Решение № 2-52/2019 2-52/2019~М-55/2019 М-55/2019 от 14 мая 2019 г. по делу № 2-52/2019

Дело № 2-52(2019 год)


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Мураши Кировская область 14 мая 2019 года

Мурашинский районный суд Кировской области в составе председательствующего судьи Перминовой О.С., при секретаре Земцовой Г.А.,

с участием истца ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к МО МВД России «Мурашинский», Министерству внутренних дел Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л :

ФИО1 обратился в суд с иском к МО МВД России «Мурашинский» о взыскании компенсации морального вреда. В обоснование заявленных требований указал, что в период его содержания в изоляторе временного содержания МО МВД России «Мурашинский» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в нарушение требований Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» камеры ИВС не соответствовали норме площади на одного человека 4 кв.м., окна в камерах были заварены листом железа, отсутствовали дневной свет, принудительная вентиляция, индивидуальные спальные места, кран с водопроводной водой, канализация, оборудованный санузел с соблюдением условий приватности, емкость для питьевой воды, стены в камерах были покрыты «шубой», отсутствовала мебель для повседневного пользования, вешалки. Во время содержания ответчика в ИВС в вышеуказанные периоды не выдавались средства личной гигиены, отсутствовал душ, что лишало истца возможности соблюдать личную гигиену, также отсутствовал прогулочный дворик, не было доступа к форточкам, электрическим розеткам, отсутствовали радиоточки. Истец расценивает свое пребывание в ИВС в спорный период как насилие, истязание, издевательство, унижение человеческого достоинства, ущемляющим его конституционный права, чем ему были причинены физические и нравственные страдания. На основании вышеизложенного, истец просит взыскать с МО МВД России «Мурашинский» в его пользу компенсацию морального вреда в сумме 320 000 рублей.

Определением Мурашинского районного суда Кировской области от 28.03.2019 к участию в деле в качестве соответчика привлечено Министерство внутренних дел РФ, в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора Министерство финансов РФ в лице УФК по Кировской области.

Истец ФИО1, отбывающий наказание в местах лишения свободы, в судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи на удовлетворении исковых требований настаивал, просил суд признать условия содержания в ИВС МО МВД России «Мурашинский» ненадлежащими, взыскать с МО МВД России «Мурашинский», либо с Министерства внутренних дел РФ в его пользу компенсацию морального вреда в размере 320 000 рублей, дополнительно суду пояснил, что в спорные периоды содержался в разных камерах, находящихся в ИВС, настаивал на том, что действиями ответчиков ему были причинены нравственные страдания.

Представитель ответчика МО МВД России «Мурашинский» в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела был извещен надлежащим образом (л.д.61). Согласно ранее предоставленному отзыву (л.д. 36-39) возражает против удовлетворения исковых требований, мотивируя свои доводы тем, что на момент ввода в эксплуатацию помещение ИВС отвечало всем требованиям действующего в тот период времени законодательства. Считает, что МО МВД России «Мурашинский» является ненадлежащим ответчиком по данному иску, поскольку относится к государственным бюджетным учреждения и выполняет функции, исходя из целевого характера и объема ассигнований, предусмотренных сметой. В период нахождения истца в ИВС камеры были оборудованы окнами, имелась форточка для естественной вентиляции, лица содержащиеся в ИВС 8.00 час. и 19.00 час. и по их просьбе выводились из камер в душ, где они имели возможность умыться, принять душ, ИВС было оборудовано радиодинамиком, который был расположен в общем коридоре, постельные принадлежности стирались по договору с ООО «<данные изъяты>». Считает, что истцом не представлены доказательства того, что в спорный период его содержания в ИВС не соблюдались какие-либо из условий надлежащего содержания подозреваемых и обвиняемых под стражей. Конкретных доводов о том, что указанные недостатки условий содержания причинили истцу физические неудобства, нравственные переживания, которые по степени тяжести можно охарактеризовать как страдания, истцом не приведено, в связи с чем оснований для взыскания компенсации морального вреда не имеется, с учетом того, что истцом нарушен срок давности для обращения с заявлением в суд, просит в иске отказать.

Представитель ответчика Министерства внутренних дел РФ в судебное заседание не явился, судом извещался о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, ходатайствовал о рассмотрении дела без его участия (л.д. 73,29). Ранее в направленных возражениях (л.д.29-30) с исковыми требованиями истца представитель ответчика был не согласен, мотивировал свою позицию тем, что основанием для наступления деликтной ответственности государства за вред, причиненный действиями (бездействиями) государственных органов исполнительной власти (должностных лиц) в соответствии со ст. 1069 ГК является совокупность признаков: незаконность действий (бездействие) исполнительной власти (должностных лиц), наличие причинно- следственной связи между незаконными действиями и вредом, наличие вины органа исполнительной власти (должностных лиц), последствия причинения вреда. При отсутствии хотя бы одного из этих элементов, отсутствуют основания для применения ст.ст.1069, 151 ГК РФ. При этом законом не предусмотрена безусловная обязанность компенсации морального вреда в случае выявления любых нарушений материально-бытовых, санитарных условий содержания осужденных, при отсутствии доказательств нарушения личных неимущественных прав, либо принадлежащих гражданину нематериальных благ. Вместе с тем, доказательств подтверждающих наличие прямой причинно-следственной связи между заявленными истцом нарушениями и причиненным вредом, а также доказательств причинения морального вреда, справки (выписки) из медицинских учреждений о фактах обращения за медицинской помощью в спорный период нахождения в ИВС МО МВД России «Мурашинский», судебного акта о признании действий (бездействия) сотрудников ИВС незаконным, а также иных доказательств того, что указанные истцом недостатки условий содержания причинили истцу нравственные переживания, которые по степени тяжести можно было охарактеризовать как страдания, истцом не представлены, в связи с чем, оснований для взыскания компенсации морального вреда в пользу истца не имеется.

Представитель третьего лица Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по Кировской области в судебное заседание не явился, о дате и времени судом был извещен надлежащим образом, ходатайствовал о рассмотрении дело без его участия (л.д.24-26,71). Согласно ранее направленному отзыву, с исковыми требованиями истца был не согласен. В обоснование своей позиции указал, что исходя из положений ст. 9 ФЗ от 15.07.1995 года № 103 «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», обязанность по выполнению и финансированию мероприятий, предусмотренных ФЗ от 15.07.1995 года № 103-ФЗ, должна быть возложена на МВД РФ за счет средств федерального бюджета, полагает, что доказательств причинения морального вреда, в т.ч. справок (выписок) из медицинских учреждений о фактах обращения за медицинской помощью в период нахождения в ИВС МО МВД России «Мурашинский» истцом не представлены, в связи с чем, отсутствуют правовые основания для удовлетворения иска. Просил применить срок исковой давности, поскольку требования истца вытекают из требований об оспаривании бездействия должностных лиц уголовно-исполнительной системы, и отказать в удовлетворении исковых требований ввиду отсутствия, предусмотренных законом оснований для возмещения вреда.

Свидетель Свидетель №1 суду пояснил, что по приговору Мурашинского районного суда 01.12.2008, с учетом постановления того же суда от 06.05.2009, ему не отбытая часть наказания была заменена на лишение свободы, в связи с чем в мае 2009 года он содержался в ИВС МО МВД России «Мурашинский» около месяца. В указанный период в камерах не было водопровода, унитаза, в углу камеры был бачок с крышкой, по их просьбе сотрудники ИВС осужденных и обвиняемых выводили в туалет, в камере было темно, солнечный свет не проникал, окно было заварено, спальные места организованы в виде нар, которые занимали около одной трети площади камеры, не выдавалось постельное белье, средства личной гигиены, отсутствовала возможность принять душ, ежедневная прогулка не предоставлялась.

Изучив доводы истца, свидетеля, письменных отзывов, исследовав письменные доказательства, суд приходит следующему.

В силу положений ст.3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04.11.1950 г. никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Согласно требованиям ст.21 Конституции РФ достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления.

В соответствии со ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В силу требований ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны РФ, казны субъекта РФ или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы.

Исходя из положений ст.ст.151,1101 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии со ст.4 Федерального закона от 15.07.1995 года N 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

В силу ст.7 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ изоляторы временного содержания (ИВС) отнесены к местам содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых.

Данным законом установлено, что содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей (статья 4); в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных УПК РФ. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей (статья15); подозреваемые и обвиняемые имеют право, в том числе на материально- бытовое и медико-санитарное обеспечение, ежедневную прогулку продолжительностью не менее одного часа (статья 17); подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности; норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров (статья 23); лечебно-профилактическая и санитарно-эпидемиологическая работа в местах содержания под стражей проводится в соответствии с законодательством об охране здоровья граждан. Администрация указанных мест обязана выполнять санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых (статья 24).

Положениями п. 45 Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных Приказом МВД РФ N 950 от 22.11.2005 года установлено, что камеры ИВС оборудуются: индивидуальными нарами или кроватями; столом и скамейками по лимиту мест в камере; шкафом для хранения индивидуальных принадлежностей и продуктов; санитарным узлом с соблюдением необходимых требований приватности; краном с водопроводной водой; вешалкой для верхней одежды; полкой для туалетных принадлежностей; бачком для питьевой воды; радиодинамиком для вещания общегосударственной программы; кнопкой для вызова дежурного; урной для мусора; светильниками дневного и ночного освещения закрытого типа; приточной и/или вытяжной вентиляцией; тазами для гигиенических целей и стирки одежды, а также обеспечиваются постельными принадлежностями бельем.

В соответствии со статьями 12 и 56 ГПК РФ, гражданское судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон; каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. В связи с этим применительно к настоящему спору обязанность доказать факт нарушения личных неимущественных прав, а также незаконность действий (бездействия) органов МВД России либо их должностных лиц, возлагается на истца. Также истец должен доказать наличие причинной связи между незаконными действиями (бездействием) ответчика и причинением ему морального вреда. При доказанности истцом перечисленных обстоятельств ответчик обязан доказать отсутствие своей вины в причинении истцу морального вреда.

Из материалов дела следует, что ответчик МО МВД России «Мурашинский» журнал санитарного состояния камер ИВС, журнал размещения подозреваемых и обвиняемых по камерам, санитарный паспорт ИВС за спорный период предоставить не имеет возможности, в связи с их уничтожением (л.д.40), суду представлена выписка из журнала, согласно которой подтверждается выдача постельного белья ФИО1 (л.д.51-53), что следует из ответа ОВД Мурашинского района от 2011 года о выдаче белья лица, содержащимся в ИВС(л.д.70).

Судом установлено, что ФИО1 в оспариваемый им период содержался под стражей в ИВС Мурашинского ОВД, являясь подозреваемым и обвиняемым, с 30.04.2009 по 08.05.2009, с 12.06.2009 по 16.06.2009, с 07.07.2009 по 16.07.2009, с 12.10.2011 по 22.10.2011, 12.11.2011 по 18.11.2011, с 26.11.2011 по 02.12.2011, с 10.12.2011 по 24.12.2011 (л.д.8), что подтверждается копиями приговоров Мурашинского районного суда Кировской области в отношении ФИО1 от 15.07.2009, от 01.12.2011 (л.д.95-99).

Из технического паспорта ИВС подозреваемых и обвиняемых МО МВД РФ «Мурашинский» от 05.01.2010 следует, что изолятор временного содержания был построен в 1976 г., в ИВС имелось 5 камер (следственных), прогулочный дворик не предусмотрен, санпропуск с дезкамерой отсутствуют, санузлов в камерах не имеется, имеется принудительная вентиляция, которая исправна, 5 оконных проемов защищены решетками с толщиной прута 20мм, со стороны помещений окна в 3 камерах заварены листовой сталью толщиной 5 мм (л.д.100-102).

На момент постройки здания в 1976 году действовали нормы приказа МВД СССР от 25.01.1971 № 040 «Об утверждении Указаний по проектированию следственных изоляторов и тюрем МВД СССР».

Исходя из копии представлений прокурора Мурашинского района начальнику ОВД Мурашинского района от 29.01.2010, от 29.03.2011, от 22.08.2011 в спорный период в изоляторе временного содержания были установлены нарушения требований законодательства в части не полного обеспечения лиц, содержащихся в ИВС, за исключением камеры № 3,4, индивидуальными спальными местами. Кроме того, установлено, что камеры ИВС не оборудованы столами со скамейками по лимиту мест, санитарными узлами, кранами с водопроводной водой, вешалками для верхней одежды, радиоприемник в одном экземпляре на ИВС. Вопреки требованиям, ч.1 ст. 24 ФЗ от 15.07.1995 года № 103-Ф подозреваемые и обвиняемые не проходят еженедельную санитарную обработку с помывкой в душе. В камерах отсутствует шкаф для хранения индивидуальных принадлежностей и продуктов, не организована ежедневная прогулка продолжительностью не менее 1 часа, стены внутри камер имеют цементированное покрытие в виде «шубы», что препятствует их надлежащей санитарной обработке, камеры ИВС не соответствуют установленной законом норме площади на одного человека (4 кв.м.) (л.д.63,65-66,68-69).

В связи с чем, вопреки доводам представителя ответчика МО МВД России «Мурашинский», судом установлено, что подозреваемые и обвиняемые, содержащиеся в ИВС, в спорный период не проходили еженедельную санитарную обработку с помывкой в душе, что подтверждается представлениями прокурора Мурашинского района, в камерах отсутствовала необходимая мебель, краны с водопроводной водой, канализация, камеры стен покрыты «шубой» (цементным раствором), камеры не обеспечены радиоточками, площадь в камерах менее установленной на 1 человека.

Нарушения условий приватности в период нахождения истца в ИВС МО МВД России «Мурашинский» подтверждаются данными отзыва представителя ответчика МО МВД России «Мурашинский»: санузлы в камерах отсутствовали, лиц, содержащихся в ИВС, выводили в общий туалет по их требованию, также в отношении обвиняемых и подозреваемых не проводились ежедневные прогулки продолжительностью не менее 1 часа, поскольку отсутствовал прогулочный дворик (л.д.36-40).

Между тем истцом не представлено доказательств того, что с его стороны относительно данных нарушений законодательства подавались жалобы представителям МО МВД РФ «Мурашинский», в органы прокуратуры либо в иные уполномоченные инстанции.

Доказательств наличия у ФИО1 противопоказаний к содержанию в ИВС, а также ухудшения состояния здоровья истца вследствие ненадлежащих условий содержания в ИВС в материалах дела не имеется.

Доводы истца об отсутствии в периоды его содержания в ИВС в камерах дневного света по причине заваренных окон металлическими листами, и наличии в камере только 1 светильника установлены прокурорскими представлениями (л.д. 66).

Вместе с тем согласно сообщению ответчика МО МВД РФ «Мурашинский», во всех камерах были изначально установлены по две лампы накаливания, одна из которых в ночное время не выключалась.

Несмотря на то, что окна 3 камер не соответствовали требованиям, установленным Инструкцией по проектированию объектов органов внутренних дел (милиции) МВД России (СП 12-95 - Свод правил, принят и введен в действие протоколом МВД России от 12.02.1995 № 1-95, одобрен Письмом Минстроя России от 16.05.1995 № 4-13/167), 2 камеры были обеспечены естественным освещением, все 5 камер светильниками дневного и ночного освещения, при этом суд полагает необходимым отметить, что у суда отсутствует информация, в каких из 5 камер содержался истец в периоды его нахождения в ИВС, а также отсутствуют доказательства тому, что в камерах в спорный период оснащенность не соответствовала санитарным нормам.

Оценив собранные по делу доказательства, суд приходит к выводу, что условия содержания ФИО1 в спорный период в ИВС МО МВД России «Мурашинский» не в полной мере соответствовали требованиям Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» от 15.07.1995 г. № 103-ФЗ и Правилам внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утв. Приказом МВД РФ от 22.11.2005 г. № 950. Конструктивные особенности здания ИВС 1976 года постройки в периоды нахождения в нем ФИО1 в 2009-2011 г.г. не отвечали требованиям действующего законодательства, в связи с чем истец не имел возможности пользоваться ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа, вынужден был отправлять естественные надобности в отсутствие условий для приватности, испытывал неудобства при отсутствии водопровода и канализации в камерах, индивидуального спального места. Указанные обстоятельства сами по себе являются достаточными для того, чтобы причинить лицу страдания или переживания. В результате нарушения указанных условий содержания истца в ИВС были нарушены его личные неимущественные права, гарантированные законом, поскольку он находился в стесненных условиях.

При этом доводы представителя ответчика МО МВД России «Мурашинский» об отсутствии финансирования в спорный период времени не могут являться основанием для нарушения прав лиц, содержащихся в ИВС.

Доводы представителя ответчика Министерства внутренних дел РФ о том, что нарушение условий содержания истца в ИВС не могут служить основанием для взыскания в его пользу компенсации морального вреда, суд находит несостоятельными, поскольку ст. 151 ГК РФ предусмотрено право гражданина, подвергающегося лишению и ограничению неимущественных прав, на компенсацию морального вреда.

Также суд находит несостоятельными доводы представителя ответчика Министерства внутренних дел РФ о том, что истцом не представлено доказательств несения им нравственных страданий (причинения морального вреда), поскольку содержание под стражей в условиях, не соответствующих установленным нормам, влечет нарушения прав истца, гарантированных законом, и сам по себе факт их наличия объективно доказывает причинение страданий (переживаний) в степени, превышающий неизбежный уровень страданий, присущий ограничению прав подозреваемого (обвиняемого), содержащегося под стражей.

При определении размера денежной компенсации морального вреда суд в соответствии со ст. 1101 ГК РФ учитывает характер и степень тяжести причиненных истцу нравственных страданий, отсутствие сведений о наличии вредных последствий для здоровья и интересов истца, фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, продолжительность нахождения истца в ИВС, не соответствующих установленному порядку содержания подозреваемых и обвиняемых.

С учетом изложенных обстоятельств, суд считает разумным и справедливым определить размер денежной компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истца за весь период его содержания в ИВС МО МВД России «Мурашинский» в размере 3000 рублей.

Доказательств причинения морального вреда в заявленном размере в нарушение ст. 56 ГПК РФ истцом не представлено.

В силу ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, от ее имени выступает финансовый орган, если в соответствии с п. 3 ст. 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.Так, в соответствии с п.п. 1 п.1 ст. 158 Бюджетного Кодекса РФ по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия)государственных органов или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в качестве представителя выступает главный распорядитель средств федерального бюджета.

В отношении сотрудников органов внутренних дел главным распорядителем средств федерального бюджета выступает МВД России.

Таким образом, с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел РФ за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 подлежит взысканию компенсация морального вреда, в иске к МО МВД России «Мурашинский» следует отказать.

Доводы представителей ответчиков об отказе в удовлетворении исковых требований в связи с пропуском истцом исковой давности суд находит несостоятельными, поскольку согласно ст. 208 ГК РФ исковая давность не распространяется на требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ.

При этом требования истца о компенсации морального вреда не связаны с обжалованием действий (бездействий) должностных лиц государственных органов, либо с оспариванием действий (бездействий) должностных лиц уголовно-исполнительной системы, поэтому применению в данном случае подлежат нормы ст. 208 ГК РФ.

В соответствии с п.п.19 п. 1 ст. 333.36 НК РФ МВД РФ подлежит освобождению от уплаты государственной пошлины.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194, 198, 199 ГПК РФ, суд, р е ш и л :

исковые требования ФИО1 к МО МВД России «Мурашинский», Министерству внутренних дел Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда - удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 3000 (три тысячи) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Кировский областной суд через Мурашинский районный суд в течение месяца со дня его принятия судом в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 17 мая 2019 года.

Судья О.С. Перминова