Решение № 2-488/2018 2-488/2018 ~ М-400/2018 М-400/2018 от 27 мая 2018 г. по делу № 2-488/2018

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

28 мая 2018 года г. Тула

Привокзальный районный суд г. Тулы в составе:

председательствующего Афониной С.В.,

при секретаре Выборновой О.Б.,

с участием

истца ФИО1,

представителя истца ФИО1 по доверенности и ордеру адвоката Зубарева С.П.,

ответчика ФИО2,

представителя ответчика ФИО2 по ордеру адвоката Курмановой Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Привокзального районного суда города Тулы гражданское дело № 2-488/18 по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения части жилого дома недействительной сделкой, признании права собственности на часть жилого дома,

у с т а н о в и л :

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о признании недействительной сделкой договора дарения, признании за ней права собственности на часть жилого дома, указав в обоснование требований, что являлась собственником 29/50 долей в праве общей долевой собственности на жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>, в силу возраста и состояния здоровья нуждалась в помощи, поэтому предложила ФИО2 переехать к ней проживать и осуществлять уход. ФИО2 предложила оформить договор, в соответствии с которым та совместно с мужем будет проживать в её (ФИО1) части дома и осуществлять за ней уход, оказывать необходимую помощь, требующуюся больному человеку, а после ее смерти эта часть дома перейдет в собственность ФИО2 Поскольку она (ФИО1) доверяла ФИО2, то согласилась оформить такое соглашение и дата подписала договор. Однако данный договор она не читала, его содержание ей никто не разъяснял, полностью доверяла ФИО2 Позже узнала, что фактически заключила договор дарения своей части дома, являющейся для неё единственным жильем. Считает, что заключила договор дарения дата под влиянием заблуждения относительно природы сделки, в связи с чем просит суд признать недействительным договор дарения 29/50 долей в праве общей долевой собственности на жилой дом, назначение: жилой дом, общей площадью 73,1 кв.м, в том числе жилой 54,6 кв.м, с надворными постройками, адрес объекта: <адрес>, кадастровый (или условный) *, заключенный между ФИО1 и ФИО2 дата, и возвратить стороны в первоначальное положение, признав за ней право на указанные доли в праве общей долевой собственности на дом.

В судебном заседании истец ФИО1 и ее представитель по доверенности и ордеру адвокат Зубарев С.П. исковые требования поддержали и просили удовлетворить по основаниям, изложенным в иске. При этом истец ФИО1 указала, что знакома с ответчиком ФИО2 много лет, т.к. та, проживая в <адрес>, являлась гражданской женой ее сына. После расставания, она (ФИО1) продолжила общение с ФИО2, в том числе и после переезда в Россию. В связи с престарелым возрастом, гипертонической болезнью, плохим зрением, боялась проживать одна, поэтому несколько лет сдавала комнату в своем доме различным квартирантам. Так как все они были для неё посторонними людьми, то она предложила ФИО2 переехать из <адрес> к ней жить и ухаживать за нею, а она им после смерти оставит дом. ФИО2 согласилась и совместно со своим мужем переехала к ней жить летом дата. Она (ФИО1) по их просьбе оформила им регистрацию по адресу своего дома. М-вы помогали ей по хозяйству, покупали продукты, медикаменты, заботились о ее здоровье, конфликтов между ними никаких не было. В дата ФИО2 сказала, что нужно оформить соглашение по дому. Она (истец) подразумевала, что оформит документы, по которым ФИО2 будет осуществлять за ней уход, а за это после ее смерти той останется ее дом. Поскольку она боялась, что М-вы могут обидеться и уехать, то согласилась оформить такое соглашение. дата М-вы на машине отвезли ее сначала в паспортный стол для продления регистрации, а потом в здание на <адрес>, где ФИО2 общалась с каким-то сотрудником, в суть их разговора она не вникала, т.к. устала и сильно болела голова. Ей (ФИО1) данный сотрудник никаких вопрос не задавал и ничего не разъяснял, лишь составил документы и показал, где в документах нужно расписаться. Она предполагала, что подписывает соглашение, о котором договаривалась с ФИО2, доверяла той, поэтому документ не читала, подписанный документ ей никто не разъяснял и на руки не выдал, квитанции по оплате за коммунальные услуги продолжали приходить на ее имя. В последующем между ею и М-выми стали возникать конфликты на бытовой почве, в дата в ходе одного из таких конфликтов муж ФИО2 сообщил ей (ФИО1), что та больше не хозяйка дома и ее сдадут в дом престарелых, после чего они перестали за ней ухаживать и переехали жить в другое место. Тогда по ее просьбе родственники запросили сведения о собственности и она узнала, что подарила дом ФИО2 Считает, что заключила договор дарения дата под влиянием заблуждения, т.к. в силу возраста, состояния здоровья и длительного знакомства доверяла ФИО2 и полагала, что подписывает соглашение, по которому ФИО2 перейдет дом только после ее смерти.

Ответчик ФИО2 и ее представитель по ордеру адвокат Курманова Е.В. исковые требования не признали, при этом ФИО2 не отрицала, что переехала из <адрес> к ФИО1 для осуществления за той ухода, взамен ФИО1 обещала оформить на нее дом. ФИО2 также указала, что дата при обращении в регистрирующий орган ФИО1 сообщила именно о желании подарить дом, она (ФИО2) не возражала, после чего сотрудником регистрирующего дома был составлен договор дарения, в котором она и ФИО1 расписались. О том, разъяснялось ли истцу содержание договора и сущность дарения, не помнит. Зарегистрированные экземпляры договора дарения получала и за себя и за истца, хранила их в доме вместе со всеми документами, необходимости в переоформлении платежных документов на свое имя не усматривала, продолжала осуществлять уход за ФИО1, помогла сделать операцию на глазах, настояла на лечении по поводу гипертонии. В последующем между ними стали возникать ссоры на бытовой почве, после одной из таких ссор в дата они с мужем переехали жить в другое место и прекратили ухаживать за ФИО1 С иском не согласна, т.к. ФИО1 сама лично в регистрирующем органе высказала намерение подарить дом и подписала соответствующий договор.

Представитель третьего лица Управления федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тульской области в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Суд в соответствии со ст.167 ГПК РФ счел возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившегося представителя третьего лица.

Выслушав объяснения сторон, показания свидетелей, специалистов, исследовав письменные доказательства по делу, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что согласно договору дарения от дата, зарегистрированному в Управлении Росреестра по Тульской области дата, ФИО1 безвозмездно передала в собственность гражданке Республики <адрес> ФИО3, состоящей на регистрационном учете по месту пребывания по адресу: <адрес>, пос.<адрес>, принадлежащие ей 29/50 долей в праве общей долевой собственности на жилой дом, назначение: жилой дом, общей площадью 73,1 кв.м, в том числе жилой 54,6 кв.м, с надворными постройками, адрес объекта: <адрес>, кадастровый (или условный) * (л.д.6-7, 36-37).

Согласно части 2 статьи 35 Конституции Российской Федерации каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами.

В силу положений ст. 11 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту- ГК РФ) защита нарушенных или оспоренных прав осуществляется в судебном порядке.

Статьей 12 ГК РФ предусмотрено, что одним из способов защиты гражданских прав является признание права.

Согласно пункту 3 ст.1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 ст.1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с п.2 ст.218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Как предусмотрено ст. 572 ГК РФ, по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 настоящего Кодекса.

Передача дара осуществляется посредством его вручения, символической передачи (вручение ключей и т.п.) либо вручения правоустанавливающих документов (ст.574 ГК РФ).

Согласно ст. 166 ГК РФ ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В силу п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии со ст.178 ГК РФ по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, сделка может быть признана судом недействительной, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии указанных условий, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

Сделка не может быть признана недействительной по основаниям, предусмотренным настоящей статьей, если другая сторона выразит согласие на сохранение силы сделки на тех условиях, из представления о которых исходила сторона, действовавшая под влиянием заблуждения. В таком случае суд, отказывая в признании сделки недействительной, указывает в своем решении эти условия сделки.

Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон.

По смыслу вышеприведенной нормы, сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался.

Как указывалось ранее, из материалов дела следует, что дата между истцом ФИО1 и ответчиком ФИО2 был заключен договор дарения спорной доли в праве общей долевой собственности на дом по адресу: <адрес>; в этом договоре указано, что ФИО1 передала, а ФИО2 приняла в дар указанное недвижимое имущество.

Обращаясь в суд с иском, оспаривая договор дарения доли в праве на дом от дата, совершенный с ФИО2 по основаниям, предусмотренным ст. 178 ГК РФ, истец ФИО1 ссылается на то обстоятельство, что в действительности она не имела намерений безвозмездно дарить принадлежащую ей долю в праве собственности на дом, который является единственным жильем истца, при заключении договора полагала, что заключает договор пожизненного содержания с иждивением, поскольку в силу своего возраста и состояния здоровья нуждалась в постороннем уходе, заключая договор, рассчитывала на оказание помощи от ФИО3, в силу своей юридической неграмотности не осознавала природу спорного договора и его последствия, дарить свою часть дома не желала, а хотела получить уход и помощь, договор подписала не читая, поскольку плохо себя чувствовала, после проведения операции на глаза плохо видела и доверяла ФИО3

Допрошенные свидетели М. и М. пояснили суду, что являются дальними родственниками истца ФИО1, которая в силу возраста и состояния здоровья нуждается в помощи, т.к. сама не может ходить в магазин за продуктами, за лекарствами, а также нуждается в помощи по уходу за домом. Они привозили ей все необходимое, но постоянно находиться с ней не могли, поэтому ФИО1 периодически сдавала комнату в своем доме квартирантам, а затем пригласила к себе жить бывшую невестку сына ФИО2 В дата между ФИО1 и ФИО2 на бытовой почве произошла ссора, после чего ФИО2 с мужем съехали из дома истца. При этом в ходе ссоры М-вы сообщили ФИО1, что та не хозяйка дома. Тогда она попросила их (свидетелей М-вых) выяснить, кто является собственником дома. Получив из Управления Росреестра по Тульской области выписку, стало известно, что ФИО1 подарила свою часть дома ФИО2 Сама ФИО1 поясняла, что хотела, чтобы за ней ухаживали, а за это после ее смерти дом останется ФИО2, поэтому ездила с ФИО4 Л,В. в различные организации, подписывала какие-то документы, не читая их, дарить дом не собиралась.

Аналогичные по своему содержанию показаниям свидетелей М. дал показания суду свидетель В..

Свидетель ответчика- М. пояснила суду, что в дата в течение полугода с мужем снимали комнату в доме ФИО1, при этом помогали ФИО1 в уходе за домом, земельным участком, покупали продукты, лекарства. ФИО1 говорила, что с ней должен кто-то жить постоянно, т.к. боится остаться без помощи, сообщала также, что если они будут за ней ухаживать, она подпишет им дом. Что именно подразумевала ФИО1, не знает, но слов «подарю», «дарение» не высказывала.

Свидетель Х. сообщила, что является соседкой истицы, в связи с этим познакомилась с квартирантами ФИО1. С их слов ей известно, что ФИО1 предлагала тем ухаживать за ней, а за это им достанется дом. Но в силу сложного характера ФИО1 М. с ней жить не смогли и сняли другое жилье. Затем комнату у ФИО1 снимали студентки, а после с <адрес> приехали М-вы, которые стали ухаживать за ФИО1, навели порядок в доме и на участке. ФИО1 ей рассказывала, что довольна тем, что с ней проживают М-вы, оформила на них дом и теперь «может доживать спокойно». Однако каким именно образом ФИО1 оформила дом, ей не известно. В дата отношения между ФИО1 и М-выми испортились и те уехали жить в другое место. Сейчас ФИО1 помогают ее родственники.

Допрошенный свидетель М. пояснил суду, что дата с женой ФИО2 приехали из <адрес> навестить ФИО1, по её просьбе остались у неё проживать, т.к. помогали ей по хозяйству, возили в больницу, покупали продукты, лекарства. ФИО1 боялась, что они уедут, поэтому постоянно предлагала подарить им дом. Как именно происходила сделка дарения, не знает. В дата их отношения с ФИО1 испортились и они сняли другое жилье.

Однако суд считает показания свидетеля М.. недостоверными, надуманными с целью сохранения в собственности жены ФИО2 подаренной той ФИО1 части дома, поскольку показания М. противоречивы, не согласуются с показаниями самой ФИО2 и другими доказательствами по делу, из которых следует, что ФИО1 никогда не обещала подарить дом кому-либо.

Согласно заключению специалистов в области психиатрии, медицинской психологии и судебно-психиатрической экспертизы по результатам освидетельствования ФИО1, составленному специалистами ООО «ПрофМедСервис Плюс» дата, на момент заключения договора дарения 29/50 долей дома от дата ФИО1 страдала органическим расстройством личности в связи с сосудистым заболеванием головного мозга (церебральный атеросклероз, гипертоническая болезнь) с умеренными конгнитивными нарушениями. На этом указывают данные анамнеза о длительном страдании гипертонической болезнью, с повышением цифр артериального давления до высоких отметок ( 190-220 мм рт.ст. систолическое), требующих госпитализации и интенсивного лечения в условиях терапевтического стационара, длительный анамнез страдания церебральным атеросклерозом (первые указания в амбулаторной карте от дата), сопровождающимися жалобами на головные боли, головокружение, пошатывание при ходьбе, нарастание симптоматики к дата до дисциркуляторной энцефалопатии, постепенном нарастании конгнитивных нарушений к дата, уже описываемых в статусе неврологом и участковым терапевтом, данные настоящего обследования, выявившего снижение в интеллектуально-мнестической сфере между умеренной и выраженной степенью, но не достигающих уровня деменции.

В период, относящийся к заключению договора дарения от дата, ФИО1 находилась в таком состоянии, что могла быть подвергнута влиянию несуществующих действительности представлений о сущности сделки, но что указывает умеренно выраженные когнитивные нарушения на момент юридически значимого периода, подтверждающегося выводами врача-судебно-психиатрического эксперта, выявленные при настоящем психологическом обследовании повышенная истощаемость, неравномерность уровня психической деятельности, снижение функций анализа, переоценка своих возможностей, эмоциональная лабильность, подверженность влиянию иногда даже ложных представлений в сочетании с такими индивидуально-психологическими особенностями, как чувствительность, зависимость от мнения референтной группы, повышенная внушаемость и подчиняемость при определенных условиях, особенно при потере контроля над ситуацией, потребность в привлечении внимания, эгоцентрическая сосредоточенность на собственных переживаниях, желание заручиться поддержкой и сбросить с себя груз ответственности (л.д.72-83).

Допрошенные в судебном заседании специалисты Г., Г. подтвердили результаты вышеуказанного заключения, указав, что такие выводы ими сделаны как на основе представленной медицинской документации в отношении ФИО1, так и на основе медицинского наблюдения, клинической беседы, тестирования. При этом специалист Г. уточнил, что имеющееся у ФИО1 органическое расстройство личности хотя и является психическим заболеванием, но выявлено не в той степени, чтобы ставить под сомнение возможность истца понимать значение своих действий и руководить ими.

Суд признает заключение специалистов Г. и Г. достоверным доказательством по делу, поскольку данные специалисты имеют соответствующее образование и стаж работы, в судебном заседании были предупреждены о наступлении уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, их заключение является подробным, научно-обоснованным и аргументированным, подтвержденным медицинскими документами в отношении истца (л.д.108-135) и не противоречащим другим собранным по делу доказательствам.

Судом также установлено, что ФИО1 получила экземпляр договора дарения дата (л.д.8), в собственности другого жилья не имеет (л.д.67), квитанции об оплате коммунальных услуг до обращения в суд были оформлены на ее имя (л.д.11-12).

Анализируя исследованные в суде доказательства, с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, в их совокупности, суд считает установленным, что в силу возраста (на момент сделки 78 лет), состояния здоровья, доверия ответчице, выраженная воля ФИО1 при совершении дата дарения неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые она действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения ФИО1 помимо своей воли составила неправильное мнение относительно обстоятельств, имеющих существенное значение, и полагала, что заключает договор пожизненного содержания с иждивением, так как именно о таком соглашении она разговаривала с ФИО2 (а ранее с М.), дарить свое единственное жилье она не имела намерения; при этом заблуждение ФИО1 относительно природы сделки было настолько существенным, что она, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы эту сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Таким образом, в силу ст.178 ГК РФ суд считает, что сделка дарения от дата совершена ФИО1 под влиянием заблуждения и является недействительной.

Доводы ответчика ФИО3 о том, что ФИО1 в регистрирующем органе добровольно выразила волю именно о дарении ей части дома, суд признает несостоятельными, поскольку они опровергаются совокупностью собранных по делу доказательств и показаниями свидетелей. При этом в процессе рассмотрения спора было установлено, что о совершении дарения ФИО2 длительное время ФИО1 не сообщала, экземпляр договора ФИО1 получила только дата (л.д.8), платежные документы за коммунальные услуги до обращения истца в суд продолжали поступать на имя ФИО1

Доказательств в подтверждение своих доводов в соответствии с положениями ст.56 ГПК РФ ответчиком не представлено.

Обеспечить явку в судебное заседание для допроса в качестве свидетеля специалиста П., принимавшей документы от ФИО1 и ФИО2 (л.д.33), не представилось возможным, поскольку по сообщению Управления Росреестра по Тульской области указанное лицо не является сотрудником Управления.

В соответствии с п. 1 и п. 2 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Таким образом, по смыслу п.2 ст.167 ГК РФ при недействительности сделки возвращение полученного носит двусторонний характер.

Поскольку судом сделка дарения ФИО1 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом ФИО2 признана недействительной, суд считает необходимым вернуть стороны в первоначальное положение, признав за ФИО1 право на 29/50 долей в праве общей долевой собственности на спорный жилой дом и прекратив право ФИО2 на эти доли.

В силу ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, которые в соответствии со ст.88 ГПК РФ состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Часть 1 ст.103 ГПК РФ предусматривает, что государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Положения п.1 ст.333.17 НК РФ предусматривают, что плательщиками государственной пошлины признаются: организации; физические лица.

Указанные в пункте 1 настоящей статьи лица признаются плательщиками в случае, если они выступают ответчиками в судах общей юрисдикции, и если при этом решение суда принято не в их пользу и истец освобожден от уплаты государственной пошлины в соответствии с настоящей главой (п.2 ст.333.17 НК РФ).

Истцом по делу уплачена государственная пошлина в размере 300 рублей, что подтверждается чеком-ордером от дата (л.д.2), при этом определением суда от дата истцу была предоставлена отсрочка уплаты оставшейся части государственной пошлины в размере 15471 руб. 61 коп. до вынесения судебного решения.

Таким образом, поскольку истцу ФИО1 была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины и её исковые требования удовлетворены, то с ответчика ФИО2 подлежит взысканию в доход бюджета муниципального образования город Тула государственная пошлина в размере 15471 руб. 61 коп., пропорционально удовлетворенной части исковых требований, а также в пользу истца подлежит возмещению уплаченная государственная пошлина в размере 300 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

исковые требования ФИО1 удовлетворить в полном объеме.

Признать недействительной сделкой договор дарения 29/50 долей в праве общей долевой собственности на жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>, заключенный дата между ФИО1 и ФИО3.

Признать за ФИО1 право на 29/50 долей в праве общей долевой собственности на жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>, кадастровый (или условный) номер объекта *

Прекратить право ФИО2 на 29/50 долей в праве общей долевой собственности на жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>, кадастровый (или условный) номер объекта *

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

Взыскать с ФИО2 в доход бюджета муниципального образования город Тула государственную пошлину в размере 15471 руб. 61 коп.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Тульского областного суда путем подачи апелляционной жалобы в Привокзальный районный суд г. Тулы в течение одного месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 01 июня 2018 года.

Председательствующий С.В.Афонина