Апелляционное определение № 33-1901/2025 от 8 декабря 2025 г.

УИД 13RS0024-01-2025-001418-18

Судья Кузьмина О.А. №2-837/2025

Докладчик Пужаев В.А. Дело №33-1901/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия в составе:

председательствующего Пужаева В.А.,

судей Дубровиной Е.Я. и Селезневой О.В.,

при секретаре Айзатуллиной А.Д.

рассмотрела в открытом судебном заседании 09 декабря 2025 г. в г. Саранске гражданское дело по иску ФИО1 к Главному управлению Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Республике Мордовия о возмещении морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, по апелляционной жалобе представителя ответчика начальника Главного управления Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Республике Мордовия ФИО2 на решение Пролетарского районного суда г.Саранска Республики Мордовия от 16 сентября 2025 г.

Заслушав доклад председательствующего, судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к Главному управлению Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Республике Мордовия (далее – ГУ МЧС России по Республике Мордовия) о возмещении морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия.

В обоснование требований указал, что 07 сентября 2024 г., примерно в 14 часов 44 минуты, водитель ФИО3, управляя специализированной цистерной марки АЦ-3 2-40/4 (5387), государственный регистрационный знак <№>, двигаясь с проблесковыми маячками по проезжей части дороги, расположенной по ул.Веселовского г.Саранск, со стороны Лямбирского шоссе в направлении ул.А.Лусс г.Саранск, на регулируемом светофорном объекте – перекрестке ул.ФИО7 – ул.Веселовского, расположенном напротив дома №1 по ул.Веселовского Пролетарского района г.Саранск Республики Мордовия проследовал на запрещающий сигнал светофора и совершил столкновение с автомобилем марки «Ауди 100», государственный регистрационный знак <№>, под управлением водителя ФИО4, следующим на разрешенный сигнал светофора по проезжей части дороги, расположенной по ул.ФИО7 г.Саранск, в направлении ул.Веселовского г.Саранск, в салоне которого в качестве пассажиров находились ФИО1 и Е.А.В.

В результате указанного дорожно-транспортного происшествия (далее - ДТП) пассажиру ФИО1 причинены телесные повреждения, повлекшие тяжкий вред здоровью.

07 октября 2024 г. старшим следователем отделения по расследованию ДТП СУ МВД по Республике Мордовия старшим лейтенантом юстиции К.О.В. возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного частью третьей статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации, в отношении ФИО3 ФИО1 признан потерпевшим по данному уголовному делу.

На момент ДТП ФИО3 состоял в трудовых отношениях с ГУ МЧС России по Республике Мордовия и выполнял поручение работодателя, в связи с чем, компенсация морального вреда подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.

ФИО1 в результате взаимодействия двух источников повышенной опасности получил телесные повреждения, повлекшие физические и нравственные страдания. Вследствие полученных многочисленных травм, ФИО1 находился на лечении, испытывал дискомфорт, не мог осуществлять трудовую деятельность, заниматься своими обычными делами, здоровье полностью не восстановлено.

По указанным основаниям, просил взыскать с ответчика ГУ МЧС России по Республике Мордовия в его пользу компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

Определением судьи Пролетарского районного суда г.Саранска Республики Мордовия от 19 августа 2025 г. к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика привлечены ФИО3, ФИО4 (т.1 л.д.71-72).

Решением Пролетарского районного суда г.Саранска Республики Мордовия от 16 сентября 2025 г. исковые требования ФИО1 удовлетворены частично.

С ГУ МЧС России по Республике Мордовия в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 500 000 руб.

В остальной части исковые требования оставлены без удовлетворения.

С ГУ МЧС России по Республике Мордовия в бюджет городского округа Саранск взыскана государственная пошлина в размере 3000 руб. (т.1 л.д.220-221,222-233).

В апелляционной жалобе представитель ответчика начальник ГУ МЧС России по Республике Мордовия ФИО2 просил решение суда отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований.

Приводит доводы о том, что присужденная судом сумма является явно завышенной и не соответствующей принципам разумности и справедливости, поскольку фактические обстоятельства дела (характер травм, продолжительность лечения) не свидетельствуют о столь значительных страданиях, при этом судом не было установлено состояние здоровья истца на момент рассмотрения дела.

Указывает, что нравственные и физические страдания истца судом не исследованы, мотивы о размере компенсации морального вреда в сумме 500 000 руб. в решении суда не указаны.

Полагает, что ФИО4, явлющийся владельцем второго источника повышенной опасности, причинившего вред здоровью истца, также должен нести материальную ответственность перед потерпевшим.

В судебное заседание истец ФИО1 и его представитель ФИО5, третьи лица ФИО3, ФИО4 не явились, о дне, времени и месте судебного заседания извещены своевременно и надлежащим образом, при этом о причинах неявки суд не известили, доказательств уважительности этих причин не представили и об отложении разбирательства дела ходатайство не заявляли.

При таких обстоятельствах и на основании части третьей статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) судебная коллегия пришла к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствие указанных лиц.

Рассмотрев дело в пределах доводов апелляционной жалобы, заслушав объяснения представителя ответчика ГУ МЧС России по Республике Мордовия ФИО6, заключение прокурора Умновой Е.В., судебная коллегия приходит к нижеследующему.

Из материалов дела усматриватся, что 07 сентября 2024 г., примерно в 14 часов 44 минуты, водитель ФИО3, управляя специализированной цистерной марки АЦ-3 2-40/4 (5387), государственный регистрационный знак <№>, двигаясь с проблесковыми маячками по проезжей части дороги, расположенной по ул. Веселовского г. Саранск, со стороны Лямбирского шоссе в направлении ул. А. Лусс г. Саранск, на регулируемом светофорном объекте – перекрестке ул. ФИО7 – ул. Веселовского, расположенном напротив дома №1 по ул. Веселовского Пролетарского района г. Саранска Республики Мордовия, проследовал на запрещающий сигнал светофора и совершил столкновение с автомобилем марки «Ауди 100», государственный регистрационный знак <№>, под управлением водителя ФИО4, следующим на разрешенный сигнал светофора по проезжей части дороги, расположенной по ул. ФИО7 г. Саранск, в направлении ул. Веселовского г. Саранск, в салоне которого в качестве пассажиров находились ФИО1 и Е.А.В. В результате указанного ДТП ФИО1 причинены телесные повреждения.

Согласно карточке учета транспортного средства, собственником автомобиля марки «Ауди 100», государственный регистрационный знак <№>, на момент дорожно-транспортного происшествия – 07 сентября 2024 г. являлся Х.А.В.

Собственником специализированной цистерны марки АЦ-3 2-40/4 (5387), государственный регистрационный знак <№>, является ГУ МЧС России по Республике Мордовия.

На момент дорожно-транспортного происшествия – 07 сентября 2024 г. старший сержант внутренней службы ФИО3 проходил службу в ГУ МЧС России по Республике Мордовия в должности водителя специализированной пожарно-спасательной части ФПС ГПС Главного управления МЧС России по Республике Мордовия, в занимаемой должности с 01 января 2022 г.

07 октября 2024 г. старшим следователем отделения по расследованию дорожно-транспортных происшествий СУ МВД по Республике Мордовия К.О.В. возбуждено уголовное дело № 12401890014000012 по признакам преступления, предусмотренного частью 3 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации.

02 июля 2025 г. постановлением старшего следователя отделения по расследованию дорожно-транспортных происшествий СУ МВД по Республике Мордовия К.О.В. в качестве обвиняемого по вышеуказанному уголовному делу привлечен ФИО3

Из указанного постановления следует, что 07 сентября 2024 г. в дневное время, водитель ФИО3, управляя технически исправной специализированной автоцистерной марки «АЦ-3, 2-40/4 (5387)», государственный регистрационный знак <№> следовал, с включенным проблесковым маячком синего цвета и специальным звуковым сигналом, со скоростью не менее 47,3 км/ч, выполняя неотложное служебное задание, по второй полосе движения проезжей части дороги, расположенной по ул. Веселовского Пролетарского района г. Саранск Республики Мордовия, со стороны Лямбирского шоссе в направлении ул. А. Лусс г. Саранск. Приближаясь к регулируемому светофорным объектом перекрестку, расположенному на пересечении ул. Веселовского - ул. ФИО7 Пролетарского района г. Саранск, на котором горел запрещающий для его движения сигнал светофора, водитель ФИО3, не убедившись, что из-за объекта, расположенного справа по ходу его движения по адресу: <...>, и ограничивающего его видимость проезжей части по ул. ФИО7 г. Саранск, на зеленый сигнал светофора следует транспортное средство, продолжил движение через указанный перекресток в прямом направлении, не обеспечив безопасность движения, чем грубо нарушил требования пунктов 1.5 абз. 1, 3.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства РФ от 23 октября 1993 г. №1090 «О правилах дорожного движения» (с последующими изменениями и дополнениями) - согласно которым: п. 1.5 абз. 1 «Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда»; п. 3.1 «Водители транспортных средств с включенным проблесковым маячком синего цвета, выполняя неотложное служебное задание, могут отступать от требований разделов 6 (кроме сигналов регулировщика) и 8 - 18 настоящих Правил, приложений 1 и 2 к настоящим Правилам при условии обеспечения безопасности движения. Для получения преимущества перед другими участниками движения водители таких транспортных средств должны включить проблесковый маячок синего цвета и специальный звуковой сигнал. Воспользоваться приоритетом они могут только убедившись, что им уступают дорогу. Этим же правом пользуются водители транспортных средств, сопровождаемых транспортными средствами, имеющими нанесенные на наружные поверхности специальные цветографические схемы, с включенными проблесковыми маячками синего и красного цветов и специальным звуковым сигналом, в случаях, установленных настоящим пунктом. На сопровождаемых транспортных средствах должен быть включен ближний свет фар. На транспортных средствах Государственной инспекции безопасности дорожного движения Министерства внутренних дел Российской Федерации, Федеральной службы охраны Российской Федерации, Федеральной службы безопасности Российской Федерации и Военной автомобильной инспекции дополнительно к проблесковому маячку синего цвета может быть включен проблесковый маячок красного цвета» - проявил невнимательность и преступную небрежность к окружающей обстановке, не убедился при проезде перекрестка на запрещающий ему сигнал светофора, что он будет безопасен и не создаст помехи другим участникам дорожного движения, чем создал опасность как для себя так и для других участников дорожного движения. Перед пересечением указанного перекрестка водитель ФИО3 не убедился, что ему уступает дорогу, следовавший на зеленый сигнал светофора по проезжей части дороги, расположенной по ул. ФИО7 г. Саранск, в направлении ул. Веселовского г. Саранск, со скоростью не менее 34 км/ч и не более 39 км/ч, автомобиль марки «Ауди 100», государственный регистрационный знак <№>, под управлением водителя ФИО4, который из-за объекта ограничивающего его видимость не мог своевременно обнаружить движение вышеуказанной специализированной автоцистерны. Так, выехав на указанный перекресток, водитель специализированной автоцистерны марки «АЦ-3, 2-40/4 (5387)», государственный регистрационный знак <№>, ФИО3 07 сентября 2024 г. примерно в 14 часов 43 минуты на расстоянии 4,1 м от правого края проезжей части дороги, расположенной по ул. Веселовского в направлении ул. А. Лусс г. Саранск и на расстоянии 27,4 м от проекции угла дома №1 по ул. Веселовского г. Саранск совершил столкновение с автомобилем марки «Ауди 100», государственный регистрационный знак <№>, под управлением водителя ФИО4, в салоне которого в качестве пассажиров находились на переднем пассажирском сидении ФИО1, а на заднем пассажирском сидении Е.А.В. Водитель ФИО4 с момента обнаружения вышеуказанной специализированной автоцистерны не располагал технической возможностью предотвратить дорожно-транспортное происшествие путем торможения. Таким образом, водитель ФИО3 не предвидел наступление общественно-опасных последствий от своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия.

Согласно выводам заключения судебно-медицинской экспертизы №802/2024 (М) от 29 ноября 2024 г., проведенной ГКУЗ РМ «Республиканское бюро судебно-медицинской экспертизы», в медицинских документах на имя ФИО1 описаны: <данные изъяты> с причинением, в совокупности, тяжкого вреда здоровью. Причинены они тупым твердым предметом (ами). Давность причинения кровоподтека, ссадины установить не представляется возможным ввиду отсутствия описания в предоставленных медицинских документах характера их элементов (цвета кровоподтека, состояние корочки ссадины). Давность причинения переломов может соответствовать сроку, указанному в обстоятельствах дела, то есть 7 сентября 2024 г. (о чем свидетельствует клиническая картина, данные рентгенологического исследования и оперативного вмешательства). Диагноз «<данные изъяты>» не подтвержден объективными клиническими данными и оставлен без судебно-медицинской оценки.

17 июля 2025 г. заместителем прокурора Республики Мордовия ФИО11 утверждено обвинительное заключение по уголовному делу № 12401890014000012 по обвинению ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации, а именно ФИО3 обвиняется в том, что он, управляя автомобилем, совершил нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека и причинение тяжкого вреда здоровью двум лицам (в том числе ФИО1) (т.3 л.д.119-138).

В ходе производства по уголовному делу в отношении ФИО3 ФИО1 признан потерпевшим.

Указанные обстоятельства установлены судом, подтверждаются материалами дела и, соответственно, сомнений в их достоверности не вызывают.

Разрешая исковые требования, суд первой инстанции, оценив представленные доказательства, установив, что вред здоровью ФИО1 причинен в результате взаимодействия двух источников повышенной опасности, пришел к выводу, что у ответчика – ГУ МЧС России по Республике Мордовия – владельца специализированной автоцистерны марки «АЦ-3, 2-40/4 (5387)», государственный регистрационный знак <№>, за рулем которой 07 сентября 2024 г. в момент дорожно-транспортного происшествия находился при исполнении служебных обязанностей ФИО3, возникло обязательство по компенсации истцу морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию с ответчика в пользу истца, суд первой инстанции, приняв во внимание фактические обстоятельства причинения тяжкого вреда здоровью в результате ДТП, характер и локализацию повреждений, полученных истцом в результате ДТП, физические страдания истца, период нахождения на лечении, общественную опасность действий причинителя вреда, индивидуальные особенности истца (средний возраст), изменение привычного образа жизни, ощущение невозможности полного восстановления после травмы, поведение ответчика, который не оказывал какой-либо помощи ФИО1, учитывая также требования разумности и справедливости, пришел к выводу о том, что в данном случае с ответчика в пользу истца подлежит взысканию сумма в размере 500 000 руб.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на правильном применении норм материального права, и подтверждаются имеющимися в деле доказательствами.

Статьей 1080 Гражданского Кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) предусмотрено, что лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. По заявлению потерпевшего и в его интересах суд вправе возложить на лиц, совместно причинивших вред, ответственность в долях, определив их применительно к правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 1081 Кодекса.

Причинитель вреда, возместивший совместно причиненный вред, вправе требовать с каждого из других причинителей вреда долю выплаченного потерпевшему возмещения в размере, соответствующем степени вины этого причинителя вреда. При невозможности определить степень вины доли признаются равными (пункт 2 статьи 1081 ГК РФ).

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», разъяснено, что судам для правильного разрешения дел по спорам, связанным с причинением вреда жизни или здоровью в результате взаимодействия источников повышенной опасности, следует различать случаи, когда вред причинен третьим лицам (например, пассажирам, пешеходам), и случаи причинения вреда владельцам этих источников. При причинении вреда третьим лицам владельцы источников повышенной опасности, совместно причинившие вред, в соответствии с пунктом 3 статьи 1079 ГК РФ несут перед потерпевшими солидарную ответственность по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 1079 ГК РФ. Солидарный должник, возместивший совместно причиненный вред, вправе требовать с каждого из других причинителей вреда долю выплаченного потерпевшему возмещения. Поскольку должник, исполнивший солидарное обязательство, становится кредитором по регрессному обязательству к остальным должникам, распределение ответственности солидарных должников друг перед другом (определение долей) по регрессному обязательству производится с учетом требований абзаца второго пункта 3 статьи 1079 ГК РФ по правилам пункта 2 статьи 1081 ГК РФ, то есть в размере, соответствующем степени вины каждого из должников. Если определить степень вины не представляется возможным, доли признаются равными.

Пунктом 1 статьи 322 ГК РФ определено, что солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства.

При солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга. Кредитор, не получивший полного удовлетворения от одного из солидарных должников, имеет право требовать недополученное от остальных солидарных должников. Солидарные должники остаются обязанными до тех пор, пока обязательство не исполнено полностью (пункты 1 и 2 статьи 323 ГК РФ).

В пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 ноября 2016 г. № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» разъясняется, что согласно пункту 1 статьи 323 ГК РФ кредитор вправе предъявить иск о полном взыскании долга к любому из солидарных должников. Наличие решения суда, которым удовлетворены те же требования кредитора против одного из солидарных должников, не является основанием для отказа в иске о взыскании долга с другого солидарного должника, если кредитором не было получено исполнение в полном объеме. В этом случае в решении суда должно быть указано на солидарный характер ответственности и на известные суду судебные акты, которыми удовлетворены те же требования к другим солидарным должникам.

Из приведенных нормативных положений и разъяснений постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что в случае причинения вреда третьим лицам в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцы солидарно несут ответственность за такой вред. В данном правоотношении обязанность по возмещению вреда, в частности компенсации морального вреда, владельцами источников повышенной опасности исполняется солидарно. При этом солидарные должники остаются обязанными до полного возмещения вреда потерпевшему. Основанием для освобождения владельцев источников повышенной опасности от ответственности за возникший вред независимо от того, виновен владелец источника повышенной опасности в причинении вреда или нет, является умысел потерпевшего или непреодолимая сила. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 ГК РФ.

Надлежащее исполнение прекращает обязательство (пункт 1 статьи 408 ГК РФ).

Пунктом 1 и подпунктом 1 пункта 2 статьи 325 ГК РФ определено, что исполнение солидарной обязанности полностью одним из должников освобождает остальных должников от исполнения кредитору. Если иное не вытекает из отношений между солидарными должниками, должник, исполнивший солидарную обязанность, имеет право регрессного требования к остальным должникам в равных долях за вычетом доли, падающей на него самого.

По смыслу положений статьи 323 ГК РФ во взаимосвязи с пунктом 1 статьи 325 ГК РФ, обязательство, в том числе и по возмещению морального вреда, прекращается лишь в случае его полного исполнения солидарными должниками перед потерпевшим. При неполном возмещении вреда одним из солидарных должников потерпевший в соответствии с приведенными выше положениями пункта 2 статьи 323 ГК РФ вправе требовать недополученное от любого из остальных солидарных должников. Солидарный должник, исполнивший обязательство не в полном объеме, не выбывает из правоотношения до полного погашения требований кредитора. Вместе с тем обязательство солидарных должников перед кредитором прекращается исполнением солидарной обязанности полностью одним из должников. При этом распределение долей возмещения вреда между солидарными должниками производится по регрессному требованию должника, исполнившего солидарную обязанность, к другим должникам, а не по иску потерпевшего к солидарному должнику или солидарным должникам.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, в силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности только истец определяет, защищать ему или нет свое нарушенное или оспариваемое право (часть 1 статьи 4 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), к кому предъявлять иск (пункт 3 части 2 статьи 131 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) и в каком объеме требовать от суда защиты (часть 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 24 октября 2013 г. № 1626-0, от 17 июля 2014 г. № 1583-0).

Таким образом, из приведенных правовых норм следует наличие права потерпевшего на предъявление требований к каждому из лиц, совместно причинивших ему вред, возмещения этого вреда, как в полном объеме, так и в части.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как разъяснено в абзаце третьем и четвертом пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Согласно пункту 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Согласно пункту 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

В соответствии с пунктом 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Разрешая спор, суд первой инстанции пришел к выводу о том, у ГУ МЧС России по Республике Мордовия, как законного владельца источника повышенной опасности – специализированной цистерны марки АЦ-3 2-40/4 (5387), государственный регистрационный знак <№>, при участии которого произошло дорожно-транспортное происшествие, и работодателя ФИО3, управлявшего в момент дорожно-транспортного происшествия указанным средством в связи с исполнением своих трудовых обязанностей, на момент дорожно-транспортного происшествия возникло обязательство по возмещению истцу причиненного ему повреждением здоровья морального вреда.

Вопреки доводам апелляционной жалобы о необходимости возложения ответственности на ФИО4, как владельца второго источника повышенной опасности, при участии которого произошло ДТП, в результате которого был причине вред здоровью ФИО1, с учетом вышеизложенных положений пункта 3 статьи 1079 ГК РФ, статей 323, 325 ГК РФ о солидарном обязательстве, как было верно указано судом первой инстанции, истец вправе требовать компенсацию морального вреда как совместно от всех солидарных должников - владельцев источников повышенной опасности, при взаимодействии которых причинен вред его здоровью, так и от любого из них в отдельности, в частности от ответчика ГУ МЧС России по Республике Мордовия.

Принимая во внимание совокупность всех имеющихся в деле доказательств, фактические обстоятельства причинения тяжкого вреда здоровью в результате ДТП, нахождение истца на стационарном лечении в период с 07 по 21 сентября 2024 г. в ГБУЗ РМ «Республиканская клиническая больница №4», где ему была проведена операция в виде <данные изъяты>, полученных истцом в результате ДТП, физические страдания истца, период нахождения на лечении, индивидуальные особенности истца (40 лет, имеет на иждивении трех несовершеннолетних детей, является самозанятым, выполняющим работы столяра, плотника), изменение привычного образа жизни, ощущение невозможности полного восстановления после травмы, поведение ответчика, который не оказывал какой-либо помощи ФИО1, исходя из требований закона о разумности и справедливости, суд первой инстанции пришел к выводу о возмещении вреда в пользу истца в размере 500 000 руб., отказав истцу во взыскании компенсации морального вреда в большем размере.

По мнению судебной коллегии, определенный судом первой инстанции размер компенсации морального вреда является разумным, справедливым и не носит формального характера, определен судом с учетом конкретных обстоятельств дела и цели реального восстановления нарушенного права. Судом учтены вина ответчика в дорожно-транспортном происшествии, общий характер повреждений, длительность нахождения истца на лечении, невозможность в период лечения вести привычный образ жизни.

В силу пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда, в связи с чем доводы апелляционной жалобы об обратном судебной коллегией отклоняются.

Само по себе несогласие ответчика с суммой взысканной компенсации морального вреда не может являться основанием для отмены или изменения решения суда, поскольку при определении суммы компенсации морального вреда суд первой инстанции дал надлежащую оценку обстоятельствам, влияющим на размер взыскиваемой компенсации.

Судебная коллегия учитывает, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и не поддается точному денежному подсчету, а соответственно является оценочной категорией, включающей в себя оценку совокупности всех обстоятельств, такая компенсация производится с целью смягчения эмоционально-психологического состояния потерпевшего, в связи с чем, должна отвечать признакам справедливости и разумности.

Обстоятельств, не получивших правовой оценки судом первой инстанции при определении размера компенсации морального вреда, в апелляционной жалобе не приведено.

Изучение материалов дела показало, что выводы суда первой инстанции основаны на установленных фактических обстоятельствах дела, приведенном правовом регулировании спорных правоотношений, и доводами апелляционной жалобы не опровергаются.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые привели к неправильному разрешению дела, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия

определила:

решение Пролетарского районного суда г.Саранска Республики Мордовия от 16 сентября 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ответчика начальника Главного управления Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Республике Мордовия ФИО2 – без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Первый кассационный суд общей юрисдикции (г. Саратов) через суд первой инстанции по правилам, установленным главой 41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в течение трех месяцев.

Председательствующий В.А. Пужаев

Судьи Е.Я. Дубровина

О.В. Селезнева

Мотивированное апелляционное определение составлено 12 декабря 2025 г.

Судья Верховного СудаРеспублики Мордовия В.А. Пужаев