Решение № 2-3171/2017 2-91/2018 2-91/2018 (2-3171/2017;) ~ М-2893/2017 М-2893/2017 от 26 февраля 2018 г. по делу № 2-3171/2017

Дело № 2-91/2018


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Челябинск 27 февраля 2018 года

Ленинский районный суд города Челябинска в составе:

председательствующего Горлача Б.Н.,

при секретаре Абдуллине В.Ф.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании сделки недействительной, о применении последствий недействительности сделки,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о признании недействительным договора купли-продажи 7/12 долей в праве общей собственности на квартиру по адресу <адрес>, заключенного сторонами ДД.ММ.ГГГГ, об отмене государственной регистрации права собственности (л.д. 220-222).

В основание требований указала, что проживает в спорном жилом помещении, которое принадлежало на праве собственности ей и супругу Д.Б.П. Наследство Д.Б.П. приняла внучка ФИО2, которая в марте 2015 года приехала в гости, была с истцом учтивой, обещала пожизненный уход и совместное проживание за передачу ей спорного жилого помещения. При заключении оспариваемого договора исходила из того, что ФИО2 будет осуществлять уход за истцом. В 2015 году ФИО2 уехала из спорного жилого помещения, расходы по содержанию жилого помещения несет истец.

В судебном заседании представитель истца ФИО3 требования поддержала по изложенным в иске основаниям.

Представитель ответчика ФИО4 возражала против удовлетворения иска, указав на недоказанность указанных истцом в основание иска обстоятельств, на пропуск срока исковой давности.

Стороны в судебное заседание, о времени и месте проведения которого извещены должным образом (л.д. 216, 217, 219), не явились. В письменных возражениях ФИО2 указала, что воля ФИО1 была направлена на отчуждение доли в праве общей собственности на жилое помещение на условиях, изложенных в договоре (л.д. 69-71).

Представитель третьего лица – Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Челябинской области в судебное заседание, о времени и месте проведения которого извещен в порядке ч. 2.1 ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (ГПК РФ), не явился (л.д. 57-58).

На основании ст. 167 ГПК РФ суд пришёл к выводу о рассмотрении дела в отсутствие неявившихся лиц.

Суд, выслушав представителей сторон, исследовав письменные материалы дела, приходит к выводу об удовлетворении иска.

Судом при исследовании и оценке представленных участвующими в деле лицами доказательств установлено, что трехкомнатная квартира, общей площадью 62,7 кв.м, на основании договора от ДД.ММ.ГГГГ безвозмездно передана в собственность Д.Б.П., ФИО1, Д.С.Б. (л.д. 51).

Наследство Д.С.Б. в виде 1/3 доли в праве общей собственности на спорную квартиру приняли в равных долях Д.Б.П., ФИО1 (л.д. 50).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 распорядилась долей в праве собственности на спорную квартиру на случай смерти в пользу ФИО5 (л.д. 87).

Наследство Д.Б.П., состоящее из ? доли в праве общей собственности на спорную квартиру, приняли ФИО1 (в 1/6 доле) и ФИО2 (5/6 доли по завещанию), что подтверждается свидетельствами о праве на наследство (л.д. 54, 90).

На момент заключения оспариваемого договора квартира находилась в общей собственности сторон (ФИО1 – 7/12, ФИО2 – 5/12). В спорном жилом помещении по месту жительства зарегистрированы ФИО1 – с ДД.ММ.ГГГГ, внучка ФИО5 – ДД.ММ.ГГГГ. Указанные обстоятельства подтверждаются поквартирной карточкой (л.д. 24).

Иных жилых помещений в собственности ФИО1, ФИО2 не имеется (л.д. 30-32).

ДД.ММ.ГГГГ сторонами заключен договор купли-продажи, согласно которому ФИО1 продала ФИО2 7/12 доли в праве общей собственности на спорную квартиру за 100 000 руб. (л.д. 49). Условиями договора предусмотрена передача доли без составления акта приема-передачи (пункт 4 договора), а в пункте 3 договора стороны констатировали, что в жилом помещении зарегистрированы ФИО1, ФИО2, снятие с регистрационного учета и освобождение квартиры производиться не будет.

Государственная регистрация права собственности ФИО2 осуществлена ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно п. 1 ст. 549 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).

Существенным условием договора продажи жилого дома, квартиры, части жилого дома или квартиры, в которых проживают лица, сохраняющие в соответствии с законом право пользования этим жилым помещением после его приобретения покупателем, является перечень этих лиц с указанием их прав на пользование продаваемым жилым помещением (п. 1 ст. 558 ГК РФ).

В соответствии <...> ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Согласно п. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

В соответствии с п. 2 ст. 178 ГК РФ при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если сторона заблуждается в отношении природы сделки.

Из объяснений ФИО1 в судебных заседаниях 29 сентября и ДД.ММ.ГГГГ следует, что при заключении оспариваемого договора она исходила из того, что ФИО2 будет проживать вместе с ней в спорном жилом помещении, осуществлять за ней уход, а квартирой распорядиться сможет только после ее смерти. При этом истец настаивал на том, что отчуждать свою долю в праве собственности на жилое помещение при жизни не намеревалася.

Допрошенный судом в качестве свидетеля участковый терапевт Ш.В.И.. показал, что с 2013 года наблюдает ФИО1 на дому, в 2004 году ей выставлен диагноз ДЭП, в феврале 2015 года в медицинской карте зафиксированы жалобы на частые головные боли, путает события, лечение не принимает (л.д. 166-168).

Свидетель К.Л.А.. показала, что в качестве соцработника обслуживала на дому ФИО6 с марта 2014 года, обслуживание приостановлено на время, когда внучка находилась с ФИО1, после – возобновлено, и ФИО1 рассказывала ей о том, что «переписала квартиру, что Анечке всё достанется». При попытке выяснить подробности совершенной сделки, ФИО1 указывала, что «Ане всё сделала, чтобы никому не досталось». Свидетель показала о том, что ФИО1 беспокоит повышенное давление, ей приходится неоднократно говорить одно и то же (л.д. 168-169).

Свидетель М.М.Г. показала, что приходится подругой маме ответчика, в феврале 2015 года к ФИО1 приехала внучка ФИО2, полагала, что она будет осуществлять уход за бабушкой. В конце марта 2015 года свидетель навещал ФИО1, при этом визите ФИО1 свидетеля не узнала, хотя знакома с ней 40 лет. На вопросы о квартире ФИО1 рассказывала свидетелю о том, что после смерти квартира достанется Анне. О состоянии здоровья свидетель показал, что ФИО1 беспокоило повышенное давление, ФИО1 многое начала забывать, рассказывать несколько раз одно и то же (л.д. 169-170).

Свидетель Д.Е.Р.. показала, что ФИО1 приходится ей свекровью, ФИО1 не всегда узнает знакомых ей людей, после убытия ФИО2 в 2015 году ФИО1 позвонила и попросила помочь ей, в квартире обнаружили копию договора купли-продажи и на вопросы ФИО1 плакала и отвечала, что внучка обещала ухаживать за ней, значение договора купли-продажи не понимала, указывала, что квартиру не продавала (л.д. 81-82).

Из заключения комиссионной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 193-200) следует, что при обследовании ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, выявлены снижение интеллекта и абстрагирования, ослабление памяти, быстрая утомляемость. В момент заключения оспариваемого договора ФИО1 обнаруживала и обнаруживает в настоящее время признаки органического расстройства личности и поведения в связи с сосудистым заболеванием головного мозга. В период, имеющий отношение к подписанию договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 не обнаруживала каких-либо юридически-значимых индивидуально-психологических особенностей, которые оказывали бы существенное влияние на ее волеизъявление, поэтому она могла понимать значение своих действий и руководить ими при подписании договора.

Оценивая приведенные доказательства, находя их относимыми и допустимыми, суд приходит к выводу, что они друг другу не противоречат, дополняют друг друга и в целом согласуются с объяснениями истца о том, что при заключении договора ФИО1 исходила из того, что ФИО2 будет проживать вместе с ней в спорном жилом помещении, осуществлять за ней уход, а квартирой распорядиться сможет только после смерти ФИО1

В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 указала, что договор купли-продажи заключен по инициативе ФИО1, которая сообщила об угрозах Д.С.Б. и просила узнать, как необходимо оформить документы, чтобы квартира принадлежала ФИО2 С этой целью ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ прибыла в Челябинск из г. Воронежа и ДД.ММ.ГГГГ заключила с ФИО1 договор купли-продажи доли по цене 100 000 руб. с условием о том, что квартиру ФИО2 будет продавать после смерти ФИО1, поскольку последняя желала проживать в своей квартире. После заключения договора ФИО2 осталась проживать в спорной квартире, ухаживала за ФИО1, готовила пищу, приобретала продукты питания, лекарственные препараты, оплачивала коммунальные услуги, уехала в г. Воронеж в феврале 2016 года.

Оценивая объяснения ФИО2, суд находит поведение ответчика в течение года после заключения оспариваемого договора (совместное проживание сторон, уход, приготовление пищи, приобретение лекарств) соответствующим ожиданиям истца о встречном предоставлении по договору со стороны ФИО2, поскольку именно на достижение этого фактического результата была направлена воля ФИО1 при заключении оспариваемого договора, что следует из её объяснений и показаний допрошенных свидетелей.

Не включенные в оспариваемый договор соглашение сторон о праве ФИО1 пожизненно пользоваться спорным жилым помещением, утверждения ФИО2 о том, что условием заключения договора являлся запрет на отчуждение спорного жилого помещения до смерти ФИО1, также по мнению суда способствовали формированию у ФИО1 несоответствующего действительности представлению о договоре.

Давая оценку несоответствия воли ФИО1 её волеизъявлению, отраженному в оспариваемом договоре, суд исходит из того, что возраст истца, состояние её здоровья, обусловленные им снижение интеллекта, памяти и абстрагирования способствовали заблуждению истца относительно правовой природы оспариваемого договора, что в совокупности с поведением ответчика сформировало у истца несоответствующее действительности представление о взаимных правах и обязанностях сторон оспариваемого договора. Об этом также свидетельствуют показания свидетеля М.М.Г.. о том, что непосредственно у свидетеля исходя из обстановки сложилось такое же мнение о том, что ФИО2 будет осуществлять уход за ФИО1

Также по мнению суда о несоответствии воли ФИО1 её волеизъявлению свидетельствует и согласованная в договоре цена 7/12 доли в праве – 100 000 руб., поскольку кадастровая стоимость спорного жилого помещения составляет 2 071 754,72 руб. (л.д. 8), и указанные ответчиком мотивы определения цены – не соответствие рыночной, а возмещение средств, переданных по утверждению ФИО2 ФИО1 Д.С.Б..

Кроме того, отчуждение доли в праве собственности на единственное жилое помещение по цене значительно ниже кадастровой не отвечает презюмируемому Гражданским кодексом РФ принципу разумности действий участников гражданского оборота.

Изложенные обстоятельства, по мнению суда, свидетельствуют о том, что заблуждение ФИО1 относительно природы оспариваемого договора было настолько существенным, что ФИО1, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Согласно п. 5 ст. 178 ГК РФ суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон.

В возникшем споре суд не усматривает предусмотренных названной нормой оснований, поскольку заблуждение истца относительно правовой природы договора следовало непосредственно из волеизъявления и нашло отражение в объяснениях ответчика, что свидетельствует о том, что ФИО2 не могла не распознать заблуждения своей бабушки относительно правовой природы сделки.

Разрешая заявление ответчика о применении последствий пропуска срока исковой давности и ходатайство стороны истца о его восстановлении, суд исходит из следующего.

Согласно п. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В соответствии со ст. 205 ГК РФ в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности.

При заключении оспариваемого договора, как установлено судом, ФИО1 исходя из её особенностей, поведения ответчика заблуждалась относительно правовой природы сделки, что исключало возможность осознания факта нарушения своего права. Следовательно, доводы ответчика об истечении срока исковой давности ДД.ММ.ГГГГ не могут служить основанием к отказу в иске.

Как следует из объяснений ФИО2 её проживание в спорной квартире с истцом, осуществление ухода за ним продолжалось до ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 165), после чего ФИО2 вернулась в г. Волгоград. Поскольку в эту дату прекращены уход и совместное проживание сторон, суд приходит к выводам о начале течения срока исковой давности ДД.ММ.ГГГГ, так как именно с этого момента истец должен был узнать о нарушении своего права, и об истечении срока ДД.ММ.ГГГГ.

Обращение в суд последовало ДД.ММ.ГГГГ, т.е. с пропуском установленного п. 2 ст. 181 ГК РФ срока.

Вместе с тем суд, принимая во внимание доказательства, указывающие на возраст, состояние здоровья, снижение интеллекта, памяти, а также факт обращения ФИО1 за дубликатом оспариваемого договора в апреле 2017 года (л.д. 7 оборот), приходит к выводу, что предъявлению иска в установленный законом срок препятствовали приведенные обстоятельства, связанные с личностью истца. Указанные причины имели место на протяжении всего срока исковой давности и после его истечения, преодолены посредством выдачи истцом доверенности в апреле 2017 года.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о признании причин пропуска истцом срока уважительными и о его восстановлении.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (п. 2 ст. 167 ГК РФ).

Поскольку оспариваемый договор признан судом недействительным, в собственность ФИО1 подлежат возврату 7/12 долей в праве общей собственности на квартиру по адресу: <адрес> (кадастровый №).

Так как условиями договора купли-продажи (его пункт 2) предусмотрена оценка приобретаемой доли по цене 100 000 руб. и отражен факт расчета между сторонами до подписания договора, утверждения стороны истца о том, что фактически деньги ФИО1 не переданы, письменными доказательствами не подтверждены, суд приходит к выводу о взыскании с ФИО1 в пользу ФИО2 уплаченных по договору 100 000 руб.

В соответствии с п. 52 постановления Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ № от ДД.ММ.ГГГГ оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество осуществляется путем предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения записи в ЕГРП. В частности, если в резолютивной части судебного акта решен вопрос о наличии или отсутствии права либо обременения недвижимого имущества, о возврате имущества во владение его собственника, о применении последствий недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества одной из сторон сделки, то такие решения являются основанием для внесения записи в ЕГРП.

Поскольку право ФИО8 восстановлено применением последствий недействительности сделки, суд не усматривает оснований для отмены государственной регистрации права.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца следует взыскать 300 руб. в возмещение уплаченной при обращении с иском в суд государственной пошлины.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Признать недействительным договор купли продажи 7/12 долей в праве общей собственности на квартиру по адресу: <адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 и ФИО2.

Применить последствия недействительности указанного договора путем возврата в собственность ФИО1 7/12 долей в праве общей собственности на квартиру по адресу: <адрес> (кадастровый №).

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2 уплаченные по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ 100 000 (сто тысяч) руб.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 в возмещение судебных расходов 300 руб.

Решение в течение трех дней с момента вступления его в законную силу направить в Управление Росреестра по Челябинской области.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда через Ленинский районный суд города Челябинска в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Председательствующий Б.Н. Горлач