Решение № 2А-534/2024 2А-534/2024~М-523/2024 М-523/2024 от 15 декабря 2024 г. по делу № 2А-534/2024

Дело № 2а-534/2024

Мотивированное
решение составлено 16 декабря 2024 года.

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

18 ноября 2024 года село Ловозеро

Ловозерский районный суд Мурманской области, в составе председательствующего судьи Костюченко К.А.,

при секретаре Кобелевой О.П.,

с участием административного истца ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по иску ФИО1 к ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области, ФКУЗ МСЧ-51 ФСИН России, ФКУЗ МСЧ-10 ФСИН России и ФСИН России о присуждении компенсации за ненадлежащие условия отбывания наказания,

У С Т А Н О В И Л :

Административный истец обратился в суд с иском к ответчикам, указав в обоснование, что с ноября 2009 года по август 2010 года и с февраля 2018 года по март 2019 года отбывал наказание в ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области, где в отрядах отсутствовало горячее водоснабжение, была повышенная влажность, из-за чего на стенах и потолке появлялась плесень и грибок, в санитарных узлах отсутствовала приватность, вместо унитазов были установлены чаши Генуя. Кроме того, с 1999 года у него имеется заболевание <данные изъяты>, однако никакого лечения или профилактики он не получал, а его жалобы и просьбы оставались без внимания. Полагая свои права нарушенными, просил о присуждении ему компенсации за ненадлежащие условия отбывания наказания в размере 90 000 рублей.

В судебном заседании административный истец доводы заявленных требований поддержал, дополнительно пояснив, что заболевание <данные изъяты> у него диагностировали в 1999 году, на свободе он принимал различные препараты для лечения, однако кто именно их ему назначал, не помнит, в Мурманский <данные изъяты> по заболеванию не обращался.

Представители ответчиков в судебное заседание не явились, представили письменные возражения на иск.

С учётом изложенного дело рассмотрено судом в отсутствие неявившихся участников процесса.

Заслушав административного истца, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 55 Конституции Российской Федерации, перечисление в Конституции Российской Федерации основных прав и свобод не должно толковаться как отрицание или умаление других общепризнанных прав и свобод человека и гражданина. В Российской Федерации не должны издаваться законы, отменяющие или умаляющие права и свободы человека и гражданина. Права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

В соответствии со ст. 21 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

Согласно ч.ч. 1, 2 ст. 10 УИК Российской Федерации Российская Федерация уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осуждённых, обеспечивает законность применения средств их исправления, их правовую защиту и личную безопасность при исполнении наказаний.

При исполнении наказаний осуждённым гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

В соответствии с пп. 4 и 6 п. 3 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний (ФСИН России), утверждённого Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 года № 1314, одними из основных задач ФСИН России являются обеспечение правопорядка и законности в учреждениях, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы или в виде принудительных работ, и в следственных изоляторах, обеспечение безопасности содержащихся в них осуждённых, лиц, содержащихся под стражей, а также работников уголовно-исполнительной системы Российской Федерации, должностных лиц и граждан, находящихся на территориях этих учреждений и следственных изоляторов; создание осуждённым и лицам, содержащимся под стражей, условий содержания, соответствующих нормам международного права, положениям международных договоров Российской Федерации и федеральных законов.

Согласно ч.ч. 1, 2 ст. 12.1 УИК Российской Федерации лицо, осуждённое к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счёт казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение.

Компенсация за нарушение условий содержания осуждённого в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя с учётом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.

В соответствии со ст. 13 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года № 5473-1 "Об учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы Российской Федерации" учреждения, исполняющие наказания, обязаны, в том числе, создавать условия для обеспечения правопорядка и законности, безопасности осуждённых, а также персонала, должностных лиц и граждан, находящихся на их территориях, обеспечивать охрану здоровья осуждённых, осуществлять деятельность по развитию своей материально-технической базы и социальной сферы.

Частью 3 ст. 101 УИК Российской Федерации установлено, что администрация исправительных учреждений несёт ответственность за выполнение установленных санитарно-гигиенических и противоэпидемических требований, обеспечивающих охрану здоровья осуждённых.

Основные положения материально-бытового обеспечения осуждённых регламентируются ст. 99 УИК Российской Федерации.

Как установлено в ходе судебного разбирательства административный истец отбывал наказание в виде лишения свободы, с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ содержался в ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области.

В п. 14 Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания" обращено внимание на то, что условия содержания лишённых свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учётом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий. Так, судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишённых свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затруднённый доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишённых свободы лиц от шума и вибрации.

В то же время при разрешении административных дел суды могут принимать во внимание обстоятельства, соразмерно восполняющие допущенные нарушения и улучшающие положение лишённых свобод лиц (например, незначительное отклонение от установленной законом площади помещения в расчёте на одного человека может быть восполнено созданием условий для полезной деятельности вне помещений, в частности для образования, спорта и досуга, труда, профессиональной деятельности).

Таким образом, условия содержания осуждённых в исправительных учреждениях должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству, при этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения.

Только существенные отклонения от установленных законом требований могут быть оценены судом в качестве нарушений условий содержания лица в соответствующем исправительном учреждении.

Рассматривая доводы истца о ненадлежащих условиях содержания в отрядах учреждения в 2009-2010 годах, в частности о их ненадлежащем санитарно-эпидемиологическом состоянии, суд учитывает следующее.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 13 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, в силу частей 2 и 3 статьи 62 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации обязанность доказывания соблюдения надлежащих условий содержания лишённых свободы лиц возлагается на административного ответчика - соответствующие орган или учреждение, должностное лицо, которым следует подтверждать факты, обосновывающие их возражения.

Вместе с тем административному истцу, прокурору, а также иным лицам, обратившимся в защиту прав, свобод и законных интересов других лиц или неопределённого круга лиц, надлежит в административном исковом заявлении, а также при рассмотрении дела представлять (сообщать) суду сведения о том, какие права, свободы и законные интересы лица, обратившегося в суд, или лица, в интересах которого подано административное исковое заявление, нарушены, либо о причинах, которые могут повлечь их нарушение, излагать доводы, обосновывающие заявленные требования, прилагать имеющиеся соответствующие документы (в частности, описания условий содержания, медицинские заключения, обращения в органы государственной власти и учреждения, ответы на такие обращения, документы, содержащие сведения о лицах, осуществлявших общественный контроль, а также о лишённых свободы лицах, которые могут быть допрошены в качестве свидетелей, если таковые имеются) (статьи 62, 125, 126 КАС РФ).

В рамках настоящего дела административным истцом какие-либо доказательства, подтверждающие наличие нарушений условий его содержания в исправительном учреждении в 2009-2010 годах, не представлены, при том, что согласно справке ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области от ДД.ММ.ГГГГ документы по условиям содержания ФИО1 за период с 2009 по 2018 годы уничтожены по истечении срока хранения, установленного Инструкцией по делопроизводству в Федеральной службе исполнения наказаний и Перечня документов, образующихся в деятельности Федеральной службы исполнения наказаний, органов, учреждений и предприятий уголовно-исполнительной системы с указанием сроков хранения.

Таким образом, суд учитывает, что обратившись в суд с административным иском в сентябре 2024 года, то есть спустя более 14 лет после предполагаемого нарушения условий его первого периода содержания в исправительном учреждении, именно административный истец способствовал созданию ситуации невозможности представления административным ответчиком доказательств по делу.

Обращение в суд с административным иском по истечении столь значительного промежутка времени после событий, которые, по мнению административного истца, имели место, свидетельствует о злоупотреблении им своими процессуальными правами, поскольку административные ответчики лишены объективной возможности представить суду доказательства в обоснование своих возражений.

Таким образом, поскольку каких-либо доказательств ненадлежащих условий отбывания наказания истцом не представлено, а приведён лишь перечень нарушений, допущенных, по его мнению, стороной ответчика, при этом судом установлено злоупотребление с его стороны процессуальными правами, его требования в части нарушения условий содержания в исправительном учреждении в период с 2009 по 2010 годы, подлежащих восстановлению путём присуждения компенсации, удовлетворению не подлежат.

По аналогичным доводам суд не находит оснований для выводов о неоказании истцу в указанный период надлежащей медицинской помощи, поскольку из представленных документов следует, что его медицинские документы также были уничтожены в связи с истечением срока их хранения.

Рассматривая исковые требования о ненадлежащих условиях отбывания наказания в исправительном учреждении за период 2018-2019 годов, суд исходит из следующего.

В соответствии с СП 2.1.2.2844-11 "Санитарно-эпидемиологические требования к устройству, оборудованию и содержанию общежитий для работников организаций и обучающихся образовательных учреждений", а также в соответствии с "СанПиН 2.1.2.2645-10 Санитарно-эпидемиологические требования к условиям проживания в жилых зданиях и помещениях", действовавших в период спорных правоотношений, допустимые нормы температуры, относительной влажности и скорости движения воздуха в помещениях общежитий в холодный период года составляют: температура воздуха 18-24 градусов, относительная влажность 60%, в тёплый период года 20-28 градусов и 65% соответственно.

В соответствии с СП 118.13330, применяемых в СП 308.1325800.2017 "Исправительные учреждения и центры уголовноисполнительной системы Правила проектирования", в спальных комнатах и спальных помещениях расчётная температура воздуха определена в 18 градусов Цельсия.

Согласно письменным возражениям представителя ответчиков и исследованных судом доказательств, в том числе актов санитарно-эпидемиологического обследования Филиала "Центр государственного санитарно-эпидемиологического надзора № 2" ФКУЗ МСЧ-10 ФСИН России, температура и влажность в отрядах учреждения, в том числе в отрядах № 3 и № 5, в которых содержался истец, соответствовала нормативным, в санитарных комнатах была установлена исправная сантехника, имелись приватные перегородки. Каких-либо сведений о наличии в рассматриваемый период на стенах и потолке отрядов плесени или грибка, о чём заявил истец, в материалы дела не представлено.

Кроме того, в судебном заседании установлено, что на территории исправительного учреждения функционирует угольная котельная, которая согласно соответствующим приказам начальника учреждения работала на отопление объектов, температурный режим соблюдался согласно утверждённому графику, при этом в тёплый период в работе оставался водогрейный котёл для снабжения учреждения горячей водой.

Как следует из справки начальника отдела КБИиХО учреждения отряды ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области имеют вид общежития, в туалетах каждая кабина отделена кирпичной стенкой высотой 1.2 м, деревянной дверью. Вход в туалетную комнату закрывается от умывальной комнаты дверью, которая также отделена дверью от коридора жилой зоны.

Указанные обстоятельства подтверждаются также исследованным судом техническим паспортом отрядов № 3 и № 5 учреждения с экспликациями к нему.

Само по себе оснащение санузлов отрядов учреждения напольными чашами "Генуя" не свидетельствует о нарушении личных неимущественных прав либо посягающих на принадлежащие административному истцу неимущественные блага, поскольку подобные устройства используется по прямому назначению, в то время как в материалах дела не имеется сведений о том, что в силу индивидуальных физиологический особенностей истец не мог справлять естественные надобности таким образом.

Таким образом, доводы истца об отсутствии приватности в санузлах, как и их оборудовании ненадлежащими сантехническими приборами, повышенной влажности в отрядах, наличии в них грибка и плесени несостоятельны и стороной ответчика опровергнуты.

Оценивая доводы истца об отсутствии в отрядах учреждения горячего водоснабжения, в том числе в первоначальный период его содержания в нём, суд учитывает следующее.

Пунктом 19.2.1 главы 19 Свода правил – СП 308.1325800.2017 "Исправительные учреждения и центра уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования", утверждённым Приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 20 октября 2017 года № 1454/пр (далее – Свод правил) предусмотрено, что здания исправительных учреждений должны быть оборудованы хозяйственно-питьевым и противопожарным водопроводами, горячим водоснабжением, канализацией и водостоками согласно требованиям СП 30.13330, СП 31.13330, СП 32.13330, СП 118.13330, (4), а также других действующих нормативных документов.

В соответствии с п. 19.2.5 Свода правил подводку холодной и горячей воды следует предусматривать к санитарно-техническим приборам, требующим обеспечения холодной и горячей водой (умывальникам, раковинам, мойкам (ваннам), душевым сеткам и т.п.).

Требования о подводке горячей воды к умывальникам и душевым установкам во всех зданиях были предусмотрены также Инструкцией по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Минюста Российской Федерации, утверждённой Приказом Минюста Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-ДСП, утратившей силу на основании приказа Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ №-ДСП.

Из представленных письменных возражений представителя ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области, УФСИН России по Мурманской области и ФСИН России следует, что им не оспаривается отсутствие ранее в помещениях отрядов ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области горячего водоснабжения.

В то же время, из представленных представителем ответчика доказательств следует, что в целях соблюдения требований Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений по обеспечению личной гигиены осуждённых, содержащихся в учреждении, с 2017 года не менее двух раз в семь дней обеспечивалась их помывка с еженедельной сменой нательного и постельного белья, до 2017 года не реже одного раза в неделю.

На территории исправительного учреждения функционирует банно-прачечный комплекс, в котором имеется горячее водоснабжение, и в котором осуждённый ФИО1 в соответствии с распорядком дня осуществлял помывку, равно как и имел возможность произвести стирку белья.

Доказательств, подтверждающих факт ограничения истца в предоставлении помывки в бане, представленные материалы не содержат.

Материалами дела также установлено, что в ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области для приготовления необходимого осуждённым объёма горячей воды и кипятка в помещениях общежитий, где они содержатся, имелись электрические чайники (1 чайник на 15 осуждённых).

Кроме того, пунктом 25 Приложения № 1 Правил внутренного распорядка исправительных учреждений, утверждённых приказом Минюста России от 16 декабря 2016 года № 29, действовавших в период рассматриваемых правоотношений, к перечню вещей и предметов, которые осуждённым запрещается иметь при себе, отнесены электробытовые приборы (за исключением электробритв, бытовых электрокипятильников заводского исполнения мощностью не более 0.5 кВт).

Из изложенного следует, что в спорные периоды у ФИО1 также имелась возможность использовать бытовой электрокипятильник заводского исполнения для подогрева воды в необходимом ему объёме в целях соблюдения требований санитарии и гигиены, при этом указанный электрокипятильник он мог приобрести как посредством получения посылки, так в магазине учреждения.

Сведений о том, что по состоянию здоровья ему необходимо было ежедневно осуществлять гигиенические процедуры исключительно горячей водой, материалы дела также не содержат.

Вопреки доводам истца, из справки старшего юрисконсульта ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области от ДД.ММ.ГГГГ следует, что с жалобами на условия содержания, в том числе на отсутствие горячей воды в помещении отрядов и на состояние здоровья, вызванное её отсутствием, ФИО1 согласно журналу учёта предложений, заявлений и жалоб к администрации исправительного учреждения не обращался.

Таким образом, суд полагает, что установленные по делу обстоятельства в своей совокупности не свидетельствуют о том, что истец находился в ненадлежащих условиях отбывания наказания, которое может быть расценено как унижающее человеческое достоинство обращение, в связи с чем не находит оснований для удовлетворения заявленных им требований в данной части.

Касаемо ненадлежащего оказания медицинской помощи по заболеванию <данные изъяты> за период с 2018 по 2019 годы, о чём заявлено истцом, суд исходит из следующего.

В соответствии с ч. 6 ст. 12 УИК Российской Федерации осуждённые имеют право на охрану здоровья, включая получение первичной медико-санитарной и специализированной медицинской помощи в амбулаторно-поликлинических или стационарных условиях в зависимости от медицинского заключения.

Под охраной здоровья граждан Федеральный закон от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" понимает систему мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (ст. 2).

Исходя из положений ч. 1 ст. 101 УИК Российской Федерации лечебно-профилактическая и санитарно-профилактическая помощь осуждённым к лишению свободы организуется и предоставляется в соответствии с Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений и законодательством Российской Федерации.

В соответствии с п.п. 123-125 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утверждённых Приказом Минюста России от 16 декабря 2016 года № 295 и действовавших до 16 июля 2022 года, лечебно-профилактическая и санитарно-профилактическая помощь осуждённым к лишению свободы организуется и предоставляется в соответствии с Федеральным законом от 21.11.2011 № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" и уголовно-исполнительным законодательством Российской Федерации.

В исправительном учреждении осуществляется медицинское обследование и наблюдение осуждённых в целях профилактики у них заболеваний, диспансерный учёт, наблюдение и лечение, а также определение их трудоспособности.

При невозможности оказания медицинской помощи в ИУ осужденные имеют право на оказание медицинской помощи в медицинских организациях государственной системы здравоохранения и муниципальной системы здравоохранения, а также на приглашение для проведения консультаций врачей-специалистов указанных медицинских организаций.

Согласно п. 1 Порядка организации оказания медицинской помощи лицам, заключённым под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы, утверждённого Приказом Минюста России от 28 декабря 2017 года № 285 (далее – Порядок), он устанавливает правила организации оказания медицинской помощи лицам, заключённым под стражу в следственных изоляторах (далее - СИЗО, лица, заключённые под стражу соответственно), а также осуждённым, отбывающим наказание в виде лишения свободы в исправительных учреждениях уголовно-исполнительной системы (далее - осуждённые, учреждения УИС, УИС соответственно), в соответствии с пунктами 1, 2, 4 части 2 статьи 32, частью 1 статьи 37 и частью 1 статьи 80 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации".

Как следует из п.п. 31 и 32 Порядка в период содержания осуждённого в учреждении УИС осуществляется динамическое наблюдение за состоянием его здоровья, включающее ежегодное лабораторное исследование (общий анализ крови, мочи), осмотр врача-терапевта (врача общей практики) или фельдшера, которые проводятся один раз в год, а также флюорографию лёгких или рентгенографию органов грудной клетки (лёгких), которые проводятся не реже одного раза в шесть месяцев в рамках проведения профилактических медицинских осмотров в целях выявления туберкулёза.

Медицинские осмотры и диспансерное наблюдение осуждённых осуществляются в соответствии с законодательством Российской Федерации в сфере охраны здоровья.

В судебном заседании установлено, что с момента прибытия в исправительное учреждение истец находился под наблюдением медицинских работников ФКУЗ МСЧ-10 ФСИН России, при этом в его медицинской карте имеются записи о наличии у него в <данные изъяты>), внесённые с его слов.

Согласно Постановлению Правительства Российской Федерации от 01 декабря 2004 года № 715 "Об утверждении перечня социально значимых заболеваний и перечня заболеваний, представляющих опасность для окружающих", <данные изъяты> отнесён к таким заболеваниям.

Приказом Минздравсоцразвития России от 31 января 2012 года № 69н утверждён Порядок оказания медицинской помощи взрослым больным при <данные изъяты> заболеваниях, п. 4 которого установлено, что больным <данные изъяты> заболеваниями, не представляющим опасность для окружающих, лёгкой степени или при подозрении на такие заболевания медицинская помощь оказывается в виде первичной медико-санитарной помощи в амбулаторных условиях врачами-терапевтами, врачами-терапевтами участковыми, врачами общей практики и врачами-специалистами, которые проводят комплекс лечебно-диагностических мероприятий, в том числе направленных на установление возбудителя инфекционных заболеваний и проведение первичных противоэпидемических мероприятий, осуществляемых медицинскими работниками медицинской организации.

Приказом Минздрава России от 07 ноября 2012 года № 685н был утверждён стандарт специализированной медицинской помощи при <данные изъяты>, действовавший по 07 сентября 2023 года.

Согласно указанному стандарту в число медицинских мероприятий для диагностики <данные изъяты>, проводимых пациентам в обязательном порядке и имеющим значение для установления диагноза, входят, в том числе, проведение <данные изъяты>.

Из исследованной судом медицинской документации административного истца следует, что достоверных сведений о наличии у него <данные изъяты>, о прохождении лечения до заключения под стражу, как и сведений о том, в каком медицинском учреждении он состоял на учёте с данным диагнозом, истец медицинским работникам не предоставил.

Как следует из отзыва представителя ФКУЗ МСЧ-51 ФСИН России лабораторная диагностика <данные изъяты> истцу не проводилась, в медицинской документации имеется указание на его наличие в <данные изъяты>, внесённое с его слов, то есть не был осуществлён установленный порядок выявления <данные изъяты> при наличии к тому оснований, что является нарушением диагностики.

В то же время, из медицинской документации истца следует, что жизнеугрожающих симптомов и клинико-лабораторных признаков, отражающих ухудшение (прогрессирование) указанного заболевания в виде развития осложнений, таких как цирроз печени и/или гепатоцеллюлярный рак, в ней не зафиксировано, все показатели отобранных у него анализов имеют референтное значение, то есть находятся в пределах нормы, при этом осуществлялось его динамическое наблюдение медицинскими работниками, он получал необходимое лечение в соответствии с имеющимися диагнозами и медицинскими показаниями, с жалобами на состояние здоровья, связанными с заболеванием <данные изъяты>, не обращался.

Оценивая совокупность исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств, в том числе данные, содержащиеся в медицинских документах истца, суд приходит к выводу о том, что при оказании ему медицинской помощи в период отбывания наказания в ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области в 2018-2019 годах медицинскими работниками хоть и были допущены незначительные дефекты диагностики, однако они не повлекли негативных для его здоровья последствий, которые, в свою очередь, влекли бы за собой возникновение у него права на присуждение компенсации за ненадлежащие условия отбывания наказания, в связи с чем в данной части его исковые требования удовлетворению не подлежат.

При принятии решения об отказе во взыскании истцу требуемой им компенсации по данным основаниям, суд также учитывает и то обстоятельство, что в медицинской карте истца имеются данные, что до заключения под стражу он являлся потребителем <данные изъяты>, <данные изъяты>

Помимо этого, судом установлено, что по месту жительства ФИО1 в поликлинике города Апатиты ГОБУЗ "Апатитско-Кировская ЦРБ" на учёте у врача-<данные изъяты> не состоял и не состоит, в ГОАУЗ "Мурманский областной центр специализированных видов медицинской помощи" за медицинской помощью по заболеванию <данные изъяты> не обращался, по указанному заболеванию нигде не наблюдался.

Данные обстоятельства свидетельствует о безразличном отношении самого истца к состоянию своего здоровья и позволяет сделать суду вывод о том, что сам по себе факт пребывания его в местах лишения свободы, где он находился в условиях, исключающих возможность <данные изъяты>, под постоянным наблюдением, контролем и лечением медицинских работников благоприятным образом сказался на состоянии его здоровья, что с учётом режима места принудительного содержания и оказания ему в целом качественного медицинского обслуживания, не могло причинить ему каких-либо нравственных или физических страданий, дающих право на присуждение заявленной компенсации.

С учётом изложенного, оснований для удовлетворения заявленных истцом исковых требований о присуждении компенсации за ненадлежащие условия отбывания наказания суд не усматривает.

Разрешая вопрос о понесённых судом при рассмотрении дела судебных издержках, суд учитывает, что в соответствии с ч. 2 ст. 114 КАС Российской Федерации при отказе в иске судебные расходы, понесённые судом в связи с рассмотрением административного дела, взыскиваются с административного истца, не освобождённого от уплаты судебных расходов, в доход федерального бюджета.

При подаче административным истцом искового заявления в суд в удовлетворении его ходатайства об освобождении от уплаты госпошлины в размере 300 рублей, предусмотренном положениями ст. 333.19 НК Российской Федерации, определением от ДД.ММ.ГГГГ было отказано, при этом ему была предоставлена отсрочка её уплаты до рассмотрения административного дела по существу.

Таким образом, поскольку в удовлетворении исковых требований истцу отказано, к категории лиц, указанной в ст. 333.36 НК Российской Федерации, он не отнесён, является трудоспособным, привлечён к оплачиваемому труду в соответствии со ст. 103 УИК Российской Федерации, из копии его лицевого счёта следует, что на него регулярно поступают денежные средства в размере, достаточном для уплаты государственной пошлины, она подлежит с него взысканию в доход федерального бюджета

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 175-180 КАС Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области, ФКУЗ МСЧ-51 ФСИН России, ФКУЗ МСЧ-10 ФСИН России и ФСИН России о присуждении компенсации за ненадлежащие условия отбывания наказания отказать.

Взыскать с ФИО1 госпошлину в доход федерального бюджета в размере 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Ловозерский районный суд Мурманской области в течение месяца с момента его изготовления в окончательной форме.

Председательствующий К.А. Костюченко