Решение № 2-210/2023 2-2639/2022 2-44/2024 2-44/2024(2-210/2023;2-2639/2022;)~М-869/2022 М-869/2022 от 7 мая 2024 г. по делу № 2-210/2023

Дело № 2 - 44/2024

67RS0002-01-2022-001764-09


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

8 мая 2024 года г. Смоленск

Ленинский районный суд г. Смоленска в составе:

председательствующего судьи Лялиной О.Н.,

при секретаре Ловейкиной Л.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании договора дарения, договоров купли-продажи недействительными, встречному иску ФИО3 к ФИО1, ФИО2, ФИО4 о признании добросовестным приобретателем, встречному иску ФИО4 к ФИО1, ФИО2, ФИО3 о признании добросовестным приобретателем,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, указав, что 19.01.2021 между матерью истца ФИО5 и ФИО2 был заключен договор дарения квартиры по адресу: <адрес>, кадастровый №. 24.07.2021 ФИО5 (даритель) умерла. Полагает, что на момент заключения сделки по состоянию здоровья ФИО5 не могла понимать значения своих действий и руководить ими, что является основанием для признания сделки недействительной.

В ходе рассмотрения дела ФИО1 исковые требования уточнил, просил суд признать недействительными и применить последствия недействительности сделок в отношении договора дарения квартиры по адресу: <адрес>, кадастровый № (далее - спорная квартира, спорное жилое помещение) от 19.01.2021, заключенного между ФИО13 и ФИО2, в отношении последующего договора купли-продажи спорной квартиры, заключенного между ФИО2 и ФИО4, последующего договора купли-продажи спорного жилого помещения от 18.03.2022, заключенного между ФИО4 и ФИО3, признать недействительной государственную регистрацию права собственности ФИО2, а в дальнейшем ФИО4 и ФИО3 на указанную квартиру, восстановить государственную регистрацию права собственности ФИО5 на спорное жилое помещение и включить его в состав наследственного имущества после смерти последней, обязать стороны возвратить друг другу все полученное в результате недействительной сделки.

Определением суда от 20.05.2022 к участию в деле в качестве соответчика привлечена ФИО3

Определением суда от 10.06.2022 к участию в деле в качестве соответчика привлечена ФИО4

ФИО3 предъявлен встречный иск к ФИО1, ФИО2, ФИО4 о признании ее добросовестным приобретателем спорной квартиры. В обоснование встречных требований ссылается на то, что на дату заключения договора купли-продажи от 18.03.2022 жилое помещение находилось на законных основаниях в собственности ФИО4, при регистрации права собственности сведений о запрете либо обременениях в отношении приобретаемой квартиры не имелось. Она (ФИО3) добросовестно исполнила условия договора купли-продажи, выплатив собственнику полную стоимость отчуждаемого имущества.

ФИО4 заявлены встречные исковые требования к ФИО1, ФИО2, ФИО3 о признании добросовестным приобретателем квартиры по адресу: <адрес>, кадастровый №, в обоснование которых указано, что на дату заключения договора купли-продажи от 03.02.2022 жилое помещение находилось на законных основаниях в собственности ФИО2, при регистрации права собственности сведений о запрете либо обременениях в отношении приобретаемой квартиры не имелось. Она (ФИО4) добросовестно исполнила условия договора купли-продажи, выплатив собственнику полную стоимость отчуждаемого имущества.

ФИО1, надлежащим образом извещенный о месте и времени рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, обеспечил явку своего представителя. Ранее в судебном заседании заявленные исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в иске. Суду пояснил, что его мать ФИО5 имела инвалидность, перенесла инфаркт, инсульт, страдала онкологическим заболеванием, вследствие чего принимала сильнодействующий препараты, которые могли повлиять на её сознание. Психологическое и психическое состояние матери осложнилось после выявления онкологического заболевания в 2020 году. Ей требовался постоянный уход. Ввиду своего состояния здоровья на момент заключения договора дарения ФИО5 глубины и последствий сделки не осознавала. Встречный иск не признал по основаниям, изложенным в письменных возражениях.

Представитель истца по первоначальному иску, ответчика по встречному иску ФИО1 - ФИО6 заявленные исковые требования поддержала, встречный иск не признала, просила в иске ФИО4 и ФИО3 отказать.

ФИО2, надлежащим образом извещенный о месте и времени рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, обеспечил явку своего представителя.

Представитель ответчика по первоначальному и встречному иску ФИО2 – ФИО7 первоначальные требования не признал по основаниям, изложенным в письменных возражениях, встречный иск поддержал, пояснив, что ФИО2 познакомился со ФИО5 в 2011 году, в 2016 году они начали проживать совместно, в январе 2021 года заключили брак. 24.07.2021 года ФИО5 умерла. До 2021 года ФИО5 была вполне здоровой и самостоятельной женщиной, не имела физических ограничений. В 2011 году ей была установлена третья рабочая группа инвалидности по общему заболеванию. До 2016 года ФИО5 осуществляла трудовую деятельность, затем уволилась по причине удалённости расположения места работы. Она самостоятельно получала пенсию, самостоятельно тратила денежные средства, сама осуществляла мелкие бытовые сделки и вела полноценную жизнь. Имеющиеся у нее заболевания не препятствовали ей понимать, что она осуществляет сделку дарения. Между сделкой и моментом смерти прошло около года. При этом у ФИО5 были крайне конфликтные отношения с сыновьями ФИО1 и ФИО1

Истцы по встречному иску, ответчики по первоначальному иску ФИО4 и ФИО3, будучи надлежащим образом извещенными о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, явку своего представителя не обеспечили. Ранее в судебном заседании представитель истцов по встречному иску, ответчиков по первоначальному иску ФИО4 и ФИО3 - ФИО8 представил письменные возражения по существу первоначального иска; полагал первоначальные требования необоснованными, а встречный иск подлежащим удовлетворению, ссылаясь на то, что при оформлении сделки ФИО4 и ФИО3 руководствовались сведениями, содержащимися в ЕГРН. Ими добросовестно исполнены условия заключаемых договоров купли-продажи. Сделки купли-продажи заключены в соответствии с действующим законодательством.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав письменные доказательства, заключение эксперта, суд приходит к следующим выводам.

В силу п. 1 ст. 9 ГК РФ граждане по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

Согласно п. п. 1, 2 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом, собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Согласно п.2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В силу ч. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

На основании ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

Согласно с п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В силу ч. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.

В соответствии с ч. 1 ст. 171 ГК РФ ничтожна сделка, совершенная гражданином, признанным недееспособным вследствие психического расстройства. Каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость. Дееспособная сторона обязана, кроме того, возместить другой стороне понесенный ею реальный ущерб, если дееспособная сторона знала или должна была знать о недееспособности другой стороны.

Согласно ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

С учетом изложенного, неспособность лица в момент заключения сделки понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания сделки недействительной, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом у лица отсутствует.

Юридически значимыми обстоятельствами в рассматриваемом случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у собственника в момент заключения сделки, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

Бремя доказывания наличия обстоятельств, которые являются основанием для признания следки недействительной, лежит на истце в соответствии с положениями ч. 1 ст. 56 ГПК РФ.

В судебном заседании установлено, что ФИО5 на праве собственности принадлежало недвижимое имущество - квартира по адресу: <адрес>, кадастровый № (том 1, л.д. 41, 59).

19.01.2021 между ФИО5 и ФИО2 заключен договор дарения вышеназванной квартиры (том 1, л.д. 10).

В пункте 7 договора дарения от 19.01.2021 стороны подтвердили, что они не лишены дееспособности, не состоят под опекой и попечительством, не страдают заболеваниями, препятствующими осознать суть договора, а также отсутствие обстоятельств, вынуждающих совершать данную сделку на невыгодных для себя условиях.

Государственная регистрация перехода права собственности на объект недвижимости на основании заключенного договора дарения от ФИО5 к ФИО2 осуществлена 09.02.2021 (том 1, л.д. 10-оборот).

24.07.2021 ФИО5 (даритель) умерла (том 1, л.д. 11).

Наследственное дело к имуществу умершей ФИО5 не заводилось (том 1, л.д. 105).

На дату смерти ФИО5 в жилом помещении по адресу <адрес>, кадастровый №, были зарегистрированы по месту жительства ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (сын ФИО5, истец по первоначальному иску, ответчик по встречному иску), ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (сын ФИО5), проживал без регистрации собственник ФИО2 (том 1, л.д.9).

Указанные обстоятельства не оспариваются сторонами и подтверждаются письменными материалами дела.

Из показаний допрошенных в судебном заседании свидетелей следует, что ФИО5 и ФИО2 проживали совместно, вели общее хозяйство. ФИО2 осуществлял уход за ФИО5

Так, свидетель ФИО9 пояснила, что являлась соседкой ФИО5, была знакома с ней около 22 лет, неприязненных отношений не было. На протяжении длительного периода времени ФИО5 проживала совместно с ФИО2 в спорной квартире. Со слов ФИО2 ей известно, что они состояли в браке. С 2019 года у ФИО5 ухудшилось здоровье. После инсульта она не могла ходить. По состоянию здоровья она уволилась с работы. ФИО5 принимала лекарственные препараты от сердца, давления, а также наркотические препараты, которые ФИО2 выписывал для неё у врача в 2021 году. В 2021 году появились проблемы с памятью, она стала забывчивой и рассеянной, речь была нарушена. При этом психическое состояние у ФИО5 было нормальное, адекватное. Она не хотела, чтобы ее сыновья знали об оформлении договора дарения. На момент смерти ФИО5 квартира принадлежала ФИО2

Свидетель ФИО10 пояснила, что является терапевтом в ОГБУЗ «Поликлиника № 4». ФИО5 состояла на учете у кардиолога и терапевта, перенесла два инфаркта и два инсульта, операцию на сердце, имела инвалидность по кардиологическому профилю. В 2020 году у ФИО5 диагностировано онкологическое заболевание. ФИО5 отказалась от химиотерапии. Сильнодействующие психотропные препараты ей не выписывались. Лекарственные препараты назначались по согласованию с онкологом. ФИО5 каждый месяц обращалась в поликлинику за рецептом либо вызывала врача на дом. Жалобы по здоровью были связаны с основным заболеванием. Психическое состояние ФИО5 соответствовало обстановке. Она понимала происходящее. Изменений в психическом состоянии не было. Уход за ФИО5 осуществлял ФИО2, с которым они проживали совместно. Он ухаживал за ней, ходил в поликлинику выписывать рецепты, возил ее в Москву на операцию.

Свидетель ФИО11 пояснила, что являлась знакомой ФИО5, поддерживала с ней дружеские отношения с 2018 года. ФИО5 и ФИО2 проживали совместно, вели общее хозяйство, в декабре 2020 года заключили брак. За ФИО5 всегда ухаживал ФИО2 Сыновья ФИО5 в спорной квартире не проживали, отношения с ними были конфликтные. Поскольку поддержки со стороны сыновей не было, она намеревалась подарить квартиру ФИО2

Оснований не доверять показаниям допрошенных свидетелей у суда не имеется.

Из материалов дела также следует, что 03.02.2022 между ФИО2 и ФИО4 заключен договор купли-продажи квартиры по адресу: <адрес>, кадастровый № (л.д. 67-68).

18.03.2022 между ФИО4 и ФИО3 заключен договор купли-продажи вышеназванной квартиры (л.д. 70-71).

Право собственности ФИО3 на квартиру по адресу: <адрес>, кадастровый номер № зарегистрировано 22.03.2022 (л.д. 55).

Указанные обстоятельства сторонами также не оспариваются.

В обоснование иска ФИО1 указывает, что договор дарения от 19.01.2021 является недействительной сделкой, ссылаясь на то, что при заключении оспариваемой сделки ФИО5 находилась в таком состоянии, когда не была способна понимать значение своих действий или руководить ими, поскольку принимала сильнодействующие психотропные и наркотические препараты в связи с онкологическим заболеванием и не понимала юридическое значение совершаемой сделки. ФИО2, воспользовавшись состоянием ФИО5, оформил договор дарения, не являясь родственником, не передовая денежных средств за спорную квартиру. ФИО5 в силу состояния здоровья и принимаемых препаратов, будучи дееспособной, не могла понимать значение своих действий.

Определением Ленинского районного суда г. Смоленска от 13.01.2023 по делу была назначена комплексная амбулаторная судебная психолого-психиатрическая экспертиза по данным медицинской документации, проведение которой было поручено ОГБУЗ «<данные изъяты>».

Согласно заключению комиссии экспертов от 27.04.2023 № № ОГБУЗ «<данные изъяты>», ФИО5 в юридически значимый период на момент подписания договора дарения 19.01.2021 обнаруживала психическое расстройство «<диагноз>» (шифр по МКБ-10 F 07.01). Об этом свидетельствуют данные медицинской документации о длительном соматическом (<диагнозы>) и неврологическом (<диагноз>) неблагополучии, что проявлялось <симптомы> (ответ на вопрос № 1). В юридически значимый период подписания договора дарения, имевшие место у ФИО5 эмоционально-волевые, когнитивные нарушения, индивидуально-психологические особенности свидетельствуют в целом о неустойчивости психической деятельности подэкспертной, то есть планомерная регуляция и контроль своей деятельности у ФИО5 на момент подписания договора дарения 19.01.2021 были нарушены и повлияли на способность к осознанному принятию решений. С учетом вышеизложенного в юридически значимый период ФИО5 не могла понимать значение своих действий и руководить ими (ответ на вопрос № 2).

По ходатайству представителя ФИО2 - ФИО7 по делу назначена повторная посмертная судебная психиатрическая экспертиза, по данным медицинской документации, проведение которой поручено ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии имени В.П.Сербского» Минздрава Российской Федерации.

Согласно заключению комиссии экспертов от 24.01.2024 №/з ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии имени В.П.Сербского» Минздрава Российской Федерации (том 2, л.д. 25-33), у ФИО5 обнаруживалось, в том числе и на момент подписания договора дарения квартиры 19.01.2021, органическое расстройство личности в связи со смешанными заболеваниями (<данные изъяты>) (F 07.08 по МКБ-10). Об этом свидетельствуют данные из медицинской документации и материалов гражданского дела о диагностировании у нее сосудистой патологии (<данные изъяты>), перенесенных на этом фоне: <симптомы>, что обусловило необходимость прохождения медико-социальной экспертизы, где в ходе осмотров ее психологом выявлялись изменения психических процессов |по органическому типу умеренной степени, установление ей в 2011 году третьей группы инвалидности, в дальнейшем, в 2012 году, второй группы инвалидности, в 2017 году - второй группы инвалидности бессрочно, а также неоднократные госпитализации и лечение в отделениях кардиологического и неврологического профиля соматических стационаров. Как следует из представленной медицинской документации и материалов гражданского дела, в январе 2019 года у ФИО5 было диагностировано онкологическое заболевание - <данные изъяты> (T2NOMO St IIА), что обусловило необходимость наблюдения ее онкологом по месту жительства (ответ на часть вопроса № 1). Анализ данных представленной медицинской документации и материалов гражданского дела свидетельствует о том, что на момент составления и подписания договора дарения квартиры от 19.01.2021 у ФИО5 не обнаруживалось признаков нарушения сознания, ориентировки, грубых расстройств функций мышления, выраженных интеллектуально-мнестических и эмоционально-волевых нарушений, какой-либо психотической симптоматики (бреда, галлюцинаций и прочего), снижения критических и прогностических способностей. Так, при осмотрах ее онкологом после юридически значимого периода (19.01.2021) 12.02., 17.02., 12.04.2021, а также при госпитализации ее в кардиологическое отделение стационара 18.05.2021 она была в сознании, контактна, ориентирована, адекватна, консультации психиатра ей не назначались. Поэтому ФИО5 на момент составления и подписания договора дарения квартиры от 19.01.2021 по своему психическому состоянию могла понимать значение своих действий и руководить ими (ответ на вопрос № 2). Назначенные ФИО5 лекарственные препараты с учетом их фармакологического действия, дозировки и кратности применения не оказали влияния на ее способность понимать значение своих действий и руководить ими при заключении договора дарения 19.01.2021 (ответ дан в порядке экспертной инициативы).

Представителем истца в судебном заседании выражено несогласие с результатами судебной экспертизы ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии имени ФИО12» Минздрава Российской Федерации; заявлено ходатайство о назначении по делу повторной судебной экспертизы. Вместе с тем, основания, по которым у стороны истца по первоначальному иску возникли сомнения в результатах данной судебной экспертизы, суду не приведены; кандидатуры экспертов, обладающих компетенцией в проведении соответствующей судебной экспертизы, гарантийные письма суду не представлены. Судом предложено стороне истца задать вопросы и допросить экспертов ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии имени ФИО12» Минздрава Российской Федерации, проводивших настоящую судебную экспертизу, для уточнения имеющихся вопросов по экспертизе; от данной возможности сторона истца отказалась.

В силу ч. 2 ст. 87 ГПК РФ в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам.

Суд не находит оснований для удовлетворения ходатайства представителя истца по первоначальному иску о назначении по делу повторной, а равно дополнительной судебной экспертизы.

Заключение судебной экспертизы ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии имени В.П.Сербского» Минздрава Российской Федерации дано экспертами, имеющими необходимую квалификацию и стаж работы, является полным, научно обоснованным, основанным на материалах дела, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ, оснований не доверять экспертному заключению у суда не имеется; сомнений в его правильности у суда не возникает.

С учетом изложенного, суд принимает данное экспертное заключение за основу при рассмотрении дела по существу.

В соответствии со ст. 2 ГПК РФ задачами гражданского судопроизводства являются правильное и своевременное рассмотрение и разрешение гражданских дел в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов. Гражданское судопроизводство должно способствовать укреплению законности и правопорядка, предупреждению правонарушений, формированию уважительного отношения к закону.

Согласно ст. 67 ГПК РФ суд обязан оценить доказательства в их взаимосвязи и отразить их оценку в решении.

Судом установлено, что договор дарения спорной квартиры от 19.01.2021 оформлен в виде письменного документа и подписан непосредственно сторонами ФИО5 и ФИО2, содержит все существенные для соответствующего вида сделок условия, соответствует установленным законом требованиям его заключения, а потому соответствует требованиям действующего законодательства. При этом между сторонами было достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора, о чем свидетельствуют их подписи в договоре.

На момент совершения сделки ФИО5 являлась законным владельцем квартиры, ее право собственности никем не было оспорено, какие-либо обременения на спорную квартиру не устанавливались. С учетом изложенного, ФИО5 была вправе распорядиться своим имуществом по своему усмотрению.

Основания признания сделок недействительными установлены статьями 168-179 ГК РФ и расширительному толкованию не подлежат.

Позиция истца, что сделка недействительна ввиду того, что при её заключении ФИО5 находилась в таком состоянии, когда не была способна понимать значение своих действий или руководить ими, не нашла своего подтверждения в судебном заседании.

Истцом не представлено доказательств того, что сделка от 19.01.2021 – договор дарения квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, кадастровый номер №, заключенный между ФИО5 и ФИО2, является недействительной.

Суд приходит к выводу, что оснований для удовлетворения иска о признании сделки – договора дарения от 19.01.2021, заключенного между ФИО5 и ФИО2, недействительной и применении последствий недействительности сделки не имеется, а потому в удовлетворении исковых требований ФИО1 следует отказать.

Оснований для удовлетворения производных требований о признании недействительными и применении последствия недействительности сделок в отношении последующих договоров купли-продажи спорной квартиры от 03.02.2022 между ФИО2 и ФИО4 и от 18.03.2022 между ФИО4 и ФИО3, а также признании недействительной государственной регистрации права собственности ФИО2, а в дальнейшем ФИО4 и ФИО3 на указанную квартиру, восстановлении государственной регистрации права собственности ФИО13 на спорное жилое помещение и включении его в состав наследственного имущества после смерти последней, возложении обязанности возвратить все полученное в результате недействительной сделки у суда не имеется.

Разрешая встречные исковые требования ФИО4 и ФИО3 о признании их добросовестными приобретателями суд исходит из следующего.

Исходя из п. 1 ст. 302 ГК РФ, собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли. Аналогичные разъяснения приведены в пункте 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав".

Недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли. Судам необходимо устанавливать, была ли воля собственника на передачу владения иному лицу.

В силу ст. 223 ГК РФ право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом.

Из системного толкования ст. 302 ГК РФ следует, что защита права собственности на основании института добросовестного приобретения (добросовестный приобретатель) возможна лишь при предъявлении виндикационного иска, если для этого имеются основания, предусмотренные указанной статьей. При этом, иск об истребовании имущества из чужого незаконного владения может быть предъявлен лишь лицом, являющимся собственником спорного имущества, но фактически не владеющим им, к лицу, в фактическом владении которого находится вещь, и данное требование, заявленное к добросовестному приобретателю, подлежит удовлетворению в случае выбытия имущества из владения собственника помимо его воли. Признание добросовестным приобретателем представляет собой способ защиты прав такого приобретателя от притязаний собственника вещи при рассмотрении исковых требований собственника об изъятии данной вещи из чужого незаконного владения.

Материалами дела установлено, что на момент заключения сделки купли-продажи квартиры от 03.02.2022 между ФИО2 и ФИО4, а равно сделки купли-продажи от 18.03.2022 между ФИО4 и ФИО3, продавцы (ФИО2, ФИО4) являлись законными владельцами квартиры, их право собственности на момент отчуждения имущества никем не оспаривалось, какие-либо обременения на спорную квартиру не устанавливались. Сделки совершены исходя из волеизъявления сторон. Между сторонами было достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора, о чем свидетельствуют их подписи в договоре.

Факт выбытия спорной квартиры из собственности ФИО5 помимо её воли не установлен.

Удовлетворение требований ФИО4 и ФИО3 о признании их добросовестными приобретателями, не влечет никаких юридических последствий для указанных лиц, в связи с чем избранный способ защиты права является ненадлежащим.

С учетом изложенного, в удовлетворении встречного иска ФИО4 и ФИО3 следует отказать.

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

По правилам ст.ст. 94, 98 ГПК РФ суд взыскивает с ФИО1 в пользу ОГБУЗ «<данные изъяты>» 15 000 руб. в счет оплаты экспертных услуг, поскольку возложенная определением Ленинского районного суда г. Смоленска от 13.01.2023 обязанность по оплате экспертизы истцом не исполнена (том 1, л.д. 149-151, 185).

Кроме того, с ФИО1 в пользу ФИО2 подлежат взысканию судебные расходы в размере 54 000 руб., понесенные последним в связи с оплатой повторной посмертной судебной психиатрической экспертизы по данным медицинской документации, проведение которой было поручено ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии имени В.П.Сербского» Минздрава Российской Федерации.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании договора дарения, договоров купли-продажи недействительными - отказать.

В удовлетворении требований ФИО3 к ФИО1, ФИО2, ФИО4, о признании добросовестным приобретателем – отказать.

В удовлетворении требований ФИО4, к ФИО1, ФИО2, ФИО3 о признании добросовестным приобретателем – отказать.

Взыскать с ФИО1 (паспорт №) в пользу ОГБУЗ «<данные изъяты>» (ИНН №) 15 000 рублей в счет оплаты экспертных услуг.

Взыскать с ФИО1 (паспорт №) в пользу ФИО2 (паспорт №) в возмещение судебных расходов по оплате экспертных услуг в размере 54 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Смоленский областной суд через Ленинский районный суд г. Смоленска в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья О.Н. Лялина

Ленинский районный суд г. Смоленска

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Решение принято в окончательной форме 17.05.2024