домашними делами во дворе, поэтому, что именно между ними произошло, она не видела. После чего сын выбежал из дома на крыльцо с криком: «Папа меня убивает, с ножом ходит!» Она увидела у сына руку в крови, перевязала ее, а то, что муж ранил сына в ногу, она не увидела. Затем сын сказал, что сильно устал и хочет спать. Когда она зашла в дом, муж сидел на кухне с ножом и пытался ей угрожать. Тогда она отдала ему остатки водки в обмен на нож, который забрала у мужа. Это был маленький, складной нож, который он носил в своей сумке на работу, про него она забыла, поэтому его не спрятала. Нож был в крови. На лице мужа кровь она не видела. Затем она вызвала «скорую помощь», хотя сын был против этого, просил никуда не звонить. Муж в это время лег спать, т.к. был сильно пьяный, и уснул до приезда «скорой помощи» и полиции. Когда «скорая помощь» приехала, сын уже умер от потери крови.

Свидетель Ж. показала, что 16 мая 2017 года утром от родственников она узнала, что её брат – ФИО2 убил сына – А. 22 мая 2017 года она приехала в г.Нефтекамск, и от родственников узнала, что случилось. С их слов знает, что между ФИО2 и А. 12 мая 2017 года произошёл конфликт, и ФИО2 ножом ударил сына. Она живет в <адрес>, приезжала в г.Нефтекамск редко, в последний раз - около 4 лет назад. При этом у А-вых в семье все было хорошо. У них хороший двухэтажный кирпичный дом, сделан ремонт. ФИО2 - работящий человек. Она периодически созванивалась с подсудимым, тот ни на что не жаловался, только иногда говорил про сына, что тот не работает, переживал по этому поводу. О конфликтах между ними она не знает. Их сын, нигде не работая, требовал от родителей деньги, в том числе и ночью. Он мог вытаскивать вещи, слышала от подсудимого 2 года назад, что сын ударил железкой отца по голове. Со слов ФИО2 знает, что они с женой уходили из дома, спали в заброшенных огородах, у сестры А.. А. обещал устроиться на работу, уезжал в Москву, Сочи, но и там работать не смог, приезжал обратно. Злоупотреблял ли ФИО2 спиртными напитками, она не знает.

Свидетель К. показала, что подсудимый приходится ей двоюродным братом. От Ж. узнала, что ФИО2 убил сына. Позже от родственников узнала, что ФИО2 ударил ножом А. Конкретные обстоятельства происшедшего ей неизвестны. Охарактеризовала подсудимого с положительной стороны.

Свидетель А. показала, что потерпевшая А. – ее сестра. Взаимоотношения в семье у А-вых были не очень хорошие. Подсудимый был грубым, жестким человеком. Были случаи, когда она сама выводила его из запоя, уговаривала прекратить пить. ФИО2 несколько лет назад кодировался от алкогольной зависимости. В последнее время он пил и пристрастил к выпивке ее сестру. Также она знала, что подсудимый в состоянии опьянения дерется, бьет сестру, гоняет по дому, также дерется с сыном, нападает на него, ругал, что тот не работает, и что сестра не работает. Она их предупреждала, что, если что случится, она отправит к ним полицию. Их сын – А. - говорил ей, что все нормально, отец не пьет, просил в полицию не звонить, всегда защищал отца, не хотел вызывать полицию, чтобы ФИО2 не было хуже, старался все уладить сам. А. тоже выпивал, но не сильно, в последнее время постоянно сидел дома, пил пиво, мог выпить и водку. О том, чтобы сын бил отца, она ничего не слышала.

12 мая 2017 года позвонила сестра и сказала, что сын умер. С ее слов она узнала, что ФИО2 убил сына. Ей известно, что подсудимый в ходе конфликтов постоянно брал в руки какие-либо предметы, хватался за нож.

Свидетель Е. показала, что она живет с А-выми по соседству. Она ФИО2 никогда пьяным не видела, хотя 2 - 3 раза в год ФИО2 с женой приходили к ним с похмелья и просили деньги в долг. ФИО2 был очень хорошим хозяином, содержал двор в порядке. Их сына видела всего 2 - 3 раза, он не работал, родителям по хозяйству не помогал. Знает о 2 случаях, когда сын избил отца, но полицию вызывать не стали. ФИО2 тогда был слегка поддатый, побитый, были синяки на лице. Когда 12 мая 2017 года приехала полиция, она подумала, что сын снова избил отца. О том, что ФИО2 убил сына, узнала от соседки, но заходить к ФИО2 не стала.

С согласия сторон в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ были оглашены показания не явившегося свидетеля Ф., допрошенной в ходе предварительного расследования.

Свидетель Ф. показала, что по соседству с ней проживала семья А-вых - муж с женой и их сын. Какие-либо отношения с А-выми она не поддерживала. Может сказать, что А-вы втроем употребляли спиртные напитки, после чего у них возникали скандалы и ссоры. Зимой 2016 года вечером к ней в дом зашла А., от которой исходил запах алкоголя. Она сообщила, что ее бьет сын и попросила вызвать полицию. На лице у нее были гематомы, а также на руке колотые раны. ФИО2 охарактеризовала с положительной стороны. Об обстоятельствах совершенного преступления она сказать ничего не может.

(т.1, л.д.105-106)

Из протокола осмотра места происшествия от 13.05.2017г. видно, что был осмотрен дом по адресу: <адрес>.

На диване в зале обнаружен труп потерпевшего А. с множественными следами крови. Также были обнаружены осколки разбитой бутылки и множество следов крови на полу дома. С места происшествия были изъяты смывы крови с пола, а также металлический складной нож с пятнами вещества бурого цвета. К протоколу приложена фототаблица.

(т.1, л.д.5-17)

Согласно карте вызова «скорой помощи» от 12.05.2017г. в 22 часа 51 минуту поступил вызов о необходимости оказания медицинской помощи по адресу: <адрес>. В 23 часа 03 минуты по указанному адресу констатирован труп А. (т.1, л.д.114)

Из рапорта оперативного дежурного дежурной части Нефтекамского отдела полиции от 12.05.2017г. видно, что в 22 часа 54 минуты поступило телефонное сообщение от фельдшера Х. о том, что по адресу: <адрес> отец сына ударил ножом.

(т.1, л.д.22)

Протоколами изъятия, выемки предметов, получения образцов для сравнительного исследования и их осмотра: предметов, изъятых с места происшествия – смывов с пола зала, кухни и веранды, складного металлического ножа с пятнами бурого цвета на поверхности, а также изъятых куртки, рубашки, образцов крови, принадлежащих ФИО2, футболки, куртки, трусов, носок, образцов крови и биологических образцов, принадлежащих А.

Постановлением данные предметы приобщены к делу в качестве вещественных доказательств. (т.1, л.д.152-169)

В соответствии с заключением судебно-медицинской экспертизы (далее – СМЭ) № от 31.05.2017г. на трупе А. были обнаружены следующие телесные повреждения:

«а» - колото-резаная рана задней боковой поверхности верхней трети правого бедра, на высоте от подошвы 73 см, в направлении раневого канала сзади - наперед, слегка снизу - вверх, глубиной около 7 см, с пересечением бедренной артерии;

«б» - пять непроникающих колото-резаных ран по нижнему краю подбородка, обоих плеч и правой ягодицы;

«в» - кровоподтек правого плеча;

«г» - кровоподтеки и ссадины левой надбровной области, левого предплечья и нижних конечностей.

Телесное повреждение, указанное в пункте «а», является опасным для жизни, вызвало тяжкий вред здоровью, повлекший смерть, с которой состоит в прямой причинной связи.

Оно причинено незадолго до смерти, колюще-режущим предметом, в направлении действия клинка сзади – наперед, слегка снизу – вверх, возможно как в вертикальном, так и в горизонтальном положении тела потерпевшего, не исключается в положении нападавшего сзади к потерпевшему.

Телесные повреждения, указанные в пункте «б», у живых обычно влекут кратковременное расстройство здоровья, вызывают легкий вред здоровью, в прямой причинной связи со смертью не состоят.

Телесные повреждения, указанные в пунктах «в», «г», у живых обычно расстройства здоровья не вызывают и как вред здоровью не расцениваются, в прямой причинной связи со смертью не состоят.

Смерть А. наступила от колото-резаного ранения правого бедра с повреждением бедренной артерии, вызвавшего обильное наружное кровотечение и острое малокровие.

Телесных повреждений на кистях и предплечьях, которые могли быть причинены при закрытии тела руками при самообороне, не обнаружено.

При судебно-химическом исследовании крови трупа найден этиловый спирт в концентрации 4,2 промилле, в моче – 5,6 промилле. Указанная концентрация этилового спирта при жизни могла соответствовать тяжелой степени алкогольной интоксикации.

(т.1, л.д.173-182)

На основании заключения СМЭ № от 29.05.2017г. у ФИО2 обнаружены телесные повреждения в виде ссадины и кровоподтека мягких тканей головы, причиненные тупым предметом или о таковой, не исключается 12 мая 2017 года, по своему характеру расстройства здоровья не вызывают и расцениваются как повреждения, не причинившие вреда здоровью. (т.1, л.д.187)

Из двух заключений СМЭ вещественных доказательств № от 30.05.2017г., № от 26.05.2017г. вытекает следующее.

Кровь потерпевшего А. относится к АВ (IV) группе, кровь подозреваемого ФИО2 - к В? (III) группе.

На трусах, футболке, куртке, носках потерпевшего А., на ноже обнаружена кровь человека АВ (IV) группы, происхождение которой возможно от А. и исключается от ФИО2 в силу иной групповой принадлежности по системе АВО.

На рубашке ФИО2 найдена кровь человека В? (III) группы, происхождение которой возможно от ФИО1 и исключается от А. в силу иной групповой принадлежности по системе АВО.

В подногтевом содержимом обеих кистей рук трупа А. обнаружены кровь, клетки поверхностных слоев эпителия кожи человека АВ (IV) группы, происхождение которых не исключается от потерпевшего А. в связи с совпадением по групповой принадлежности. Исключить примесь крови и клеток от подозреваемого ФИО2, которому свойственен антиген В, не представляется возможным.

(т.1, л.д.196-202, 208-212)

Из заключения судебной медико-криминалистической экспертизы № от 06.06.2017г. следует: рана на препарате кожи из области правого бедра от трупа А. является колото–резаной и могла быть причинена плоским колюще–режущим орудием, погрузившаяся следообразующая часть которого имела острое лезвие и конец, обух толщиной около 1,5 - 2,5 мм, с умеренно выраженными равномерными ребрами и ширину клинка на уровне погружения от 5 мм до 22 мм.

Подобными групповыми признаками обладает клинок представленного ножа.

Проведенным сравнительным исследованием установлено, что колото–резаная рана на препарате кожи с области задней поверхности правого бедра от трупа А. сходна с экспериментальными колото–резаными следами, нанесенными клинком представленного ножа, по всем выявленным групповым признакам.

Тем самым колото–резаная рана на представленном препарате кожи могла быть причинена клинком представленного на исследование ножа.

(т.1, л.д.218-230)

В соответствии с заключением судебно-трасологической экспертизы № от 13.06.2017г. металлический складной нож изготовлен заводским способом (в условиях промышленного производства), является конструктивно сходным с оружием изделием, не относящимся к холодному оружию, собственно - является складным ножом для туризма.

(т.1, л.д.235-236)

Допросив подсудимого, выслушав потерпевшую, свидетелей, огласив показания неявившегося свидетеля, исследовав письменные материалы уголовного дела и оценив доказательства в их совокупности, суд считает вину ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, доказанной.

Приведенные выше доказательства последовательны и непротиворечивы, согласуются и взаимосвязаны между собой, допустимы, в своей совокупности являются достаточными и приводят к достоверному выводу о причинении подсудимым с использованием ножа в качестве оружия тяжкого вреда здоровью своему сыну А., опасного для жизни последнего и повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего.

Доводы подсудимого и его защитника о случайном и неосторожном характере действий ФИО2 суд находит несостоятельными.

Умысел ФИО2 на причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни потерпевшего, подтверждается характером, локализацией и интенсивностью причиненных телесных повреждений, в том числе их причинением жизненно важным органам – раны лица и правого бедра, глубиной раневого канала 7 см, с повреждением бедренной артерии, вызвавших обильную кровопотерю и острое малокровие, явившихся причиной смерти А.

Об умышленном характере действий свидетельствует и орудие преступления – складной нож, т.е. предмет, использованный в качестве оружия и обладающий достаточными поражающими свойствами, способный причинить любой вред здоровью человека.

Также на это указывают множественность нанесенных ножевых ранений (шесть) и нападение подсудимого на потерпевшего со спины.

При этом смерть А. наступила спустя непродолжительное время на месте происшествия, явилась следствием колото-резаного ранения правого бедра с повреждением бедренной артерии, вызвавшего обильное наружное кровотечение и острое малокровие, т.е. состоит в прямой причинной связи с действиями подсудимого ФИО2

В то же время суд приходит к выводу, что подсудимый не желал причинения смерти сыну, хотя при данных обстоятельствах мог и должен был допускать неизбежность наступления тяжких последствий, поскольку удары наносил по жизненно важным органам, т.е. по отношению к смерти действия ФИО2 характеризуются неосторожной формой вины.

Утверждения защитника о наличии необходимой обороны суд считает необоснованными, не соответствующими установленным по делу обстоятельствам.

Так, непосредственным инициатором конфликта выступил подсудимый, который, будучи сам в алкогольном опьянении, на предложение А. еще выпить, начал попрекать сына тем, что тот нигде не работает и злоупотребляет спиртными напитками.

После чего А. ударил ФИО2 по голове стеклянной бутылкой, от чего она разбилась, не причинив при этом подсудимому вреда здоровью. Данные действия потерпевшего, действительно, носили характер противоправных. Однако каких-либо дальнейших активных действий, свидетельствующих о наличии (сохранении) угрозы для жизни и здоровья ФИО2, потерпевший не предпринимал.

В то же время ФИО2 направился в другую комнату, где достал из своей сумки складной нож и, вооружившись им, вернулся обратно в комнату, где находился его сын, чтобы якобы «припугнуть» его.

После чего ФИО2 напал на сына сзади (о чем указывают характер телесных повреждений, выявленных на теле потерпевшего, и показания подсудимого в ходе проверки показаний на месте, что А. стоял у дивана к нему спиной) и нанес шесть ударов ножом, в том числе в жизненно важные органы.

При этом А. вновь не предпринял никаких активных действий против своего отца, а напротив – стал от него убегать и звать мать на помощь.

Из показаний потерпевшей А. установлено, что подсудимый в состоянии алкогольного опьянения становился агрессивным, часто ее избивал, хватался за ножи, угрожая ей и сыну, в связи с чем они постоянно прятали от него ножи, в том числе и в тот день – 12 мая 2017 года.

При таких обстоятельствах, очевидно, что никакого права на самооборону у подсудимого ФИО2 в момент совершения им преступления не было. Мотивом преступления явилась внезапно возникшая личная неприязнь ФИО2 к своему сыну – А. – из предшествовавшего этому конфликта на почве совместного пьянства.

Таким образом, квалифицируя содеянное подсудимым, суд считает, что ФИО2 умышленно причинил тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекший по неосторожности смерть потерпевшего, - т.е. совершил преступление, предусмотренное ч.4 ст.111 УК РФ.

При определении вида и размера наказания подсудимому суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления.

Из показаний подсудимого и потерпевшей следует, что в момент совершения преступления ФИО2 находился в состоянии сильного алкогольного опьянения.

При этом в быту в трезвом состоянии подсудимого и потерпевшая, и все свидетели характеризуют как спокойного, не склонного к агрессии человека. В то же время потерпевшая А. и свидетель ФИО3 показали, что в алкогольном опьянении подсудимый становился агрессивным, мог избить потерпевшую, хватался за ножи.

Сам подсудимый не отрицал в судебном заседании, что, если бы был трезвым, он бы этого преступления не совершил, именно состояние алкогольного опьянения способствовало его совершению.

С учетом этого, а также характера и степени общественной опасности совершенного преступления, обстоятельств его совершения, личности ФИО2 суд считает, что содеянное ФИО2 стало возможным и напрямую обусловлено нахождением подсудимого в тот момент в состоянии алкогольного опьянения, поскольку в инкриминируемой ситуации его действия были усугублены состоянием алкогольного опьянения, что облегчило проявление агрессии во внешнем поведении.

В связи с чем в силу ч.1-1 ст.63 УК РФ суд признает обстоятельством, отягчающим наказание, совершение ФИО2 преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств суд учитывает явку с повинной, полное признание своей вины подсудимым и раскаяние в содеянном, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, противоправное поведение потерпевшего, явившееся поводом к совершению преступления, позицию потерпевшей, просившей о снисхождении к ФИО2

Кроме того, при назначении наказания суд принимает во внимание его влияние на исправление подсудимого, условия жизни его семьи и данные о личности: Амиров ранее не судим, на учете в ПНДО не состоит, по месту жительства характеризуется удовлетворительно.

Как видно из материалов уголовного дела, ФИО2 на учете у врача-психиатра не состоял и за соответствующей помощью не обращался. Поведение подсудимого при совершении преступления, в ходе предварительного следствия и в судебном заседании свидетельствует об отсутствии каких-либо оснований сомневаться в его полной психической полноценности, поэтому суд признает ФИО2 вменяемым, подлежащим уголовной ответственности за совершенное преступление.

С учетом характера и степени тяжести содеянного, данных о личности подсудимого, смягчающих наказание обстоятельств, суд считает, что цели наказания, предусмотренные ч.2 ст.43 УК РФ, будут достигнуты только путем изоляции ФИО2 от общества, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима согласно п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ.

Исходя из характера и обстоятельств совершенного преступления, наступивших последствий, условий для изменения категории преступления в порядке ч.6 ст.15 УК РФ, а также для применения в отношении ФИО2 положений статьи 73 УК РФ суд не находит.

Также как отсутствуют какие-либо исключительные обстоятельства, связанные с целями и мотивами преступления, ролью виновного и его поведением, существенно уменьшающие степень общественной опасности содеянного, позволяющие суду применить к ФИО2 правила статьи 64 УК РФ.

На основании вышеизложенного и руководствуясь статьями 303, 304, 307 - 309 УПК РФ,

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО2 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 6 (шести) лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО2 – содержание под стражей – оставить без изменения до вступления приговора в законную силу. Срок наказания исчислять с 28 июля 2017 года.

Зачесть ФИО2 в срок отбывания наказания время содержания под стражей с 13 мая по 27 июля 2017 года.

Вещественные доказательства по делу: смывы на марлевых тампонах, биологические образцы, складной металлический нож – уничтожить; предметы одежды – вернуть по принадлежности; компакт-диск с видеозаписью проверки показаний на месте – хранить при деле.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Республики Башкортостан через Нефтекамский городской суд в течение 10-ти суток со дня его провозглашения, а осужденным - в тот же срок со дня вручения копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Судья: А.В. Акулов

Приговор вступил в законную силу 08 августа 2017 года.