Решение № 2-1842/2019 2-1842/2020 2-1842/2020~М-699/2020 М-699/2020 от 14 мая 2020 г. по делу № 2-1842/2019

Дело №2-1842/2019

УИД 75RS0001-02-2020-000860-67


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Чита 15 мая 2020 года

Центральный районный суд г. Читы в составе:

председательствующего судьи Гусмановой И.С.,

при секретаре Шекуновой Н.М.,

с участием:

истца ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6, действующего в интересах несовершеннолетних ФИО2, ФИО3 к ФИО4, Читинскому региональному филиалу АО «Россельхозбанк», Управлению Росреестра по Забайкальскому краю о признании недействительным договора залога, аннулировании записи в ЕГРН об ограничении права на жилое помещение,

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в суд с вышеуказанным иском, мотивируя следующим. Он является отцом и законным представителем несовершеннолетних детей ФИО2, ФИО3, проживающих совместно с родителями по адресу: <адрес>. Матерью детей является ФИО5 ФИО4

В 2014 г. ООО «СибСтройКом» (руководителем и единственным участником которого являлась ФИО4) заключило кредитный договор с АО «Россельхозбанк» на сумму 15 000 000 руб. на пополнение оборотных средств предприятия.

В обеспечение исполнения обязательств по договору в ноябре 2015 г. ФИО4 заключила договор залога (ипотеки), по которому передала в залог АО «Россельхозбанк» принадлежащую ей трехкомнатную квартиру по адресу: <адрес>.

На момент совершения сделки в данной квартире проживали и были зарегистрированы несовершеннолетние дети истца и ФИО5.

Полагая данную сделку нарушающей права и интересы несовершеннолетних детей, нарушающей их жилищные права, поскольку иного жилья дети не имеют, совершенной с целью заведомо противной основам правопорядка и нравственности, а, следовательно, ничтожной, истец просил признать недействительным договор залога жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, заключенный между ФИО4 и АО «Россельхозбанк», аннулировать запись в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним об ограничении права (ипотеке) на вышеуказанное жилое помещение.

В ходе предварительного судебного заседания истец подержал исковые требования по основаниям, изложенным в исковом заявлении, по доводам ФИО5 АО «Россельхозбанк» о пропуске срока исковой давности пояснил, что дети не знали о нарушении своих прав в силу несовершеннолетнего возраста, не могли самостоятельно защищать свои права и интересы в суде. Поэтому срок исковой давности не пропущен.

Представитель ФИО5 АО «Россельхозбанк» ФИО9, действующий на основании доверенности, ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие, о месте и времени судебного заседания извещен. Исковые требования ФИО6 не признал, завив о пропуске ФИО5 срока исковой давности. Как указал, представитель ФИО5, истцу стало известно о нарушении своего права ДД.ММ.ГГГГ в день предоставления ФИО6 своей супруге ФИО4 согласия на передачу в залог АО «Россельхозбанк» спорной квартиры, а также при заключении дополнительного соглашения № от ДД.ММ.ГГГГ о внесении изменений и дополнений к договору № об открытии кредитной линии от ДД.ММ.ГГГГ, так как генеральным директором ООО «СибСтройКом» и лицом, подписавшим дополнительное соглашение являлся ФИО6 Таким образом, ФИО6 знал о заключенной сделке и мог предвидеть наступление последствий, связанных с отчуждением указанной квартиры в случае обращения взыскания на предмет залога в судебном порядке, в связи с чем мог предъявить исковые требования в течение трехлетнего срока, начиная с ДД.ММ.ГГГГ. Доводы истца о нарушении оспариваемой сделкой прав несовершеннолетних детей, на том основании, что не было получено разрешение органа опеки и попечительства на заключение договора, являются необоснованными. Нормы ст. 292 ГК РФ и разъяснения Конституционного Суда РФ относятся исключительно к отчуждению имущества детей, находящихся под опекой и попечительством, либо имущества, которое принадлежит на праве собственности несовершеннолетним детям, и не относятся к отчуждению собственниками жилого помещения, не принадлежащего несовершеннолетним членам его семьи. Из толкования п. 4 ст. 292 ГК РФ следует, что согласие органов опеки и попечительства на отчуждение жилого помещения, в котором проживает несовершеннолетний, требуется в случае, когда он находится под опекой либо попечительством, либо, когда он остался без родительского попечения, о чем известно органу опеки и попечительства. Как собственник спорного жилого помещения, ФИО4 распорядилась им по своему усмотрению, при этом согласия органа опеки и попечительства не требовалось, поскольку несовершеннолетним детям, проживающим в спорной квартире, в какой-либо доле спорное жилое помещение не принадлежит, и ФИО4 действий по уменьшению имущества несовершеннолетних не совершала. Кроме того, залог, обеспечивающий обязательства из кредитного договора, не является сделкой по отчуждению жилого помещения и не влечет безусловного отчуждения недвижимого имущества при условии надлежащего исполнения заемщиком основного обязательства. Просил отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

ФИО5 ФИО4 в судебное заседание не явилась, о месте и времени рассмотрения искового заявления извещена надлежаще.

ФИО5 службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Забайкальскому краю (далее – Управление Росреестра по Забайкальскому краю) в лице представителя по доверенности ФИО10, ходатайствовало о рассмотрении дела в отсутствие своего представителя, о месте и времени судебного заседания извещено. Просило отказать в удовлетворении исковых требований, заявленных к ФИО5, как к ненадлежащему ФИО5, поскольку не является стороной оспариваемого договора, а осуществляет государственную регистрацию права и государственный кадастровый учет на основании вступивших в законную силу судебных актов.

В соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), суд рассмотрел дело в отсутствие ФИО5, извещенных о месте и времени судебного заседания.

Выслушав истца, изучив материалы дела, доводы ФИО5, суд приходит к следующему.

В силу ст. 153 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с пунктом 1 статьи 64 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ), защита прав и интересов детей возлагается на их родителей.

В соответствии со ст. 65 СК РФ, родительские права не могут осуществляться в противоречии с интересами детей. Обеспечение интересов детей должно быть предметом основной заботы их родителей.

В силу пункта 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

По правилам статьи 169 ГК РФ сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные статьей 167 ГК РФ. В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 85 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", согласно ст. 169 ГК РФ сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна.

В качестве сделок, совершенных с указанной целью, могут быть квалифицированы сделки, которые нарушают основополагающие начала российского правопорядка, принципы общественной, политической и экономической организации общества, его нравственные устои. К названным сделкам могут быть отнесены, в частности, сделки, направленные на производство и отчуждение объектов, ограниченных в гражданском обороте (соответствующие виды оружия, боеприпасов, наркотических средств, другой продукции, обладающей свойствами, опасными для жизни и здоровья граждан, и т.п.); сделки, направленные на изготовление, распространение литературы и иной продукции, пропагандирующей войну, национальную, расовую или религиозную вражду; сделки, направленные на изготовление или сбыт поддельных документов и ценных бумаг; сделки, нарушающие основы отношений между родителями и детьми.

Как установлено судом и подтверждено материалами дела, ФИО4 является собственником жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, что подтверждено свидетельством о государственной регистрации права от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.____).

В данном жилом помещении проживают истец ФИО6 с супругой ФИО4, а также их несовершеннолетние дети ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р. и ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р.

ФИО4 и ФИО2 зарегистрированы по месту жительства по адресу: <адрес> ДД.ММ.ГГГГ (л.д.____).

По договору № об открытии кредитной линии от ДД.ММ.ГГГГ ОАО «ФИО7 Сельскохозяйственный банк» открыл заемщику ООО «СибСтройКом» кредитную линию на общую сумму, не превышающую 15 000 000 руб., а заемщик обязался возвратить полученные денежные средства и уплатить проценты за пользование кредитом в размере, в сроки и на условиях, предусмотренных в договоре (л.д.___).

Дополнительным соглашением № о внесении изменений и дополнений к договору № об открытии кредитной линии от ДД.ММ.ГГГГ, заключенным сторонами ДД.ММ.ГГГГ, предусмотрено, что обеспечением исполнения заемщиком своих обязательств по договору, в числе прочего выступает залог недвижимого имущества по договору №.1 об ипотеке (залоге недвижимости) от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному между кредитором и ФИО4 (л.д.___).

По договору №.1 об ипотеке (залоге недвижимости) от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному между АО «Россельхозбанк» (залогодатель) и ФИО4 (залогодержатель), залогодатель, обеспечивая надлежащее исполнение обязательств по договору № об открытии кредитной линии от ДД.ММ.ГГГГ с дополнительными соглашениями, передает залогодержателю в залог недвижимое имущество – квартиру по адресу: <адрес> имущественные права в совокупности (л.д.___).

При этом на заключение договора №.1 об ипотеке (залоге недвижимости) от ДД.ММ.ГГГГ было получено согласие супруга ФИО4 ФИО6, заверенное нотариально (л.д.___).

Заявляя требования о признании договора№.1 об ипотеке (залоге недвижимости) от ДД.ММ.ГГГГ недействительным на основании ст. 169 ГК РФ, истец мотивирует тем, что он действует в интересах несовершеннолетних дочерей, права и законные интересы которых нарушены оспариваемой сделкой, при этом ссылается на положения п. 4 ст. 292 ГК РФ, в соответствии с которым отчуждение жилого помещения, в котором проживают находящиеся под опекой или попечительством члены семьи собственника данного жилого помещения либо оставшиеся без родительского попечения несовершеннолетние члены семьи собственника (о чем известно органу опеки и попечительства), если при этом затрагиваются права или охраняемые законом интересы указанных лиц, допускается с согласия органа опеки и попечительства.

ФИО5 АО «Россельхозбанк» в предварительном судебном заседании заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

Так, согласно ст. 196 ГК РФ, общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 ГК РФ.

Срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки (ч. 1 ст. 181 ГК РФ).

В силу ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ФИО5 по иску о защите этого права.

Из п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 года N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского Кодекса Российской Федерации об исковой давности", следует, что в случае нарушения прав физических лиц, не обладающих полной гражданской или гражданской процессуальной дееспособностью (например, малолетних детей, недееспособных граждан), срок исковой давности по требованию, связанному с таким нарушением, начинается со дня, когда об обстоятельствах, указанных в пункте 1 ст. 200 ГК РФ, узнал или должен был узнать любой из их законных представителей, в том числе орган опеки и попечительства.

Между тем, если нарушение прав названных лиц совершено их законными представителями, срок исковой давности по требованиям к последним исчисляется с момента, когда представляемому стало известно либо должно было стать известно о нарушении его прав и он стал способен осуществлять защиту нарушенного права в суде, то есть с момента возникновения или восстановления полной гражданской или гражданской процессуальной дееспособности (ст. 21 ГК РФ, ст. 37 ГПК РФ).

Рассмотрев заявление стороны ФИО5 о пропуске срока исковой давности, суд, с учетом ч. 1 ст. 181 ГК РФ, приходит к выводу, что срок давности должен исчисляться согласно п. 1 ст. 200 ГК РФ со дня, когда законный представитель несовершеннолетних ФИО2 и ФИО3 А.И. узнал или должен был узнать о нарушении их прав, т.е. с ДД.ММ.ГГГГ, следующего после дня заключения оспариваемого договора.

Нарушений прав несовершеннолетних ФИО2 и ФИО3 их законным представителем ФИО4 при заключении оспариваемого договора залога от ДД.ММ.ГГГГ судом не усматривается.

Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 08.06.2010 N 13-П "По делу о проверке конституционности пункта 4 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой Ч." пункт 4 статьи 292 ГК РФ в части, определяющей порядок отчуждения жилого помещения, в котором проживают несовершеннолетние члены семьи собственника данного жилого помещения, если при этом затрагиваются их права или охраняемые законом интересы, признан не соответствующим Конституции Российской Федерации, ее статьям 38 (часть 2), 40 (часть 1), 46 (часть 1) и 55 (части 2 и 3), в той мере, в какой содержащееся в нем регулирование - по смыслу, придаваемому ему сложившейся правоприменительной практикой, - не позволяет при разрешении конкретных дел, связанных с отчуждением жилых помещений, в которых проживают несовершеннолетние, обеспечивать эффективную государственную, в том числе судебную, защиту прав тех из них, кто формально не отнесен к находящимся под опекой или попечительством или к оставшимся (по данным органа опеки и попечительства на момент совершения сделки) без родительского попечения, но либо фактически лишен его на момент совершения сделки по отчуждению жилого помещения, либо считается находящимся на попечении родителей, при том, однако, что такая сделка - вопреки установленным законом обязанностям родителей - нарушает права и охраняемые законом интересы несовершеннолетнего.

Из содержания приведенных положений следует, что в случае совершения родителями несовершеннолетних детей сделки по отчуждению жилого помещения, в котором проживают несовершеннолетние дети, суды обязаны проверить, не будут ли нарушены права несовершеннолетних детей совершением такой сделки.

Между тем, залог имущества в силу договора ипотеки, являясь одним из способов обеспечения исполнения обязательства, не является сделкой по отчуждению жилого помещения и не влечет безусловного отчуждения недвижимого имущества, являющегося предметом ипотеки, при условии надлежащего исполнения заемщиком своих обязательств.

Содержащаяся в указанном выше Постановлении позиция не связывает возможность передачи собственником жилого помещения, в котором проживают несовершеннолетние члены его семьи, находящиеся на попечение родителей, в залог с целью обеспечения исполнения заемщиком условий кредитного договора по возврату кредита, при обязательном наличии разрешения органов опеки и попечительства, с целью защиты прав несовершеннолетних. Отсутствие согласия органа опеки и попечительства на передачу спорного жилого дома в залог с целью обеспечения исполнения обязательств заемщика по кредитному договору, само по себе не свидетельствует о том, что договор ипотеки заключен с нарушением закона.

С учетом изложенного, суд не может согласиться с доводами истца о нарушении прав его несовершеннолетних детей при заключении договора ипотеки жилого помещения, в котором они проживают. Защиту прав и интересов несовершеннолетних ФИО2 и ФИО3 осуществляют их законные представители - родители, которые не лишены и не ограничены в родительских правах.

Поскольку к моменту обращения истца в суд с настоящим иском срок исковой давности истек, то с учетом заявления стороны ФИО5 о применении последствий пропуска истцом срока исковой давности, суд полагает необходимым отказать в удовлетворении иска, так как в соответствии с ч. 2 ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которого заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО6 оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Забайкальский краевой суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Центральный районный суд г. Читы.

Судья И.С. Гусманова

Решение суда принято в окончательной форме 16.05.2020 г.