Решение № 2-431/2018 от 30 мая 2018 г. по делу № 2-431/2018

Дело 2-431/2018


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

30 мая 2018 года г. Заринск

Заринский городской суд Алтайского края в составе: председательствующего М.Н.Черновой

при секретаре И.В.Калабуховой

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству Финансов РФ, МО МВД России «Залесовский», Министерству внутренних дел Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда за ненадлежащие условия содержания под стражей,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству Финансов РФ, МО МВД России «Залесовский» о взыскании компенсации морального вреда за ненадлежащие условия содержания под стражей в размере 30000 рублей. В обоснование иска ссылается, что в период с мая 2005 по июнь 2005 года он содержался в ИВС «Залесовский». Камера, в которой он содержался, не соответствовала нормам санитарной площади на 1 человека. В камере отсутствовал санузел, вместо него стоял металлический бак, отсутствовала зона приватности, душевое помещение, окно было закрыто металлическим листом, в связи с чем плохо поступал свежий воздух, отсутствовало дневное освещение, вентиляция не работала. Также в камере не работала радиоточка, кормили раз в сутки, не выдавались средства для уборки камер, спальные принадлежности, средства личной гигиены, дезинфекция камер не проводилась. Просит взыскать с ответчиков сумму компенсации морального вреда в размере 30000 руб.

Определением Заринского городского суда от 27.04.2018 года к участию в деле в качестве соответчика было привлечено МВД РФ.

Истец ФИО1, отбывающий наказание в местах лишения свободы, извещен надлежащим образом о времени и месте проведения судебного разбирательства. Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации и другие федеральные законы не предоставляют лицам, отбывающим по приговору суда наказание в исправительных учреждениях, право на личное участие в разбирательстве судами их гражданских дел (по которым они являются истцами, ответчиками, третьими лицами или другими участниками процесса). Уголовно-исполнительный кодекс Российской федерации предусматривает возможность этапирования осужденных из мест лишения свободы в следственные изоляторы лишь для участия в судебных разбирательствах по уголовным делам (ст. 77.1 УИК РФ). Следовательно, суды не имеют возможности этапировать указанных лиц к местам разбирательства гражданских дел с целью обеспечения их личного участия в судебных заседаниях. Поэтому суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие истца.

Представитель ответчика Министерства финансов РФ и Управления Федерального казначейства по Алтайскому краю по доверенности ФИО2 в судебное заседание не явилась, надлежаще извещена о времени и месте судебного разбирательства, просила рассмотреть дело в её отсутствие, представила письменный отзыв на иск, в котором просит в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме.

Представитель ответчика МВД России в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело в его отсутствие, представил письменный отзыв, в котором просил отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Представитель ответчика МО МВД России «Заринский» ФИО3 просила отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме, поддержала доводы, изложенные в письменном отзыве в полном объеме. Представитель в отзыве также сослался на пропуск срока для обращения в суд в соответствии, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований.

Привлеченный судом к участию в деле для дачи заключения прокурор г.Заринска в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело в его отсутствие, в своем отзыве на иск сообщил, что в прокуратуру г.Заринска истец по вопросу ненадлежащих условий содержания под стражей не обращался.

Заслушав представителя ответчика, изучив материалы дела, суд приходит к выводу удовлетворить иск частично по следующим основаниям.

Согласно ст.3 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдании в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

В соответствии со ст.53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В силу ст.151 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее –ГК РФ) если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию; в иных случаях, предусмотренных законом.

В силу п.2 ст.1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт причинения ущерба, его размер, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. При этом, по общему правилу, лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 ГК РФ).

Статьей 1069 ГК РФ предусмотрено, что вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В соответствии со статьями 12, 56 ГПК РФ, гражданское судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон; каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. В связи с этим обязанность доказать факт причинения вреда личным неимущественным правам и другим нематериальным благам, а также незаконность действий (бездействия) органа государственной власти, либо его должностного лица, в рассматриваемом случае возлагается на истца. Более того, истец должен доказать наличие причинно-следственной связи между незаконными действиями (бездействием) и возникновением у него морального вреда.

В период содержания истца в изоляторе временного содержания ОВД по Залесовскому району порядок и условия содержания под стражей лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступления, регулировались нормами Федерального закона от 15.07.1995 №103 «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», Правилами внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых, утвержденными приказом МВД РФ № 41 от 26.01.1996г.

В соответствии со ст. 4 Федерального закона от 15.07.1995 года N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей (далее - подозреваемые и обвиняемые).

В силу статьи 15 Закона в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

Согласно ст.17 Федерального закона от 15.07.1995 г. N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" (далее – Закон) подозреваемые и обвиняемые имеют право на личную безопасность в местах содержания под стражей, на материально - бытовое и медико-санитарное обеспечение, в том числе в период участия их в следственных действиях и судебных заседаниях.

Статьи 22, 24 вышеназванного Закона закрепляют, что подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются бесплатным питанием, достаточным для поддержания здоровья и сил по нормам, определяемым Правительством Российской Федерации. Лечебно-профилактическая и санитарно-эпидемиологическая работа в местах содержания под стражей проводится в соответствии с законодательством об охране здоровья граждан. Администрация указанных мест обязана выполнять санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых.

Положениями ст. 23 названного Федерального закона установлено, что подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место. Подозреваемым и обвиняемым бесплатно выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы, туалетная бумага, а также по их просьбе в случае отсутствия на их лицевых счетах необходимых средств индивидуальные средства гигиены (как минимум мыло, зубная щетка, зубная паста (зубной порошок), одноразовая бритва (для мужчин), средства личной гигиены (для женщин). Все камеры обеспечиваются средствами радиовещания, а по возможности телевизорами, холодильниками и вентиляционным оборудованием. По заявлению подозреваемых и обвиняемых радиовещание в камере может быть приостановлено либо установлен график прослушивания радиопередач. В камеры выдаются литература и издания периодической печати из библиотеки места содержания под стражей либо приобретенные через администрацию места содержания под стражей в торговой сети, а также настольные игры. Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.

Согласно п.2.1.1. СанПиН 2.2.1./2.1.1.1278-03 «Гигиенические требования к естественному, искусственному и совмещенному освещению жилых и общественных зданий», утвержденных постановлением Главного государственного санитарного врача РФ от 08.04.2003 года №34, помещения с постоянным пребыванием людей должны иметь естественное освещение.

Аналогичные требования содержатся в разделе 3 Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых, утвержденных приказом МВД РФ от 26.01.1996 №41.

Согласно п.п. 3.1, 3.2. Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных Приказом МВД РФ от 26.01.1996 №41, подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются для индивидуального пользования: спальным местом (при наличии соответствующих условий); постельными принадлежностями, постельным бельем; столовой посудой на время приема пищи. Камеры ИВС оборудуются: столом, санитарным узлом, краном с водопроводной водой; вешалкой для верхней одежды; полкой для туалетных принадлежностей; бачком для питьевой воды; радиодинамиком, урной для мусора. Не реже одного раза в неделю им предоставляется возможность помывки в душе продолжительностью не менее 15 минут.

В соответствии со ст. 17 Конституции РФ в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Права и свободы человека и гражданина в силу ст. 18 Конституции РФ являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.

В соответствии со ст. 21 Конституции РФ достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

Как установлено судом и следует из материалов дела, по приговору Залесовского районного суда Алтайского края от 30 июня 2005 года ФИО1 осужден по ч.2 ст.158 п. «а,б», ч.4 ст.166 Уголовного кодекса Российской Федерации, ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 8 лет 6 месяцев.

В своем иске истец не указывает точные периоды содержания в ИВС ОВД по Залесовскому району. Журнал лиц, содержащихся в ИВС ОВД по Залесовскому району за 2005 год не сохранился за истечением длительного периода, в связи с чем установить точные периоды нахождения истца в ИВС не представляется возможным. Однако из ответа ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Алтайскому краю, приговора установлено, что истец 22.10.2004 был арестован прокуратурой Первомайского района Алтайского края по ст.105 ч.1 УК РФ, прибыл в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Алтайскому краю 04.11.2004, этапировался: 14.05.2005 в Залесовский РО, 26.05.2005 года возврат, 25.06.2005 года в Залесовский РО, 06.07.2005 года возврат.

Из ответа ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Алтайскому краю установлено, что истец в спорный период в ФКУ СИЗО-1 не содержался.

Из отзыва представителя ответчика установлено, что журнал покамерной рассадки подозреваемых и обвиняемых за 2005 год представить невозможно, в связи с чем невозможно установить в какой камере содержался истец.

На основании приказа начальника ГУ МВД России по Алтайскому краю от 14 июля 2011 года отдел внутренних дел по городу Заринску Алтайского края реорганизован путем присоединения к нему с 01 сентября 2011 года отдела внутренних дел по Заринскому району и отдела внутренних дел по Залесовскому району.

Из письменного отзыва МО МВД «Заринский» и пояснений представителя МО МВД России «Заринский» в судебном заседании следует, что в результате реорганизации изолятор временного содержания расформирован, документация, касающаяся деятельности изолятора на хранение в МО МВД России «Заринский» не передавалась.

Суд полагает, что доводы истца об отсутствии в камере нормального освещения, вентиляции, душевой комнаты опровергается техническим паспортом здания ИВС, актом обследования технической укрепленности ИВС ОВД по Залесовскому району. Доказательств, подтверждающих обратное, а также доказательств, свидетельствующих об ухудшении зрения истца в период нахождения в ИВС в материалы дела не представлено.

Истец также указывает в иске, что его кормили раз в сутки, не выдавались средства для уборки камер, спальные принадлежности, средства личной гигиены, дезинфекция камер не проводилась.

Вместе с тем указанные обстоятельства не нашли своего подтверждения в судебном заседании.

Согласно пояснениям представителя ответчика, в связи с тем, что срок хранения бухгалтерских документов, а именно договоров на предоставление трехразового горячего питания лицам, содержащимся в ИВС, согласно п.246 приказа МВД России от 30.06.2012 года №655 «Об утверждении Перечня документов, образующихся в деятельности органов внутренних дел РФ, с указанием сроков хранения» составлял 5 лет, предоставить данные договоры не представляется возможным.

По данному же основанию, в связи с истечением сроков хранения документации ИВС, нет возможности предоставить договоры дезинфекции, дезинсекции камер, приобретения предметов личной гигиены и спальных принадлежностей, журналов вывода из камер в душ.

Обратившись в суд с настоящим иском спустя продолжительный период времени, истец лишил себя права ссылаться на доказательства (журналы, списки, акты и.т.д.), которое могли бы подтвердить обоснованность его требований в данной части.

Каких-либо доказательств предоставления ответчиком недостоверных данных, ложной информации, истцом не представлено.

Таким образом, указанные нарушения в данной части не нашли своего подтверждения в судебном заседании. Каких-либо дополнительных доказательств в обоснование иска в данной части истец в судебное заседание не представил.

Согласно акту обследования технической укрепленности ИВС ОВД по Залесовскому району от 16.10.2009 г. здание ИВС 1982 года постройки. В ИВС одноместных камер нет; двухместных камер – 4, шесть и более – 1. Лимит мест – 14. Из технического паспорта от 19.05.2014 года на административное здание по ул.Партизанская, 14а в с.Залесово Залесовского района следует, что площадь камер (5,80 кв.м., 7,10 кв.м., 7,80 кв.м., 7,60 кв.м., 11,10 кв.м.) не соответствует требованиям законодательства. В связи с чем, довод истца о том, что норма санитарной площади в камере на одного человека не была соблюдена, ответчиком не опровергнут. Доказательств того, что истец один содержался в камере ответчиком не представлено.

Согласно Техническому паспорту административного здания по адресу: <...> от 19.05.2014 года, камеры бывшего ИВС расположен на первом этаже. Помещение оснащено вентиляцией, центральным отоплением (на твердом топливе), холодным водоснабжением, системой канализации (местный отстойник). На поэтажном плане здании в камерах устройство санузлов, огороженных зонами приватности, не обозначено, что с очевидностью доказывает отсутствие санузла с зоной приватности в камерах по состоянию на 2005 год.

Таким образом, доводы истца о несоблюдении требований приватности подтверждаются материалами дела.

Доказательств, опровергающих доводы истца в части нарушения условий приватности при оборудовании санитарного узла ответчиками, на которых лежит бремя доказывания соответствия условий содержания в ИВС требованиям законодательства, не представлено.

Требование к оборудованию камер санитарными узлами с соблюдением требований приватности действительно было введено Правилами внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных приказом МВД России от 22 ноября 2005 года № 950.

Между тем, Европейский суд по правам человека во многих случаях отмечал, что в российских ИВС унитаз находится в углу камеры и либо вообще не отделен от жилой зоны, либо имеет одну перегородку приблизительно от 1м до 1,5м высотой. Такое тесное соседство было не только неприемлемо с санитарно-гигиенической точки зрения, но и лишало заключенных, пользующихся туалетом, какого-либо уединения, поскольку они вынуждены находиться на виду у сокамерников, сидевших на кроватях, и надзирателей, наблюдавших в дверной глазок (постановление по делу «ФИО4 и другие против Российской Федерации» от 10 января 2012 года).

Таким образом, Европейский суд по правам человека признал нарушением статьи 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод факт проживания лиц в условиях, когда они вынуждены есть, спать, пользоваться туалетом в одной комнате со многими другими заключенными. По мнению Европейского суда, этих обстоятельств достаточно, чтобы причинить страдания и лишения такого характера, которые бы превышали неизбежный уровень страданий, присущих лишению свободы, и вызывали у лица ощущение страха, страданий и неполноценности, способных оскорбить и унизить его (Постановления по делам «ФИО5 против России от 01 июня 2006 года, «Калашников против России» от 15 июля 2002 года).

С учетом вышеприведенных норм международного права, а также положений Федерального закона от 15 июля 1995 года №103-ФЗ, оборудование камер санитарным узлом без соблюдения требований приватности не может свидетельствовать о соблюдении государством принципа уважения человеческого достоинства, что, безусловно, свидетельствует о нарушении неимущественных прав истца, влекущих на основании статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсацию морального вреда.

Лицо, содержащееся в ИВС в ненадлежащих условиях, в любом случае испытывает нравственные страдания, поэтому факт причинения такому лицу морального вреда предполагается.

Поскольку факт нарушения вышеуказанных требований закона нашел свое подтверждение, исковые требования ФИО1 в данной части подлежат удовлетворению.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает установленные нарушения условий содержания, фактические обстоятельства, при которых был причинен вред (период нахождения в ИВС с ненадлежащими условиями пребывания, характер ненадлежащих условий содержания), степень нравственных и физических страданий истца, особенности его личности, отсутствие каких-либо умышленных действий со стороны должностных лиц ИВС, требования разумности и справедливости, в связи с чем полагает, что заявленная к взысканию истцом сумма компенсации морального вреда является завышенной, взысканию в пользу ФИО1 подлежит компенсация в размере 5000 руб.

Доводы ответчика об отсутствии доказательств причинения истцу физических или нравственных страданий не могут быть приняты во внимание, поскольку содержание в изоляторе в условиях, не соответствующих санитарным нормам, влечет нарушение прав истца, гарантированных законом, и сам по себе факт их наличия объективно доказывает причинение страданий и переживаний в степени, превышающей неизбежный уровень страданий, присущий ограничению прав подозреваемого, обвиняемого.

Согласно требований ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 ст. 125 настоящего кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

При определении размера компенсации морального вреда суд исходит из требований ст. 1101 ГК РФ, в соответствии с которыми размер компенсации морального вреда определяется в зависимости от характера причиненных потерпевшему нравственных страданий, от степени вины причинителя вреда с учетом требований разумности и справедливости, исходя из фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

При определении размера морального вреда суд учитывает степень перенесенных истцом в связи с унижающими его достоинство условиями содержания под стражей нравственных страданий.

В данном случае юридически значимым и достаточным обстоятельством является сам факт содержания истца в ИВС в условиях, не соответствующих установленным нормам, что влечет нарушение его прав, гарантированных законом, и само по себе является достаточным для того, чтобы причинить страдания и переживания в степени, превышающей неизбежный уровень страданий, присущий ограничению свободы, что, в соответствии с упомянутыми выше правовыми нормами, является основанием для удовлетворения исковых требований о взыскании компенсации морального вреда.

При этом суд учитывает, что истцом не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что не обеспечение надлежащих условий содержания повлекло какие-либо тяжкие последствия или причинило вред его здоровью.

Учтено также то, что каких-либо умышленных действий со стороны должностных лиц ИВС ОВД по Залесовскому району не установлено.

Суд учитывает, что ФИО1 ранее неоднократно привлекался к уголовной ответственности, был судим. Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что истцу были известны условия содержания под стражей, он заведомо знал о применяемых в соответствии с законом ограничениях. Многократное совершение преступлений свидетельствует о злоупотреблении правом ФИО1

Также суд учитывает, что в судебном заседании установлено, что большая часть замечаний на условия содержания ФИО1 в периоды его нахождения в ИВС ОВД по Залесовскому району не нашли своего подтверждения.

Судом отклоняются доводы представителя МО МВД России «Заринский» о пропуске истцом установленного срока для обращения в суд с заявленными требованиями, с указанием на то, что истцом заявлены требования о взыскании компенсации морального вреда, которые он обосновывает ненадлежащими условиями содержания в ИВС, а данные требования вытекают из требований об оспаривании действий должностных лиц органов внутренних дел, которые являются государственными органами исполнительной власти.

Одной из целей института исковой давности является обеспечение своевременной защиты прав и законных интересов субъектов гражданских правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных гражданских прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков и третьих лиц, которые не всегда могли бы заранее учесть необходимость собирания и сохранения значимых для рассмотрения дела сведений и фактов.

Требования истца не связаны с установленным законом порядком обжалования действий (бездействия) должностных лиц государственных органов, требование истца о компенсации морального вреда не вытекает из требований об оспаривании действий должностных лиц уголовно-исполнительной системы, следовательно, в данном случае применению подлежат нормы статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой исковая давность не распространяется на требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ.

Согласно п. 7 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», в случае, если требование о компенсации морального вреда вытекает из нарушения личных неимущественных прав и других нематериальных благ, то на него в силу статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность не распространяется, кроме случаев, предусмотренных законом. В случае, когда требование о компенсации морального вреда вытекает из нарушения имущественных или иных прав, для защиты которых законом установлена исковая давность или срок обращения в суд (например, установленные статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации сроки обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора), на такое требование распространяются сроки исковой давности или обращения в суд, установленные законом для защиты прав, нарушение которых повлекло причинение морального вреда.

На основании ст.1069 ГК РФ, вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования

В силу п. 3 ст. 125 ГК РФ, в случаях и в порядке, предусмотренных федеральными законами, указами Президента Российской Федерации и постановлениями Правительства Российской Федерации, нормативными актами субъектов Российской Федерации и муниципальных образований, по их специальному поручению от их имени могут выступать государственные органы, органы местного самоуправления, а также юридические лица и граждане.

Согласно пп. 1 п. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации (далее – БК РФ) главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности.

В силу вышеуказанных положений закона, по искам о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти и их должностными лицами (ст. 1069 ГК РФ), предъявленным к Российской Федерации, надлежащим ответчиком является главный распорядитель бюджетных средств по ведомственной принадлежности.

В соответствии с пп. 100 п. 11 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утв. Утверждено Указом Президента Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 699, МВД России осуществляет функции главного распорядителя и получателя средств федерального бюджета, а также бюджетные полномочия главного администратора (администратора) доходов бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, администратора источников финансирования дефицита федерального бюджета.

С учетом приведенных выше правовых норм надлежащим ответчиком по заявленным истцом исковым требованиям должно являться МВД России, а МО МВД России «Заринский», МО МВД России «Залесовский», Министерство финансов РФ, в данном случае являются ненадлежащими ответчиками, поскольку не являются главными распорядителями средств федерального бюджета, предусмотренных на эти цели.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к МВД России о компенсации морального вреда, связанного с ненадлежащими условиями содержания под стражей удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации (МВД России) в пользу ФИО1, за счет средств казны Российской Федерации, компенсацию морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержания под стражей, в размере 5 000 рублей.

В удовлетворении исковых требований в оставшейся части отказать.

В удовлетворении исковых требований к ответчику МО МВД России «Залесовский», Министерству финансов РФ, МО МВД России «Заринский» отказать.

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения через Заринский городской суд.

Судья М.Н.Чернова