Решение № 2-89/2018 2-89/2018~М-97/2018 М-97/2018 от 22 октября 2018 г. по делу № 2-89/2018

2-89/2018


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

с. Байкит 23 октября 2018 года

Байкитский районный суд Красноярского края в составе:

председательствующего судьи Дозорцева Д.А.,

при секретаре Васильевой Н.И.,

с участием:

представителя истца ФИО5 – ФИО6, действующей на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ,

ответчиков ФИО7 и ФИО8 и их представителя ФИО9, действующего на основании доверенностей от ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковым заявлениям ФИО5 к ФИО7 и к ФИО8 о взыскании денежный средств по договорам займа,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО5 обратилась в суд с иском о взыскании с ФИО7 денежных средств в размере 297 887 рублей, мотивируя тем, что ДД.ММ.ГГГГ она передала ФИО7 в долг 297 887 рублей, которые она обязалась вернуть в следующем порядке:

- 13 550 руб. до ДД.ММ.ГГГГ,

- 28 170 руб. до ДД.ММ.ГГГГ,

- 256 167 руб. в срок до ДД.ММ.ГГГГ.

В подтверждение полученного займа ФИО7 представила расписку, однако свои обязательства по возврату долга не исполнила.

Кроме того, ФИО5 обратилась в суд с иском о взыскании с ФИО8 денежных средств в размере 306 826,70 рублей, мотивируя тем, что ДД.ММ.ГГГГ она передала ФИО8 в долг 269 337 руб., которые последняя, составив расписку, обязалась вернуть в срок до ДД.ММ.ГГГГ, однако возвратила только 10 000 руб. Кроме того, она передала ФИО8 в долг 47 489,70 руб. (что подтверждается распиской), которые последняя обязалась вернуть до ДД.ММ.ГГГГ, однако по настоящее время не возвратила. Общая задолженность составляет 306 826,70 руб. (259 337 + 47 489,70)

Гражданские дела по исковым заявлениям ФИО5 к ФИО7 и к ФИО5 объединены в одно производство.

В судебное заседание истец ФИО5, надлежащим образом уведомленная о времени и месте рассмотрения дела, не явилась, направила в суд представителя.

Представитель ФИО5 – ФИО6 в судебном заседании пояснила, что доводы ответчиков о том, что деньги в заем не передавались, а суммы, указанные в расписках это результат проведенной инвентаризации, неосновательны. Действительно ФИО7 и ФИО8 работали продавцами в магазине <данные изъяты>», принадлежащем ИП ФИО10. Документы, подтверждающие трудовые отношение истец предоставить не может, но данный факт не оспаривает. Инвентаризаций с недостачами, озвученными ответчиками не проводилось. ФИО5 не просто передавала деньги по распискам, у нее с Мастеровой и ФИО8 была договоренность, что последние могут брать из кассы магазина деньги, а также продукцию из магазина в долг и суммы, указанные в расписках накопились не за он день, за исключением расписки ФИО8 на 47489,70 руб., эти деньги она взяла из кассы ДД.ММ.ГГГГ, такая сумма, так как столько денег было в кассе.

Ответчик ФИО8. в судебном заседании исковые требования не признала, пояснила, что денег в займы не получала. В августе 2015 года она устроилась на работу в магазин <данные изъяты> к ИП ФИО10, сначала работала с напарницей ФИО1, в ноябре 2015 г. вместо ФИО1 устроилась продавцом ФИО7 Когда увольнялась ФИО1 производилась ревизия, при которой была выявлена недостача около 4000 рублей. При ревизии в марте 2016 г. ФИО5 установила недостачу в размере 525 000 рублей. Они с ФИО7 очень удивились, так как приход в магазин с ноября 2015 г. по март 2016 г. составил всего около одного миллиона рублей. Значит недостача могла возникнуть до их устройства на работу, а перед их приемом ее не выявили. Стали разбираться, пересчитывать, выяснили, что, например, в приход продавцов, в отличие от предыдущих ревизий, были включены долги населения, находили и другие ошибки, которые могут свидетельствовать о том недостача могла возникнуть до ее (ФИО8) устройства на работу. Товароведом у Куприс на момент ревизий работала ФИО2, которая производила пересчеты. Так и не пришли к выводу о размере недостачи. В июне 2016 г., когда ФИО7 находилась в отпуске, на ее место пришла работать продавцом ФИО4. Проработали три недели, и ФИО10 сообщила, что у них недостача около 94 000 рублей. ФИО4, насколько известно, не стала признавать это и писать расписку. Примерно с начала июля 2018 г., она (ФИО8) уже фактически не работала в магазине <данные изъяты> и собиралась улетать в Красноярск, ей позвонила ФИО5 и позвала в магазин. В магазине ФИО10 попросила написать расписки, за недостачу от марта 2016 г. и за недостачу с ФИО4, сказав, что так, после увольнения ФИО8 ей (ФИО10) будет спокойнее, а потом они еще вернутся к вопросу о правильности инвентаризации. При этом, уговаривая написать расписки, ФИО10 поясняла, что в противном случае «подключит все свои связи», а если будет расписка, они позже, разберутся с инвентаризацией и пересчитают какова на самом деле недостача, если она была. Поэтому она написала расписку на 269337 руб., при этом ФИО10 сразу удержала из ее заработной платы 10 000 руб., поэтому написала на обороте, что эта сумма возвращена, расписку на 47 489,7 руб. она написала так как ей вменили недостачу с ФИО4, поделив ее пополам. В долг у ФИО10 как правило можно было брать продукты под заработную плату (около 20 000 руб. в месяц), на сумму до 10 000 рублей в месяц, которая удерживалась из зарплаты.

Ответчик ФИО7 в судебном заседании исковые требования не признала, пояснила, что денег взаймы не получала. Стала работать в магазине ИП ФИО10 с ДД.ММ.ГГГГ Заключили договор о полной коллективной (с продавцом ФИО8) материальной ответственности. В марте 2016 г. с их участием и участием товароведа ФИО2 была произведена ревизия, по результатам которой им сначала объявили о недостаче 300 000 рублей, потом нашли еще 100 000 руб., затем нашли еще, в итоге объявили о недостаче около 500 000 руб. После этого из заработной платы стали удерживать по 10 000 рублей, за март-апрель удержали 20 000 руб. При этом ФИО10 постоянно заверяла, что еще будут разбираться по сумме недостачи. В июне 2016 г. она (ФИО7) ушла в отпуск и на ее место приняли продавца ФИО4. Насколько ей (Мастеровой) известно, у ФИО4 с ФИО8 также выявили недостачу. После отпуска, вначале июля 2016 г. она вышла на работу, а ФИО8 уволилась. Она (ФИО7) проработала в магазине ИП ФИО10 до октября 2016 г., затем уволилась. В трудовой книжке отметок о работе не делалось, у нее остался трудовой договор и договор о полной материальной ответственности. В марте 2017 года, когда она была на последнем месяце беременности и не работала у ФИО10, последняя ее позвала и попросила написать расписку на сумму недостачи, в противном случае она угрожала «своими связями». Так как она (ФИО7) не была согласна с суммой недостачи, ФИО10 заверила ее, что эта расписка только для нее, а они позже разберутся суммой недостачи. Она (ФИО7), поверив ФИО10, не желая, будучи на последнем месяце беременности нервничать, решила написать расписку, а потом еще разбираться по недостаче.

Представитель ответчиков ФИО8 и ФИО7, ФИО9 в судебном заседании поддержал доводы доверителей, представил письменные возражения, согласно которым истец со своим супругом вынудили ответчиц написать расписки, в связи с якобы обнаруженными недостачами. Все расписки, написанные ответчицами являются безденежными. Новация в данном случае не была возможна, так как предыдущее обязательство не оформлено, каких либо актов ревизии не имеется. В соответствии со ст. 392 Трудового кодекса РФ срок исковой давности по искам работодателей к работникам составляет 1 год, в данном случае пропущен.

Допрошенная по ходатайству ответчиков в качестве свидетеля ФИО2 в судебном заседании пояснила, что она работала товароведом по гражданско-правовому договору у ИП ФИО10, принимала товар и отпускала товар со склада в магазин, ежедневно забирала деньги из кассы. События она уже помнит плохо. ФИО8 и ФИО7 устроились в магазин продавцами, когда она уже работала. Ревизии в магазине производились как правило до зимника, это октябрь-ноябрь и после, в марте-апреле. В период ее работы, в 2015 году, продавцом в магазин устроились, сначала ФИО8, затем ФИО7. Результаты ревизий при данных продавцах она уже не помнит, не исключает, что у Мастеровой и ФИО8 могла быть выявлена недостача около 500 000 рублей, хотя не помнит это точно. О каких-либо договоренностях между ИП ФИО10 с Мастеровой или ФИО8 о том, что они могут занимать деньги, забирая их из кассы, ей неизвестно, так как она ежедневно забирала деньги, таких случаев не было. Обычно продавцы, по договоренности могли брать продукты в долг на сумму в пределах месячной зарплаты.

Допрошенная в качестве свидетеля по ходатайству представителя истца ФИО3 пояснила, что в настоящее время она работает у ИП ФИО10 продавцом и товароведом в магазине <данные изъяты>. С лета 2016 г. начинала она работать товароведом, после ФИО2, когда в магазине работали ФИО8 и ФИО7. Она ежедневно принимала у продавцов деньги из кассы, о том, что из кассы, по договоренности с ФИО10 могли занимать деньги продавцы, ей ничего неизвестно. Сначала уволилась ФИО8, ФИО7 проработала до октября 2016 г. и после ее увольнения она (ФИО11) стала работать товароведом и продавцом. В марте 2017 г., когда она находилась в магазине, приходила к ФИО10 ФИО7 и, без какого-либо давления писала какую-то расписку. При этом она (ФИО11) передачи денег от ФИО10 Мастеровой не видела. После того как Мастеровой написала расписку и ушла, ФИО10 пояснила, что ФИО7 ранее брала деньги из кассы и товары, осталась должна, поэтому написала расписку.

Выслушав, стороны, свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований.

В соответствии с ч. 1 ст. 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа).

На основании с ч. 1 ст. 808 ГК РФ договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда.

В соответствии с ч. 1 ст. 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа. В случаях, когда срок возврата договором займа не установлен или определен моментом востребования, сумма займа должна быть возвращена заемщиком в течение тридцати дней со дня предъявления займодавцем требований об этом, если иное не предусмотрено договором.

По смыслу статьи 408 ГК РФ, нахождение долговой расписки у займодавца подтверждает неисполнение денежного обязательства со стороны заемщика, если им не будет доказано иное.

В силу ст. 808 ГК РФ заемщик вправе доказывать, что предмет договора займа в действительности не поступил в его распоряжение или поступил не полностью (оспаривание займа по безденежности) (ч. 1). Если договор займа должен быть совершен в письменной форме (статья 808), оспаривание займа по безденежности путем свидетельских показаний не допускается, за исключением случаев, когда договор был заключен под влиянием обмана, насилия, угрозы или стечения тяжелых обстоятельств, а также представителем заемщика в ущерб его интересам. (ч. 2). В случае оспаривания займа по безденежности размер обязательств заемщика определяется исходя из переданных ему или указанному им третьему лицу сумм денежных средств или иного имущества. (ч. 3).

При этом такой способ защиты ответчиком может применяться без предъявления искового требования о признании договора незаключенным (как например о недействительности сделки на основании ч. 2 ст.174, 179 ГК РФ). Безденежность договора свидетельствует о незаключенности договора.

В обоснование своих исковых требований к ФИО7 истец ФИО5 представила расписку от ДД.ММ.ГГГГ, в которой указано, что ФИО7 взяла в долг деньги в сумме 297 887 рублей у ФИО5, обязуется оплатить долг в следующем порядке: 13 550 руб. – до ДД.ММ.ГГГГ, 28 170 руб. – до ДД.ММ.ГГГГ, 56 167 руб. – до ДД.ММ.ГГГГ.

В обоснование исковых требований к ФИО8 истец ФИО5 представила:

- расписку от ДД.ММ.ГГГГ, в которой указано, что ФИО8 взяла в долг деньги в сумме 47 489,70 рублей у ФИО5 до ДД.ММ.ГГГГ,

- расписку от ДД.ММ.ГГГГ, в которой указано, что ФИО8 взяла в долг деньги в сумме 269 337 руб. рублей у ФИО5 до ДД.ММ.ГГГГ,

При этом на оборотной стороне расписки на сумму 269 337 руб. указано «ДД.ММ.ГГГГ возврат долга в размере 10 000 р., имеется подпись ФИО10.

Из показания свидетеля ФИО3 следует, что ФИО7 денежных средств взаймы, непосредственно ДД.ММ.ГГГГ при написании расписки не получала. Представитель истца, утверждающая, что ФИО7 занимала деньги, беря их из кассы, а также продукты, также не смогла представить логичную и правдоподобную версию, почему договоренность ФИО10 и ФИО12 была в период работы последней, а расписку с Мастеровой потребовали спустя продолжительное время после увольнения последней. Вместе с тем тот факт, что ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ не заключала договор займа, то есть деньги ей в этот день не передавались, подтверждается и пояснениями представителя истца. ФИО8 также написала расписку при расторжении трудовых отношений с ФИО5

Из показаний свидетелей ФИО3 и ФИО2, которые работали товароведами в период работы ответчиков и постоянно забирали деньги из кассы, следует, что версия представителя истца о том, что долг образовался, так как ответчики ФИО7 и ФИО8 по согласованию с истцом, занимали наличные деньги из кассы, не находит объективного подтверждения.

Свидетель ФИО2 не исключила выявление недостачи, о которой говорят ответчики.

Ответчик ФИО7 представила договор о полной коллективной материальной ответственности от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный ИП ФИО13 и работниками ФИО7 и ФИО8, Истцом наличие такого договора не оспаривается.

При таких обстоятельствах, давая оценку представленным доказательствам, суд приходит к выводу, что в период работы у ИП ФИО10 продавцов Мастеровой и ФИО8 проводились инвентаризации, которые надлежащим образом не оформлялись (истец отрицает наличие актов), по мнению истца у Мастеровой была выявлена недостача один раз, а у ФИО8 два. До конца оформить результаты инвентаризации истец по каким-то причинам не пожелала или не смогла, поэтому путем обмана уговорила ответчиц написать расписки о том, что они якобы взяли деньги взаем, пообещав им позже разобраться с инвентаризациями, чего не было сделано, акты, позволяющие установить истинную картину результатов инвентаризаций, надлежащим образом составлены не были.

Представитель истца в судебном заседании пояснила, что денежные средства, указанные в расписках Лепешкиной от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 269337 руб. и Мастеровой от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 297 887 руб. в день написании расписок им не выдавались, ответчики ранее, по разрешению истца забирали деньги из кассы в течение некоторого времени, а затем писали расписки.

Представитель истца не смогла представить внятную версию, почему в один день ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 написала две расписки и по одной еще вернула 10 000 руб. При этом представитель пояснила, что сумма, указанная в одной из расписок (на 47 489 руб.) была получена в этот день ФИО8 из кассы полностью. Однако, учитывая изложенное, суд принимает показания ФИО8 о том, что вторая расписка была написана ею в связи с недостачей, около 94 000 руб., предъявленной ей за период работы с продавцом ФИО4. Сама сумма, указанная в расписке «47489,7 (сорок семь тысяч четыреста восемьдесят девять рублей, семь копеек» подтверждает пояснения ФИО8

Каких-либо логичных и правдоподобных объяснений, для чего истец могла занимать, без процентов) крупные суммы денег, многократно превышающие их заработную плату своим продавцам, при этом разрешая им забирать большую часть оборотных средств магазина, и не оформляя займы своевременно, перед передачей денег или непосредственно при передаче, истцом не представлено. Кроме того, свидетели ФИО3 и ФИО2, работавшие товароведами и забиравшие ежедневно деньги из кассы, ничего про такие договоренности не слышали, факты получения ответчиков займов из кассы, не подтвердили, а исключили эту возможность, так как они ежедневно забирали деньги из кассы и должны были знать о займах.

Истец не лишена возможности заявить исковые требования о взыскании недостачи, однако не делает этого. Довод представителя ответчика о применении годичного срока исковой давности неоснователен, так как основанием иска не являются трудовые отношения.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о безденежности договором займов между ФИО10 и Лепешкиной от ДД.ММ.ГГГГ и договора займа от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО10 и Мастеровой, а значит о незаключенности указанных договоров займа.

Так как, указанные в исковых заявлениях денежные средства в заем истцом ответчикам не передавались, оснований для удовлетворения исковых требований не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО5 к ФИО7 о взыскании задолженности по договору займа в сумме 297 887 рублей и ФИО8 взыскании задолженности по договорам займа в сумме 306 826 рублей 70 копеек, - отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд в апелляционном порядке в течение месяца со дня вынесения в окончательной форме.

Председательствующий Дозорцев Д.А.

Резолютивная часть решения объявлена ДД.ММ.ГГГГ.

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.