Решение № 2-179/2019 2-179/2019~М-163/2019 М-163/2019 от 8 декабря 2019 г. по делу № 2-179/2019

Дело №

УИД 46RS0№-59


РЕШЕНИЕ

ИФИО1

Пос. Касторное 09 декабря 2019 года

Касторенский районный суд <адрес> в составе:

председательствующего судьи Вялых М.В.,

при секретаре ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3 о признании права собственности на ? долю жилого дома и ? долю земельного участка, по встречному иску ФИО3 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения доли жилого дома,

у с т а н о в и л :

ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО3 о государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество - ? долю жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, дом. 43.

Впоследствии ФИО2 исковые требования уточнила, просила признать за ней право собственности на ? долю жилого дома и ? долю земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>, дом. 43.

ФИО3 обратился в суд со встречным иском к ФИО2 о признании недействительным договора дарения доли жилого дома от ДД.ММ.ГГГГ, полагая, что данный договор заключен им под влиянием заблуждения, а также полагая его притворной сделкой.

В судебном заседании истец (ответчик по встречному иску) ФИО2 и ее представитель ФИО8 уточненные исковые требования поддержали в полном объеме, пояснив, что по договору дарения от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенного нотариусом Касторенского нотариального округа <адрес> по реестру №, ответчик ФИО3 подарил ФИО2 ? долю спорного дома. На момент заключения договора дарения она являлась несовершеннолетней, в ее интересах выступала ее мама ФИО7 Своевременно они не зарегистрировали надлежащим образом право собственности на подаренное имущество. Желая зарегистрировать в установленном законом порядке свое право собственности на ? долю спорного дома, ФИО2 обратилась в Управление Росреестра по <адрес>, где государственная регистрация ее права была приостановлена в связи с отсутствием сведений об отчуждении ФИО3 доли земельного участка, на котором расположена подаренная доля жилого дома. Просили признать за ФИО2 право собственности на ? долю спорного жилого дома, а также, ссылаясь на ст. 35 ЗК РФ, ст. 273 ГК РФ, полагали, что переход права на долю дома повлек за собой переход права и на соответствующую долю земельного участка, на котором расположен жилой дом, и поскольку при заключении договора дарения судьба земельного участка не была разрешена, просили признать за ФИО2 право собственности на ? долю спорного земельного участка.

Встречный иск ФИО3 не признали, просили в его удовлетворении отказать, возражая против доводов ФИО3 о притворности сделки, о наличии в договоре условия встречной передачи права либо встречного обязательства (ч. 1 ст. 572 ГК РФ), полагали спорный договор дарения соответствующим требованиям закона. А также просили о применении срока исковой давности, полагая что ФИО3 такой срок для обращения в суд с требованием о признании недействительным договора дарения пропущен.

Третье лицо ФИО7 в судебном заседании, полагая заявленные ФИО2 исковые требования обоснованными, просила их удовлетворить, в удовлетворении встречного иска ФИО3 просила отказать.

Ответчик (истец по встречному иску) ФИО3 в судебное заседание не явился, о месте и времени слушания дела извещен надлежащим образом, указал, что возражает против заявленных ФИО2 исковых требований (письменных возражений не представил), свои исковые требования поддерживает, заявил ходатайство об отложении слушания дела в связи с занятостью на работе, в удовлетворении которого судом отказано.

С учетом положений ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие ответчика ФИО3

Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 8 ГК РФ, гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

В силу ч. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В силу ч. 2 ст. 223 ГК РФ в случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом.

Согласно п. 1 ст. 235 ГК РФ право собственности прекращается при отчуждении собственником своего имущества другим лицам, отказе собственника от права собственности, гибели или уничтожении имущества и при утрате права собственности на имущество в иных случаях, предусмотренных законом.

Подпунктом 5 пункта 1 статьей 1 Земельного кодекса Российской Федерации закреплен принцип единства судьбы земельного участка и прочно связанных с ним объектов, согласно которому все прочно связанные с земельным участком объекты следуют судьбе земельного участка.

В силу пункта 4 статьи 35 Земельного кодекса Российской Федерации, не допускается отчуждение земельного участка без находящихся на нем зданий, строений, сооружений в случае, если они принадлежат одному лицу. Данные положения закона означают, что при отчуждении права собственности на здание, строение, сооружение одновременно должны передаваться права и на соответствующий земельный участок. Отчуждение доли в праве собственности на здание, строение, сооружение, находящиеся на земельном участке, принадлежащем на праве собственности нескольким лицам, влечет за собой отчуждение доли в праве собственности на земельный участок, размер которой пропорционален доле в праве собственности на здание, строение, сооружение.

В соответствии с пунктом 1 статьи 35 Земельного кодекса Российской Федерации при переходе права собственности на здание, строение, находящееся на чужом земельном участке, к другому лицу, оно приобретает право на использование соответствующей части земельного участка, занятой зданием, строением, сооружением и необходимой для их использования, на тех же условиях и в том же объеме, что и прежний собственник.

Таким образом, принцип следования земельного участка за прочно связанным с ним объектом недвижимости, исходя из смысла вышеуказанных норм, заключается в обеспечении возможности использования здания, строения или сооружения в соответствии с их назначением. Сбалансированность и соразмерность защиты прав и законных интересов собственника объекта недвижимости по его использованию заключается в предоставлении прав пользования земельным участком, расположенным не только под зданием, строением или сооружением, но и рядом с ним.

Пунктом 1 ст. 273 ГК РФ закреплен принцип единства судьбы земельных участков и прочно связанных с ними объектов недвижимости, провозглашенный ЗК РФ, в соответствии с этими нормами при переходе права собственности на здание или сооружение, принадлежавшее собственнику земельного участка, на котором оно находится, к приобретателю здания или сооружения переходит право собственности на земельный участок, занятый зданием или сооружением и необходимый для его использования, если иное не предусмотрено законом.

Судом установлено, никем из сторон не оспаривается и подтверждается материалами дела, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ФИО2 (интересы которой в связи с несовершеннолетием представляла ее мать ФИО7) заключен договор дарения ? доли жилого дома по адресу: <адрес>, дом. 43, удостоверенный нотариусом Касторенского нотариального округа <адрес> по реестру №.

Ранее указанный жилой дом принадлежал на праве общей совместной собственности ФИО3 и ФИО7 (третье лицо по делу) на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ (свидетельство о регистрации права от ДД.ММ.ГГГГ серии 46-АВ №, регистрационный №). По нотариальному соглашению об определении долей от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 и ФИО7 принадлежало по ? доле указанного дома.

Разрешая требования ФИО2 о признании права собственности на долю жилого дома и долю земельного участка, суд исходит из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Согласно ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В данном случае договор дарения спорного земельного участка заключен сторонами в письменной форме, нотариально удостоверен, между сторонами согласованы существенные условия договора: предмет, порядок передачи имущества, воля дарителя.

Согласно п. 7 договора дарения отчуждение ? доли жилого дома считается переданным с момента подписания договора и данное условие имеет силу передаточного акта.

На момент заключения договора дарения ФИО2 была зарегистрирована и постоянно проживала в указанном жилом доме.

Согласно ч. 1 ст. 425 ГК РФ договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения.

В силу ч. 2 ст. 433 ГК РФ, если в соответствии с законом для заключения договора необходима также передача имущества, договор считается заключенным с момента передачи соответствующего имущества (статья 224).

Поскольку договор дарения предусматривал условия передачи дара, то применительно к положениям ст. 574 ГК РФ договор следует считать заключенным с момента такой передачи.

Таким образом, подаренный объект недвижимости был принят, и фактическое исполнение условий договора имело место в день его подписания ДД.ММ.ГГГГ. Однако, приняв дар в виде спорной ? доли жилого дома, в установленном законом порядке право собственности на нее сразу не оформляла, поскольку являлась несовершеннолетней.

В соответствии с ч. 1 ст. 131 ГК РФ право собственности на недвижимые вещи подлежит государственной регистрации в Едином государственном реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней.

Согласно условиям договора дарения, право собственности на подаренное имущество переходит к Одаряемой с момента государственной регистрации перехода права собственности (п. 8), что согласуется с положениями п. 3 ст. 574 ГК РФ, согласно которым договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

При обращении с целью регистрации права в службу государственной регистрации, кадастра и картографии в 2019 году ФИО2 получила уведомление о приостановлении государственной регистрации.

Из уведомления о приостановлении государственной регистрации № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что государственная регистрация доли в праве общей долевой собственности за ФИО2 на жилой дом, расположенный по адресу: Россия, <адрес>, дом. 43, приостановлена в связи с отсутствием сведений об отчуждении ФИО3 доли в принадлежащем ему земельном участке, то есть в связи с тем, что при заключении договора дарения не была разрешена судьба земельного участка.

После передачи владения недвижимым имуществом одаряемому, но до государственной регистрации права собственности одаряемый является законным владельцем этого имущества и имеет право на защиту своего владения на основании статьи 305 ГК РФ. В то же время одаряемый не вправе распоряжаться полученным им во владение имуществом, поскольку право собственности на это имущество до момента государственной регистрации сохраняется за дарителем.

Таким образом, ФИО2 в настоящее время лишена возможности зарегистрировать право собственности на подаренное имущество по независящим от нее обстоятельствам – произвести в установленном законом порядке государственную регистрацию своего права собственности на принадлежащее ей, как новому владельцу имущество, препятствует отсутствие сведений об отчуждении земельного участка.

Согласно разъяснениям, изложенным в п.п. 58-59 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № от ДД.ММ.ГГГГ «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» лицо, считающее себя собственником находящегося в его владении недвижимого имущества, право на которое зарегистрировано за иным субъектом, вправе обратиться в суд с иском о признании права собственности. Если иное не предусмотрено законом, иск о признании права подлежит удовлетворению в случае представления истцом доказательств возникновения у него соответствующего права.

Заключая ДД.ММ.ГГГГ договор дарения и передавая в дар ФИО2 принадлежащую ему ? долю спорного жилого дома, ФИО3, распорядившись таким образом своим имуществом в виде ? доли спорного жилого дома, в силу ст. 235 ГК РФ с этого момента утратил свое право собственности на данное имущество, и его право собственности подлежит прекращению с этого момента, в то время как ФИО2 в силу положений ст.ст. 218, 425, 433 ГК РФ приобрела право собственности на указанное подаренное ей имущество, и ее требования в части признания права собственности на ? долю спорного жилого дома, при установлении судом того, что единственным препятствием регистрации ее права собственности является отсутствие сведений об отчуждении земельного участка, подлежат удовлетворению.

Исковые требования ФИО2 в части признания права собственности на ? долю спорного земельного участка суд также считает обоснованными и подлежащими удовлетворению, исходя из следующего.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что подаренная ФИО3 ФИО2 по договору дарения от ДД.ММ.ГГГГ ? доля жилого дома по адресу: <адрес>, дом. 43, расположена на земельном участке площадью 1351 кв. м, кадастровый №, относящийся к категории земель населенных пунктов, предназначенный для ведения личного подсобного хозяйства, расположенный по адресу: ФИО1, <адрес>, ? доля которого принадлежит ФИО3 на основании договора купли-продажи жилого дома с приусадебным земельным участком от ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрированного Учреждением юстиции по государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним на территории <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ.

На основании вышеизложенного и в силу вышеприведенных положений ст. ст. 1, 35 ЗК РФ, 273 ГК РФ при переходе права на ? долю спорного жилого дома к ФИО2 земельный участок следовал судьбе строения, следовательно к новому собственнику строения перешло то право на земельный участок, которое было у собственника ? доли жилого дома, то есть право собственности на часть земельного участка. Переход права на строение к другому собственнику предполагал прекращение прав прежнего собственника на земельный участок, занятый строением и необходимый для его использования, независимо от того, заключался ли между сторонами договор дарения земельного участка, и было ли это оговорено в дарения доли жилого дома. Владение частью дома без владения частью участка, на которой располагается дом, невозможно, равно как и невозможно распоряжение земельным участком без строения.

Таким образом, ФИО3 после отчуждения доли жилого дома в пользу ФИО2 в результате заключения договора дарения утратил право собственности на соответствующую долю земельного участка, на котором расположен жилой дом.

Учитывая положения действующего законодательства, размер спорного земельного участка (соответствующий Правилам землепользования и застройки МО «<адрес>», утвержденным решением Собрания депутатов поселка <адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ), вид его разрешенного использования, его расположение и назначение, суд приходит к выводу об удовлетворении иска ФИО2 в данной части.

Разрешая исковые требования ФИО3 о признании недействительным договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, суд приходит к выводу об отказе в их удовлетворении по следующим основаниям.

Суд не может принять во внимание доводы ФИО3 о притворности сделки по основаниям п. 2 ч. 1 ст. 572 и ч. 2 ст. 170 ГК РФ, поскольку из договора дарения доли жилого дома от ДД.ММ.ГГГГ следует, что даритель ФИО3 безвозмездно передал в собственность одаряемой ФИО2 (на момент заключения договора – ФИО6) ? долю в праве общей долевой собственности жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, дом. 43.

Согласно п. 2 ч. 1 ст. 572 ГК РФ при наличии встречной передачи вещи и права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные п. 2 ст. 170 настоящего Кодекса.

В силу ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор).

К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре.

На основании ст. 422 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Спорным договором дарения сохранено право ФИО3 на проживание и пользование жилым помещением, отчужденным на условиях дарения ФИО2 Вместе с тем, включение в договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ пункта 4 о сохранении права пожизненной прописки и проживания ФИО3 не свидетельствует о встречном предоставлении, договор дарения не становится возмездным от встречного предоставления права проживания, которое носит символический характер. Право дарителя на проживание в отчуждаемом им по договору дарения жилом помещении может являться встречным предоставлением, если сама по себе передача жилого помещения в дар поставлена в зависимость от этого предоставления. В рассматриваемом споре право ФИО3 на проживание является элементом договора о безвозмездном пользовании имуществом, не являясь при этом встречным предоставлением. Таким образом, имеет место ситуация, когда в одном договоре содержатся элементы двух договоров, а поэтому договор дарения не противоречит требованиям действующего законодательства.

Доказательств того, что целью заключения спорного договора дарения был не переход права к ФИО2, а вывод имущества, приобретенного в период брака из состава совместно нажитого имущества, подлежащего разделу при разводе, суду не представлено, доводы ФИО3 в этой части ничем не подтверждены, расторжение брака между ФИО3 и ФИО7 последовало спустя почти 10 лет после заключения договора дарения.

Не свидетельствуют об этом и представленные ФИО3 квитанции об уплате коммунальных платежей, поскольку условиями договора предусмотрено сохранение за ним права проживания в спорном жилом доме, а, следовательно, он мог нести обязанность по оплате коммунальных услуг при пользовании жилым домом.

Напротив, как пояснила в судебном заседании третье лицо ФИО7, дарение доли жилого дома ФИО2 являлось добровольным волеизъявлением ФИО3, что также следует и из других исследованных судом доказательств, а также свидетельствуют об этом те обстоятельства, что договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ не оспаривался ФИО3 более 10 лет, добровольно совместно с ФИО2 в октябре 2019 года передал договор дарения на регистрацию, и требование о признании его недействительным было заявлено ФИО3 только после увеличения требований ФИО2 требованием о признании права собственности на долю земельного участка.

Кроме того, ФИО2 и ее представителем заявлено о пропуске срока исковой давности по заявленным ФИО3 требованиям.

В соответствии со ст. 195 ГК РФ, исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Как разъяснено в п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абз. 2 п. 2 ст. 199 ГК РФ).

Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 101 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», для требований сторон ничтожной сделки о применении последствий ее недействительности и о признании такой сделки недействительной установлен трехлетний срок исковой давности, который исчисляется со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, то есть одна из сторон приступила к фактическому исполнению сделки, а другая - к принятию такого исполнения (п. 1 ст. 181 ГК РФ).

Как следует из содержания оспариваемого договора дарения, отчуждение ? доли жилого дома считается переданным с момента подписания договора и данное условие имеет силу передаточного акта (п. 8); оспариваемый договор дарения заключен с соблюдением требований законодательства, удостоверен в нотариальном порядке, при отсутствии данных, которые бы препятствовали дарителю понимать значение совершаемых им действий, руководить ими. Изложенное свидетельствует о том, что подаренный объект недвижимости был принят, и фактическое исполнение условий договора имело место в день его подписания – ДД.ММ.ГГГГ, и именно с указанной даты начал течь давностный срок по заявленным требованиям.

В соответствии со ст. 205 ГК РФ в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности.

Обращение ФИО3 в суд с требованием о признании договора дарения недействительным имело место ДД.ММ.ГГГГ, то есть за пределами трехгодичного срока, предусмотренного п. 1 ст. 181 ГК РФ. Более того, такое требование ФИО3 заявлено спустя более 10 лет с момента заключения спорного договора дарения и только после увеличения требований ФИО2 требованием о признании права собственности на долю земельного участка.

При таких обстоятельствах суд не усматривает оснований для восстановления срока исковой давности, и помимо вышеизложенного, приходит к выводу об отказе ФИО3 в иске в связи с пропуском срока исковой давности по заявленным требованиям.

В силу ст. ст. 98, 103 ГПК РФ, ст. 333.19 НК РФ с ФИО3 подлежат взысканию: в пользу ФИО2 судебные расходы по оплате госпошлины в размере 6480 рублей, в доход бюджета МО «<адрес>» государственная пошлина в сумме 4409 рублей 90 коп.

Руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

Уточненные исковые требования ФИО2 к ФИО3 о признании права собственности на ? долю жилого дома и ? долю земельного участка удовлетворить.

Признать за ФИО2 право собственности на ? долю жилого дома с кадастровым номером 46:08:220103:1017, общей площадью 60,4 кв. м, расположенного по адресу: ФИО1, <адрес>.

Признать за ФИО2 право собственности на ? долю земельного участка площадью 1351 кв. м, кадастровый №, относящийся к категории земель населенных пунктов, предназначенный для ведения личного подсобного хозяйства, расположенный по адресу: ФИО1, <адрес>.

В удовлетворении встречных исковых требований ФИО3 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения доли жилого дома отказать.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО2 судебные расходы по оплате государственной пошлины в сумме 6480 (шесть тысяч четыреста восемьдесят) рублей 00 коп.

Взыскать с ФИО3 в доход бюджета МО «<адрес>» государственную пошлину в сумме 4409 (четыре тысячи четыреста девять) рублей 90 коп.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Курский областной суд через Касторенский районный суд <адрес> в течение месяца со дня составления решения в окончательной форме.

Судья:

Копия верна:

Судья: М.В. Вялых